От Офф-Топик
К All
Дата 02.02.2002 02:57:58
Рубрики Прочее; WWII; Современность; Спецслужбы;

Кто хотел всего Н.Петрова ГПУ-КГБ из СОветской Мысли ??? ЧИтайте...

Александр КОКУРИН (Москва)
Никита ПЕТРОВ (Москва)

ГПУ – ОГПУ (1922-1928)

ПОЛИТБЮРО УТВЕРДИЛО проект положения об упразднении ВЧК 2 февраля 1922-го, поручив И.С.Уншлихту составить проект Положения о ГПУ. Декрет "Об упразднении ВЧК и о правилах производства обысков, выемок и арестов" был принят 6 февраля Президиумом ВЦИК. На основании этого декрета ВЧК была реорганизована в Государственное политическое управление (ГПУ) при НКВД РСФСР. 9 февраля Политбюро утвердило Положение о ГПУ, в этот же день был выпущен приказ ВЧК № 64, объявивший об упразднении Всероссийской чрезвычайной комиссии.
Как и в ВЧК, в ГПУ продолжали действовать Коллегия (за которой сохранялось право вынесения внесудебных решений вплоть до смертной казни) и постоянный Президиум ГПУ. Коллегия ГПУ в составе Ф.Э.Дзержинского, И.С.Уншлихта, В.Р.Менжинского, Г.Г.Ягоды, Я.Х.Петерса, Г.И.Бокия, В.Н.Манцева, С.А.Мессинга и Ф.Д.Медведя была утверждена лишь 4 июля 1922-го постановлением СНК РСФСР.
На момент образования ГПУ не отличалось по своей структуре от ВЧК. Затем, в течение 1922-го, произошли очередные изменения.
1 марта Информационный отдел (ИНФО) ГПУ возглавил В.Ф.Ашмарин (до революции – секретарь издательства московских символистов "Мусагет"; кстати, не был чужд литературной жизни Серебряного века и В.Р.Менжинский).
С 1 же марта начальник Экономической части ГПУ Н.В.Крыленко, его заместитель М.К.Ихновский и помощник Е.Б.Юровицкий оставили свою работу в ГПУ и были исключены из списков его личного состава.
Приказом ГПУ № 1 от 2 марта создавался музей борьбы с бандитизмом.
Приказом ГПУ № 5 от 8 марта была организована цензура зрелищ.
13 марта заместитель начальника Иностранного отдела (ИНО) М.А.Трилиссер возглавил этот отдел, а прежде руководивший ИНО С.Г.Могилевский с 15 мая откомандировывался в Закавказскую ЧК.
Приказом Управления делами (УД) ГПУ № 25 от 30 марта "в целях надлежащей постановки руководства работой аппаратов регистрационной службы органов ГПУ" регистрационно-статистическое отделение Оперода было выделено в Отдел центральной регистратуры (ОЦР) в составе Секретно-оперативного управления (СОУ). Начальником ОЦР оставался Я.Роцен.
6 апреля Г.Г.Ягода "ввиду перегруженностью работой по СОУ и ОО" был освобожден от должности управляющего делами ГПУ; на этом посту его сменил В.Н.Чайванов.
1 июня Ягоду назначили начальником Особого отдела (ОО) ГПУ.
Приказом ГПУ № 98 от 2 июня в составе СОУ появился Восточный отдел (ВО): тем самым работа по так называемой "восточной контрреволюции" выделялась из ОО в самостоятельное направление (отдел был создан на базе 14 спецотделения ОО ВЧК). В задачи ВО входило объединение всей деятельности органов ГПУ на Кавказе, в Туркестане, Хиве, Бухаре, Киргизии, Татарии, Башкирии и в Крыму по линии "специфической восточной контрреволюции и восточного шпионажа". ВО был также призван разрабатывать весь материал, получаемый Закордонной частью ИНО из стран Востока, и давать ИНО оперативные задания, исполнение которых было для ИНО обязательным. Начальником ВО стал Я.Х.Петерс, а его заместителем - В.А.Стырне. В составе ВО были образованы три отделения, к декабрю 1922-го их функции выглядели так: 1 отделение (Ближний Восток и Кавказ, -В.А.Стырне), 2 отделение (Средний Восток и Средняя Азия, - Ф.И.Эйхманс), 3 отделение (Дальний Восток, - М.М.Казас).
Приказом УД ГПУ № 78 от 6 июня 1922-го вводился новый штат ОЦР (93 человека), а начальником ОЦР стал А.М.Шанин.
Приказом УД ГПУ № 81 от 12 июня должность заместителя начальника Секретного отдела (СО) упразднялась, вместо нее уже с 8 июня были введены три должности помощников начальника СО: по агентурно-оперативной части (Т.Д.Дерибас), по общей части (И.З.Сурта) и по следствию (А.А.Андреева).
Приказом УД ГПУ № 88 от 21 июня был объявлен штат Отдела Политконтроля (ПК) в составе СОУ, начальником ПК стал Б.Е.Этингоф. Этот отдел, организованный на базе военно-политической цензуры, контролировал почтово-телеграфную и радиотелеграфную корреспонденции. ПК также оказывал официальной цензуре (Главлиту) "техническую помощь в деле наблюдения за типографиями, книжной торговлей", ввозом и вывозом из страны книжной продукции и исполнял функции так называемой "карательной" (последующей) цензуры, изымая "вредные" издания, по тем или иным причинам пропущенные цензурой предварительной (Главлитом).
В июле прежний ОО был разделен на два отдела - Контрразведывательный (КРО) с задачами борьбы со шпионажем и белогвардейскими организациями и новый Особый отдел (ОО), в ведении которого осталась чекистская работа в армии. Оба отдела по-прежнему входили в СОУ. Приказом УД ГПУ № 102 от 7 июля объявлялись штаты и структура (из 10 отделений) КРО. Начальником КРО был назначен А.Х.Артузов, его заместителями - В.В.Ульрих и Р.А.Пилляр.
17 июля Ф.В.Патаки был освобожден от должности начальника Управления войск ГПУ и на его место назначен Э.С.Кадомцев (проработавший на этом посту лишь до 1 декабря).
В июле наметилась было серьезная перестройка Экономического управления (ЭКУ) с поднятием статуса его отделов: на должности начальников отделов Коллегия ГПУ назначила чекистов высших рангов. Согласно решениям от 24 - 25 июля, предполагалась такая структура ЭКУ: первый заместитель начальника ЭКУ - П.С.Мулявко; заместитель начальника ЭКУ - А.С.Сонье-Доманский; Отдел внешней торговли (начальник - И.С.Уншлихт); Отдел внутренней торговли (вакансия); Сельскохозяйственный отдел (В.Р.Менжинский); Промышленный отдел (Я.Х.Петерс); Общий отдел (В.Д.Фельдман); Информационный отдел (Р.А.Пилляр); Транспортный отдел (Г.И.Благонравов); Финансовый отдел (З.Б.Кацнельсон). Похоже, ГПУ собиралось всерьез заняться экономическими проблемами: при подобных рангах начальников отделов явно предполагалось, что руководить ЭКУ станет сам Дзержинский. Даже традиционно самостоятельный Транспортный отдел (ТО) хотели теперь включить в состав ЭКУ. Однако намеченная Коллегией ГПУ реорганизация аппарата ЭКУ не была закреплена соответствующим приказом по Управлению делами ГПУ и, вероятно, фактически не состоялась. В самом начале августа обязанности начальника ЭКУ временно исполнял З.Б.Кацнельсон, а уже в первых числах сентября был объявлен, как мы увидим, новый штат ЭКУ.
Приказом УД ГПУ № 137 от 17 августа Политсекретариат (ПОСЕКР) войск ГПУ был переименован в политотдел (сокращенно ПОРЕСП).
Приказом ГПУ № 184 от 22 августа Следственная часть Президиума ГПУ была реорганизована в Юридический отдел в составе трех отделений: юрисконсультского; следственного; по надзору за следствием и тюремному надзору. Начальником Юридического отдела (штат 42 человека) остался В.Д.Фельдман. В его функции входили: разработка проектов законоположений, вносимых ГПУ в законодательные органы, и согласование Положения о ГПУ с действующими законами; дача юридических заключений на действия ГПУ, правомерность которых оспаривается; осуществление связи ГПУ с Наркомюстом, Прокуратурой и Верховным Революционным Трибуналом; наблюдение за правильностью ведения следствия и содержания под стражей в органах ГПУ; наблюдение за карательной политикой судебных органов по делам, поступающим к ним из органов ГПУ, и подготовка регулярных (раз в три месяца) обзоров по этому вопросу; производство предварительного следствия по делам сотрудников органов ГПУ, преступления которых связаны с их работой.
Приказом УД ГПУ № 160 от 15 сентября были объявлены вводимые с 4 сентября новый штат (108 человек) и расстановка руководителей ЭКУ. Начальником ЭКУ стал З.Б.Кацнельсон, его заместителем - М.А.Дейч, начальниками отделов назначались: П.С.Мулявко (промышленный отдел), Яунозолынь (внешней торговли), А.С.Сонье (внутренней торговли), К.К.Краснушкин (общий отдел), М.В.Бренер (информационный), вакантными на этот момент оставались должности начальников финансового и сельскохозяйственного отделов.
11 сентября И.А.Воронцов сменил сталинского свояка С.Ф.Реденса (посланного руководить крымскими чекистами и более в Центральный аппарат не возвращавшегося) на посту начальника Административно-организационного управления (АОУ) ГПУ.
26 сентября В.Н.Чайванов был освобожден от должности управляющего делами ГПУ, временно исполняющим обязанности управделами стал его помощник С.Н.Жданович.
Карьера будущего советского премьера Н.А.Булганина началась в 1918-м со службы в ВЧК, однако больших высот на этом поприще он не достиг: приказом УД ГПУ № 174 от 2 октября 1922-го помощник начальника информационного отделения ТО ГПУ Н.А.Булганин "по личному желанию" был исключен со всех видов довольствия и с 1 октября откомандирован в ЦК РКП(б).
Приказом ОГПУ № 237 от 4 октября было объявлено постановление Совета труда и обороны от 27 сентября о передаче в ведение ГПУ конвойной стражи.
Приказом УД ГПУ № 201 от 2 ноября в штате СОУ было создано самостоятельное "Особое бюро по делам административной высылки антисоветских элементов интеллигенции" (штат 9 человек), его начальником стал Я.С.Агранов, а помощниками начальника - В.И.Хаскин, Г.Е.Прокофьев и Н.Н.Алексеев, причем двое последних совмещали эти должности со своей основной работой в ИНО. В этом бюро концентрировалась вся работа ГПУ по интеллигенции, для чего бюро должно было использовать и аппарат соответствующих отделений Секретного отдела.
Приказом ГПУ № 291 от 14 ноября вводилась классификация секретных сотрудников. Были установлены три категории: "Агент наружного наблюдения" - штатный секретный сотрудник ГПУ (работа по линии Оперода); "Информатор" – лицо, завербованное или введенное в организацию, учреждение, квартиру для "освещения" (работа по линии ИНФО); "Осведомитель" – лицо, завербованное или введенное в "антисоветскую, шпионскую, контрреволюционную и преступную организации" для их освещения и добывания сведений о них (осведомители находились в ведении СО, КРО и т.п. отделов). При этом все секретные сотрудники, дающие материалы общего освещения, переводились в разряд информаторов с передачей в ИНФО, информаторы же, сумевшие проникнуть в "преступные организации" и способные исполнять задания соответствующих отделов (СО, КРО и т.п.), передавались из ведения ИНФО этим отделам уже в качестве осведомителей.
Приказом ГПУ № 299 от 17 ноября Управление делами ГПУ расформировывалось с передачей его функций в АОУ.
Приказом ГПУ № 314/553 от 28 ноября объявлялось решение (нереализованное) об издании печатного органа политотдела войск ГПУ - журнала "Гвардия пролетариата".
Приказом АОУ № 28/242 от 21 декабря в штат работников аппарата при Коллегии ГПУ вводилась должность "уполномоченного по особым делам при Председателе ГПУ"; еще 1 декабря на эту должность был назначен М.М.Луцкий.
В результате всех этих преобразований штат ГПУ, введенный с 1 декабря (объявлен приказом по АОУ № 14/228 от 5 декабря), принял следующий вид:

Председатель ГПУ (Ф.Э.Дзержинский), заместитель председателя ГПУ (И.С.Уншлихт); секретарь председателя ГПУ(В.Л.Герсон); Секретариат Коллегии ГПУ(начальник - Р.Д.Езерская).
Специальное отделение (А.Я.Беленький).
Специальный отдел (начальник - Г.И.Бокий, помощник начальника - А.Г.Гусев, начальники отделений – Г.Н.Крамфус, Н.Я.Клименков, В.Д.Цибизов).
Отдел снабжения (С.Ф.Сидоров).
Курсы ГПУ (В.Д.Фельдман).
Юридический отдел (начальник – В.Д.Фельдман, заместитель начальника - А.А.Холщевников): следственное отделение (К.А.Рацен), отделение следственного и тюремного надзора (Я.А.Штаммер), юрисконсультское отделение (В.А.Байковский).

СОУ (начальник - В.Р.Менжинский, заместитель начальника - Г.Г.Ягода, секретарь СОУ - И.П.Казаков):
СО (начальник - Т.П.Самсонов, помощники начальника - Т.Д.Дерибас, А.А.Андреева, И.З.Сурта):
1 отделение (М.А.Герцман),
2 отделение (Р.И.Аустрин),
3 отделение (Т.Д.Дерибас),
4 отделение (И.Ф.Решетов),
5 отделение (И.З.Сурта),
6 отделение (Е.А.Тучков),
7 отделение (А.А.Андреева),
8 отделение (И.А.Чистяков),
9 отделение (Я.М.Генкин),
10 отделение (Я.М.Генкин по совместительству),
11 отделение (И.Р.Шиманкевич);
ОО (начальник - Г.Г. Ягода, заместитель начальника - Л.Н.Мейер):
1 отделение (В.П.Лавровский),
2 отделение (И.К.Лазоцкий),
3 отделение (Г.З.Зарембо-Розовский);
КРО (начальник – А.Х.Артузов, заместители начальника - Р.А.Пилляр, В.В.Ульрих, помощники начальника - Ф.В.Патаки, С.В.Пузицкий, Э.П.Салынь):
1 отделение (осведомительская работа в иностранных миссиях и представительствах, начальник - Л.Б.Левин-Залин),
2 отделение (борьба со шпионажем со стороны Латвии, Литвы, Эстонии, Финляндии, Швеции, Норвегии и Дании, - И.Ю.Кясперт),
3 отделение (борьба со шпионажем со стороны Польши, Румынии и балканских стран, - Ю.И.Маковский),
4 отделение (борьба со шпионажем со стороны стран Центральной и Западной Европы и Америки; наблюдение за деятельностью "АРА" и других организаций помощи голодающим, - В.С.Кияковский),
5 отделение (вопросы охраны границ, борьба с контрабандой и надзор за таможенной службой, - В.А.Розанов),
6 отделение (борьба с контрреволюционными организациями Савинкова, Врангеля, монархистов и т.п., - И.И.Сосновский),
7 отделение (борьба с бандитизмом, - Ф.В.Патаки; с 1 апреля 1923-го 7 отделение занялось борьбой со шпионажем со стороны Китая, Японии и Кореи и с белогвардейскими эмиграционными группировками на их территории, а его начальником стал И.Ф.Тубала);
ТО (начальник – Г.И.Благонравов, первый заместитель начальника- Д.В.Усов, второй заместитель начальника - В.А.Кишкин):
Секретная часть ТО (В.А.Кишкин),
Административно-строевое отделение (Л.П.Руднев),
Отделение предварительного дознания (А.Ю.Григорович),
Секретное отделение (Л.Р.Личман);
ИНО (начальник - М.А.Трилиссер, помощники начальника – Г.Е.Прокофьев, В.С.Селезнев):
Закордонное отделение (начальник - М.А.Трилиссер),
бюро виз (Н.Ф.Угаров);
ВО (начальник - Я.Х.Петерс):
1 отделение (ближневосточное, - В.Г. Соколовский),
2 отделение (средневосточное, - Ф.И.Эйхманс),
3 отделение (дальневосточное, - Г.В.Андреев);
Оперод (начальник - И.З.Сурта, заместитель начальника - К.В.Паукер, помощник начальника - М.М.Алиевский):
активное отделение (Ж.Ж.Якобсон),
техническое отделение (В.А.Евстафьев),
телеграфная связь (Я.С.Полозов),
фотохимическая лаборатория (Н.В.Болозин);
ИНФО (начальник - В.Ф.Ашмарин):
отделение госинформации (Д.А.Рабинович - по совместительству),
отделение секретной информации (Д.А.Рабинович),
отделение иностранной информации (А.С.Басов);
ОЦР (начальник - А.М.Шанин, помощник начальника - И.П.Павлов):
бюро статистики (П.А.Иванов),
регистрационное отделение (Е.К.Густ),
бюро розыска (В.Н.Подобедов),
бюро иностранной регистратуры (О.В.Балинская),
учетное отделение (Б.П.Одинцов),
бюро справок (М.Н.Пестрикова),
камера хранения (В.Я.Алимов),
центральная картотека (С.Я.Зубкин),
центральный архив (В.Г.Лебедева);
Отдел политконтроля (ПК) (начальник - Б.Е.Этингоф, заместитель начальника - И.А.Медведев):
1 отделение (печати и зрелищ, - Г.А.Галгут),
2 отделение (почтово-телеграфное, - Н.Г.Архипов).

ЭКУ (начальник - З.Б.Кацнельсон, заместитель начальника - А.М.Трепалов, помощник начальника - П.И.Карпенко):
отдел торговли и промышленности (П.С.Мулявко),
отдел внешней торговли и финансов (А.Н.Перепелица),
отдел госторговли и таможен (А.Ф.Хорошев),
отдел концессий и акционерных обществ (Л.А.Островский),
отдел информации (М.В.Бренер),
сельскохозяйственный отдел (Д.М.Денисов).
Штаб войск ГПУ Республики: командующий войсками ГПУ (председатель ГПУ или его заместитель), начальник штаба (Н.А.Ефимов), помощник начальника штаба (А.Г.Лепин); штаб отдельного пограничного корпуса (во главе с начальником КРО ГПУ).
АОУ (начальник - И.А.Воронцов, помощник начальника по адм.-орг. работе - В.И.Музыкант, помощник начальника по хозчасти - С.Н.Жданович):
организационный отдел (А.К.Колесников),
административный отдел (А.П.Флексер),
комендатура (К.И.Вейс),
заведующий приемом арестованных (Г.И.Андреев),
дом 2 по Большой и Малой Лубянке (смотритель - П.С.Шашкин),
дома 11 и 12 по Большой Лубянке (комендант - П.И.Магго, помощник коменданта - В.И.Шигалев),
внутренняя тюрьма (К.Я.Дукис; комендант внутренней тюрьмы возглавлял тюремный отдел АОУ),
служба связи (С.А.Свидерский),
гараж (Ф.Х.Брикман),
конная база (Е.И.Жуков),
мастерские связи (С.С.Огольцов),
склад (Н.И.Никулин),
телефонная станция (С.Г.Свистунов),
фельдъегерский корпус (П.А.Митрофанов),
фельдъегерский отряд (командир отряда - А.А.Даргевич),
отделение городской почты (К.М.Зельтин),
веломастерская (Б.М.Фрыкин),
санитарная часть (начальник - М.Г.Кушнер, лекпом - А.Л.Смольцов).

Организации сотрудников: бюро ячейки РКП(б) ГПУ / Московского губотдела ГПУ (ответственный секретарь - М.И.Шкляр, организатор - С.И.Жбанков), бюро ячейки РКСМ ГПУ / Московского губотдела ГПУ (ответственный секретарь - В.В.Шишкин, заместитель отв. секретаря - И.М.Шрейдер).

На 1 декабря 1922-го штат Центрального аппарата ГПУ составлял 2213 человек. В эти годы произошло значительное сокращение общей численности сотрудников ВЧК-ГПУ по стране. Если на конец 1921-го насчитывалось 90 000 гласных сотрудников, то к моменту образования ГПУ их штат был определен в 60 000 человек. В течение 1922-го сокращение продолжалось и в итоге к 1 ноября 1923-го осталось 33 152 гласных сотрудника. Аналогичной была картина и с секретными сотрудниками (негласным штатом): на начало 1921-го их насчитывалось 60 000 человек, к началу 1922-го стало вдвое меньше – 30 000 (а на 1 ноября 1923-го штат секретных сотрудников составил 12 900 человек). Сокращалась и численность войск. На 1 октября 1922-го общая численность внутренних, пограничных и конвойных войск составляла 117 000 человек, а на 1 ноября 1923-го - 74 800, из них во внутренних войсках – 24 800, в пограничных – 32 977, в конвойных – 17 000 человек.

СЛЕДУЮЩИЙ, 1923 ГОД начался с создания (приказом ГПУ № 5/11/3 от 5 января) Строительного управления ГПУ, однако вскоре, уже 14 февраля, приказом ГПУ № 61/102 это управление было реорганизовано в строительный отдел штаба войск ГПУ.
11 января Коллегия ГПУ утвердила Положение об Экономическом управлении ГПУ (объявлено приказом ГПУ № 37 от 30 января), определив ЭКУ как орган "1) борьбы с экономической контрреволюцией, экономическим шпионажем и преступлениями - должностными и хозяйственными и 2) содействия экономическим Наркоматам в выявлении и устранении дефектов их работы".
Положение возлагало на ЭКУ следующие основные задачи: раскрытие организаций и лиц, противодействующих в контрреволюционных целях нормальной деятельности хозяйственных учреждений и предприятий; борьба с экономическим шпионажем (выражающимся в расхищении или собирании сведений, имеющих характер хозяйственной тайны РСФСР, их передаче и сообщении иностранным державам или контрреволюционным организациям); борьба с злоупотреблением властью или с бездействием власти и халатным отношением к службе, повлекшими за собой расстройство нормальной деятельности хозорганов, заключение явно убыточных договоров и расточение государственного достояния; борьба со взяточничеством; борьба с бесхозяйственностью; борьба с заведомо злонамеренным неисполнением обязательств по договорам с госорганами и со спекуляцией авансами; содействие экономическим наркоматам "в полном овладении командными высотами хозяйственной жизни Республики" - внешней и внутренней торговлей, крупной промышленностью, финансами, путями сообщения и сельским хозяйством; содействие Комвнуторгу (Комиссия по внутренней торговле при Совете труда и обороны, в мае 1924-го преобразованная в наркомат) и Главконцесскому (при СНК СССР) в наблюдении за концессиями, смешанными и акционерными обществами и частной торговлей; информирование ЦК РКП(б) и Совета труда и обороны об экономическом положении страны;, наконец, выполнение специальных поручений Коллегии ГПУ по экономическим вопросам. Согласно Положению ЭКУ состояло из секретариата и четырех отделов: промышленности и торговли, внешней торговли и финансов, сельскохозяйственного, информационного.
Приказом ГПУ № 21 от 18 января было объявлено о сосредоточении ("в интересах конспирации") всех осужденных сотрудников ГПУ в Архангельском лагере.
Приказом АОУ № 19 от 27 января Особое бюро по административной высылке интеллигенции расформировывалось, а все его функции передавались с 1 февраля в СО. В штат СОУ была введена должность особоуполномоченного по важнейшим делам (на правах начальника отдела), на которую был назначен с 1 февраля Я.С.Агранов, а его помощником - Н.Н.Алексеев (чуть позже, с 1 марта, при ОЦР было организовано техническое бюро по административным высылкам).
С февраля 3 отделение КРО возглавил Я.К.Ольский, перешедший с должности руководителя ЧК-ГПУ БССР (которую занимал с 6 июня 1921-го).
Приказом АОУ № 26 от 5 февраля в СО был создан подотдел по интеллигенции в составе вновь организуемых 12, 13 и 14 отделений СО (их штат вводился с 1 февраля). Начальник этого подотдела одновременно являлся помощником начальника СО; с 1 апреля им стал И.Ф.Решетов (совмещая эту должность с заведованием 3 отделением СО).
С учетом реорганизаций функциональные задачи отделений СО определились следующим образом:
1 отделение (анархисты, начальник - А.Ф.Рутковский, с 25 декабря 1922-го);
2 отделение (меньшевики, - Я.Н.Кожевников, с 26 декабря 1922-го);
3 отделение (правые эсеры, - И.Ф.Решетов, с 21 декабря 1922-го);
4 отделение (кадеты, монархисты, черносотенцы, бывшие жандармы, - Я.М.Генкин, с 12 июля 1923-го);
5 отделение (левые эсеры, - И.З.Сурта; с 1 июня 1923-го - Е.А.Оше);
6 отделение (церковники, "тихоновцы", "живая церковь", "древнеапостольская церковь" (последние две – различные группировки обновленцев), - Е.А.Тучков);
7 отделение (прочие партии, - И.А.Шрайбман, с 15 февраля 1923-го);
8 отделение (осведомительское: руководство "бюро содействия" органам ГПУ, - И.А.Чистяков);
9 отделение (антисоветские элементы в кооперации, - Я.М.Генкин до 12 июля; В.С.Панков с 12 июля 1923-го);
10 отделение (еврейские националистические группировки, - Я.М.Генкин по совместительству);
11 отделение (антисоветские элементы на транспорте, - И.Р.Шиманкевич);
12 отделение (антисоветские элементы в сфере литературы, печати и театров, - А.С.Славатинский, с 15 марта 1923-го);
13 отделение (контроль за различными обществами и съездами, высылка интеллигенции за границу, - М.Д.Соловьев, с 11 мая 1923-го);
14 отделение (антисоветские элементы в вузах и "казенное осведомление" (по госучреждениям), - В.Я.Шешкен, с 15 октября 1923-го).

18 апреля 1923-го на собрании сотрудников ГПУ было организовано спортивное общество "Динамо", первым его председателем избрали И.С.Уншлихта.
1 мая Б.Е.Этингофа сменил во главе ПК И.З.Сурта, покинувший свою должность в СО, но по совместительству еще остававшийся пока начальником Оперода.
4 мая И.П.Казаков был освобожден от должности секретаря СОУ, ее занял по совместительству начальник ОЦР А.М.Шанин.
Приказом ГПУ № 186/272 от 8 мая был организован Военный архив ГПУ.
12 мая К.В.Паукер из заместителей начальника стал начальником Оперода, а И.З.Сурта был освобожден от этой должности.
Приказом АОУ № 114 от 25 мая Т.П.Самсонов "ввиду расстроенного здоровья" был освобожден от должности начальника СО, СО возглавил Т.Д.Дерибас, этим же приказом особоуполномоченный СОУ Я.С.Агранов стал по совместительству (с 24 мая) заместителем начальника СО, а И.Ф.Решетов лишился должности помощника начальника СО по подотделу по интеллигенции.
Приказом АОУ № 144 от 30 июня было объявлено, что при тюремном отделе АОУ с 15 июня организован Особый концлагерь ГПУ (позднее он получил наименование Суздальского политизолятора ОГПУ). В 1923-м его комендантом был В.Е.Борисов.
Приказом ГПУ № 315 от 28 июля был сформирован самостоятельный Отдел пограничной охраны (ОПО) ГПУ, куда были переданы личный состав и имущество 5 отделения КРО, специального отделения ЭКУ по внутренней контрабанде и Пограничный отдел штаба войск ГПУ. Этим же приказом начальником ОПО был назначен Я.К.Ольский, по совместительству оставшийся помощником начальника КРО (в этой должности – с 1 мая 1923-го).
Еще во времена ВЧК возник институт полпредов - руководителей ее местных органов: в ряде крупных районов страны, объединявших по несколько губерний, и в некоторых республиках были созданы полномочные представительства (ПП) ВЧК. В 1920 - 1921 годах полпредства ВЧК были организованы в Туркестане, Закавказье, Киргизии, Сибири, на Украине, юго-востоке России и т.д. На территории РСФСР полпредства ВЧК-ГПУ были привязаны к группам губерний, составлявших один военный округ, что отражалось в названиях полпредств. Например, в ПП ГПУ по Петроградскому военному округу в 1923-м входили: Петроградская, Новгородская, Псковская, Мурманская, Череповецкая, Вологодская, Северо-Двинская, Архангельская губернии, Карельская и Зырянская области.
30 августа Дзержинского на посту наркома внутренних дел РСФСР сменил А.Г.Белобородов (19 ноября по просьбе Дзержинского Белобородова назначили и председателем Детской комиссии при ВЦИК, которую со дня основания – 27 января 1921-го - возглавлял Дзержинский).
Постановлением СНК СССР от 18 сентября 1923-го (еще до преобразования ГПУ) уже была утверждена Коллегия ОГПУ в следующем составе: Ф.Д.Дзержинский (председатель ОГПУ), В.Р.Менжинский (первый заместитель председателя ОГПУ), Г.Г.Ягода (второй заместитель председателя ОГПУ) и члены Коллегии В.Н.Манцев (нарком внутренних дел Украины), Г.И.Бокий (начальник Спецотдела), Я.Х.Петерс (начальник ВО), С.А.Мессинг (полпред ГПУ в Петроградском военном округе), В.А.Балицкий (полпред ГПУ на Украине) и С.Г.Могилевский (председатель Закавказской ЧК); согласно Конституции назначение наркомов и утверждение назначенных постановлениями СНК СССР их замов относилось к компетенции Президиума ЦИК СССР, который уже в следующем году оформил новые назначения Дзержинского, Менжинского и Ягоды (совместным постановлением ЦИК и СНК СССР от 15 февраля 1924-го). И.С.Уншлихт теперь расстался с должностью заместителя председателя ГПУ, был направлен на работу в РККА и стал членом РВС СССР. С бывшими сослуживцами по ВЧК-ГПУ Уншлихт попрощался в письме, оформленном как приказ ГПУ № 394 от 22 сентября 1923-го. Вот что он писал:
"Дорогие товарищи.
За 21/2 года совместной напряженной работы, благодаря дружным усилиям, достигли мы не только успешных результатов в борьбе с врагами рабоче-крестьянской власти, но и проделали крупную организационную работу, приспособив все наши аппараты к новой обстановке, к новым методам борьбы.
Резкое обострение за последние месяцы международной обстановки грозит серьезными осложнениями.
Карательный орган диктатуры пролетариата должен быть на чеку. Новые опасности требуют еще большей энергии, сплоченности и вдумчивости, чем проявленная нами до сих пор.
К сожалению я непосредственного участия в осуществлении новых задач, падающих на ГПУ, больше принимать не смогу.
Постановлением Совета Народных Комиссаров я поставлен на другой боевой пост.
Переходя на другую работу, я не перестаю быть чекистом. Я всегда с Вами.
Дорогие друзья.
На прощание большое горячее товарищеское спасибо за оказанную мне поддержку и помощь на трудном посту Заместителя Председателя Государственного Политического Управления.
От всей души желаю Вам новых побед.
Дорогие товарищи.
Шлю Вам всем искренний Коммунистический привет".

Приказом ГПУ № 405 от 3 октября была реорганизована структура управления войсками ГПУ. В Центральном аппарате и в полпредствах ГПУ на местах были сформированы Инспекции войск ГПУ. Главным инспектором войск ГПУ был назначен Я.К.Ольский (по совместительству он остался начальником Отдела пограничной охраны ГПУ).
15 октября 1923-го В.В.Ульрих, к тому времени окончательно перешедший на работу в судебные органы (еще с ноября 1920-го он был членом коллегии Революционного военного трибунала республики, а на декабрь 1922-го значился председателем Военной коллегии Верховного ревтрибунала), был освобожден от должности заместителя начальника КРО. Постановлением ЦИК СССР от 25 ноября 1923-го в составе Верховного суда СССР была организована Военная коллегия. 8 февраля 1924-го Президиум ЦИК СССР постановил назначить Ульриха заместителем ее председателя, а с 29 января 1926-го Ульрих на долгие годы, вплоть до 1948-го (когда его перевели начальником факультета в Военно-юридическую академию), стал председателем Военной коллегии, участвуя в этом качестве во всех крупнейших политических процессах.
Приказом АОУ № 240 от 23 октября 1923-го (объявившим введенные с 15 октября новые штаты Центрального аппарата) отделы ЭКУ были упразднены и вместо них введены номерные отделения, как это было принято и в СОУ. Структура ЭКУ стала следующей:
начальник ЭКУ (З.Б.Кацнельсон); помощники начальника ЭКУ (Я.И.Кеппе, А.А.Иванченко), секретарь ЭКУ (А.Е.Сорокин), начальник канцелярии ЭКУ (К.А.Дунц),
1 отделение (тяжелая индустрия и топливо, начальник - А.А.Иванченко),
2 отделение (легкая индустрия, - И.М.Островский),
3 отделение (военно-хозяйственное, - Р.К.Лепсис),
4 отделение (внешняя торговля, - И.В.Запорожец),
5 отделение (финансовое, - Б.Г.Голышев),
6 отделение (транспорта и связи, - Н.Д.Шаров),
7 отделение (сельское хозяйство и кооперация, - И.Ф.Чибисов),
8 отделение (информационно-агентурное, - С.А.Брянцев).


В НОЯБРЕ 1923 ГОДА произошла реорганизация ГПУ в Объединенное государственное политическое управление (ОГПУ). Это было прямым следствием принятого еще 30 декабря 1922-го "Договора об образовании СССР", в пункте 12 которого говорилось: "В целях утверждения революционной законности на территории СССР и объединения усилий союзных республик по борьбе с контрреволюцией учреждается при ЦИК СССР Верховный суд с функциями верховного судебного контроля, а при СНК Союза - объединенный орган государственного политического управления, председатель которого входит в СНК с правом совещательного голоса".
Вскоре, 10 января 1923-го, ЦИК СССР постановил организовать комиссию по выработке положения об ОГПУ, в состав которой вошли: А.П.Смирнов (председатель комиссии), Н.В.Крыленко, И.С.Уншлихт, Д.З.Мануильский, С.М.Тер-Габриелян, А.Г.Белобородов и Г.П.Мдивани. Приказом ГПУ № 247 от 11 июня была создана комиссия по реорганизации ГПУ. Как мы видели, еще 18 сентября были утверждены члены Коллегии ОГПУ. Но формально Президиум ЦИК СССР принял постановление об организации ОГПУ при СНК СССР лишь 2 ноября, а 15 ноября утвердил "Положение об ОГПУ и его органах" (объявлено приказом ОГПУ № 486 от 21 ноября 1923-го; нумерация приказов ГПУ и ОГПУ в этом году осталась сквозной).
Положение об ОГПУ, в частности, гласило, что ОГПУ руководит работой местных органов ГПУ через своих уполномоченных при совнаркомах союзных республик. Таковыми являлись полпреды ОГПУ в соответствующих республиках.
Приказом ОГПУ № 463 от 2 ноября при ОО была создана Экспедиция подводных работ особого назначения (ЭПРОН).
Постановлением ВЦИК от 17 ноября в состав Высшего совета физкультуры в качестве представителей ОГПУ были введены Г.Г.Ягода и Л.Н.Мейер (помощник начальника ОО).
Приказом ОГПУ № 510 от 30 ноября была организована Высшая пограничная школа ОГПУ, размещавшаяся в Москве по адресу: Безбожный пер., 25.
Приказом ОГПУ № 527 от 15 декабря Управление Северного лагеря принудительных работ ОГПУ было переведено из Архангельска на Соловецкие острова (Соловецкий лагерь принудительных работ особого назначения (СЛОН ОГПУ) был организован постановлением СНК СССР от 13 октября 1923-го и в последующие годы, вплоть до закрытия в ноябре 1939-го, неоднократно менял свое название).
Приказом по АОУ ОГПУ № 292 от 24 декабря было объявлено о слиянии Московского губотдела (МГО) ГПУ с Центральным аппаратом ОГПУ. Для руководства уездными ГПУ Московской губернии в ИНФО ОГПУ было создано новое отделение. Вскоре, приказом МГО № 308 от 28 декабря, был определен порядок передачи структурных подразделений МГО ГПУ в Центральный аппарат ОГПУ: в СО ОГПУ передавались 1 и 2 отделения Секретной части МГО, а в КРО (с правами самостоятельного отделения) - 3 отделение Секретной части МГО. Составлявшие Оперативную часть МГО отделения передавались: 1 отделение - в ИНФО ОГПУ, 2 отделение - в ОЦР, 3 отделение - в Оперод. Обще-административная часть (ОАЧ) МГО расформировывалась, а ее дела передавались в АОУ ОГПУ. Часть Охраны МГО передавалась в Спецотделение при Коллегии ОГПУ, Экономическая часть МГО - в ЭКУ ОГПУ, Особый отдел Московского военного округа - в ОО ОГПУ, а его работа по линии контрразведки - в КРО. Тюремное отделение МГО в 1922-м находилось по адресу: Б.Кисельный пер., 8. Юридическое отделение МГО передавалось в Юридический отдел ОГПУ.

БЫВШИЙ НАЧАЛЬНИК МГО ГПУ Ф.Д.Медведь 13 марта 1924-го был откомандирован в Минск на должность полпреда ОГПУ по Западному краю. Большинство прежних сотрудников МГО ГПУ перешло на службу в Центральный аппарат ОГПУ. Однако с одним из них, более известным как филолог ("исследователь языка"), случился казус: О.М.Брик, назначенный на должность уполномоченного 7 отделения СО, на службу с 15 января 1924-го являться перестал. Приказом по АОУ № 57 от 10 марта Брик был объявлен "дезертиром", вскоре исключен из списков сотрудников и снят с денежного довольствия.
После ликвидации Московского губотдела ГПУ Особому отделу Московского военного округа приказом ОГПУ № 4/2 от 5 января 1924-го были на некоторое время даны права самостоятельного отдела Центрального аппарата ОГПУ.
Приказом АОУ № 11 от 14 января были объявлены введенные с 1 января новые штат (120 человек) и структура ЭКУ:
начальник ЭКУ (З.Б.Кацнельсон), заместитель начальника ЭКУ (А.А.Иванченко), помощник начальника ЭКУ (Я.И.Кеппе - одновременно помощник начальника ИНФО), помощник начальника ЭКУ (В.И.Витлицкий), секретарь ЭКУ (А.Е.Сорокин), уполномоченный при начальнике ЭКУ (С.Я.Гагарин), начальник канцелярии ЭКУ (К.А.Дунц),
1 отделение (тяжелая индустрия и топливо, начальник - А.Л.Молочников),
2 отделение (легкая индустрия, - И.М.Островский),
3 отделение (внутренняя торговля и кооперация, - А.Н.Прокофьев),
4 отделение (сельское хозяйство и пищевая промышленность, - С.И.Лебединский),
5 отделение (внешняя торговля, - В.С.Панков с 11 марта; Л.Г.Миронов с 15 мая),
6 отделение (финансовое, - С.М.Когенман с 5 февраля; Л.Л.Никольский(Фельдбин) с 1 мая),
7 отделение (общее, врид начальника - А.А.Амбайн),
8 отделение (информационно-агентурное, начальник - С.А.Брянцев).
Тогда же было сокращено и количество отделений СО. Приказом АОУ № 12 от 15 января были введены (с 1 января) новые штаты и расстановка личного состава СО:
начальник СО (Т.Д.Дерибас), первый заместитель начальника СО (Я.С.Агранов), второй заместитель начальника СО (А.А.Андреева), секретарь СО (П.П.Буланов),
1 отделение (анархисты, начальник - А.Ф.Рутковский),
2 отделение (меньшевики, - Я.Н.Кожевников),
3 отделение (правые эсеры, - И.Ф.Решетов),
4 отделение (кадеты, монархисты, черносотенцы, бывшие жандармы, еврейские националисты, - Я.М.Генкин),
5 отделение (левые эсеры, - И.Ф.Решетов по совместительству),
6 отделение (церковники, "тихоновцы", "живая церковь", "древнеапостольская церковь", секты, - Е.А.Тучков),
7 отделение (литература, печать, театры, общества, съезды, высшие и средние учебные заведения, - А.С.Славатинский),
8 отделение (антисоветские организации на транспорте, - И.Р.Шиманкевич; это отделение было упразднено с 9 сентября 1924-го с передачей его функций в ТО).

Приказом АОУ № 13 от 16 января Юридический отдел ОГПУ был ликвидирован. Его функции следствия по делам преступлений сотрудников ОГПУ и его местных органов перешли в соответствующие отделы (СО, ОО, КРО, ТО, ВО, ОПК, Оперод и Спецотдел) или в ЭКУ, по принадлежности совершавших преступления сотрудников. Отделение следственно-тюремного надзора было передано в ОЦР. Этим же приказом в целях "объединения, инструктирования, юридического оформления и надзора" за возбуждением и движением следственных дел на сотрудников ОГПУ была учреждена должность Особоуполномоченного при Коллегии ОГПУ. На аппарат Особоуполномоченного (штат 9 человек) возлагались и все прочие функции (помимо следственно-тюремного надзора) бывшего Юридического отдела. Особоуполномоченным при Коллегии ОГПУ был назначен В.Д.Фельдман, ранее возглавлявший упраздненный Юридический отдел. Реорганизация Юридического отдела была официально объявлена 28 января приказом ОГПУ № 128.
4 февраля ИНФО вместо В.Ф.Ашмарина (ушедшего на аналогичную работу в ЦК РКП(б)) возглавил Г.Е.Прокофьев; тогда же помощником начальника ИНФО был назначен А.С.Буцевич.
Приказом АОУ № 33 от 11 февраля в штат ИНФО было введено дополнительное подразделение (получившее наименование 1 отделения) для руководства работой территориальными органами ОГПУ в Москве и Московской губернии; согласно этому приказу аппараты уполномоченных ОГПУ в районах города Москвы и в уездах Московской губернии включались в штат ИНФО с 1 февраля.
28 марта ЦИК утвердил "Положение о правах ОГПУ в части административных высылок, ссылок и заключения в концентрационный лагерь", по которому в ОГПУ появилось Особое совещание (ОСО), получившее право высылать, ссылать и заключать в концлагерь сроком до трех лет; были созданы и ОСО ГПУ союзных республик с правом применения аналогичных наказаний в пределах своих республик. ОСО состояло из трех членов Коллегии ОГПУ с обязательным участием прокурорского надзора. Приказом ОГПУ № 250 от 12 июня был определен персональный состав ОСО ОГПУ: В.Р.Менжинский, Г.Г.Ягода и Г.И.Бокий. Таким образом, в ОГПУ стали параллельно действовать два органа внесудебной расправы: Коллегия, имевшая право вынесения решений о применении смертной казни, и ОСО. Результаты работы обеих этих инстанций за период 1924 - 1934 годов таковы:

Осуждено Коллегией ОСО
1924 нет данных 9366
1925 2284 9221
1926 2323 13 102
1927 3434 15 947
1928 3756 25 844
1929 10 262 37 197
1930 9072 19 377
1931 13 357 14 592
1932 6604 26 052
1933 нет данных 25 330
1934 12 588 1003

20 мая 1924-го Я.Я.Брамбат был назначен комендантом концлагеря (в суздальском Спасо-Евфимиевом монастыре) при тюремном отделе.
Приказом ОГПУ № 226/79 от 23 мая было объявлено постановление ЦИК СССР от 9 мая "О борьбе с бандитизмом". Постановление наделяло ОГПУ правом внесудебного рассмотрения дел (на Коллегии ОГПУ) с применением смертной казни по делам о бандитизме.
Приказом ОГПУ № 290/119 от 14 июля было объявлено постановление Совета труда и обороны от 26 июня о передаче конвойной стражи из ОГПУ в НКВД РСФСР и о возложении руководства конвойной стражей на начальника Главного управления мест заключения (ГУМЗ) НКВД РСФСР Е.Г.Ширвиндта.
Приказом АОУ № 185 от 18 августа для малолетних правонарушителей (от 13 до 17 лет) была организована Детская трудовая коммуна при ОГПУ (на 50 человек). Заведующим коммуной был назначен Ф.Г.Мелихов. В Центральном аппарате ОГПУ коммуна была во всех отношениях подчинена помощнику начальника организационного отдела АОУ М.С.Погребинскому.
Приказом ОГПУ № 462/150 от 31 декабря руководство Экспедицией подводных работ особого назначения (ЭПРОН) было возложено на помощника начальника ОО Л.Н.Мейера.


РЕШИТЕЛЬНЫМИ ШАГАМИ по засекречиванию повседневной деятельности ОГПУ начался следующий год. Приказом ОГПУ № 26 от 24 января 1925-го запрещалось затрагивать в печати вопросы структуры аппарата, методов работы и даже быта сотрудников ОГПУ.
Приказом ОГПУ № 46 от 12 февраля Военный архив ОГПУ (фонды войск ВЧК-ОГПУ) был передан в центральный архив ОЦР.
22 марта погиб в авиационной катастрофе член Коллегии ОГПУ и председатель Закавказской ЧК С.Г.Могилевский.
28 апреля З.Б.Кацнельсона сменил во главе ЭКУ Г.И.Благонравов, оставшийся по совместительству начальником ТО.
1 мая З.Б.Кацнельсон был назначен полпредом ОГПУ в Закавказье и председателем Закавказской ЧК.
1925-й стал годом расцвета системы политических изоляторов в системе ОГПУ. В них направлялись политические противники режима, в основном это были активные деятели различных партий. Политизоляторы числились по штату Центрального аппарата ОГПУ.
Приказом ОГПУ № 125/60 от 14 мая Особый лагерь при тюремном отделе был переименован в Суздальский политизолятор ОГПУ. Этим же приказом все политизоляторы: Суздальский, Ярославский, Верхне-Уральский, Челябинский и Тобольский, - были переведены под единое руководство и подчинены тюремному отделу. Тогда же коменданты всех этих политизоляторов стали именоваться их начальниками. По административно-хозяйственной линии руководства политизоляторами начальник тюремного отдела подчинялся АОУ, а по линии руководства секретно-оперативного - СО.
Приказом АОУ № 131 от 12 июня были объявлены вводимые в действие с 5 июня штаты Тобольского и Верхне-Уральского политизоляторов ОГПУ. Их начальниками были назначены соответственно Т.У.Грачев и Ж.Г.Дуппор.
28 июля Г.Е.Прокофьев был назначен временно исполняющим обязанности начальника Отдела ПК (оставаясь и начальником ИНФО), а прежний начальник ПК И.З.Сурта был отправлен в шестинедельный отпуск.
1 августа Т.У.Грачева сменил на посту начальника Тобольского политизолятора И.Р.Шиманкевич.
Приказом АОУ № 211 от 16 сентября были объявлены вводимые в действие с 1 октября штаты Челябинского и Ярославского политизоляторов ОГПУ. Их начальниками стали соответственно Т.У.Грачев и А.А.Колесников.
Приказом АОУ № 252 от 4 ноября было объявлено о слиянии с 1 ноября Отдела политконтроля и ИНФО, занятых одним делом - сбором информации, лишь черпая ее из разных источников, в единый Отдел информации и политконтроля (ИНФО и ПК). Новые штаты и расстановка его руководителей выглядели так:
начальник ИНФО и ПК (Г.Е.Прокофьев), помощники начальника ИНФО и ПК (Н.Н.Алексеев, А.С.Буцевич, С.Н.Маркарьян, И.А.Медведев), секретарь ИНФО и ПК (И.Ф.Соловьев),
1 отделение (М.З.Андреев),
2 отделение (Б.Е.Найман),
3 отделение (А.П.Крымский),
4 отделение (А.Г.Лундин),
5 отделение (В.В.Артишевский).
По вводимому с 1 ноября штату Центрального аппарата ОГПУ (всего – 2558 человек) ОО и ТО выделялись из состава СОУ в прямое подчинение Коллегии ОГПУ. В СОУ теперь оставались СО, КРО, ИНО, ВО, Оперод, ИНФО и ПК, ОЦР.
Приказом ОГПУ № 247/117 от 5 ноября 1925-го при Коллегии ОГПУ была организована Часть секретного хранения архивных фондов, где сосредотачивались документы и материалы секретного, исторического и особо важного характера в целях подготовки обзоров по политической и организационной истории ВЧК-ОГПУ. Заведование Частью было поручено секретарю Коллегии.
15 декабря 1925-го Я.К.Ольский был назначен заместителем начальника ОО и по совместительству КРО и освобожден от должности главного инспектора войск и начальника Погранохраны ОГПУ. Новым главным инспектором войск и начальником отдела Погранохраны ОГПУ стал З.Б.Кацнельсон, оставивший свой пост в Закавказье.
Уже в середине 1920-х в Москве существовала Школа ТО ОГПУ им. т.Дзержинского (Б.Кисельный пер. 11).
17 февраля 1926-го вместо Г.И.Благонравова ЭКУ возглавил Г.Е.Прокофьев (оставаясь при этом начальником ИНФО и ПК).
3 марта врид коменданта ОГПУ вместо "отсутствующего" К.И.Вейса был назначен В.М.Блохин (с должности комиссара Спецотделения при Коллегии ОГПУ).
Приказом ОГПУ № 55/17 от 10 марта были сужены функции ВО: теперь "разработка государственного шпионажа" со стороны Турции, Персии, Афганистана и Монголии перешла из ВО в КРО, а разработка антисоветских политпартий Грузии и Армении - в СО (как в Центре, так и на местах).
25 марта на посту заместителя наркома соцобеспечения РСФСР скончался бывший зампред ВЧК И.К.Ксенофонтов; постановлением СНК РСФСР он был похоронен "за государственный счет", а его семье выдано пособие и назначена пенсия. Помимо Дзержинского и Менжинского это был один из немногих высокопоставленных чекистов, умерших своей смертью.
Постановлением СНК СССР от 26 марта начальник ИНО М.А.Трилиссер был одновременно назначен и зампредом ОГПУ.
Приказом ОГПУ № 87 от 28 апреля сотрудникам ОГПУ впредь запрещалось в форменной одежде посещать пивные и "другие подобные заведения".
20 мая ВЦИК, рассмотрев вопрос об организации (согласно Конституции СССР) ГПУ РСФСР (с ОСО при нем), признал ее нецелесообразной и взамен своим постановлением возложил функции Уполномоченного ОГПУ при СНК РСФСР (достаточно формальные) на Г.Г.Ягоду (13 февраля 1928-го Президиум ВЦИК возложит эти обязанности на М.А.Трилиссера, а 3 декабря ?? 27 октября ?? 1929-го - на С.А.Мессинга).
1 июня В.М.Блохин был утвержден в должности коменданта ОГПУ. В подписанном Ягодой приказе ОГПУ № 131/47 от 5 июля сообщалось:
"31 мая 1926 г. постановлением Коллегии ОГПУ Комендант ВЧК/ОГПУ Вейс Карл Иванович приговорен к лишению свободы на 10 лет со строгой изоляцией по обвинению его в сношениях с сотрудниками иностранных миссий, явными шпионами.
Имеющимися в деле установленными данными Вейс характеризуется, как совершенно разложившийся, утративший всякое понимание лежавшей на нем, как чекисте и коммунаре, ответственности и не остановившийся перед фактом крайней дискредитации Объединенного Государственного Политического Управления, сотрудником которого он состоял".
15 июля Г.Е.Прокофьева на посту начальника ИНФО и ПК ОГПУ сменил Н.Н.Алексеев.
После выступления на объединенном Пленуме ЦК и ЦКК ВКП(б) 20 июля Ф.Э.Дзержинский умер от сердечного приступа. "Он постоянно ломал и перестраивал ЧК, людей, структуру, приемы работы", - свидетельствовал в статье его памяти новый председатель ОГПУ В.Р.Менжинский, утвержденный на этом посту 30 июля.
Приказом ОГПУ № 173 от 19 августа Дивизия ОСНАЗ при Коллегии ОГПУ стала именоваться Дивизией ОСНАЗ им. Ф.Дзержинского при Коллегии ОГПУ.
24 сентября полпред ОГПУ по Украине В.А.Балицкий за участие в авиаперелете "Москва – Тегеран – Москва" был награжден боевым орденом Красного Знамени.
Приказом ОГПУ № 229 от 6 ноября 1926-го Отдел пограничной охраны и Главная инспекция войск ОГПУ были преобразованы в Главное управление пограничной охраны и войск ОГПУ (ГУПО и войск ОГПУ).
11 января 1927-го членом Коллегии ОГПУ стал И.П.Павлуновский (полпред ОГПУ в ЗСФСР).
В 1927-м был расширен круг лиц, чьи дела Коллегия ОГПУ могла разрешать во внесудебном порядке вплоть до применения расстрела. Постановлением Президиума ЦИК СССР от 4 апреля ОГПУ наделялось правом внесудебного рассмотрения следственных дел о поджогах, диверсиях и взрывах, а постановлением от 9 июня - по делам контрреволюционеров, шпионов и бандитов. Приказом ОГПУ № 70/25 от 11 апреля была организована Центральная комиссия ОГПУ по борьбе с диверсиями. Ее председателем стал Г.И.Благонравов.
По приказу ОГПУ № 78/29 от 19 апреля 1927-го Челябинский политизолятор "по особым соображениям" был временно законсервирован, а содержавшиеся там заключенные с 15 мая переводились в другие политизоляторы. Приказ предписывал провести все работы по консервации и сохранению инвентаря с таким расчетом, чтобы при необходимости было возможно возобновить функционирование политизолятора в течение 48 часов (что вскоре и произойдет).
Приказом АОУ № 118 от 27 мая в номенклатуре должностей Центрального аппарата ОГПУ по управлениям, отделам и отделениям упразднялись все должности заместителей начальников и вместо них вводились дополнительные должности помощников начальников. Таким образом, все "замы" автоматически стали "помощниками".
В июле управляющий аппарат СОУ (состоявший к тому времени из одного секретаря) был значительно укреплен. 30 июля Г.Г.Ягода был назначен начальником СОУ, Т.Д.Дерибас - первым помощником, А.Х.Артузов – вторым помощником начальника СОУ. Были введены должности двоих секретарей СОУ, на которые тогда же были назначены И.И.Сосновский и П.П.Буланов, а А.М.Шанин свою должность секретаря СОУ покинул.
Приказом ОГПУ № 161 от 30 июля ОО и ТО вновь были включены в состав СОУ, тогда как ИНО, наоборот, выведен оттуда в прямое подчинение Коллегии ОГПУ. В составе СОУ теперь находились СО, ОО, КРО, ТО, ВО, Оперод, ИНФО и ПК, ОЦР.
22 ноября 1927-го А.Х.Артузов был освобожден от руководства КРО с оставлением в должности второго помощника начальника СОУ. КРО возглавил Я.К.Ольский, который по совместительству оставался и первым помощником начальника ОО.
Приказом АОУ № 287 от 16 декабря 1927-го в штаты ЭКУ было введено (с 1 декабря) 9 отделение с задачами агентурно-оперативного обслуживания военной промышленности (ранее эти функции выполнялись одним из отделений ОО). Начальником 9 отделения ЭКУ был назначен А.Л.Молочников.
Приказом АОУ № 65 от 17 марта 1928-го штаты ЭКУ пополнились (с 1 марта) еще и 10 отделением. Его функции состояли в расследовании преступлений, связанных с пожарами и вредительством на важнейших для страны предприятиях, и в предупреждении такого рода преступлений, а также в осуществлении непосредственного наблюдения за выполнением существующих директив в области обеспечения общей и противопожарной охраны соответствующих объектов. Начальником 10 отделения ЭКУ стал Я.И.Крамер (по совместительству с должностью начальника 3 отделения ЭКУ).
Приказом АОУ № 66 от 19 марта 1928-го в штаты СО (с 16 марта) было введено новое 8 отделение с функциями борьбы с троцкистской оппозицией и наблюдения за исключенными из партии (в сводках ОГПУ эта категория лиц проходила как "свои люди" в отличие от бывших чиновников, жандармов, помещиков и т.п., именовавшихся "бывшие люди"). 8 отделение возглавил А.Ф.Рутковский, освобожденный от должности начальника 5 отделения СО.
Кроме того, этим же приказом в штат СО была вновь введена должность заместителя начальника СО, на которую был назначен Я.С.Агранов, а на освободившуюся должность помощника начальника СО был поставлен И.Ф.Решетов (вернувшийся из ПП ОГПУ по Дальне-Восточному краю, где с февраля 1926-го служил заместителем полпреда – начальником СОУ ПП); одновременно И.Ф.Решетов возглавил и 5 отделение СО.
Приказом ОГПУ № 160 от 13 августа 1928-го в целях предоставления "свободного доступа в ОГПУ всем гражданам и в первую очередь широким рабочим массам", а также для концентрации в одном месте их заявлений была организована Особая инспекция при Коллегии ОГПУ. Вход в помещение Особой инспекции (начальник - Л.А.Иванов) был свободный.
1 октября 1928-го начальник Спецотделения при Коллегии ОГПУ А.Я.Беленький был по собственному желанию переведен в резерв назначения Административного отдела АОУ и сдал дела Спецотделения возглавившему его А.М.Шанину.
Помимо своих основных обязанностей (охрана руководителей страны), комиссары Спецотделения на протяжении всех 1920-х наблюдали за приведением в исполнение смертных приговоров: непосредственно расстрелами занимались сотрудники комендантской службы П.И.Магго, В.И.Шигалев и их начальник В.М.Блохин, но, судя по подписям на документах 1922 – 1929 годов, при этом присутствовали П.П.Пакалн, Ф.И.Сотников, А.П.Рогов, Р.М.Габалин, Г.Хрусталев, И.Ф.Юсис, А.К.Чернов и другие, - практически весь состав Спецотделения.
На 16 октября 1928-го штат Центрального аппарата ОГПУ составил 2518 человек.


Александр КОКУРИН (Москва)
Никита ПЕТРОВ (Москва)

ОГПУ (1929 - 1934)

НАСТУПАВШИЙ "ВЕЛИКИЙ ПЕРЕЛОМ" не мог не сказаться и на ОГПУ. 11 февраля 1929-го И.И.Сосновский был освобожден от должности секретаря СОУ и откомандирован на работу в ПП ОГПУ по Белорусскому военному округу.
По приказу ОГПУ № 52/25 от 26 марта 1929-го вновь открылся Челябинский политизолятор. Его начальником был назначен Т.У.Грачев.
27 апреля З.Б.Кацнельсон был освобожден от должности начальника ГУПО и войск ОГПУ, а на его место был назначен С.Г.Вележев (с должности помощника начальника ИНО).
В 1929-м были усилены меры по засекречиванию структуры ОГПУ. В приказе АОУ № 144 от 27 июня внимание чекистов обращалось на то, что при оформлении ими писем в различные ведомства по личным вопросам и при заполнении анкет зачастую указываются точные наименования подразделений (отделов и отделений) ОГПУ, а это неизбежно ведет к "расшифровыванию" структуры ОГПУ. Приказом предписывалось впредь в анкетах и частной переписке именовать себя лишь "сотрудник ОГПУ".
18 сентября появился приказ ОГПУ № 204/109, согласно которому функционирование Тобольского политизолятора с 16 октября прекращалось.
10 октября членом Коллегии ОГПУ был утвержден Е.Г.Евдокимов (полпред ОГПУ по Северо-Кавказскому краю).
26 октября Ягода оставил свои должности начальника СОУ и ОО; СОУ теперь возглавил Е.Г.Евдокимов, а ОО - Я.К.Ольский (по совместительству с должностью начальника КРО).
26 октября Т.Д.Дерибас был освобожден от должности начальника СО и направлен полпредом ОГПУ по Дальне-Восточному краю; СО возглавил Я.С.Агранов.
26 октября был утвержден новый состав Коллегии ОГПУ. Членами Коллегии ОГПУ были назначены С.Ф.Реденс (полпред ОГПУ в ЗСФСР), Г.Е.Прокофьев (начальник ЭКУ) и Г.И.Благонравов (начальник ТО). Перестали быть членами Коллегии Я.Х.Петерс и И.П.Павлуновский. Сохранили членство в Коллегии Г.И.Бокий (начальник Спецотдела), В.А.Балицкий (полпред ОГПУ в УССР), С.А.Мессинг и Е.Г.Евдокимов.
27 октября 1929-го изменился состав заместителей председателя ОГПУ. Ягода стал из просто заместителей первым заместителем, а пришедший с должности полпреда ОГПУ по Ленинградскому военному округу С.А.Мессинг - вторым заместителем. М.А.Трилиссер же расстался со своей должностью зампреда ОГПУ (по постановлению Президиума ЦИК СССР) и начальника ИНО.
Причиной падения Трилиссера стало так называемое "сокольническое дело", когда на партийной конференции Сокольнического района Москвы (куда входили первичные парторганизации ОГПУ) выявилось "примиренческое отношение к правому уклону" со стороны некоторых партийных лидеров ячеек ОГПУ. Проведению партконференции предшествовала широкая дискуссия на партсобраниях в ОГПУ, где Трилиссер, яростно боровшийся против "правого уклона", призывал к широкой самокритике в служебных делах Лубянки, включая даже оперативные вопросы. Позднее А.Х.Артузов в письме Менжинскому назвал эту дискуссию "трилиссеровской лихорадкой", носившей левацкий и "нечекистский" характер и проводившейся "недостойными средствами"; по мнению Артузова, во время болезни Менжинского некоторые чекисты воспользовались этой дискуссией для борьбы с Ягодой. Однако и сам Артузов был готов встать на сторону Трилиссера, когда тот уверенно заявил, что его линия имеет поддержку в ЦК ВКП(б). И хотя Трилиссер, казалось бы, защищал линию руководства партии, Сталин предпочел убрать его из ОГПУ как возмутителя спокойствия (в феврале 1930-го Трилиссера сделают заместителем наркома РКИ РСФСР).
Видимо, по мысли Сталина, чекисты должны были демонстрировать полное подчинение высшему руководству ВКП(б), беспрекословно выполнять его приказы и не участвовать в дискуссиях. В этой связи примечательна позиция ближайшего соратника Ягоды, искушенного и осторожного А.М.Шанина, заявившего тогда же, "что задача чекиста, когда он слышит партийные споры, заключается в том, чтобы незаметно пробраться к двери и ускользнуть".
Наказания для чекистов, заподозренных в поддержке троцкистов, были чрезвычайно суровыми. Были расстреляны по решениям Коллегии ОГПУ: от 3 ноября 1929-го - сотрудник ИНО Я.Г.Блюмкин, от 3 января 1930-го - уполномоченный ИНФО Б.Л.Рабинович, от 23 марта 1930-го - уполномоченный ГУПО и войск ОГПУ Г.А.Басов.

