От
|
Георгий
|
К
|
Администрация (И.Т.)
|
Дата
|
05.03.2004 22:04:03
|
Рубрики
|
Тексты;
|
"Модернизируясь, образование теряет конкурентоспособность" (*+)
http://www.inauka.ru/education/article40099.html
КАК ОБЩЕСТВО МОЖЕТ ПОВЛИЯТЬ НА РЕФОРМУ ОБРАЗОВАНИЯ. НОВЫЙ ИНСТРУМЕНТ
Александр Адамский: "Либо ты Мюнхгаузен, либо чиновник"
Наталья ИВАНОВА-ГЛАДИЛЬЩИКОВА
Состоялось первое заседание нового "круглого стола" "Образовательная политика". Среди тех, кто принял в нем участие, были депутаты
Госдумы, ученые, представители бизнес-институтов, издатели... Это постоянно действующий "круглый стол", на котором будут обсуждаться
наиболее острые проблемы современного образования, готовиться законопроекты. О том, каковы его цели и задачи, ректор Института
образовательной политики "Эврика" Александр АДАМСКИЙ рассказывает обозревателю Наталье ИВАНОВОЙ-ГЛАДИЛЬЩИКОВОЙ.
- Итак, зачем создан ваш "круглый стол"?
- Просто, последние 4-6 лет реформирования образования убедительно показали, что изнутри эту систему реформировать невозможно. И
дело не в том, правильные или неправильные решения принимаются чиновниками, а в том, что по природе своей образование - общественная
система. И вне формирования эффективных гражданских институтов влияния на образование, которые от имени общества попробуют высказать
свои интересы и потребности, любые попытки что-либо изменить неэффективны. Так родилась идея нашего "круглого стола".
- Это организация или институт?
- Пока неформальный клуб. Туда входят представители комитета по образованию и науке Госдумы, комитета по образованию Совета
федерации, а также представители бизнес-институтов, которые и стали инициаторами "круглого стола". Это Российский союз
промышленников и предпринимателей (РСПП), "Деловая Россия" и "Опора России". Кроме того, членами клуба стали издательство
"Просвещение", Российское общество психологов и инновационная сеть "Эврика".
- Это постоянно действующий "круглый стол"?
- Мы собираемся заседать раз в месяц: определять темы, прорабатывать материалы по этим темам, делать проект меморандума и передавать
его в средства массовой информации. Кроме того, мы планируем заниматься подготовкой законопроектов по наиболее существенным
направлениям, поддерживать конкурс "Авторская школа" (а это помощь образовательным инициативам, идущим снизу).
- И что дальше? Вы что-то обсудили, пришли к какому-то мнению...
- А дальше мы бы хотели на основе региональных структур, которые есть и у РСПП, и у "Деловой России", и у "Опоры России", создавать
региональные союзы попечителей (как это уже сделано, например, в Бурятии). Там самая активная и продвинутая часть
предпринимательского культурного сообщества объединилась в Союз попечителей, который является не клубом спонсоров, а институтом,
влияющим на приоритеты расходования бюджета, на содержание образования, кадровую политику - то есть на решение наиболее важных
проблем образовательной политики.
- Получается, что они берут на себя функции региональных комитетов образования или Министерства образования?
- Это гражданская образовательная власть. И когда президент Бурятии выступал на Первом учредительном съезде Союза попечителей
Бурятии, он так и сказал (а министр образования республики его в этом поддержал): нам нужна гражданская образовательная власть. Не
потому, что педагогическая власть плоха, а потому, что одна ведомственная власть не в состоянии внести улучшение в систему
образования. Это невозможно по природе образования. И мы, к сожалению, вынуждены констатировать, что из-за тотального монополизма
ведомства не только ни один модернизационный проект не дает тех результатов, на которые он был нацелен, но более того: увеличение
финансирования системы образования приводит к обратному результату.
- Это звучит парадоксально...
- Но только на первый взгляд. Ведь если человек попал в болото и он неподвижен, то есть надежда, что кто-то придет и его вытащит. А
если он начинает барахтаться, то чем сильнее он это делает, тем сильнее болото его засасывает.
-А они барахтаются?
- Ну да. Внутри своего ведомственного болота. Но только Мюнхгаузен сам себя за волосы вытащил. Но либо ты Мюнхгаузен, либо чиновник.
Для того чтобы улучшить ситуацию в образовании, нужно долго и кропотливо выращивать общественные институты влияния, которые бы
давали своеобразный социальный заказ, формулировали свои потребности и интересы: нужна нам двенадцатилетка или нет, нужен ЕГЭ или
нет? Дело не в том, правильный он или неправильный, а в том, что должна быть сформулирована гражданская воля.
- И эти силовые методы явно превалируют сегодня. Происходит насильственное насаждение всяческих "новшеств" - ЕГЭ, например. А дети и
ничего не понимающие учителя страдают...
- Да. И есть даже липовые показатели успехов: количество регионов, участвующих в "эксперименте". Но пока вузы этого не принимают,
ЕГЭ теряет всякий смысл. И то же самое с любыми другими ведомственными проектами.
- А какую роль будет играть Минобразования, если появится ваша гражданская образовательная власть?
- Чем меньше будет роль министерства в развитии образования, тем лучше. Потому что есть часы, а есть время. Не могут часы как
механизм влиять на то, как мне распределять время.
- То есть министерство должно заняться тем, для чего оно и существует, - стать исполнительной властью...
- Конечно. А когда нанятые люди начинают диктовать, как нам строить образование, это ненормально. Природа образования такова, что
его способен изменить только внешний общественный импульс. Но он сам по себе не возникнет. И из толпы тоже не возникнет...
- Не дай бог, если решение будет принимать толпа...
- Нет, конечно. Это должны быть профессионалы общественного управления. У нас ведь нет сословной элиты (дворянства, земства); другие
элиты только формируются. А это будет новая элита, новое земство, которое мы - образователи - выбираем среди населения, предлагаем
им продвигаться на этом поприще (у нас есть обучающие программы для общественного управления), понемножку создавая образцы
эффективного управления образованием.
Мне очень понравилась фраза, сказанная президентом Путиным на встрече с учеными 12 февраля: конкурентоспособность. Так вот, наша
система образования резко теряет конкурентоспособность.
- Модернизируясь, образование теряет конкурентоспособность...
- Как это ни парадоксально. Ведь конкурентоспособность зависит от того, насколько каждый из членов сообщества инициативен. А "полки
солдат", движущиеся как в прусской армии, сегодня уже неэффективны. Школа же подстраивается под армейский порядок. Но только
граждане, которые связаны с этой школой, могут подписать договор на эту инициативу. Они детей туда отдают и рискуют больше
чиновников. Передача ответственности вниз - ключевой сюжет в модернизации.