>а без продовольствия уйти можно, если есть определенный опыт.
У них не было опыта, ни у одного. Более того - они вообще все в этих местах не бывали даже до этого. Верили что Тонконогов что-то понимает, потому что у него отсидок больше.
>Тот же Жигулин пишет о беглецах, промышляющих грабежами на трассе. Не в том дело. Да и путь у ребят был один, если хотели вырваться: в Магадан или Сеймчан. Захватить самолет и сесть где-нить в Хабаровском крае, откуда можно попытаться рвануть дальше (да и искать никто не станет).
У "ребят" не было ни карты, ни какого-либо представления о местности дальше десякта километров от лагеря. Солдатов катался взад-вперед на лошади не потому что не знал как ею управлять, а потому что не знеал куда ехать - не ориентировался на местнсти.
Они вообще не знали куда шли. Могли идти "вдоль реки" и "от реки вглубь".
Пошли на побег они от "сытой жизни", с жиру бесились просто, не представляя что их ждёт за воротами лагеря.
Поэтому они и умудрились выйти без продуктов (которых на 12 человек было заготовленно КРАЙНЕ мало), без карты, со смутными представлениями что они будут делать дальше.
Зато "понтов" было много:
Незадолго перед побегом эти собрания стали называться репетициями концерта, и фраза из рассказа Шаламова: «Мы дадим такой концерт, какого Колыма еще не видала» действительно прозвучала в то время на лаг. пункте №3. Только произнес ее не бригадир-режиссер, а один из его самых жестоких подручных парикмахер Сава. Показательно, что сказаны эти слова были не в разговоре со своим братом заключенным, а во взводе охраны, куда Сава ежедневно приходил брить бойцов, — как довольно открытая угроза.
Вместе с Тонконоговым зашел и Солдатов, который заявил может быть я и погибну, но пусть узнают силу балтийцев.
Убивали охрану что бы "показать силу балтийцев".
Движущая сила побега - "понты" и отсутствие проблем.
>Просто в общем-то нарядчики всякие, парикмахеры и тд - это особый склад зеков даже сегодня, когда условия покомфортнее. Не участвуют они в бунтах, не пишут жалобы, не захватывают оружие. Они в доску свои. Лагерная администрация прекрасно ориентируется в людях: один и сидит за мелочь, и сам весь из себбя положительный, и стучит на товрищей. А ни нарядчиком, ни вахтером ни в жисть не станет. А другой - отрицалово-отрицаловом, вор без пяти минут, сидит за мокруху, а вот глядишь - или старшина, или нарядчик... Потому что "свой" по сути своей. Не продаст. Потому и сам контингент побега вызывает сомнения.
Свой там был для администрации пожалуй Солдатов - бывший офицер по пьяному делу севший. Остальные попали на свои должности потому что умели делать то что полагалось на этой должнгости - чинить обувь, стричь людей, у Тонконогова как сказано вообще "золотые руки".
Это бандеровцы - Zamir Sovetov02.08.2007 10:00:59 (64, 202 b)