Приказом ОГПУ № 234 от 28 октября 1929-го ТО был выведен из состава СОУ и преобразован в самостоятельный отдел ОГПУ.
31 октября Я.Х.Петерс был освобожден от должности начальника ВО (его сделали председателем Московской контрольной комиссии ВКП(б)) , с 6 ноября Восточный отдел возглавил Т.М.Дьяков.
6 ноября С.Г.Вележев был освобожден от руководства ГУПО и войск ОГПУ, на эту должность был назначен И.А.Воронцов (по совместительству с должностью начальника АОУ).
19 ноября руководивший и ОО, и КРО Я.К.Ольский в дополнение к этим своим должностям был назначен помощником начальника СОУ.
Приказом АОУ № 282 от 1 декабря был введен (с того же числа) новый штат Центрального аппарата:
Председатель ОГПУ (В.Р.Менжинский), заместители председателя ОГПУ (Г.Г.Ягода, С.А.Мессинг), секретарь председателя ОГПУ (В.Л.Герсон), Особоуполномоченный при председателе ОГПУ (М.М.Луцкий), секретарь Коллегии ОГПУ (А.М.Шанин, он же - начальник ОЦР и Специального отделения).
Часть секретного хранения архивных фондов ОГПУ (уполномоченный - М.А.Александров).
Комиссия по распределению и хранению секретных сумм (секретарь - Ф.Н.Чарковский).
Особая инспекция при Коллегии ОГПУ (А.А.Холщевников).
Центральное шифровальное бюро (В.М.Колосов, он же - начальник 1 отделения Спецотдела).
Специальное отделение при Коллегии ОГПУ (начальник - А.М.Шанин, комиссары для особых поручений Специального отделения - А.П.Рогов, И.Ф.Юсис, Ф.И.Сотников, Р.М.Габалин, А.К.Чернов, П.П.Пакалн, Я.Ф.Родованский).
Особоуполномоченный при Коллегии ОГПУ (В.Д.Фельдман).

СОУ (начальник - Е.Г.Евдокимов, первый помощник начальника СОУ - Я.К.Ольский, второй помощник начальника СОУ - А.Х.Артузов, сотрудник для особых поручений при начальнике СОУ - Б.Я.Кальнинг, секретарь СОУ - П.П.Буланов, старшие уполномоченные СОУ - Б.И.Гудзь, М.П.Чопяк):
СО (начальник - Я.С.Агранов, заместитель начальника СО – вакансия, помощники начальника СО - А.А.Андреева, Е.А.Тучков),
1 отделение (анархисты, начальник - Л.И.Юргенс),
2 отделение (меньшевики и бундовцы, - П.И.Колосовский),
3 отделение (эсеры всех направлений, антисоветские проявления в деревне, национальное движение в Белоруссии и на Украине, - Н.И.Соболев),
4 отделение (бывшие провокаторы, жандармы, контрразведчики белых армий, каратели и тюремщики; антисоветские еврейские группы и партии, - Я.М.Генкин),
5 отделение (антисоветские проявления среди интеллигенции и молодежи, правые группы и партии, - С.Б.Гельфер),
6 отделение (церковники и сектанты всех культов и течений, - Е.А.Тучков),
7 отделение (закавказские национальные партии, грузинские меньшевики, федералисты, нацдемократы и дашнаки, - Д.И.Просвирнин),
8 отделение (антисоветская деятельность исключенных из ВКП(б) - "свои люди"; нелегальные антипартийные группировки; антисоветские проявления среди рабочих и безработных, - А.Ф.Рутковский);
КРО (начальник - Я.К.Ольский, помощники начальника КРО - В.А.Стырне, С.В.Пузицкий):
1 отделение (А.Р.Формайстер),
2 отделение (К.Ф.Роллер),
3 отделение (К.И.Науиокайтис),
4 отделение (В.С.Кияковский),
5 отделение (И.Ф.Тубала),
6 отделение (Н.И.Демиденко),
7 отделение (С.Г.Гендин),
8 отделение (М.А.Розенфельд);
ОО (начальник - Я.К.Ольский, помощник начальника ОО - А.Г.Лепин):
1 отделение (А.И.Полуэктов),
2 отделение (В.М.Троицкий),
3 отделение (С.Ф.Пинталь);
ИНФО и ПК (начальник - Н.Н.Алексеев, помощники начальника ИНФО и ПК - И.В.Запорожец, Я.С.Визель):
1 отделение (А.В.Калачников),
2 отделение (М.А.Герасимова),
3 отделение (П.М.Лобов),
4 отделение (А.Г.Лундин),
5 отделение (И.Ф.Соловьев),
6 отделение (Р.Э.Калькис),
7 отделение (А.И.Агаянц),
8 отделение (врид начальника - А.З.Назарбекова);
Оперод (начальник - К.В.Паукер):
1 отделение (А.И.Рыбкин),
2 отделение (Г.В.Голов),
3 отделение (Ф.П.Фокин),
4 отделение (И.Ю.Лоренс),
ударная группа по борьбе с бандитизмом (Л.Д.Вуль);
ВО (начальник - Т.М.Дьяков, помощник начальника ВО - А.Д.Соболев с 9 декабря, он же - начальник 2 отделения):
1 отделение (Л.А.Приходько),
2 отделение (А.Д.Соболев, с 9 декабря),
3 отделение (А.А.Алмаев);
ОЦР (начальник - А.М.Шанин, помощники начальника ОЦР - И.П.Павлов, В.Г.Лебедев):
учетное отделение (С.Я.Зубкин),
регистрационное отделение (начальник - один из помощников начальника ОЦР),
отделение тюремного и следственного надзора(Я.А.Штаммер),
статистическое отделение (А.С.Кузнецов),
центральный архив (Е.Е.Солонович).

ГУПО и войск ОГПУ (начальник - И.А.Воронцов); Часть по охране границ (начальник - А.М.Рутенберг).
ЭКУ (начальник – Г.Е.Прокофьев, помощники начальника ЭКУ - Л.Г.Миронов, А.Л.Молочников, А.А.Слуцкий):
1 отделение (А.А.Слуцкий),
2 отделение (А.А.Слуцкий - по совместительству),
3 отделение (Ж.Д.Рекстин),
4 отделение (Я.Д.Раппопорт),
5 отделение (А.М.Ершов),
6 отделение (М.С.Ливертовский),
7 отделение (М.О.Станиславский),
8 отделение (Э.А.Зибрак),
9 отделение (М.И.Гай),
10 отделение (Ж.Д.Рекстин - по совместительству).

Специальный отдел (начальник - Г.И.Бокий, помощники начальника Спецотдела - А.Г. Гусев, Ф.И.Эйхманс):
1 отделение (наблюдение за сохранением режима секретности во всех партийных, государственных и общественных организациях, начальник - В.М.Колосов),
2 отделение (создание шифров и кодов для ОГПУ, Наркомвоенмора и НКИД, радиоперехват, начальник - Ф.Г.Тихомиров),
3 отделение (руководство шифровальной работой в системе ОГПУ, связь с заграничными резидентурами, а также руководство лагерями ОГПУ - Ф.И.Эйхманс, он же помощник начальника Спецотдела),
4 отделение (дешифровка перехваченных документов, - А.Г.Гусев (с сентября 1923-го по январь 1938-го), он же помощник начальника Спецотдела),
5 отделение (криптографическое обслуживание военного ведомства, - В.Д.Цибизов),
лаборатория (одно время именовавшаяся 7 отделением и занимавшаяся прикладными химией и графологией, - начальник - Е.Е.Гоппиус),
техническое отделение (А.Д.Чурган),
фотография (П.А.Алексеев).

ИНО (начальник – зампред ОГПУ С.А.Мессинг, помощники начальника ИНО - М.С.Горб, еще две должности вакантны):
Закордонная часть (начальник - одновременно начальник ИНО),
отделение иностранной регистратуры (И.А.Бабкин).
ТО (начальник - Г.И.Благонравов, помощники начальника ТО - Д.В.Усов, В.А.Кишкин):
1 отделение (врид начальника А.В.Сарапулкин),
2 отделение (А.А.Леонов),
3 отделение (К.С.Зильберман),
4 отделение (А.Я.Раман).

АОУ (начальник - И.А.Воронцов):
организационный отдел (И.М.Островский),
административный отдел (А.П.Флексер),
комендатура (В.М.Блохин),
хозяйственный отдел (А.К.Колесников),
отдел службы связи (П.А.Яковлев),
склад (Н.И.Никулин),
телефонная станция (Г.А.Кудинов),
санитарная часть (М.Г.Кушнер),
тюремный отдел (начальник - К.Я.Дукис, он же - начальник Внутренней тюрьмы и комендант Бутырской),
Суздальский политизолятор (Я.Я.Брамбат),
Верхне-Уральский политизолятор (И.М.Бизюков),
Ярославский политизолятор (И.Т.Федорьян),
Челябинский политизолятор (Т.У.Грачев).
Общий штат Центрального аппарата ОГПУ (включая штаты районных уполномоченных ИНФО в районах города Москвы) составил на 1 декабря 1929-го 2409 человека.

1930 ГОД НАЧАЛСЯ С ПЕРЕМЕН в руководстве ИНФО и ПК. Уже 1 января Н.Н.Алексеев был освобожден от должности начальника этого отдела и вскоре (с 9 февраля) направлен полпредом ОГПУ в Центрально-Черноземную область.
С 1 января (согласно приказу АОУ № 312 от 31 декабря 1929-го) начало работу 5 отделение Оперода (начальник - А.Ф.Дицкалн, помощник начальника - Н.С.Власик), к которому перешли штат и функции (охрана руководства) упраздненного теперь Спецотделения при Коллегии ОГПУ.
Приказом АОУ № 12 от 12 января 1930-го был объявлен (вводимый с 1 января) новый штат ИНО (94 сотрудника), по которому вместо прежних Закордонной части и отделения иностранной регистратуры были созданы восемь отделений. Заместителем начальника ИНО стал А.Х.Артузов (оставаясь помощником начальника СОУ), а помощником начальника ИНО - А.А.Слуцкий (оставаясь одновременно помощником начальника ЭКУ); сохранил за собой должность помощника начальника ИНО М.С.Горб. Отделения ИНО возглавили: 1 отделение - Л.Г.Эльберт, 2 отделение - И.А.Бабкин, 3 отделение - М.Г.Молотковский, 4 отделение - А.П.Невский, 5 отделение - А.П.Федоров, 6 отделение - К.С.Баранский, 7 отделение - А.А.Нейман, должность начальника 8 отделения оставалась вакантной.
На основании решения Политбюро был издан приказ ОГПУ № 44/21 от 2 февраля 1930-го "О проведении ликвидации кулачества как класса". По этому приказу в сельской местности были проведены массовые аресты "контрреволюционного актива": сотни тысяч крестьянских семей были лишены своего имущества и выселены в отдаленные районы. Для руководства всей этой операцией приказом ОГПУ № 47/22 от 3 февраля в Центральном аппарате ОГПУ была создана оперативная группа. В нее вошли: от КРО - С.В.Пузицкий (начальник опергруппы) и Н.Г.Николаев-Журид (общее руководство и специальные оперативные вопросы), от ГУПО и войск ОГПУ - Н.К.Кручинкин (по военным вопросам), от ТО - В.А.Кишкин (по вопросам транспорта), от СО - Я.М.Генкин (по проведению операции), от ИНФО - М.А.Герасимова (по Московской области). Вся работа оперативной группы велась под непосредственным руководством начальника СОУ Е.Г.Евдокимова и его помощника Я.К.Ольского.
4 февраля ИНФО и ПК возглавил И.В.Запорожец, ранее помощник начальника этого отдела.
Приказом ОГПУ № 63/33 от 17 февраля было сформировано ПП ОГПУ по Московской области. Полпредом стал Л.Н.Бельский, а его заместителем - И.А.Апетер. Расположенные на территории области окружные и районные отделы ОГПУ из подчинения Центрального аппарата были переданы в ПП ОГПУ по Московской области.
14 марта "Правда" известила о смерти ответственного работника ЦК ВКП(б) В.Ф.Ашмарина, в 1925-м перешедшего из ОГПУ в Информационный отдел ЦК ВКП(б) и одновременно занимавшегося журналистской работой; в некрологе не указывалось, что Ашмарин покончил с собой (по сообщениям мемуаристов, застрелился на скамейке в Петровском парке; тайный католик, а до революции – участник антропософского движения, он опасался партийной чистки).
Приказом ОГПУ № 130/63 от 25 апреля было образовано Управление исправительно-трудовых лагерей (УЛАГ) (с 1 октября преобразованное в главк). Первоначальный штат УЛАГ составил 80 человек. Начальником Управления лагерей стал Ф.И.Эйхманс, до этого возглавлявший Соловецкие лагеря особого назначения, а затем 3 отделение Специального отдела, осуществлявшее общее руководство лагерной системой ОГПУ. Эта обширная система возникла во исполнение решения Политбюро от 27 июня 1929-го и принятого вслед за ним, 11 июля 1929-го, постановления СНК СССР "Об использовании труда уголовно-заключенных...", согласно которому все осужденные на срок свыше трех лет подлежали направлению в лагеря ОГПУ для трудового использования. С этого момента сеть лагерей ОГПУ на местах начала стремительно расти. С 1 июля по 31 декабря 1929-го численность заключенных в лагерях ОГПУ увеличилась на 72 216 человек. Всего на 1 января 1930-го в лагерях ОГПУ содержалось 95 064 человека, из них 30 331 были осуждены органами ОГПУ, а остальные - судами системы Наркомата юстиции.
25 мая 1930-го помощниками начальника СОУ были назначены Я.С.Агранов и А.И.Кауль.
Приказом ОГПУ № 176 от 29 мая в Москве было организовано учебное заведение по подготовке и переподготовке чекистских кадров (на 1000 человек учащихся). Оно получило название Центральной школы (ЦШ) ОГПУ. Начальником ЦШ был назначен А.М.Шанин (по совместительству).
5 июня начальником ОЦР стал И.П.Павлов, а А.М.Шанин этот свой пост покинул, оставшись на должностях первого секретаря Коллегии ОГПУ, заместителя начальника АОУ (которым был с 16 февраля) и начальника ЦШ.
16 июня Ф.И.Эйхманса в должности начальника Управления лагерей ОГПУ сменил Л.И.Коган.
6 августа тюремный отдел АОУ возглавил М.В.Попов (одновременно он был назначен начальником Внутренней тюрьмы и комендантом Бутырской).
Приказом ОГПУ № 255/120 от 11 августа санчасть реорганизовывалась в санитарный отдел АОУ (начальник - М.Г.Кушнер).
Приказом ОГПУ № 299/137 от 10 сентября в целях объединения работы по всем видам шпионажа и по "белогвардейско-кулацкой и повстанческой контрреволюции" как в самой Красной Армии, так и вне ее, КРО и ВО были ликвидированы и влиты в Особый отдел. Структурное построение и распределение кадров ОО с 15 сентября приняли такой вид:
начальник ОО (Я.К.Ольский), заместители начальника ОО - Л.Б.Залин-Левин, с 11 октября еще одним заместителем стал С.В.Пузицкий (занимавший эту должность до 18 февраля 1931-го), помощники начальника ОО (С.В.Пузицкий - до 11 октября; Н.Г.Николаев-Журид, В.А.Стырне, Т.М.Дьяков, Л.А.Иванов - они же одновременно начальники отделов),
1 отдел (борьба со шпионажем и наблюдение за иностранными посольствами, консульствами и их связями и наблюдение за национальными колониями в СССР, - начальник В.А.Стырне),
2 отдел (борьба с кулацкой, повстанческой, белогвардейской контрреволюцией, молодежными контрреволюционными организациями, бандитизмом и контрреволюционными организациями, связанными с заграницей, - Н.Г.Николаев-Журид),
3 отдел (борьба с националистической и "восточной" контрреволюцией, со всеми видами шпионажа со стороны государств Востока и наблюдение за соответствующими посольствами, консульствами и национальными колониями в СССР, - Т.М.Дьяков),
4 отдел (оперативное обслуживание штабов, частей и соединений РККА (флота, оборонного строительства и военно-учебных заведений, - Л.А.Иванов).
11 сентября М.М.Луцкий был освобожден от должности Особоуполномоченного при председателе ОГПУ, 29 сентября на нее был назначен А.Я.Беленький.
Приказом АОУ № 300 от 30 октября был объявлен введенный в действие с 1 октября штат Главного управления лагерями (96 сотрудников). Расстановка руководящих кадров ГУЛАГа была следующей:
начальник ГУЛАГа (Л.И.Коган), заместитель начальника ГУЛАГа (М.Д.Берман), помощники начальника ГУЛАГа (Я.Д.Рапопорт, С.Ф.Белоногов), юрисконсульт (А.И.Березин), старший консультант (Н.А.Френкель), инспектор (на правах начальника отделения, Г.Д.Афанасьев), сотрудник для особоважных поручений (П.П.Исаев),
секретариат ГУЛАГа (Е.Ф.Прушекевич),
1 отделение (инспекторское, - вакансия),
2 отделение (учетно-распределительное, - П.А.Иванов),
3 отделение (информационно-следственное, - М.Д.Балябин),
4 отделение (производственное, - А.И.Масленников),
5 отделение (снабжение, - А.Е.Сорокин),
плановая группа (М.Сегаль).
29 декабря был издан приказ ОГПУ № 471/222 об объединении Фельдъегерского корпуса и отдела службы связи АОУ в единый отдел связи в составе АОУ (1 февраля 1931-го этот отдел возглавил В.Н.Жуков).

ОСЕНЬЮ 1930-ГО СТАЛИН, как обычно, проводил свой отпуск на юге. 7 сентября в письме Молотову он предложил "закрыть" НКВД РСФСР. 5 декабря Политбюро решило упразднить НКВД союзных и автономных республик, 15 декабря эта директива была оформлена постановлением ЦИК И СНК СССР. Теперь на ОГПУ возлагалось руководство деятельностью милиции и уголовного розыска. Формально милиция переходила в ведение соответствующих республиканских совнаркомов, край- и облисполкомов. Но в действительности, в секретном порядке, милиция подчинялась теперь ОГПУ.
Приказом ОГПУ № 475/224 от 30 декабря 1930-го в составе ОГПУ была создана (на правах управления) Главная инспекция по милиции и уголовного розыска (ГИМ и УГРО). Начальником ГИМ и УГРО назначался И.А.Воронцов (по совместительству с занимаемыми им должностями начальника АОУ и начальника ГУПО и войск ОГПУ), а заместителем - Д.В.Усов (с освобождением от должности помощника начальника ТО). На ГИМ и УГРО были возложены оперативное руководство деятельностью и инспектирование работы милиции и уголовного розыска, назначение и смещение их руководящего состава. В декабре 1930-го Ягода в своей телеграмме отмечал невозможность полностью "чекизировать" (дословно) милицию, поскольку она является "проводником советских законов и мероприятий", так что милиционеры "должны представлять собой нечто среднее между чекистом и гражданским населением".
Однако уже в приказе ОГПУ № 62 от 3 февраля 1931-го говорилось об укомплектовании милиции и уголовного розыска "испытанными, работоспособными и твердыми чекистами". Цель этого выражена в приказе предельно четко: "При помощи внедрения в руководство Милиции и УГРО работников ОГПУ, рядом энергичных мероприятий чекистскими темпами - мы сумеем выполнить возложенную на нас правительством задачу по приведению Милиции и УГРО в боеспособное состояние". В приказе осуждались случаи отказа некоторых чекистов от службы в милиции и попытки нескольких местных ГПУ отправлять туда на работу сотрудников, имевших плохую аттестацию, а также "скомпрометировавших себя, неработоспособных больных" и т.д.
Приказом ОГПУ № 95/54 от 5 марта 1931-го ИНФО и ПК был слит с СО в один отдел - Секретно-политический (СПО). Руководители ОГПУ объясняли эту реорганизацию необходимостью усиления агентурно-оперативной работы "по активизирующимся контрреволюционным элементам города и деревни" и улучшения политической информации "путем использования данных не только информационной сети города и деревни, но и данных, полученных в результате оперативной деятельности".
СПО первоначально состоял всего из четырех отделений. По штатам, вводимым с 14 марта, его структура была следующей:
начальник СПО (Я.С.Агранов), заместитель начальника СПО (И.В.Запорожец), сотрудники для особых поручений (П.И.Колосовский, П.М.Лобов, Л.И.Юргенс, А.П.Радзивиловский), начальник секретариата СПО (А.А.Андреева);
1 отделение (агентурно-оперативная работа в городах, работа по политссыльным, иностранные рабочие - В.М.Горожанин);
2 отделение (агентурно-оперативная работа в деревне, национальные движения и политпартии, сельскохозяйственные учебные заведения и сельскохозяйственные учреждения, "освещение" запаса РККА и Осоавиахима, работа по бывшим красным партизанам, русскому казачеству и кулацкой ссылке, - И.В.Запорожец);
3 отделение (агентурно-оперативная работа по церковникам всех конфессий и сектантам, монархистам, фашистам, кадетским организациям и по бывшим жандармам, чиновникам, фабрикантам и т.п.; оперативное обслуживание органов милиции, - Е.А.Тучков);
4 отделение (агентурно-оперативная работа по печати, зрелищам, артистам, литераторам и гуманитарной интеллигенции, - М.А.Герасимова).

Приказом ОГПУ № 97/56 от 5 марта Оперод был выделен из состава СОУ в самостоятельный отдел. Функции перлюстрации корреспонденции, выполнявшиеся ранее 3 отделением ИНФО, полностью перешли во вновь организуемое отделение Оперода.
Приказом ОГПУ № 98/57 от 5 марта отделы в составе ОО были переименованы в отделения.
Приказом ОГПУ № 99/58 от 5 марта в связи с реорганизацией ИНФО функции официального контроля по досмотру ввозимых и вывозимых из страны литературы, антикварных предметов, чертежей, планов, фотографий и т.п. передавались пограничникам в ГУПО и войск ОГПУ.
Приказом ОГПУ № 108/65 от 8 марта вводилось временное положение о ГИМ и УГРО. Главной целью чекистов объявлялось выведение милиции "из состояния аполитичности, инертности и механического несения службы" и "внедрение в сознание работников чувства собственного достоинства, значения и роли и ответственности органов милиции и УГРО, как стража общественной безопасности, революционного порядка и одной из опор советской власти".
Тогда же была существенно упрощена структура ЭКУ. Приказом ОГПУ № 160/96 от 1 апреля число его отделений сокращалось до пяти. Новая структура и расстановка кадров ЭКУ выглядели так:
начальник ЭКУ (Г.Е.Прокофьев), заместитель начальника ЭКУ (Л.Г.Миронов), начальник секретариата ЭКУ (М.О.Станиславский),
1 отделение (промышленное, - М.И.Гай),
2 отделение (сельскохозяйственное, - Л.Н.Волленберг),
3 отделение (торгово-кооперативное, - Д.М.Дмитриев),
4 отделение (финансы, частный капитал, борьба с валютчиками и спекулянтами, Я.М.Генкин),
5 отделение (специально-техническое (использование осужденных специалистов), - А.Г.Горянов-Горный).
Приказом ОГПУ № 163/98 от 2 апреля функции бывшего ИНФО по выдаче разрешений на множительную технику и открытие полиграфических предприятий передавались в Спецотдел.
Приказом ОГПУ № 187/113 от 16 апреля в целях объединения руководства всем капитальным строительством в системе органов ОГПУ в составе АОУ был организован инженерно-строительный отдел, куда вошли существовавшие ранее стройбюро АОУ и инженерная инспекция ГУПО и войск ОГПУ.
С учетом изменения функций Оперода с 1 июня была пересмотрена структура этого отдела (изменения объявлены приказом ОГПУ № 308/183 от 10 июня). Прежнее 2 отделение (разведка наружного наблюдения) было переименовано в 1 отделение; 4 отделение (техническое) - в 5 отделение; 5 отделение (спецохрана) - в 4 отделение; 6 отделение (отделение контроля) - во 2 отделение; 1 отделение (комиссарское) и 3 отделение (политнадзор) были слиты в одно 3 отделение (политнадзор); ударная группа по борьбе с бандитизмом упразднена; функции Оперода по делам об изоляции "социально опасных элементов" на периферии и пересмотру таких дел были переданы в аппарат Особоуполномоченного при Коллегии ОГПУ.
Приказом АОУ № 186 от 8 июля вводились (с 1 июля) новый штат и расстановка личного состава Оперода:
начальник Оперода (К.В.Паукер), помощники начальника Оперода (А.М.Ершов, М.М.Алиевский, А.Р.Формайстер), сотрудники для особых поручений (А.П.Павлов, М.П.Алдохин), секретариат (А.А.Эйхман),
1 отделение (наружное наблюдение, негласные аресты, негласная охрана миссий и посольств, - Г.В.Голов),
2 ("ПК") отделение (контроль почтовых отправлений по заданиям отделов ОГПУ и для выявления настроений населения, армии, крестьянства и т.д., - вакансия),
3 (политнадзор) отделение (аресты и обыски, выезды на происшествия, обслуживание торжеств, съездов и судебных процессов, чекистское наблюдение за работой милиции, борьба с антисоветской агитацией на улице, розыск политических преступников по Москве и т.п., - Д.И.Троицкий),
4 отделение (охрана членов правительства, обслуживание кремлевских учреждений и правительственных объектов (дач и домов), - А.Ф.Дицкалн),
5 (техническое) отделение (обслуживание отделов ОГПУ телеграфной связью, телефонной ВЧ-связью и радиосвязью; "контроль" телефонной сети, - И.Ю.Лоренс).
Приказом ОГПУ № 285/162 от 3 июня все существующие
хозяйственные и административные аппараты (комендатуры, спецпоселки) в районах выселения кулаков были переданы в ведение ОГПУ. Руководство всей работой в них было возложено на ГУЛАГ, в составе которого появился отдел по спецпереселенцам (ОСП); аналогичные отделы были созданы и в ПП ОГПУ на местах.
Приказом ОГПУ № 390 от 25 июля был организован Отдел кадров (ОК) ОГПУ, куда был передан со всеми своими функциями административный отдел, до этого входивший в АОУ. Начальником ОК был назначен Д.А.Булатов (с должности заведующего оргинструкторского отдела ЦК ВКП(б)). Тем же приказом Я.К.Ольский был освобожден от должностей начальника ОО (ОО 6 августа возглавил Г.Е.Прокофьев) и помощника начальника СОУ, а И.А.Воронцов, откомандированный в распоряжение ЦК ВКП(б) - от должностей начальника АОУ и начальника ГИМ и УГРО. В довершение всего, этим же приказом Е.Г.Евдокимов перемещался с должности начальника СОУ в полпреды ОГПУ по Ленинградскому военному округу; однако последнее назначение было пересмотрено и не состоялось, а Евдокимов 6 августа был направлен полпредом ОГПУ в Среднюю Азию. Вместо И.А.Воронцова и АОУ, и ГИМ и УГРО одновременно возглавил А.М.Шанин.
30 июля начальником ГУПО и войск ОГПУ был назначен Н.М.Быстрых (с должности начальника Управления погранохраны ГПУ УССР).
31 июля в руководстве ОГПУ произошли дальнейшие серьезные перемены. Вместо Ягоды первым заместителем председателя ОГПУ стал пришедший с поста замнаркома РКИ СССР И.А.Акулов; тогда же замнаркома РКИ СССР ненадолго стал бывший начальник ОО Г.Е.Прокофьев. Ягода занял теперь должность второго зампреда ОГПУ; кроме того, учреждалась должность третьего зампреда ОГПУ, на которую был назначен В.А.Балицкий (с должности полпреда ОГПУ в УССР). С.А.Мессинг же лишился не только должности второго зампреда, но и работы в ОГПУ вообще (с 16 августа он был утвержден членом Коллегии Наркомата внешней торговли). В тот же день, 31 июля, в Коллегию ОГПУ были введены несколько новых членов: А.Х.Артузов, Я.С.Агранов и Д.А.Булатов.
1 августа С.А.Мессинга в должности начальника ИНО сменил А.Х.Артузов.
5 августа Л.Н.Бельский оставил пост полпреда ОГПУ по Московской области, получив новое назначение вне ОГПУ - на должность начальника Главнарпита и члена коллегии Наркомснаба СССР.
5 августа в Коллегию ОГПУ был введен полпред ОГПУ в ЗСФСР Л.П.Берия. Так были отмечены его заслуги, о которых председатель ОГПУ В.Р.Менжинский писал еще 30 марта по случаю десятой годовщины образования ЧК-ГПУ Грузии:
"Коллегия ОГПУ с особым удовлетворением отмечает, что вся эта огромная напряженная работа в основном проделана своими национальными кадрами, выращенными, воспитанными и закаленными в огне боевой работы, под бессменным руководством тов. Берия - сумевшего, с исключительным чутьем, всегда отчетливо ориентироваться в сложнейшей обстановке, политически правильно разрешая поставленные задачи и в то же время личным примером заражать сотрудников и передавая им свой организационный и оперативный навыки, воспитывая их в безоговорочной преданности коммунистической партии и ее Центральному Комитету. А в последнем - залог всех успехов ЧК-ГПУ".

6 августа Г.Е.Прокофьева на посту начальника ЭКУ сменил Л.Г.Миронов.
На заседании Политбюро 6 августа 1931-го было решено разослать на места специальное письмо за подписью Сталина, объясняющее проведенные в конце июля - начале августа серьезные кадровые изменения в ОГПУ. В этом письме говорилось:

"Поручить секретарям национальных ЦК, крайкомов и обкомов дать разъяснение узкому активу работников ГПУ о причинах последних перемен в руководящем составе ОГПУ на следующих основаниях:
1. Т.т. Мессинг и Бельский отстранены от работы в ОГПУ, тов. Ольский снят с работы в Особом отделе, а т. Евдокимов снят с должности начальника секретно-оперативного Управления с направлением его в Туркестан на должность ПП на том основании, что: а) эти товарищи вели внутри ОГПУ совершенно нетерпимую групповую борьбу против руководства ОГПУ; б) они распространяли среди работников ОГПУ совершенно несоответствующие действительности разлагающие слухи о том, что дело о вредительстве в военном ведомстве является "дутым" делом; в) они расшатывали тем самым железную дисциплину среди работников ОГПУ.
2. Тов. Акулов переведен на должность 1-го заместителя пред. ОГПУ, т. Балицкий на должность 3-го заместителя ОГПУ, а тов. Булатов назначен заведующим отделом кадров ОГПУ для того, чтобы укрепить ОГПУ партийно-политически и поднять на должную высоту дело формирования, обучения и распределения кадров ОГПУ.
3. ЦК отметает разговоры и шушуканья о "внутренней слабости" органов ОГПУ и "неправильности" линии их практической работы, как слухи, идущие без сомнения из враждебного лагеря и подхваченные по глупости некоторыми горе-"коммунистами".
4. ЦК считает, что ОГПУ есть и остается обнаженным мечом рабочего класса, метко и умело разящим врага, честно и умело выполняющим свой долг перед Советской властью".
В чем же заключались действительные причины радикальной кадровой перетряски и с чем именно не была согласна группа высокопоставленных чекистов? Отнюдь не сомнения в законности применяемых ОГПУ методов стали реальной причиной их выступления против Менжинского и в особенности против Ягоды. Так, Е.Г.Евдокимов выдвинулся на высокие должности в Центральный аппарат после "шахтинского дела"; Я.К.Ольский с усердием громил в 1930-м крестьян; а в ноябре 1930-го начальник ОО Ольский под руководством начальника СОУ Евдокимова сфабриковал громкое дело о "вредительской контрреволюционной организации среди микробиологов" и обвинил видных ученых ни больше, ни меньше как в подготовке по заданию германской разведки "бактериологической диверсии".
В действительности и Евдокимов, неприязненно относившийся к Ягоде, и Мессинг, и другие поддержавшие их видные чекисты лишь нашли удобный повод для наступления на руководство ОГПУ и укрепления своих позиций. Однако они не были поддержаны Сталиным. Дополнительный свет на произошедшее проливает покаянное письмо Артузова на имя Менжинского от 3 декабря 1931-го, где уже по следам событий Артузов доказывает свою лояльность Менжинскому и Ягоде, заявляя о собственной непричастности к "группе Мессинга": " ...я считал всякую критику (вроде евдокимовской) разоружением ГПУ в наиболее ответственный момент - когда большинство наших колхозов не имеют еще трехлетнего хозяйственного стажа. (И еще перспектива войны в ближайшем будущем)".
Приказом ОГПУ № 455 от 18 августа 1931-го АОУ было расформировано и на его базе создано Управление делами (УД) ОГПУ в составе отделов: комендантского, тюремного, хозяйственного, санитарного и инженерно-строительного. Финансовый отдел, ранее входивший в АОУ, получил статус самостоятельного отдела ОГПУ. Потерявший свою должность в АОУ А.М.Шанин стал первым помощником начальника ОО, при этом он был освобожден и от руководства ГИМ и УГРО. Управляющим делами ОГПУ стал Я.М.Вейншток, а начальником ГИМ и УГРО был назначен по совместительству начальник ГУПО и войск ОГПУ Н.М.Быстрых. Начальником Финансового отдела остался Л.И.Берензон.
28 августа А.И.Кауль лишился должности помощника начальника СОУ, получив назначение вне ОГПУ - начальником объединения Ленгоснарпит.
1 сентября Я.С.Агранов был освобожден от должности
начальника СПО ОГПУ и назначен полпредом ОГПУ по Московской области. Как мы помним, Агранов был еще и помощником начальника СОУ; вероятнее всего (хотя в приказе об этом не сказано), он потерял эту свою должность с переходом на работу в ПП ОГПУ по Московской области, точно также как и А.Х.Артузов, будучи назначенным начальником ИНО (самостоятельного отдела ОГПУ), перестал быть помощником начальника СОУ.
Таким образом, с августа 1931-го СОУ, существуя фактически лишь на бумаге, числилось в структуре Центрального аппарата ОГПУ формально. После смещения Е.Г.Евдокимова на вакантную должность начальника СОУ не был назначен никто, а в самом СОУ оставалось всего два отдела: СПО и ОЦР.
1 сентября ОЦР возглавил Я.В.Письменный, а прежний начальник ОЦР И.П.Павлов стал его заместителем.
Приказом ОГПУ № 534/295 от 22 сентября было объявлено решение ЦИК СССР от 17 сентября, частично изменяющее Положение об Особом отделе ОГПУ. Теперь Реввоенсовет лишился права выдавать задания Особым отделам и контролировать их исполнение. Тем самым ОО был полностью выведен из-под влияния руководства РККА. В Положение был введен пункт: "Особый отдел непосредственно подчинен ОГПУ".
7 октября Г.И.Благонравова во главе ТО сменил В.А.Кишкин, проработавший, однако, начальником ТО лишь до 17 октября.
Приказом ОГПУ № 590/321 от 16 октября моботдел был выведен из состава ГУПО и войск ОГПУ и обрел самостоятельность. Начальником Мобилизационного отдела был назначен Д.А.Булатов (по совместительству), а его заместителем - А.Г.Лепин. При Коллегии ОГПУ было создано Мобилизационное совещание в составе начальников ОО, ГУПО и войск ОГПУ, ТО, ГИМ и УГРО.
25 октября Г.Е.Прокофьев был освобожден от должности начальника ОО, 17 ноября на это место был назначен И.М.Леплевский.
26 октября ТО возглавил Т.А.Прохоров.
11 ноября А.М.Шанин, ввиду перегруженности работой по занимаемой им должности помощника начальника ОО, был освобожден от должности первого секретаря Коллегии ОГПУ, которую занял П.П.Буланов.
14 ноября 1931-го Л.П.Берия стал первым секретарем ЦК КП(б) Грузии и в связи с переходом на партийную работу был 3 декабря освобожден от должностей полпреда ОГПУ в ЗСФСР и члена Коллегии ОГПУ.
17 ноября начальником СПО был назначен Г.А.Молчанов (с должности полпреда ОГПУ по Ивановской промышленной области).
22 ноября в Коллегию ОГПУ были введены Т.Д.Дерибас (полпред ОГПУ по Дальне-Восточному краю) и Ф.Д.Медведь (полпред ОГПУ по Ленинградскому военному округу).

НА ОСНОВАНИИ РЕШЕНИЯ Коллегии ОГПУ (еще от 4 декабря 1931-го) был издан приказ ОГПУ № 117/с от 10 февраля 1932-го, по которому ОЦР реорганизовывался в Учетно-статистический отдел (УСО).
УСО включал: 1 отделение (учетное), 2 отделение (судебное), 3 отделение (оперативно-справочное), 4 отделение (статистическое), 5 отделение (архив); с июня 1932-го к ним добавилось 6 отделение (судебно-следственного контроля).
Приказом ОГПУ № 122/с от 10 февраля 1932-го число
отделений в составе ЭКУ вновь было увеличено до восьми:
1 отделение (тяжелая промышленность),
2 отделение (легкая промышленность),
3 отделение (военная промышленность),
4 отделение (снабжение),
5 отделение (внешняя торговля),
6 отделение (сельское хозяйство),
7 отделение (финансово-кредитное),
8 отделение (специально-техническое).
С 16 апреля (приказом ОГПУ № 415/с от 4 мая) ликвидировалось СОУ как надстройка над оперативными отделами. Теперь СПО и УСО, до этого формально еще входившие в СОУ, напрямую подчинялись председателю и Коллегии ОГПУ.
Приказом ОГПУ № 514 от 5 июня "ввиду перегруженностью работой по ГУПО и войскам ОГПУ и согласно личной просьбе" Н.М.Быстрых был освобожден от должности начальника ГИМ и УГРО, в которой его сменил Д.В.Усов.
Приказом ОГПУ № 536 от 9 июня Л.И.Когана в должности начальника ГУЛАГа сменил М.Д.Берман; освобождение Л.И.Когана объяснялось его новым назначением начальником Строительства канала Москва-Волга (Москваволгострой), при этом он оставался и начальником строительства Беломоро-Балтийского канала.
Приказом ОГПУ № 711/с от 27 июля в целях "усиления оперативного обслуживания органов Наркомвода" в составе ТО было создано водное отделение.
Приказом ОГПУ № 878/с от 10 сентября Моботдел вместо Д.А.Булатова возглавил А.Г.Лепин. Был также определен персональный состав Мобилизационного совещания при Коллегии ОГПУ: председатель - В.А.Балицкий, члены - Д.А.Булатов (начальник ОК), А.Г.Лепин (начальник Моботдела), И.М.Леплевский (начальник ОО), Н.М.Быстрых (начальник ГУПО и войск ОГПУ), Т.А.Прохоров (начальник ТО) и Д.В.Усов (начальник ГИМ и УГРО).
Приказом ОГПУ № 419/с от 5 мая на основании постановления СНК СССР № 416/90сс от 23 марта в ОГПУ был организован Отдел военизированной пожарной охраны (ОВПО). Приказом ОГПУ № 059 от 8 мая было утверждено Положение об Отделе военизированной пожарной охраны (позднее, приказом ОГПУ № 00340 от 13 октября 1933-го, ОВПО был включен в состав ГУПО и войск ОГПУ). 25 сентября 1932-го ОВПО возглавил М.Е.Хряпенков (прослуживший начальником пожарной охраны страны вплоть до своего ареста в 1938-м; в 1958-м его реабилитировали).
Приказом ОГПУ № 963/с от 11 октября 1932-го структура ЭКУ была вновь пересмотрена и число отделений увеличено до одиннадцати. Вводимый с 1 октября в действие штат выглядел так:
начальник ЭКУ (Л.Г.Миронов), заместитель начальника ЭКУ (М.И.Гай), помощники начальника ЭКУ (А.М.Минаев-Цикановский, Д.М.Дмитриев), секретарь ЭКУ (А.А.Агеев),
1 отделение (машиностроение, топливо, энергетика, - начальник Я.П.Ржавский),
2 отделение (черная и цветная металлургия, - Я.Ш.Дашевский),
3 отделение (резиновая, химическая, строительная промышленность и Госплан, - Я.Г.Рыбальский),
4 отделение (военная промышленность, - вакансия),
5 отделение (легкая промышленность, - Н.М.Счастливцев),
6 отделение (снабжение и кооперация, - И.И.Ильицкий),
7 отделение (внешняя торговля, - Д.М.Дмитриев, он же помощник начальника ЭКУ),
8 отделение (сельское хозяйство, - Д.З.Апресян),
9 отделение (финансы и кредит, - Я.Б.Лоев),
10 отделение (техническая разведка, - М.Е.Соколов),
11 отделение (специально-техническое, - А.Г.Горянов-Горный).
В октябре 1932-го И.А.Акулов расстался с должностью первого зампреда ОГПУ и был переведен на партийную работу (а в 1933-м назначен прокурором СССР). Ягода приложил немало сил для того, чтобы Акулов не прижился на Лубянке. Однако с его уходом должность первого зампреда формально так и оставалась вакантной. Ягода не был официально на нее назначен и продолжал числиться вторым заместителем, хотя фактически, учитывая болезненное состояние председателя Менжинского, уже играл в ОГПУ первую роль.
17 ноября Г.Е.Прокофьев был назначен зампредом (третьим) ОГПУ, при этом В.А.Балицкий также сохранил за собой должность зампреда, хотя и был направлен в качестве Особоуполномоченного ОГПУ на Украину для руководства массовыми репрессиями против "вредителей" в сельском хозяйстве.
Постановлением ЦИК и СНК СССР № 1918 от 27 декабря в составе ОГПУ было организовано Главное управление Рабоче-крестьянской милиции (ГУРКМ), куда были переданы все функции и личный состав ГИМ и УГРО. Начальником ГУРКМ при ОГПУ стал Г.Е.Прокофьев, а его заместителями - Д.В.Усов и С.Н.Маркарьян (оба с 29 марта 1933-го).

ПРИКАЗОМ ОГПУ № 0017 от 25 января 1933-го в штаты местных органов ОГПУ были введены должности заместителей начальников политотделов машинно-тракторных станций (МТС) по работе ОГПУ. Эти должности замещались кадровыми чекистами, в чьи обязанности входила агентурно-оперативная работа среди персонала МТС и в районах их дислокации. Они имели равные права с начальниками районного звена ГПУ. В связи с этим общий штат оперативных работников ОГПУ (без учета технического персонала, милиции, войск ОГПУ и ГУЛАГа) по стране вырос с 20 898 (на 1 января 1933-го) до 25 022 человек (на 1 января 1934-го).
Постановлением Президиума ЦИК СССР от 15 февраля 1933-го ОГПУ получило право внесудебного рассмотрения (вплоть до применения ВМН) следственных дел о должностных преступлениях начальствующего состава органов милиции.
Приказом ОГПУ № 0070 от 17 февраля ИНО предоставлялось право ведения следствия по возникающим в отделе делам. Таким образом, и внешняя разведка была впрямую подключена к проведению репрессий.
20 февраля еще одним заместителем председателя ОГПУ был назначен Я.С.Агранов (с должности полпреда ОГПУ по Московской области). ПП ОГПУ по Московской области теперь стал руководить С.Ф.Реденс, оставивший должность полпреда ОГПУ в УССР. В свою очередь, ПП ОГПУ в УССР вновь возглавил В.А.Балицкий.
20 февраля начальник ОО И.М.Леплевский получил новое назначение на должность зампреда ГПУ Украины. В этот же день Я.М.Вейншток был освобожден от должности управляющего делами ОГПУ и назначен заместителем начальника ОК. Новым управляющим делами ОГПУ стал И.М.Островский (с должности заместителя управделами).
В феврале возникла было идея серьезной реорганизации управления местами заключения и спецпоселениями системы ОГПУ. К тому времени численность спецпоселенцев заметно превосходила число заключенных в лагерях ОГПУ, чем и диктовалась попытка создания самостоятельного Главного управления трудовыми спецпоселениями (ГУТС) ОГПУ. Временный штат ГУТС (250 человек) был введен приказом по УД ОГПУ № 48 от 27 февраля, однако в дальнейшем это не привело к новым кадровым назначениям, и отдел спецпоселений так и остался в структуре ГУЛАГа.
Приказом УД ОГПУ № 73 от 29 марта вводился (с 1 апреля) новый штат ИНО (110 сотрудников):
начальник ИНО (А.Х.Артузов), заместитель начальника ИНО (А.А.Слуцкий), помощник начальника ИНО (С.В.Пузицкий, занимал эту должность с 17 ноября 1931-го),
1 отделение (Л.А.Наумов (Н.И.Эйтингон)),
2 отделение (Я.М.Бодеско),
3 отделение (О.О.Штейнбрюк),
4 отделение (К.С.Баранский),
5 отделение (А.П.Федоров),
6 отделение (врид начальника И.Г.Герт),
7 отделение (Э.Я.Фурман),
8 отделение (П.Д.Гутцайт).

Приказом УД ОГПУ № 77 от 3 апреля количество отделений СПО было увеличено до шести. По вводимому с 1 апреля новому штату СПО расстановка кадров была следующей:
начальник СПО (Г.А.Молчанов), заместитель начальника СПО (В.М.Горожанин), помощники начальника СПО (А.А.Андреева, Г.С.Люшков, М.С.Горб, 15 марта 1933-го перемещенный сюда с аналогичной должности в ИНО); секретарь СПО (В.А.Кучеров), оперативный секретарь СПО (С.Д.Эдельман), сотрудники для особых поручений (И.А.Иванов, С.М.Сидоров),
1 отделение (А.Ф.Рутковский),
2 отделение (Г.С.Люшков, он же помощник начальника СПО),
3 отделение (И.В.Полянский),
4 отделение (М.С.Горб, он же помощник начальника СПО),
5 отделение (М.А.Герасимова),
6 отделение (П.А.Коркин).
Приказом ОГПУ № 143 от 8 апреля Н.М.Быстрых был освобожден от руководства ГУПО и войск ОГПУ, получив назначение на должность заместителя полпреда и начальника УПО и войск ПП ОГПУ в Средней Азии, а ГУПО и войск ОГПУ возглавил М.П.Фриновский (с должности председателя ГПУ Азербайджана).
8 мая Т.А.Прохорова в должности начальника ТО сменил B.А.Кишкин.
8 мая в Коллегию ОГПУ был введен Л.Г.Миронов (начальник ЭКУ).
Приказом ОГПУ № 00174 от 8 мая органы военизированной пожарной охраны были наделены оперативными функциями. С целью своевременного выявления причин пожарной опасности в отделах военизированной пожарной охраны были учреждены оперативные отделения для руководства специальной агентурно-информационной сетью. Общее руководство этими оперативными отделениями было возложено на ЭКУ в центре и на экономические отделы (ЭКО) полпредств ОГПУ на местах.
1 июня вакантную должность начальника ОО занял М.И.Гай.
Приказом ОГПУ № 00244 от 11 июля реорганизовывалась структура ОК. Кадровая работа по милиции и войскам была передана в соответствующие главки. Теперь ОК включал пять отделений:
1 отделение (учет и комплектование кадров периферии),
2 отделение (учет и комплектование кадров центра),
3 отделение (учет и комплектование кадров транспортных органов, военизированной пожарной охраны, аппаратов связи, лагерей и хозяйственных аппаратов, наградное производство),
4 отделение (организационно-штатное),
5 отделение (подготовка и переподготовка кадров).
На основании приказа ОГПУ № 00313 от 9 сентября 1933-го в ОГПУ был организован персональный учет всех исключенных из ВКП(б) в результате чистки партии.
Приказом ОГПУ № 00314 от 13 сентября 1933-го из состава УД был выделен самостоятельный Инженерно-строительный Отдел (ИСО). Его начальником оставался А.Я.Лурье.
На 1 января 1934-го Центральный аппарат ОГПУ при СНК СССР имел такой вид:
председатель (В.Р.Менжинский), заместители председателя: Г.Г.Ягода, Я.С.Агранов, Г.Е.Прокофьев (он же начальник ГУРКМ), В.А.Балицкий (он же председатель ГПУ Украины и полпред ОГПУ при СНК УССР); Секретариат Коллегии ОГПУ (начальник - П.П.Буланов);
УД (И.М.Островский);
ОК (Д.А.Булатов);
ОО (М.И.Гай);
СПО (Г.А.Молчанов);
ЭКУ (Л.Г.Миронов);
ИНО (А.Х.Артузов);
Оперод (К.В.Паукер);
ТО (В.А.Кишкин);
Спецотдел (Г.И.Бокий);
УСО (Я.М.Генкин);
Особоуполномоченный при Коллегии ОГПУ (В.Д.Фельдман);
Финансовый отдел (Л.И.Берензон);
ГУПО и войск ОГПУ (М.П.Фриновский);
ГУРКМ (Г.Е.Прокофьев);
ГУЛАГ (М.Д.Берман);
Моботдел (А.Г.Лепин);
ИСО (А.Я.Лурье).

4 января 1934-го Г.Е.Прокофьева сменил во главе ГУРКМ Л.Н.Бельский (с должности полпреда ОГПУ по Нижне-Волжскому краю).
Приказом ОГПУ № 2088 от 26 февраля 1934-го Д.А.Булатов в связи с избранием на XVII съезде ВКП(б) членом Комиссии партийного контроля был освобожден от должности начальника ОК ОГПУ.
Совместным приказом ОГПУ и Центросоюза от 28 марта 1934-го создавалось Кооперативное управление войск, сотрудников ОГПУ и милиции, его начальником стал М.Б.Шнеерсон.
Весомость различных руководителей ОГПУ (и линий их работы) в глазах Сталина косвенно выражалась в частоте посещений ими его кремлевского кабинета: за период 1926 - 1934 годов больше всех был на приеме у Сталина Ягода (8 раз), затем следуют: Г.И.Благонравов (7 раз); Я.С.Агранов, Е.Г.Евдокимов, B.Р.Менжинский, И.П.Павлуновский и Г.Е.Прокофьев (по 4 раза каждый); А.Х.Артузов и Т.Д.Дерибас (по 3 раза); И.А.Акулов, В.А.Балицкий, М.Д.Берман, Д.А.Булатов, М.И.Гай, С.А.Мессинг, Л.Г.Миронов, Я.К.Петерс, С.Ф.Реденс, М.А.Трилиссер, М.П.Фриновский (по 2 раза); и только по одному разу за эти восемь лет Сталин вызывал Л.Н.Бельского, Г.И.Бокия, Я.М.Генкина, Г.А.Молчанова, К.В.Паукера, Р.А.Пилляра, С.В.Пузицкого и Е.А.Тучкова.

В РЕЗОЛЮЦИИ XVII СЪЕЗДА ВКП(б) "О партийном и советском строительстве" говорилось о необходимости усиления личной ответственности руководителей советских и хозяйственных органов. В этих целях предлагалось "ликвидировать коллегии в наркоматах с оставлением во главе наркомата наркома и не более двух заместителей". Это решение относилось и к ОГПУ, в котором также существовала Коллегия.
На заседание Политбюро 20 февраля 1934-го Сталин внес вопрос об организации союзного Наркомата внутренних дел с включением в него реорганизованного ОГПУ. Результатом стало поручение Ягоде, Кагановичу и Куйбышеву в пятидневный срок представить проект предложений с учетом состоявшегося на Политбюро обмена мнениями. Уже на следующий день, 21 февраля, Ягода направил Кагановичу проект постановления ЦИК об организации НКВД и попросил две недели на проработку положения об НКВД. В подготовленном Ягодой проекте был пункт о создании Особого совещания при наркоме внутренних дел, наделенного правом вынесения внесудебных решений о ссылках, высылках и заключении в ИТЛ (напомним, что с 1924-го при Коллегии ОГПУ существовало Особое совещание, обладавшее правом применения аналогичных репрессий сроком до трех лет; наряду с ОСО право вынесения внесудебных решений, вплоть до применения расстрела, имела сама Коллегия ОГПУ).
Для разработки проекта положения о НКВД и Особом совещании была образована комиссия под председательством Л.М.Кагановича. В ее состав вошли члены Политбюро: В.В.Куйбышев, С.В.Косиор, В.Я.Чубарь; представители ЦК: Л.П.Берия, Д.А.Булатов; суда и прокуратуры: И.А.Акулов, А.Я.Вышинский, Г.М.Леплевский, нарком юстиции Н.В.Крыленко; ОГПУ: Г.Г.Ягода, Я.С.Агранов, Г.Е.Прокофьев, С.Ф.Реденс и Л.Н.Бельский. В ходе работы комиссии выявились разногласия по поводу судебных полномочий НКВД. Против создания Особого совещания никто не возражал, но высказывались разные мнения о максимальных сроках, которые могло бы назначать ОСО. Крыленко предлагал сохранить трехлетний срок; в итоговый проект вошел срок в пять лет. Однако работа комиссии затягивалась: разрабатывался проект положения о Главном управлении государственной безопасности (ГУГБ) НКВД СССР, куда передавались оперативно-чекистские службы ОГПУ. 1 апреля 1934-го состав комиссии пополнился самим Сталиным и Н.И.Ежовым, а 26 мая - еще и А.А.Ждановым.
После продолжительной болезни 10 мая 1934-го умер Менжинский. И хотя кресло председателя ОГПУ после его смерти осталось вакантным, было ясно, что реформируемый аппарат госбезопасности возглавит Ягода. В отличие от Менжинского (который даже будучи председателем ОГПУ не был избран на заседании XVII съезда 9 февраля 1934-го в руководящие партийные органы), его заместитель Ягода стал членом ЦК ВКП(б). Тогда же членом ЦК стал и заместитель председателя ОГПУ и полпред ОГПУ по Украине В.А.Балицкий.
10 июля Политбюро приняло наконец решение об
образовании НКВД и Особого совещания, в тот же день оформленное решением ЦИК. Наркомом внутренних дел был назначен Ягода, а его замами - Агранов (первый заместитель) и Г.Е.Прокофьев. С образованием НКВД прекращались внесудебные полномочия Коллегии ОГПУ. Теперь большинство дел, расследованных НКВД, должно было передаваться на созданные в июле 1934-го специальные коллегии областных, краевых и республиканских судов. Таким образом, внесудебные полномочия НКВД при его образовании были существенно меньшими, чем у ОГПУ. Положение об Особом совещании было официально принято только 5 ноября 1934-го совместным постановлением ЦИК и СНК СССР; разработанное же в конце концов положение о ГУГБ так и осталось неутвержденным. По-видимому, в условиях затеваемой Сталиным "большой чистки" детальная регламентация того, чем и как должны заниматься отделы ГУГБ, не требовалась вовсе.
Последовавшие затем репрессии уничтожили почти весь руководящий состав чекистов, работавших при Дзержинском, Менжинском и Ягоде. Практически никому из них не удалось и скрыться. Так, бывший заместитель начальника СПО комиссар ГБ 3 ранга Генрих Самойлович Люшков 12 июня 1938-го бежал, стремясь упредить свой арест, с должности начальника УНКВД по Дальне-Восточному краю (ДВК), работал в японской военной миссии в Харбине (Манчжурия) и был убит японцами 19 августа 1945-го. 14 ноября 1938-го по той же причине покинул пост наркомвнудела Украины и перешел на нелегальное положение комиссар ГБ 3 ранга Александр Иванович Успенский, за ним в Киев была послана группа оперативников во главе с Б.З.Кобуловым. 16 апреля 1939-го Успенский был арестован в Челябинске, а 29 апреля за "выполнение специального задания" получили ордена десять сотрудников НКВД, в том числе орден Красного Знамени - П.В.Федотов, ордена "Знак Почета" - И.А.Гагуа, Я.Н.Матусов и Л.Ф.Райхман. 28 января 1940 года А.И.Успенского расстреляли.

О судьбах высшего звена НКВД мы уже писали (см. "Свободная мысль", 1997, № 6, стр. 112 - 116); аналогичной, за немногими исключениями, была и участь тех, кто занимал менее значительные посты, служил на периферии либо уже был вообще изгнан к тому времени из системы НКВД:



От b-graf
К Офф-Топик (02.02.2002 02:57:58)
Дата 04.02.2002 20:07:56

А журнальная от книжной версии отличается

Здравствуйте !

Спасибо!
А журнальная от книжной версии отличается - Вы не знаете ? Вроде бы введение справочника и сборника документов фонда "Демократия" повторяет публикацию о НКВД в "Свобоной мысли" ? (я не сравнивал - как-то одновременно в руки не попадали :-(
Есть часть вроде -
http://www.memo.ru/history/nkvdfram.htm

Павел

От bvl
К Офф-Топик (02.02.2002 02:57:58)
Дата 04.02.2002 08:41:48

ГПУ-КГБ из Свободной Мысли...

А что, это так и было опубликовано - с обилием цитат и без каких-либо ссылок?

Нельзя ли увидеть ВСЕГО Н.Петрова? Ну, хотя бы то, что у вас называется "История ГУЛАГА-2".

Заранее признателен,

bvl

От Офф-Топик
К Офф-Топик (02.02.2002 02:57:58)
Дата 02.02.2002 03:53:54

Н.Петров История ГУЛАГА-1

НИКИТА ПЕТРОВ
ИСТОРИЯ ИМПЕРИИ "ГУЛАГ"
ГЛАВА ПЕРВАЯ
СИСТЕМА, при которой параллельно существовали места заключения для политических противников режима и для обычных уголовных преступников, зародилась еще в первые годы советской власти, когда действовали Чрезвычайные комиссии. Тогда же постепенно вошло в правило преимущественное содержание заключенных не в тюремных, а в лагерных условиях, то есть в удалении от городов и с непременной обязанностью трудиться. Уже в 1918 году Наркоматом юстиции РСФСР были сформулированы основные принципы пенитенциарной политики: обеспечение полной самоокупаемости мест заключения (когда доходы от труда заключенных превышают расходы на их содержание) и полного перевоспитания осужденных. Хотя в последнем было немало революционной романтики (при том, что средств на строительство новых тюрем власть поначалу не имела), позднейший термин «перековка», означающий реальное трудовое перевоспитание закоренелых уголовников на ударных стройках, стал необычайно популярным в годы зарождения ГУЛАГа.
История центральных органов управления местами заключения в первые годы советской власти — особая тема (подробнее см. «Система исправительно-трудовых лагерей в СССР, 1923—1960. Справочник» (Сост. М. Б. Смирнов, под ред. Н. Г. Охотина и А. Б. Рогинского). М., 1998, стр. 10—24). Здесь скажем только, что унаследованное от царской России Главное управление местами заключения (ГУМЗ) Министерства юстиции (с октября 1917-го — Наркомата юстиции (НКЮ) России, а с января 1918-го — НКЮ РСФСР) в мае 1918 года было реорганизовано в Центральный карательный отдел НКЮ, а в октябре 1921 года — в Центральный исправительно-трудовой отдел НКЮ РСФСР. Одновременно в системе НКВД РСФСР в апреле 1919 года создается Центральное управление лагерями принудительных работ, спустя месяц переименованное в Отдел принудительных работ, в мае 1920-го — в Главное управление принудительных работ, в сентябре того же года — в Главное управление общественных работ и повинностей, а в феврале 1921 года — вновь в Главное управление принудительных работ (ГУПР).
В октябре 1922 года соответствующие аппараты НКЮ РСФСР и НКВД РСФСР были слиты в единое Главное управление местами заключения (ГУМЗ) НКВД РСФСР во главе с Е. Г. Ширвиндтом, просуществовавшее до декабря 1930 года. Затем республиканские НКВД упразднили, а ГУМЗ был передан в НКЮ РСФСР и реорганизован в Главное управление исправительно-трудовых учреждений (ГУИТУ). С ликвидацией республиканских НКВД вся работа по содержанию и трудовому использованию осужденных на сроки менее трех лет вновь перешла в наркоматы юстиции республик.
Начальником ГУИТУ был назначен чекист И. А. Апетер, до этого занимавший пост первого заместителя полпреда ОГПУ по Московской области. В январе 1931-го Апетер сменил Ширвиндта еще и в должности начальника Центрального управления конвойных войск СССР.
ГУИТУ НКЮ РСФСР просуществовало до октября 1934 года, когда все подведомственные ему места заключения были переданы в подчинение заметно окрепшего к тому времени ГУЛАГа НКВД СССР.
Формально возникшие уже в 1919 году лагеря принудительных работ (концентрационные лагеря) принадлежали НКВД РСФСР, однако фактически ими руководили чекисты (тем более что председатель ВЧК Дзержинский одновременно занимал пост наркома внутренних дел).
В первом Исправительно-трудовом кодексе РСФСР, принятом 16 октября 1924 года, говорилось только о домах заключения, исправительно-трудовых домах, трудовых колониях (сельскохозяйственных, ремесленных и фабричных), переходных исправительно-трудовых домах и наконец об изоляторах специального назначения (для изоляции «социально-опасных» заключенных). При этом не пояснялось, идет ли в последнем случае речь о системе подведомственных ОГПУ политизоляторов, обустроенных уже в начале 1920-х, равно как и о Соловецком лагере, возникшем к концу 1923 года с переводом на Соловки Управления Северных лагерей принудительных работ и его подразделений из Архангельска, Холмогор и Пертоминска. Сами нормативные документы о местах заключения ОГПУ, как правило, не публиковались, хотя и утверждались постановлениями СНК СССР.

