|
От
|
ЖУР
|
|
К
|
All
|
|
Дата
|
14.03.2006 11:44:35
|
|
Рубрики
|
WWII; Танки;
|
|
47 ТК и красные шарфы
У Ортенберга: "Обзор этого, с моей точки зрения, очень удачного номера газеты был бы неполным, если бы я умолчал об очередной миниатюре Ильи Эренбурга. Называется она «Индюк». [74]
Позволю себе воспроизвести ее здесь целиком, поскольку нам еще придется вернуться к ней.
Итак, «Индюк».
«Индюк, как известно, птица чванливая. Она надменно надувается перед индюшкой. В конечном счете, это его птичье дело. Хуже, когда индюк командует танковым корпусом. А у командующего 47-м танковым корпусом генерала Лемельзена характер индюка. Генерал Лемельзен хвастливо говорил, что его корпус лучший в мире, что он, генерал Лемельзен, всем генералам генерал и что солдаты его обожают. Но индюка разозлили — оказывается, солдаты его попросту не замечают. Генерал издал «Дневной приказ № 2 по корпусу». Вот что мы находим в этом приказе:
«Я видел войсковые части, которые совершенно не считали нужным обратить на меня внимание, хотя меня легко было узнать на моем командирском танке со штабфлагом».
Ведь до чего обидели беднягу! Он говорил, что солдаты его боготворят. А они и глядеть не хотят на пышного генерала. Индюк надулся. Но здесь его ждало горшее испытание: он вдруг увидел своих солдат с красными шарфами на шее. Индюки не выносят красного цвета, и генерал Лемельзен завопил: «Крамола!» Он в ярости дописал свой приказ № 2:
«Я неоднократно запрещал носить красные шарфы. Однако мой запрет не возымел действия. Вчера я снова видел в большом количестве красные шарфы. Я был вынужден констатировать, что даже офицеры данных соединений не проявляют воинского отношения к этому делу. Могло быть понятным и без моего приказа, что нужно вмешаться и пресечь такую безнравственность, ибо красный шарф является в известной степени символом большевизма. Теперь, когда мы воюем с нашим смертельным врагом, красный шарф никак не подобает национал-социалистскому солдату. В будущем я буду привлекать к ответственности командиров соответствующих рот».
Я не изменил ни одного слова в этом примечательном документе, признаюсь — такого и не придумаешь...
Генерал Лемельзен долго гневался. Потом, несколько успокоившись, он сообщил, что скоро возьмет Москву. Читатели, наверное, догадываются, чем кончилась эта поучительная история. Вояки 47-го танкового корпуса получили по шеям. Они оставили на поле брани приказ № 2, танки и другие безделушки. А генерал Лемельзен мечтал об одном — чтобы никто его не узнал. Он даже снял штабфлаг со своего командирского танка».
Мог быть такой приказ? Или переводчики намудрили?
ЖУР