Тест "нарисуй лошадку" для художника-абстракциониста. В исполнении абсолютного монарха, с риском попасть на "открытое неповиновение государю" - разновидность госизмены.
Из раннего Бушкова, "Нечаянный король", 1990е
>а художник довольно оригинальный <...> главное чтоб у этого церетели не нашлось своего лужкова - все хорошо в меру
Вдоль стены уже было расставлено десятка два полотен, и возле них в претенциозной
позе -- этакая смесь скромности и творческой гордости -- стоял пухлощекий молодой человек примечательного облика. На нем, правда, был тартан геральдической расцветки -- но его комически дополняли блуза из грубого полотна, в какой, Сварог помнил, ходили ронерские маляры, высокий колпак из
белого шелка, расписанного яркими полосами и зигзагами. Вместо золотой дворянской цепи на шее красовалась серебряная, и на ней висел медальон с
изображением мифологической птицы Сирин -- символ Сословия свободных искусств и творческого вдохновения. Такие Сварог уже видел, но они всегда
были довольно скромных размеров, а не с тарелку величиной.
-- Вот в таком виде он по столице и шляется, -- шепотом наябедничал Таварош. -- Не пойми что. Супруга глаза выплакала, знакомые злословят...
Каменоломни и не таких перевоспитывали...
-- Ну, бросьте, -- так же шепотом ответил Сварог. -- Творческие люди -- народ особый, стоящий выше глупых условностей, а потому...
Он замолчал. Он увидел картины -- и содрогнулся. ... Подойдя поближе и присмотревшись гораздо внимательнее, Сварог громко произнес в пространство:
-- Это что, какая-то шутка?
-- Государь! -- укоризненным, вальяжным тоном отозвался мастер кисти. -- Я бы не осмелился шутить с высоким искусством...
Сварог оторопело пялился на холсты.
...
-- Позвольте, юноша! -- поднял он бровь. -- Не могу назвать себя тонким знатоком живописи, но должен же быть сюжет и смысл...
-- Погодите, погодите, -- оборвал Сварог. -- У вас что, все... в таком вот стиле и направлении?
-- Государь! -- с чувством сказал молодой человек. -- Простите за похвальбу, но именно я могу считаться творцом этого направления! В основе
всякого художественного произведения лежит взгляд творца на окружающий мир. Полотна, на которые вы благосклонно обратили ваше высокое внимание, как раз
и являются отражением моего взгляда на мир, моего понимания мира. Я так вижу! И стремлюсь не следовать рабски устаревшим канонам, предписывающим
тупо добиваться сходства, сюжета и смысла. Главная задача художника -- отразить свое видение мира! Полтора года, государь! Полтора года я обиваю
пороги тупых бюрократов и закосневших консерваторов, требуя совершенно ничтожных сумм на организацию Академии высокого художества, но ответом были лишь насмешки невежд...
Он разливался соловьем, тыча испачканным красками указательным пальцем в испачканные краской холсты. Сварог мрачно слушал, прикидывая, сколько же
угроблено красок и холста, которым можно было найти и полезное применение, -- рубашку сшить, вывеску намалевать. Таварош скривился, как от зубной боли.
Сварог всерьез опасался, что он вот-вот шарахнет родственничка по голове своим тяжелым мешком с бумагами. По углам зала стояли, как статуи,
телохранители с протазанами -- им-то не полагалось показывать какие бы то ни было эмоции и чувства, что бы ни творилось вокруг.
"В дурдом его, что ли? -- угрюмо подумал Сварог. -- Интересно, а есть ли здесь дурдом? Как-то не успел выяснить, кто ж знал, что понадобится..."
И тут его осенило. Он даже осклабился от удовольствия. И щелкнул пальцами, громко приказав:
-- Карандаш и бумагу! Живо!
За спиной послышался тихий топоток, энергичное перешептывание дворцовых лакеев. Буквально через полминуты кто-то, возникнув за спиной Сварога,
почтительно протянул ему большой лист белейшей бумаги и остро заточенный карандаш.
Сварог отмахнулся:
-- Это не мне. Отдайте этому господину... Любезный мэтр, не будете ли вы столь любезны нарисовать мне лошадку? Обыкновенную лошадку?
Пухлощекий художник уставился на него изумленно и тупо. Растерянно вертел в руках бумагу.
-- Король приказывает, -- сказал Сварог с садистским наслаждением.
-- Король приказывает, ты слышал? -- обрадованно поддержал глэрд Таварош, еще ничего не понявший, но заметно воодушевившийся.
Художник коснулся бумаги остро заточенным грифелем, провел несколько линий. Уронил руки, понурил голову. Едва слышным шепотом сообщил:
-- Не получится...
-- А почему? -- безжалостным голосом коронного прокурора наседал Сварог. -- Не умеете, а? Отвечайте, когда вас король спрашивает!
-- Отвечать, когда спрашивает его величество! -- заорал сияющий Таварош.
-- Так не умеете? -- спросил Сварог ласковее. -- Я правильно понял?
-- Не умею, ваше величество, -- кивнул художник, не поднимая глаз.
-- А домик нарисовать сумеете?
-- Нет...
-- Кошечку? -- не отставал Сварог. -- Птичку? Собачку? Уличный фонарь? Вывеску для трактирщика? Что молчите? Выходит, вы умеете только это
малевать? -- показал он на испачканные холсты. -- Ну вот, с вами кое-что проясняется...