ДНЕМ ЗАРОЖДЕНИЯ лагерной системы можно считать 13 октября 1923 года. Постановлением СНК СССР от этого числа был образован Соловецкий лагерь принудительных работ особого назначения с двумя пересыльно-распределительными пунктами в Архангельске и Кеми. Управление лагерем было возложено на ОГПУ. Еще 12 октября начальником Соловецкого лагеря был назначен бывший начальник отделения Восточного отдела СОУ ГПУ при НКВД РСФСР Ф. И. Эйхманс. Общее руководство деятельностью Управления Соловецкого лагеря особого назначения (УСЛОН) возложили на Спецотдел ОГПУ во главе с Г. И. Бокием, конкретными же проблемами УСЛОН занималось 3 отделение Спецотдела ОГПУ.
20 мая 1929 года 3 отделение Спецотдела возглавил бывший начальник УСЛОН Эйхманс; он же стал первым руководителем образованного приказом ОГПУ № 130/63 от 25 апреля 1930 года Управления лагерями (УЛАГ) ОГПУ, к которому перешли функции прежнего 3 отделения Спецотдела; заместителем Эйхманса назначили (с должности начальника Особого отдела (ОО) Московского военного округа) Л. Н. Мейера (Захарова). Этим же приказом были утверждены штаты УЛАГа.
На УЛАГ возлагалось управление всеми лагерями ОГПУ, как существующими, так и вновь возникающими. Вероятно, тогда было трудно предположить, что из скромного по размерам (80 человек) аппарата УЛАГа спустя десять лет вырастет одно из ведущих подразделений НКВД (штат на 1940 год — почти 1600 человек).
Вплоть до «великого перелома» в системе ОГПУ функционировал лишь один Соловецкий лагерь, прочие же места заключения подчинялись ГУМЗ НКВД РСФСР. С принятием же постановлений Политбюро от 13 и 23 мая 1929-го «Об использовании труда уголовных арестантов» и постановления Политбюро «Об использовании труда уголовно-заключенных» от 27 июня того же года (оформленного одноименным постановлением СНК СССР от 11 июля) ОГПУ приступило к организации новых лагерей.
На основании постановления СНК СССР от 6 июня 1929-го «Об отпуске ОГПУ средств на организацию и содержание концентрационного лагеря в районе Олонца—Ухты» и приказа ОГПУ № 136/68 от 28 июня создается Управление Северных лагерей особого назначения (УСЕВЛОН) с центром в Усть-Сысольске (26 марта 1930-го переименованном в Сыктывкар).
Во исполнение постановления СНК СССР от 18 июля 1929-го «Об отпуске средств на строительство Вишерского лагеря особого назначения» организуется Управление Вишерских лагерей особого назначения (УВЛОН) с центром в городе Красновишерск Уральской области (ныне Пермская область).
С 1 октября 1929-го приказами местных органов ОГПУ создаются Дальневосточный лагерь (ДАЛЬУЛОН) с центром в Хабаровске, Сибирский лагерь (СИБУЛОН) с центром в Новосибирске, Среднеазиатский (УСАЗЛОН) с дислокацией управленияв Ташкенте и Казахстанский (КАЗУЛОН) с дислокацией управления в Алма-Ате.
Постановление Политбюро от 27 июня 1929 года предписало «именовать в дальнейшем концентрационные лагеря исправительно-трудовыми лагерями». Таким образом, расхожее представление, будто на такое переименование пошли, чтобы избежать нежелательных аналогий с концлагерями нацистской Германии, ошибочно. Можно говорить лишь о том, что в качестве приоритетной ставилась задача «исправления трудом», а не «концентрация» враждебных элементов в лагерях.
7 апреля 1930 года председатель СНК СССР А. И. Рыков подписал «Положение об исправительно-трудовых лагерях», согласно которому «лагеря находятся в ведении ОГПУ, которое осуществляет общее руководство их деятельностью».
25 мая приказом ОГПУ № 169/81 были определены порядок подчинения исправительно-трудовых лагерей (ИТЛ) и функции УЛАГа. На местах ИТЛ полностью подчинялись соответствующим полпредствам (ПП) ОГПУ, которые вели в лагерях оперативную работу и отвечали за их охрану.
Комплектование ИТЛ чекистскими кадрами возлагалось на Административно-организационное управление (АОУ) ОГПУ «на общих для органов и войск ОГПУ основаниях».
На УЛАГ возлагались следующие задачи: учет и распределение заключенных по лагерям; хозяйственное, финансовое и плановое руководство деятельностью лагерей; снабжение их продовольствием, обмундированием, инвентарем и материалами для производства.
К 1 июня 1930-го в подчинении УЛАГа находилось семь ИТЛ, общее число заключенных составляло 168 163 человека, из них в УСЛОНе (лесозаготовки, строительство дорог, осушение болот) — 62 563, в УСЕВЛОНе (разделка и погрузка экспортного леса, строительство дорог и другие работы) — 38 103, в УВЛОНе (строительство целлюлозно-бумажного комбината, лесозаготовки и другие работы) — 18 863, в СИБУЛОНе (добыча золота и угля, лесозаготовки, строительство дорог и другие работы) — 24 566, в ДАЛЬУЛОНе (лесозаготовки, строительство дорог, добыча золота и угля, лов рыбы и другие работы) — 18 149, в УСАЗЛОНе (мелиоративные работы и работа в совхозах) — 3548, в КАЗУЛОНе (строительство совхоза-гиганта) — 2823 человека.
Летом 1930 года руководство УЛАГа было полностью заменено: приказом ОГПУ № 165 от 17 июня новым начальником УЛАГа стал бывший помощник начальника ОО ОГПУ Л. И. Коган, а приказом № 199 от 15 июля новым заместителем начальника УЛАГа был назначен (с должности заместителя полпреда ОГПУ по Ивановской промышленной области) М. Д. Берман. Ф. И. Эйхманс еще 13 июля возглавил новосозданную Вайгачскую экспедицию ОГПУ (занималась разведкой и разработкой руд цветных металлов на острове Вайгач и побережье Карского моря), а Л. Н. ЗахаровМейер 1 июня 1930 года был назначен заместителем полпреда ОГПУ по Нижневолжскому краю.
19 июля 1930-го приказом № 2 по УЛАГу были объявлены его штат и структура: руководство (Л. И. Коган, М. Д. Берман); секретариат (14 человек); административно-инспекторский отдел (28 человек, начальник — С. Ф. Белоногов); производственно-экономический отдел (38 человек, начальник — Я. Д. Рапопорт, старший консультант — недавний соловецкий лагерник Н. А. Френкель). Всего по этому штату числилось 87 человек.

АББРЕВИАТУРА «ГУЛАГ» появилась 9 ноября 1930 года, когда приказом АОУ ОГПУ № 308 был объявлен вводимый с 1 октября (задним числом) штат Главного управления лагерями ОГПУ (96 человек). Персональное распределение по должностям стало следующим:
— руководство (начальник — Л. И. Коган, зам. начальника — М. Д. Берман, помощники начальника — Я. Д. Рапопорт и С. Ф. Белоногов, старший консультант — Н. А. Френкель; всего по штату — 8 человек);
— секретариат (начальник — Е. Ф. Прушакевич, всего — 14 человек);
— 1 (инспекторское) отделение (11 человек);
— 2 (учетно-распределительное) отделение (начальник — П. А. Иванов, всего — 9 человек);
— 3 (информационно-следственное) отделение (начальник — М. Д. Балябин, всего — 10 человек);
— 4 (производственное) отделение (начальник — А. И. Масленников, всего — 11 человек);
— 5 (снабжение) отделение (начальник — А. Е. Сорокин, всего — 26 человек);
— плановая группа (руководитель — М. Сегаль, всего — 7 человек).
Приказом ОГПУ № 330/198 от 2 июня 1931-го в составе ГУЛАГа был организован Отдел по спецпереселенцам, в основном выселяемых из районов сплошной коллективизации кулаков; 29 июня приказом АОУ ОГПУ № 177 этот отдел возглавил Г. П. Закарьян.
Постановлением СНК СССР № 130сс от 1 июля того же года «Об устройстве спецпереселенцев» на ОГПУ возлагались административное управление спецпереселенцами и хозяйственное использование их труда; эти задачи легли прежде всего на ГУЛАГ.
Решение о строительстве легендарного Беломорканала было принято Советом Труда и Обороны (СТО) еще 3 июня 1930 года, однако изыскания, первоначально возложенные на Беломорстрой НКПС, затянулись до апреля 1931-го. Затем, чтобы ускорить работы, в подчинение ОГПУ был передан Северный район Беломорстроя НКПС и наконец приказом ОГПУ № 667/359 от 16 ноября «О строительстве Беломорско-Балтийского водного пути» все работы по каналу перешли к вновь созданному Управлению строительства Беломорско-Балтийского водного пути ОГПУ во главе с Л. И. Коганом (по совместительству с должностью начальника Гулага), чьим заместителем также по совместительству стал помощник начальника ГУЛАГа Я. Д. Рапопорт. Они должны были лично руководить строительством, поочередно находясь непосредственно на месте работ.
В составе ГУЛАГа была создана специальная группа по снабжению Беломорстроя.
Этим же приказом для строительства канала создавался Беломорско-Балтийский лагерь, который возглавил Э. И. Сенкевич, ранее бывший начальником Свирского ИТЛ ОГПУ (созданного незадолго перед тем в городе Лодейное Поле на базе отделений Соловецкого лагеря и снабжавшего дровами Ленинград).
Приказом ОГПУ № 502 от 1 сентября 1931 года бывший начальник Орготдела ОГПУ Н. Ф. Еремин был назначен помощником начальника ГУЛАГа ОГПУ.
13 ноября 1931-го постановлением СТО № 516 для добычи золота в верховьях реки Колымы был образован Государственный трест по дорожному и промышленному строительству в районе Верхней Колымы, сокращенно — «Дальстрой». Хотя с момента организации Дальстрой подчинялся непосредственно СТО, а затем СНК СССР (формально в ведение НКВД его передали только в марте 1938-го), директором нового треста сразу же назначили чекиста Э. П. Берзина, ранее возглавлявшего Вишерлаг ОГПУ, а наблюдение и контроль за деятельность Дальстроя возложили за зампреда ОГПУ Г. Г. Ягоду.
Для обслуживания нужд Дальстроя в рабочей силе приказом ОГПУ № 287с от 1 апреля 1932 года был организован Северо-Восточный лагерь ОГПУ с дислокацией управления в поселке Средникан.
Успехи ОГПУ по сооружению Беломорканала приводят к тому, что уже отлаженный механизм организации подобных работ переносится в центр страны — на строительство канала «Москва—Волга». Начальником строительства этого канала (Москваволгострой, сокращенно — МВС) стал Л. И. Коган, ради столь важной должности освобожденный от руководства ГУЛАГом. Новым начальником ГУЛАГа приказом ОГПУ № 536 от 9 июня 1932 года стал М. Д. Берман, заместителем начальника — Я. Д. Рапопорт, помощником начальника ГУЛАГа — С. Г. Фирин-Пупко (из ОО ОГПУ).
Приказом ОГПУ № 686с от 23 июля 1932-го было утверждено «Положение о военизированной охране ИТЛ ОГПУ».
Приказом ОГПУ № 828с от 29 августа аппараты ВОХР (военизированной охраны) и информационно-следственных отделов ИТЛ объединялись в единые органы, сперва названные «секретно-оперативными отделами», но вскоре, приказом ОГПУ № 923с от 23 сентября, переименованные в 3 отделы ИТЛ.
Приказом ОГПУ № 889с от 14 сентября для строительства канала Москва—Волга был организован Дмитровский ИТЛ (Дмитлаг) ОГПУ с дислокацией в подмосковном Дмитрове, тогда же вриднач Дмитлага, а затем и начальником был назначен начальник 5 отдела ГУЛАГа А. Е. Сорокин (по совместительству). Приказом ОГПУ № 1005 от 31 октября дополнительно объявлялось о назначении начальником строительства канала Москва—Волга Л. И. Когана, его заместителем — Я. Д. Рапопорта и его помощником — Н. А. Френкеля.
Постановлениями Политбюро (№ 11120/18с от 23 октября) и СНК СССР (№ 1650/340с от 27 октября 1932-го) на ОГПУ возлагалось строительство Байкало-Амурской железной дороги (БАМ). Во исполнение их приказом ОГПУ № 1020с от 10 ноября создавался Байкало-Амурский ИТЛ (Бамлаг) ОГПУ с дислокацией управления в городе Свободный (ныне Амурская область). Начальником строительства БАМа был назначен С. В. Мрачковский, а начальником Бамлага — Н. Ф. Еремин с оставлением в должности помощника начальника ГУЛАГа.
Постановление СНК СССР № 1639/333сс от 25 ноября 1932-го определяло важнейшие и ближайшие строительные объекты ОГПУ: окончание работ на Беломорстрое; строительство канала Москва—Волга; строительство БАМа; Колыма; работы на Ухте и Печоре; заготовка дров для Москвы и Ленинграда. О Свирском ИТЛ мы уже говорили; аналогичную задачу применительно к Москве выполнял созданный в июне 1931-го Темниковский ИТЛ ОГПУ с дислокацией управления в поселке Явас (и поныне остающемся центром знаменитых «Мордовских лагерей»; по данным на 1934 год, Темлаг один покрывал треть всех потребностей Москвы в дровах).
25 ноября 1932-го приказом Управления делами ОГПУ была объявлена новая структура и штат (всего — 253 человека) ГУЛАГа:
— руководство (начальник — М. Д. Берман, зам. начальника — Я. Д. Рапопорт, помощники начальника — С. Г. Фирин и Н. Ф. Еремин);
— секретариат (28 человек, начальник — А. Л. Сулин-Этин);
— 1 (административно-организационное) отделение (13 человек, начальник — С. А. Владыкин);
— 2 (учетно-распределительное) отделение (27 человек, начальник — М. В. Полонский);
— 3 (секретно-оперативное) отделение (21 человек, начальник — А. М. Назаров);
— 4 (производственное) отделение (25 человек, начальник — Э. Ю. Тизенберг);
— 5 (снабжение) отделение (43 человека, начальник — А. Е. Сорокин);
— 6 (спецпереселенцы) отделение (16 человек, начальник — Г. П. Закарьян);
— 7 (горное) отделение (13 человек, начальник — А. Н. Израилев);
— 8 (техснабжение) отделение (62 человека, начальник — М. С. Курин).
Заметно больший штат обоих «снабженческих» отделений свидетельствует, кстати, о традиционной для советской экономики сложности подобных задач.

ПОДПИСАННЫЙ Г. Г. ЯГОДОЙ приказ ОГПУ № 7 от 19 января 1933 года гласил:

«Постановлением Правительства на ОГПУ возложено строительство Байкало-Амурской железной дороги, имеющей большое хозяйственное и оборонное значение.
Одним из важнейших условий успешного выполнения этой ответственной и трудной задачи является укрепление руководящего состава Байкало-Амурского лагеря ОГПУ чекистскими кадрами.
Чекисты не раз показали себя энтузиастами в тяжелых условиях работы отдаленных лагерей ОГПУ.
Новый лагерь под руководством чекистов, так же как и другие лагеря, должен полностью и в установленный срок выполнить данное ему задание, несмотря на все трудности и суровую обстановку строительства.
Для этого требуются работники, добровольно желающие работать в Бамлаге.
Приказываю:
1. Открыть запись добровольцев из числа оперативных работников для ответственной работы в Бамлаге ОГПУ.
2. Из числа добровольно записавшихся, ОК [Отделу кадров] ОГПУ произвести тщательный отбор кандидатов в Бамлаг, морально устойчивых, дисциплинированных и годных по состоянию здоровья для работы в особоотдаленных местностях.
3. ОК ПП [отделам кадров полномочных представительств] всю работу по вербовке добровольцев закончить к 15.02.33, не позднее 20.02.33 представить в ОК ОГПУ на всех добровольцев личные дела, достаточные аттестации и мед. акты.
4. Порядок и сроки направления добровольцев установить ОК ОГПУ по рассмотрении и утверждении кандидатов.
Зам. пред. ОГПУ
Г. Ягода».

Приказом ОГПУ № 0056 от 9 февраля 1933-го «О соединении заключенных исправ.-трудов. лагерей ОГПУ с их семьями, высланными в порядке спецпереселения в спецпоселки» предписывалось:

«В целях уменьшения побегов из спецпоселков и закрепления хозяйственного устройства семей спецпереселенцев, главы или трудоспособные члены которых осуждены и находятся в исправительно-трудовых лагерях ОГПУ…:
1. Заключенных, находящихся в исправительно-трудовых лагерях ОГПУ, соединять с их семьями, высланными в порядке спецпереселения в спецпоселки — независимо от срока, статьи осуждения и времени отбытия срока в лагерях ОГПУ.
2. Производить соединение только тех заключенных, которые в период пребывания в лагерях ОГПУ проявили себя с положительной стороны, не совершили преступлений и не замечены в к.-р. деятельности.
3. Начальнику ГУЛАГ ОГПУ затребовать от лагерей списки заключенных, семьи которых находятся в спецпоселках, и совместно с Особоуполномоченным Коллегии ОГПУ, по согласованию с соответствующими отделами ОГПУ, направлять таковых к семьям в спецпоселки».

11 февраля приказом ОГПУ № 71 было объявлено о назначении заместителя начальника ГУЛАГа Я. Д. Рапопорта начальником Управления Дмитровского лагеря ОГПУ (по совместительству с занимаемой должностью).
Приказ ОГПУ № 32 от 20 февраля гласил: «Учитывая особо энергичную работу начальника Ухтино-Печорских исправительно-трудовых лагерей ОГПУ тов. Мороза Якова Моисеевича по освоению в исключительно тяжелых условиях дальнего Севера Ухтинско-Печорских нефтяных и каменно-угольных месторождений, приказываю: нефтяной промысел № 3 на реке Ярега именовать «Нефтяным промыслом имени тов. Мороза Я. М.» (Я. М. Мороз был организатором и бессменным начальником созданного летом 1931 года Ухтпечлага вплоть до своего ареста в 1938-м).
23 февраля приказом ОГПУ № 79 начальник снабжения Дивизии особого назначения имени Ф. Э. Дзержинского и помощник начальника войск ОГПУ Московского округа по снабжению И. И. Плинер был переведен на должность помощника начальника ГУЛАГа.
11 марта СНК СССР принял постановление № 451/76сс «О разгрузке мест лишения свободы», которым ОГПУ предлагалось:

«А. По Украине…
а) в течение марта месяца вывезти 25.000 человек осужденных на срок свыше 3-х лет в свои [ОГПУ] лагеря;
б) всех осужденных на срок от 2 до 3-х лет вывезти в течение марта—апреля месяца в организуемые спецпоселки.
Вывозу подлежат все осужденные, независимо от их физического состояния и возраста.
Б. По Северному Кавказу…
а) всех осужденных на срок свыше 3-х лет (в том числе и кассационных) в количестве не менее 10.000 человек вывезти в течение марта месяца в свои лагеря. Инвалидов и больных оставить в пределах [Северо-Кавказского] края;
б) всех осужденных судами на срок от 2-х до 3-х лет (в том числе и кассационных) вывезти в течение марта—апреля из пределов края в организуемые спецпоселки.
В. По ЦЧО [Центрально-Черноземной области]…
вывезти в марте месяце из пределов области в свои лагеря осужденных на срок свыше 3-х лет (в том числе и кассационных) — 15.000 человек.
Г. По Нижней Волге…
вывезти в марте месяце из пределов края в свои лагеря осужденных на срок свыше 3-х лет (в том числе и кассационных) — 7.000 человек».

Этим же постановлением предлагалось «НКЮ РСФСР тов. Крыленко и ОГПУ т. Ягоде разработать соответствующие мероприятия в отношении вывоза осужденных из остальных областей и краев и размещения их в пределах соответствующего края—области и провести эти мероприятия в марте—апреле месяце».
Вскоре, уже 14 марта начальник ГУЛАГа М. Д. Берман подписал направленную всем лагерям ОГПУ директиву:

«Ввиду значительной истощенности прибываемых из домзаков в лагеря контингентов, а отсюда и неработоспособности очень многих из них ГУЛАГ предлагает:
1. При медосвидетельствовании прибываемых этапов, помимо существующих категорий, установить группу «Слабосильных», куда определяется состав заключенных, не имеющих физических пороков, но не могущих работать на производстве тотчас же по прибытии в лагерь в силу своей истощенности, а отсюда и ослабления организма.
2. Эту группу в течение 14 дней на производстве не использовать, а привлекать для работы внутри лагеря. Питание отпускается им по производственной норме.
Примечание: к установленному льготному сроку механически подходить не следует.
По истечении 14 дней эта группа привлекается на производственные работы наравне с другими заключенными и, выполняя 60 % задания в течение 14 дней, получает питание в размере полного производственного пайка.
По истечении этого срока, т. е. 14 дней, норму задания для этой группы заключенных увеличить до 80 % и при выполнении этой нормы в течение 30 дней, получает полный производственный паек.
Это мероприятие обосновано на необходимости полного, наиболее рационального использования рабочей силы лагерей и требует постоянного контроля как со стороны руководства лагерей, так и нач. отделений, лагерных пунктов, санитарных частей, дабы не было на этой почве злоупотреблений».

В результате массового раскулачивания число выселенных из сел и деревень крестьян к 1933 году почти вдвое превысило количество заключенных исправительно-трудовых лагерей ОГПУ. Еще в феврале 1933-го был разработан проект переименования ГУЛАГа в Главное управление трудовыми спецпоселениями (ГУТС) ОГПУ. Будь он реализован, слово «ГУЛАГ» не стало бы нарицательным и не вошло бы во все языки мира.
Взамен этого 17 апреля 1933-го было принято постановление ЦК ВКП(б) «Об организации трудовых поселений ОГПУ», оформленное постановлением СНК СССР № 775/146с от 20 апреля. Эти документы предписывали следующее:

«1. Возложить на ОГПУ организацию трудовых поселений по типу существующих спецпоселков для размещения в них и хозяйственного освоения вновь переселяемых контингентов.
Реорганизовать Главное управление лагерей ОГПУ в Главное управление лагерей и трудовых поселений ОГПУ, увеличив штаты в центре и на местах по согласованию с РКИ. Одновременно реорганизовать аппараты по спецпереселенцам в Сибири и Казахстане, предложив ОГПУ в 2-декадный срок представить структуру организации трудовых поселений в этих областях и в местах расселения.
Начальником главного управления лагерей и трудовых поселений ОГПУ назначить тов. Бермана М., а его заместителями: по лагерям — тов. Рапопорта и по трудпоселениям — тов. Фирина.
В создаваемые трудпоселения должны быть направлены следующие контингенты:
а) выселяемые из районов сплошной коллективизации — кулаки;
б) выселяемые за срыв и саботаж хлебозаготовительных и др. кампаний;
в) городской элемент, отказывающийся в связи с паспортизацией выезжать из Москвы и Ленинграда;
г) бежавшие из деревень кулаки, снимаемые с промышленного производства;
д) выселяемые в порядке очистки государственных границ (Запад и Украина);
е) осужденные органами ОГПУ и судами на срок от 3-х до 5-ти лет включительно, кроме особо-социально опасных из них.
2. Трудовое использование выселяемых контингентов осуществляется непосредственно Главным управлением лагерей и трудовых поселений ОГПУ путем организации в местах расселения сельского хозяйства, рыболовства, кустарных промыслов и других видов хозяйственной деятельности.
3. Возложить на ОГПУ организацию жилищного, культурно-бытового и санитарно-медицинского строительства в трудовых поселениях и обеспечения всеми видами снабжения (продовольствие, промтовары, сельхозоборудование, инвентарь и пр.). Поселки создавать в пределах от 300 до 500 семейств каждый.
4. Обязать наркоматы и хозорганы, обслуживающие спецпереселенцев старого расселения, занимающихся сельским хозяйством и рыболовством (Нарым и Северный Казахстан), не позднее 1 мая по балансу передать ОГПУ все денежные и натуральные средства, полученные, как в бюджетном порядке, так и по банковскому кредиту. Весь аппарат этих наркоматов и хозорганов, занятый обслуживанием спецпереселенцев, также передать ОГПУ.
5. Контингент вновь переселяемых приравнять во всех отношениях к спецпереселенцам, расселенным в 1930—1931 гг. …
33. Разрешить ОГПУ из числа осуждаемых судами и ОГПУ на срок от 3 до 5 лет включительно, кроме особо-социально опасных элементов, направлять не в лагеря ОГПУ, а в трудовые поселения с последующей доставкой туда и их семей».

8 мая 1933 года СНК СССР и ЦК ВКП(б) выпустили разосланную всем партийным, советским работникам, всем органам ОГПУ, суда и прокуратуры инструкцию № П 6028 «Об упорядочении производства арестов», где, в частности, говорилось и о прекращении массовых выселений крестьян. В главе «О разгрузке мест заключения» в числе прочего предписывалось:

«1. Установить, что максимальное количество лиц, могущих содержаться под стражей в местах заключения НКЮ, ОГПУ и Главного управления милиции (кроме лагерей и колоний) не должно превышать 400 тысяч человек на весь Союз ССР.
Обязать ОГПУ, НКЮ союзных республик и прокуратуру СССР немедленно приступить к разгрузке мест заключения и довести в двухмесячный срок общее число лишенных свободы с 800 тысяч фактически заключенных ныне до 400 тысяч...
5.
а) всем осужденным по суду до 3 лет заменить лишение свободы принудительными работами до 1 года, а остальной срок считать условным.
б) осужденных на срок от 3 до 5 лет включительно — направить в трудовые поселки ОГПУ.
в) осужденных на срок свыше 5 лет — направить в лагеря ОГПУ».

19 мая приказом ОГПУ № 212 Л. Н. Мейер (Захаров) был вновь назначен помощником начальника ГУЛАГа с должности заместителя начальника ЦШ ОГПУ.
23 мая нарком путей сообщения СССР А. А. Андреев направил на имя зампреда ОГПУ Ягоды следующее письмо:

«НКПС («Трансуголь») должен приступить в текущем году к освоению нового угольного района в ДВК [Дальневосточном крае] на Райчихинском угольном месторождении, для чего специально построена ж. д. ветка на 32 км., направлено 3 экскаватора, завозится оборудование, материалы и т. д. Программа добычи на 33 г. утверждена Правительством в 230.000 тонн.
Райчихинское угольное предприятие должно явиться основным по снабжению топливом Уссурийской ж. д., на западном ее участке, что крайне важно в части обеспечения обороноспособности ДВК, имея в виду, что Уссурийская ж. д. сейчас живет только 4-х дневными запасами топлива.
29.04.33 ГУЛАГ ОГПУ дал свое согласие на завоз 3.100 человек на Райчиху с организацией там специального лагеря по освоению добычи угля. Сейчас ГУЛАГ от этого отказывается по мотивам невозможности обеспечить эти работы рабсилой.
Так как времени для вскрышных работ по угольному пласту осталось всего 4—5 месяцев, причем надо учесть 1—2 месяца на переброску рабочих, вербовка туда вольнонаемной рабочей силы невозможна, то отсюда весь операционный текущий год и первый квартал 34 года для Райчихинского месторождения может оказаться сорванным.
Единственный исход для форсирования работ по вскрышке туфов и добыче угля — это срочная переброска 3.100 человек ГУЛАГом, о чем я убедительно прошу Ваших распоряжений, дабы не поставить Уссурийскую ж. д. в безвыходное положение с топливом».

28 мая другой зампред ОГПУ, Г. Е. Прокофьев, ответил наркому путей сообщения:

«Во время переговоров между НКПС и Гл. упр. лагерей ОГПУ, происходивших в конце апреля, действительно было дано принципиальное согласие на предоставление 3.100 человек заключенных для разработки Райчихинских каменноугольных месторождений.
В настоящее время в связи с постановлением СНК и ЦК ВКП(б) от 08.05.33 должно произойти резкое сокращение числа заключенных и перед ОГПУ стоит задача обеспечения рабочей силой тех работ, которые уже возложены на ОГПУ Правительством.
Это положение является основным мотивом, по которому ОГПУ не может взять на себя работ по освоению добычи угля на Райчихинском месторождении».

Однако 3 июля 1933-го начальник ГУЛАГа Берман и начальник Финотдела ОГПУ Л. И. Берензон сообщили в адрес «Трансугля НКПС СССР»:

«На основании постановления директивных органов для работ по Райчихинскому угольному месторождению Вам будет направлено 2.000 человек рабочих.
Нами одновременно дано задание, чтобы люди были доставлены к 20.07.33 на место работ».
Уже 11 февраля 1934 года Ягода доложил председателю СНК СССР В. М. Молотову: «Дальневосточные лагеря ОГПУ по договору с трестом Дальтрансуголь НКПС производят работу на рудниках «Артем» и «Райчиха» Дальневосточного края».
9 июня 1933-го начальник 1 отделения ГУЛАГа О. В. Шедвид подписал распоряжение ГУЛАГа за № 3, гласившее:

«Начальник ГУЛАГа ОГПУ тов. Берман приказал: (всем начальникам отделений ГУЛАГа ОГПУ) все составляемые Вами сводки, доклады, обзоры, а также издаваемые директивы направлять для ознакомления:
1. Нач. ГУЛАГа ОГПУ — т. Берману
2. Зам. нач. ГУЛАГа — т. Рапопорту
3. Зам. нач. ГУЛАГа — т. Фирину
4. Пом. нач. ГУЛАГа — т. Еремину
5. Пом. нач. ГУЛАГа — т. Плинеру
6. Пом. нач. ГУЛАГа — т. Мейеру
В случае их отсутствия материалы направлять по месту их нахождения в командировке».

2 июля был издан приказ ОГПУ № 00233 «О реорганизации главного штаба строительства ББВП в Управление Беломорско-Балтийского исправительно-трудового лагеря ОГПУ». В нем говорилось:

«В связи с окончанием строительства Беломорско-Балтийского водного пути приказываю:
1. Главный штаб строительства ББВП со всеми его подразделениями в центре и боеучастками на местах с 15-го июля 1933 года реорганизовать в Управление БеломорскоБалтийского исправительно-трудового лагеря ОГПУ с центром в с. Надвойцах.
Основной задачей УББЛ, кроме непосредственного управления лагерем, является обеспечение бесперебойной эксплуатации ББВП в течение навигации 1933 года, производство всех доделочных и дополнительных работ по ББВП, ведение всех сплавных работ по Выгозерскому бассейну, устранение препятствий к свободному плаванию судов и выполнение всех прочих ранее принятых Управлением лагеря и строительством обязательств.
2. Начальником Управления ББЛ назначить тов. Успенского Д. В., помощником н-ка УББЛ назначить тов. Ильиных Д. С.
3. Дислокацию ББЛ с 15.07.33 утвердить в составе:
1-го Повенецкого отделения на территории 1 и 2 боевых участков;
2-го Медвежьегорского отделения на территории Медвежьегорского отдельного боевого пункта и Пушсовхоза;
3-го Сосновецкого отделения на территории 6 и 7 боевых участков;
4-го Сегежского отделения на территории 3 и 4 боевых участков.
4. Для руководства эксплуатацией канала ББВП и производства связанных с ней доделочных и дополнительных работ, организовать в составе Управления ББЛ Отдел пути и эксплуатации».

9 июля был издан приказ ГУЛАГа за № 76 «О предоставлении заключенным выходных дней»:

«Несмотря на неблагоприятное санитарно-бытовое состояние лагерей, связанное в значительной мере с понизившейся категорийностью заключенных по трудоспособности и неудовлетворительным составом пополнений, а отчасти, с ухудшимся бытовым положением заключенных (условия размещения и питания), рядом лагерей не принято необходимых мер к предоставлению заключенным достаточного отдыха.
В этом отношении наиболее нетерпимым является производство работ в выходные дни под видом субботников, ударников, штурмов и т. п. Такие добавочные работы изматывают людей, вместе с тем, в конечном счете, вредны и для производства, понижая производительность труда.
Приказываю:
1) повсеместно в лагерях соблюдать семидневную прерывную неделю, допуская на некоторых работах не иначе, как с санкции начальников управлений лагерей, непрерывную неделю, но с обязательным суточным отдыхом для каждого заключенного;
2) регламентировать по каждому виду работ длину рабочего дня, преследуя за незаконное его увеличение;
3) ликвидировать излишнее хождение заключенных во время обеденного перерыва, введя повсеместно подвоз горячей пищи на место работы;
4) всемерно сократить время сборов на работу и разводы, предоставив больше времени для сна рабочих за счет лучшей организации раздачи инструмента, поверок и т. д. и возложения большей ответственности за организацию этого дела на строевой адмсостав и технических руководителей;
5) ликвидировать очереди при раздаче пищи;
6) слабосильным, на которых возложены пониженные нормы выработки, обеспечить более продолжительный отдых».

С 18 ПО 25 ИЮЛЯ 1933 ГОДА Сталин, Ворошилов и Киров совершили на теплоходе «Анохин» поездку по Беломорско-Балтийскому каналу, ознакомившись с его сооружениями и встретившись в районе порта Сорока с эскадрой боевых кораблей Северного флота, совершавшей переход по каналу из Балтийского в Белое море. А еще 2 июля было подписано постановление СНК СССР № 1635:

«Совет народных комиссаров СССР, заслушав доклад председателя правительственной комиссии по приемке Беломорско-Балтийского водного пути тов. К. М. Лепина, постановляет:
1. Сооружение Беломорско-Балтийского водного пути, предпринятое по инициативе тов. Сталина и открывающее широкие перспективы для дальнейшего экономического и культурного подъема советской Карелии и всего севера СССР, — считать законченным. Создание такого мощного транспортного пути общим протяжением с подходными каналами в 227 километров от Онежского озера до Белого моря, с расположением на нем комплекса сложных гидротехнических сооружений общим числом 128, из коих: шлюзов — 19, плотин — 15, водоспусков — 12, дамб — 49 и искусственных каналов — 33, обеспечивает установление непосредственной водной связи между Балтийским морем и советским севером и дает возможность немедленного приступа к широкой эксплуатации лесных, минерально-рудных, рыбных и прочих природных богатств этого края.
2. Отметить, что сооружение Беломорско-Балтийского водного пути с общим объемом строительных работ земляных и скальных — 21 миллион кубометров, бетонных — 390 тысяч кубометров и ряжевых — 921 тысяча кубометров выполнено Беломорстроем под руководством ОГПУ силами осужденных на разные сроки уголовных в исключительно трудных геологических и гидрологических условиях в рекордно короткий в практике гидротехнического строительства срок — 20 месяцев.
Вместе с тем СНК СССР отмечает четкую и образцовую организацию труда и производства, настойчивую инициативу руководителей строительства в области выбора и широкого внедрения новых стандартных и совершенных инженерных конструкций и максимальное использование при постройке канала местных строительных материалов, с одновременным достижением высокого качества строительных работ и безупречного их внешнего оформления.
Отметить также, что в процессе строительства Беломорско-Балтийского водного пути, на основе правильного проведения исправительно-трудовой политики советской власти, Главное управление исправительно-трудовыми лагерями ОГПУ провело большую политико-воспитательную работу среди заключенных, получивших трудовые навыки и квалификацию и в целом ряде случаев хорошо проявивших себя в работе на строительстве.
В соответствии с этим возбудить перед Центральным Исполнительным Комитетом СССР ходатайство о награждении наиболее заслуженных и отличившихся работников, инженеров и руководителей Беломорстроя.
3. Работу Правительственной комиссии по приемке Беломорско-Балтийского водного пути одобрить и считать законченной.
Генеральный акт приемки Беломорско-Балтийского водного пути опубликовать.
4. Принять Беломорско-Балтийский водный путь в эксплуатацию с присвоением ему наименования «Беломорско-Балтийский канал имени тов. Сталина» и считать его открытым для плавания судов озерно-морского типа.
Зачислить Беломорско-Балтийский канал имени тов. Сталина в число действующих внутренних водных путей СССР».

ЦИК не замедлил ответить на «ходатайство», издав 4 июля постановление «О награждении орденами СССР работников, инженеров и руководителей строительства Беломорско-Балтийского канала имени Сталина», гласившее:

«I. ЦИК СССР, рассмотрев представление СНК СССР о награждении орденами СССР наиболее отличившихся работников, инженеров и руководителей Беломорстроя, постановляет:
наградить орденом «Ленина»:
1) Ягоду Генриха Григорьевича — зам. пред. ОГПУ СССР
2) Когана Лазаря Иосифовича — нач. Беломорстроя
3) Бермана Матвея Давыдовича — нач. ГУИТЛ ОГПУ
4) Фирина Семена Григорьевича — нач. ББ ИТЛ и зам. нач. ГУИТЛ ОГПУ
5) Рапопорта Якова Давыдовича — зам. нач. Беломорстроя и зам. нач. ГУИТЛ ОГПУ
6) Жука Сергея Яковлевича — зам. главного инженера Беломорстроя
7) Френкеля Нафталия Ароновича — пом. нач. Беломорстроя и нач. работ
8) Вержбицкого Константина Андреевича — зам. гл. инж. строительства
наградить орденом «Красной Звезды»:
1) Успенского Дмитрия Владимировича — нач. Северного участка строит.
2) Афанасьева Григория Давыдовича — нач. Южного участка строит.
3) Берензона Лазаря Иосифовича — нач. Финотдела Беломорстроя
наградить орденом «Трудового Красного Знамени»:
1) Журина Владимира Дмитриевича — нач. проектного отдела строит.
II. Вывесить на главной части сооружений Беломорско-Балтийского канала имени т. Сталина доску почета с занесением на нее имен отличившихся строителей канала, с указанием на ней даты начала и окончания строительства.
III. Поручить ОГПУ СССР издать монографию строительства Беломорско-Балтийского канала имени тов. Сталина».

Коллективная монография «Беломорско-Балтийский Канал имени Сталина: История строительства 1931—1934 гг.», написанная без малого сорока литераторами под редакцией М. Горького, Л. Авербаха (шурина Ягоды) и С. Фирина, не замедлила появиться в 1934-м под маркой «ОГИЗ — Государственное издательство — «История фабрик и заводов»» (переиздана репринтным способом в 1998 году московской типографией «Политех-4»). Для подготовки монографии ОГПУ организовало поездку на Беломорканал группы писателей и художников, по ее окончании (22—23 августа 1933-го) направивших на имя Ягоды благодарственные письма; Александр Безыменский выразил свою признательность даже в стихах:

Товарищу Ягоде
от поэта, с гордостью носящего присвоенное ему
враждебной нам прессой всех стран имя литературного чекиста
Донесение

Я сообщаю героической Чека,
Что грандиозность Беломорского канала
И мысль вождя, что жизнь ему давала,
Войдут невиданной поэмою в века.

И если коллективом вдохновений
Поэму Беломорского пути
Сумеем мы в литературу донести,
То это будет лучшее из наших донесений.

А 17 мая 1937-го давно арестованный к тому времени Л. Авербах обратился к наркому внутренних дел Ежову с покаянным заявлением, где среди прочего сообщал: «Ягода знал, что Горький очень высоко ценил работу НКВД с преступниками и отзывался о ней с восхищением. Погребинский [помощник начальника организационного отдела АОУ ОГПУ] и Фирин умело и постоянно связывали эту деятельность НКВД с именем Ягоды… Особенно ярко это выявилось во время работы над книгой о Беломорстрое, когда Погребинский и Фирин устраивали скандалы на тему о том, что, дескать, в книге недооценивается роль Ягоды, что Ягода в книге оттерт и т. д. На деле, конечно, этой книгой все работавшие над ней, а прежде всего и сугубо — я, сослужили Ягоде полезную службу. Как раньше я гордился этой книгой, так стыжусь я теперь того, что за эту книгу, именно для попыток создать искусственное возмещение отсутствующих связей в рабочем классе и корней в партии, и нужна была Ягоде связь с литераторами в его антипартийных расчетах».
4 августа появилось еще и постановление ЦИК «О предоставлении льгот участникам строительства Беломорско-Балтийского канала имени Сталина»:

«В связи с успешным окончанием строительства Беломорско-Балтийского канала имени т. Сталина, имеющего огромное народнохозяйственное значение, и передачей канала в эксплуатацию — ЦИК СССР постановляет:
1. Принять к сведению, что к моменту окончания строительства Беломорско-Балтийского канала имени т. Сталина органами ОГПУ СССР уже полностью освобождены от дальнейшего отбывания мер социальной защиты — 12.484 человека, как наиболее исправившиеся и ставшие полезными для социалистического строительства, и сокращены сроки отбывания мер социальной защиты в отношении 59.516 человек, осужденных на разные сроки и проявивших себя энергичными работниками на строительстве.
2. За самоотверженную работу на строительстве Беломорско-Балтийского канала имени тов. Сталина снять судимость и восстановить в гражданских правах 500 человек по представленному ОГПУ СССР списку.
3. Поручить ОГПУ СССР обеспечить дальнейшее поднятие квалификации в строительном деле наиболее талантливых работников из числа бывших уголовников-рецидивистов и при поступлении их в учебные заведения обеспечить стипендией».

17 августа СНК СССР постановлением № 1772-382с освободил С. В. Мрачковского от должности начальника строительства Байкало-Амурской магистрали, на которую был назначен Н. А. Френкель (24 августа 1936 года Военная коллегия Верховного Суда СССР приговорила С. В. Мрачковского к ВМН, 29 августа 1936-го он был расстрелян).
В тот же день появились постановления СНК: № 1774-384с «О Беломорско-Балтийском комбинате», предписавшее «в целях освоения Беломорско-Балтийского канала имени тов. Сталина и прилегающих к нему районов, образовать Беломорско-Балтийский комбинат («Белбалт-комбинат»). Непосредственное руководство комбинатом возложить на ОГПУ»; и № 1773-383с «О мероприятиях в связи с организацией Беломорско-Балтийского комбината», а именно о назначении «начальником Белбалткомбината т. Рапопорт Я. Д., заместителем начальника, являющегося одновременно уполномоченным НКВода и главным инженером — т. Вержбицкого, заместителем начальника — тов. Успенского, он же — начальник Белбалтлага».
23 августа датирован приказ ОГПУ № 140 «О Беломорско-Балтийском комбинате ОГПУ»:

«В соответствии с постановлением СНК СССР об организации Беломорско-Балтийского комбината ОГПУ по освоению Беломорско-Балтийского канала имени тов. Сталина и прилегающих к нему районов, приказываю:
§ 1.
Назначить заместителя начальника Главного управления лагерей ОГПУ тов. Рапопорт Я. Д. — начальником Беломорско-Балтийского комбината ОГПУ по совместительству, освободив его от должностей зам. нач. строительства «Москва—Волга» и нач. Дмитровского лагеря ОГПУ.
§ 2.
Врид начальника Дмитлага ОГПУ назначить зам. начальника Дмитлага тов. Радецкого В. Т.
§ 3.
Заместителями начальника Белбалткомбината ОГПУ назначить тов. Вержбицкого К. А., он же главный инженер Белбалткомбината и тов. Успенского Д. В., он же начальник Белбалтлага ОГПУ.
§ 4.
Начальником Финансового отдела Белбалткомбината назначить начальника Финансового отдела ОГПУ тов. Берензон Л. И. по совместительству.
§ 5.
Начальником технического снабжения Белбалткомбината назначить начальника 8-го отделения Главного управления лагерей ОГПУ тов. Курина М. С. по совместительству.
Всем ПП ОГПУ и ДТО [Дорожно-транспортным отделам] ОГПУ оказывать Белбалткомбинату всемерное содействие при выполнении им возложенных на него огромных задач».

17 сентября появился приказ ГУЛАГа № 143:
«Управлением Вишерских лагерей представлен к освобождению и разгрузочной комиссией ПП ОГПУ Урала фактически освобожден заключенный Ермаков Николай Дорофеевич, осужденный В/Сессией Днепропетровского облсуда УССР по ст. 97 и 104 УК УССР к ВМН с заменой 10 годами лишения свободы. Мотивом освобождения является то, что врачебной комиссией з/к Ермаков признан хронически больным.
Ермаков — бывш. член партии, до осуждения занимал должность директора Каменского треста общественного питания.
ГУЛАГ ОГПУ обращает внимание всех управлений лагерей ОГПУ на грубейшее нарушение Вишлагом ОГПУ директивы зам. пред. ОГПУ тов. Ягода о разгрузке лагерей от стариков, инвалидов и больных, являющихся нетрудоспособным балластом. Недавно осужденный по важному делу крупный работник освобождается Вишлагом ОГПУ без всякого учета того, что он отнюдь не является балластом, а вполне может быть использован на хозяйственной работе в аппарате лагеря.
Наряду с необходимостью полной разгрузки лагерей от балласта, ГУЛАГ ОГПУ неоднократно указывал на необходимость строгого индивидуального подхода к намечаемым к освобождению.
Начальникам управлений лагерей ОГПУ приказываю лично представлять к освобождению, лишь после детального ознакомления со всеми материалами о данном инвалиде, не передоверяя этой обязанности никакому другому сотруднику».

23 сентября вышел приказ ОГПУ № 0107:

«§ 1. Назначается: Начальником Дмитровского исправительно-трудового лагеря ОГПУ и зам. нач. строительства «Москва—Волга» Фирин Семен Григорьевич (зам. начальника ГУЛАГа ОГПУ — по совместительству). § 2. Агентурно-оперативное обслуживание Дмитровского исправительно-трудового лагеря, по примеру всех лагерей ОГПУ, возложить на III отдел ГУЛАГа ОГПУ, для чего: 1) Особую инспекцию ПП ОГПУ МО по Дмитлагу ОГПУ — расформировать и весь личный состав таковой передать в ГУЛАГ ОГПУ. 2) III отдел Дмитлага ОГПУ подчинить во всех отношениях начальнику лагеря». Последнее означало, что агентурно-оперативная работа в Дмитлаге изымалась из компетенции полпредства ОГПУ по Московской области и, по примеру всех лагерей ОГПУ, переходила в ведение ГУЛАГа.

В тот же день ГУЛАГ издал приказание № 10, подписанное помощником начальника ГУЛАГа И. И. Плинером и разосланное всем начальникам отделений ГУЛАГа:

«Констатирую, что отделения ГУЛАГа продолжают применять в своих сводках различный порядок расположения лагерей, вследствие чего крайне затрудняется обработка и анализ этих сводок.
Приказываю:
Установить, как для делопроизводства, так и для составления различных сводок следующий обязательный порядок расположения лагерей:
1. Бамлаг
2. Дмитлаг
3. Белбалтлаг
4. Ухтпечлаг
5. Свирлаг
6. Темлаг
7. Слаг [Соловки]
8. Дальлаг
9. Сиблаг
10. Сазлаг [Среднеазиатский лагерь]
11. Карлаг
12. Вишлаг
13. Прорвлаг
14. Балахлаг
15. Сарлаг
16. Вайгачская экспедиция
17. Севвостлаг».

Из перечисленных в этом списке лагерей мы до сих пор не упоминали Карлаг (организован 17 сентября 1931-го на базе созданного Казахстанским ИТЛ ОГПУ в селе Долинское Карагандинской области совхоза «Гигант»), рыболовецкий Прорвлаг (образован 5 сентября 1932-го на острове Прорва в Каспийском море), Балахнинский лагерь (создан 15 апреля 1932-го для торфоразработок) и Сарлаг — Саровский особый карантинный лагерь ОГПУ, организованный 17 ноября 1931-го «для предварительной изоляции нарушителей границы» (много позже в той же Саровской пустыни будет организован первый советский ядерный центр).
1 октября 1933 года новым начальником 3 Отделения ГУЛАГа был назначен бывший заместитель начальника политотдела Армавирского МТС ПП ОГПУ по Северо-Кавказскому краю Е. А. Евгеньев-Шептицкий.
4 октября появился приказ начальника ГУЛАГа № 155:

«Вайгачская экспедиция ОГПУ, находясь за полярным кругом в исключительно тяжелых условиях, закончила свой производственный год с выполнением плановых заданий на 194%.
Перевыполнение плана было дано экспедицией не только по количественным показателям, но и по качественным. Добываемая экспедицией цинково свинцовая руда путем ручной сортировки была доведена в среднем до 32% содержания в ней металлов, в то время как по плану предполагалось добывать руду всего лишь с 20%.
Подготавливаясь к развороту работ на летний период вне острова, экспедиция, преодолевая исключительные трудности освоения вековой тундры, сумела заблаговременно забросить в намеченные пункты людей, продовольствие, оборудование, организовав для этого беспримерные в истории Севера рейсы тракторов по льду через море.
Все эти достижения явились результатом четкой работы руководства экспедиции и подлинного трудового энтузиазма лучших лагерников, показавших образцы честного и преданного отношения к делу, добивавшихся наивысших производственных достижений и закреплявших свои производственные достижения широко развитым трудсоревнованием и ударничеством.
Отмечая эти достижения, объявляю благодарность начальнику экспедиции тов. Дицкалн А. Ф. (с 27 октября 1932 года до 27 марта 1934 года — начальник Вайгачской экспедиции ОГПУ) и всему составу экспедиции.
Приказываю:
1) Экспедицию премировать духовым оркестром и кинопередвижкой.
2) Наиболее отличившихся 2 лагерных пункта премировать библиотечками и патефонами.
3) Для персонального премирования личного состава экспедиции выделить в распоряжение начальника экспедиции фонд в 5.000 рублей.
4) Особо отметить, с занесением в личные дела, энергичную работу вольнонаемных сотрудников экспедиции тт. Красильникова, Купчинского и з/к Клыкова, Ливанова, Микалк, Свирского, Виттенбург, Потехина, Лойко и Лабутина».

Этим же днем датировано разосланное всем начальникам управлений ИТЛ ОГПУ приказание ГУЛАГа № 11 за подписью начальника главка Бермана:

«В Москву приезжают сотрудники лагерей, допуская нарушение правил ношения формы (неряшливо одеты и т. д.).
Секретарю Управления тов. Сулину я приказал: впредь за отмеченные нарушения ношения формы виновных немедленно арестовывать. Одновременно будут налагаться взыскания на непосредственных их начальников и на нач. лагерей, не сумевших внушить своим подчиненным о необходимости выполнения приказаний».

15 октября приказом ОГПУ № 399 Н. Ф. Еремин был освобожден от должности помощника начальника ГУЛАГа. 1 декабря 1933 года он был назначен помощником Управляющего делами ОГПУ. 19 мая 1933 года Л. Н. Мейер вновь был назначен помощником начальника ГУЛАГа, а 1 декабря 1933 года его в этой должности сменил бывший начальник Особого отдела МВО И. Б. Вернер.
25 октября был выпущен циркуляр ОГПУ № 109:

«В целях планомерного распределения и лучшего использования вновь осуждаемых специалистов ПП ОГПУ должны сообщать в ГУЛАГ ОГПУ о всех высококвалифицированных специалистах как осужденных Тройками ПП к лишению свободы, так и осужденных органами НКЮ, находящихся на территории данного ПП ОГПУ. В сведениях надо указывать фамилию, имя, отчество, кем и когда осужден, статью, срок, специальность, стаж, по-следнее место работы. Сведения высылаются на всех инженеров, техников, профессоров, научных работников, врачей, агрономов, плановиков-экономистов и крупных адмхозработников (директоров, членов правлений объединений и трестов). По получении от ПП ОГПУ сведений, ГУЛАГ ОГПУ будет выдавать индивидуальные наряды на отправление осужденных специалистов в лагеря».

10 ноября 1933-го приказом ОГПУ № 00361 были объявлены «Типовые штаты для исправительно-трудовых лагерей ОГПУ», вводимые в действие задним числом с 1 ноября с отменой всех прежних штатов ИТЛ; для Управлений Дмитлага, Белбалтлага, Бамлага и Ухтпечлага, Вайгачской экспедиции и Саровского особого карантинного лагеря теперь устанавливались свои особые штаты, отделения же и лагпунты этих лагерей реорганизовались в общем порядке. Из объяснительной записки, приложенной к этому приказу, видно, сколь разветвленной и плохо управляемой стала система лагерей:

«Вследствие увеличения или уменьшения контингента заключенных, а также и переброски из одного лагеря в другой, в системе исправительно-трудовых лагерей ОГПУ происходят частые дислокационные изменения, связанные с ликвидацией существующих или организацией новых лагерных единиц.
Так как штатная потребность аппаратов лагерей, за исключением некоторых должностей, находится в прямой зависимости от численности заключенных, то при разработке проекта штатов тех или иных лагерей в основу, как правило, обычно кладется контингент заключенных, числящихся в этих лагерях на день проработки штатов или запроектированный на ближайший отрезок времени.
Практика показывает, что нередко, только что утвержденный штат уже не соответствует действительному положению вещей, т. к. на время проработки этого штата и прохождения его по инстанциям, контингент заключенных данных лагерей уже успел измениться или произошли те или иные дислокационные изменения. Это несоответствие между утвержденными штатами лагерей и их дислокацией и контингентами заключенных крайне нежелательно отражается, как на финансовой стороне дела, вызывая излишние расходы по содержанию вовремя не сокращенного аппарата, так и на самой работе лагерей из-за невозможности свое-временного пополнения аппарата при увеличении работ. Вышеуказанное обстоятельство вызывает необходимость уточнения существующей структуры аппарата лагерей и установления такой системы, чтобы, при организации новых или при переформировании существующих лагерных единиц, была возможность заранее преподать по какому основному штату следует организоваться или переформироваться. Для установления такой системы необходим переход к типовым штатам.
При разработке типовых штатов в основу положен нижеследующий расчет:
а) управления, объединяющие лагеря с общим количеством з/к:
1. от 50.000 и выше организуются по штату 1-й категории
2. от 30.000 до 50.000 организуются по штату 2-й категории
3. от 15.000 до 30.000 организуются по штату 3-й категории
б) отделения (лагеря) с количеством з/к:
1. от 10.000 до 15.000 организуются по штату 1-й категории
2. от 5.000 до 10.000 организуются по штату 2-й категории
3. от 3.000 до 5.000 организуются по штату 3-й категории
в) лагерные пункты с количеством з/к:
1. от 1.500 до 2.000 организуются по штату 1-й категории
2. от 650 до 1.500 организуются по штату 2-й категории
3. от 250 до 650 организуются по штату 3-й категории

В целях внесения ясности в организационную структуру лагерей и установления единообразия в ее наименованиях, необходимо, чтобы все исправительно-трудовые лагеря строились по нижеследующему принципу:
1. Как правило, низовой административно-производственной лагерной единицей должен быть лагпункт. Под наименованием лагпункта следует понимать стационарное лагерное размещение заключенных, сконцентрированных на небольшой территории, для выполнения определенной производственной задачи, рассчитанной на длительный период времени.
Количество заключенных в лагпункте может быть различно, но не менее 250 и не превышать 1.500—2.000 чел.
В зависимости от расположения и производственных задач лагпункты могут подразделяться на подлагпункты.
В тех случаях, когда лагпункты организуются для временных, преимущественно, сезонных работ, они носят название временных лагпунктов (взамен наименования, так называемых командировок).
Как правило, лагерные пункты должны входить в состав того или иного отделения (лагеря). В зависимости от расположения и производственной деятельности, некоторые лагпункты могут быть организованы на правах отдельной лагерной единицы с непосредственным подчинением Управлению местными лагерями ОГПУ. Эти отдельные лагпункты организуются в том случае, когда заключенные по производственным или иным соображениям концентрируются в таких пунктах, расположение или производственное назначение которых исключает возможность подчинения их отделению (лагерю).
2. Из совокупности нескольких лагпунктов, но не менее как из трех, организуется отделение (лагерь), количество заключенных в отделении ориентировочно, должно быть не менее 3.000 человек и не превышать 10.000—15.000 человек.
Отделения (лагерь) также, как и лагпункт, могут быть отдельные. Отдельный лагерь организуется для выполнения определенной, преимущественно, ударной производственной задачи и подчиняется непосредственно Главному управлению лагерей ОГПУ (Прорвинский, Балахнинский и Вайгачский лагерь).
3. Структура аппарата Управлений лагерей должна состоять из следующих основных отделов:
1) общеадминистративного
2) учетно-распределительного
3) третьего отдела
4) культурно-воспитательного
5) снабжения
6) санитарного
7) финансового
8) контрольно-планового
9) производственно-технического
В соответствии с этим в отделениях (лагерях) должны быть части с аналогичными наименованиями».

16 ноября приказом ОГПУ № 0123 контингент заключенных по Севвостлагу (Дальстрой) на 1934—1935 годы устанавливался в 50 000 человек.
21 ноября всем начальникам отделений ГУЛАГа было разослано подписанное М. Д. Берманом приказание ГУЛАГа № 13:

«С 01.12.33 в Центральной школе ОГПУ начинается чтение курса лекций во вновь организуемой кафедре ГУЛАГа для 100 курсантов, специально выделенных для работы в системе ГУЛАГ. Предлагаю всем начальникам отделений в 10-ти дневный срок подготовить развернутые тезисы лекций по соответствующим отраслям работы ГУЛАГа, исходя из утвержденной раскладки часов для каждой дисциплины. Тезисы должны быть вручены не позднее 01.12.33 т. Евгеньеву, которому указанные тезисы представить мне для утверждения. К тезисам приложить список товарищей, выделенных начальниками отделений для чтения лекций. Тов. Евгеньеву договориться с руководством ЦШ о порядке работы кафедры ГУЛАГа».

25 ноября приказом ГУЛАГа № 190 «О прекращении передачи по радио впереди текста наименования лагерей ОГПУ» предписывалось: «При передаче радиограмм, в целях конспирации принадлежности к лагерям ОГПУ, …прекратить впереди текста передавать наименование и адрес лагеря, пользуясь только установленными позывными».
3 декабря постановлением СНК СССР № 2620 главный инженер по строительству канала «Москва—Волга» А. И. Фидман был освобожден от занимаемой должности, в которой его сменил С. Я. Жук.
4 декабря появился приказ ОГПУ № 00381 «О расформировании Соловецких исправительно-трудовых лагерей ОГПУ», предписавший: «§ 1. Соловецкие исправительно-трудовые лагеря с 01.11.33 считать расформированными с передачей всего личного состава заключенных, аппарата и имущества этих лагерей Белбалткомбинату ОГПУ. § 2. Начальнику Белбалтлага организовать на островах «Соловки» специальное отделение (лагерь) с содержанием в последнем контингентов по особой инструкции» (спустя три года это специальное отделение будет преобразовано в Соловецкую тюрьму особого назначения ГУГБ НКВД СССР, начальником которой будет назначен старший майор госбезопасности И. А. Апетер).
16 декабря приказом ОГПУ № 457 помощником начальника ГУЛАГа был назначен «Алмазов Завен Арменакович… по совместительству с занимаемой должностью по тресту Дальстрой».
В последний день 1933 года, 31 декабря, зампред ОГПУ Ягода подписал письмо на имя секретаря ЦК ВКП(б) Сталина и председателя СНК СССР Молотова:

«Производственная работа исправительно-трудовых лагерей ОГПУ в текущем году протекает при крайне неблагоприятных условиях.
С перемещением главнейших объектов строительства в ДВК, обстановка еще более осложняется, так как основные работы будут вестись в зонах сурового климата, на заболоченных почвах и вечной мерзлоте.
Выполнение работ при возросших объемах в поставленные сроки требует повышения производительности труда, наиболее полного использования рабочей силы, сведения к минимуму процента больных и слабосильных.
В этих условиях вопросы снабжения заключенных предметами питания, одеждой, обувью приобретают исключительно важное значение.
Между тем, снабжение лагерей в настоящее время по сравнению с 1932 годом резко ухудшилось.
Действующие нормы питания заключенных значительно ниже применявшихся в 1932 году.
В части вещевого довольствия установленные Комитетом товарных фондов жесткие нормы на практике не соблюдаются.
Утвержденные фонды вещевого довольствия отпускаются с большими урезками. Заявки лагерей, составляемые по утвержденным нормам, резко сокращаются.
В результате по фондам 1933 года лагерям недодано хлопчатобумажной ткани — 4 млн. метров и обуви на 300 тыс. рублей.
По планам на 1-й квартал отпуск предметов утвержден Комитетом товарных фондов в значительно меньшем размере против первого квартала 1933 года, несмотря на возросшую численность контингента. Отпуск в этом размере не покрывает даже самой минимальной потребности лагерей.
Отпущенных, например, 80 тысяч пар обуви недостаточно для того, чтобы обуть контингент, работающий на одном Дальнем Востоке.
Такое положение может привести к распространению в лагерях истощаемости, заболеваний и, кроме того, не позволит использовать контингент рабочей силы, так как часть его неизбежно будет раздета.
С своей стороны лагеря ОГПУ, наряду с выполнением заданий по строительству, ведут упорную работу по созданию собственной производственной базы.
Благодаря интенсивному развитию собственного сельского хозяйства, в первую очередь, скороспелого животноводства, мясной вопрос разрешен лагерями в самые короткие сроки, за один-полтора года. От снабжения лагерей мясом государство полностью освобождено.
Развернутые в 1932—33 году рыбные промысла уже в этом году дали продукцию, полностью обеспечивающую потребность контингента.
При этом, добываемые высокоценные сорта рыбы сдаются лагерями государству в обмен на дешевые, идущие для котлового покрытия.
Полученная в 1933 году продукция собственных огородов покрывает 70 % потребности, значительно сократив завоз картофеля и овощей из государственных фондов.
Впервые в 1933 году в лагерях Средней Азии приступлено к производству собственного хлопка, количество которого в 1933 году дает государству 9 млн. метров ткани.
Намеченная продукция хлопка для 1934 года в переводе на метраж составит 15 млн. метров, при годовой потребности лагерей в 25 млн. метров. Хлопок-сырец сдается государству.
Лагеря в широком размере занимаются собственным производством лаптей, используя их для заключенных, не занятых на земляных работах.
Таким образом, все возможное для удовлетворения потребностей за счет собственных ресурсов лагерями предпринимается.
Прошу:
1. О пересмотре действующих ныне норм снабжения заключенных продовольствием и об установлении норм в следующем размере на одного человека в месяц (в кг).

Испрашиваемые нормы будут все же значительно ниже применявшихся в 1932 году.
2. Об отпуске 4 млн. метров ткани и на 300 тыс. рублей обуви, недоданных по утвержденному фонду 1933 года.
3. Об утверждении годового фонда вещевого довольствия на 550.000 заключенных на 1934 год в соответствии с установленными Комитетом товарных фондов 03.02.33.
4. О пересмотре решения Комитета товарных фондов и отпуске лагерям в 1 квартале 1934 года хлопчатобумажной ткани и обуви в размере 30 % годовой потребности».

ЦЕЛЯМИ «укрепления производственной дисциплины в лагерях» было мотивировано появление приказа ОГПУ № 501 от 3 января 1934 года, гласившего:

«1. Приказ ОГПУ № 361/164 от 23.10.30 «О разгрузке ИТЛ ОГПУ от стариков, совершенных инвалидов и тяжело больных» — отменить.
2. Прекратить всякое актирование инвалидов и их досрочное освобождение.
3. Широко объявить всему лагерному населению, что всякое актирование на предмет освобождения прекращается и что право на досрочное освобождение каждый лагерник может заслужить только упорным трудом и участием в культурной и общественной жизни лагеря.
4. Всех инвалидов, не могущих быть использованными на основных работах, изъять не только из общих бараков, но даже из производственных лагпунктов, сосредоточив их в отдельном инвалидном лагпункте.
Этих инвалидов занять легким трудом, организовав для них соответствующие кустарные производства.
5. Немедленно пересмотреть всех работников, занятых в хозлагобслуге, заменив всю полноценную рабсилу неполноценной и слабосильными.
6. Использовать всех слабосильных на легких работах с пониженной нормой выработки в соответствии с циркуляром ГУЛАГ ОГПУ № 669600-33 г.
7. О всех принятых вами мерах по данному приказу доносить ГУЛАГу ОГПУ».

14 января 1934-го приказом ОГПУ № 1011 предписывалось «Саровский особый карантинный лагерь ОГПУ, как самостоятельную единицу, с 25.01.34 реорганизовать в отделение (лагерь) Темниковских ИТЛ ОГПУ. Начальника особого карантинного лагеря ОГПУ тов. Тарашкевич назначить зам. нач. управления Темлага ОГПУ и нач. Саровского отделения Темлага по совместительству» (впрочем, уже в августе Саровское ЛО Темлага вновь станет самостоятельным Саровским ИТЛ во главе с тем же В. И. Тарашкевичем).
19 февраля появился приказ начальника ГУЛАГа № 43, отметивший:

«Большинство сотрудников ГУЛАГа ОГПУ до сих пор не были ни разу в лагерях и совершенно не представляют себе ни лагерной обстановки, ни проводимой работы в самом лагере.
Приказываю:
1. Всем начальникам отделений в течение февраля—марта и до 15 апреля командировать сотрудников отделения, поименованных в прилагаемом к приказу списке, в лагеря с определенными заданиями на срок до 10-ти дней, составив расписание командировок.
2. Указанных сотрудников ГУЛАГ ОГПУ командировать побригадно по 1—2 сотр. от отделения.
Начальникам отделений согласовать между собой состав бригад.
3. Начальники отделений обязаны проинструктировать выезжающих сотрудников в командировку в лагеря.
Ответственность за командировки сотрудников возлагается на начальника отделения.
4. Состав бригад представить моему помощнику тов. Плинеру на утверждение».

К приказу прилагался список 66 сотрудников ГУЛАГа, никогда не посещавших лагерей.
22 февраля датировано приказание ГУЛАГа № 2, «во исполнение приказа ОГПУ № 1037-34 г.» объявившее перечень «должностей ГУЛАГа, коим ношение знаков различия при военной форме обязательно»:

— начальники отделений, заместители начальников отделений, начальники инспекций — «11 кат. — 2 ромба»;
— помощники начальников отделений — «10 кат. — 1 ромб»;
— старший инспектор и оперуполномоченный 3 отдела — «10 кат. — 1 ромб»;
— уполномоченный и инспектор 3 отдела — «9 кат. — 3 прямоуг.»;
— помощник уполномоченного и помощник инспектора 3 отдела — «8 кат. — 2 прямоуг.»

27 февраля появился приказ ГУЛАГа № 49 «О запрещении выдачи хлебного вина лагерникам», где констатировалось:

«В некоторых лагерях в целях предохранения от простудных заболеваний практиковалась выдача хлебного вина — водки лагерникам, занятым на тяжелых работах.
Учитывая, что выдача водки сопровождалась нередко буйством, создавала хулиганство и даже доводила до совершения убийств, приказываю:
Выдачу водки, спирта лагерникам прекратить во всех без исключения случаях.
Примечание: выдача вина лагерникам по рецептам санчасти не запрещается.
Пом. нач. ГУЛАГа ОГПУ Плинер».

Тем примечательнее датированный 20 апреля приказ начальника главка М. Д. Бермана № 90:

«17.04.34 на Перервинском участке Южного района Дмитлага ОГПУ двое заключенных: Смирнов (осужден по ст. 162 УК, срок — 3 года) и Михальчук (осужден по пост. от 07.08.32, срок — 6 лет), напившись пьяными, устроили дебош на месте работ.
При попытке со стороны уполномоченного 3-го отделения Южного района т. Храпкова и п/уполн. т. Дроздова изолировать хулиганов, последние оказали сопротивление, нанесли удар т. Дроздову и только после 3-х предупредительных выстрелов в воздух, произведенных т. Храпковым, при помощи явившейся охраны, Смирнов и Михальчук были связаны и посажены в ИЗО [изолятор]».
Необходимо отметить, что на требование тт. Храпкова и Дроздова к окружающим заключенным из бригады Небожаева оказать им помощь, ни один заключенный из этой бригады с места не двинулся.
Считая, что борьба с хулиганством в лагере является обязанностью не только чекистского и административного состава, но и всей лагерной общественности и всего состава лагерников, приказываю:
1. Заключенных Смирнова и Михальчука привлечь к уголовной ответственности и предать суду Коллегии ОГПУ.
2. Заключенных, входящих в бригаду Небожаева: 1) Небожаева Василия Матвеевича (1910 г. р., осужд. по ст. ЦИК, срок — 1 год и 6 мес.)… [далее следует список из 40 з/к], не оказавших помощи опер. работникам, — перебросить в Ухтпечлагерь, лишить зачета рабочих дней и не давать зачетов впредь до их полного исправления.
3. КВО [культурно-воспитательным отделам] лагерей провести на основе этого приказа широкую разъяснительную работу.
4. Приказ объявить всему административно-чекистскому составу, всей охране и всем заключенным на разводах».

27 апреля приказом ГУЛАГа № 96 было объявлено о завершении ликвидации Балахнинского ИТЛ ОГПУ.
10 мая умер председатель ОГПУ Менжинский. Всё чекистское ведомство ждали большие перемены.


ГЛАВА ВТОРАЯ
В СТРУКТУРЕ созданного на базе бывшего ОГПУ Народного комиссариата внутренних дел СССР среди прочих главков было образовано и Главное управление исправительно-трудовых лагерей и трудовых поселений (ГУИТЛ и ТП), начальником которого приказом Административно-хозяйственного управления (АХУ) НКВД № 56 от 15 сентября 1934 года был утвержден — задним числом, с 10 июля, — прежний начальник ГУЛАГа ОГПУ М. Д. Берман.
Структура главка, в большинстве документов по-прежнему сокращенно именовавшегося ГУЛАГом, приняла следующий вид:

— Руководство: начальник главка — М. Д. Берман; заместители начальника главка — Я. Д. Рапопорт, С. Г. Фирин; помощники начальника главка — И. И. Плинер, З. А. Алмазов и одна вакансия (всего 6 человек по штату);
— Секретариат: начальник — А. Л. Сулин-Этин, чекист с 1922 года, личный секретарь М. Д. Бермана, уже на 25 ноября 1932-го руководивший секретариатом ГУЛАГа (всего 41 человек по штату);
— 1 отделение (кадров): начальник — по совместительству А. Л. Сулин-Этин (17 человек);
— 2 отделение (учетно-распределительное): начальник — М. В. Полонский (31 человек);
— 3 отделение (охраны): начальник — Е. А. Евгеньев-Шептицкий, чекист с 1920-го, бывший сотрудник для особых поручений Особого отдела ОГПУ, руководивший 3 отделением ГУЛАГа с 1 ноября 1933-го (31 человек);
— 4 отделение (культурно-воспитательное): начальник — С. Н. Шимко, пришедшая в ОГПУ в 1932-м с партийной работы на должность уполномоченной СПО [Секретно-политический отдел] ОГПУ и в том же году назначенная заместителем начальника КВО ГУЛАГа (9 человек);
— 5 отделение (снабжения): начальник — З. И. Макеев (64 человека);
— 6 отделение (трудпоселений): начальник — Г. П. Закарьян (15 человек);
— производственно-строительный отдел: начальник — М. Ф. Госкин, недавний (с 1932-го) чекист, с 25 ноября 1932-го служивший помощником начальника 4 отделения ГУЛАГа (106 человек);
— 7 отделение (санитарное): начальник — И. Г. Гинзбург, в 1919—1931 годах завгубздравотделом, затем саниспектор, ст. санинспектор 1 отделения ГУЛАГа, а с 10 июля 1934-го начальник санитарного отделения ГУЛАГа (11 человек);
— 8 отделение (контрольно-инспекторское): начальник — А. П. Ермаков, чекист с 1928-го, с 1 мая 1933-го начальник, а с 1 ноября 1933-го заместитель начальника 3 отделения ГУЛАГа (13 человек);
— радиостанция и коммутатор: начальник — Ю. В. Алехин (22 человека).

Всего по штатам ГУЛАГа проходило 366 человек.
15 июля приказом НКВД СССР № 8 были назначены:

1) Начальником управления Дмитровского ИТЛ — С. Г. Фирин (по совместительству с должностью заместителя начальника ГУИТЛ и трудпоселений НКВД СССР);
2) Начальником Беломорско-Балтийского комбината НКВД СССР — Я. Д. Рапопорт (по совместительству с должностью заместителя начальника ГУИТЛ и трудпоселений НКВД);
3) Начальником управления Темниковского ИТЛ НКВД СССР — Э. Ю. Тизенберг;
4) Врид начальника управления Свирского ИТЛ — Н. М. Лапидус;
5) Начальником управления Средне-Азиатского ИТЛ — К. П. Озолс;
6) Начальником управления Прорвинского ИТЛ — А. И. Соколов;
7) Начальником управления Сибирского ИТЛ — М. М. Чунтонов;
8) Начальником управления Дальневосточного ИТЛ — А. Я. Мартинели;
9) Начальником управления Байкало-Амурского ИТЛ — Н. А. Френкель (по совместительству с должностью начальника строительства Байкало-Амурской магистрали);
10) Врид начальника управления Карагандинского ИТЛ — О. Г. Линин (с 1930-го начальник Информационно-следственного отдела УСЛОН ОГПУ, а с 1932-го — зам. начальника Карлага);
11) Начальником управления Ухто-Печерского ИТЛ — Я. М. Иоссем-Мороз;
12) Начальником Вайгачской экспедиции НКВД СССР — С. Ф. Сидоров.

1 августа на должность оперуполномоченного 3 отделения ГУЛАГа был переведен (из Экономического отдела ГУГБ) В. С. Абакумов, будущий министр госбезопасности СССР.
21 августа появился приказ НКВД СССР № 0044 «О структурном построении и подчинении органов НКВД», в числе прочего предписавший: «19. Управления исправительно-трудовых лагерей бывш. ОГПУ с их местными аппаратами переименовать в управления исправительно-трудовых лагерей НКВД СССР. Бывший отдел ОГПУ по «Дальстрою» переименовать в отдел НКВД СССР по «Дальстрою». Отделы, отделения и инспекции по спецпереселенцам бывш. ПП ОГПУ с их местными аппаратами (районные, участковые, поселковые комендатуры и пр.) переименовать соответственно в отделы, отделения и инспекции трудовых поселений соответствующих НКВД союзных республик, краевых (областных) и республиканских управлений НКВД». (Отдел по Дальстрою выполнял функцию территориального органа ОГПУ—НКВД во всем Магаданском регионе.)
К приказу прилагались перечни управлений исправительно-трудовых лагерей НКВД, а также отделов, отделений и инспекций трудовых поселений в составе местных (края, республики и области) управлений НКВД.
Первый из перечней включал:

1. Управление Байкало-Амурского ИТЛ.
2. Управление Дмитровского ИТЛ.
3. Управление Беломорско-Балтийского ИТЛ.
4. Управление Дальневосточного ИТЛ.
5. Управление Ухтинско-Печерского ИТЛ.
6. Управление Сибирского ИТЛ.
7. Управление Свирского ИТЛ.
8. Управление Карагандинского ИТЛ.
9. Управление Средне-Азиатского ИТЛ.
10. Управление Прорвинского ИТЛ.
11. Управление Темниковского ИТЛ.
12. Управление Северо-Восточного ИТЛ.
13. Вайгачская экспедиция.

Согласно второму перечню, отделы трудовых поселений образовывались в:

1) Управлении НКВД СССР по Казахской АССР (союзной республикой Казахстан стал лишь в конце 1936 года);
2) УНКВД СССР по ЗСК (Западно-Сибирскому краю, Новосибирск);
3) УНКВД по ВСК (Восточно-Сибирскому краю, Иркутск);
4) УНКВД по ДВК (Дальне-Восточному краю, Хабаровск);
5) УНКВД по Северному краю (Архангельск);
6) УНКВД по Челябинской области;
7) УНКВД по Свердловской области;
8) УНКВД по Обско-Иртышской области (Тюмень);
9) УНКВД СССР по Средней Азии (Ташкент);

отделения трудовых поселений создавались в:

1) Карагандинском областном управлении НКВД;
2) УНКВД по Горьковскому краю;
3) УНКВД по СВК (Средне-Волжскому краю, Самара);
4) УНКВД по СКК (Северо-Кавказскому краю, Ростов-на-Дону);
5) УНКВД по Ленинградской области;
6) УНКВД СССР по Башкирской АССР (Уфа);
7) НКВД УССР (Киев);

наконец, инспекция трудовых поселений была образована в УНКВД СССР по Якутской АССР.
29 августа появилась директива ГУЛАГа НКВД СССР № 504748:

«Вследствие указания Наркома в письме от 22.06.34 за № 50902 об установлении, как правило, десятичасового рабочего дня и о введении для сельскохозяйственных и других сезонных работ 12-ти часового рабочего дня, ГУЛАГ предлагает руководствоваться следующим:
1. Нормы для десятичасового рабочего дня устанавливаются, исходя из норм, принятых для 8-ми часового рабочего дня с поправочным коэффициентом в 20 %.
2. Нормы для 12-ти часового рабочего дня устанавливаются, исходя из норм, принятых для 10-ти часового рабочего дня, с поправочным коэффициентом в 10 %.
Пример: если для 8 часового рабочего дня норма по земляным работам установлена в 3 кбм на ч/д, то для 10 часового рабочего дня она будет соответственно — 3.60 кбм и для 12 часового рабочего дня — 3,96 кбм.
3. Порядок исчисления норм питания остается прежний, причем, при 10 час. рабочем дне за 100% принимается норма выработки, установленная для 10 час. раб. дня, а при 12 час. раб. дне принимается норма выработки, установленная для 12 час. раб. дня.
4. При начислении премиальных во всех случаях за 100% принимается норма выработки, установленная для 10 час. раб. дня.
Таким образом, при 13 час. раб. дне будет иметь место несколько бoльшая премиальная ставка. Отоваривание этой дополнительной премставки производите путем выдачи дополнительного премблюда [премиального блюда]. Фонды для дополнительного премблюда надлежит выделить за счет децзаготовок [децентрализованных заготовок] и лучшего дифференцированного использования ларькового снабжения, отнюдь не затрагивая основных продовольственных фондов, которые остаются без изменения.
Необходимо обратить особое внимание на правильную организацию труда и обеспечение з/к удовлетворительными жилищно-бытовыми условиями и питанием. Выдача дополнительного платного премблюда должна сыграть в этом отношении значительную роль и явиться фактором, стимулирующим производительность труда».

10 сентября был издан приказ НКВД № 0074 «О борьбе с побегами з/к из ИТЛ НКВД», где отмечалось:

«За 1933 год из исправительно-трудовых лагерей НКВД бежало 45.755 заключенных, из которых задержано всего лишь 28.370 чел., причем, большинство задержаний бежавших произведено лагерями НКВД.
Ряд местных органов НКВД не проявляет должной активности в деле борьбы с побегами заключенных из лагерей. В результате заключенные, бежавшие из лагерей, вновь возобновляют свою преступную деятельность, а часть из них проникает на новостройки и крупные пром. предприятия. В течение летнего периода побеги резко возросли и приняли по некоторым лагерям (Сазлаг, Свирлаг, БАМлаг и Дальлаг) угрожающие размеры. Количество побегов в августе достигло: в Сазлаге — 851, в Сиблаге — 931 и в Карлаге — 619».

14 октября приказом НКВД № 028 устанавливался контингент заключенных по Севвостлагу (Дальстрой) на 1935—1936 годы — 60 000 человек.
Этим же днем датирован и приказ начальника ГУЛАГа М. Д. Бермана за № 82 «О наложении административного взыскания на нач. Карлага тов. Линина и нач. 3 отдела Карлага тов. Милевского»:

«По распоряжению ГУЛАГа в июне месяце с/г надлежало перебросить заключенных из Карлага на строительство вторых путей БАМа.
ГУЛАГом было обращено особое внимание руководства Карлага на необходимость строгого выполнения имеющихся инструкций о формировании этапов на БАМ, в части качественного отбора заключенных.
Нач. Карлага тов. Лининым и нач. 3 отдела Карлага тов. Милевским директива ГУЛАГа выполнена не была: вместо подлежащих отправке 70% первой и 30% второй категории вполне здоровых людей — заключенные отбирались из числа неработающих, больных, слабосильных и малолеток.
Более того, по распоряжению нач. 3 отдела Карлага тов. Милевского было включено в этап 658 чел. из ШИЗО [штрафного изолятора] отъявленных рецидивистов.
Сама организация этапа прошла исключительно небрежно. Этап не был обеспечен необходимой пищей и водой, заключенные были раздеты.
Рецидив, пользуясь наличием слабосильных, больных и малолеток, в пути устраивал грабежи и драки. Группа нацменов была терроризирована, многие из них были избиты. При изъятии из этапа главарей рецидив бросался на конвой с камнями.
Нач. Карлага тов. Линин и нач. 3 отдела тов. Милевский, зная о крайне неблагополучном состоянии этапа и творящихся безобразиях в пути следования, к устранению последних немедленных мер не приняли.
Приказываю: За неисполнение директивы ГУЛАГа, безобразную организацию и отправку этапа на БАМ нач. Карлага тов. Линину объявить строгий выговор с предупреждением, нач. 3 отдела Карлага тов. Милевского арестовать на 10 суток с исполнением служебных обязанностей».

17 октября приказом НКВД № 195 Закарьян Григорий Петрович был назначен помощником начальника управления и начальником 3 отдела Ухтпечлага НКВД, а занимаемая им до этого должность начальника 6 отделения (Отделение трудовых спецпоселений) ГУЛАГа осталась вакантной.
Постановлением ЦИК и СНК СССР от 27 октября 1934, конкретизированным в приказе НКВД № 00122 от 29 октября «О передаче исправительно-трудовых учреждений НКЮ союзных республик в НКВД СССР», все исправительно-трудовые учреждения системы Наркомата юстиции РСФСР и других союзных республик (дома заключения, изоляторы, исправительно-трудовые колонии, бюро принудительных работ со всеми подсобными учреждениями, предприятиями и личным составом) передавались в ведение НКВД СССР. Эти документы предписывали: «Руководство принятыми исправительно-трудовыми учреждениями возложить на Главное управление лагерями и трудпоселениями НКВД, образовав для этого в его составе Отдел мест заключения. Главное управление лагерями и трудпоселениями НКВД СССР переименовать в Главное управление лагерей, трудпоселений и мест заключения НКВД СССР. Прием исправительно-трудовых учреждений начать немедленно и закончить к 01.12.34».
11 ноября приказом НКВД № 261 начальником Отдела мест заключения ГУЛАГа назначался Матсон Герман Петрович (в 1931—1932 годах полпред ОГПУ по БССР).
16 ноября приказом НКВД № 273 производилась такая кадровая рокировка: бывший начальник 3 отдела Дмитлага А. В. Калачников был сделан врид начальника 3 отделения ГУЛАГа, а прежний руководитель этого отделения Е. А. Евгеньев — начальником 3 отдела Дмитлага и заместителем начальника этого лагеря. Этим же приказом прежний начальник 8 (контрольно-инспекторского) отделения ГУЛАГа А. П. Ермаков назначался начальником 2 (учетно-распределительного) отделения ГУЛАГа вместо умершего 2 сентября 1934 года М. В. Полонского.
22 ноября приказом НКВД № 00141 «О порядке применения условно досрочного освобождения к больным, старикам и инвалидам» предписывалось:

«Для применения условно досрочного освобождения к больным, старикам и инвалидам, содержащихся в лагерях НКВД, приказываю:
1. Создать Центральную комиссию в составе: начальника ГУЛ, ТП и МЗ НКВД тов. Бермана, особоуполномоченного НКВД тов. Фельдмана и ст. помощника прокурора СССР тов. Ширвиндта.
2. Комиссии свои решения об освобождении заключенных представлять на утверждение Особого совещания при НКВД.
3. В лагерях НКВД материалы на заключенных рассматривать начальнику управления лагеря с участием прокурора на основании данных санотдела и 3-го отдела. Протоколы с подробными установочными данными на заключенных, исчерпывающими характеристиками, сведениями о состоянии здоровья и мотивированными заключениями по каждому делу — направлять в ГУЛ, ТП и МЗ для рассмотрения в Центральной комиссии.
4. О проведении подготовительной работы приказом по лагерю не объявлять и не производить массовых медицинских осмотров заключенных, максимально используя уже имеющиеся материалы актирования.
5. ГУЛ, ТП и МЗ в развитие настоящего приказа разработать инструкцию и перечень болезней».

13 декабря в местечке Ахун Азово-Черноморского края (ныне Краснодарский край) был организован Ахунский ИТЛ (Ахунлаг или Охунлаг) во главе с В. З. Матвеевым, занятый строительством шоссе «Мацеста — Ахун» (6000 з/к).
16 декабря появился приказ НКВД № 00175 «О работе Отделов мест заключения НКВД»:

«Всех больных, слабосильных и инвалидов, содержащихся в местах заключения, оставлять в пределах данного края, области. Для особо социальноопасных из них организовать в отдаленных районах данного края, области исправительно-трудовые колонии, работающие на местном сырье и материалах, в которых занять этот контингент на посильных работах.
Принятие работ по договорам от хозяйственных и других организаций с предоставлением рабочей силы без разрешения ГУЛ, ТП и МЗ НКВД — запретить. Чекистское обслуживание всех мест заключения и массовых работ возложить на СПО ГУГБ НКВД и его местные органы.
Борьбу с побегами лишенных свободы из всех мест заключения возложить на ГУЛ, ТП и МЗ НКВД и Отделы мест заключения республиканских НКВД и НКВД краев, областей и АССР».

О численности и динамике лагерного контингента можно судить по справке санитарного отдела ГУЛАГа за 1933—1934 годы о «работе лечучреждений исправительно-трудовых лагерей»:

В целом смертность з/к за 1933 год составляла 14,8 процента от их общей численности, а за 1934 год — всего 4 процента. Столь резкое снижение связано, конечно же, не с улучшением медицинского обслуживания ИТЛ, а с троекратным увеличением количества з/к — начавшие принимать массовый характер репрессии пополняли лагерный контингент более молодыми и более здоровыми людьми.
Несколько иные цифры приводит «Конъюнктурный обзор» ГУЛАГа (от 6 февраля 1935-го), согласно которому среднесписочный состав лагерного населения на январь 1934-го составлял 509 400 человек; на январь 1935-го — 725 700 человек. Распределение з/к по лагерям на декабрь 1934 года выглядело так:

О трудовом использовании «лагнаселения» на декабрь 1934-го сообщалось следующее: удельный вес группы «А» (производственная рабочая сила) в списочном составе з/к — 71,6 процента; группы «Б» (хозобслуга) — 11,9 процента; группы «В» (неработающие) — 16,5 процента; при этом доля больных и слабосильных составляла 10 процентов от списочного состава лагнаселения.

1935 ГОД начался для ГУЛАГа с приказания его начальника М. Д. Бермана за № 1 от 1 января «Об изменении порядка снабжения мукой (хлебом), крупой и макаронами контингентов ГУЛАГа НКВД»:

«В соответствии с решением Пленума ЦК ВКП(б) от 26.11.34 и постановлением СНК СССР от 07.12.34 об отмене карточной системы по хлебу и некотором другим продуктам, приказываю:
1. С 01.01.35 оставить на снабжении мукой (хлебом), крупой и макаронами через систему снабжения ГУЛАГа НКВД следующие категории довольствующихся:
А) з/к в лагерях НКВД;
Б) лишенные свободы и малолетние правонарушители в местах заключения НКВД;
В) воспитанники в молодежных трудовых колониях;
Г) трудпоселенцы на сельхозосвоении, не обеспеченные собственным урожаем;
Д) трудпоселенцы, занятые на ББК [Беломорско-Балтийский комбинат] и не получающие зарплаты;
Е) рядовой и младший командный состав ВОХР лагерей и трудовых поселений НКВД.
Все остальные категории довольствующихся, в том числе:
а) вольнонаемные сотрудники всех категорий и их семьи;
б) вольнонаемные рабочие и их семьи;
в) колонизированные, получающие зарплату и их семьи;
г) трудпоселенцы на сельхозосвоении, обеспеченные собственным урожаем;
д) трудпоселенцы, получающие зарплату;
е) семьи з/к, прибывшие на свиданье;
ж) средний и высший командный состав ВОХР лагерей и трудпоселений НКВД
снять с 01.01.35 со снабжения мукой (хлебом), крупой и макаронными изделиями через систему снабжения ГУЛАГа НКВД.
2. Удовлетворение указанными хлебными продуктами снятых со снабжения категорий должно производиться с 01.01.38 повсеместно через сеть государственных и кооперативно-хлебных и продуктовых магазинов на общем основании с гражданским населением…
Снабжение прочими продуктами (мясом, живжирами, сахаром, овощами и пр.) остается на прежних основаниях».

Приказание М. Д. Бермана за № 3 от того же дня гласило:

«Несмотря на отданные распоряжения о решительной борьбе с лагерным бандитизмом и со злостными нарушителями лагерного режима, в Сибирском лагере в последнее время имели место совершенно недопустимые факты преступного бездействия лагерной администрации, командного состава ВОХР и оперсостава 3 отдела, позволившего группам бандитов безнаказанно совершать разбои в лагере.
В Осиновском отделении Сиблага группа заключенных-рецидивистов в числе 8 человек с 10.11.34 по 06.12.34, т.е. почти в течение месяца систематически дезорганизовали жизнь лагерного пункта. При попытках их изолировать в арестное помещение — не подчинялись, шесть раз оказывали вооруженное сопротивление стрелкам и комсоставу ВОХРа, неоднократно производили разгром и поджог арестного помещения, будучи изолированными, самовольно вышли из изоляторов в лагерь и произвели нападение на продсклад с целью ограбления.
При попытках пресечь их разбой этими бандитами был ранен охранявший арестное помещение з/к Адильгизаев, командир взвода з/к Згода был загнан бандитами под нары и ранен, избит командир взвода з/к Перемыткин.
Аналогичные факты имели место и в Чуйском отделении.
Подобные безобразные явления могут иметь место только вследствие очевидной распущенности и трусости лагерных работников и полного отсутствия должного руководства ими со стороны руководящего состава лагеря, ВОХР и 3 отдела.
Приказываю:
1. Начальнику Сибирского лагеря тов. Чунтонову и быв. нач. 3 отдела Гротову за неудовлетворительную организацию борьбы с лагерным бандитизмом и недостаточное воспитание подчиненного им оперчекистского состава — объявить выговор.
2. Начальнику 3 отдела тов. Черноиванову немедленно произвести следствие для привлечения к уголовной ответственности всех лиц, из лагерной администрации, 3 части и ВОХРа Осиновского и Чуйского отделений, виновных в преступной бездеятельности и трусости. Следствие закончить в 10-дневный срок.
3. Предупредить весь административный, чекистский и командно-политический состав, что за бездействие в обстановке, когда требуется решительное пресечение злостного нарушения лагерного режима заключенными, виновных буду предавать суду.
Приказание объявить всему административному, чекистскому составу всех лагерей НКВД и личному составу всех лагерей НКВД и личному составу ВОХРа».

7 февраля приказом НКВД № 70 начальник Отдела мест заключения ГУЛАГа Г. П. Матсон был уволен из органов НКВД как исключенный из ВКП(б) «за антипартийную оценку февральского (1935) Пленума ЦК»; до своего ареста в июле 1937-го работал директором электростанции в Читинской области.
4 марта 1935-го СНК СССР принял постановление № 347-47с «О контингентах ГУЛАГа НКВД на 1 полугодие 1935 года», предписавшее «установить на 1 полугодие 1935 года контингент снабжаемых по ГУЛАГу НКВД в количестве 750 тысяч человек, из них — 57 тысяч чел. охраны и вольнонаемного состава работников и малолетних нарушителей».
11 марта появилась директива начальника ГУЛАГа № 664871:

«В целях установления единообразного учета трудового использования рабочей силы в лагерях НКВД и отражения действительного использования лагерных контингентов, в частичное изменение действующих директив ГУЛАГа по трудовому учету, вводятся следующие обязательные для всех лагерей НКВД четыре группы трудоиспользования:
группа «А» — фактически занятые на производстве;
группа «Б» — занятые в управл. аппарате, в обслуге и ВОХРе;
группа «В» — неработающие больные и нетрудоспособные;
группа «Г» — неработающие по другим причинам.
Группа «В» включает следующие элементы:
1) неработающие инвалиды
2) больные в стационарах
3) временно освобожденные от работы по болезни на срок не более 3 дней
4) неработающие слабосильные и выздоравливающие.
Группа «Г» — проводятся вое остальные неработающие, а именно:
1) медкарантин
2) прибывающие и убывающие
3) внутрилагерные переброски
4) простои с указанием причин
5) следственные без вывода на работу
6) состоящие в бегах и не списанные со списочного состава».

2 апреля появился приказ НКВД № 00128 «О реорганизации принятой ЦВШ ГУИТУ в Московскую школу НКВД», предписавший: «Принятую от НКЮ РСФСР Центральную школу ГУИТУ реорганизовать в Московскую школу НКВД СССР. На школу возложить подготовку и переподготовку кадров Главного управления лагерей, трудпоселений и мест заключения. Школу, на правах строевой единицы, подчинить непосредственно в административном и учебном отношениях Отделу кадров НКВД СССР, с одновременным подчинением по специальной подготовке — начальнику ГУЛ ТП и МЗ. Личному составу школы присвоить ношение формы внутренней охраны НКВД СССР. Начальником-комиссаром школы назначить т. Обуховского Владимира Григорьевича».
Однако Московская школа НКВД СССР по подготовке работников ГУЛАГа просуществовала недолго и была расформирована приказом НКВД № 0167 от 31 декабря того же года. С тех пор и до начала 50-х специальная подготовка кадров для лагерной системы не велась. В Высшей школе НКВД и в межкраевых школах ГУГБ помимо основ марксизма-ленинизма изучались три основные дисциплины: «основы агентурно-оперативной работы», «следствие» и «иностранные разведки и их агентура в борьбе против СССР». Анализ биографий десятков начальников лагерных Управлений конца 40-х — начала 50-х не обнаруживает следов какого-либо особого обучения их «гулаговским наукам»: чуть больше половины таких кадров попало на работу в ГУЛАГ из территориальных органов ОГПУ—НКВД либо после службы в пограничных, внутренних войсках или милиции; другая часть — это инженеры, как правило, с высшим образованием, сделавшие карьеру непосредственно в ГУЛАГе.
10 апреля 1935 года появился приказ НКВД № 82 «Об отстранении от должности и аресте зам. нач. Дмитлага НКВД Барабанова В. А. и нач. Культурно-воспитательного отдела того же лагеря Филимонова М. В. и о назначении т. Горшкова А. А. заместителем начальника Дмитлаг'а НКВД», гласивший:

«В ночь на 9-е апреля зам. нач. ДМИТЛАГа НКВД В. А. Барабанов и начальник Культурно-воспитательного отдела лагеря М. В. Филимонов приехали в пьяном виде на первый участок Дмитровского района.
При въезде на участок ими были, без всяких оснований, арестованы вахтер и дежурные по участку и караулу, которые были вскоре освобождены. При этом одному из них, дежурному по участку тов. Сысоеву, Барабановым было объявлено, что он премируется 100 рублями. Вслед за этим также без причины были арестованы двое заключенных, которые впоследствии были освобождены, как незаконно задержанные.
Все эти пьяные похождения происходили в присутствии ряда заключенных.
Вина Барабанова усугубляется еще тем обстоятельством, что, зная его пристрастие к алкоголю, я его вызывал к себе и он мне дал слово большевика-чекиста не пьянствовать и не позорить звание сотрудника органов НКВД. Усматривая в поведении Барабанова и Филимонова дискредитацию органов НКВД и грубейшее нарушение революционной законности, —
ПРИКАЗЫВАЮ:
1. Барабанова и Филимонова отстранить от занимаемых должностей, арестовать и произвести в ускоренном порядке расследование.
2. Назначить заместителем нач. ДМИТЛАГ'а НКВД СССР тов. А. А. Горшкова.
Народный комиссар
внутренних дел Союза ССР Г. ЯГОДА».

Однако этот инцидент не помешал дальнейшей карьере Барабанова (с 13 августа 1936-го — заместителя начальника 1 отделения Ухтпечлага и начальника строительства железной дороги «Воркута—Усть-Уса»), умелого организатора, уже в послевоенные годы руководившего в МВД строительством крупных объектов, удостоенного за Волгодон звания Героя Соцтруда (Барабанов даже выведен в романе В. Ажаева «Далеко от Москвы» под слегка измененной фамилией).
29 апреля 1935-го приказом НКВД № 045 вводились условные обозначения (коды) для телеграмм, подаваемых начальниками эшелонов при перевозке осужденных в лагеря:


Прилагались и образцы телеграммы начальников эшелонов в ГУЛАГ: «25 мая Свердловске отдыхают трое первый номер. Селезнев» — следует читать: «25 мая в Свердловске сдано трое больных брюшным тифом. Селезнев»; «27 февраля Самаре отправлено 3 вторым номером. Никитин». — следует читать: «27 февраля в Самаре умерло 3 з/к от сыпного тифа. Никитин».
Тем же самым приказом объявлялись «Правила отбора, направления и приема осужденных из общих мест заключения в исправительно-трудовые лагеря НКВД», где отмечалось, что «в соответствии с задачами уголовной и исправительно-трудовой политики СССР, а также в зависимости от социальной опасности отдельных категорий заключенных, Главное управление лагерями, трудпоселениями и местами заключения распределяет и перераспределяет контингенты осужденных к лишению свободы между лагерями и местами заключения, организуя их рациональное трудовое использование на порученных Правительством производственных и строительных работах», причем «отбору и направлению в исправительно-трудовые лагеря НКВД подлежат только физически здоровые заключенные не моложе 16 лет, осужденные на 3 года и выше, с остатком срока заключения не ниже 2 лет.
Согласно Правилам в ИТЛ не направлялись: инвалиды, больные и слабосильные; лица моложе 16 лет независимо от наличия у них приговора к лишению свободы; «раздетые и разутые, не имеющие одежды и обуви, пригодной для следования соответственно времени года и пункту назначения»; кассационные; заключенные, имеющие при себе малолетних детей, а также беременные. Однако независимо от своей трудоспособности и возраста направлялись в лагеря лица, осужденные «за шпионаж, за террор, за диверсии, за измену родине, за бандитизм, члены а/с [антисоветских] и антипартийных к/р группировок, руководители к/р организаций».
Особо указывалось, что отправке в подмосковный Дмитлаг не подлежат осужденные «за измену родине, за шпионаж, за террор, за диверсию, быв. члены а/с политпартий, участники антипартийных к/р группировок (троцкисты и др.), участники к/р фашистских группировок и организаций, бывшие белые офицеры, руководители повстанческих к/р организаций, актив церковных и сектантских к/р групп и организаций, за бандитизм, иностранные подданные, приговоренные к ВМН с заменой 10 годами, уроженцы и постоянные жители г. Москвы и Московской области, а также осужденные органами НКВД и НКЮ на территории г. Москвы и области».
В апреле начал действовать Унже-Ветлужский лагерь (Ветлаг), на это время в нем содержалось 8600 з/к.
11 мая нарком Ягода направил в адрес начальника Управления НКВД по Северо-Кавказскому краю И. Я. Дагина следующую телеграмму:

«Пятигорск УНКВД Дагину.
Несмотря на мой приказ № 00175 от 16.12.34 о необходимости размещения внутри краев и областей осужденных инвалидов, нетрудоспособных, слабосильных, а также краткосрочников, не подлежащих вывозу в лагеря, систематически продолжают поступать в ГУЛАГ заявки на вывоз из пределов края краткосрочников и ограниченногодных к труду. Тюрьмы переполнены этими контингентами. Лимиты тюрем нарушаются. Вывод в колонии осуществляется слабо. Новые работы хозорганов подыскиваются медленно. Колонии для содержания инвалидов и слабосильных не организуются.
Приказываю:
1. Совершенно прекратить присылку ГУЛАГу заявок на вывоз краткосрочников и слабосильных. Наряды на вывоз этих контингентов выдаваться не будут. Краткосрочники и слабосильные подлежат безоговорочному размещению в пределах вашего края, за исключением лиц, осужденных за шпионаж, террор, бандитизм, диверсии, измену родине и руководителей к/р организаций и группировок, которые, независимо от срока и физического состояния, будут вывозиться в лагеря.
2. Вывозу в лагеря, впредь до особого распоряжения, подлежат только вполне здоровые, годные к физическому труду осужденные на срок — три года и выше, с остатком срока не менее двух лет, а также особо социальноопасные преступники, указанные в первом пункте, независимо от их физического состояния.
3. В месячный срок разгрузить тюрьмы, обеспечив строгое соблюдение установленных лимитов и бесперебойный прием новых арестованных, не допуская впредь превышения лимитов в тюрьмах. Разгрузка тюрем должна быть произведена путем вывода заключенных из тюрем в колонии вашего края.
4. Наряду с полным укомплектованием и возможным расширением существующих колоний, приступите к организации новых колоний, срочно изыскав новые объекты работ по договорам с хозорганами.
5. Обеспечьте выполнение моего приказа № 00175 об организации в вашем крае колоний для содержания осужденных инвалидов и слабосильных.
О принятых мерах сообщите мне и в копии начальнику ГУЛАГа.
Ягода».

31 мая приказом НКВД № 349 помощником начальника Главного управления исправительно-трудовых лагерей и трудовых поселений по совместительству с должностью помощника начальника Финансового отдела НКВД назначался прежний начальник 7 отделения и помощник нач. Финотдела НКВД Абрамсон Лев Маркович (7 отделение Финотдела обслуживало ГУЛАГ).
7 июня приказом НКВД № 071 «Об организации работы по ликвидации детской беспризорности и безнадзорности» в составе АХУ НКВД был образован Отдел трудовых колоний для несовершеннолетних, в задачи которого входили: «а) организация приемников-распределителей и трудовых колоний НКВД; б) руководство всей их производственной, школьной и учебно-воспитательной работой, а также устройством воспитанников на работу по получении ими квалификации». Начальником Отдела трудовых колоний для несовершеннолетних АХУ НКВД был назначен бывший управляющий Трудкоммуной № 2 НКВД (Люберецкой, помещалась в Николо-Угрешском монастыре) П. С. Перепелкин.
Постановлением СНК СССР № 1275-198сс от 23 июня «О строительстве Норильского никелевого комбината» предписывалось таковое «признать ударным и возложить его на Главное управление лагерями Наркомвнудела, обязав его организовать для этой цели специальный лагерь». 25 июня приказом НКВД № 00239 был образован Норильский исправительно-трудовой лагерь, начальником Норильского строительства и лагеря был назначен В. З. Матвеев (прежде руководивший Ахунским лагерем), главным инженером — А. Е. Воронцов (из системы «Союззолота»). Норильский ИТЛ был подчинен непосредственно начальнику ГУЛАГа.
29 июня приказом НКВД № 194 «Об установлении в ИТЛ на летний период лимитов лагобслуги» предписывалось:

«В целях высвобождения из непроизводственных участков лагерей максимального количества рабочей силы, необходимой для летнего разворота работ, приказываю:
1. Во всех лагерях, кроме Саровского, установить на летний период (июль—октябрь) предельный лимит лагобслуги 9%, вместо существующих теперь лимитов от 11 до 12,5%, включая третью категорию, используемую на лагобслуге.
2. Сокращение лагобслуги произвести в первую очередь за счет полноценной рабочей силы.
3. Всю рабсилу, высвобожденную из лагобслуги, немедленно и полностью перебросить на производство.
4. Ответственность за своевременное проведение этого мероприятия возлагаю лично на начальников лагерей.
5. Начальникам Управлений НКВД, в ведении которых находятся лагеря, наблюсти за проведением в жизнь настоящего приказа и не позже 15 июля донести мне через ГУЛАГ о результатах.
6. По лагерям, не входящим в ведение Управлений НКВД, начальникам лагерей в тот же срок донести в ГУЛАГ о результатах сокращения лагобслуги.
Народный комиссар внутренних дел СССР Г. Ягода».

1 августа появился приказ НКВД № 241 «О зачете рабочих дней заключенным лагерей и мест заключения НКВД»:

«Зачет рабочих дней является одной из основных форм досрочного освобождения заключенных из лагерей, тюрем и колоний НКВД и высшей формой поощрения для заключенных.
Зачет рабочих дней применяется только к заключенным, которые:
а) выполняют и перевыполняют установленные в лагерях и местах заключения трудовые и производственные нормы при высоком качестве работы;
б) соблюдают все требования трудовой дисциплины и правил внутреннего распорядка, установленные в лагерях и местах заключения.
При этом, чем больше перевыполняются нормы, чем выше качество выполняемых работ и чем лучше поведение — тем больше заключенный получает зачет рабочих дней.
Ударникам — ударный зачет рабочих дней.
Лодырям, отказчикам, симулянтам, лагерным ворам и всем лицам, нарушающим режим и порядки в лагерях, колониях и тюрьмах — зачет рабочих дней ни в коем случае не производится.
Это должен помнить каждый начальник в лагере, колонии и тюрьме.
Об этом должен знать каждый заключенный…
Разъяснить всем заключенным, что за ударную работу и образцовое поведение к ним будут применяться наиболее высокие нормы зачета рабочих дней, а именно:
в колониях — за 3 дня работы — 4 дня срока, т. е. при отбытии годичного календарного срока фактически отбытый срок будет считаться: 1 год и 4 месяца. В колониях, занятых на работах союзного значения, зачет применяется наравне с лагерями.
в лагерях — за 2 дня работы — 3 дня срока, т. е. при отбытии одного года календарного срока фактически отбытый срок будет считаться 1,5 года.
В лагерях, особо отдаленных, находящихся в тяжелых природных и климатических условиях, ведущих строительство государственного значения (Бамлаг, Севвостлаг, Вайгач, отдельные подразделения Дальлага и Ухты) применяется сверх ударный зачет, за 1 работы — 2 дня срока, что сокращает срок наполовину, т. е. за один календарный год считается два года…
Приказ вывесить во всех бараках, общежитиях, клубах и красных уголках лагерей и исправтрудколоний НКВД».

2 августа нарком внутренних дел выпустил директиву № 685603:

«Советский закон предусматривает применение к ряду правонарушителей в качестве меры социальной защиты — исправительные работы без лишения свободы.
На органы Наркомвнудела возложена ответственнейшая задача исполнения приговоров, выносимых судом. Однако почти во всех краях и областях до сего времени имеются тысячи и десятки тысяч осужденных к исправработам, не привлеченные к отбытию наказания по всякого рода объективным причинам…
Приказываю:
1. Всех осужденных к исправработам, не привлеченных, находящихся до сего времени в розыске (на так называемом справочном учете) в течение августа и сентября розыскать и привлечь к отбытию наказания.
Справочный учет должен быть ликвидирован.
2. Заставьте начальников райотделений НКВД непосредственно заниматься исправработами, наказывайте за бездействие. Начальников бюро исправработ, у которых будет большое количество непривлеченных исправработников к исполнению приговоров — отдавать под суд за бездействие, а за 100% реализацию приговоров и выполнение финплана — премировать. За злоупотребления, допускаемые работниками бюро исправработ немедленно арестовывать и предавать суду…
Об исполнении этой директивы сообщите мне, в копии — нач. ГУЛАГа — к 01.09.35».

К директиве прилагалась сводка о количестве состоящих на учете исправработников (то есть осужденных к исправработам) по состоянию на 1 июля 1935 года:

Московская обл. 86 008 чел.
Ленинградская обл. 67 825
Калининская обл. 22 061
Западная обл. (Смоленск) 30 617
Горьковский край 33 564
Ивановская обл. 23 384
Кировский край 15 709
Воронежская обл. 34 050
Курская обл. 29 169
Куйбышевский край 30 787
Оренбургская обл. 10 082
Сталинградский край 19 182
Саратовский край 16 667
Свердловская обл. 23 180
Челябинская обл. 12 586
Омская обл. 10 443
Западно-Сибирский край 24 985
Красноярский край 6937
Восточно-Сибирский край 7543
Дальневосточный край 7954
Северный край 17 463
Северно-Кавказский край 12 753
Азово-Черноморский край 29 199
Казакская АССР 10 037
Крымская АССР 5184
Башкирская АССР 8608
Татарская АССР 2486
Якутская АССР 1024
Киргизская АССР 2715
Каракалпакская АССР 1002
Всего по РСФСР 603 204 чел.
Узбекская ССР 17 942
Таджикская ССР 1872
Туркменская ССР 3262
УССР 126 608
ЗСФСР 28 642
Всего по СССР 814 549 чел.

17 августа приказом НКВД № 576 назначались:

— начальником Отдела охраны ГУЛАГа — А. В. Калачников (с должности врид начальника 3 отделения ГУЛАГа);
— начальником Учетно-распределительного отдела ГУЛАГа — А. П. Ермаков (с должности начальника 2 отделения ГУЛАГа);
— начальником Культурно-воспитательного отдела ГУЛАГа — С. Н. Шимко (с должности начальника 4 отделения ГУЛАГа);
— начальником Санитарного отдела ГУЛАГа — И. Г. Гинзбург (с должности начальника 7 отделения ГУЛАГа);
— врид начальника Транспортного отдела ГУЛАГа — М. Ф. Госкин (с должности начальника Производственно-строительного отдела ГУЛАГа).

22 августа 35 приказом АХУ НКВД № 193 утверждались новые штаты главка:

— Руководство: начальник главка — М. Д. Берман; заместители начальника главка — Я. Д. Рапопорт, С. Г. Фирин; помощники начальника главка — И. И. Плинер, Н. Н. Алексеев, З. А. Алмазов, Л. М. Абрамсон (он же помощник начальника Финотдела НКВД и начальник финансового подотдела) — всего 10 человек по штату;
— Секретариат: начальник — А. Л. Сулин-Этин (всего 52 человека по штату);
— Отдел мест заключения (тюремный отдел): начальник — вакансия; секретно-оперативное отделение; отделение охраны; отделение режима (всего 16 человек);
— Отдел трудпоселений: начальник — вакансия; отделение сельскохозяйственного устройства; отделение промышленности и колонизации (всего 10 человек);
— Отдел охраны: начальник — А. В. Калачников; секретно-оперативное отделение; отделение охраны; отделение режима (всего 26 человек);
— Учетно-распределительный отдел: начальник — А. П. Ермаков; отделение учета; отделение распределительное и трудоиспользования; отделение по исправработам (всего 54 человека);
— Культурно-воспитательный отдел: начальник — С. Н. Шимко; отделение учебы и профтехобразования; отделение трудоустройства (всего 11 человек);
— Санитарный отдел: начальник — И. Г. Гинзбург; лечебно-санитарное отделение; отделение медицинского снабжения (всего 18 человек);
— Отдел снабжения: начальник — вакансия; отделение продвещснабжения; отделение техснабжения (всего 107 человек);
— Транспортный отдел: начальник — М. Ф. Госкин; отделение гужевого транспорта; отделение транспорта; отделение по перевозкам и связи (всего 17 человек);
— Финансовый отдел: начальник — Л. М. Абрамсон; 1 отделение (плановое); 2 отделение (организационно-бухгалтерское); 3 отделение (расчетное) — всего 53 человека;
— Сектор гидротехнического строительства: начальник — А. К. Рождественский (всего 7 человек);
— Сектор дорожного строительства: начальник — И. Н. Филимонов (всего 19 человек);
— Горный сектор: начальник — И. М. Таумин (всего 9 человек);
— Лесной сектор: начальник — М. Л. Тамаркин (всего 8 человек);
— Сектор гражданского строительства: начальник — Н. Г. Качурин (всего 11 человек);
— Сектор промпредприятий: начальник — Б. А. Шафер (всего 16 человек);
— Сектор подрядных работ: начальник — Н. Г. Клоков (всего 6 человек);
— Сектор сельского хозяйства: начальник — Н. Н. Рябов (всего 26 человек);
— Отдел кадров: начальник — А. Л. Сулин-Этин (всего 19 человек);
— Инспекция при начальнике ГУЛАГа: начальник — вакансия (всего 5 человек);
— Радио-телефонная станция ГУЛАГа: начальник — С. Г. Калмыков (всего 27 человек).

Всего по штатам ГУЛАГа проходило 527 человек.
Дислокация исправительно-трудовых лагерей НКВД на 7 сентября 1935 года была следующей:

1. Управление Байкало-Амурских лагерей (Бамлаг) г. Свободный (ДВК)
2. Управление Дмитровских лагерей (Дмитлаг) г. Дмитров Москов- ской обл.
3. Управление Беломорско-Балтийских лагерей (Белбалтлаг) ст. Медвежья Гора Кировской ж. д.
4. Управление Ухтинско-Печорских лагерей (Ухтпечлаг) пос. Чибью Коми облас- ти Северного края
5. Управление Свирских лагерей (Свирлаг) ст. Лодейное Поле Кировской ж.д.
6. Управление Темниковских лагерей (Темлаг) почт. отделение Явас Мордовской АССР
7. Управление Дальневосточных лагерей (Дальлаг) г. Хабаровск (ДВК)
8. Отдел лагерей, мест заключения и трудовых поселений
УНКВД ЗСК (Сиблаг) г. Новосибирск
9. Отдел лагерей, мест заключения и трудовых поселений
НКВД Узбекской ССР (Сазлаг) г. Ташкент
10. Управление Карагандинских лагерей (Карлаг) г. Караганда
11. Управление Прорвинских лагерей (Прорвлаг) г. Астрахань
12. Отдел лагерей, мест заключения и трудовых поселений
УНКВД Горьковского края г. Горький
Отделу лагерей УНКВД Горьковского края подчинены:
— Управление Саровского лагеря м. Сарово Мордовской АССР
— Управление Ветлужского лагеря (Ветлаг) ст. Сухобезводная Мос ковско-Курской ж.д.
13. Управление Норильских лагерей (Норильлаг) Отдел мест заключения УНКВД Красноярского края, г. Красноярск
14. Вайгачский отдельный лагерный пункт о. Вайгач
15. Управление Северо-Восточных лагерей (Севвостлаг) Ногаево (ДВК)

Постановлением СНК СССР и ЦК ВКП(б) № 2074 от 14 сентября на НКВД возлагалось строительство Угличского и Рыбинского гидроузлов; уже 16 сентября приказом НКВД № 302 назначались: начальником строительства Рыбинского и Угличского гидротехнических узлов — зам. начальника ГУЛАГа Я. Д. Рапопорт с освобождением его от должности начальника Белбалткомбината НКВД (4 декабря приказом НКВД № 806 Белбалткомбинат возглавил помощник начальника ГУЛАГа З. А. Алмазов); главным инженером строительства — инженер С. Я. Жук (по совместительству с занимаемой им должностью главного инженера строительства «Москва—Волга»). 16 сентября началась организация Управления строительства Рыбинского и Угличского гидроузлов («Волголаг»).


ГЛАВА ТРЕТЬЯ (ДМИТЛАГ)
«РАЗБЕГОМ НАШЕЙ СТРОЙКИ, ее блестящим стартом была Истра. Она дала первых героев каналоармии Дмитлага, открыла книгу истории Москваволгостроя…», — писал в 1936 году лагерный журнал. Как известно, Истринское водохранилище находится совсем в другом районе Подмосковья, чем нынешний канал имени Москвы. Дело в том, что изначально рассматривалось несколько вариантов трассы канала Москва—Волга, а ГУЛАГ подключился к его сооружению не сразу, а лишь после того, как для руководства страны сделалась очевидной неспособность «гражданских» ведомств справиться со столь масштабной задачей.
Обслуживавший строительство канала Дмитлаг формально имел статус одного из местных управлений ИТЛ ОГПУ. Однако важность стройки и близость к Москве ставили Дмитлаг на особое положение. За работами по сооружению канала пристально следило как высшее чекистское начальство, так и более высокие инстанции.
Стоит поэтому рассмотреть историю этого лагеря подробнее (тем паче что документы Дмитлага хранятся там же, где делопроизводство самого ГУЛАГа, — для архивов лагерных управлений случай уникальный).
16 июня 1931 года пленум ЦК ВКП(б) принял решение о строительстве канала Москва—Волга, первоначально порученном Наркомводу СССР. При этом продолжали обсуждаться различные варианты трассы канала: Старицкий (от села Родня в нескольких километрах выше города Старица через Волоколамск с выходом на реку Истра); Шошинский (от города Корчева по линии Городище—Клин—Истра); наконец, Дмитровский.
На основании постановления СНК СССР № 758 от 1 сентября 1931 года приказами Наркомвода СССР № 142 от 8 сентября 1931 года и по Управлению строительства канала Москва—Волга № 1а от 1 сентября начальником строительства канала назначался П. Я. Бовин (ранее зам. начальника Центрального управления речного транспорта Наркомвода СССР).
Распоряжением председателя Моссовета Н. А. Булганина от 3 октября и приказом Управления строительства канала № 17 от 20 октября главным инженером Управления назначался, с 1 сентября и с ежемесячным окладом в 1200 рублей, Александр Иванович Фидман.
Но только постановлением СНК СССР от 10 октября было утверждено «Положение о государственном строительстве по сооружению канала Москва—Волга и Московского порта «Москаналстрой»». На Москаналстрой (МКС), находившийся в ведении Президиума Мосгорисполкома, возлагались постройка сооружений, обеспечивающих водоснабжение Москвы, устройство в Москве порта и создание водного пути, соединяющего Москву с Волгой. Начальник и главный инженер Управления строительства должны были назначаться СНК СССР.
17 октября проектный сектор МКС возглавил А. Н. Комаровский (ранее начальник проектно-изыскательского бюро Гидротехстроя).
На 26 октября структура МКС выглядела так: управление; секретариат; главная бухгалтерия; секторы: административно-хозяйственный, кадров, экономики труда, экономических исследований, снабжения, информации и технической пропаганды, изысканий и научных исследований, проектный, гидрологический, гидроэнергетический, контроля и учета, подсобных предприятий.
28 декабря приказом начальника МКС П. Я. Бовина «в целях более полного освещения вопросов нашего строительства в печати» всем начальникам секторов предлагалось «каждые 5 дней представлять краткую информацию о ходе работ секторов в сектор информации тов. Инсаровой».

ДЛЯ РАБОТ НА РЕКЕ ИСТРЕ приказом МКС № 6 от 11 января 1932 года образовывалось управление Истринского строительства с расположением в городе Истра (бывший Воскресенск). Его начальником с 1 января назначался инженер А. А. Белоконев.
27 февраля постановлением Совета Труда и Обороны строительство канала было включено в число «ударных объектов». 31 марта об этом было объявлено в приказе по МКС № 64.
27 мая появился приказ по МКС № 94, интересный тем, что здесь впервые проявились контуры будущего Дмитлага; со строительством Истринского водохранилища, как видно отсюда же, дело на тот момент обстояло скверно:

«§ 1. Работы по строительству канала Волга — Дмитров — Москва, в административно-техническом отношении, делятся на 5 районов, во главе которых стоят Начальники работ. Управление, объединяющее все районы, располагается в г. Дмитрове.
Конторы начальников работ располагаются в следующих городах:

1-й район — Волжский: обнимающий постройки Волжской плотины, шлюза и гидростанции — в г. Калязине.
2-й район — Северный: обнимающий сооружение канала от Волги до 55 километра, со всеми искусственными сооружениями, головное сооружение на Волге и шлюзы №№ 1 и 2 — в г. Дмитрове.
3-й район — Водораздельный: обнимающий канал от 56 до 103 километра, со всеми искусственными сооружениями и шлюзы №№ 3, 4 и 5 — в г. Икше.
4-й район — Южный: обнимающий канал от 104 до 127 километра, со всеми искусственными сооружениями, Клязьминское и Мытищинское водохранилища и шлюзы №№ 6, 7 и 8 — в г. Мытищи.
5-й район — Московский: обнимающий работы по сооружению Московского порта, искусственных сооружений при нем, постройку 4-х плотин на р. Москве с шлюзами при них, спрямление р. Яузы и устройство набережной — в г. Москве.
§ 2. Штат районов устанавливается особой Инструкцией.
§ 3. Начальником Южного (4-го) района назначается инж. И. И. Макаров. Он же назначается вр.и.о. Начальника работ 5-го Московского района.
§ 4. В остальных районах должности Начальников работ остаются временно незамещенными. Выполнение обязанностей Н-ков р-нов возлагается на старш. произ. работ, которыми назначаются:
по Северному (2-му) р-ну: инж. А. Е. Костров,
по Водоразд. (3-му): инж. Е. А. Бажанов.
§ 5. В связи с изложенным Н-ку Истринского Стр-ва инж. Макарову надлежит, по ликвидации работ в Зеленькове, приступить не позднее 25 сего мая к организации конторы 4-го р-на в г. Мытищах и к работам, согласно инструкции.
§ 6. Ст. производителю работ инженеру Кострову и инж. Бажанову организовать конторы и вести подготовительные работы на своих участках, согласно данных им инструкций.
§ 7. Б. Нач. Истринского Стр-ва инж. Макарову и старш. производителю работ инженеру Кострову штат Истринского Стр-ва распределить между Южным и Северным районами и по мере освобождения штата в Зеленькове перебрасывать работников к месту новой службы, удовлетворяя их при перемещении по КЗОТу.
§ 8. Б. Начальнику Истринского Стр-ва инженеру Макарову оставить часть штата для составления технического и денежного отчета по Истринскому Стр-ву с пояснительной запиской к нему, который представить в месячный срок.
§ 9. Остающиеся на Истринском Стр-ве материалы и инвентарь подлежат сдаче Сектору Снабжения Москаналстроя для разделения их между районами».
Проект плотины у деревни Зеленьково, в случае осуществления образовавшей бы колоссальное водохранилище с ответвлением в долину Нахабинки до ее соединения с рекой Сходней, так и остался на бумаге. В итоге плотину на Истре все-таки построили, но много выше, у села Ракова, трасса же канала прошла далеко в стороне.
1 июня СНК СССР постановлением № 859 предписал «немедленно приступить к сооружению водного канала Волга—Москва, утвердив Дмитровский вариант направления этого канала», с тем чтобы закончить все работы «к ноябрю месяцу 1934 года», «строительство канала отнести к особому списку крупных индустриальных строек; обязать Наркомтруд СССР отвести строительству районы для вербовки рабочей силы; разрешить использовать на строительстве части рабочей силы, техперсонала и оборудования, освобождающихся от работ на строительстве Беломорско-Балтийского канала».
Но заниматься вербовкой вольнонаемного персонала Наркомтруду не пришлось.
8 июня МКС распорядился «никаких справок, материалов и интервью корреспондентам газет и журналов без ведома начальника и главного инженера не давать».
Это и неудивительно: еще 28 мая начальником строительства канала стал прежний руководитель ГУЛАГа Л. И. Коган, за которым сохранялась и должность начальника Беломорстроя.
Подпись Когана как начальника строительства стоит под приказом № 105 по МКС от 8 июня, объявившим «новую схему деления Строительства канала Москва—Волга на строительные участки»:

«ПЕРВЫЙ УЧАСТОК — Савелово—Федоровка; контора этого участка временно помещается в Савелове.
ВТОРОЙ УЧАСТОК — От 0 до 18 километра; контора в с. Иванцово.
ТРЕТИЙ УЧАСТОК — От 19 до 35 километра; контора в с. Запрудня. ЧЕТВЕРТЫЙ УЧАСТОК — От 36 до 55 километра; контора в г. Дмитрове.
ПЯТЫЙ УЧАСТОК — От 56 до 69 километра; контора в Влахернской. ШЕСТОЙ УЧАСТОК — От 70 до 80 километра; контора в Икше.
СЕДЬМОЙ УЧАСТОК — От 81 до 97 километра; контора в с. Драчево. ВОСЬМОЙ УЧАСТОК — Ведает постройкой плотины на р. Клязьме у д. Пирогово и плотины у г. Мытищи; контора этого участка помещается в г. Мытищи.
ДЕВЯТЫЙ УЧАСТОК — От 98 до 110 километра; контора в с. Хлебниково.
ДЕСЯТЫЙ УЧАСТОК — От 111 до 120 километра; контора в с. Химках.
ОДИННАДЦАТЫЙ УЧАСТОК — От 121 до 127 километра; контора в
с. Иванькове (или Покровском-Стрешневе).
ДВЕНАДЦАТЫЙ УЧАСТОК — Сооружение на р. Москве, у с. Троице-Лыково, с конторой на месте работ.
ТРИНАДЦАТЫЙ УЧАСТОК — Сооружение на р. Москве, у с. Шелепихи,
с конторой на месте работ.
ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ УЧАСТОК — Сооружение на р. Москве, у с. Перервы, с конторой на месте работ».

Этим же приказом помощнику главного инженера — начальнику работ К. К. Радецкому «с подчиненным ему аппаратом» предписывалось к 15 июня «выехать для постоянной работы в г. Дмитров».
19 августа приказом МКС № 148 в Дмитров переводилось (к 1 сентября) уже все Управление строительства канала Москва—Волга.
23 августа проектный сектор МКС был преобразован в Проектный отдел (ПРО) во главе с тем же А. Н. Комаровским.
14 сентября приказом ОГПУ № 889с организовывался «на территории Московской области Дмитровский исправительно-трудовой лагерь ОГПУ с расположением управления в г. Дмитрове», а Отделу кадров ОГПУ поручалось «произвести укомплектование» Дмитлага.
16 сентября начальником Дмитлага был назначен А. Е. Сорокин (с должности начальника 5 (снабженческого) отделения ГУЛАГа).
9 октября параграфом 1 приказа № 10 по Дмитровскому ИТЛ (ДИТЛАГ, ДИТЛ) объявлялись «правила внутреннего распорядка жизни лагеря»:

«1) Подъем 5 час. 30 мин.
2) Завтрак с 5-45 до 6-30 м.
3) Развод на работу с 6-30 до 7 час.
При выходе на работу партиями з/к установить строго по 5 чел. замкнутыми рядами.
4) Рабочий день считать с 7 час. до 17 час В течение этого времени з/к. з/к. [видимо, к этому моменту аббревиатура з/к — заключенный — употреблялась лишь в единственном числе] выполняют заданные им трудовые нормы, по окончании работ выстраиваются стройными рядами по 5 в ряду и следуют в таком порядке в лагерь.
5) Обед с 17 до 19 часов, во время обеда з/к. з/к. соблюдают полный порядок очереди за получением такового на кухне поротно отнюдь не допуская сутолоки, толкотни, ругани.
6) Вечер пункта с 19 до 22 ч., который представляется для работы КВЧ.
7) Отбой на сон в 22 часа 5 мин. После отбоя приостанавливается всякое движение по лагерю з/к. з/к за исключением выхода для отправления естественных надобностей. З/к.з/к должны быть всегда раздеты и спать не допуская переговоров с соседями. Верхняя одежда должна быть опрятно сложена.
Начальнику лагпункта определить запретную зону хождения з/к. з/к., каковую воспретить особенно в ночное время; одновременно разъяснить всем з/к. з/к., что при появлении в ночное время з/к. з/к. на линии огня за запретной зоной будут рассматриваться как попытка совершить побег, а поэтому часовые стоящие на постах будут применять оружие без предупреждения.
8) Разжигание костров после отбоя не разрешается».

Вторым параграфом того же приказа зачислялись «в списки и все виды довольствия согласно списка» заключенные, прибывшие из следующих лагерей ОГПУ: Белбалтлага — 12 человек (прибыли с 8 октября), Свирлага — 144 человека (с 5 октября), Темлага — 1 (с 5 октября), Балахнинского ИТЛ — 5 человек (с 5 октября). Параграф третий предписывал пятерых «скрывшихся заключенных из ДИТЛАГа ОГПУ … исключить из списков лагеря и всех видов довольствия… , а унесенное обмундирование согласно арматурного списка — списать».
13 октября приказом Дмитлага № 12 прибывшие из других лагерей заключенные — из «Белбалтлага в количестве 1 человека и Вишлага в количестве 26 человек» — зачислялись с 9 октября «на все виды довольствия», а об одном из пяти вышеупомянутых беглецов говорилось следующее: «Задержанного з/к Гурьева Алексея полагать налицо и зачислить на все виды довольствия с 9 октября».
В этом же приказе назван, похоже, один из первых вышедших на свободу строителей канала: «Освобожденного по отбытии наказания з/к Борисова Н. И. исключить из списков и всех видов довольствия с 6 октября 1932 года, а выданное обмундирование — согласно армсписка».
13 октября приказом ОГПУ № 965с «О передаче учета личного состава Дмитровского лагеря в ПП ОГПУ МО» «в развитие приказа ОГПУ за № 889с комплектование и учет личного состава» Дмитлага возлагались на «Полномочное Представительство ОГПУ Московской области».
15 октября приказом № 11 по «Строительству канала Волга—Москва-река» и Управлению Дмитровского ИТЛ ОГПУ «в целях экономии средств и устранения параллелизма» аппараты Управления строительства и Дмитлага сливались «по следующим видам работы» (этим же приказом назначались некоторые их начальники):
— Объединенный Финансовый отдел (начальник Финотдела лагеря и зам. нач. Финотдела Строительства — А. Р. Дорфман);
— Объединенный Обще-административный отдел (врид начальника — А. Р. Дорфман по совместительству; заместитель начальника — И. Б. Явиц по совместительству);
— Объединенное Дмитровское прорабство;
— Объединенный Транспортный отдел;
— Объединенный Отдел связи;
— Объединенный Отдел общего снабжения (начальник — «тов. Филиппов»);
— Объединенный Отдел технического снабжения (врид начальника — «тов. Першин по совместительству»);
— Объединенный Отдел рабочего снабжения «ЗРК»;
— Объединенный Санитарный отдел;
— Объединенный Культурно-воспитательный отдел;
— Объединенный Лесной отдел;
— Объединенный Отдел Подсобных производственных и хозяйственных предприятий.
«Все виды производства по Строительству как в лагере, так и в Москаналстрое» объединялись теперь в ведении Отдела начальника работ; сектор кадров Строительства упразднялся, его функции отходили к Бюро по найму рабочей силы и техперсонала (начальник — Морозов) Обще-административного отдела; взамен расформированного сектора экономики труда создавалось Бюро по техническому нормированию при Отделе начальника работ.
25 октября приказом по Дмитлагу № 23 начальником Культурно-воспитательного отдела (КВО) был назначен С. И. Ауэрбах (упоминавшийся в этой должности уже в начале месяца).
25 же октября «железный зампред» (формулировка лагерного журнала «На штурм трассы») Ягода подписал приказ ОГПУ № 995с «О мероприятиях со стороны ПП ОГПУ, Транспортных органов ОГПУ и Управлений РКМ [Рабоче-Крестьянской милиции] по борьбе с побегами из Дмитровского лагеря ОГПУ»:

«Строительство канала Волга -Москва возложено на ОГПУ и осуществляется вновь организованным Дмитровским лагерем ОГПУ.
Особые условия работы Дмитровского лагеря ОГПУ, несколько десятков тысяч заключенных которого работают в непосредственной близости от Москвы, ставят особенно остро вопросы агентурно-оперативного обслуживания заключенных и требуют от всех органов ОГПУ и РКМ всемерного содействия Дмитровскому лагерю в этом отношении.
Перед ПП ОГПУ МО и ГУЛАГ ОГПУ мною поставлена задача полностью ликвидировать побеги из Дмитровского лагеря.
В этой работе особенно важно четкое содействие всех органов ОГПУ, как территориальных, так и транспортных, и органов милиции. Приказываю:
Всем ПП ОГПУ, всем транспортным органам ОГПУ и всем органам РК милиции задания ГУЛАГ ОГПУ, Дмитровского лагеря ОГПУ и ПП ОГПУ МО в отношении запросов, установок, обысков, арестов, засад и т. д., касающиеся беглецов из Дмитровского лагеря — исполнять в 24 часа и немедленно сообщать результаты по заданию.
Начальнику ГУЛАГ ОГПУ и ПП ОГПУ МО докладывать мне об эффективности мероприятий органов ОГПУ и РКМ по данному вопросу».

28 октября в очередном, за № 1652/342, постановлении СНК СССР «О строительстве канала Волга—Москва» было записано: «1. Не возражать против использования рабочих и технических сил Беломорстроя для строительства канала Волга—Москва и Истринской плотины, возложив на ОГПУ организацию и руководство этим делом. 2. Строительство окончить к августу 1934 года».
31 октября приказом ОГПУ № 1005 назначался «руководящий состав по строительству канала «Волга-Москва»»:
— начальник Строительства канала — Л. И. Коган по совместительству с должностью начальника Беломорстроя;
— заместитель начальника Строительства — Я. Д. Рапопорт по совместительству с должностями зам. нач. ГУЛАГа и зам. нач. Беломорстроя;
— помощник начальника Строительства — Н. А. Френкель по совместительству с должностью начальника работ Беломорстроя (фактически это назначение осталось на бумаге);
— начальник Финодела Строительства — Л. И. Берензон по совместительству с должностью начальника Финотдела ОГПУ;
— главный инженер Строительства — А. И. Фидман;
— зам. главного инженера Строительства — С. Я. Жук по совместительству с должностью зам. главного инженера Беломорстроя;
— зам. главного инженера Строительства — Н. Ф. Шапошников.
4 ноября В.Д. Журин (недавний беломорский з/к) сменил во главе Проектного отдела МКС А. Н. Комаровского.
7 ноября появился приуроченный к «пятнадцатилетнему юбилею существования Советской власти» приказ по Строительству канала и Управлению Дмитлага № 34, призвавший «за полтора года соединить между собою каналом реку Волга с Москвой рекой, дать пролетарской столице воду и пропустить большие волжские пароходы в СЕРДЦЕ СОВЕТСКОГО СОЮЗА, В МОСКВУ. Сегодня, в день, когда КАНАЛОАРМЕЙЦЫ «БЕЛМОРСТРОЯ» сдают стране законченный в основном «БЕЛМОРСТРОЙ», заключенные Дмитровского лагеря ОГПУ должны объявить себя «КАНАЛОАРМЕЙЦАМИ» нового водного пути «Волга-Москва» река… Вы должны все как один вступить в ударные, штурмовые колонны КАНАЛОАРМЕЙЦЕВ ДМИТЛАГа ОГПУ и под победными знаменами «Белморстроя» стать незнающей поражений армией канала «Волга-Москва»». Приказ подписали начальник строительства канала Л. И. Коган и начальник Дмитлага А. Е Сорокин.
25 ноября приказом по Дмитлагу № 55 предписывалось, «в соответствии с приказом ОГПУ № 993/С, от 23/XI-с.г., и Циркуляром ГУЛАГ ОГПУ № 565430, от 10/XI-32 года — Информационно-Следственный Отдел и Части Военизированной Охраны ДМИТЛАГа ОГПУ — СЛИТЬ и в дальнейшем именовать «ТРЕТЬИМ ОТДЕЛОМ»»; начальнику Военизированной охраны по совместительству присваивалась должность помощника начальника 3 отдела по ВОХР; начальники информационно-следственных частей отделений Дмитлага переименовывались в оперативных уполномоченных 3 отдела; командиры подразделений ВОХР в отделениях и лагпунктах становились по совместительству уполномоченными 3 отдела по борьбе с побегами и в оперативном отношении подчинялись оперуполномоченным 3-их отделов отделений и лагпунктов (л/п) Дмитлага.
2 декабря появился приказ начальника Дмитлага № 62, скрепленный еще и подписью начальника Обще-административного отдела Бовшовера:

«Наблюдаются случаи невыхода на работу з/к. з/к. по мотивам раздетости, в то время как обмундированием и обувью Отделения и л/п снабжены в достаточном количестве.
При расследовании случая невыхода на работу 6 человек з/к. з/к. … , якобы по причине отсутствия обуви, оказалось что ботинки у этих з/к. з/к. были запрятаны под постельные принадлежности.
Такого рода действия отношу за счет халатности со стороны старостата и УРЧ [Учетно-распределительной части].
Во избежание повторения такого рода ненормальных явлений ПРИКАЗЫВАЮ:
1. Старостату доносить в письменной форме Хозчасти накануне вечером о наличии з/к. з/к., кои по раздетости не могут выйти на работу.
2. Хозчасти немедленно проверять сведения старостата и в случаях действительной необходимости в выдаче обмундирования, обуви или починки таковых удовлетворять без замедления.
3. В случаях, если по арматурным книжкам обмундирование и обувь числятся выданными з/к. и таковые промотаны, составлять акты в 3-х экз., из коих один передавать в ИСО [Информационно-следственный отдел, к тому времени уже ставший 3 отделом], второй — в Комиссию по списанию и третий остается в делах л./п.

Обмундирование и обувь промотчикам выдаются второго срока.
4. Все случаи не выхода на работу з/к. з/к. по нераспорядительности начальников л/п., УРЧ и Хозчастей — Финотделу простой рабсилы относить за счет лиц персонально виновных в этом».

20 декабря приказом по Дмитлагу № 79 «в ознаменование 15-й Годовщины Органов ВЧК-ОГПУ 20-го Декабря с. г.» досрочно освобождались все содержащиеся в лагерном изоляторе (ИЗО) «за проступки и правонарушения…, кроме следственных».
25 декабря приказом по Дмитлагу № 83 объявлялось, что с 1 января 1933 года Дмитровская районная типография Мосполиграфа «передается по Договору» Дмитлагу; заведующим типографией назначался А. М. Шкурин. Здесь стали печататься лагерный журнал «На штурм трассы» (с цветными иллюстрациями), газета «Перековка» и книжные приложения к ней (не менее 50 книг, многие из которых не сохранились даже в единственном экземпляре).
29 декабря первым параграфом приказа по Управлению строительства № 112 бывшему начальнику Х участка МКС инженеру И. В. Марченко объявлялся строгий выговор за «ничем не оправдываемый расход по изготовлению шести именных альбомов фотографий работ, производящихся на Х участке»; его проступок оценивался «как пережиток угодничества начальству», а с Марченко взималась «стоимость взятого им альбома, остальные альбомы взять на инвентаризационный учет МКС»; вторым же параграфом пом. нач. Дмитровского лагпункта по ПТЧ (производственнотехнической части) Марченко «с сего числа» увольнялся со службы «как не соответствующий своему назначению, а кроме того и как привлекающийся к судебной ответственности» по «гражданскому иску по уплате задолженности Строительству». Помимо начальника Строительства Когана, приказ скрепил подписью врид начальника Обще-административного отдела Синявский.

ПРИКАЗОМ ОГПУ № 071 от 11 февраля 1933 года новым начальником Дмитлага (и одновременно заместителем начальника Строительства с сохранением должности заместителя начальника ГУЛАГа) стал Я. Д. Рапопорт. Сдавший ему дела А. Е. Сорокин вернулся на свою прежнюю должность начальника 5 отделения ГУЛАГа. Тогда же должность заместителя начальника Дмитлага занял В. Т. Радецкий, прежде руководивший погранохраной в ПП ОГПУ по Северо-Кавказскому краю.
Приказ по Строительству канала и управлению лагеря № 19 от 17 февраля посвящен «бережному отношению» к «конскому составу» и в числе прочего требует «принять немедленные и решительные меры к прекращению рекордсменства возчиков (особенно на лесозаготовках), делающих на своих лошадях 200 и более процентов положенных дневных норм при выматывании лошадей. Возчику не трудно ставить рекорды на спине лошади, когда он сам в этом принимает весьма малое участие и когда лошадь, как правило, после этих рекордов выходит из строя надолго или навсегда». Приказ подписан начальником строительства Коганом и зам. начальника УДМИТЛАГа ОГПУ В. Т. Радецким и разослан, согласно рукописной помете, начальникам всех отделений и лагпунктов Дмитлага, начальникам Транспортного и Лесного отделов строительства, а также в редакцию газеты «Перековка», в центральный аппарата ГУЛАГа, в Отдел кадров ПП ОГПУ по МО» и персонально — сотруднику ПП ОГПУ по МО А. С. Славатинскому (см. о нем подробнее: «Свободная мысль», 1998, № 8, стр. 114). Некогда возглавлявший «литераторское» подразделение Секретного отдела ОГПУ, Славатинский с 1931 года был переведен из Центрального аппарата в ПП по Москве. Копии важнейших дмитлаговских приказов направлялись Славатинскому как минимум до конца мая 1933-го.
Тем же получателям был разослан приказ по Дмитлагу № 45 от 28 февраля об организации «при КВО Управления ДИТЛ» особой Комиссии связи, в задачи которой входили: «а) установление письменной связи со всеми освобождающимися заключенными; б) оказание помощи всем освобождающимся». Председателем Комиссии назначался начальник КВО С. И. Ауэрбах, членами — секретарь ЦАК (Центральной аттестационной комиссии лагеря) Прокопюк и представитель лагерного парткома инспектор КВО Нестеров. Всем отделениям Дмитлага предписывалось «широко оповестить об этом лагерников через КВЧ [культурно-воспитательные части] и работников ее на местах и разъяснить освобождающимся из заключения, особенно освобождающимся женщинам, что во всех случаях, когда они встретят затруднения на местах по приискании себе работы, им надлежит немедленно обращаться за помощью и содействием в Комиссию Связи при КВО Управления». В приложенной к приказу «Инструкции о Комиссиях Связи лагерей О.Г.П.У.» уточнялось, что речь идет об «организации письменной связи с освобождающимися социально-близкими заключенными», а «письма, представляющие интерес с точки зрения воспитательного значения», предложено «передавать для широкого использования через культвоспитаппарат среди заключенных, как наглядный агитационный материал, долженствующий воздействовать на трудно-исправляющихся заключенных, при условии правильного доведения этого материала до сознания каждого из них».
25 февраля приказом по ДИТЛ № 42 капельмейстер Управления Дмитлага Макс Авельевич Кюсс (автор знаменитого вальса «Амурские волны») назначался с 1 марта «на должность стрелка ВОХР с исполнением обязанностей капельмейстера» (саму должность капельмейстера, видимо, сочли излишней).
1 марта совместным приказом МКС и ДИТЛ № 24 «несвоевременная выплата премвознаграждений з/к» расценивалась «как срыв системы поощрения добросовестно работающих лагерников и проводимых мероприятий по повышению производительности труда с привлечением к персональной ответственности начальников отделений, начальников производственно-технических частей и начальников финансовых частей».
2 марта за подписями Когана и зам. начальника Управления Дмитлага Радецкого был выпущен приказ № 25 по Строительству и лагерю:

«Система Исправительно-Трудовых Лагерей ОГПУ дает возможность людям, совершившим преступления против Советской власти, исправиться и вернуться в семью трудящихся.
Исправительно-трудовая практика лагерей ОГПУ основана, в первую очередь, на трудовых процессах и на самодеятельности заключенных, только поэтому в лагерях ОГПУ практикуется и поощряется допущение заключенных на хозяйственные и даже административные должности.
Люди, стремящиеся к исправлению, этим дорожат. Учатся работать честно и самоотверженно, берегут государственную копейку, государственное имущество.
К доверенному им имуществу они относятся, как подобает относиться К СВЯЩЕННОЙ ОБЩЕСТВЕННОЙ СОБСТВЕННОСТИ.
Но есть заключенные, которые не хотят исправляться, есть негодяи, преступники, которые не хотят стать честными людьми.
Они в лагерях продолжают быть врагами Советской Власти, борются с ней и расхищают общественную собственность.
Заключенные: БЕЗФАМИЛЬНЫЙ, Иван Васильевич,
ПОЛЯКОВ, Владимир Иванович,
ТРОФИМОВ, Семен Никитич,
СТОКЛИЦКИЙ, Зундель Израилевич,
использовав свое служебное положение, занялись кражами, самоснабжением, за что Коллегией ОГПУ приговорены сроком на 10 лет каждый, с отбытием наказания на Соловецком острове.
В/наемный гражданин гор. Дмитрова МИРОНОВ, Николай Емельянович за связь с заключенными, выразившейся [так] в пособничестве, путем продажи краденных продуктов выше указанными заключенными, Коллегией ОГПУ приговорен к 10-ти годам Исправительно-Трудовых лагерей.
Объявляя настоящее постановление Коллегии ОГПУ, ПРЕДУПРЕЖДАЮ, что мера соц. защиты по отношению к вышеперечисленным расхитителям является мерой, предостерегающей всех остальных работников Дмитровских лагерей, и если это предостережение не даст реальных результатов, то впредь за хищения будут применяться самые суровые меры, вплоть до применения высшей меры наказания — расстрела.
Настоящий приказ прочесть всему лагнаселению, а КВЧ через воспитателей проработать на очередных беседах с лагерниками».

К началу марта относится и приказ, подписанный, но не получивший номера, об организации ««Музея Строительства Волга—Москва» для всестороннего освещения экспонатами: а) общего значения Строительства, б) истории его, в) условий и обстановки, в которых оно протекает, г) техники производства изыскательных, проектировочных и строительных работ, д) работы по трудовому перевоспитанию заключенных. Для всестороннего использования опыта строительства Беломорско-Балтийского Водного Пути положить в основу организуемого Музея экспонаты б. «Музея Строительства Б.Б.В.П.»». Начальникам отделов Строительства и лагеря: Изыскательно-топографического, Гидрологического, Геологического, Проектного, Производственно, Механизации, Планово-экономического, КВО и Гидротехнической лаборатории, — предписывалось принять меры к обеспечению организуемого музея экспонатами. Согласно временному штату музея, подчиняемого начальнику Строительства, директором его назначался инженер Е. Е. Скорняков «в порядке совместительства с его должностью Нач. Модельно-Макетной мастерской», смотрителем — з/к Р. В. Волощак.
7 марта последовал приказ за подписью Радецкого: «В ознаменование Международного Женского Дня — дня работницы и крестьянки, получивших в Стране Советов возможность со всем рабочим классом и колхозным крестьянством строить социализм, — …в день 8 марта для всех женщин работу окончить на два часа раньше; Отделу снабжения дать на места указания об улучшении пищи в этот день для женщин».
13 марта приказом МКС и ДИТЛ № 36 был утвержден порядок подачи в ГУЛАГ заявок на рабсилу, согласно которому ПЭО (производственно-экономический отдел) при НСТР (начальнике Строительства) к 10 числу каждого месяца должен устанавливать «размеры потребной рабсилы на предстоящий месяц и размеры необходимых пополнений», а сама подача заявок в ГУЛАГ ведется через УРО (учетно-распределительный отдел).
25 марта приказом МКС № 40 стрелок ВОХР М. А. Кюсс назначался и.о. капельмейстера музкоманды Дмитлага.
1 апреля был издан приказ по Управлению лагеря за № 70 по итогам проверки 1 лагпункта 7 отделения Дмитлага:

«Обследованием лагпункта установлено, что жилищно-бытовые условия заключенных по-прежнему остаются неудовлетворительными и этому вопросу не уделялось должного внимания ни со стороны Начальника Лагпункта тов. БУГАШЕР, ни со стороны остальной лагадминистрации.
В бараках грязь, большая скученность; бараки не дооборудованы — вместо нар положены доски разной величины без всякой пригонки. Полы моются очень редко, нары грязные.
Ударным бригадам не созданы более лучшие жил-бытовые условия и размещены в таких же грязных и недооборудованных бараках.
Приготовление пищи скверное — на кухне наблюдается сплошное воровство продуктов, покрываемое тем, что при достаточной емкости кухни, пища изготовляется в два приема, при чем мясо варится отдельно, в котлах, впоследствии происходит смешивание супа, мясо выдается не порциями, а крешенкой; кроме того, в одном из котлов обнаружено приготовление особого блюда (холодца), очевидно, исключительно для лагадминистрации и поваров из продуктов, отпущенных на котловое довольствие з/к з/к. …
Во дворе Лагпункта грязь, мусор и человеческие испражнения. Слабосильные лагерники, освобожденные от тяжелых работ, не используются для очистки территории лагпункта от мусора и грязи.
Такое положение не может быть терпимо в дальнейшем.
ПРИКАЗЫВАЮ:
1. Начальника 1-го Лагпункта тов. БУГАШЕР с работы снять и предать Суду Коллегии ОГПУ.
2. Завхоза з/к ИВАНОВА за халатность и попустительство арестовать на 15 суток с исполнением обязанностей.
3. Заведывающего кухней и всю обслугу кухни снять и направить на общие работы, заменив их заключенными женщинами.
4. По делу о хищении продуктов питания на кухне и в каптерке произвести расследование и, в случае установления фактов злоупотреблений со стороны кого бы то ни было, виновных арестовать и предать Суду Коллегии ОГПУ …
7. Начальнику Отдела снабжения усилить надзор и проверку за кухнями, беспощадно привлекая к ответственности за малейшие упущения и хищения.
Суповое мясо выдавать рабочим обязательно порциями. Указать Отделениям и Л/П, какой % может быть отхода, на увар и кости, для определения веса порций. Вес порции лицам, проверяющим кухню, взвешивать и, при обнаружении недовеса, привлекать к ответственности Зав. Хоз., Зав. кухней, ст. повара и дежурного по кухне.

ПОМ. НАЧАЛЬНИКА УПРАВЛЕНИЯ
ДМИТЛАГа ОГПУ (К. И. Вейс)».

Как мы видели (см. «Свободная мысль», 1998, № 7, стр. 123), в 1926 году комендант ОГПУ К. И. Вейс был осужден «на 10 лет со строгой изоляцией» и действительно начал отбывать свой срок. Однако уже 18 октября 1929-го его назначили начальником 3 отдела УСЛОН, с 10 июня 1930-го Вейс руководил 5 отделением Соловецкого лагеря, с 11 сентября 1931-го — служил помощником начальника Свирлага по производственной работе и, наконец, 11 февраля 1933-го К. И. Вейс был назначен помощником начальника Дмитлага.
31 марта лагерная газета «Перековка» разъяснила, что Истринское водохранилище строится «в помощь московскому водопроводу», чтобы «регулировать сток воды из бассейна реки Истра в Москву-реку».
1 апреля 3 отдел Дмитлага возглавил В. А. Барабанов (до этого зам. начальника Управления войск ОГПУ Московской области).
3 апреля 1933 года приказом по лагерю № 72 регламентировался «Порядок предоставления свиданий», согласно которому «свидание заключенным [так] с родственниками является высшей формой поощрения лагерника за безукоризненное и примерное поведение и хорошую, добросовестную работу», предоставляется «только тем заключенным, которые… зарекомендовали себя исключительно добросовестными работниками-ударниками», и «дает право совместного проживания с семьей или родственниками на частной квартире или в специально отведенном помещении «Дома для приезжающих»».
5 апреля в «Перековке» появилось объявление: «Литературных работников газет и журналов, работавших в периодических изданиях, просим сообщить о себе через КВЧ в КВО редакции «Перековка»».
13 апреля приказом по Строительству № 50 в целях устранения его «различных наименований» объявлялись его официальные названия: полное — «Строительство канала Москва—Волга», сокращенное — «Москва—Волгострой», в связи с чем все прежние печати и штампы объявлялись недействительными, а Обще-административному отделу Дмитлага предписывалось «своевременно обеспечить Отделениям замену печатей, штампов, бланков и пр.» Тем самым уже фактически вышедшую из обращения аббревиатуру «МКС» сменила новая — «МВС», которая продержалась до самого окончания строительства канала.
Машинописный приказ по МВС и лагерю за № 50 от 15 апреля, подписанный Коганом и Радецким, гласил:

«Отдельные слова уголовного жаргона в лагерях начинают принимать права гражданства. Такие слова как «туфта», «блат», «филон» и т. п. становятся словами общеупотребительными, не изгоняемыми даже из официальной переписки, докладов, и т. д.
Засорение языка словами взятыми из жаргона уголовного элемента представляет громадную опасность, которой к сожалению не понимают даже ответственные работники строительства и лагеря. Они не понимают, что введение в практику таких слов, как «туфта», «блат» и т. п. является следствием того, что явления ими определяемые стали обычными.
Самые отвратительные виды вредительства, борьба с которыми всеми мерами должна была бы вестись не только чекистами, но и всеми добросовестными лагерниками, из-за того, что эти виды вредительства квалифицируются новыми не мобилизующими внимания словами, не стали предметом немедленного пресечения их.
Нет никакого сомнения, что при Правильной квалификации явлений, при квалификации, например, «туфта» как «очковтирательство», «дача заведомо ложных сведений» и т. п., «блата» — как «взятка», «использование служебного положения» и т. п., на них сразу же было бы обращено необходимое внимание и были бы приняты соответствующие меры воздействия как административного, так и общественного.
…Предлагаю по линии КВО провести кампанию за изгнание из лагерного лексикона в первую очередь слов «туфта» и «блат».
Лагерникам должны быть разъяснены причины этого. Должно быть внушено, что одним допущением этих слов они занимаются укрывательством ряда вредительских актов, со всеми вытекающими отсюда последствиями. Ответственные работники должны иметь в виду, что если указанное требуется от рядового лагерного работника, это тем более относится к ним. Они должны понять что изгнание указанных слов из обихода является необходимым для того, чтобы сами явления ими определяемые не могли бы в лагере иметь место.
В частности, не оправданную разницу, которая будет получаться между ежедневными оперативными данными по земляным работам и данными контрольных инструментальных обмеров, в дальнейшем надлежит квалифицировать как заведомо ложные сведения».

28 апреля на основании приказа по лагерю за № 104 С. И. Ауэрбах сдал дела КВО новому начальнику этого отдела Н. В. Михайлову (прежде председателю профкома Центрального аппарата ОГПУ).
Ко дню «международного пролетарского праздника» 1 мая предполагалось досрочно освободить всех наказанных в дисциплинарном порядке на срок до 20 суток заключенных, «в/н» (вольнонаемных) и работников ВОХР. Однако в процессе редактирования соответствующего документа упоминание «в/н», ВОХР и гауптвахты для них было вычеркнуто: мини-амнистия коснулась лишь заключенных.
6 мая приказом по МВС и лагерю за № 64 всем, кроме «специально на это уполномоченных лиц», категорически запрещалось «фотографирование трассы канала, мест сооружений, сооружений, производимых работ всех видов, поселков и лиц из числа лагерного населения… У лиц, нарушивших указанные правила, фотоаппараты будут отбираться и виновные будут увольняться с работы» (такая практика на трассе канала намного пережила Дмитлаг и продержалась до середины 1980-х).
10 мая приказом по лагерю № 116 объявлялось о наказаниях провинившимся заключенным. В частности, зав. шорным складом Дмитровского лагпункта И. И. Беспрозванного «за нарушения положения о Исправительно-Трудовых Лагерях, выразившиеся в нелегальном свидании с женой в течение месяца и помещении ребенка в барак заключенных» предписывалось «заключить в штрафизолятор сроком на 6-ть месяцев»; начальника Лагпункта 70 километра Пономарева «за организацию неоднократных пьянок заключенных» — «перевести в штрафной Л/П сроком на 3 месяца.., с использованием на общих работах»; шофера Автобазы з/к Кинько «за дебош в пьяном виде, неподчинение стрелку и удар стрелка по лицу» — «подвергнуть содержанию в штрафлагпунте сроком на 4 месяца с использованием исключительно на тяжелых работах», и т. п.
16 мая датирован подшитый к делам Дмитлага приказ ГУЛАГа № 50 «О запрещении использования на административной и культурно-воспитательной работе заключенных, осужденных за к.-р. преступления». Как показало обследование ряда лагерей, «указанный контингент» занимал в них должности начальников и помощников начальников лагпунктов, работал в аппаратах аттестационных комиссий и т. п. Впредь категорически запрещалось допускать политзаключенных «на какую бы то ни было работу в 3-их отделах Управлений лагерей и их филиалов», на административные должности выше начальника командировок, «на работу по линии связи в качестве радистов и телеграфистов», «в УРО выше должности нарядчика» и т. д.
18 мая новый начальник Дмитлага Я. Д. Рапопорт подписал приказ по лагерю № 127. «При личном ознакомлении с состоянием подлагпункта 69 километра отдельного Дмитровского лагпункта» он обнаружил «антисанитарное состояние лагеря» и «безобразное содержание оружия во 2-м взводе 3-й команды ВОХР». В частности, тех «стрелков из з/к.., у коих в стволах винтовок была обнаружена грязь и ржавчина», равно как и вольнонаемного стрелка ВОХР — «за отдачу мне рапорта будучи одетым не по форме и за недисциплинированность», — предписывалось арестовать каждого на пять суток с содержанием на гауптвахте.
Аналогичный по содержанию приказ № 129 появился под впечатлением «личного ознакомления» Я. Д. Рапопорта «с состоянием Фоминского 1-го лагпункта 7 Отделения» Дмитлага.
20 мая приказом № 133 «в целях активной борьбы с внутрилагерной преступностью, изоляции отрицательного и разложившегося элемента и заключенных, склонных к побегу, 2-й Лагпункт 3-го Отделения (Полуденная Сторожка)» реорганизовывался в Отдельный Лагерный Пункт усиленного режима со штрафизолятором (ШИЗО) в его составе. Приложенное к приказу Положение об этом лагпункте подписал начальник 3 отдела Дмитлага В. А. Барабанов.
22 мая приказом № 141 предписывалось «сконцентрировать нацменов, в особенности восточных национальностей, в отдельные бригады, коллективы, артели и лагпункты», обеспечив их национальной литературой, особыми котлами на кухнях (подразумевалось, — чтобы готовить пищу для мусульман) и т. п.; отмечалось, что «население лагеря имеет в своем составе большое число украинцев, …различных народностей Северного Кавказа и народностей Востока. Так, например,: 3-е и 8-е отделения почти полностью укомплектованы украинцами, 13-е отделение имеет большой состав татар и башкир и т. д. Почти все отделения достаточно не учитывают этого… Со стороны несознательных лагерников наблюдались и имели место случаи проявления «великодержавного российского» шовинизма (в марте месяце на 69 километре Дмитровского пункта)».
30 мая приказом № 165 трехмесячному заключению в штрафизолятор подвергались 16 заключенных, «замеченных в саботаже и симуляции на производстве», а именно в членовредительстве путем создания себе «искусственных заболеваний путем употребления соли, овса, сырого кофе и разных отбросов, уксусной эссенции и других растравляющих и вредно действующих на организм веществ, вызывая тем самым злокачественные опухоли и отеки конечностей».
8 июня приказом МВС и лагеря № 79 было объявлено:

«Разведывательными работами научной экспедиции государственной Академии истории Материальной Культуры были выявлены в зоне Строительства памятники исторического прошлого (остатки древних поселений, городищ, курганов, могильников и пр.).
Т. к. памятники эти имеют большое научное значение, предлагаю:
О всех случаях обнаружения при изыскательных и строительных работах каких-либо памятников древности, а так же о случайных находках древних предметов (изделий из камня, кости, рога, железа, бронзы, серебра, обломков глиняной посуды и пр.) немедленно сообщать Музею Строительства в Дмитрове, или представителям ГАИМК на местах.
Заведующему Музеем Строительства по получении сведений о находках археологического характера немедленно совместно с представителями ГАИМК выяснять, какие из найденных предметов должны быть помещены в Музее Строительства, и какие следует передать в другие специальные Музеи и хранилища для изучения.
Придавая значение обогащению Музея экспонатами археологического характера, имеющими лишь косвенное отношение к задачам Москва-Волгострой, настоящим напоминаю начальникам отделов Строительства о необходимости скорейшего пополнения Музея экспонатами, иллюстрирующими современный ход и достижения Строительства Москва-Волгострой по линии каждого отдела».

14 июня приказом по МВС и лагерю № 83 «каналоармейцы» оповещались о том, что «двести двадцать семь километров скал, лесов и болот Карелии, миллионы лет лежавших непреодолимой преградой между двумя морями — Балтийским и Белым — взорваны вашим энтузиазмом… Каналоармейцы Москва-Волгостроя, ценя доверие власти, расположившей Дмитровский лагерь около пролетарской столицы — Москвы, следя за сказочными успехами своих товарищей беломорцев, приступили к строительству канала, призванного соединить две великих реки — Москву и Волгу… В помощь мосволгостроевцам в их трудном деле уже подходят эшелоны краснознаменных белморстроевцев… Заставим Волгу течь мимо Кремля!»
8 июля Л. И. Коган написал изданное в трех тысячах экземпляров открытое «Письмо начальника строительства каналоармейцам», где призвал «вынуть и уложить в насыпи до 100 миллионов кубических метров земли. На Белморстрое таких работ было 20 миллионов кубометров. Значит здесь этой работы больше чем на Белморстрое в 5 раз. Срок данный нам для окончания всего канала хоть и достаточный, но терять из него хотя бы один день нельзя. Нельзя терять потому, что большевистские сроки устанавливаются без всяких запасов, большевистские сроки рассчитаны на ударников, а не ротозеев. Большевики делают все скоро, большевики стремятся скорей построить социализм. Москва-Волгастрой это тоже социализм. Сейчас июль, лучший летний месяц. На Белморстрое каналоармейцы достигли в июле самых высших производственных показателей. Того же самого мы обязаны добиться на Москва-Волгострое… сообщаю Вам сколько Вы должны сделать земляных работ в месяц и делать в один день… Вот читайте внимательно:»

9 июля приказанием № 22 по ОАО (Обще-административному отделу) Дмитлага организовывался «архив с разбивкой на лагерь и строительство, аналогичный с заведенным в ГУЛАГе: архив лагерный со дня основания лагеря; архив по строительству со дня перехода в распоряжение ОГПУ».
5 августа приказом по лагерю № 270 объявлялась директива ГУЛАГа о борьбе с уголовным жаргоном от 2 июля, осуждающая тенденцию внедрения уголовного жаргона «в разговорный обиход вольнонаемных и даже чекистского персонала, вплоть до использования в лагерной печати, многотиражных и особенно стенных газетах» в репертуаре агитбригад. На основании этой директивы в Дмитлаге в очередной раз воспрещалось использование «преступного жаргона, являющегося пережитком социально-бытовой искалеченности, мешающей и задерживающей коренную перековку человека».
20 августа за подписью зам. начальника Управления Дмитлага В. Т. Радецкого появился приказ по лагерю № 291:

«Н-к 3 части 3 Отделения КРАШЕНИННИКОВ в присутствии и активном участии Уполномоченного той же части ГОЛИКОВА, Пом. Нач. 2 л/п. 3 Отделения МИДЬ, напившись пьяными избили з/к. з/к., инсценировали расстрел последних, произвели кулачную расправу со всеми, кто «не так» им отвечал. КРАШЕНИННИКОВ за время работы систематически пил, делом не руководил.
Коллегией ОГПУ КРАШЕНИННИКОВ осужден на 5 лет Испр.-Труд. Лагерей, ГОЛИКОВ и МИДЬ — по три года каждый.
Уполномоченные 3 части 8 Отделения Лагеря ДАЕН и МАРТЫНОВ в течение длительного времени использовали свое служебное положение в личных целях, понуждали з/к. з/к. женщин к половой связи, всем имевшим с ними связь предоставляли незаконные льготы, систематически пили вместе с заключенными.
Коллегией ОГПУ ДАЕН и МАРТЫНОВ осуждены на 5 лет Испр.-Труд. Лагерей каждый.
Приказ объявить под расписку всем работникам Третьих Частей, всем лицам в/н лаг. администрации».

Приказом ОГПУ № 140 от 23 августа Я. Д. Рапопорт освобождался с 11 августа от руководства Дмитлагом в связи с назначением начальником Беломорско-Балтийского комбината; врио начальника Дмитлага с 11 августа был В. Т. Радецкий.

НОВЫМ НАЧАЛЬНИКОМ Дмитлага и одновременно заместителем начальника МВС «с оставлением заместителем начальника ГУЛАГа» приказом ОГПУ № 0107 от 23 сентября 1933 года стал С. Г. Фирин. Под его руководством Дмитлаг будет работать практически до сдачи готового канала; а когда канал был пущен в эксплуатацию, Фирина (арестованного 28 апреля 1937-го) расстреляют.
В книге «Беломоро-Балтийский канал имени Сталина» описана достойная приключенческого романа история Фирина, выполнявшего в неких странах Востока не то партийные поручения, не то задания военной разведки и попавшего там в тюрьму, откуда ему удалось бежать. Вернувшись в Москву, Фирин поначалу был взят на работу в Центральный аппарат ОГПУ (см. подробнее «Свободная мысль», 1998, № 7, стр. 108—109). Однако его зарубежные перипетии, видимо, продолжали вызывать подозрения (хотя в справке о реабилитации лаконично отмечено: «Работа Фирина в Главном разведывательном управлении [Генштаба] оценивается высоко») и в итоге Фирин был назначен в ГУЛАГ и вскоре поставлен во главе Дмитлага. Хотя и оперработники и гулаговцы служили в одном ведомстве, и тех и других называли чекистами, в действительности уже с конца 1920-х складывались две различные касты, причем в систему ГУЛАГа оперативники попадали легко, зато их возвращение обратно в территориальные органы ОГПУ—НКВД, не говоря уже о Центральном аппарате, было весьма проблематичным.
Важнейшую причину такого положения можно условно назвать географической, и вытекала она из главной задачи ГУЛАГа — колонизации малонаселенных и экономически неразвитых районов. Не было больших проблем с отправкой туда заключенных, но как заставить чекистов сменить относительно комфортные условия и послать их в удаленные точки Союза? Первоначально руководство ОГПУ делало ставку на романтический энтузиазм, подкрепив его и некоторыми материальными стимулами. Как мы помним, приказ ОГПУ № 131 от 25 апреля 1930-го объявил запись добровольцев-чекистов на руководящую работу во вновь организующихся лагерях: «…На ОГПУ возложена задача развития хозяйственной жизни наименее доступных, наиболее трудно освояемых и вместе с тем обладающих огромными естественными богатствами окраин нашего союза, путем использования труда изолируемых социально опасных элементов, колонизации ими малонаселенных мест… Чекисты не раз показали себя энтузиастами всякого нового дела. Энтузиазм и энергия чекистов создали и укрепили Соловецкие лагеря, играющие большую положительную роль в деле промышленного и культурного развития далекого Севера европейской части нашего Союза. Новые лагеря под руководством чекистов так же, как и Соловецкие, должны сыграть преобразовательную роль в хозяйстве и культуре далеких окраин. Для этой ответственной, руководящей работы в новых лагерях, в условиях специфической обстановки работы в них, необходимы твердые чекисты, добровольно желающие работать». Для добровольцев устанавливался трехгодичный срок службы в лагерях, после чего они могли переводиться на оперативную работу в любую, по их выбору, местность. Также устанавливались: надбавка к зарплате (до 50 процентов), в зависимости от удаленности места новой службы, двухмесячный ежегодный отпуск, денежное вознаграждение в размере трехмесячного оклада по истечении трех лет службы и дополнительный отпуск на 3 месяца, а также льготы при переездах по стране для самих чекистов и членов их семей.
Тем не менее эти, на первый взгляд привлекательные, условия не породили обширного притока добровольцев. Пополнение кадров лагерей происходило за счет провинившихся или даже осужденных работников ОГПУ. Однако серьезной проблемой комплектование лагерной администрации стало только с 1929-го, когда с появлением новых Управлений ИТЛ открылось множество вакансий. До того в ОГПУ существовал лишь Соловецкий лагерь, немалая часть руководящих работников которого подобралась из проштрафившихся чекистов. Правда, такой принцип время от времени давал серьезные сбои: в условиях удаленности от центра и как следствие — слабого контроля, в Соловецком лагере царили произвол, издевательства над заключенными и даже их убийства. В мае—июне 1930-го по результатам работы Особой комиссии ОГПУ, обследовавшей Соловки, было рассмотрено два дела по обвинению персонала лагерей в злоупотреблениях и преступлениях. Двенадцать обвиняемых были расстреляны, среди них И. Курилко — бывший работник Оренбургского ГПУ, осужденный на 5 лет и направленный на Соловки, где выдвинулся на руководящий пост во внутренней охране лагеря.
В начале 1930-х было немало примеров, когда даже не чекисты, а обычные заключенные занимали руководящие должности в лагерной администрации. На строительстве Беломорканала работало только 37 кадровых сотрудников ОГПУ, а практически все административно-технические и подобные должности занимали заключенные. В дальнейшем и они могли «выходить в люди». Так начинал свою карьеру Н. Френкель, в начале 1920-х осужденный за мошенничество и контрабанду. На Соловках он возглавил производственный отдел, показав чудеса в работе. Выйдя на свободу, Френкель был принят на службу в ОГПУ и в 1931—1933 годах был одним из руководителей строительства Беломорканала, за что получил орден Ленина. В 1933-м Френкель уже на самостоятельной руководящей работе — начальник Бамлага (а впоследствии он — генерал-лейтенант инженерно-технической службы, руководитель Главного управления лагерей железнодорожного строительства).
В 1929—1931 годах продолжалась тенденция заполнения лагерных вакансий за счет осужденных чекистов. В июле 1931-го начальником Ухто-Печорского лагеря был назначен Я. Мороз — бывший сотрудник Азербайджанского ГПУ, осужденный в 1929 году за превышение власти (незаконный расстрел) к семи годам и уже с ноября возглавивший Ухтинскую экспедицию Управления Северных лагерей. Уже после его назначения начальником Ухто-Печорского лагеря в сентябре 1931-го дело Мороза было пересмотрено Президиумом ВЦИК, он был «досрочно освобожден» и официально восстановлен в праве на работу в ОГПУ.
Но и другие факты биографии могли обеспечить чекисту перевод на работу в ГУЛАГ. Так, 28 июня 1929-го начальником вновь образованных Северных лагерей особого назначения был назначен В. Бокша, ранее снятый с поста заместителя полпреда ОГПУ по Казахстану и лишенный права работы в судебно-следственных и карательных органах «за сокрытие перед партией и ОГПУ своей службы в Полиции в 1908—12 гг». Тем не менее Бокша получил назначение на работу в лагерь, хотя лишь позднее, в 1931-м, руководители ОГПУ, сами не решавшие подобных вопросов, возбудили перед Центральной Контрольной Комиссией ВКП(б) ходатайство о предоставлении Бокше права работать в милиции: большего политического доверия он уже не заслуживал. Бокша пережил все репрессии 1930-х и по состоянию на 1944-й работал начальником административно-хозяйственного отдела Главного управления лагерей железнодорожного строительства.
Разумеется, таких лишенных политического доверия чекистов было гораздо больше, чем осужденных. Эта категория и стала в 1930-х основным поставщиком кадров для ГУЛАГа. Но в отличие от случая с Бокшей подобное недоверие, как правило, нигде формально не фиксировалось: просто некоторые аспекты биографии чекиста — например социальное происхождение из «чуждой среды» либо связь с родственниками за границей — могли обеспечить тому перевод на работу в систему лагерей. С начала 1930-х в ГУЛАГ начинают переводить и бывших работников разведки, если обстоятельства их пребывания за кордоном вызывали сомнения (невыполнение задания, провал, нахождение в тюрьме). Этих сомнений было мало, чтобы наказать или уволить из органов, но вполне достаточно, чтобы держать такого человека подальше от тайной «кухни» Центрального аппарата. Так было с Фириным; позднее на работу в Дмитлаг попал и легендарный чекист, комиссар ГБ 3 ранга С. В. Пузицкий (см. «Свободная мысль», 1998, № 8, стр. 113), в 1920-х — один из организаторов известных операций «Трест» и «Синдикат», в 1930-м руководивший «раскулачиванием», арестами и выселением крестьян (возглавляя оперативный штаб этой операции), а с 1931-го — помощник начальника ИНО. С 1935-го Пузицкий возглавлял 3 (оперативно-чекистский) отдел Дмитлага, в 1937-м — был арестован и расстрелян (с середины 1930-х направление на работу в ГУЛАГ или в тюремную сферу бывших разведчиков вообще перестало быть редкостью).

14 ОКТЯБРЯ 1933 ГОДА Фирин подписал приказание Дмитлага
№ 35: «Без ведома Когана и моего запрещается кому бы то ни было разрешать проживание з/к на частных квартирах в городе (Дмитрове)».
15 октября приказом ОГПУ № 399 В. А. Барабанов сменяет В. Т. Радецкого в должности заместителя начальника Дмитлага; 3 отдел Дмитлага теперь возглавил А. В. Калачников (с должности помощника начальника секретно-политического отдела ПП ОГПУ МО). Тогда же у начальника лагеря появился еще один (помимо К. И. Вейса) помощник — им стал М. П. Костандогло (ранее помощник начальника Сиблага ОГПУ).
25 октября последовал приказ по лагерю за № 362, в котором Фирин распорядился реорганизовать существовавшие в отделениях Дмитлага духовые оркестры в «Специальные освобожденные музкоманды», зачислить в центральный оркестр КВО прибывших из Вишлага заключенных-музыкантов и подготовить «инструкцию о порядке использования духовых оркестров, с установкой на обслуживание трассы в первую очередь».
28 октября приказом № 365 для начальников отдельных лагнуктов устанавливались знаки различия — один ромб в петлицах.
2 ноября приказом по лагерю № 376 объявлялось о назначении «прокурором лагеря, прибывшего из Московской областной прокуратуры т. ДЬЯКОНОВА Владимира Павловича, с 17 октября с. г.»
15 ноября приказом № 402 в связи с ростом объема работ на канале штат УРО увеличивался до 117 человек, не считая 20 человек для обработки прибывающих этапов.
26 ноября приказом № 433 Санотделу Дмитлага предписывалось немедленно приступить к организации специальных сангородков «в целях скорейшего восстановления сил и здоровья тех групп лагерников, которые по каким-либо причинам представляют собою неполноценную рабсилу». В IV отделении Дмитлага на Оревском пункте создавался сангородок на 1500 человек («с дальнейшим развитием до 2500 чел.») во главе с начальником санчасти V отделения А. Я. Долгобородовым, в VIII отделении на 4 (Рахмановском) лагпункте — на 600 человек (врио начальника — врач Рахмановского лазарета С. Я. Колядко), в XII отделении на Андреевском лагпункте — на 500 человек во главе с начальником санчасти этого отделения Добронравовым. Указывалось, что «сангородки VIII и XII отделений обслуживают только эти отделения. Оревский городок считать городком управления ДМИТЛАГа ОГПУ».
27 ноября приказом № 434 начальникам отделов управления лагеря и начальникам его отделений и отдельных лагпунктов вменялось в обязанность лично следить за помещаемыми в лагерной газете «Перековка» заметками, вскрывающими «всякого рода отрицательные явления», и в трехдневный срок сообщать Фирину «о принятых по существу заметки мерах». Приказ доводился до сведения всех лагерников.
2 декабря «на почве невыхода лагерников вследствие морозов на работу» телефонограммой Фирина устанавливался «временный порядок, при котором работы могут быть прекращены только при морозе в 30 градусов Цельсия для всей лагерной массы и 25 градусов для нацменов. Даже и в случае таких морозов работы можно приостанавливать только с разрешения Начальника Строительства и моего… Еще раз Начальникам Отделений и Начальникам лагпунктов лично проверить наличие жировых и прочих средств против обмораживания, установив в первую очередь снабжение этими средства лагерников, работающих на трассе».
3 декабря постановлением СНК СССР № 2620 главный инженер по строительству канала Москва—Волга А. И. Фидман освобождался от этой должности, которую теперь занял С. Я. Жук.
7 декабря последовало постановление СНК СССР № 2640, предписавшее: «Ввиду увеличения габаритов канала Волга—Москва и сооружений на нем, а также ввиду значительного увеличения в связи с этим объема работ, срок окончания строительства продлить до конца 1935 года с тем, что в эксплуатацию канал вступит с начала навигации 1936 года; ввиду плохой пропускной способности Савеловской железнодорожной линии при нынешнем ее состоянии и невозможности обеспечить перевозки Москволгостроя, признать необходимым в течение 1934 года не позднее августа—сентября уложить вторые пути на участке Хлебниково — Дмитров (45 км.)».
12 декабря Фирин утвердил составленное начальником Отдела снабжения Дмитлага М. А. Грейшером «Меню-раскладку премблюда на месяц», включавшее: пирожки с рыбой и картофелем (а также капустой, крупой, тыквой), макароны отварные, запеканку из макарон, кашу из разных круп, котлеты и запеканки из круп, рагу из овощей, винегрет; для приготовления премблюд использовались животные жиры, мясо в этом списке отсутствует.
12 декабря Санотдел Дмитлага выпустил «Санминимум для барака»: каждому лагернику полагалось не менее 3 кв. метров жилой площади при кубатуре воздуха в среднем не менее 6 куб. метров; температура барака зимой должна была быть не менее 14 градусов Цельсия, а вечером — не менее 18 градусов; для вентиляции полагалось не меньше одной форточки на каждые два окна, для умывания — светлое и отапливаемое помещение с умывальниками «из расчета — 1 сосок на 10 человек» и т. д.
14 декабря приказом по МВС № 159 в его составе образовывалась Отделение фото-кинослужбы (начальник — С. Ф. Болдырев), при отделениях строительства — фотопосты, все имевшиеся при отделах Управления Строительства фотоматериалы, оборудование и штаты передавались Центральной фотографической лаборатории.
«В ознаменование 16-й годовщины существования органов ВЧК—ОГПУ» досрочно освобождались содержавшиеся на гауптвахте вольнонаемные сотрудники и стрелки ВОХР, наказанные на срок до 20 суток.
21 декабря приказом по строительству и лагерю № 166 сообщалось:

«ЖАРОВ Петр Леонтьевич, будучи назначен на должность Начальника 13 Отделения ДМИТЛАГА ОГПУ, по прибытии на место работы объявил себя больным. При проверке этого обстоятельства оказалось, что тов. ЖАРОВ не вышел на работу по причине пьянства.
Тов. ЖАРОВ был немедленно отстранен от занимаемой должности и привлечен к ответственности.
Коллегия ОГПУ, рассмотрев 13 декабря с. г. это дело, постановила: ЖАРОВА Петра Леонтьевича — АРЕСТОВАТЬ НА 30 СУТОК и УВОЛИТЬ ИЗ ОРГАНОВ ОГПУ».

Контингент Дмитлага в это время стабильно возрастал: на 1 января 1933-го — 10 400 заключенных, на 1 апреля — 39 328, на 1 июля — 53 116, на 1 октября — 86 914, на 1 января 1934-го — 88 534. Смертность лагерников в 1933 году составила 8873 человека, или 16,1 процента от их среднегодовой численности.


ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ (ДМИТЛАГ)
В 1934 ГОДУ строительство канала Москва—Волга продолжало набирать темпы. На 1 января непосредственно на нем («основные работы») было занято около 70 процентов заключенных Дмитровского лагеря. Этот контингент бурно рос, и 12 января приказом по Дмитлагу (далее мы опускаем подобные уточнения везде, где речь не идет о приказах по МВС или совместных приказах по МВС и ДИТЛ) № 3 «в связи с крайне напряженным положением в лагере в части обмундирования» предписывалось всех «освобождающихся… увольнять в собственной одежде», не имеющим же ни таковой, ни средств для ее покупки «через ларьковое снабжение» — «удовлетворять безвозмездно из числа вещей бесхозного имущества» и «лагерного обмундирования, выслужившего табельный срок носки… кожаные сапоги отбирать, а взамен их трудколлективистам и ударникам, дававшим постоянную перевыработку норм, выдавать, с разрешения начальника участка — кожаные ботинки, выслужившие 75% табельного срока; прочим заключенным выдавать лапти, постолы, буцы».
17 января было объявлено деление районов Мосволгостроя (МВС) на участки: 1. Северный район: Левый берег Волги, Правый берег Волги, Карманово, Ольховский, Запрудненский, Лесозаводский и Полуденный участки; 2. Центральный район: Яхромской, Медведковский, Икшанский, Оревский, Куминовско-Михалевский, Голявинский, Игнатовский, Никольский, Татищевский, Микишкинский и Фоминский; 3. Восточный район: Пестовский, Пяловский, Листвянский, Горицкий, Каргашинский, Большевский, Обольдинский и Максинский; 4. Хлебниковский район: Новосельцевский, Повельцевский, Котовский, Лихачевский, Химкинский и Долгопрудненский; 5. Южный район: Никольский, Щукинский, Строгинский, Карамышевский и Перервинский. Упоминаемый наряду с ними в приказе № 37 от 27 января Истринский район на участки, видимо, тогда не подразделялся.
30 января начальник Дмитлага Фирин подписал приказ № 49, которым предписывалось организовать в Северном районе МВС «городок инвалидов», позволяющий обеспечить им надлежащие режим, лечение и использование их на подсобных производствах кустарного типа.
6 февраля «в целях большего развития живописи в деле отображения строительства, быта лагеря и зарисовки лучших ударников» приказом № 61 во всех шести районах организовывались «специальные художественные мастерские со штатом 2—4 человека», а при КВО создавалась должность инструктора по ИЗО.
15 февраля Фирин утвердил «Положение о строительных отрядах», объявленных низовой формой административной и трудовой организации заключенных; каждый отряд насчитывал от 300 до 600 человек и делился на бригады из 25—60 з/к.
В тот же день приказом № 72 по лагерю и МВС инструктором по ИЗО был назначен в/н (вольнонаемный) Глеб Сергеевич Кун, а при управлении Дмитлага образована бригада художников (четыре з/к и двое в/н).
Из приказа № 81 от 20 февраля, объявившего состав совета общества «Динамо» (во главе с В. А. Барабановым) при Дмитлаге и МВС, видно, что структура их районов изменилась. Районные бюро общества теперь возглавили сами начальники районов: Северный район — К. И. Вейс, Центральный — И. Ф. Заикин, Хлебниковский — Г. Д. Афанасьев, Южный — М. М. Кузнецов, Восточный — А. А. Данилов, Истринский — И. П. Казаков, Дмитровский — А. Г. Яковлев, Орудьевский — П. М. Головкин, Весьегонский район — П. П. Честных.
27 февраля в приказе № 86 осуждалось «недопустимое отношение к культимуществу, в особенности к музинструментам и книгам… часть культимущества роздана по квартирам вольнонаемных и лагадминистрации, тем самым лишая лагерника-ударника его культурного развлечения и обслуживания». Все это предписывалось сдать обратно «для пользования лагерникам в 3-х дневный срок».
5 марта «в ознаменование Международного женского дня» предписывалось «8-го марта для всех женщин-лагерниц улучшить питание, увеличив котловое довольствие на 25%», «выдать всем женщинам по 250 грамм кондитерских изделий бесплатно» и созвать в Дмитрове «слет лучших ударниц всей трассы».
7 марта приказанием № 33 начальнику Хлебниковского района Г. Д. Афанасьеву, начальнику ВОХР Дмитлага Кузнецову и начальнику Хлебниковского отряда ВОХР Шкурину предписывалось привести последний «в состояние полной боеполитготовности», так как положение его «безобразное»: «Пьянствуют не только стрелки, но и начальствующий состав, дисциплины никакой, командиры проводят много времени вне отряда, политработы нет, оперативные лошади используются для личных поездок с женщинами».
10 марта приказ № 101 констатировал аналогичные «случаи пьянства, сожительства с з/к з/к женщинами, морального разложения… по ряду участков Северного района», которые к этому времени имели уже номерные обозначения (как и входившие в них секторы) и предписал начальнику Северного района К. И. Вейсу «принять немедленно меры к замене» проштрафившихся «способными и морально устойчивыми работниками».
14 марта лагерная газета поместила текст выступления Фирина на «1-м вселагерном слете ударниц». Начальник Дмитлага, в частности, говорил:

«Мы, чекисты, считаем, что неисправимых людей нет… Нужно учитывать, что наша масса — это не обычная среднеобывательская масса. Это — люди, прошедшие через очень тяжелые жизненные испытания, — люди, выросшие и воспитавшиеся на уголовной улице или в антисоветской среде. Нужно без грубости подойти к этим людям, надо помогать им встать на путь советской перековки. На Белморстрое был обычай: лучшие коллективы соревновались за то, чтобы получить 10—15 отказчиков и поставить их на правильный путь. У нас обратное явление — все от них отмахиваются. Это неправильно! Нужно бороться за то, чтобы этих людей переделать!»

20 марта приказом № 151 находящаяся в городе Коврове на экскаваторном заводе «временная командировка Дмитлага в составе 464 заключенных — валовой рабсилы и 105 курсантов экскаваторных машинистов» переименовывалась в отдельный Ковровский отряд (во главе с Зайцевым) с непосредственным подчинением Управлению Дмитлага.
25 марта на совещании руководящего состава МВС и Дмитлага начальник ГУЛАГа М. Д. Берман подчеркнул: «Мы ведем строительство канала Москва—Волга под непосредственным руководством т. Кагановича и т. Ягода. Это вселяет в нас уверенность в том, что и это строительство мы поведем так, как надо. Кроме того, у нас примерное, замечательное руководство в лице т. Когана, т. Фирина, т. Жука — тех людей, которые уже работали со многими из вас на строительстве Беломорского канала».
12 апреля приказ № 189 предписал «не оставлять не расследованным ни одного факта пьянства з/к з/к, проноса в лагерь спиртных напитков и т. д. … О шинкарях и лицах из вольных граждан, способствующих снабжению заключенных спиртными напитками, сообщать территориальным органам ОГПУ и Милиции для принятия мер».
13 апреля приказом по МВС № 73 объявлялось о немедленном увольнении со службы начальника отделения буровых работ Геологического отдела Управления строительства В. Н. Макарова — «без права приема на какую бы то ни было работу в другом отделе или районе строительства». Причиной послужило то, что Макаров явился «9-го апреля, в 12 часов ночи в Москве в отель «Метрополь»… и стал требовать для себя два служебных ужина, обосновывая свое требование заявлением, что он является сотрудником ОГПУ. Поведение гр. Макарова обратило на себя внимание дирекции отеля, хорошо знающей, что сотрудниками ОГПУ ресторан «Метрополь», как занятый иностранцами, — не посещается. Для выяснения личности гр. Макарова, дирекция обратилась за содействием в органы надзора, от коих гр. Макаров пытался скрыться… гр. Макаров совершил проступок, компрометирующий наше строительство и ОГПУ и характеризующий гр. Макарова, как человека более чем легкомысленного, не имеющего права рассчитывать на доверие».
13 же апреля приказом № 187 всем заключенным сообщалось о приведенном в исполнение «в г. Дмитрове» приговоре Коллегии ОГПУ — 11 з/к были расстреляны по обвинению «в воровстве, хулиганстве, избиении лагерной администрации, инженерно-технического персонала и лагерников (выделено в оригинале)».
15 апреля приказом МВС № 76 консультантом при архитектурном отделении Техотдела Строительства назначался профессор Виктор Александрович Веснин.
20 апреля приказом № 216 объявлялись инструкции «О порядке зубопротезирования заключенных» и «О снабжении заключенных очками». Приказом № 221 от того же дня утверждалось «Положение о санитарно-курортной отборочной комиссии Санотдела Дмитлага ОГПУ (СКОК)», задачей которой стало распределение курортных путевок между сотрудниками лагеря и МВС. Любопытно, что на «блатном языке» «скоком» именуется квартирная кража со взломом, грабеж: как ни боролись чекисты с «феней», она проникала и в их речевой обиход.
18 мая совместным приказом по МВС и Дмитлагу № 125 при них создавалась Центральная художественная мастерская «для развития художественно-агитационной работы на трассе канала», ее возглавил заслуженный деятель искусств М. М. Черемных.

28 мая приказом № 305 объявлялся перечень «должностей физического и нефизического труда» по Дмитлагу. В нем значились следующие виды занятий: актер, акушерка, архивариус, ассенизатор, белошвейка, береговой боцман, боец скота, бутафор театра, буфетчик(-ца), гримировщик, декоратор, зав. колбасной, зав.театром, заготовщик хвороста, закоперщик, капельмейстер-дирижер, киномеханик, клубный и музейный работник, колбасник, коногон, корчевальщик, костюмер, кроликовод, литературный работник, могильщик-землекоп, мотоциклист, музыкант духового оркестра, музыкант-пианист, мыловар, мясник, научный сотрудник, няня, огородник, официантка, пастух (старший пастух), переводчик, помощник шофера, птицевод, пчеловод, рабочий по копчению рыбы, рабочий по пахоте, работница по очистке белья от гнид, режиссер (главный режиссер), реквизитор театра, салотоп, свинарь (старший свинарь), суфлер, тискальщик, топорник, трубач, углежог, фотограф, художник, часовой мастер, шапочник, ювелир, юрисконсульт.

28 же мая приказом по МВС и лагерю № 119 был снят с должности начальника Восточного района А. А. Данилов «как не справившийся с работой», его сменил А. И. Эйдук (с должности начальника Северного района); зам. начальника района В. М. Островского разжаловали до помощника начальника, новым же замом стал А. А. Усиевич (с освобождением от должности зам. начальника отдела снабжения Дмитлага).
1 июня в Дмитрове открылся I Вселагерный слет ударников-тридцатипятников (осужденных за воровство по статье 35 действовавшего тогда УК 1926 года). Свое приветствие слету прислал Горький, написавший, в частности: «Пора вам, ребята, понять, что воруя теперь, в наши дни, воруют у государства, что сегодняшние воры — враги уже не маленькой кучки крупных грабителей, а враги 170 миллионов рабочих и крестьян».
4 июня трассу канала посетили Сталин, Каганович, Ворошилов, Куйбышев, Жданов и Ягода. Они осмотрели работы на 7-м и 8-м шлюзах и Химкинской плотине в Южном районе и на Глубокой выемке в Хлебниковском районе. 6 июня последовал приказ по МВС и Дмитлагу № 129: «По примеру сооружения наглядного макета Карамышевского участка Южного района, на каждом участке всех районов строительства и Дмитлага создать то сооружение, которое данный участок строит… Вокруг созданных макетов развернуть разъяснительную работу».
13 июня приказом № 347 «всех венбольных (мужчин и женщин) с открытой формой сифилиса и осложненной гонореей» предписывалось «концентрировать» в спецлазарете на 100 коек, организуемом на 11-м (Фоминском) участке Центрального района с подчинением непосредственно Санотделу лагеря.
21 июня появился приказ по МВС и лагерю № 149:

«1 октября сего года должны быть закончены Истринские сооружения, — первые в громадном комплексе сооружений Москва—Волгостроя.
Строительство должно сдать Истру стране в точно назначенный срок, сдать ее высокой по качеству и дешевой по стоимости.
Законченная Истра должна стать образцом, по которому будут равняться все другие сооружения канала.
Близкий конец работ не означает ослабления достигнутых темпов…
Желая удовлетворить совершенно понятное стремление каналоармейцев участвовать в окончании первенца нашего великого канала, —
ПРИКАЗЫВАЮ:
1. Направить на штурм в решающие для Истры месяцы сводный отряд нацменов Центрального района, в количестве 500 человек из лучших бригад отрядов «Красный Восток» и «Закавказье»…
2. Всю работу по формированию отряда и организацию его отправки с таким расчетом, чтобы 25 июня отряд был на Истре, — возложить на начальника Центрального района тов. Заикина…
6. Центральную агитбригаду ДМИТЛАГ'а во главе с т. [И. Г.] Терентьевым прикрепить к Истринскому району, впредь до моих особых указаний.
7. Перебросить на Истру Центральную художественную мастерскую во главе с ее руководителем т. Черемных для отображения в художественной форме завершающего штурма ударников Истринского района.
8. Начальнику Истринского района т. Казакову и Начальнику работ т. Ливанову пересмотреть списки каналоармейев-ударников… на предмет представления лучших из лучших к различным льготам по окончании сооружений Истринского узла».

23 июня приказом № 358 предписывалось выявить всех «осевших на жительство вблизи лагеря» родственников заключенных и немедленно сообщить о них в ближайшие райотделы ПП ОГПУ МО с целью «выселения их за пределы 25-километровой зоны от лагеря»; прописка семей заключенных на постоянное жительство теперь допускалась «в самых исключительных случаях и только лишь с санкции» Когана и Фирина.
3 июля приказом по МВС и Дмитлагу № 359 было отмечено, что «вопросу санитарного состояния кладбищ и отвода участков под них со стороны Нач. районов и санитарного надзора районов не уделяется должного внимания. Участки под кладбища занимаются произвольно без учета охранной зоны канала и расположения водоисточников. Кладбища не окопаны, не обнесены изгородью. Захоронение трупов производится небрежно и особенно в зимнее время (Южный район — Никольский и Щукинский участки, Северный район — Запрудня, Орудьевский район — Орудьево)». Предписывалось в месячный срок официально оформить такие захоронения, участкам, расположенным «недалеко от гражданских населенных пунктов», впредь пользоваться их кладбищами, а «самостоятельные кладбища открывать только в крайних случаях, согласуя… с начальниками санотделений и гражданскими органами санитарного надзора».
25 июля приказанием по лагерю № 3 «в связи с массовой отправкой из ДМИТЛАГ'а в отдаленные лагеря нарушителей лаг. дисциплины, отказчиков, лодырей и т. д.» все районы предписывалось полностью очистить «от разложившихся лагерников»; «переброска отрицательного элемента в Северный район» прекращалась, а все невыполненные «в этой части» наряды на рабсилу аннулировались.
8 августа трассу посетил председатель ЦИК СССР М. И. Калинин, ознакомившийся с ходом работ на плотине № 22 близ станции Икша (5 участок Центрального района).
9 августа приказом МВС № 41 объявлялся приказ НКВД № 24 от 4 августа «об образовании редакции монографии о ББВП» (Беломорско-Балтийском водном пути), которым ответственность за «скорейшее окончание работы» и «разрешение всех принципиальных установок в отношении содержания и оформления издания» возлагалась на редакцию в составе Л. И. Когана, С. Г. Фирина, С. Я. Жука, Я. Д. Рапопорта, В. Д. Журина, К. А. Вержбицкого, А. Н. Фомина, Г. А. Чернилова, Л. И. Берензона.
10 августа на строительство прибыли секретарь ЦК ВКП(б) Каганович, нарком Ягода, замнаркомвнудел Агранов, секретарь ЦК ВЛКСМ Косарев, секретарь МК ВКП(б) Хрущев и председатель Мособлисполкома Филатов. Гостей сопровождали начальник МВС Коган, начальник Дмитлага Фирин, главный инженер МВС Жук со своим заместителем Г. Н. Мачтетом. Начав с Хлебниковского района, они осмотрели также работы в Центральном, Северном и Волжском районах. Вечером в клубе в Дмитрове перед руководящим составом МВС и лагеря выступили Каганович, Ягода и Коган.
14 августа приказом № 172 было объявлено, что в июле из Дмитлага в «Северные лагеря» было отправлено три эшелона со злостными нарушителями дисциплины.
7 сентября приказом № 233 сообщалось о предании суду трех заключенных, направленных в Ивановскую область в качестве заготовителей от Отдела снабжения Дмитлага: они «устроили кутеж и в состоянии полного опьянения легли спать под забором. Во время сна у них были похищены деньги и документы, а сами они подобраны агентом ж.д. охраны и направлены в милицию».
15 сентября на «1-м Вселагерном слете лагерных корреспондентов и писателей» Дмитлага выступил писатель Вс. Иванов; свое приветствие слету прислал Горький. В тот же день трассу посетил замнаркомвнудел Г. Е. Прокофьев.
19 сентября приказом № 276 сообщалось об организации с целью «рассмотрения следственных дел судебным порядком в Дмитровском ИТЛ» Отделения Мособлсуда по делам Дмитлага в составе председателя суда И. М. Мальцева и членов суда В. А. Барабанова (зам. начальника лагеря) и А. В. Калачникова (начальника 3 отдела лагеря). Это Отделение Мособлсуда размещалось в здании Управления лагеря.
29 сентября приказом по МВС и Дмитлагу № 83 «за учинение в пьяном виде дебоша со стрельбой» при следовании «на авто-дрезине с 6-го Мухинского участка» был снят с должности и откомандирован в распоряжение ГУЛАГа («с одновременным направлением всего следственного материала особоуполномоченному НКВД СССР») начальник Весьегонского района П. Я. Короходов, а врид начальника 3 отделения Весьегонского района И. А. Зуев «за скрытие факта дебоша со стрельбой и несообщение о нем руководству» был арестован на 20 суток и понижен до должности уполномоченного (в ноябре П. Я. Короходов продолжил свою службу в Бамлаге).
4 октября «Перековка» поместила «письмо нацмена Хациева»:

«Царское правительство, боясь братского революционного союза народов, ненавидело национальные меньшинства. В частности, самые жестокие меры царское правительство применяло к чеченцам: не давало им возможности учиться, загоняло с удобной земли в горы, а на отобранных у них землях поселяло привилегированное казачество. Наконец, царское правительство тысячами выселяло чеченцев в Турцию.
Местом ссылки чеченцев была дальняя Сибирь, откуда ни один чеченец обратно на родину не возвращался. Сосланным запрещалась переписка с родными и близкими. Обращались с ними как с рабочим скотом.
Слово «Сибирь» было самым страшным словом для всех чеченцев и это настолько крепко засело в их головах, что даже до сих пор приговор о лишении свободы они понимают как ссылку в далекую страшную Сибирь, на каторжные работы. Это и неудивительно, т. к. чеченцы в большинстве — неграмотные крестьяне еще не усвоившие себе исправительно-трудовой политики Советской власти.
И вот, когда я в июле этого года за избиение зав. буфетом на станции Грозный был приговорен к трехлетнему заключению в исправительно-трудовых лагерях, все сидевшие со мной в изоляторе чеченцы стали уверять, что меня посылают в Сибирь… я основательно ознакомился с лагерем и понял, что нахожусь не в «Сибири», а на величайшем участке советского социалистического строительства и должен, как и каждый лагерник, своей героической работой завершить это строительство досрочно… обязуюсь разъяснить и доказать всем чеченцам, что между царской Россией и советским исправительно-трудовым лагерем нет ничего общего, что здесь выковывают из бывших преступников сознательные пролетарские кадры».

Словом «нацмен» лагерная документация изобиловала; но примечательно, что уже на следующий день Фирин отдал приказание № 16, обозначившее важную идеологическую веху:

«В официальных документах Лагеря и обращениях к з/к з/к — националам допускается обращение «нацмен», «нацменьшинство», —
ПРИКАЗЫВАЮ:
Прекратить и впредь не употреблять термина «нацменьшинство», «нацмен», как в официальных документах, так и в личном обращении к з/к з/к националам».

От Офф-Топик
К Офф-Топик (02.02.2002 03:53:54)
Дата 02.02.2002 04:10:19

Н.Петров История ГУЛАГА-2

5 же октября приказом по МВС и лагерю № 93 «во исполнение приказа НКВД СССР от 4 августа с. г. за № 28» устанавливалась форма обмундирования:

— для командного состава МВС:
— в зимнее время — шинель армейского образца или двубортная бекеша из серо-шинельного сукна, на вате или на меху, воротник меховой, отложной; шлем или шапка-финка с меховым околом; рубаха военного образца из защитного мериносового или полугрубого сукна; брюки (галифе) темно-синего или черного цвета из сукна или диагонали; сапоги яловые, а в холодное время на работах — валенки;
— в летнее время — плащ-пальто серого цвета военного образца 1931 года; фуражка военного образца защитного цвета; рубаха-гимнастерка из хлопчатобумажной ткани защитного цвета; шаровары из хлопчатобумажной ткани защитного цвета; сапоги яловые; ремень поясной. Отличительные знаки: на шлеме, шапке и фуражке — красноармейская звезда, на обмундировании — петлицы установленного для НКВД СССР цвета и образца с инженерным значком желтого цвета (перекрещивающиеся лопата и топор).
— для з/к:
— в зимнее время — бушлат суконный из полугрубого черного сукна с отложным воротником; шапка-финка с меховым околом; рубаха из полугрубого сукна или из хлопчатобумажной ткани защитного цвета; шаровары ватные или суконные; сапоги яловые, а в холодное время — валенки; ремень поясной;
— в летнее время — фуражка летняя защитного цвета; гимнастерка защитного цвета из хлопчатобумажной ткани; сапоги яловые; ремень поясной: в качестве верхней одежды з/к оставлялся зимний бушлат. Отличительные знаки: на шлеме, шапке и фуражке — красноармейская звезда, на обмундировании — петлицы на бушлате и рубахах синего цвета утвержденного образца с инженерным значком желтого цвета (перекрещивающиеся лопата и топор), а для прорабов с наложением на петлицы, кроме значка, металлической буквы «П».

В приказе НКВД № 256 от 5 ноября отмечалось: «ЦК ВКП(б) и СНК СССР поручили НКВД наряду со строительством канала Москва—Волга построить водохранилище на реке Истре. За 18 месяцев работы гидротехнический узел закончен и сдан в срок технической приемной комиссии МК ВКП(б) и Моссовета. Законченная Истринская плотина является первым значительным вкладом строительства «Москва—Волга» в дело водоснабжения Москвы». Этим же приказом 307 лучших каналоармейцев Истринского строительства освобождались из заключения, относительно 32 человек возбуждалось ходатайство перед ЦИК СССР о снятии судимости и восстановлении в правах, 1817-ти заключенным сократили срок на 2—3 года, 2822-м — на 1—2 года, 4273-м — на полгода — год.
5 же ноября приказом № 432 «в связи с XVII годовщиной Октябрьской революции» традиционно приказывалось «всех административно-арестованных вольнонаемных сотрудников лагеря и строительства от дальнейшего отбывания наказания освободить»; уже 9 ноября приказ № 442 констатировал, что, несмотря «на категорическое требование о соблюдении сугубой бдительности и поддержании твердой дисциплины со стороны всех работников лагеря в дни Октябрьской революции, группа в/н и з/к работников участка Волжского района грубейшим образом нарушила лагерную дисциплину и дискредитировала себя в глазах заключенных, допустив 7-XI распитие спиртных напитков»; участвовали в последнем пом. уполномоченного 3 отделения Волжского района С. Н. Колесников, начальник Северного городка 1 участка того же района в/н Борисов и пятеро заключенных.
9 ноября приказом по МВС и Дмитлагу № 117 вся лагерная печать — газеты «Перековка», «Каналоармейка», «Перековка тридцатипятника», «За нову Людину», «Канал-Зарбдары», «Долой неграмотность», журнал «На штурм трассы», книжная серия «Библиотечка Перековки» и сектор «периферийной массовой печати лагеря» — передавались из ведения Отдела печати МВС и Дмитлага в создаваемое при КВО Отделение лагерной печати со всем штатом «сотрудников по лагерной линии». Персональное руководство Отделением лагерной печати возлагалось на начальника КВО Дмитлага М. В. Филимонова. В ведении Отдела печати оставались журнал и газета «Москва—Волгострой», другие периодические издания собственно Строительства, а также типография («как хозрасчетное предприятие»).
11 ноября «всесоюзный староста» Калинин и нарком Ягода посетили Перервинский участок Южного района и Глубокую выемку Хлебниковского района, которую объехали на дрезине по железнодорожному кольцу. В этот же день Моссовет и Мосгорисполком постановили наградить «лучших ударников строительства Истринской плотины»: начальника Истринского района И. П. Казакова — легковым автомобилем и 2000 рублей, начальника работ инженера В. А. Ливанова — легковым автомобилем и 3000 рублей, помощника начальника работ по постройке плотины инженера К. К. Квесиса и начальника отделения Технического отдела МВС инженера Б. А. Аменицкого — каждого легковым автомобилем и 1000 рублей, бывшего начальника Производственно-технической части Истринского района инженера К. К. Радецкого — 1000 рублей; денежные премии в размере от трех до одного месячного оклада получили еще 95 человек (от начальника Скриковского участка Истринского района до машинисток секретного отделения Общего отдела Дмитлага).
12 ноября приказанием по лагерю № 30 объявлялась благодарность начальнику Карамышевского района Л. И. Рудминскому, первым ликвидировавшему «у себя [в районе] окончательно живность» (вшей и гнид).
16 ноября начальника 3 отдела Дмитлага А. В. Калачникова назначили врид начальника 3 отделения ГУЛАГа, а его предшественника на новом посту Е. А. Евгеньева — наоборот, начальником 3 отдела и заместителем начальника Дмитровского ИТЛ.
30 ноября приказом МВС № 160 была произведена масштабная реорганизация Управления Строительства:

— зам. главного инженера МВС Г. Н. Мачтет назначался начальником работ Строительства;
— помощник главного инженера Строительства (ГИСТР-П) Е. Д. Рубинчик — заместителем начальника работ Строительства;
— Инженерно-технический аппарат МВС разделялся на два сектора:
— Технический сектор (в составе отделов Технического, Геологии, Топографии, Гидрологии, Технической инспекции и Бюро испытаний и контроля (БИК), Производственно-технической лаборатории, Бюро по грунтам и основаниям, Бетонной лаборатории, Группы экономических изысканий и Модельно-макетной мастерской) во главе с первым замом главного инженера Строительства В. Д. Журиным;
— Сектор организации работ под руководством Г. Н. Мачтета (вторым заместителем главного инженера МВС и начальником работ), куда вошли Отдел сооружений (с отделениями: пересечений, плановым, разбивок и разведок, проектов производства работ, бетонных работ и оснований, земляных и взрывных работ, а также секретариатом), Отдел экскаваторных работ (отделения: производства экскаваторных работ, эксплуатации механизмов, гидромеханизации и дноуглубления, а также плановой группой), Группа ресурсов, Отдел нормирования (с отделениями: НИС и контрольно-техническим), Отдел нерудных, Лесной отдел, Электромеханический отдел, Транспортный отдел, Отдел технического снабжения, Группы рабочей силы и техники безопасности, Отдел гражданских сооружений, Отдел отчуждений, Отдел переноса строений, Группа оперативного планирования, Отдел связи и Чертежно-конструкторское бюро;
— лесной, электромеханический, транспортный и Отделы техснабжения курировал ГИСТР-П Е. Д. Рубинчик, отделы гражданских сооружений, отчуждений, переноса строений, связи, группу рабочей силы и Чертежно-конструкторское бюро — ГИСТР-П и помощник начальника работ В. И. Шведов, «остальные аппараты Сектора организации работ» — Г. Н. Мачтет.

30 ноября в преддверии «двухлетней годовщины существования центральной газеты» Дмитлага «Перековка» был издан приказ № 497 о награждении ее авторского актива и с объявлением благодарности всему личному составу типографии Дмитлага. В тот же день на торжественном заседании Фирин отметил, что, начав с тиража в 3000 экземпляров, «Перековка» довела его до 30 000, сумев объединить вокруг себя около 5000 «лагкоров».
14 декабря приказом № 37 Фирин объявил «распределение Отделов лагеря» между руководством Дмитлага: Планово-экономическую группу, КВО, Финотдел, Отдел кадров и лагерную печать курировал сам Фирин; зам. начальника лагеря В. А. Барабанову поручалось руководство отделами Санитарным, Снабжения, Общим, УРО и Коммунально-бытовой инспекцией (а также замещение Фирина «по всем вопросам» на время его отсутствия); зам. начальника Дмитлага Е. А. Евгеньеву — 3 отделом и Военизированной охраной, а также решение «всех вопросов командировок и пропусков заключенных лагеря».
На 19 декабря в подчинении МВС и Дмитлага находились 12 районов строительства: Северный, Волжский, Центральный, Хлебниковский, Восточный, Карамышевский, Южный, Дмитровский, Орудьевский, Водопроводный, Весьегонский, Истринский, а также следующие объекты и структуры: Дмитровский мехзавод, автобаза, Бескудниковская весовая мастерская, типография, мастерская точных приборов, Кевосо-Горский, Талдомский и Ермолинский совхозы, Отдел связи, ХОЗО, САНО, Отдел топографических изысканий, Гидрологический отдел, Фотокинослужба, Инспекция контрольных замеров, Производственно-исследовательская лаборатория, Центральная бетонная лаборатория, Талдомская электростанция, Геологический отдел.
19 же декабря Фирин подписал приказ № 578:

«В октябре месяце с. г. партия заключенных из наиболее отрицательного элемента Северного района была направлена в Белбалткомбинат.
При прибытии этапа на «Красную Пресню» и проверки его состояния был обнаружен ряд недопустимо-безобразных фактов в части отбора заключенных, оформления их личных дел и учетно-хозяйственных документов.
В этап были направлены 40 человек слабосильных — не пригодных к физическому труду.
На 23 человека совершенно отсутствовали карты зачета рабочих дней и значительное количество карт зачета не были оформлены.
На 74 заключенных не были представлены арматурные книжки, а имеющиеся списки не соответствовали фактическому наличию направляемого состава.
Сопровождавший конвой не имел аттестатов.
Отмечая указанный безобразный случай, как следствие небрежно-халатного отношения к своим обязанностям со стороны ответственных работников района, —
ПРИКАЗЫВАЮ:
Зам. нач. Санотделения в/н врача Зыкова Д. Г., инспектора УРО в/н Довнар А. А., бывшего секретаря АК [Аттестационной комиссии] в/н Мезенцову Г. Ф. арестовать на 20 суток каждого.
Работников УРО з/к з/к Дворянинова В. И., Шапкина И. Г., Пойлишева Я. О. и работника Отдела снабжения Кузнецова А. И. арестовать на 20 суток каждого и перевести на общие работы.
Предупреждаю весь руководящий состав работников районов, что при повторении подобных нарушений виновные будут сняты с работы и отданы под суд».

29 декабря приказом № 601 Е. А. Евгеньев сменил В. А. Барабанова во главе лагерного совета общества «Динамо».

НАСТУПИЛ 1935 ГОД. 14 января приказом № 39 объявлялся состав секций лагерного общества «Динамо»: стрелковая, лыжная, конькобежная, хоккейная, автомотосекция, конная, гимнастическая, «защиты и нападения» (борьба), охотничья, шахматно-шашечная, врачебно-контрольная, агитационно-массовый сектор.
21 января приказ МВС и Дмитлага № 16 сообщил об участившихся «случаях пребывания лошадей в бегах» по вине административно-технического персонала и ВОХР; «расследовать все случаи ухода лошадей в течение 48 часов» и выявить виновных предписывалось начальнику 3 отдела Е. А. Евгеньеву.
27 января руководители МВС и Дмитлага Коган и Фирин, главный инженер МВС Жук и начальник Финотдела НКВД и МВС Берензон известили всех начальников «районов, работ районов, участков, работ участков, сооружений, отделов Управлений Строительства и Лагеря»:
«Ассигнованная Правительством сумма финансирования нашей стройки почти на 25 % меньше, чем в 1934 г. …
Одних этих цифр достаточно, чтобы уяснить себе, насколько лучше и хозяйственнее мы должны работать в наступающем году.
В истекшем году всякий дорого сделанный куб вел только к перерасходам по смете. Мы имели достаточно свободных средств, чтобы не сокращать независимо от перерасходов разворота годовой программы. В 1935 году всякий перерасход на одном кубе сорвет выполнение другого куба, так как на него не хватит средств.
Мы в 1934 году были настолько свободны в средствах, что покупали все, что хотели и в любом количестве.
Эти материально-имущественные ценности разбросаны по районам и участковым базам, на сооружениях, по местам работ и т. д. Наш финансовый план на будущий год настолько напряжен, что мы не можем себе позволить иметь в запасе ни одного ненужного гвоздя.
Вы должны просмотреть все свое хозяйство, выявить все то, без чего вы можете обойтись, и сдать соответствующим Отделам для реализации…
Стоимость лагерной рабсилы с вздорожанием основных видов довольствия повышается с 1 января в 1 1/2 раза. Если мы раньше могли покрывать наши промахи дешевой рабсилой, то сейчас у нас и эта возможность отпадает. Лагерная рабсила будет не дешевле вольной. Поэтому каждый недоданный на производство человек, каждый болтающийся зря человек будет проедать у вас средства, которых у вас имеется в обрез для выполнения производственной программы…
Всякая бесхозяйственность впредь будет рассматриваться как срыв производственного плана с вытекающими отсюда для виновных последствиями».

14 февраля приказ НКВД СССР № 29 объявил 1935 год решающим для окончания строительства канала Волга—Москва в срок, установленный партией и правительством: весной 1937 года канал должен быть сдан в эксплуатацию; отмечалось, что не менее 80 процентов разработки грунтов сделано с использованием экскаваторов, гидромеханизации, малой механизации и грабарок; строительным отрядам, занятым на немеханизированных тяжелых физических работах и выполняющих плановые задания, в феврале — апреле предоставлялся пятисуточный отдых.
25 февраля циркуляром Дмитлага № 10 утверждались нормы питания детей заключенных, привезенных в лагерь вместе с родителями (по разрешению начальника лагеря) или родившихся здесь; питание детям отпускалось бесплатно.
9 марта приказом 214 устанавливались штаты духового оркестра Икшинского (16 человек) и Дмитровского (12 человек) районов.
17 марта, выступая на стройплощадке Перервинского шлюза Южного района, начальник МВС Коган назвал главным строителем канала Ягоду, а главным вдохновителем строителей — Кагановича.
18 марта Коган подписал приказ МВС № 67:

«Наше строительство по своему значению, трудностям и сроку требует от нашего коллектива исключительной энергии, высшей добросовестности и безграничной преданности делу…
Но есть еще среди нас люди, которые формально удовлетворяя этим требованиям, по существу остаются чужими нашему делу, работают только за деньги, работают без любви, без увлечения и пользуются каждым случаем, чтобы найти себе работу там, где ничего не делая можно получать большие деньги.
Примером такого беспринципного «специалиста» является нач. Отдела нормирования Строительства Тер-Акопьянц, который на шестидесятом году своей жизни и занимая ответственную и почетную должность на величайшем строительстве заявил о своем желании уйти со стройки, так как за 4 часа работы в день, по словам Тер-Акопьянца, он может в другом месте зарабатывать две тысячи рублей в месяц.
Строительство охотно пошло навстречу Тер-Акопьянцу и ответило ему согласием на увольнение.
Последовавшее затем письмо Тер-Акопьянца, в котором он путано объяснял свое поведение и просил оставить его работать на строительстве, во внимание принято быть не может.
ПРИКАЗЫВАЮ:
1. Начальника Отдела Нормирования Тер-Акопьянца, как беспринципного «специалиста», чуждого по духу нашему строительству, несмотря на его просьбу об оставлении на работе, со строительства уволить.
2. Отметить, что Отдел Кадров недостаточно хорошо занимается изучением личного состава, примером чему служит Тер-Акопьянц, занимавший должность, несоответствующую его настроениям и отношению к делу».

29 марта Перервинский участок посетили Горький, Ягода, начальник «Дальстроя» Э. П. Берзин и члены Союза писателей СССР Вс. Иванов и А. С. Щербаков.
3 апреля приказом № 289 20 заключенных Дмитровского района, как нарушители лагерной дисциплины, злостные отказчики от работы, симулянты, промотчики казенного обмундирования, пьяницы и картежники, разлагающе действующие на каналоармейцев, переводились в ШИЗО сроком на 1 год. Не поддающихся «перековке» не только переводили в ШИЗО Дмитлага с использованием на общих работах в РУРе (рота усиленного режима), но и отправляли в «Северные лагеря», а некоторых по решению Отделения Мособлсуда по делам Дмитлага расстреливали — в то время приводя такие приговоры в исполнение в самом «городе Дмитрове». 4 апреля приказом № 303 за систематическое нарушение правил ношения чекистской формы была уволена машинистка Дмитровского отряда ВОХР А. А. Бухгаммер (она носила смешанную одежду — штатское пальто, гимнастерку и шляпу), а врачи Икшинского района М. Ч. Фридман и И. Ч. Фридман были лишены права ношения формы (ходили без знаков различия, без поясных ремней и в расстегнутых шинелях).
8 апреля через Перервинский шлюз прошел первый караван судов Московского речного пароходства: пароходы «КИМ», «МОПР», «Ботвин» и «Транспорт».
После памятного скандала 9 апреля (см. «Свободная мысль-XXI», 1999, № 9, стр. 117—118) зам. начальника Дмитлага В. А. Барабанов был отправлен в Коми АССР руководить промыслом в Ухто-Печорском ИТЛ, а начальника КВО М. В. Филимонова разжаловали до зам. начальника 13 строительного отделения БАМлага в Хабаровском крае. Последовала серия кадровых перестановок: 11 апреля врио начальника КВО Дмитлага стал зам. начальника этого же отдела И. Б. Явиц, а новым замом начальника Дмитлага назначили А. А. Горшкова (прежде руководившего 5 отделом ГУЛАГа).
16 апреля Перервинский участок Южного района посетил начальник ГУЛАГа М. Д. Берман.
20 апреля приказом № 88 все районы МВС переводились на хозрасчет.
23 апреля на заседании Совета труда и обороны при СНК СССР были рассмотрены генеральная смета и проект строительства канала Москва—Волга. Докладывал главный инженер МВС Жук, в прениях выступили тт. Молотов, Чубарь, Булганин, Ягода, Веденеев, Фомин, Гринько и Пахомов. Комиссии во главе с Молотовым было поручено разработать проект постановления СНК СССР и ЦК ВКП(б) о канале.
Видимо, в силу вечных проблем с «отрицательным элементом» приказом НКВД № 045 от 29 апреля запрещалось направлять в Дмитлаг «политических» и жителей Москвы и Подмосковья (детальнее см. «Свободная мысль-XXI», 1999, № 8, стр. 119).
В своем приказе № 99 от того же числа нарком Ягода распорядился окружить всех хорошо работающих лагерников особым вниманием и в первую очередь удовлетворять их хорошим снабжением, удобным жильем и улучшенным питанием; напротив, все лодыри, отказчики и вредители стройки должны были беспощадно караться, а наиболее злостные из них — привлекаться к уголовной ответственности как за сознательный саботаж и срыв строительства канала.
11 мая приказом по Дмитлагу № 427 переводились в ШИЗО сроком на полгода 12 заключенных женщин: неисправимых отказчиц от работы, хулиганок-воровок, разлагающе действующих на каналоармеек 3 участка района «Соревнование».
19 мая трассу Хлебниковского района посетили Ягода, начальник АХУ НКВД И. М. Островский и начальник Ковровского экскаваторного завода Ф. Я. Яфедов. У пересечения канала с Октябрьской железной дорогой нарком осмотрел строительство железобетонного моста, сооружаемого на линии Октябрьской дороги. Арки, поддерживающие проезжую часть моста, возвышались на 22 метра от будущего уровня воды, по нему могли одновременно проходить четыре состава поездов. В Европе подобный железнодорожный мост сооружался впервые, а в Америке к тому времени существовал лишь один мост такой конструкции.
На основании приказа НКВД № 143 от 29 мая заключенным, которые работали честно и энергично, показали себя ударниками, выполняли и перевыполняли плановые задания и соблюдали режим, должна была оказываться помощь в трудоустройстве после освобождения. «Отрицательному элементу» этого не полагалось.
9 июня приказом НКВД № 167 на строительстве канала вводилась сдельная оплата труда вольнонаемных и заключенных.
11 июня приказом по МВС и Дмитлагу № 148 утверждались штаты пионерского лагеря, начальником которого стал уполномоченный 3 отдела И. М. Курганов.
В приказе НКВД № 186 от 25 июня отмечалось, что Ковровский экскаваторный завод досрочно выполнил годовую программу, дав Мосволгострою 135 экскаваторов. Этим же приказом Ягода премировал начальника Ковровского экскаваторного завода Ф. Я. Яфедова легковой автомашиной «Форд», а на следующий день (приказом НКВД № 189) Яфедов был назначен заместителем начальника МВС и начальником Экскаваторного отдела Строительства с оставлением в должности начальника Ковровского завода.
Приказ наркома № 191 от 28 июня отмечал, что каждый работающий экскаватор освобождает 350 каналоармейцев-тачечников от тяжелого труда, а в качестве примера для подражания здесь названы каналоармейцы-экскаваторщики, работавшие на «Ковровце» № 110 в Глубокой выемке Хлебниковского района.
30 июня 300 динамовцев канала впервые приняли участие в физкультурном параде на Красной Площади в Москве.
Приказом НКВД № 198 от 1 июля к отстающим районам строительства были прикреплены «для помощи на июль месяц»: зам. начальника ГУЛАГа и начальник Дмитлага Фирин — к Икшинскому району; главный инженер МВС Жук — к Оревскому району; зам. главного инженера МВС Мачтет — к району «Темпы»; тем же приказом был снят с должности (за систематический срыв работ по шлюзу) начальник сооружений 2-го шлюза (район «Темпы») инженер Яковенко, причем 3 отделу Дмитлага поручалось срочно расследовать причины этого срыва.
3 июля приказом № 632 «в целях художественного отображения строительства канала и перековки лагерников в живописи, графике, рисунке и скульптуре самих каналоармейцев» организовывалась «вселагерная художественная выставка каналоармейского искусства».
5 июля приказом № 646 начальник КВЧ Южного района Житов за появление в пьяном виде был подвергнут аресту на 15 суток без исполнения служебных обязанностей с запретом дальнейшего ношения формы НКВД и понижением в должности.
13 июля приказом № 467 прежний начальник 3 отдела Дмитлага Е. А. Евгеньев назначался помощником начальника лагеря, а новым руководителем 3 отдела и заместителем начальника Дмитлага стал переведенный с поста помощника начальника ИНО ГУГБ С. В. Пузицкий.
20 июля Коган подписал приказ МВС № 221:

«Канал Москва—Волга, проходящий по территории двух областей: Московской и Калининской, является одним из величайших сооружений второй пятилетки.
Вопросы архитектурного оформления этого сооружения, особенно в связи с постановлением партии и правительства о генеральном плане реконструкции г. Москвы, приобретают огромное значение.
Строительство вступило в такую стадию развития работ, когда вопросы архитектуры отодвигаться уже не могут.
По некоторым бетонным сооружениям архитектурные задания требуются буквально немедленно.
Пироговская плотина, водосбросы в Восточном районе, Карамышевская плотина и др. сооружения не могут ждать уже ни одного дня. Состояние работ по архитектурному проектированию ни в какой мере не отвечает неотложным задачам в этой области.
ПРИКАЗЫВАЮ:
1. Ввести должность главного архитектора Строительства, на правах помощника главного инженера.
2. На вышеуказанную должность назначить инженера архитектора тов. Фридлянд Иосифа Соломоновича.
3. Тов. Фридлянд в декадный срок дать мне на утверждение положение об архитектурной мастерской, организационную структуру и штаты в пределах 27 единиц».
В этом приказе не отмечено одно немаловажное обстоятельство: главный архитектор МВС являлся мужем «канцелярского работника» Фридлянд-Ягоды Фриды Григорьевны, родной сестры наркома внутренних дел (но ее сперва сошлют в Астрахань, а затем осудят (28 августа 1937-го) на восемь лет (20 июля 1949-го ОСО при МГБ добавит «за антисоветскую агитацию» еще 10 лет ИТЛ) именно как «жену изменника родины Фридлянд Иосифа Соломоновича», — имя Ягоды станет к тому времени буквально непечатным даже в секретных документах).

27 июля приказом МВС № 232 объявлялось деление районов строительства канала на «крупные» и «средние» в зависимости от объема экскаваторных работ. К крупным районам были отнесены: Волжский, Темпы, Соревнование (названия двух этих районов носят железнодорожные станции Савеловской линии), Центральный, Икшинский, Хлебниковский, Южный; к средним — Оревский, Восточный, Водопроводный, Карамышевский районы и Центральные карьеры. В крупных районах работало от 15 до 25 экскаваторов, а в средних — от 7 до 15.
В приказе НКВД № 240 от 1 августа отмечалось, что в 1935 году должно быть закончено 70 сооружений канала, среди которых такие технически сложные и большие по объемам, как: Перервинская и Карамышевская бетонные плотины на Москве-реке; бетонная плотина на реке Клязьме у села Пирогова; Акуловская, Пестовская и Пяловская земляные плотины на реках Уче и Вязи (образующие Учинское водохранилище, и поныне снабжающее Москву питьевой водой); бетонная плотина на Волге; Третий шлюз (тот, который украшен изображениями каравелл); Глубокая выемка Хлебниковского района.
5 августа приказом № 729 при КВО лагеря создавалось Бюро по трудоустройству и помощи бывшим заключенным, в чьи функции входили также оказание материальной помощи нуждающимся и поддержка связи с бывшими лагерниками «на предмет выяснения условий их работы и быта» на воле.
7 августа приказом МВС № 245 станции «Карманово» и «Волжская плотина» Волжской железной дороги были переименованы в станции «Техника» и «Большая Волга».
12 августа приказом № 733 на территории 2-й трудкоммуны НКВД близ станции Люберцы Московско-Казанской железной дороги организовывался Люберецкий отдельный отряд Дмитлага (на 100 заключенных).
Тогда же Коган и Фирин выпустили циркулярное письмо:

«Наличие среди лагерников довольно значительного количества инвалидов ложится тяжелым бременем на бюджет Строительства и ДМИТЛАГа. С другой стороны, сравнительно ограниченная норма питания весьма отрицательно сказывается на физическом состоянии инвалидов, обрекая их на дальнейшее ослабление и истощение.
Между тем на нашем строительстве имеется много различных работ, не требующих большой физической силы и ловкости, на которых многие инвалиды могли бы работать. Особенно подходящими для этой цели являются некоторые работы сельско-хозяйственные и по очистке зон затопления (вырубка зарослей, очистка от поросли, сжигание и т. п.), протекающие на свежем воздухе, в здоровой обстановке. Участие в этих работах несомненно способствовало бы сохранению физического состояния инвалидов, а в отдельных случаях и его улучшению…»

В тот же день появился и приказ № 741:

«В ряде центральных газет, наряду с информацией о строительстве канала «Москва—Волга», начали появляться заметки о жизни и работе Дмитровского Исправительно-трудового лагеря НКВД. В этих заметках, составленных приезжими корреспондентами внестроительных газет и основанных на несерьезной информации случайных людей, зачастую печатаются всякие несуразности, которые не только не дают правильного освещения, но и прямо искажают огромную работу исправительно-трудовых лагерей НКВД СССР.
В целях упорядочения этого вопроса и решительного пресечения в дальнейшем неправильной информации советских читателей о жизни исправительно-трудовых лагерей НКВД, —
ПРИКАЗЫВАЮ:
— категорически запретить допуск посторонних лиц на территорию лагеря;
— запретить сотрудникам ДИТЛ давать какие-либо сведения во внелагерные газеты и журналы;
— все корреспонденции и статьи о жизни ДИТЛ, намечаемые к напечатанию во внелагерных газетах и журналах, должны быть обязательно завизированы начальником ДИТЛ или его заместителями».

А вскоре, 29 августа, приказ № 775 воздал должное собственной прессе лагеря:

«Литературно-художественный журнал ДМИТЛАГа НКВД «На штурм трассы» — начал второй год своего существования.
За год плодотворной работы журнал объединил вокруг себя крепкий творческий коллектив, выявил и вырастил целый ряд отдельных талантливых каналоармейцев — писателей, поэтов, художников…
В связи с годовщиной журнала «На штурм трассы», —
ПРИКАЗЫВАЮ:
1. Члену редколлегии и секретарю редакции журнала з/к Жигульскому Н. Н. объявить благодарность и выдать сто рублей.
2. Члену редколлегии, художнику в/н Кун Г. С. объявить благодарность и выдать почетную грамоту.
3. Возбудить ходатайство о награждении сотрудницы редакции в/н Могилянской Л. М. значком ударника МВС.
4. Сотруднику редакции в/н Лухтикер П. С., проведшему большую организационную работу по литсборнику, объявить благодарность и премировать полумесячным окладом содержания.
5. Литсотрудникам редакции з/к Тихомирову Р. П., Нитобургу Л. В. объявить благодарность и выдать почетную грамоту.
6. Художника редакции в/н Педдер Б. А. премировать полумесячным окладом содержания.
7. Фоторепортера з/к Буткевича Г. Ф. премировать 50 рублями.
8. Секретаря Отделения лагерной печати з/к Жаренова Н. Я. премировать 50 рублями.
9. Экспедитора Отделения лагерной печати Гуревича В. А. премировать 50 рублями.
10. Корректора-выпускающего журнала з/к Орлова С. В. премировать костюмом.
11. Художнице ЦХМ в/н Якушевой З. объявить благодарность.
12. Художникам ЦХМ з/к Соболевскому К. П., Никулину А. Ф. выдать почетные грамоты и премировать по 50 рублей каждого, а художника Жаркова В. наградить значком ударника МВС.
13. Директору типографии в/н Качаровскому Н. В. и всему коллективу типографии объявить благодарность.
14. Технического директора типографии з/к Комкова Д. К. премировать деньгами в сумме 100 рублей.
15. Бригадира наборного цеха з\к Виноградова Ф. Я. наградить значком ударника МВС.
16. Всем авторам, принимавшим участие в журнале в течение года и печатавшимся на его страницах, объявить благодарность.
17. Врид начальника КВО лагеря тов. Явиц и начальникам КВО районов в ознаменование юбилея журнала «На штурм трассы» провести в районах слеты каналоармейских писателей и лагкоров с премированием лучших и наиболее активных авторов на местах».

30 августа приказом МВС и Дмитлага из Южного в Хлебниковский район передавались следующие объекты: Химкинский порт, Химкинская плотина № 29, канал № 293 с аварийными воротами Сходненский гидроузел и Лихоборский канал.
2 сентября Перервинский и Хлебниковский участки трассы посетили секретарь ЦК ВКП(б) и председатель КПК Н. И. Ежов и зам. наркома внутренних дел Г. Е. Прокофьев.
8 сентября Сталин и Молотов подписали постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) «О строительстве канала Москва—Волга», где отмечалось, что к 1 июля (то есть за три года строительства) выполнено 45,7 процента от общего объема требуемых земляных работ, 22 процента бетонных и железобетонных работ. Проект канала предусматривал создание:

— узла сооружений на Волге (бетонная и земляная плотины и шлюз);
— судоходно-водоводного канала глубиной 5,5 метра от станции Иваньково на Волге до села Щукино на реке Москве, протяженностью в 128 километров с семью шлюзами (длинной в 290 метров и шириной 30 метров), шестью плотинами и пятью насосными станциями;
— двух бетонных плотин и двух шлюзов на реке Москве (у сел Карамышево и Перерва);
— водопроводного канала протяженностью в 31 километр от водохранилища на реке Уче до Сталинской водопроводной станции;
— Истринского гидроузла;
— восьми гидростанций при плотинах суммарный мощностью в 67 тысяч киловатт.

Размер капиталовложений на строительство сооружений канала устанавливался в 1400 миллионов рублей, окончить его требовалось к навигации 1937 года. Все вышеперечисленное было выполнено.
Тем же постановлением на МВС НКВД СССР возлагались еще и реконструкция Москвы-реки на участке «Щукино—Перерва» (с Хорошевским, Андреевским, Дорогомиловским и Лужнецким каналами-спрямлениями), строительство Юго-Восточной гавани, Северного городского канала, реконструкция и шлюзование реки Яузы. Но за вычетом Хорошевского спрямления и Южного порта все это так и останется на бумаге.
Кроме того, СНК и ЦК ВКП(б) обязали НКПС при постройке нового моста Московско-Белорусско-Балтийской железной дороги через Москву-реку у деревни Фили предусмотреть доведение его габаритов до габаритов мостов на канале.
Приказ НКВД № 302 от 16 сентября объявлял, что постановлением СНК СССР и ЦК ВКП(б) № 2074 от 14 сентября на НКВД возложено строительство Угличского и Рыбинского гидроузлов (с окончанием строительства к навигации 1939 года; на деле оно затянется). Начальником Волгостроя (Управление которого разместится в деревне Юга в бывшем монастыре — Югской Дорофеевской пустыни, ныне скрытой водами Рыбинского водохранилища) назначен зам. начальника ГУЛАГа Я. Д. Рапопорт (с освобождением от должности начальника Белбалткомбината НКВД), главным инженером — главный инженер МВС С. Я. Жук (по совместительству), Проектный отдел Волгостроя возглавил начальник Проектного отдела МВС В. Д. Журин (также по совместительству).

Как позднее сообщит корреспонденту газеты Я. Д. Рапопорт, «вначале… был намечен вариант строительства большой электростанции на Волге под Ярославлем. Этот вариант предусматривал затопление города Углича. Огромное пространство между реками Мологой и Шексной подвергалось потоплению и заболачиванию. В тот момент, когда расчеты по Ярославской гидростанции были закончены, а строительство уже велось, группа молодых инженеров представила свой проект… направила лично товарищу Сталину… Строительство гидроузла было перенесено из Ярославля в Рыбинск». Но в составе Волгостроя (где со временем окажутся многие из работавших в Дмитлаге чекистов) еще и в 1936 году будут существовать Нерехтский и Ярославский отдельные участки, — видимо, реликт этого первоначального замысла, как и поселок «Волгострой» у села Норское (немного выше Ярославля), где в 1932 году уже начиналось строительство плотины. Документация и даже лагерная пресса Волгостроя сохранились очень плохо.

26 сентября трассу канала Москва—Волга посетили секретарь ЦК ВКП(б) Каганович, секретарь МК ВКП(б) Хрущев, Ягода, председатель Моссовета Булганин, заместитель наркома внутренних дел Агранов и начальник ГУЛАГа Берман.
28 сентября состоялся объединенный пленум Московских обкома и горкома партии с участием актива строителей канала, в его работе приняли участие Каганович, Ягода, Хрущев, нарком пищевой промышленности СССР Микоян и другие. С докладами «Канал Москва—Волга — важнейшая часть реконструкции Москвы» и «Родной брат метро» выступили начальники МВС и Дмитлага Коган и Фирин.
4 октября на трассу приехали председатель СНК СССР В. М. Молотов, его заместители Я. Э. Рудзутак, В. И. Межлаук и Н. К. Антипов, Ягода и начальник ГУЛАГа Берман. Они осмотрели плотины и шлюзы на Перерве и в Карамышево, 8-й шлюз на Волоколамском шоссе, мост у станции Химки и Глубокую выемку.
22 октября состоялся аналогичный визит секретаря ЦК ВКП(б) Андреева, секретаря ЦК ВЛКСМ Косарева, заместителя наркома обороны Гамарника, Шкирятова и Поскребышева.
4 ноября приемочная комиссия МВС приняла Химкинский моста через канал на линии Октябрьской железной дороги. Длинна моста составила 116 метров. Сразу же после этого по мосту было открыто движение товарных и пассажирских поездов.
9 ноября приказом МВС № 404 для проектирования Рыбинского и Угличского гидроузлов при Управлении МВС был организован Проектный отдел Волгостроя.
10 ноября приказом № 932 объявлялось, что к лету 1935 года через сангородки и команды временно нетрудоспособных было пропущено около 65 000 каналоармейцев, вернувшихся оттуда на трассу «отдохнувшими и укрепленными».
26 ноября приказом № 956 А. А. Горшков возглавил совет лагерного общества «Динамо», в котором тогда же появились новые секции: «Юный динамовец», авиасекция (с планерно-парашютной подсекцией) и автовелосекция.

В ТОТ ЖЕ ДЕНЬ постановлением ЦИК и СНК СССР устанавливалось спецзвание «Генеральный комиссар государственной безопасности», присвоенное Ягоде.
28 ноября «Перековка» напечатала обращение сотрудников Дмитлага и МВС к своему наркому:

«Коллектив чекистов и работников Дмитровского лагеря на строительстве канала Москва—Волга с гордостью и радостью прочитали о присвоении Вам партией и правительством высокого звания Генерального комиссара государственной безопасности. Мы счастливы, что под Вашим испытанным руководством, выдающегося ученика из школы Ленина—Сталина—Дзержинского, работаем и создаем величайшее и красивейшее сооружение второй пятилетки — канал Москва—Волга. Да здравствует Генеральный Комиссар, наш боевой нарком Генрих Григорьевич Ягода!»

29 ноября последовали присвоения специальных званий: начальнику ГУЛАГа Берману Матвею Давидовичу — комиссара госбезопасности (ГБ) 3 ранга (приказ НКВД № 792), заместителю начальника Управления и начальнику 3 отдела Дмитлага Пузицкому Сергею Васильевичу — комиссара ГБ 3 ранга (тем же приказом), помощнику начальника ГУЛАГа Алексееву Николаю Николаевичу — старшего майора ГБ (приказ НКВД № 794), заместителю начальника ГУЛАГа и начальнику Дмитлага Фирину-Пупко Семену Григорьевичу — старшего майора ГБ (тем же приказом).
4 декабря спецзвание старшего майора ГБ было присвоено бывшему начальнику ГУЛАГа и начальнику строительства канала Москва—Волга Когану Лазарю Иосифовичу (приказ НКВД № 808), а 5 декабря — заместителю начальника ГУЛАГа и начальнику строительства Рыбинского и Угличского гидроузлов (по совместительству) Рапопорту Якову Давидовичу (приказ НКВД № 809).
Само введение персональных званий в системе НКВД (с 7 октября 1935-го) стало важной вехой в расслоении между оперативными работниками НКВД и сотрудниками ГУЛАГа: последним, за редким исключением, персональные звания не присваивались.
Однако это не касалось работников 3 отделов лагерей, уже с 1935-го получавших персональные звания наравне с сотрудниками территориальных органов госбезопасности: наряду с административно-хозяйственными в самой структуре лагерей существовали и оперативные должности, подразумевавшие ведение агентурной и следственной работы в среде заключенных, и должности в частях военизированной охраны. Личный состав 3 отделов лагерей вполне можно рассматривать как чекистов, пусть и занятых не в самой престижной сфере. Но и они, как правило, всячески стремились перейти на работу в территориальные органы ОГПУ—НКВД, что при хороших показателях работы удавалось.
Переток кадров из 3 отделов лагерей в территориальные органы (в областные УНКВД и в Центральный аппарат), равно как и обратный поток, было обычным делом. Двое из начальников 3 отдела Дмитлага: Е. А. Евгеньев-Шептицкий (1934—1935) и П. Ш. Симановский (апрель—июль 1937-го) — пришли на оперативную работу в ГУЛАГ из территориальных органов, выдвинулись первый — в заместители начальника 2 (оперативного) отдела ГУГБ, второй — в начальники УНКВД по Курской области. Впрочем, позднее оба были расстреляны: Симановского арестовали в январе 1939-го на посту начальника УНКВД по Орловской области (расстрелян 22 февраля 1940 года), Евгеньев же, как мы еще увидим, с оперативной работы в Центральном аппарате на короткое время вернулся в ГУЛАГ, теперь уже на административно-хозяйственную работу — начальником строительства № 210, но в октябре 1938-го арестован (расстрелян 3 марта 1939 года).
Как бы то ни было, в отличие от административно-хозяйственной работа в 3 отделах лагерей давала шанс выбраться из недр ГУЛАГа и сделать карьеру в территориальных органах или даже в Москве (но это характерно скорее для середины 1930-х, а в послевоенное время таких примеров почти нет).
Тем не менее нехватка кадров ощущалась остро. С середины 1930-х стали практиковаться организованные партийными органами мобилизации коммунистов на работу в администрацию лагерей. Помимо заполнения вакансий, это преследовало еще одну, пожалуй, главную цель: «оздоровить» кадровый состав ГУЛАГа.
Как заявит позднее, на партсобраниях в апреле 1937-го и в августе 1938 года, новый начальник ГУЛАГа И. И. Плинер, «к комплектованию кадров нашей системы подходили враги по-вражески; давали нам всякую сволочь, иногда фиксировали: из органов уволить, направить на работу в систему ГУЛАГа, иногда и без этой оговорки… в лучшем случае нам давали таких, которые спились…».

НА ВОЛГЕ начиналось новое строительство. 7 декабря 1935 года приказом НКВД № 0156 для производства работ по строительству Рыбинского и Угличского гидротехнических узлов был организован Волжский ИТЛ с дислокацией управления лагеря в городе Рыбинске; начальником Волголага назначался заместитель начальника ГУЛАГа и начальник строительства Рыбинского и Угличского гидротехнических узлов Я. Д. Рапопорт (по совместительству), его заместителем по строительству и по лагерю — бывший помощник начальника ГУЛАГа Н. Н. Алексеев («с освобождением от должности пом. нач. ГУЛАГа»), начальником 3 отдела Волголага — бывший помощник начальника Дмитлага Е. А. Евгеньев, заместителем главного инженера Волгостроя — К. А. Вержбицкий («с оставлением в должности Главного инженера и зам. нач. Беломорско-Балтийского комбината НКВД»).
20 декабря появился приказ НКВД № 389:

«В целях развития стахановского движения в Дмитровском лагере НКВД на строительстве канала Москва-Волга, для поощрения заключенных, которые применяя стахановские методы работы систематически превышают в несколько раз установленные нормы выработки при хорошем качестве выполняемых работ, приказываю:
Начиная с 01.10.35 заключенным-стахановцам, работающим на основных работах по сооружению канала зачет рабочих дней производить согласно утвержденного «Временного положения о зачете рабочих дней» — за 1 день работы засчитывать 2 дня срок или 90 дней за квартал.
Объявить заключенным Дмитровского лагеря НКВД, работающим на основных работах строительства канала (земляные, бетонные, гравийные, лесозаготовки и т. п.), что если они начиная с настоящего момента и до конца строительства будут работать по стахановски, то они будут по окончании строительства представлены к досрочному освобождению».

28 декабря приказом МВС и Дмитлага № 295 объявлялось о начавшейся 2 ноября эксплуатации двухпутного участка «Хлебниково — Дмитров» Савеловской железной дороги, выстроенного силами МВС.
30 декабря, в день третьей годовщины «Перековки», тиражом 15 000 экземпляров вышел 287-й номер этой газеты. Вот некоторые лозунги и заголовки из дмитлаговской прессы (на всех ее номерах стоял гриф «Распространение газеты вне лагеря воспрещается» или «Не подлежит распространению за пределы лагеря»):

— Ударники Завидова! Боритесь за досрочное окончание моста через реку Шоша!
— Стахановская работа — дорога к льготам.
— Величайший в мире канал построим красивейшим по архитектуре.
— Каналоармеец! От жаркой работы растает твой срок!
— Превратить каждого лодыря в хорошего рабочего.
— Отказчиков сделали ударниками.
— Не садись на груженые сани! [речь шла о бережном отношении к лошадям].
— Ударник! Есть ли на твоем участке лодыри? и, если есть, то что ты сделал для того, чтобы перевоспитать их?
— Сделать жизнь лагерника содержательной!
— Каждый лагерник может и должен быть перекован.
— За новую перекованную женщину!
— На кухне орудуют воры.
— Потопим свое прошлое на дне канала!
— Ударно работать — культурно отдыхать.
— Ковшом по загривку.
— Клязьму раньше срока пропустим через водосброс.
— Наш канал должен быть самым прочным, самым дешевым.
— Выжмем из техники все, что она может дать.
— Сегодня работать лучше, чем вчера, а завтра — лучше, чем сегодня.

Поквартальная численность заключенных в Дмитлаге в 1934—1935 годах составляла: на 1 января 1934-го — 88 534 человека, на 1 апреля — 118 155, на 1 июля — 162 845, на 1 октября — 188 311, на 1 января 1935-го — 192 229, на 1 апреля — 195 648, на 1 июля — 182 633, на 1 октября — 189 882, на 1 января 1936-го — 192 034 человека.


ГЛАВА ПЯТАЯ (ДМИТЛАГ)
В 1936 ГОДУ ПОДПИСКА, которую давали при поступлении на работу вольнонаемные сотрудники МВС, выглядела так: «Даю настоящую подписку управлению строительства Москва—Волгострой в том, что нигде, никому и ни при каких обстоятельствах не буду сообщать какие бы то ни было сведения, касающиеся жизни, работ, порядков и размещения лагерей НКВД, а также и в том, что не буду вступать с заключенными ни в какие частные, личные отношения и не буду выполнять никаких их частных поручений. Мне объявлено, что за нарушение этой подписки я подлежу ответственности в уголовном порядке как за оглашение секретных сведений. Родственников и знакомых, содержащихся в Дмитлаге НКВД СССР как заключенных, я не имею (если имеет, то указать, кого именно)». Далее указывались число, подпись, место работы и должность. Такая подписка имела гриф «совершенно секретно».
Как отмечалось в приказе по Дмитлагу (далее опускаем такое уточнение везде, где речь не идет о приказах по МВС или совместных приказах по МВС и Дмитлагу) № 38 от 11 января 1936 года, за период с 1 октября по 31 декабря 1935-го стоимость «промотанного» и расхищенного в лагере имущества составила около 14 тысяч рублей. Только в Орьевском районе было «промотано» 261 полупальто, 133 телогрейки, 73 пары ватных шаровар, 249 пар валенок, 74 одеяла, 45 пар кожаной обуви; схожей была ситуация и в других районах. Предписывалось привлекать к суду не только наиболее злостных промотчиков, но и скупщиков вещдовольствия.
10 января приказом НКВД № 24 новым начальником КВО Дмитлага был назначен (с должности заведующего культмассовым отделом Моссовета) Ю. А. Липский.
В приказе НКВД № 84 от 9 марта 1936 года отмечалось, что строительство канала вступило в четвертый, завершающий год своего существования и если к осени будут закончены все земляные и бетонные работы, то весной 1937 года по каналу пройдет первый пароход; этим же приказом начальнику Берману предлагалось лично бывать на строительстве не менее 5—6 дней в месяц, лагерникам же объявлялось, что лучшие ударники по окончании своего срока заключения могут при желании оставаться до окончания строительства по вольному найму.
16 марта приказом № 168 помощник начальника Икшинского района А. П. Флексер назначался помощником начальника Дмитлага (когда-то этот чекист занимал более высокие посты: в 1921—1930 годах руководил Административным отделом ВЧК—ОГПУ, в 1930—1931 годах — Управлением милиции в Крыму, в 1932—1934 годах был помощником по милиции полпреда ОГПУ по Белоруссии). 22 августа 1936 года Флексер возглавит также (по совместительству) Отдел кадров МВС и Дмитлага.
27 марта приказом № 196 премировались сотрудники Ермолинской центральной портновско-сапожной мастерской Отдела общего снабжения (ООС) Дмитлага «ко дню двухлетнего существования» мастерской, изготовившей за это время свыше 200 000 крупных и 200 000 мелких «предметов бельевых и спецодежды», 800 000 пар ватных и рабочих рукавиц, 30 000 фуражек и шапок, 153 000 пар ботинок, сапог и бурок.
21 апреля на основании приказа по МВС № 203 в Москве по адресу 1-я Мещанская улица 77/85 началось сооружение жилого дома Мосволгостроя НКВД.
23 апреля приказом по МВС № 205 «в связи с началом летних работ завершающего 1936 года» прекращалось предоставление очередных отпусков всем работникам строительства вплоть до 1937 года.
Приказ НКВД № 143 от 27 апреля гласил: «Имеются случаи приема на работу управлениями лагерей и строительств НКВД работников, уволенных с Москваволгостроя НКВД за различные проступки. Приказываю увольняемых со строительств и лагерей НКВД за проступки на другие строительства НКВД и в другие лагеря на работу не принимать. В исключительных случаях прием их на работу производить в каждом отдельном случае с санкции ГУЛАГа НКВД».
Приказом НКВД № 145 от того же числа в составе МВС образовывалось «Полевое управление строительства» (во главе с начальником МВС Коганом), которое должно было выезжать в «особоотстающие районы» и руководить ими на местах. Этим же приказом руководящим кадрам запрещалось выезжать со своих объектов без разрешения начальника или главного инженера МВС.
3 мая приказом МВС № 226 «за свою преступную деятельность по руководству Дмитровским мехзаводом МВС» были отстранены от должностей начальник Мехзавода А. В. Руденко, зам. начальника завода В. И. Носов, главный механик завода В. В. Кельцев и другие. 3 отделу Дмитлага поручалось провести расследование их деятельности и всех виновных привлечь к уголовной ответственности (21 мая приказом МВС № 270 всех указанных лиц со строительства уволили).
7 мая приказом № 286 за «воздушное хулиганство» во время полетов над Дмитровом лишались зачетов и переводились на производство двое заключенных — Н. Д. Горев и Т. А. Саежкин, бывшие летчиками Филиала летной школы областного Осавиахима при ПСО (Пролетарском спортивном обществе) «Динамо» Дмитлага и МВС. «Для укрепления руководства» заместителем председателя лагерного ПСО «Динамо» назначался зам. начальника 3 отдела Дмитлага Б. В. Кшанович.
22 мая нарком Ягода обратился к «Секретарю ЦК ВКП(б) тов. Сталину» и «Председателю СНК Союза ССР тов. Молотову» со следующим письмом:

«Постановлением Совета народных комиссаров Союза ССР и Центрального комитета ВКП(б) от 8 сентября 1935 года возложено на меня строительство Северного городского канала и реконструкция реки Яузы.
Прошу освободить меня от этого строительства по следующим мотивам:
1. Строительство Северного городского канала и реконструкция реки Яузы затягиваются до 1939 года, а строительство канала Москва—Волга заканчивается в 1937 году, причем, по окончании земляных и бетонных работ, примерно к сентябрю—октябрю 1936 года, лагеря на Москва—Волга должны свертываться, и значительная часть заключенных будет вывезена.
2. Работы по реконструкции Яузы и по строительству значительной части Северного канала придется вести на целом ряде центральных улиц г. Москвы (Садовая-Земляная, у Яузских ворот, Лефортово, Электрозаводская — электрозавод), где работа с заключенными совершенно исключается, т. к. пришлось бы оцеплять целые улицы, чтобы охранять от побегов заключенных.
3. Таким образом, заключенных можно было бы использовать только лишь на части работ по строительству Северного канала, который проходит лишь частично за городом, а остальную, большую часть работ, производить вольнонаемными.
Таким образом, работа по реконструкции Яузы и проведению Северного канала силами заключенных отпадает — и Северный канал и реконструкцию Яузы удобнее строить вольнонаемными рабочими, что гораздо удобнее и лучше сделает Моссовет, чем я.
Прошу освободить меня от этих работ, передав их Моссовету с тем, что я передаю Моссовету весь проектный отдел, ведущий изыскание и проектировку по этим работам и часть инженерно-технического персонала с Москва—Волги, кроме главного инженера Жука и его заместителей — Журина, Мачтета и Рубинчика, которые должны вести работы по Волге—Дону, да они и не понадобятся на этих работах».

25 мая Ягода посетил трассу канала.
26 мая приказом по МВС и лагерю № 113 на строительстве вводился «трудовой режим, существующий в промышленных и строительных предприятиях Союза ССР», и в том числе запрещался «отпуск работающих с трассы до окончания рабочего дня, независимо от выполнения ими норм и плановых заданий досрочно».
Приказом НКВД № 192 от 1 июня предлагалось возбудить ходатайство о досрочном освобождении заключенных Дмитлага, «работающих по-стахановски».
12 июня в приказе № 370 сообщались итоги объявленного в марте КВО вселагерного конкурса по «созданию каналоармейской музыки; жюри в составе композиторов Дзержинского, Белого, Кабалевского, Шехтера, Чемберджи, Старокадомского отобрало 20 из 112 произведений, написанных 73 каналоармейцами, присудив первую премию (500 рублей) авторам музыки и стихов «Марша бетонщиков» заключенным Н. Е. Цедрику и В. П. Калентьеву (поэт и счетовод, попавший в Дмитлаг за растрату), вторую (250 рублей) — заключенному Г. П. Шевченко за песню «Ветер» и заключенному Э. К. Стручко за «Напев для балалайки», третью премию (150 рублей) — заключенному П. П. Рогову за «Осень в Орудьево» и заключенному В. Саранче за «Мелодию для баяна»».
14 июня в 19 часов 15 минут Перервинский шлюз № 10 Южного района посетили Сталин, Каганович, Орджоникидзе и Ягода.
Согласно приказу НКВД № 248 от 1 июля, на МВС к этому моменту работали 163 экскаватора, 1800 автомобилей, 172 паровоза, 2000 вагонов и 300 тракторов, было проложено 650 километров железнодорожных путей.
3 июля приказ НКВД № 249 предписал: в связи с близящимся окончанием земляных работ на ряде участков МВС приступить к окончательной отделке канала и к его очистке от строительного мусора. К навигации 1937 года на площадках сооружений канала должны были быть разбиты цветники и газоны, а на всем его протяжении — высажены деревья и кустарники и полностью сделана отмостка откосов.
9 июля приказ № 407 отмечал, что канал строят «представители 46 национальностей народов СССР, находящихся в Дмитровском лагере».
Приказом НКВД № 259 того же дня (на основании постановления СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 11 июня) в Москве организовывалось самостоятельное Управление строительства Северного городского канала и реконструкции реки Яузы с непосредственным подчинением начальнику ГУЛАГа НКВД М. Д. Берману. Главным инженером этого строительства был назначен С. Я. Жук, его заместителем — В. Д. Журин (оба по совместительству), начальником строительства — А. Я. Розенштейн (по совместительству с должностью начальника района «Техника» МВС и Дмитлага). Но кроме одного шлюза на Яузе, выстроенного в 1937—1939 годах, ничего из этого замысла осуществлено не будет.
15 июля приказом МВС № 396 для проведения экскаваторной выемки на Поклонной горе в составе Карамышевского района МВС был организован Отдельный экскаваторный рабочий пункт.
Приказом НКВД № 302 от 22 июля зам. начальника МВС Ф. Я. Яфедов был назначен (по совместительству) начальником строительства двух аэродромов: реконструкция и строительство аэродрома имени Фрунзе должны были быть закончены к декабрю 1936 года, а строительство гражданского аэродрома — к 1 июля 1937 года.
17 июля приказом по МВС № 399 Мехзавод МВС возглавил инженер П. К. Георгиевский, ранее начальник его экскаваторного цеха.
19 июля приказ НКВД № 291 предписал использовать освобождающееся на строительстве канала оборудование и транспортные средства на других стройках НКВД. Необходимый ремонт такой техники должен был производить Дмитровский мехзавод МВС. Всего после окончания строительства планировалось высвободить оборудования и транспортных средств на сумму 145 миллионов рублей.
19 июля приказом МВС и Дмитлага № 131 в связи с «исчерпанием лесосечного фонда и сокращением объема работ» Весьегонский район реорганизовывался в Отдельный Весьегонский участок. В течение трех лет этот находящийся на значительном удалении от трассы канала район обеспечивал МВС и Дмитлаг древесиной.
1 августа приказом по МВС № 451 на Хлебниковский район возлагалось строительство водной станции «Динамо» на Химкинском водохранилище (позднее известной как «Водный стадион»), которое предписывалось закончить к весне 1937 года.
10 августа в приказе МВС № 467 Коган объявил, что ввиду своего утверждения заместителем наркома лесной промышленности СССР и на основании приказа НКВД № 727 от 9 августа 1936 года сдал дела и должность начальника МВС М. Д. Берману. В своем прощальном приказе Коган поблагодарил «всех товарищей, честно и самоотверженно помогавших мне выполнять задания партии, правительства и Народного комиссара товарища Ягода».
10 августа в своем приказе № 1 новый начальник МВС и одновременно начальник ГУЛАГа Берман объявил, что «сего числа вступил в исполнение обязанностей начальника строительства канала Москва—Волга».
Приказом НКВД № 00287 от 16 августа 1936 года организовывалось самостоятельное Управление лагеря НКВД по строительству аэродромов, непосредственно подчиненное ГУЛАГу, с дислокацией управления лагеря в Москве, в бывших летних казармах кавалерийского полка НКВД на Хорошевском шоссе. Однако уже 5 сентября приказом НКВД № 380 оно было возвращено в состав МВС на правах района.
23 августа приказом МВС «за попытку контрреволюционного срыва стахановского движения на сооружениях Центрального района», а именно публичное заявление о невозможности выполнения планов по «насосной станции 183», был снят с работы начальник узла сооружений шлюза № 3 инженер Н. Г. Грибановский. Пояснялось, что «лишь немедленное вмешательство начальника работ района тов. Комаровского, поддержанного каналоармейцами, пресекло этот беспримерный враждебный выпад». 3 отделу поручалось провести расследование, начальником сооружений узла шлюза № 3 назначался А. И. Гейхрох, помощником начальника узла по «насосной станции 183» — инженер Н. Я. Райский.
27 августа приказом МВС и Дмитлага № 168 для проверки исполнения приказов и распоряжений, проверки работы районов и оперативной помощи им по неотложным вопросам, при начальниках МВС и Дмитлага была организована Особая оперативная инспекция в составе 5 человек. Ее начальником был назначен (по совместительству) начальник Секретариата и отделения кадров ГУЛАГа и личный секретарь начальника ГУЛАГа А. Л. Сулин-Этин.
28 августа приказом МВС и Дмитлага № 167 упразднялся Общий отдел Дмитлага, функции общего несекретного делопроизводства, стола командировок и издания приказов переходили в Отдел кадров, комендатура выделялась в самостоятельное подразделение в подчинении зам. начальника Дмитлага А. А. Горшкова.
5 сентября приказом НКВД СССР № 379 Управление строительства Северного канала и реконструкции реки Яузы было включено в состав МВС на правах района.
29 сентября по приказу МВС и Дмитлага № 206 заместитель начальника Центрального района Гриневич «за грубость и площадную ругань по адресу подчиненных ему работников-заключенных» был арестован на 5 суток без исполнения служебных обязанностей.
8 октября приказом по МВС № 115 строительство водной станции «Динамо» возглавил (по совместительству) начальник Хлебниковского района Г. Д. Афанасьев. На основании распоряжения наркома внутренних дел Ягоды и приказа МВС № 63 от 16 сентября заместитель главного инженера В. Д. Журин еще 12 сентября выехал в командировку на Дальний Восток.
21 сентября «отделение Мособлсуда по делам Дмитлага НКВД СССР» приговорило трех бывших начальников сооружений канала (Ф. И. Торговкина, Г. В. Буренкова и Н. А. Бланка) к различным срокам (от 4 лет лишения свободы до 10 месяцев принудительных работ) за злоупотребление служебным положением, выразившееся в перерасходах и бесхозяйственной работе».
Приказ МВС и Дмитлага № 500 от 23 сентября гласил: «Руководство строительства и лагеря получает большое количество обращений и ходатайств от чекистов, инженеров и лучшей части каналоармейцев об объявлении октября стахановским месяцем имени нашего Наркома тов. Ягода», в связи с чем приказывалось объявить октябрь «Стахановским месяцем имени Народного комиссара внутренних дел тов. Ягода». Руководители МВС и Дмитлага еще не знали, что всего через три дня Ягода лишится этой должности.
26 сентября он был освобожден от обязанностей наркома внутренних дел СССР и назначен (вместо А. И. Рыкова) наркомом связи СССР. НКВД возглавил Н. И. Ежов. А 29 сентября бывший зам. наркома внутренних дел Г. Е. Прокофьев сменил И. П. Жукова на посту первого заместителя наркома связи, в тот же день начальник ГУЛАГа и МВС М. Д. Берман был утвержден новым заместителем наркома внутренних дел.
28 сентября начальник Санитарного отдела ГУЛАГа И. Г. Гинзбург возглавил также (по совместительству) САНО Дмитлага.
29 сентября приказ МВС № 88 возложил вину за срыв месячного плана работ по Волжскому району на начальника работ района инженера Н. Ф. Шапошникова, который «вместо мобилизации коллектива строителей… своим оппортунистическим отношением к работе размагничивал подчиненный ему аппарат и тем самым срывал всю работу по Волжскому району». За это Шапошников был понижен до должности начальника сооружения Сестринских дамб района «Техника».
7 октября приказом НКВД № 937 бывший зам. начальника Беломорско-Балтийского комбината и начальник Беломорско-Балтийского лагеря Д. В. Успенский был назначен заместителем начальника Дмитлага.
25 октября приказом МВС и Дмитлага № 233 увеличивалось число «мясных дней» (вместо 9 в месяц — 15 в месяц с увеличением дневной нормы отпуска мяса на 40 процентов), а в остальные 15 рыбных дней дневная норма отпуска рыбы увеличивалась на 20 процентов. По новым нормам общелагерного котла, на одного заключенного в день полагалось: хлеба ржаного — 400 грамм, крупы разной — 100 грамм, мяса — 140 грамм, рыбы — 240 грамм, картофеля и овощей — 700 грамм.
26 октября начальник Отдела перевозок и связи ГУЛАГа Ю. П. Брилль возглавил (по совместительству) Отдел железнодорожных и водных перевозок МВС.
6 ноября приказом МВС и Дмитлага № 248 в связи со свертыванием работ Восточный район с 10 ноября реорганизовывался в Отдельный Листвянский участок.
27 ноября приказом МВС и Дмитлага № 261 ввиду окончания работ по Центральному аэродрому с 1 декабря расформировывался участок «Аэродром» Карамышевского района. Центральный аэродром имени Фрунзе в районе Ходынки был построен за три месяца.
В тот же день главный бухгалтер ФИНО ГУЛАГа Л. И. Инжир по совместительству был назначен главным бухгалтером МВС.
2 декабря приказом МВС и Дмитлага № 269 в связи с окончанием основных экскаваторных работ Экскаваторно-транспортный отдел был реорганизован в Автотранспортный (АТО). Врид начальника АТО был назначен В. И. Папировский.
9 декабря приказами НКВД СССР №№ 488 и 489, в связи с окончанием основных земляных и бетонных работ на ряде сооружений канала и освобождением значительного количества заключенных и вольнонаемных работников, часть из них откомандировывалась на Волгострой НКВД.
18 декабря приказом по МВС № 282 начальник Хлебниковского района капитан ГБ Г. Д. Афанасьев был назначен (по совместительству) начальником строительства Химкинского московского речного порта.

6—7 ЯНВАРЯ 1937 ГОДА на строительстве канала и в подразделениях Дмитлага была проведена работа по Всесоюзной переписи населения. Переписаны были как вольнонаемные, так и заключенные. Руководителем переписи по МВС и Дмитлагу был зам. начальника лагеря А. А. Горшков.
8 февраля появился приказ МВС № 57:
«В состав сооружений, выполняемых строительством канала Москва—Волга, включены 15-метровые гранитные монументы Ленина и Сталина, устанавливаемые при выходе из Волги в аванпорт канала. Сооружение этих монументов у входа в канал должно отразить величие канала, как одного из памятников Ленинско-Сталинской эпохи». Волжский район должен был выделить для этого объекта свои лучшие бригады.
Постановлением СНК СССР № 254 от 15 февраля и приказа МВС и Дмитлага № 28 от 3 марта для строительства Южного порта на Москве-реке у Сукина болота создавался лагерный район «Южный порт».
23 марта были опущены щиты на Волжской плотине, 27 марта вода начала заполнять русло канала.
29 марта был арестован нарком связи и бывший главный строитель канала Г. Г. Ягода.
Постановлением СНК СССР № 590 от 9 апреля устанавливался срок сдачи канала в постоянную эксплуатацию (к 1 июля 1937 года), эксплуатация канала в течение 1937 года возлагалась на МВС, а с января 1938-го объекты канала «с полным штатом работников, освоивших эти сооружения», передавались Наркомводу.
Этим же постановлением предписывалось:
— Наркомводу к 1 мая 1937 года закончить постройку и оборудование восьми дебаркадеров на следующих пристанях: Щукино, Хлебниково, Чиверово, Большая Волга (Иваньково), Конаково, Лисицыно, Калинин и Рыбинск;
— НКВД к 1 июня 1937 года сдать в эксплуатацию пассажирский вокзал в Химкинском порту и павильоны со служебными помещениями на следующих пристанях: Запрудки, Торфяная, Дмитров, Яхрома, Влахернская, Икша, Пирогово, а к 1 июля — пассажирский павильон на пристани «Большая Волга»;
— Наркомводу внести на утверждение СНК СССР предложения о проекте и сроках строительства судоремонтных мастерских в Хлебникове, а ремонт судов канала в зиму 1937—1938 годов обеспечить путем организации в Хлебникове временной ремонтной базы.
17 апреля волжская вода заполнила канал на всем его протяжении.
22 апреля канал посетили Сталин, Ворожилов, Молотов и Ежов. Это был третий визит генсека на трассу, но впервые его вместо Ягоды сопровождал новый нарком внутренних дел.
28 апреля были арестованы начальник Дмитлага и заместитель начальника ГУЛАГа старший майор ГБ С. Г. Фирин и начальник 3 отдела Дмитлага комиссар ГБ 3 ранга С. В. Пузицкий.

Вслед за этим, совсем незадолго до официального окончания строительства, на чекистские кадры Дмитлага обрушилась волна арестов. Только по «делу Фирина» было арестовано 218 человек, среди которых оказалось большинство лагерных литераторов и художников, которым покровительствовал начальник Дмитлага. Неполный список заключенных Дмитлага, не связанных непосредственно с Фириным и расстрелянных в течение 1937—1938 годов УНКВД по Московской области (так сказать, «в обычном порядке»), их имен не содержит (см. «Бутовский полигон, 1937—1938. Книга памяти жертв политических репрессий». Т. 2. М., 1999, стр. 289—344).
Обвинили чекистов Дмитлага ни больше ни меньше как в заговорщической деятельности. О заговоре в НКВД Н. И. Ежов впервые подробно рассказал на июньском (1937) Пленуме ЦК ВКП(б).
По словам Ежова, Ягода готовил «дворцовый переворот», в котором важнейшую роль должны были сыграть заключенные подмосковных лагерей.
Руководители Дмитлага Фирин и Пузицкий «по поручению Ягоды должны были создать террористические группы в лагерях НКВД для совершения терактов при возможном посещении членами правительства канала Волга—Москва», для чего ими «вербовались в состав контрреволюционной организации, наиболее контрреволюционные элементы из среды уголовников, содержащихся в Дмитровском лагере». Описывая сценарий захвата власти, Ежов цитировал показания Фирина, выбитые на следствии:
«В плане захвата власти Ягода отводил ответственное место силам Дмитлага. Ягода указал, что в лагере надо создать крепкий боевой резерв из лагерных контингентов. Для этого следует использовать нач. строительных отрядов из авторитетных в уголовном мире заключенных, так называемых «вожаков», чтобы каждый «вожак» в любое время мог превратиться в начальника боевой группы, состоящей из основного костяка заключенных из его же строительного отряда. Ягода говорил, что боевые группы Дмитлага потребуются для террористических задач — захвата и уничтожения отдельных представителей партии и власти и, кроме того, должны составлять резерв для захвата отдельных учреждений, предприятий и т. п. боевых задач. Поэтому каждый начальник боевого отряда должен подчинить своему влиянию максимальное количество отборных головорезов-лагерников. Опасные элементы после переворота можно будет уничтожить».
Фигура бывшего наркома вообще вызывала у Ежова особую ненависть главным образом за активные попытки собственной «популяризации». По выражению Ежова, «Ягода окружил себя группой продажных писателей и журналистов типа — Киршона, Афиногенова, Авербаха, а также использовал грязное окружение Горького». Об этом же поведал и Фирин на следствии, причем, в отличие от вышеприведенных фантазий о «заговоре», этим показаниям уже нельзя не верить: «Во время пребывания Р. Роллана у Горького, Ягода мне поручил специально выехать в Горки и рассказать подробно Роллану о работе по перековке заключенных и о большой роли в этом Ягоды. Не удовлетворившись этим, Ягода сам привез к Горькому чуть ли не всю Болшевскую трудкоммуну. В течение целого вечера коммунары выступали, а Ягода не отходил от Р. Роллана. Популяризацию Ягоды среди писательских кругов в свое время организовал и вел Л. Авербах. С его отъездом все это дело перешло к Киршону, с которым Ягода встречался чаще чем бы то ни было. Целая группа писателей, при моем содействии, была привлечена на постоянную работу по собиранию и выпуску материалов о Ягоде и его роли культурно-просветительного деятеля. Это относится к Г. Корабельникову, Афиногенову, Бруно Ясенскому, его жене Берзиной, Горбунову, Лузгину, Цейтлину».
Для расправы с «заговорщиками» из НКВД Сталин уже в первых числах июня 1937 года ввел так называемый «особый порядок» осуждения. Согласно этой процедуре, списки на расстрел рассматривал и утверждал сам Сталин, а формальное решение принимала Комиссия в составе наркома внутренних дел и Прокурора СССР (Ежов и Вышинский) или их заместителей; немного погодя к ним стал присоединять свою подпись председатель Военной коллегии Верховного суда В. В. Ульрих.

Еще 29 апреля 1937 года приказом НКВД № 651 заместителем начальника ГУЛАГа, начальником Дмитлага и заместителем начальника МВС был назначен З. Б. Кацнельсон, до того заместитель наркома внутренних дел Украины (в 1931—1933 годах он был заместителем полпреда ОГПУ в Московской области, застав начало строительства канала).
Этим же приказом 3 отдел Дмитлага возглавил майор ГБ П. Ш. Симановский, прежде начальник Особого отдела ГУГБ НКВД Московского военного округа — 5 отдела УГБ УНКВД по Московской области.
Приказом НКВД № 188 от 8 мая (и на основании постановления СНК от 9 апреля) в составе МВС было организовано Управление эксплуатации канала. Его начальником и главным инженером был назначен А. Н. Комаровский.
На основании постановления СНК СССР № 737 от 9 мая из состава Совета при Наркомводе СССР был исключен первый начальник Москаналстроя П. Я. Бовин.
10 мая приказом МВС № 300 устанавливался штат Управления эксплуатации канала (394 человека), а заместителем начальника Управления по административно-хозяйственному сектору был назначен Ф. Т. Прохорский (ранее начальник Центрального района).
15 мая нарком внутренних дел Ежов подписал приказ № 192 о награждении главного инженера МВС С. Я. Жука «за исключительные заслуги по строительству канала Москва—Волга… легковой автомашиной ЗИС»; подарок оказался как нельзя более своевременным, потому что 5 июня того же года постановление СНК СССР № 905 запретило «народным комиссарам и другими руководителям учреждений дарить автомашины отдельным лицам, так как это право принадлежит только правительству».
Приказ НКВД № 00266 от 20 мая предписал:

«1. Начальнику строительства канала Волга—Москва т. Берману организовать работы по окончанию строительства канала таким образом, чтобы в период с 20 мая по 20 июня были закончены все основные работы, с тем чтобы на 20 июня Дмитровский лагерь был максимально свернут.
2. На период после 20 июня на остаточный объем работ оставить только заключенных, осужденных до бытовым статьям из краткосрочников.
3. Из подмосковных районов лагеря (Южный, Сходненский, Карамышевский, Хлебниковский, Водопроводный) в 5-дневный срок изъять всех заключенных, осужденных по контрреволюционным статьям, и отправить в другие лагеря.
4. В перечисленных выше подмосковных районах лагеря:
а) охрану из числа заключенных немедленно перебросить в северные районы, пополнив из северных районов охрану вольнонаемными стрелками;
б) пожарную охрану из числа заключенных заменить вольнонаемными работниками.
5. Начальнику Дмитлага тов. Кацнельсону пересмотреть списки заключенных, пользующихся правом проживания на частных квартирах, и таковые максимально сократить, переведя заключенных на лагерное положение».
Этим же приказом начальнику ГУШУСДОР НКВД СССР Г. И. Благонравову было дано указание немедленно убрать всех заключенных, занятых на строительстве автомагистралей «Москва—Минск» (Вяземлаг) и «Москва—Киев» (Калуглаг) в радиусе 35 километров от Москвы, заменив их вольнонаемными рабочими.

На основании приказа НКВД № 201 от 20 мая были образованы две комиссии: по применению льгот для заключенных Дмитлага (под председательством начальника Дмитлага Кацнельсона) и по составлению списков вольнонаемных работников МВС для их награждения за ударную работу (под председательством начальника МВС Бермана).
20 мая было успешно закончено изготовление большой электрифицированной рельефной карты канала для Международной выставки в Париже, 23 мая карта была принята для отправки в Париж (о чем объявлялось приказом МВС № 334 от 7 июня).
24 мая приказом МВС и Дмитлага № 60 для эвакуации людей и имущества строительства и лагеря была организована Эвакуационная комиссия во главе с зам. начальника Дмитлага А. А. Горшковым.
3 июня приказом МВС и Дмитлага № 64 для выдачи паспортов лагерникам, досрочно освобождаемым за ударную работу на строительстве, в Дмитрове был организован Центральный паспортный отдел (штат из 20 человек).
7 июня постановлением СНК СССР № 908 было предписано «приступить к опытной эксплуатации канала Москва—Волга» 15 июня.
14 июня приказом НКВД № 968 начальник 3 отдела и зам. начальника Дмитлага П. Ш. Симановский назначался начальником УНКВД Курской области.
17 июня приказом № 282 Кесово-Горский совхоз № 2 Дмитлага передавался в ведение отдела мест заключения УНКВД Калининской области.
24 июня приказом МВС и Дмитлага № 67 на пусковой период (до 1 января 1938-го) в составе МВС организовывалось «Управление по эксплуатации Сталинской станции, Водопроводного канала и Учинского водохранилища». Основной его задачей была «бесперебойная подача в московскую городскую сеть воды из Учинского водохранилища через Водопроводный канал и Сталинскую насосную и очистную станцию». К 1 января 1938 года все эти сооружения МВС должны были быть передана в ведение Мосводопровода. Начальником нового управления стал (по совместительству) начальник Водопроводного района А. А. Усиевич.
4 июля СНК СССР и ЦК ВКП(б), заслушав доклады начальника МВС М. Д. Бермана и председателя правительственной комиссии по приему канала Москва—Волга С. З. Гинзбурга, выпустили постановление № 1066:

«1. Одобрить доклад Правительственной комиссии по каналу Москва—Волга и признать строительство канала законченным, а канал готовым к эксплуатации.
2. Открыть канал Москва—Волга для пассажирского и грузового движения с 15 июля 1937 года.
3. Объявить благодарность Наркому внутренних дел СССР и всему коллективу строителей канала Москва—Волга за образцовое выполнение правительственного задания.
4. Предложить наркому внутренних дел СССР тов. Ежову представить свои соображения о награждении строителей канала Москва—Волга».

11 июля приказом № 321 (на основании постановлений СНК СССР от 28 июня и 2 июля) Талдомский и Ермолинский совхозы Дмитлага были переданы в ведение Наркомата пищевой промышленности и Всесоюзного института защиты растений.
Постановлением Президиума ЦИК СССР от 14 июля «за выдающиеся успехи в деле строительства канала Москва—Волга» были награждены

орденом Ленина:
— начальник Хлебниковского района Г. Д. Афанасьев,
— начальник Мехзавода П. К. Георгиевский,
— зам. главного инженера МВС В. Д. Журин,
— начальник работ Центрального района А. Н. Комаровский,
— начальник работ Волжского района Г. Н. Мачтет,
— начальник АТО МВС В. И. Папировский,
— начальник сооружения шлюза № 5 С. И. Погарский,
— начальник Планово-производственного отдела МЫС М. Н. Попов,
— зам. начальника ГУЛАГа И. И. Плинер,
— начальник Центрального района Ф. Т. Прохорский,
— зам. начальника Дмитлага П. Ш. Симановский,
— начальник Водопроводного района А. А. Усиевич,
— зам. начальника Дмитлага Д. В. Успенский,
— главный инспектор МВС А. И. Фидман;

орденом Красной Звезды:
— начальник МВС М. Д. Берман,
— главный инженер МВС С. Я. Жук,
— бывший начальник МВС Л. И. Еоган,
— помощник начальника ГУЛАГа А. П. Ермаков;
орденом Трудового Красного Знамени:
— начальник ФИНО НКВД и МВС Л. И. Берензон,
— начальник САНО ГУЛАГа И. Г. Гинзбург,
— зам. начальника Техотдела МВС Г. А. Руссо,
— зам. начальника КВО Дмитлага И. Б. Явиц,
— председатель Совета жен работников МВС О. И. Крипайтис (жена зам. начальника Волжского района К. К. Крипайтиса);

орденом «Знак Почета»:
— начальник оперативного отделения 3 отдела Дмитлага П. К. Жучилин,
— начальник УРО Дмитлага Ю. А. Липский,
— зам. главного инженера МВС Е. Д. Рубинчик,
— начальник инспекции А. Л. Сулин-Этин,
— секретарь парткома Центрального района А. А. Щекин.

Всего было награждено 404 человека, из них орденом Ленина — 42, орденом Красной Звезды — 25, орденом Трудового Красного Знамени — 209, орденом «Знак Почета» — 129 человек.
14 июля появилось также совместное постановление ЦИК и СНК СССР № 103/1113 «О награждении и льготах для строителей канала Москва—Волга»:

«В связи с окончанием в установленный правительством срок строительства канала Москва-—Волга и передачей его в эксплуатацию, ЦИК и СНК СССР постановляют:
1. Предложить НКВД СССР наградить ценными подарками и денежными премия отличившихся на строительстве вольнонаемных работников.
2. Установить для строителей канала Москва—Волга специальный нагрудный знак.
3. Предложить НКВД СССР представить в ЦИК СССР списки бывших заключенных, добровольно оставшихся для работы на канале по вольному найму, особо отличившихся на строительстве канала Москва—Волга, для снятия с них судимости.
4. Досрочно освободить за ударную работу на строительстве канала Москва—Волга 55 000 заключенных. Обязать ВЦСПС принять меры к скорейшему их устройству на работу.
5. Предложить НКВД СССР при освобождении заключенных за ударную работу на строительстве канала Москва—Волга выдавать им, кроме специальных удостоверений, свидетельствующих об их работе на канале Москва—Волга, также проездные билеты и денежные награды в размере от 100 до 500 рублей.

15 июля канал был торжественно открыт для движения пассажирских и грузовых судов. В «Зеленом театре» ЦПКО имени Горького по этому случаю состоялся 20-тысячный митинг, а вечером в Большом театре — торжественное заседание с участием Сталина, Молотова, Жданова, Хрущева, Булганина, Ежова, Фриновского, Реденса, Бермана и Жука. Берман доложил собравшимся: «Ошибка природы, лишившая Москву крупных источников воды, исправлена в 4 года и 8 месяцев».
К этому времени в типографии МВС и Дмитлага была выпущена специальная листовка (тираж 4000 экземпляров, цензорский номер «Уполн. Мосгорлит АГ-1833-86»):

«ГРАЖДАНЕ!
Строительство канала МОСКВА—ВОЛГА, одно из самых прекрасных и крупнейших сооружений второй пятилетки, в основном окончено. Канал имеет не только судоходное значение, но он является также источником питьевого водоснабжения для г. Москвы.
Вода в канале должна быть совершенно чистой. Правительство издало специальный закон о санитарной охране канала. Этот закон запрещает загрязнять канал сбрасыванием в него нечистот, мусора, навоза, запрещает пасти скот в полосе 150 метров от канала, поить и купать скот в канале. Для купания же людей отводятся специальные места.
Все граждане должны этот закон соблюдать и охранять канал от загрязнений. Всякое загрязнение канала — угроза санитарному благополучию канала и здоровью трудящихся Красной столицы.

ГРАЖДАНЕ,
БЕРЕГИТЕ КАНАЛ!
НЕ РАЗРУШАЙТЕ БЕРЕГОВ OO НЕ ВЫДЕРГИВАЙТЕ КАМНЕЙ OO НЕ СРЫВАЙТЕ ДЕРНА OO НЕ СБРАСЫВАЙТЕ В КАНАЛ И ПРИБРЕЖНУЮ ПОЛОСУ НЕЧИСТОТ И МУСОРА OO НЕ СТИРАЙТЕ БЕЛЬЕ В КАНАЛЕ И ВОДОХРАНИЛИЩАХ OO НЕ ПАСИТЕ СКОТ В 150-МЕТРОВОЙ ПОЛОСЕ OO НЕ ПУСКАЙТЕ СКОТ
ДЛЯ ВОДОПОЯ
КАЖДЫЙ СОВЕТСКИЙ ГРАЖДАНИН
ДОЛЖЕН ОБЕРЕГАТЬ КАНАЛ

КТО БУДЕТ ЗАГРЯЗНЯТЬ КАНАЛ,
ТОТ БУДЕТ ПРИВЛЕКАТЬСЯ
К ОТВЕТСТВЕННОСТИ
Управление Эксплоатации канала Москва—Волга».

23 июля приказом МВС и Дмитлага № 102 для обеспечения лесоматериалами и топливом строительства Сталинской насосной станции ей передавалось все имущество Весьегонского отдельного участка МВС вместе с личным составом, а сам Весьегонский участок был ликвидирован.
В этот же день приказом МВС № 486 объявлялось, что Завидовский район в связи с окончанием работ с 1 августа реорганизуется в Отдельный Завидовский участок.
27 июля приказом МВС и Дмитлага № 103 передавался в ведение ГУЛАГа Мехзавод МВС и Дмитлага (а приказанием ГУЛАГа № 48 от 19 августа Мехзавод вошел в состав строительства Куйбышевского гидроузла НКВД).
2 августа приказом НКВД № 104 устанавливалась (с 1 августа) следующая структура Дмитлага:
— отделы — УРО, САНО, Отдел общего снабжения, Отдел кадров, ФИНО, КВО, 3 отдел;
— районы — Центральный (включая бывшие отдельные участки «Соревнование» и «Орево»), Волжский (включая бывшие районы «Техника» и «Темпы»), Химкинский (включая бывшие Хлебниковский, Сходненский и Южный районы); еще раз говорилось о ликвидации Завидовского района;
— отдельные участки — Икшанский, Хорошевский, Перервинский, Дмитровский и Мехзаводский.
Этим же приказом начальником Дмитлага назначался Ф. Т. Прохорский, зам. начальника — Ю. А. Липский. Подпись заместителя наркома внутренних дел и начальника ГУЛАГа М. Д. Бермана — одна из последних его подписей в этом качестве. Постановлением Президиума ЦИК СССР от 16 августа Берман был утвержден наркомом связи СССР (Ягоду в этой должности успел сменить И. А. Халепский) с освобождением от всех должностей в НКВД.
Во главе ГУЛАГа его сменил — приказом НКВД № 1468 от 21 августа — зам. начальника главка дивинтендант И. И. Плинер. Еще 16 августа Президиум ЦИК СССР утвердил заместителем наркома, курирующим ГУЛАГ, недавнего (с 1 июля) начальника АХУ НКВД СССР М. И. Рыжова, прежде председателя Кировского райисполкома Москвы.
25 августа приказом НКВД № 1500 назначение Ф. Т. Прохорского отменялось; начальником Дмитлага и врид начальника Управления по эксплуатации канала (по совместительству) назначался Д. В. Успенский, ранее зам. начальника Дмитлага; главным инженером и зам начальника Управления по эксплуатации канала — Г. Н. Мачтет, ранее начальник работ Волжского района; Ф. Т. Прохорский, пробывший начальником Дмитлага всего месяц, теперь стал зам. начальника лагеря.
4 августа приказом НКВД № 304, «учитывая огромную работу, проведенную коллективом работников строительства и лагеря и в ознаменование окончания строительства канала», предписывалось: «1. Все административные взыскания, наложенные приказами б. ОГПУ, НКВД, ГУЛАГа, МВС и Дмитлага, а также приказами по районам строительства и лагеря, на сотрудников канала Москва—Волга и Дмитлага НКВД, кои добросовестно работали на строительстве — снять. 2. Отделу кадров строительства и лагеря произвести соответствующие исправления в личных делах этих сотрудников».
2 сентября приказом НКВД № 369 (на основании постановления СНК СССР № 1339 от 10 августа) в городе Куйбышев было организовано Управление строительства Куйбышевского гидроузла и Самарского лагеря НКВД. Врио начальника строительства и главным инженером был назначен дивинженер С. Я. Жук, помощником начальника строительства по хозяйственным вопросам и помощником начальника лагеря — М. М. Кузнецов, первым заместителем главного инженера — А. Н. Комаровский, начальником 3 отдела лагеря — Н. В. Емец.
31 августа приказом НКВД № 363 за «четкое выполнение оперативной работы на строительстве канала Москва—Волга» награждалось свыше 100 сотрудников 3 отделов и ВОХР Дмитлага: «Почетными знаками ВЧК—ГПУ», знаком «Почетного работника РКМ», золотыми, серебряными и «металлическими» часами.
Но не все руководители строительства канала удостоились наград за свою работу, а некоторые к моменту его пуска в эксплуатацию уже давали показания о собственной «вражеской деятельности». Никак не был отмечен вклад бывших начальников Дмитлага А. Е. Сорокина, Я. Д. Рапопорта, С. Г. Фирина и З. Б. Кацнельсона, заместителей начальника Дмитлага В. А. Барабанова, В. Т. Радецкого, Е. А. Евгеньева, С. В. Пузицкого, Ф. Я. Яфедова и А. А. Горшкова, а также М. П. Костандогло, М. В. Филимонова, Н. В. Михайлова.
29 декабря был переведен на пост наркома лесной промышленности СССР бывший заместитель наркома внутренних дел М. И. Рыжов, курировавший ГУЛАГ (в январе 1938-го его сменит в этом качестве старший майор ГБ С. Б. Жуковский, ранее начальник 12 отдела (оперативная техника) ГУГБ). В этот же день лишился должности заместителя наркома лесной промышленности бывший начальник МВС Л. И. Коган.
31 декабря приказом по Управлению эксплуатации канала и Дмитлагу № 170 в целях сосредоточения всего архивного материала архивное отделение Отдела кадров реорганизовывалось в Центральный архив Управления эксплуатации канала Москва—Волга с выделением в самостоятельную административную единицу во главе с Г. П. Камеловым. В состав Центрального архива были влиты: центральный технический архив, архив УРО, архив техинспекции, архив сдаточной инспекции, архив бывшего сектора монтажных работ, архив бюро по изучению зоны затопления, архив бывшего отдела гидрологии, архив архитектурно-строительного отдела, архив финансово-планового отдела.

В ЯНВАРЕ 1938 ГОДА серией приказов (№№ 21, 24—25) объявлялось о расстреле нескольких з/к за «бандитско-хулиганские действия в лагере» и за попытки побега из Дмитлага, а также о переводе на общие работы «с последующим направлением для дальнейшего отбытия наказания в отдаленные лагеря» еще 9 заключенных, замеченных в распитии спиртных напитков, самовольных отлучках из лагеря и «появлении в городе Дмитрове с водкой».
31 января приказом НКВД № 013 объявлялось о передаче Наркомводу Управления эксплуатации канала Москва—Волга и о реорганизации Дмитлага в Отдельный Дмитровский район ГУЛАГа в составе участков Волжского, Яхромского, Икшанского, Химкинского, Перервинского, Хорошевского, Дмитровского, Мехзаводского и Омутянского. Начальником района назначался Д. И. Лисица, главным инженером и начальником работ — И. А. Процеров (ранее зам. главного инженера Управления эксплуатации). На Отдельный Дмитровский район возлагались выполнение «оставшихся недоделок по каналу», а также «предоставление Наркомводу рабочей силы для эксплуатации и текущего ремонта канала и ведения расчетов по этим операциям».
8 февраля приказом НКВД № 79 «для использования опыта строительства канала» предписывалось в шестимесячный срок издать технический отчет, главным редактором которого назначался бывший главный инженер МВС С. Я. Жук. Однако многотомный труд «Канал Москва—Волга, 1932—1937» под грифом «НКВД СССР. Бюро технического отчета о строительстве канала Москва—Волга» был выпущен только к 1940 году.
Вовсе не увидел свет роскошный фолиант «Канал Москва—Волга», готовившийся в явное подражание книге «Беломорско-Балтийский Канал имени Сталина. История строительства 1931—1934 гг.» (М., 1934). В научной библиотеке ГАРФ хранится его готовый к тиражированию макет (так называемые «чистые листы») объемом 352 страницы. Среди цветных и черно-белых иллюстраций — портрет Сталина, рисунки художников-каналоармейцев, схемы трассы и т. п.; один из портретов изъят — по всей видимости, это портрет Ежова (а не Ягоды), поскольку в тексте книги чекисты вовсе не упоминаются (не говоря уже о чекистах из окружения Ягоды). Предисловие «Величайшее сооружение сталинской эпохи» написано секретарем ЦК ВЛКСМ А. В. Косаревым (арестованным 28 ноября 1938-го, чем косвенно датируется время подготовки альбома), в числе авторов — С. Я. Жук, А. И. Фидман, Е. Д. Рубинчик, Г. Д. Афанасьев, Ю. А. Липский, И. С. Фридлянд. В книге семь глав: 1. «Великая сталинская магистраль» (партийно-правительственные документы по каналу); 2. «Проект и трасса»; 3. «Покорение природы»; 4. «Инженеры»; 5. «Второе рождение» (рассказы и стихи заключенных); 6. «Ночь на трассе» («корреспондентская запись одной ночи на строительстве»); 7. «Памятник эпохи» (архитектура канала).
13 февраля приказом по Отдельному Дмитровскому району № 11 передавался в ведение ГУЛАГа Отдельный Бескудниковский участок.
19 февраля приказом по Дмитровскому району № 34 в ведение Отдела мест заключения УНКВД Московской области отходил Краснопресненский отдельный эвакуационный пересыльный пункт (знаменитая «Красная Пресня», ныне Учреждение ИЗ-48/3), ранее обслуживавший Дмитлаг.
28 февраля приказом НКВД № 126 (на основании распоряжения СНК СССР № УД-100-1 от 8 февраля) была образована ликвидационная комиссия по делам МВС, а ее председателем назначался помощник начальника ГУЛАГа М. Ф. Госкин.
10 марта приказом по району № 75 в очередной раз переходил в непосредственное подчинение ГУЛАГу Мехзавод.
15 марта был расстрелян осужденный двумя днями ранее Г. Г. Ягода.
29 марта совместным приказом по Управлению канала Москва—Волга Наркомвода СССР и Отдельному Дмитровскому району № 11 «в связи с предстоящей ликвидацией Отдельного Дмитровского района ГУЛАГа» технический архив передавался в ведение Управления канала Москва—Волга Наркомвода.
8 апреля нарком внутренних дел Ежов был назначен (для начала по совместительству) наркомом водного транспорта СССР.
Приказом № 114 по району была передана Дмитровскому райисполкому типография бывшего МВС; совместным приказом по Ярославской железной дороге и Отдельному Дмитровскому району № 151 от 22 апреля Волжская железнодорожная ветка из ведения «ликвидкома МВС» и Отдельного Дмитровского района поступала с 25 апреля в ведение Ярославской железной дороги.
3 мая приказом НКВД № 294 объявлялся Указ ПВС СССР от 16 апреля о снятии судимости с 600 бывших заключенных, добровольно оставшихся на строительстве канала после отбытия срока наказания.
20 июня приказом по району № 225 «в связи с ликвидацией лагерных участков» предписывалось произвести «генеральную очистку всей передаваемой другим ведомствам и организациям территории в зоне и за зоной в радиусе 50 метров, а зловонные свалки — перепахивать».
5 июля приказом НКВД и Наркомвода № 416 «в связи с окончанием приемки канала… комиссией Наркомвода» Отдельный Дмитровский район ГУЛАГа с этого же дня ликвидировался. Таким образом, в истории Дмитлага была поставлена точка, хотя дело его продолжали такие мелкие самостоятельные структуры ГУЛАГа, как ИТЛ и строительство Сталинской насосной станции в подмосковном селе Щитниково, ИТЛ и строительство Юго-Восточной гавани в селе Кожухово Пролетарского района Москвы, ИТЛ и строительство Химкинского района ГУЛАГа в селе Никольское на Ленинградском шоссе.
Поквартальная численность заключенных Дмитлага составляла:
— на 1 января 1936 года — 192 034 человека;
— на 1 апреля — 175 629 человек;
— на 1 июля — 180 390 человек;
— на 1 октября — 183 414 человек;
— на 1 января 1937 года — 146 920 человек;
— на 1 апреля — 147 695 человек;
— на 1 июля — 74 693 человека;
— на 1 октября — 29 660 человек;
— на 1 января 1938 года — 16 066 человек;
— на 1 февраля — 6814 человек.
Смертность в Дмитлаге составляла:
— в 1933 году — 8873 человека (16,1 процента от списочного состава);
— в 1934-м — 6041 человек (3,88 процента);
— в 1935-м — 4349 человек (2,3 процента);
— в 1936-м — 2472 человека (1,4 процента);
— в 1937-м — 1068 человек (0,9 процента);
— в 1938 году — 39 человек.
Всего с 14 сентября 1932 года по 31 января 1938-го в Дмитлаге умерло 22 842 человека.

УЖЕ ПРИ БЕРИИ, на основании приказа НКВД № 802 от 10 сентября 1940 года, 237 чекистам были выданы нагрудные знаки «Строителю канала Москва—Волга». Их получили Г. Д. Афанасьев, Л. И. Берензон, П. К. Георгиевский, В. Д. Журин, С. Я. Жук, А. Н. Комаровский, Г. Н. Мачтет, В. И. Папировский, С. И. Погарский, М. Н. Попов, Г. А. Руссо, А. А. Усиевич, Д. В. Успенский, А. И. Фидман, Н. Ф. Шапошников, А. А. Щекин, И. Б. Явиц; но еще больше строивших канал чекистов до этого не дожило.


ГЛАВА ШЕСТАЯ
ИЗ ИСТОРИИ ДМИТЛАГА мы уже знаем, сколь радикальные кадровые и организационные перемены претерпевала лагерная система при каждой смене высшего руководства НКВД. Теперь вернемся к осени 1935 года и посмотрим, что происходило в самом аппарате главка.
2 октября приказом НКВД № 662 (далее уточнение «приказ НКВД» по возможности опускаем) помощник начальника главка И. И. Плинер был назначен заместителем начальника ГУЛАГа.
13 октября приказом № 0130 устанавливался общий контингент снабжаемых по Севвостлагу (Дальстрой) на 1936—1937 годы: всего 83 000 человек, из них 70 000 з/к.
23 октября появился приказ № 334:

«Благодаря энергичной и дружной работе лучших ударников как вольнонаемных, так и заключенных, Дальстрой и Севвостлаг НКВД добились перевыполнения основного плана. Приказываю:
1. Начальнику Дальстроя и начальнику Севвостлага освободить досрочно 200 человек заключенных и сократить срок от 6 месяцев до 3 лет 1.000 заключенным-ударникам и отличникам, показавшим лучшие образцы работы и поведения в лагере. Указанные льготы объявить заключенным не позднее 7 ноября, проведя соответствующую разъяснительную работу.
Списки заключенных, в отношении которых будут применены льготы, выслать в ГУЛАГ.
2. Список лиц, осужденных за контрреволюционные преступления, кои достойны применения льгот, представить мне на утверждение.
3. Вольнонаемных работников треста и лагеря, а также Московского представительства за хорошую ударную работу премировать денежными пособиями.
4. Приказ передать по телеграфу и распубликовать широко по лагерю».

«Конъюнктурный обзор» ГУЛАГа за октябрь 1935-го приводит следующие сведения: среднесписочный состав лагерного населения на октябрь 1934-го — 694 100 человек, на октябрь 1935-го — 828 800 человек, в том числе:

Бамлаг 190 300 чел.
Дмитлаг 193 300
Волголаг 2300
Белбалтлаг 82 000
Ухтпечлаг 20 900
Свирлаг 36 500
Темлаг 21 100
Дальлаг 70 200
Сиблаг 74 600
Сазлаг 29 400
Карлаг 34 100
Прорвлаг 11 100
Сарлаг 2500
Ветлаг 10 300
Севвостлаг 47 700
Вайгач 1300
Норильсклаг 1200
Всего 828 800 человек
20 декабря приказом № 850 Отдел мест заключения (ОМЗ) ГУЛАГа возглавил (с должности помощника начальника Оперода ГУГБ) капитан госбезопасности (ГБ) Д. И. Троицкий.
30 декабря приказом № 0166 «О ликвидации Саровского ИТЛ УНКВД Горьковского края» предписывалось «в целях развертывания Саровской трудколонии для несовершеннолетних в большую и мощную организацию и создания в ней крупного производства» Саровский ИТЛ с 1 января 1936 года ликвидировать, а весь его личный состав (административно-технический аппарат и з/к) «передать Саровской трудколонии для несовершеннолетних с использованием з/к в качестве подсобной рабочей силы».
О динамике численности заключенных в 1935 году можно судить по следующим данным:

Число з/к Умерло
в среднем за год
Бамлаг 167 627 6952
Дмитлаг 188 792 4349
ББК 78 248 1362
Ухтпечлаг 20 965 287
Свирлаг 40 131 3887
Темлаг 26 361 2908
Дальлаг 64 711 1076
Сиблаг 67 588 2712
Сазлаг 28 487 1814
Карлаг 31 120 781
Прорвлаг 11 505 194
Сарлаг 2850 64
Охунлаг 2143 (янв.—июль) 23
Ветлаг 10 359 613

В «Объяснительной записке к сводному отчету исправительно-трудовых лагерей ГУЛАГа НКВД СССР за 1935 год» отмечалось:

«В сводный отчет по исправительно-трудовым лагерям ГУЛАГа НКВД СССР за 1935 г. включены данные следующих лагерей:
— Свирского, Темниковского, Дальневосточного (без строительства ж. д. линии Волочаевка — Комсомольск), Сибирского, Среднеазиатского, Карагандинского, Прорвинского и Унже-Ветлужского.
Отчеты по бюджетному строительству, финансируемому Промбанком, а именно:
— строительство канала Волга — Москва (Дмитлаг);
— строительство головного участка Байкало-Амурской ж. д. магистрали (Бамлаг);
— строительство вторых путей Забайкальской и Уссурийской ж. д. (Бамлаг);
— строительство ж. д. Волочаевка — Комсомольск (Дальлаг);
— строительство Тулонской ГЭС, Сорокского порта, Сегежского лесохимбумажного комбината и др. (Белбалтлаг);
— строительство Норильского комбината (Норильлаг);
— строительство Рыбинской ГЭС (Волголаг)
в настоящий сводный отчет не включаются, а представляются Промбанку отдельно.
Отчетность по Белбалткомбинату НКВД и по освоению Ухто-Печорского месторождения каменного угля и нефти, финансируемым НКФ СССР, также не входит в сводный отчет по исправительно-трудовым лагерям НКВД и представляется в НКФ СССР отдельно.
В течение 1935 года были ликвидированы Вайгачская экспедиция, Охунский лагерь (строительство автострады «Сочи—Мацеста») и аппарат Уполномоченных ГУЛАГа по снабжению в 13 различных пунктах Союза.
Производственную деятельность лагерей в основном составляли: сельское хозяйство, рыбные промыслы, швейная промышленность и лесозаготовки. Вся продукция используется для удовлетворения собственных нужд лагерей и строек НКВД.
Кроме того, значительный контингент з/к был занят на подрядных работах по лесозаготовкам, добыче ископаемых и строительству путей».

1936 ГОД НАЧАЛСЯ для ГУЛАГа с приказа № 009 от 7 января:

«В целях обеспечения должной охраны и изоляции осужденных за бандитизм и разбой (статьи 59-3, пункты «а» и «б»и 167-3 УК) приказываю:
1. Прекратить отправку осужденных за бандитизм и разбой в лагеря НКВД по общим нарядам. По мере накопления в тюрьмах этой категории осужденных — ОМЗ НКВД запрашивает ГУЛАГ НКВД о выдаче специальных нарядов на вывоз их в лагеря.
2. Осужденные за бандитизм и разбой должны направляться в наиболее отдаленные лагеря и содержаться в подразделениях лагеря, обеспечивающих надежную изоляцию, исключающую возможность побега.
Как правило, бандитов и осужденных за разбой направлять:
а) в Ухтпечлаг (главным образом на Воркуту)
б) в Норильлаг и
в) в Севвостлаг (на Колыму).
3. В случае задержания бежавших из лагерей НКВД заключенных, осужденных за бандитизм и разбой, органы, задерживающие таких беглецов, запрашивают ГУЛАГ о выдаче персональных нарядов на отправку задержанных в лагеря и тюрьмы.
4. Отдельных наиболее опасных бандитов, особенно совершавших неоднократные побеги и новые преступления — направлять в Белбалтлаг для содержания на Соловецких островах. Отправка на острова производится в каждом отдельном случае через ГУЛАГ с санкции Секретаря НКВД тов. Буланова.
5. Перевозку осужденных за бандитизм и разбой, направляемых в лагеря по специальным нарядам ГУЛАГА, производить только в вагонах для заключенных под усиленным конвоем».

15 января приказом № 0014 от 1936 года в составе Центрального аппарата для руководства строительством хлебогородков Управления госрезервов при СНК СССР организовывалось Управление особого строительства (УОС) НКВД, начальником которого назначался Э. А. Зибрак; этим же приказом на ГУЛАГ возлагалось обеспечение рабсилой из числа заключенных строительства складов, элеваторов и зерносушилок (16 августа 1937-го УОС возглавит С. М. Егоров, а на основании постановления Экономического совета при СНК СССР № 25 от 29 марта и приказа НКВД № 066 от 11 апреля 1938-го УОС будет передано из ведения НКВД в состав Управления государственных резервов при СНК СССР).
5 февраля приказом № 0030 сообщалось:

«Постановлением Правительства на СССР возложено строительство автомагистралей: Москва—Киев — с окончанием ее в 1937 году (без черного покрытия) и Москва—Минск — с окончанием в 1936 году (без черного покрытия).
Эти автомагистрали имеют огромное народно-хозяйственное оборонное значение. Постройкой их кладется начало сооружению крупных автомобильных магистралей, которые в будущем свяжут важнейшие районы страны и явятся теми основными автомобильными путями, вокруг которых будет развиваться остальная дорожная сеть.
Приказываю:
1. На начальника ГУЛАГа НКВД комиссара государственной безопасности 3-го ранга тов. Бермана возложить ответственность:
а) за организацию лагерных подразделений автомагистрали, комплектование их необходимой рабочей силой из заключенных, административным персоналом и обеспечение необходимыми бытовыми условиями;
б) лагерный распорядок и организацию культурно-воспитательной работы;
в) за создание условий, необходимых для выполнения лагерниками установленных производственных норм;
г) за общее и хозяйственное снабжение лагерей;
д) за соблюдение лагерями утвержденных смет по их содержанию.
2. На начальника ГУШОСДОР тов. Благонравова возложить ответственность:
а) за своевременное составление проектов, смет и планов организации работ;
б) за выполнение утверждаемых мною планов строительства автомагистралей, технических условий, проектов, организацию качества работ и соблюдение сметной стоимости;
в) за оперативное руководство строительством автомагистралей и организацию предварительной приемки законченных работ;
г) за обеспечение и реализацию необходимых фондов технического снабжения;
д) за своевременное финансирование и организацию бухгалтерской и оперативной отчетности по строительству автомагистралей;
е) за обеспечение строительств автомагистралей инженерно-техническим и производственным персоналом.
3. ГУЛАГу НКВД организовать на каждой из указанных автомагистралей исправительно-трудовой лагерь по типу существующих строительных лагерей НКВД, с подчинением их непосредственно ГУЛАГу НКВД и с местонахождением управлений лагерей:
Москва—Киев — в г. Калуге Московской области,
Москва—Минск — в г. Вязьме Западной области».
Центральное управление шоссейных и грунтовых дорог и автомобильного транспорта (Цудортранс) было еще 28 октября 1935 года передано в ведение НКВД, а теперь постановлением СНК СССР № 424 от 3 марта и приказом НКВД № 0086 от 4 марта было реорганизовано в Главное управление шоссейных дорог (ГУШОСДОР) НКВД.
27 марта появился приказ НКВД № 196 о назначении начальником ГУШОСДОР бывшего заместителя наркома путей сообщения СССР, старого чекиста Г. И. Благонравова. На ГУШОСДОР возлагались строительство, ремонт и эксплуатация дорог общесоюзного, республиканского, краевого и областного значения, в качестве рабочей силы использовались, естественно, заключенные.

В результате постоянной перестановки руководящих чекистских кадров и репрессий только за 1938—1939 годы сменилось четверо начальников ГУШОСДОРа (25 января 1938-го Благонравова сменил М. А. Волков, 22 мая на его место был назначен Д. М. Дмитриев, с 28 июня 1938 года врио начальника стал Н. Ф. Малинин; наконец 21 апреля 1939-го ГУШОСДОР возглавил В. Т. Федоров, который проработал в этой должности до мая 1942 года).

31 марта приказом № 045 «О порядке выполнения плана дорожных работ было, в частности, объявлено: «Мы научились неплохо строить железные дороги, гидротехнические сооружения, а теперь должны овладеть строительством и ремонтом автогужевых дорог. Мы обязаны стоить быстро, прочно, красиво и дешево. Построенные нами земляное полотно, мосты и прочие сооружения должны служить сотни лет»; ГУШОСДОРу предписывалось не позже 15.08.36 закончить изыскания, составление проектов и смет на строительство автомагистралей Москва—Харьков, Харьков—Ростов, Москва—Ярославль, а также произвести изыскания и составить проекты и сметы на следующие автомагистрали: Ростов—Орджоникидзе, Харьков—Севастополь, Москва—Горький—Казань—Свердловск (часть будущей магистрали Москва—Владивосток), Москва—Себеж, Ленинград—Киев (реконструкция), Подольск—Слуцк (реконструкция), а также закончить в текущем году составление проекта автомагистрали Москва—Ленинград.
2 апреля был издан приказ № 100-я «О мероприятиях по улучшению работы исправительно-трудовых лагерей», действовавший до 1938 года (когда был отменен приказом 093-1938 от 15 мая):

«ВСЕМ НАЧАЛЬНИКАМ ИСПРАВИТЕЛЬНО-ТРУДОВЫХ ЛАГЕРЕЙ, ИХ ЗАМЕСТИТЕЛЯМ И ПОМОЩНИКАМ, НАЧАЛЬНИКАМ ПРОИЗВОДСТВЕННОГО, АДМИНИСТРАТИВНО-ОРГАНИЗАЦИОННОГО, III ОТДЕЛА, ВОХР, КУЛЬТУРНО-ВОСПИТАТЕЛЬНОГО, УЧЕТНО-РАСПРЕДЕЛИТЕЛЬНОГО, СНАБЖЕНИЯ, ФИНАНСОВО-ПЛАНОВОГО, САНИТАРНОГО, НАЧАЛЬНИКАМ РАЙОНОВ, ОТДЕЛЕНИЙ, ЛАГЕРНЫХ ПУНКТОВ, ОТРЯДОВ, КОЛОНН, ФАЛАНГ, ВСЕМ ПРОРАБАМ, ЗАВХОЗАМ, ВОСПИТАТЕЛЯМ, УПОЛНОМОЧЕННЫМ III ОТДЕЛЕНИЙ.

Из обследований, произведенных по моему поручению начальником ГУЛАГ'а НКВД Комиссаром государственной безопасности 3-го ранга тов. Берман Волжского лагеря, а также и других лагерей, устанавливается, что в лагерях в вопросах организации производства и быта лагерников, использования и расстановки рабочей силы, организации охраны и борьбы с побегами, — повторяются одни и те же недочеты и непорядки. Вместо того, чтобы при организации новых лагерей были учтены и избегнуты недочеты, имевшие место при организация лагерей в предыдущие годы, — одни и те же непорядки повторяются из года в год, а именно:
1. В организации быта лагерников имеются существенные недочеты, имеющие своей коренной причиной то обстоятельство, что завозу рабочей силы не предшествует необходимая подготовка к размещению людей и организации для них нормального быта.
2. Наличие значительной вшивости, являющейся результатом отсутствия в лагерях достаточного количества бань, вошебоек, дезокамер и т. п.
3. В бараках полы моются не регулярно, дневальные не проявляют должной заботы о поддержании чистоты, тепла и порядка в бараках.
Санобработка производится не регулярно и не полностью. Стирка белья производится недоброкачественно, без проглаживания горячим утюгом и выдается зачастую сыроватым. Вокруг бараков, равно как и по всей территории расположения лагподразделения, уборка производится небрежно и не регулярно.
Не везде в бараках и на производстве установлены баки с остуженной водой и кипятком.
Помещения для лечебных учреждений не подготовляются и медицинская помощь иногда оказывается в недостаточной степени.
4. Недостаточное количество кухонь и ларьков, плохая организация их работы и нераспорядительность лагерной администрации приводит к совершенно недопустимым очередям.
Лагерникам, после десятичасовой работы, приходится еще 1—2 часа простоять на морозе в ожидании выдачи пищи или покупки таких предметов, как махорка.
5. Вопросам распределения пищи не уделяется лагерной администрацией должного внимания, администрация не присутствует при раздаче пищи, передоверив это дело поварам. В связи с этим имеется огромное количество жалоб лагерников, работающих по-ударному, что они получают питание хуже, чем те, кто плохо работает.
Дежурство по кухне лагерников превратилось в простую формальность, так как дежурные совершенно не выполняют своих обязанностей по наблюдению за правильной закладкой и распределением пищи.
6. Отсутствует борьба со стороны III отделов с кражами в бараках собственных вещей и хлеба лагерников.
Такое положение создаст у лучшего ударника-лагерника неуверенность, что его собственные вещи не раскрадут во время его нахождения на работе.
7. Совершенно недостаточно уделяется внимание работе среди женщин и по-прежнему в большинстве случаев они используются на неквалифицированных работах (прачки, уборщицы) вместо того, чтобы дать им какую-либо постоянную ведущую профессию, которая им пригодится после освобождения из лагеря.
8. Заключенным специалистам не создаются должные бытовые условия и они зачастую живут в плохих бараках, вместе с хозобслугой.
9. Работе среди молодежи не уделено должного внимания.
10. Хозлагобслуга, работающая в тепле на подсобных работах, зачастую одета значительно лучше, чем ударники, работающие на основных работах на морозе.
11. Хулиганствующие элементы, дезорганизующие производство и режим, не изолируются и не ставятся в условия более сурового режима.
12. Охрана на производстве работ не борется с лодырями, отказчиками, разлагающими трудовую дисциплину, а воспитатели не ведут должной разъяснительной работы и мало бывают в бараках.
13. Почти во всех лагерях существуют промоты лагерного обмундирования при явном попустительстве лагерной администрации, работников снабжения, финчастей и III отделов.
14. Прибывающие в пункты назначения эшелоны с заключенными простаивают в ожидании разгрузки. Прием эшелонов и учетная обработка заключенных надлежащим образом не обеспечены и недопустимо затягиваются.
15. Пропуск прибывающих заключенных через квалификационные комиссии лагеря и выявление имеющихся в составе эшелона специалистов и квалифицированных рабочих организуется наспех и проводится плохо.
Распределение вновь прибывших специалистов и квалифицированных рабочих по производственным лагерным точкам производится случайно, без учета их потребности и производственной целесообразности.
16. Нужные лагерю специалисты н квалифицированные рабочие используются на общих работах и в то же время руководители лагерей дают заявки в центр на недостающую квалифицированную рабочую силу тех же самых профессий и специальностей.
Ни начальники лагерей, лагерных подразделений, ни прорабы и лагерный аппарат не борются за правильное использование квалифицированных кадров, этой наиболее ценной части рабочего фонда лагерей.
17. Использование рабочего фонда плохо организовано, нет борьбы за максимальный вывод людей на производство и, главным образом, на основные работы. Много рабочей силы затрачивается на всякого рода подсобных и вспомогательных работах.
18. В ряде лагерей наблюдается переброска заключенных из отделения в отделение, из одного участка на другой. Эти переброски зачастую производятся без серьезных оснований, приводя к бесцельному, преступному разбазариванию рабочего времени.
В бригадах и колоннах имеет место текучесть, рабочая сила часто перебрасывается с места на место, рабочий состав в бригадах и колоннах не закреплен за определенными объектами работ и на длительный период.
Руководители сооружений, прорабы, инженеры и техники безучастно относятся к организации труда и правильной расстановке людей на производстве, нет с их стороны должной требовательности к рабочим, бережного отношения к рабочему времени и т. д.
19. В ряде мест наблюдается неправильная расстановка людей на работах по их трудоспособности, здоровые используются на легких видах работы, а лагерники с пониженной трудоспособностью ставятся на тяжелые работы.
20. Все еще имеют место в лагерях совершенно недопустимые случаи несвоевременного освобождения заключенных, у которых срок наказания истек. Зачет рабочих дней заключенным в ряде случаев проводится с большим запозданием и о произведенных зачетах вовремя не объявляется заключенным.
Наблюдаются случаи, когда зачет рабочих дней производится плохо работающим и вовсе не заслуживающим этого лагерникам.
Зачет рабочих дней еще не стал в руках лагерной администрации одним из важнейших стимулов воздействия на плохо работающих лагерников и нарушителей лагерного режима.
21. У ряда работников лагерного аппарата наблюдается невнимательное, зачастую бездушное отношение к нуждам заключенных, к их запросам, жалобам и заявлениям.
Письма, посылки, денежные переводы, прибывающие в адрес заключенных, вручаются им с большим опозданием, а иногда совсем пропадают.
22. Учет заключенных плохо поставлен. Прибывающие заключенные берутся на списочный состав лагеря с большим запозданием.
В ряде лагерей содержатся заключенные, не состоящие на списочном составе, без должного оформления документов, являющихся основанием к содержанию в лагере.
В трудовом учете имеет место неправильное отражение фактической расстановки людей на работах, в ряде случаев применяется неправильное отнесение к производственной группе заключенных, фактически работавших на хозяйственно-обслуживающих работах, вследствие чего трудовой учет дает неправильные, искаженные данные о фактическом использовании людей.
23. Использование механизмов (экскаваторов, подвижного состава, паровозов, мотовозов, бетономешалок и др.) производится совершенно недостаточно; простои машин под погрузкой и выгрузкой чрезвычайно велики, борьба с авариями механизмов, а также автомобилей ведется слабо.
24. Борьба за безопасность на работах проводится крайне плохо, что приводит иногда к увечьям, при явном попустительстве лагерной администрации и производителей работ.
25. Плохо организовано планирование в лагерных подразделениях и предприятиях.
В большинстве случаев они сами не составляют производственных и финансовых планов и поэтому планы, которые представляют Управления лагерей на утверждение Центра, не вытекают из реальной хозяйственной обстановки и особенности каждого предприятия.
26. Утвержденные Центром финансовые и производственные планы сплошь и рядом не доводятся полностью до самостоятельных подразделений и предприятий.
Управления лагерей в лучшем случае сообщают своим низовым звеньям отдельные количественные показатели. Вследствие этого местa фактически отстраняются от борьбы за выполнение качественных и финансовых показателей плана.
27. Многие лагеря испытывают часто финансовое напряжение и одновременно не принимают всех необходимых мер к мобилизации внутренних ресурсов, высвобождению имеющихся у них излишков товаро-материальных ценностей, задерживают у себя на складах готовую продукцию, своевременно не отгружая ее потребителям, не проявляют должной настойчивости в отношении взыскания задолженности со своих контрагентов.
28. Управления лагерей не организовали своевременного и действенного контроля за выполнением плана по себестоимости продукции и работ.
Оперативной отчетности по себестоимости работ и продукции во многих лагерях нет, а бухгалтерская отчетность, поступающая со значительным опозданием, только констатирует имевшие место перерасходы.
Отсутствие внимания и контроля к этому важнейшему показателю работы приводит к значительным перерасходам против утвержденных планов.
29. Многие лагеря не поняли всего значения хозрасчета для упорядочения их хозяйственной деятельности. Многие лагеря относятся к проведению хозрасчета формально, не доводят его до первичных звеньев и не обеспечивают условий, при которых хозрасчет становится наиболее мощным фактором борьбы за выполнение производственного плана и плана себестоимости.
30. Возложенная на лагеря с переходом на хозрасчет реализация фондов производится несвоевременно и недостаточно энергично, а предоставленное лагерям право заблаговременного отказа от фондов не используется за пропуском сроков.
31. Распределение получаемых фондов по лагподразделениям производится неравномерно, что приводит к тому, что при общем обеспечении лагеря продуктами и товарами в отдельных лагподразделениях имеют место перебои.
32. Совершенно безобразно поставлено дело сбора, ремонта, хранения и возврата тары.
33. Одной из основных причин значительного числа лагерных непорядков является отсутствие проверки исполнения лагерных распоряжений вышестоящим начальником.
34. Наиболее серьезным недочетом лично начальников лагерей, их замов и помощников, а также начальников подразделений лагерей является недостаточное посещение ими бараков лагерников, в первую очередь ударников, отсутствие непосредственного общения с ними и выяснения через них непорядков, существующих в лагерном быту и на производстве.
Лагерники не знают многих своих «высоких» начальников, не видят их на производстве, ни в бараках, а главное, не видят быстрых, реальных и каждому из лагерников понятных мер к устранению замеченных недочетов.

ПРИКАЗЫВАЮ:

ПО БЫТУ.
1. При выборе места для лагерного пункта принимать во внимание следующие условия:
а) возможно близкое расстояние пункта от основного фронта производственных работ;
б) наиболее удобная и простая организация водоснабжения, дровоснабжения и незаболоченность местности;
в) наличие или возможность устройства удобных дорог для перевозки грузов.
2. При развертывании лагерного пункта в первую очередь предусмотреть строительство (бараки, палатки, кухни, кипятильники, баня, прачешная, дезокамеры, амбулаторные и стационарные лечебные учреждения и т. д.).
3. До завоза основных людских контингентов в лагерный пункт заранее должно быть готово необходимое количество бараков или палаток, баня, дезокамеры, кухня, кипятильники, амбулаторные и стационарные лечебные учреждения и др. помещения, обеспечивающие нормальное размещение и быт лагерников.
Начальникам лагерей заявку на рабочую силу подавать только при условии полного обеспечения всего необходимого для приема и размещения людей в новых пунктах работ.
4. Обеспечить заранее организацию изоляционных пропускников для обеспечения правильной карантинизации, в соответствии с моим приказом № 045-35 г.
Укомплектование медицинскими работниками производить одновременно с прибытием основных людских контингентов с таким расчетом, чтобы каждое подразделение лагеря было обеспечено медицинской помощью.
5. Организация бань, прачешен и дезокамер должна обеспечить свободный пропуск всего населения лагпункта не менее 3 раз в месяц и резерв времени для внеочередных санитарных обработок (этапы, повторная обработка отдельных групп заключенных).
6. Кухни оборудовать достаточным количеством окошек, полностью обеспечивающих одновременную и нормальную раздачу пищи из всех окошек, не допуская создавания очередей и ожидания выдачи пищи.
7. Обеспечить правильное распределение пищи, при котором ударники и производственные рабочие получали лучшую пищу, нежели плохо работающие, лодыри и отказчики.
8. Организовать своевременную доставку и раздачу пищи непосредственно на производстве, в случае, если столовые находятся далеко от места работ (1—2 км).
9. Не допускать однообразия пищи, для чего использовать все имеющиеся продукты для приправы (лук, чеснок, перец и т. п.), а также разработать на декаду меню, с ежедневно меняющимися блюдами.
10. Закладку и распределение пищи производить в присутствии дежурного по кухне (от лагерников), зав. кухней, представителя санчасти и представителя лагерной администрации, по назначению начальника лагпункта.
11. Начальникам низовых лагподразделений и завхозам систематически лично проверять отдельные моменты питания, начиная от завоза продуктов и кончая выдачей пищи лагернику, особо тщательно проверяя следующие моменты:
а) правильно ли производится выписка продуктов из каптерки;
б) правильно ли производится на кухне подготовка продуктов к закладке в котел; размер порций;
в) соблюдается ли разработанное меню;
г) правила выдачи пищи, порядок выдачи хлеба и отпуск его полным весом.
12. Бараки должны быть обеспечены необходимым инвентарем (кровати, скамейки, столы, умывальники, плевательницы и т. п.), причем ударникам отводить лучшие оборудованные и благоустроенные помещения.
13. К баракам прикрепить постоянных дневальных, на ответственность которых возложить хранение всего имущества в бараке как лагерного, так и лагерников, чтобы последние могли быть абсолютно спокойны за свое имущество во время их пребывания на работе.
За допущение малейшего воровства в бараках дневальные должны нести самые строгие взыскания, вплоть до предания суду.

ПО РЕЖИМУ.
14. Уполномоченным III отдела повести решительную и беспощадную борьбу с кражами, производя по каждому факту расследование и виновных в кражах немедленно изолируя в изолятор.
15. Ввести порядок, при котором каждый ударник мог бы в определенный час после работы зайти к уполномоченному III отдела и рассказать ему о непорядках в лагерном быту и на производстве.
Уполномоченные III отдела должны поставить себя таким образом, чтобы каждый честно работающий лагерник видел в нем защитника интересов производства, в первую очередь людей, наблюдающих и поддерживающих лагерный режим и защиту интересов ударников, когда они незаконно кем-либо ущемляются.
16. Начальнику лагеря, начальнику III отдела и начальнику КВО надо самым строжайшим образом следить за тем, чтобы ни в коем случае не подвергались репрессиям те из заключенных, которые борются с непорядками, несправедливостью и злоупотреблениями администрации.
17. Надо создать в лагерях такую обстановку, при которой заключенный ударник мог бы без боязни написать в Центр о творящихся в лагерях непорядках.
18. Поставить на должную высоту ответы лагерной администрации на вопросы лагерников (в первую очередь Учетно-распределительный отдел, Финотдел, Культурно-воспитательный отдел, Снабжение), не допуская такого положения, при котором лагерники не получают ответа на свои элементарные запросы.
19. Строго следить за своевременной доставкой лагерникам писем, посылок и денежных переводов.
Безжалостно карать бездушное отношение к лагерникам в таком важном для них вопросе; следить, чтобы посылки, письма и деньги не пропадали.
В том случае, когда лагерник переброшен из одного подразделения в другое, письма, деньги и посылки доставлять ему немедленно.
20. Строго следить за своевременной отправкой мне и начальнику ГУЛАГ'а писем из ящиков для жалоб, выделенных моим приказом № 0072 1936 г., обеспечив наличие этих ящиков во всех без исключения лагерных подразделениях.
21. Внести строжайший порядок, чтобы в изолятор лагерники могли быть посажены при надлежаще оформленном на этот счет постановлении, утвержденном установленным порядком.
22. Борьба с отказчиками должна быть борьбой не только аппарата КВО, но, в первую очередь, и самих начальников лагерных подразделений и прорабов.
23. Сурово карать всех за понуждение женщин к сожительству или за создание таких условий для женщин, при которых они попадают в зависимость от лагерной администрации.
24. По прибытии в лагерь новых людей, — начальник лагподразделения, начальник КВО, начальник УРО обязаны немедленно провести беседу с вновь прибывшими и подробно разъяснить им задачи данного лагеря и все лагерные порядки, чтобы заключенный в течение нескольких дней мог быстро освоиться и понять, как ему надо работать и вести себя…
* * *
Приказ тщательно изучить начальникам лагерей, их заместителям и помощникам, начальникам учетно-распределительного, культурно-воспитательного, снабжения, финансового, планового, производственного, охраны, санитарного отделов, начальникам всех лагерных подразделений (районов, отделений, пунктов, отрядов, колонн, фаланг), всем прорабам, завхозам, воспитателям и уполномоченным III отделений.
Начальникам лагерей обеспечить, чтобы настоящий приказ был зачтен на общих собраниях всем лагерникам и пункт за пунктом разъяснен и разобран, с тем, чтобы через 2 месяца все без исключения лагерники знали содержание приказа.
Такой же порядок ввести для лагерников прибывающих с новыми этапами, немедленно знакомя и разъясняя им подробно этот приказ.
Начальнику ГУЛАГ'а НКВД — Комиссару государственной безопасности 3-го ранга тов. Берман с 1-го июля с. г. организовать и дослать бригады работников ГУЛАГ'а для проверки выполнения лагерями и их подразделениями настоящего приказа.
В случае обнаружения указанными бригадами невыполнения приказа, виновные будут сниматься с работы.
Настоящий приказ должен стать руководством для повседневной работы для каждого лагерного работника.
Каждый начальник лагерного подразделения должен ежедневно вести учет, что им сделано по каждому пункту настоящего приказа и что необходимо еще сделать.

Народный комиссар внутренних дел Союза ССР
Генеральный комиссар государственной безопасности
Г. ЯГОДА».

8 апреля приказом № 253 заместителю начальника ГУЛАГа И. И. Плинеру было присвоено воинское звание «дивизионный интендант».
28 мая Прокурор СССР А. Я. Вышинский направил в СНК Союза ССР на имя В. М. Молотова совершенно секретное письмо № 191/лс:
«Заместителем Начальника Главного Управления Исправительно-Трудовых Лагерей НКВД СССР т. ПЛИНЕРОМ 4/XII-1935 г. издан циркуляр № 43-446, которым установлены на 1936 г. нормы питания заключенных, содержащихся в лагерях.
Этим циркуляром вводится такой порядок, при котором совершение заключенным того или иного преступления, или отказ его от работы, или даже невыполнение им полной нормы выработки, влечет за собой перевод заключенного на крайне низкую, по существу, полуголодную норму питания.
Так, для следственных заключенных (привлеченных к ответственности за преступления, совершенные в лагере) и для заключенных, отказавшихся от работы, этим циркуляром предусматривается выдача хлеба не больше 300 грамм в день.
Для заключенных хотя бы и работающих, но выполняющих норму выработки меньше, чем на 75%, предусматривается выдача хлеба не больше 400 грамм в день.
Циркуляр ГУЛАГа, вводящий в качестве наказания за отказ от работы заключенного или за плохую работу заключенного лишение самого необходимого жизненного минимума питания, находится в резком противоречии с указаниями закона. Статьей 21 Положения об исправительно-трудовых лагерях от 7/IV-1930 г. (С.З. 1930 г. № 22, ст. 248) было установлено, что нормы пайков для заключенных, определяемые в зависимости от характера выполняемой ими работы, должны быть «во всяком случае не ниже необходимой калорийности». Об этом же говорит и статья 63 Исправительно-Трудового Кодекса РСФСР 1933 г., которая также предусматривает, что паек для лишенного свободы должен быть «достаточной калорийности и питательности».
На практике — нормы ГУЛАГа НКВД приводят к крайнему физическому истощению заключенных и к таким явлениям, — как это имеет место, например, в Свирлаге, где числится уже до 5000 слабосильных, не способных, по своему физическому состоянию к тяжелой работе заключенных, и где заключенные, побуждаемые голодом, подбирают отбросы из помойных ям.
Доводя об этом до Вашего сведения, считал бы необходимым создать комиссию в составе представителей НКВД, Прокуратуры СССР и Наркомздрава РСФСР для разработки обязательного минимума продуктов питания для заключенных с последующим утверждением этого минимума Советом Народных Комиссаров ССР».

3 июня приказом № 073 строительство автомагистрали Москва—Минск «в целях максимального форсирования» полностью передавалось от ГУШОСДОРа ГУЛАГу (вместе с фондами и импортным оборудованием) под личную ответственность его начальника Бермана, которому предписывалось «для руководства дорожным строительством организовать в составе ГУЛАГа НКВД Дорожно-строительный отдел с Отделением железнодорожного строительства и Отделением Карьеров».
15 июня Прокурор СССР А. Я. Вышинский доложил в ЦК ВКП(б), ЦИК и СНК СССР на имя Сталина, Калинина и Молотова о ходе выполнения постановления ЦИК и СНК СССР от 7 августа 1932 года «Об охране имущества государственных предприятий, колхозов и кооперации и укреплении общественной (социалистической) собственности», более известного как «закон о колосках» или просто «7/8».
На 1 июня 1936 года по этому постановлению был осужден 122 301 человек, из них отбывали наказание:
— в исправительно-трудовых колониях (ИТК) — 7864 человека (в РСФСР — 6984 человек, в УССР — 436, в БССР — 56, в Грузии — 64, в Армении — 24, в Азербайджане — 28, в Узбекистане — 54, в Таджикистане — 71 человек).
— в исправительно-трудовых лагерях — 114 437 человек, из них: в Бамлаге — 30 024, Дмитлаге — 27 142, Дальлаге — 10 583, Сиблаге — 9557, Белбалтлаге — 6638, Карлаге — 6642, Свирлаге — 3753, Ухтпечлаге — 3373, Прорвлаге — 2747, Темлаге — 2252, Сазлаге — 1930, Волголаге — 567, в Ветлаге и Сарлаге — 1507, в Севвостлаге — 8222 человека.
8 июля приказом № 539 был уволен в отставку начальник ОМЗ ГУЛАГа капитан ГБ Д. И. Троицкий; с ноября 1936-го он служил в центральном аппарате военной разведки (см. «Свободная мысль», 1998, № 8, стр. 84).
Отдел мест заключения 28 июля приказом № 673 возглавил майор ГБ И. Ф. Тубала.
22 июля появился приказ № 300 «Об организации Переселенческого отдела НКВД»:

«Во исполнение постановления ЦИК и СНК СССР от 11.07.36 о передаче в ведение НКВД СССР вопросов переселения, приказываю:
1. Организовать в составе НКВД СССР переселенческий отдел.
2. Начальником Переселенческого отдела назначить начальника ГУЛАГа НКВД комиссара государственной безопасности 3 ранга тов. Бермана (по совместительству).
3. Заместителем начальника Переселенческого отдела назначить зам. нач. ГУЛАГа НКВД тов. Плинера (по совместительству).
4. Помощником начальника Переселенческого отдела назначить пом. нач. ГУЛАГа НКВД тов. Абрамсона (по совместительству).
5. Членом комиссии по приему дел, материальных и денежных ценностей от Всесоюзного переселенческого комитета назначить пом. нач. ГУЛАГа НКВД тов. Абрамсона Л. М. …
7. На Переселенческий отдел НКВД возложить следующие задачи:
а) выработку планов переселения и представление их на утверждение в СНК СССР;
б) установление районов выхода и подбор сельскохозяйственных переселенцев, а также организацию передвижения и обслуживания их в пути;
в) установление районов заселения и выделение через земельные органы земельных фондов для хозяйственного устройства переселенцев на новых местах, а также для организации новых колхозов и МТС».

26 июля приказом НКВД № 666 помощник начальника ГУЛАГа Л. М. Абрамсон был освобожден от руководства Финансово-плановым отделом ГУЛАГа и назначен начальником управления Строительства автомагистрали Москва—Киев и Калужского ИТЛ (17 октября приказом № 988 Льву Марковичу Абрамсону присвоят воинское звание «бригадный интендант», а 14 ноября приказом № 1105 освободят от должностей пом. начальника ГУЛАГа и начальника Строительства «Москва—Киев»).
28 августа приказом НКВД № 792 главному инженеру строительства канала Москва—Волга С. Я. Жуку присваивалось воинское звание «дивизионный инженер».

ПОСТАНОВЛЕНИЕМ ПРЕЗИДИУМА ЦИК СССР от 26 сентября 1936 года Г. Г. Ягода назначался наркомом связи СССР с освобождением от обязанностей наркома внутренних дел, которые теперь были возложены на Н. И. Ежова. В отличие от Ягоды, он не был профессиональным чекистом. С приходом Ежова начались как реорганизация Центрального и местных аппаратов НКВД, так и массовая чистка чекистских кадров. Продолжился рост числа строек, поручаемых НКВД и выполняемых руками заключенных, с соответственным разрастанием и усложнением структуры центрального аппарата ГУЛАГа. Ужесточился режим содержания «контингентов», а из текстов приказов по лагерям постепенно исчезает слово «перековка»: основной упор теперь делается на интенсивное трудовое использование заключенных.
29 сентября Президиум ЦИК утвердил начальника ГУЛАГа М. Д. Бермана заместителем наркома внутренних дел (а постановлением СНК СССР от 17 октября Берман был назначен еще и Уполномоченным НКВД СССР при СНК РСФСР — как мы помним, своего наркомата внутренних дел в РСФСР с конца 1930-го не было).
9 октября приказом № 426 в составе ГУЛАГа был организован Отдел карьерного хозяйства, его начальником назначался В. И. Шведов. На новый отдел возлагалось снабжение «каменными материалами» следующих строительств НКВД: канала Москва—Волга, Волгостроя, сооружений Северного водопроводного канала, реки Яузы, Южной гавани, Аэродрома, водной станции «Динамо», строек ИСО (инженерно-строительного отдела) НКВД и автомагистралей.
26 октября приказом № 1014 Переселенческий отдел возглавил зам. начальника ГУЛАГа И. И. Плинер (по совместительству).
11 ноября приказом АХУ (Административно-хозяйственного управления) НКВД СССР № 262 Отдел мест заключения (ОМЗ) и Отдел охраны ГУЛАГа объединялись (с 1 ноября) в Отдел охраны лагерей и мест заключения ГУЛАГа (42 человека по штату) во главе с А. В. Калачниковым, а бывший начальник ОМЗ майор ГБ И. Ф. Тубала 26 февраля 1937 года был назначен начальником 1 отдела ГУПВО НКВД. ОМЗ ГУЛАГа, созданный 29 октября 1934 года, прекратил свое существование, а все его бывшие начальники вскоре окажутся «врагами народа»:

— Матсон Г. П. — арестован 19 июля 1937-го, осужден к ВМН 15 июня 1938-го, расстрелян 16 июня 1938-го;
— Троицкий Д. И. — арестован 23 августа 1937-го, 11 июля 1939-го осужден на 8 лет ИТЛ;
— Тубала И. Ф. — арестован 19 октября 1937-го года, осужден к ВМН 21 июня 1938-го, расстрелян 22 июня 1938-го; реабилитирован в 1958-м.
Не входивший в структуру ГУЛАГа Тюремный отдел АХУ НКВД вскоре также прекратил свое существование: приказом № 00112 от 15 марта 1937 года он был расформирован, а бывший начальник Тюремного отдела капитан ГБ М. В. Попов еще 1 января 1937 года был назначен начальником Бутырской тюрьмы. Как мы помним, еще 14 февраля 1931-го Бутырская тюрьма ОГПУ была переименована в Бутырский изолятор ОГПУ, а Внутренняя тюрьма ОГПУ с 11 марта 1931-го стала называться Изолятором особого назначения ОГПУ; приказом № 00403 от 11 ноября 1935-го все политизоляторы и изоляторы были вновь переименованы в тюрьмы НКВД.
Теперь, в 1936 году, на основании приказов НКВД № 00383 от 28 ноября и № 00397 от 10 декабря, а также приказа АХУ НКВД СССР № 288 от 13 декабря в составе ГУГБ на базе прежних ОМЗ ГУЛАГа и Тюремного отдела АХУ был организован Тюремный отдел ГУГБ, которой 28 ноября возглавил старший майор ГБ Я. М. Вейншток (ранее начальник Отдела кадров НКВД СССР).
22 декабря 1936 года заместителем начальника Тюремного отдела ГУГБ стал бывший начальник Учетно-регистрационного отдела ГУГБ старший майор ГБ Я. М. Генкин.
25 декабря приказом № 00411 Тюремному отделу ГУГБ присваивалось условное наименование 10 отдела ГУГБ (и в таком виде просуществовал до 1938 года, когда произошла очередная реорганизация тюремной системы НКВД).
Структура 10 отдела ГУГБ выглядела так: руководство (начальник, зам. начальника отдела); Секретариат (9 человек); 1 отделение (оперативное, 6 человек); 2 отделение (режима и охраны, 7 человек); 3 отделение (учета, 4 человека); 4 отделение (кадры, 4 человека); 5 отделение (финансовое, 4 человека); 6 отделение (материально-хозяйственное, 4 человека), всего по штату — 40 человек.

26 ноября 1936 года нарком Ежов подписал приказ № 00375:

«В целях установления четкости в агентурном и оперативном обслуживании ИТЛ, внесения ясности во взаимоотношения между руководством лагерей и 3-ми отделами и наиболее полного обеспечения задач по охране государственной безопасности, приказываю:
1. 3-и отделы лагерей изъять из подчинения начальников соответствующих лагерей и подчинить их во всех отношениях начальнику ГУЛАГа НКВД.
3-и отделы Ветлага, Карлага, Дальлага, Свирлага, Сазлага и Сиблага кроме того подчиняются в соответствии с приказом НКВД № 00169 от 03.05.35. и начальникам УНКВД тех краев, на территории которых эти лагеря расположены…
3. Начальников охраны лагеря во всех отношениях подчинить начальнику 3-го отдела, возложив на него полную ответственность за политическое и моральное состояние охраны…
5. Категорически запретить использование на работе во всех звеньях аппарата 3-го отдела заключенных, а имеющихся немедленно с работы снять…
О материалах по агентурным разработкам контрреволюционных элементов нач. 3 отделов информируют нач. Упр. лагерей только по указанию ГУЛАГа».

27 ноября приказом № 476 2-е отделение ФПО (Финансово-планового отдела) ГУЛАГа реорганизовывалось в Центральную бухгалтерию ФПО. Главным бухгалтером ФПО ГУЛАГа назначался (по совместительству) главбух Строительства «Москва—Волга» Л. И. Инжир.
29 ноября приказом № 1150 старший лейтенант ГБ Конрадов Михаил Вениаминович назначался начальником Отдела трудовых колоний ГУЛАГа (с должности начальника Водно-транспортного отдела ГУГБ Московско-Окского бассейна).
23 декабря приказом № 00409 устанавливался «общий контингент снабжаемых по Севвостлагу (Дальстрой) на 1937—1938 гг.»: 105 тысяч человек, из них 70 тысяч заключенных.
31 декабря приказом № 1304 Отделение кадров ГУЛАГа возглавил старший лейтенант ГБ Г. П. Закарьян (с должности зам. начальника Ухто-Печерского ИТЛ), ранее, как мы помним, уже работавший в центральном аппарате ГУЛАГа.

НОВЫЙ, 1937 ГОД начинался без особых происшествий. 28 января приказом № 114 начальник Учетно-распределительного отдела ГУЛАГа лейтенант ГБ А. П. Ермаков был назначен помощником начальника главка.
15 апреля приказом АХУ НКВД СССР № 109 была объявлена новая штатная расстановка личного состава Главного управления исправительно-трудовых лагерей, трудовых поселений и мест заключения НКВД СССР:

— начальник главка — М. Д. Берман;
— заместители начальника главка — И. И. Плинер, Я. Д. Рапопорт, З. Б. Кацнельсон;
— помощники начальника главка — З. А. Алмазов, А. П. Ермаков;
— мобинспекция;
— секретарь главка — В. И. Васильев (всего по секретариату штат 40 чел.);
— комендант здания — Н. Г. Цыганов (штат 22 чел.);
— «кодбюро» — Борисов К. М. (штат 6 чел.);
— радиостанция — А. С. Дербенев (штат 24 чел.);
— телефонная станция — К. Л. Ермаков (штат 6 чел.);
— отдел кадров — Г. П. Закарьян (штат 25 чел.);
— учетно-распределительный отдел — Г. А. Кацман (штат 63 чел.);
— отдел охраны лагерей — А. В. Калачников (штат 42 чел.);
— культурно-воспитатательный отдел — вакансия (штат 16 чел.);
— отдел общего снабжения — М. В. Конрадов (штат 37 чел.);
— отдел трудпоселений — М. В. Конрадов (штат 8 чел.);
— санитарный отдел — И. Г. Гинзбург (штат 20 чел.);
— отдел технического снабжения — вакансия (штат 67 чел.);
— дорожно-строительный отдел — М. Ф. Госкин (штат 37 чел.);
— механический отдел — вакансия (штат 17 чел.);
— горный отдел — вакансия (штат 21 чел.);
— плановый отдел — вакансия (штат 28 чел.);
— финансовый отдел — вакансия (штат 52 чел.);
— гужево-ветеринарное отделение — М. А. Тютюнников (штат 8 чел.);
— отделение перевозок — вакансия (штат 5 чел.);
— сектор мобресурсов — К. П. Маратов (штат 6 чел.);
— сектор промпредприятий — Б. А. Шафер (штат 20 чел.);
— сектор гидротехнического строительства — А. К. Рождественский (штат 14 чел.);
— лесной сектор — М. Л. Тамаркин (штат 11 чел.);
— сектор сельского хозяйства — В. С. Фрумес (штат 18 чел.);
— сектор рыбного хозяйства — Я. Ю. Биксон (штат 4 чел.);
— сектор гражданского строительства — Н. Г. Качурин (штат 6 чел.).
Всего по ГУЛАГу — 633 человека.

29 апреля приказом № 651 вместо арестованного С. Г. Фирина заместителем начальника ГУЛАГа и новым начальником Дмитлага был назначен (с поста зам. наркома внутренних дел Украины) З. Б. Кацнельсон (о судьбе обоих мы уже писали, см. «Свободная мысль-XXI», 2000, № 1, стр. 122, 123; Н. В. Петров, К. В. Скоркин. Кто руководил НКВД, 1934—1941. Справочник. М., 1999, стр. 228—229).
23 мая приказанием по ГУЛАГу № 23 за подписью зам. начальника главка и одновременно начальника Переселенческого отдела НКВД Плинера было предложено передать все дела по колонизации района БАМа (в черновике упоминались также, но были вычеркнуты районы Севвостлага, Ухтпечлага и Белбалтлага) в Переселенческий отдел НКВД, который отныне вел планирование всех «мероприятий по колонизации».
25 мая приказом АХУ НКВД № 117 объявлялся штат Лефортовской тюрьмы ГУГБ (введенный в действие с 1 января 1937-го): начальник тюрьмы — старший лейтенант ГБ П. М. Гаспер, помощники начальника — 2 человека, ДПНТ (дежурные помощники начальника тюрьмы) — 4, охраны — 196, пожарной охраны — 5, инспектор по кадрам — 1, канцелярия — 9, финчасть — 4, хозчасть — 68, санчасть — 20 (всего — 311 человек).
10 июня приказом АХУ № 131 был объявлен и штат Внутренней тюрьмы ГУГБ (также введенный с 1 января): начальник тюрьмы — старший лейтенант ГБ А. Н. Миронов, помощники начальника — 2 человека, ДПНТ — 4, охраны — 167 человек, канцелярия — 5, бухгалтерия — 2, хозчасть — 5, санчасть — 11 (всего — 187 человек).
13 июля приказом НКВД по личному составу З. А. Алмазов был освобожден от должностей помощника начальника ГУЛАГа и начальника Беломорско-Балтийского комбината и лагеря НКВД (2 сентября его назначат начальником управления по изысканиям и составлению проекта Соликамского гидроузла, а 5 февраля 1938 года — начальником Усольского ИТЛ (по совместительству)).
Согласно оперативному приказу НКВД № 00447 от 30 июля подлежало направлению в ИТЛ около 183 тысяч осужденных республиканскими, краевыми и областными «тройками» по 2-ой категории (на 8—10 лет) кулаков, уголовников и других «активных антисоветских элементов». Осудить по 1-ой категории (то есть к расстрелу) первоначально предписывалось около 64 тысяч человек, из них около 10 тысяч уже осужденных и отбывающих наказание в ИТЛ.
Затем на основании утвержденных Политбюро оперативных приказов НКВД №№ 00439 от 25 июля (по германским подданным), 00485 от 11 августа (по полякам) и 00593 от 20 сентября (по «харбинцам») комиссией НКВД и Прокуратурой СССР были осуждены по 1-ой и 2-ой категориям «агенты немецкой, польской и японской разведок».
Особым совещанием (ОСО) при НКВД согласно оперативному приказу № 0486 от 15 августа осуждались еще и «жены и дети изменников Родины». Все осужденные по 2-ой категории пополнили лагерные контингенты.
Военной коллегии Верховного суда СССР (ВКВС) формально были подсудны военнослужащие и сотрудники военизированных учреждений в ранге полковника и выше и приравненные к ним по служебному положению (фактически через ВКВС проводились дела всей партийно-государственной элиты). Результаты работы ВКВС за рассматриваемый период выглядят так:

Год Осуждено (чел.)
1934 224
1935 458
1936 1245
1937 14 732
1938 24 435
1939 2276
1940 1307

5 августа приказом № 00459 предписывалось «в целях подготовки работников мест заключения, лагерей, а также финансовых работников ГУЛАГа НКВД в 1937/1938 учебном году… произвести очередной 5-й набор в Харьковскую школу НКВД в количестве 400 человек», по 100 человек на каждое из следующих отделений: усовершенствования начальников тюрем, колоний, начальников лагерных отделений и отдельных лагерных пунктов, их замов и помов; подготовки и переподготовки начальников частей (общеадминистративных, учетно-распределительных, культурно-воспитательных) и секретарей аттестационных комиссий; подготовки финансовых работников (бухгалтеров, помощников бухгалтеров); переподготовки работников ВОХР лагерей. Срок обучения — годичный; занятия начинались с 1 октября.
10 августа приказом № 00487 объявлялся временный штат Соловецкой тюрьмы ГУГБ НКВД СССР для содержания осужденных (штат был введен в действие 1 июля). Тюрьма состояла из пяти отделений: Центр, Муксалма, Савватеево, Анзер, пересыльное отделение в Кеми, всего по ее штатам числилось 1005 человек персонала, в том числе:

— оперативно-начальствующий состав и охраны — 453 человека;
— учетно-статистическая часть — 7
— канцелярия — 20;
— группа кадров — 2;
— тюремная библиотека — 14;
— финчасть — 18;
— хозчасть — 10;
— строительно-техническая группа — 5;
— хозяйственно-обслуживающий состав тюремных корпусов — 161;
— кухня и кубовые — 30;
— пошивочная и ремонтная мастерские — 1 (зав. мастерской);
— баня-прачечная — 2;
— хлебопекарня — 20;
— склады общего снабжения — 7;
— склады технического снабжения — 2;
— группа по обслуживанию жилищно-коммунального хозяйства — 3;
— электростанция — 9;
— механическая мастерская — 2;
— военизированная пожарная часть — 47;
— санитарная часть — 67;
— радиотелефонная станция — 29;
— Соловецкий порт — 11;
— команда парохода — 14;
— команда двух барж — 10;
— авиалиния — 12;
— клуб — 6;
— пересыльно-перевалочный пункт в г. Кемь — 35;
— руководящий состав подсобных и обслуживающих хозяйств — 8.

16 августа Президиум ЦИК СССР освободил М. Д. Бермана от обязанностей заместителя наркома внутренних дед СССР и утвердил его наркомом связи СССР (до Бермана наркомом связи после арестованного Ягоды недолгое время был И. А. Халепский).
В тот же день приказом № 078 «Об организации лесозаготовительных лагерей» Лесной сектор ГУЛАГа был реорганизован в Лесной отдел.
21 августа приказом № 1468 на вакантное место начальника ГУЛАГа был назначен И. И. Плинер (ранее — зам. начальника главка), а новым куратором ГУЛАГа стал утвержденный 16 августа заместителем наркома внутренних дел М. И. Рыжов (в 1931—1937 годах — председатель Кировского райсовета Москвы, а с 1 июля — начальник АХУ НКВД).
23 августа появился приказ № 345 «О 4 выпуске Харьковской школы НКВД СССР», подписанный зам. наркома М. И. Рыжовым:

«Товарищи! Поздравляю Вас с окончанием школы. После годичной учебы Вы возвращаетесь на практическую работу в исправительно-трудовые лагеря и места заключения. Перед работниками лагерей и мест заключения НКВД поставлена ответственная и боевая задача по изоляции врагов народа от социалистического общества. Каждый из Вас обязан полученные знания полностью применять на практической работе, показывая образцы энергии, бдительности и преданности порученному делу. Вы должны, применяя на практике полученные в школе знания, непрерывно работать над повышением своего идейно-политического уровня и квалификации, овладевая в совершенстве большевизмом. Я уверен, что каждый из Вас с честью будет выполнять поставленные перед Вами задачи и будет преданным делу нашей славной большевистской партии и Великому Вождю тов. Сталину».

14 сентября 1937 приказом № 00588 объявлялось временное «Положение о 3-х отделах ИТЛ НКВД», подписанное начальником ГУЛАГа дивинтендантом И. И. Плинером и заместителем начальника Отдела кадров НКВД капитаном ГБ С. Б. Балаяном и утвержденное наркомом Н. И. Ежовым. В 20 параграфах «Положения» описывалась типовая структура 3 отделов, куда входили контрразведывательное секретно-политическое, особое и учетно-статистическое отделения, а также аппарат по борьбе с побегами и уголовными преступлениям в ИТЛ. Как и прежде, начальники 3 отделов во всех отношениях подчинялись только начальнику ГУЛАГа, а в оперативном отношении — начальнику территориального НКВД (или НКВД республики), но не начальнику лагеря, в котором работали; они были обязаны докладывать в ГУЛАГ и начальнику УНКВД о всех нарушениях в работе лагерей, наравне с органами прокуратуры осуществляя надзор за работой ИТЛ.
28 сентября приказом № 1795 в Наркомат связи СССР были откомандированы прежние помощник начальника ГУЛАГа — старший лейтенант ГБ А. П. Ермаков (возглавил отдел кадров Наркомсвязи) и начальник Санитарного отдела ГУЛАГа военврач 1 ранга И. Г. Гинзбург (стал руководить Главной инспекцией Наркомсвязи). Вслед за своим прежним шефом М. Д. Берманом в Наркомат связи СССР также перешли личный секретарь М. Д. Бермана А. Л. Сулин-Этин (начальником АХУ Наркомсвязи) и бывший начальник Отделения перевозок и связи ГУЛАГа Ю. П. Брилль (начальником Московской конторы снабжения Управления промпредприятиями Наркомсвязи). В августе—сентябре 1938 года всех их арестуют, и наркому Берману пришлось лично подписывать приказы на их увольнение из системы Наркомсвязи. 9 апреля 1939 года все они были осуждены Военным трибуналом Московского округа войск НКВД к ВМН за то, что в период работы в ГУЛАГе под руководством Ягоды и Бермана занимались там «вредительской деятельностью». Сулина-Этина расстреляли, а остальным после пересмотра дела дали по 20—25 лет ИТЛ.
На 1 октября 1937 года в ИТЛ НКВД содержалось 821 376 человек, в том числе:

русских 507 573
украинцев 119 381
белорусов 37 703
узбеков 21 579
«тюрок»
(азербайджанцев) 15 822
татар 12 573
евреев 11 567
казахов 10 492
немцев 8616
армян 5568
поляков 5438
грузин 4545
туркмен 3519
мордвы 3480
чувашей 2965
башкир 2957
китайцев 2380
цыган 2235
чеченцев 2136
киргизов 2050
таджиков 1633
карел 1583
латышей 1286
финнов 1129
эстонцев 1117
корейцев 1064
калмыков 1039
молдаван 1003
осетин 857
греков 768
кабардинцев 746
ингушей 434
болгар 352
турков 165
карачаевцев 151
«чехословаков» 132
венгров 107
румын 84
литовцев 39
итальянцев 23
японцев 12
французов 7
англичан 2

11 октября приказом № 1894 помощником начальника ГУЛАГа был назначен старший майор ГБ Ф. А. Леонюк, ранее начальник УНКВД по Красноярскому краю.
21 октября приказом № 1953 по личному составу начальник Дорожно-строительного отдела М. Ф. Госкин был назначен еще и помощником начальника ГУЛАГа.
22 октября приказом № 00690 в составе ГУЛАГа организовывался Политотдел (во исполнения постановления ЦК ВКП(б) от 20 сентября).
31 октября приказом ГУЛАГа № 67 Бескудниковская база в Москве подлежала с 15 ноября передаче от Мосволгостроя НКВД в ведение ГУЛАГа.
17 ноября приказом ГУЛАГа № 72 весь грузовой автотранспорт ГУЛАГа вместе с шоферами передавался в распоряжение начальника Бескудниковской балы.
25 ноября приказом № 2312 по личному составу назначались начальники отделов ГУЛАГа: Лесного — Г. М. Тараскевич, Административно-хозяйственного — И. Л. Ивашко.
8 декабря приказанием по ГУЛАГу № 75 начальник отделения Политотдела ГУЛАГа Пилипенко Гавриил Григорьевич назначался врио —начальника Политотдела.
29 декабря прежний куратор ГУЛАГа М. И. Рыжов был назначен наркомом лесной промышленности СССР, а наблюдение за работой главка было возложено на старшего майора ГБ С. Б. Жуковского (8 января 1938 года утвержденного заместителем наркома внутренних дел).
В ходе продолжавшейся ежовской чистки в конце 1937-го и начале 1938 года были арестованы:

Берзин Э. П. (начальник «Дальстроя», арестован 17 декабря 1937-го, расстрелян 1 августа 1938-го);
Карлсон К. М., комиссар ГБ 2 ранга (начальник Томско-Асинского ИТЛ, арестован 22 января 1938-го, расстрелян 22 апреля 1938-го);
Крауклис Я. К., майор ГБ (начальник Кулойского ИТЛ, арестован 1 января 1938-го, расстрелян 22 апреля 1938-го).


ГЛАВА СЕДЬМАЯ
НА 1 ЯНВАРЯ 1938 ГОДА в ИТЛ содержалось 154 129 осужденных за контрреволюционные преступления (включая осужденных спецтройками УНКВД), а также 2743 «иноподданных» (из них подданных Германии — 160, Польши — 367, Японии — 166, Китая — 1413 человек).
На ту же дату в Севвостлаге содержалось 90 741 человек, из них осужденных за контрреволюционные преступления — 34 569 человек, за преступления против порядка управления и бандитизм — 16 467, за должностные преступления — 3815, за преступления против личности — 4653, за имущественные преступления — 14 248, за хищение соцсобственности — 4431, за воинские преступления — 301, «социально-опасных и вредных элементов» — 10 139, осужденных спецтройками за нарушение закона о паспортизации — 1505, за хулиганство на транспорте — 109 человек. По срокам осуждения до 1 года имели 133 человека, до 2 лет — 3676, до 3 лет — 17 070, до 4 лет — 6662, до 5 лет — 29 555, до 6 лет — 4998, до 7 лет — 3448, до 8 лет — 6735, до 9 лет — 549, до 10 лет — 16 443, с заменой ВМН на 10 лет — 1432, до 15 лет — 24, до 20 лет — 8, до 25 лет — 8 человек.
20 января приказом № 0023 запрещался «допуск заключенных к обслуживанию радиостанций ГУЛАГа», так как не было «никакой уверенности в том, что радиостанции ИТЛ не будут использоваться нашими врагами в шпионских и контрреволюционных целях».
У наркома Ежова имелась записная книжка карманного формата, куда ему (видимо, на случай неожиданных вопросов Сталина) заносили важнейшие сведения о работе НКВД. Данные по ГУЛАГу датированы 1 февраля 1938 года и выглядят так:

— лагеря-стройки число — 15 / численность з/к — 526 200 человек;
— лесные лагеря — 13 / 174 800 человек;
— сельскохозяйственные и промышленные лагеря — 8 / 456 400 человек;
— тюрьмы ГУЛАГа — 423 / 548 800 человек;
— колонии — 400 / 352 600 человек;
— тюрьмы 10 отдела ГУГБ для срочных — 18 / 6000 человек;
— тюрьмы 10 отдела ГУГБ для подследственных — 95 / 115 200 человек;
— КПЗ милиции — 3300 / 50 200 человек;
— трудколонии детей — 59 (из них закрытых — 8) / 12 500 человек;
— трудкоммуны — 4 / 4500 человек;
— детские приемники — 158 / 12 500 человек.
Всего — 4493 / 2 259 500 человек.
— исправработников — 294 000 человек.
Далее идут сведения о среднедневной стоимости содержания одного человека в различных местах заключения (сюда входили расходы на питание, одежду, медицинское обслуживание, содержание ВОХР и т. д.):
— колонии и тюрьмы ГУЛАГа — 3 рубля 49 коп.;
— ИТЛ — 3 рубля 79 коп.;
— строительные ИТЛ — 3 рубля 90 коп.;
— тюрьмы 10 отдела для подследственных — 5 рублей 11 коп.;
— детские колонии — 7 рублей 58 коп.;
— тюрьмы 10 отдела срочные — 13 рублей 26 коп.
13 февраля приказом № 025 Тюрьма № 1 (Таганская) ОМЗ УНКВД Московской области реорганизовывалась в Таганскую тюрьму ГУГБ с преимущественным содержанием в ней лиц, арестованных УГБ УНКВД Московской области.
На 20 февраля в местах заключения НКВД/УНКВД находилось 901 307 заключенных, из них в тюрьмах — 548 756 (при лимите тюрем в 155 439 мест — почти вчетверо больше нормы), в колониях — 352 551 человек. Из общего числа заключенных мужчин было 817 011 человек, женщин — 84 296, несовершеннолетних 16—18 лет — 15 714, 12—16 лет — 6681 человек (из них осужденных — «контингент Отдела трудколоний» — 3348 человек).
14 марта приказом № 048 106 курсантов Харьковской школы ГУЛАГа НКВД СССР были направлены на двухмесячную практику в аппараты 3 отделов ИТЛ: по 10 человек — в Бамлаг, Дальлаг, Вяземлаг, Волголаг и Сазлаг, 9 — в Ухтпечлаг, 7 — в Карлаг и по 5 человек — в Шосдорлаг (управление в Хабаровске — дорожное строительство на Дальнем Востоке), Сиблаг и в занятые лесозаготовками Томскасинлаг (управление в селе Асино), Кулойлаг (управление в Архангельске), Каргопольлаг (управление в Каргополе), Онеглаг (управление на станции Плесецкая), Ивдельлаг (управление в селе Ивдель Свердловской области) и Темлаг.
14 марта приказанием по ГУЛАГу № 46 создавалась Комиссия по проверке и аттестации личного состава 3 отделов ИТЛ НКВД; председателем комиссии был назначен помощник начальника ГУЛАГа Ф. А. Леонюк, в нее вошли также начальники Отдела кадров и 3 отдела ГУЛАГа и представитель Отдела кадров НКВД.

Работа этой комиссии проходила так: в ГУЛАГ вызывался начальник 3 отдела того или иного ИТЛ, в присутствии которого Комиссия рассматривала личные дела, политические и деловые характеристики на весь личный состав подчиненного ему аппарата. Комиссия должна была очистить 3 отделы лагерей от лиц, не пригодных к оперативной работе, переводя их на административно-хозяйственные должности, а «лиц разложившихся и не заслуживающих политического доверия» предписывалось увольнять из органов. Одновременно комиссия должна была наметить к выдвижению способных оперативных работников, создав их них резерв выдвижения на должности руководящих работников 3 отделов ИТЛ. В апреле должны были проходить аттестацию сотрудники 3 отделов Волжского, Самарского, Вяземского, Лужского лагерей, а также всех подмосковных строек; в мае — лесных лагерей, Дальлага, Байкало-Амурского ИТЛ, Шосдорлага, Карлага, Сазлага и Сиблага, в июне — Воркуто-Печорского ИТЛ, Ухто-Ижемского ИТЛ, Севжелдорлага (строительство линии «Котлас—Воркута»), Райчихинского ИТЛ, Беломорско-Балтийского ИТЛ и Прорвлага.

27 марта приказом № 751 заместителем начальника ГУЛАГа и начальником железнодорожного отдела ГУЛАГа назначался майор ГБ И. А. Грач, ранее помощник начальника 6 (транспортного) отдела ГУГБ.
8 апреля приказом № 840 А. П. Завенягин (ранее — первый зам. наркома тяжелой промышленности СССР) сменил В. З. Матееева на посту начальника строительства Норильского комбината НКВД.
9 апреля приказом № 233 был объявлен перечень крупных строек НКВД, стройфинпланы которых утверждались зам. наркома, курирующим работу ГУЛАГа (в то время — С. Б. Жуковским): Волгострой, Куйбышевстрой, строительство автомагистрали «Москва—Минск», БАМ, вторые железнодорожные пути в Дальневосточном крае, стройки № 200 (сооружение военно-морской базы в Лужской губе), 201 (гидротехнические работы на Амуре), 202 (железнодорожная ветка от Улан-Удэ в Монголию), Сегежстрой (строительство «лесобумхимкомбината», Норильскстрой, Ухто-Печорский трест, Беломорско-Балтийский комбинат, Южная гавань и Сталинская водопроводная станция в Москве, Московская строительная контора (сводный план), Ушосдорстрой НКВД БССР, стройки №№ 301, 305, 307, Ушосдор НКВД БССР, стройки №№ 496, 497, 498.
16 апреля приказом № 923 по личному составу был повышен статус старшего майора ГБ Ф. А. Леонюка: из помощников в заместители начальника ГУЛАГа.
30 апреля приказом № 079 было объявлено постановление СНК СССР № 260 от 4 марта 1938 года о передаче «Дальстроя» в ведение НКВД СССР (что де-юре констатировало давно сложившийся статус Колымы).

В течение весны — лета были арестованы следующие начальники лагерей:
— Давыдов А. Д., комдив (Буреинский ИТЛ, арестован в июле, 15 апреля 1939-го осужден ВКВС к ВМН);
— Мороз Я. М., ст. майор ГБ (Ухто-Ижемский ИТЛ, арестован в августе);
— Шишмарев А. П., ст. лейтенант ГБ (Сиблаг);
— Матвеев В. З. (Норильский ИТЛ, 9 апреля 1939-го военным трибуналом Московского округа войск НКВД осужден на 15 лет),
— Цуринов Н. С., ст. лейтенант ГБ (Норильский ИТЛ, арестован 21 августа),
— Мартинелли А. Я., майор ГБ (Дальлаг);
— Эйдук А. В. (строительство Юго-Восточной гавани, арестован 4 июня, 28 августа 1938-го осужден ВКВС к ВМН),
— Копаев Г. Н., мл. лейтенант ГБ (ранее начальник Сазлага).
Но работа в лагерной системе, особенно вдали от столицы, давала больше шансов избежать жерновов «большого террора». Так, в разгар массовых репрессий перешли на работу в ГУЛАГ несколько руководителей территориальных органов: старший майор ГБ Ф. А. Леонюк (начальник Красноярского УНКВД), майор ГБ М. М. Тимофеев (начальник Винницкого УНКВД, а с августа 1937-го — начальник Белбалтлага), майор ГБ С. А. Тарасюк (нарком внутренних дел Таджикистана, а с декабря 1937-го — начальник Ивдельского лагеря) и старший майор ГБ В. Н. Гарин (заместитель начальника УНКВД Ленинградской области, а с июня 1938-го начальник Сорокского желдорлагеря). Они пережили самый опасный момент репрессий, когда было репрессировано подавляющее большинство руководителей территориальных УНКВД (см. Н. В. Петров, К. В. Скоркин. Кто руководил НКВД, 1934—1941. Справочник. М., 1999). Гарин и Тарасюк умерли своей смертью еще при Сталине (первый — в 1940-м, второй — в 1948 году), а Леонюк и Тимофеев уже не покидали тюремно-лагерной системы, в 1945-м оба стали генералами и пережили и Сталина, и Берию.

20 мая 1938 года приказом № 00308 в ГУЛАГе был организован Целлюлозно-бумажный отдел, его начальником был назначен Г. М. Орлов (до того первый зам. начальника и главный инженер ленинградского института «Гипробум» Наркомлеса СССР).
22 мая приказом № 0100 в связи с большим объемом железнодорожного строительства на Дальнем Востоке было образовано Управление железнодорожного строительства (УЖДС) ГУЛАГа на Дальнем Востоке, которому были подчинены шесть железнодорожных ИТЛ: Амурский, Южный, Западный, Восточный, Буреинский и Юго-Восточный. Начальником УЖДС и по совместительству начальником Амурского ИТЛ назначался дивинтендант Н. А. Френкель.
28 мая приказом № 299 УРО ГУЛАГа возглавил старший лейтенант ГБ А. В. Калачников (до того начальник 3 отдела ГУЛАГа), исполняющим же должность начальника 3 отдела главка (до 6 марта 1939-го) и зам. начальника этого отдела стал капитан ГБ А. М. Симхович (ранее начальник 4 отдела УГБ УНКВД Харьковской области).

9 июня приказом № 00863 объявлялась структура Главного управления строительства Дальнего Севера НКВД СССР «Дальстрой»: начальник главка, секретариат, научно-технический совет, политотдел, административно-гражданский отдел, отдел кадров, специальный отдел, старший юрисконсульт, планово-экономический отдел, главная бухгалтерия, производственно-технический отдел, геологоразведочный отдел, отдел техснабжения, отдел общего снабжения, торговый отдел, административно-хозяйственный отдел, санитарный отдел, отдел автотранспорта, отдел гужтранспорта, отдел связи, коммунально-городской отдел, авиаотряд. Создавались также производственные горнопромышленные управления (ГПУ) «Дальстроя»: Южное, Северное, Западное и Индигирское ГПУ; управления «Дальстроя»: капитального строительства, дорожного строительства, морского транспорта, Колымского речного транспорта, сельского и лесного хозяйства, рыбопромыслового хозяйства; Московское управление «Дальстроя», имевшее отделения в Ленинграде, Мурманске, Новосибирске, Владивостоке, Иркутске, Одессе; судостроительная верфь в Качуге. Севвостлаг ГУЛАГа подчинялся начальнику Дальстроя НКВД (в то время — старший майор ГБ К. А. Павлов).

13 июня приказанием по ГУЛАГУ № 71 было объявлено о задачах организованной при начальнике ГУЛАГа инспекции: контроль за выполнением приказов НКВД СССР и ГУЛАГа; разработка положений, инструкций и директив по вопросам работы мест заключения (лагерей, колоний и тюрем); обследование мест заключения; работа с жалобами и заявлениями; руководство приемной ГУЛАГа.
По состоянию на 24 июня 1938 года Центральный аппарат ГУЛАГа располагался в Москве в доме № 3 по улице Кирова и в доме № 12 по улице Дзержинского.
2 июля приказом № 00414 Харьковская школа ГУЛАГа НКВД была реорганизована в Школу по подготовке оперативного состава для ИТЛ НКВД с шестимесячным сроком обучения. Набор курсантов производился два раза в год, по 300 человек в каждом наборе. Выпускникам школы присваивались спецзвания ГУГБ «согласно аттестации».
15 августа начальником Политотдела — заместителем начальника —ГУЛАГа был назначен бригадный комиссар И. В. Васильев, ранее начальник политотдела УПВО НКВД БССР.
25 августа на заседании Президиума Верховного Совета СССР обсуждался вопрос о досрочном освобождении заключенных, отличившихся на строительстве вторых путей железнодорожной линии Карымская—Хабаровск, Сталин заявил следующее:

«Правильно ли вы предложили представить им список на освобождение этих заключенных? Они уходят с работы. Нельзя ли придумать какую-нибудь другую форму оценки их работы: награды и т. д.? Мы плохо делаем, мы нарушаем работу лагерей. Освобождение этим людям, конечно, нужно, но с точки зрения государственного хозяйства это плохо. Нужно набрать таких людей 10 тысяч, набрано пока 2 тысячи. Будут освобождаться лучшие люди, а оставаться худшие. Нельзя ли дело повернуть по-другому, чтобы люди эти оставались на работе: награды давать, ордена, может быть. А то мы их освободим, ворвутся они к себе, снюхаются опять с уголовниками и пойдут по старой дорожке. В лагере атмосфера другая, там трудно испортиться. Я говорю о нашем решении: если по этому решению досрочно освобождать, эти люди опять по старой дорожке пойдут. Может быть, так сказать, досрочно их сделать свободными от наказания с тем, чтобы они оставались на строительстве как вольнонаемные? А старое решение нам не подходит. Давайте сегодня не утверждать этого проекта, а поручим Наркомвнуделу придумать другие средства, которые заставили бы людей остаться на месте, чтобы не было толчка к их отъезду. Семью нужно дать им привезти и режим для них изменить несколько, может быть, их вольнонаемными считать. Это, как у нас говорилось, добровольно-принудительный заем, так и здесь: добровольно-принудительное оставление». В следующем году это предложение Сталина было оформлено июньскими указами Президиума Верховного Совета СССР об отмене условно-досрочного освобождения из ИТЛ, ИТК и тюрем.

3 сентября был осужден к ВМН и расстрелян бывший зам. начальника Спецотдела НКВД Ф. И. Эйхманс — в свое время первый начальник УСЛОН и первый начальник УЛАГа ОГПУ.
8 сентября приказом № 2069 Инспекцию при начальнике ГУЛАГа возглавил А. В. Тишков, ранее зам. начальника КВО ГУЛАГа.
14 сентября приказом № 2096 были «уволены вовсе» в связи с арестом помощник начальника ГУЛАГа М. Ф. Госкин и начальники отделов ГУЛАГа: Учетно-распределительного — А. В. Калачников, Отдела охраны — полковник И. С. Гребешев, Планового — М. Г. Бида.
15 сентября приказанием по ГУЛАГу № 140 предписывалось представить свои соображения об организации архива ликвидированных лагерей НКВД, а «для приведения в порядок, разработки и надлежащего хранения архива лагерей НКВД» — «изъять из ведения УРО ГУЛАГа архивное отделение и подчинить его непосредственно заместителю начальника ГУЛАГа; все архивные материалы ликвидированных лагерей сосредоточить в 3 пунктах: в Сибирском лагере, в Темниковском лагере и в Дмитрове (на территории бывшего Дмитлага)».
20 сентября приказом № 00617 в связи с ликвидацией радиотелеграфного центра ГУЛАГа вся шифрработа передавалась в 3 спецотдел (секретно-шифровальный) НКВД (с 29 сентября переименованный в 7 (Специальный) отдел ГУГБ).
29 сентября приказом № 00641 была объявлена новая структура Центрального аппарата НКВД, согласно которой полное название ГУЛАГа стало следующим — Главное управление исправительно-трудовых лагерей и трудпоселений (ГУИТЛиТП). Дальстрой и Главное тюремное управление входили в структуру Центрального аппарата НКВД как самостоятельные главки.
26 сентября приказом № 572 была организована комиссия для разработки положения о ГУЛАГе под председательством начальника ГУЛАГа Плинера, ее членами были утверждены: Леонюк (зам. нач. ГУЛАГа), Васильев (начальник Политотдела ГУЛАГа), Колесников (начальник Отдела кадров ГУЛАГа), Тишков (начальник Инспекции ГУЛАГа), Симхович (зам. начальника 3 отдела ГУЛАГа). Работу комиссии было приказано закончить в двухмесячный срок, но по разным причинам она затянулась, и положение о ГУЛАГе было утверждено только в 1949 году.
На 1 октября 1938 года в ИТЛ содержалось 1 255 244 заключенных, из них за контрреволюционные преступления — 384 095 человек.
10 октября приказом № 00672 были объявлены типовые штаты подразделений лагерей НКВД:

— лагерное отделение (л/о) или район 1 категории с количеством з/к от 20 до 15 тысяч — 82 сотрудника по штату;
— л/о 2 категории (от 15 до 10 тысяч з/к) — 72 сотрудника;
— л/о 3 категории (от 10 до 7 тысяч з/к) — 54 сотрудника;
— л/о 4 категории (от 7 до 5 тысяч з/к) — 47 сотрудников;
— л/о 5 категории (от 5 до 3 тысяч з/к) — 40 сотрудников;
— лагерный пункт (л/п) или участок 1 категории (от 3 до 2,5 тысяч з/к) — 26 сотрудников;
— л/п 2 категории (от 2,5 до 2 тысяч з/к) — 25 сотрудников;
— л/п 3 категории (от 2 до 1,5 тысяч з/к) — 22 сотрудника;
— л/п 4 категории (от 1,5 до 1 тысячи з/к) — 19 сотрудников;
— л/п 5 категории (от тысячи до 500 з/к) — 14 сотрудников;
— л/п 6 категории (до 500 з/к) - 11 сотрудников;
— отдельный лагерный пункт (ОЛП) или участок 1 категории (от 3 до 2 тысяч з/к) — 37 сотрудников;
— ОЛП 2 категории (от 2 до 1,5 тысяч з/к) — 31 сотрудник;
— ОЛП 3 категории (от 1,5 до 1 тысячи з/к) — 27 сотрудников;
— ОЛП 4 категории (от тысячи до 500 з/к) — 19 сотрудников;
— ОЛП 5 категории (от 500 до 300 з/к) — 12 сотрудников.

16 ноября приказом № 2398 по личному составу И. И. Плинер освобождался от руководства главком «в связи с арестом» (14 ноября), а начальником ГУЛАГа назначался заместитель наркома внутренних дел Филаретов Глеб Васильевич (по совместительству).
17 ноября Молотов и Сталин подписали постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) «Об арестах, прокурорском надзоре и ведении следствия», которым органам НКВД запрещалось производство массовых операций по арестам и выселению граждан, а также предписывалось «ликвидировать судебные тройки, созданные в порядке особых приказов НКВД СССР, а также тройки при областных, краевых и республиканских Управлениях рабоче-крестьянской милиции». Во исполнение этого постановления приказом НКВД № 00762 от 26 ноября все ранее изданные оперативные приказы НКВД, регламентировавшие «массовые операции», отменялись.
Это не означало ослабления притока новых контингентов в тюрьмы, лагеря и колонии НКВД: напротив, он продолжал расти. Однако этим постановлением была подведена черта под периодом «ежовщины».

ПРИХОД В НКВД Берии (с 25 ноября — наркома) ознаменовался очередными реорганизациями наркомата и массовыми чистками его личного состава на всех уровнях.
23 ноября зам. наркома и начальник ГУЛАГа Г. В. Филаретов подписал приказание по ГУЛАГу № 182 о создании комиссии для разработки новой структуры главка. Председателем комиссии был назначен начальник Политотдела ГУЛАГа Васильев, членами — начальник Инспекции главка А. В. Тишков и инженер Гидроотдела ГУЛАГа К. К. Смирнов.
21 декабря приказом № 00807 в связи с предстоявшей с 1 января 1939 года передачей тюремных управлений и ОМЗ в тюремные отделы республиканских НКВД и местных УНКВД существовавшие до сих управления и отделы мест заключения НКВД/УНКВД были реорганизованы в Отделы исправительно-трудовых колоний, исправительно-трудовых работ и трудпоселений НКВД/УНКВД.
24 декабря был арестован бывший начальник ГУЛАГа М. Д. Берман.
В декабре в ходе приема-сдачи дел НКВД от Ежова к Берии был подготовлен соответствующий акт, где было записано короткое, но емкое резюме о работе лагерной сферы: «На протяжении ряда лет ГУЛАГ возглавлялся людьми, оказавшимися врагами». Такие выводы не замедлили сказаться на положении руководящей верхушки ГУЛАГа. Одним из первым, 2 декабря, был арестован майор ГБ И. А. Грач (зам. начальника главка и начальник Желдоротдела). В составленном 12 декабря в аппарате Особоуполномоченного НКВД СССР списке сотрудников, на которых имеются компрометирующие материалы, значатся начальник Ивдельлага майор ГБ С. А. Тарасюк (которому ставились в вину «дружеские отношения и пьянство с врагами народа, содействие их неразоблачению», а также то, что он «в практической работе проводил линию граничащую с предательством») и пом. начальника Волголага капитан ГБ К. К. Зедин, «подозреваемый в причастности к контрреволюционной организации». Но им повезло, и репрессии их миновали. Так, Зедин был уволен из НКВД, работал на Одесской киностудии, однако в ноябре 1941-го вернулся на работу в лагерную систему.
В материалах акта, подготовленных 19 декабря, указаны имена начальников ИТЛ и строительств, которые вызывали у нового руководства НКВД сомнения. В списке подлежащих замене значатся дивинтендант Н. А. Френкель — начальник Бамлага, беспартийный; З. А. Алмазов (он же Алмазян) — начальник Соликамского лесного лагеря и строительства целлюлозного завода, член ВКП(б) с 1919-го (арестован 4 апреля 1939 года, 3 декабря 1939-го приговорен ВКВС к ВМН, расстрелян 28 января 1940 года) и Л. И. Рудминский — начальник строительства автомагистрали «Москва—Минск» и Вяземского лагеря. В списке «вызывающих сомнения» фигурируют начальник Волгостроя майор ГБ Я. Д. Рапопорт, начальник строительства Сталинской водопроводной станции и начальник строительства Всесоюзной сельхозвыставки (будущей ВДНХ) А. А. Усиевич, начальник строительства № 200 Г. Д. Афанасьев, начальник Карлага О. Г. Линин, начальник строительства № 201 К. М. Зубрик, начальник Тайшетлага П. П. Ивонин, начальник строительства № 211 (сооружение стратегического шоссе в Винницкой области) М. В. Конрадов. В другом списке говорится о «засоренности» руководства ИТЛ и в качестве примера названы такие имена: Г. П. Большаков — начальник Западного желдорлага, Н. Ф. Потемкин — начальник Восточного желдорлага, старший лейтенант ГБ И. Д. Макаров — начальник Управления Горно-Шорского желдорлага, старший лейтенант ГБ Е. С. Шатов-Лившен — начальник Управления Красноярского лагеря (арестован 21 апреля 1940-го) и старший майор ГБ В. Н. Гарин — начальник управления Сорокского лагеря и строительства. Здесь же отмечено, что в целом «из 48 лагерей и строек имеются начальники в 21-м, причем только 9 из них утверждены в ЦК ВКП(б)».
29 декабря приказом по ГУЛАГу № 212 «за развал работы в лагере» и «вредительство» был снят с должности начальника Карлага НКВД и отдан под суд старший лейтенант ГБ О. Г. Линин. Между тем 13 февраля 1937 года приказом № 61 Линин «за крупные достижения в области сельского хозяйства и проявленную при этом инициативу и энергию» был награжден «Почетным знаком ВЧК—ОГПУ», а незадолго до того по материалам аттестации ему было присвоено спецзвание (которые тогда давались далеко не всем начальникам лагерей). Новый начальник Карлага будет назначен только 22 июня 1939 года приказом № 1396 — им станет старший майор ГБ В. П. Журавлев, до того — начальник УНКВД Московской области.
В ходе чистки кадров НКВД среди руководящих работников тюремно-лагерной сферы были арестованы:

— Антонов-Грицук Н. И., майор ГБ (начальник Тюремного отдела НКВД, арестован 23 ноября, 22 февраля 1939-го осужден ВКВС к ВМН);
— Бабич Е. С. (сотрудник ГУЛАГа);
— Бажанов Е. А. (сотрудник ГУЛАГа);
— Бак С. А., майор ГБ (начальник 3 отдела Волжского ИТЛ, арест 16 октября, 19 января 1940-го осужден ВКВС к ВМН);
— Биксон Я. Ю. (сотрудник ГУЛАГа);
— Верховинин В. А. (начальник отделения Гушосдора);
— Выходцев М. А. (сотрудник ГУЛАГа);
— Голуб Я. Д. (сотрудник «Дальстроя»);
— Госкин М. Ф. (пом. начальника ГУЛАГа, 9 апреля 1939-го осужден военным трибуналом Московского округа войск НКВД к ВМН);
— Грач И. А., майор ГБ (зам. начальника ГУЛАГа, арестован 2 декабря, 14 апреля 1939-го осужден ВКВС к ВМН);
— Дашевский Я. Ш. (начальник отдела эксплуатации Гушосдора; арестован еще 20 июля 1938-го, 4 марта 1939-го осужден ВКВС к ВМН);
— Дибобас А. С. (зам. начальника Инспекции ГУЛАГа);
— Добродицкий Н. И., ст. майор ГБ (начальник 3 отдела Карагандинского ИТЛ, арестован в ноябре, 22 февраля 1939-го осужден ВКВС к ВМН);
— Закарьян Г. П., ст. лейтенант ГБ (врид начальника Райчихинского ИТЛ);
— Зимин П. А. (начальник Лефортовской тюрьмы);
— Израилев А. Н. (начальник Калужского ИТЛ, 9 апреля 1939-го осужден к ВМН военным трибуналом Московского округа войск НКВД, определением ВКВС от 16 августа 1939-го ВМН заменена на 20 лет лагерей);
— Кашкетин-Скоморовский Е. И. (пом. начальника 3 отделения 3 отдела ГУЛАГа, арестован в декабре, 8 марта 1940-го осужден ВКВС к ВМН);
— Константиновский Е. М. (начальник 3 отдела Кулойского ИТЛ);
— Михно С. А. (старший агроном ГУЛАГа);
— Монахов А. Н. (пом. начальника 8 отдела Беломоро-Балтийского комбината);
— Рудминский Л. И. (начальник Вяземского ИТЛ);
— Сериков Э. Д., капитан ГБ (начальник Дальне-Восточного ИТЛ);
— Фрумес В. С. (начальник Сельхозотдела ГУЛАГа);
— Шишов В. Ф. (сотрудник Ухто-Печерского ИТЛ);
— Храновский-Гримберг Г. М. (начальник санчасти Бутырской тюрьмы);
— Цесарский В. Е., ст. майор ГБ (начальник Ухто-Ижемского ИТЛ);
— Шнейерсон М. Б. (врид начальника Сегежского строительства НКВД);
— Шнуровский К. Ю. (начальник лесного отдела в «Дальстрое»);
— Шпринг В. Э. (сотрудник Локчимского ИТЛ);
— Шулькин Я. И. (начальник отделения Гушосдора);
— Элькинд А. М. (начальник строительного участка НКВД в Сочи);
— Валик В. С., майор ГБ (начальник Норильского ИТЛ, был арестован несколько позже других, в январе 1939-го, 15 июня 1939-го осужден ВКВС к ВМН).

Согласно статистике, с 1 января 1938 года по 1 января 1939 года из ИТЛ бежало 30 016 заключенных, задержали — 21 571, а 8445 человек числилось в бегах.

Смертность заключенных ИТЛ (по сведениям УРО ГУЛАГа) составила:
— в 1936 году — 20 595 человек (2,4 процента от общей численности содержавшихся в ИТЛ);
— в 1937 году — 25 376 человек (3 процента);
— в 1938 году — 90 546 человек (6,2 процента).
Смертность в тюрьмах и колониях (данные Санотдела ГУЛАГа):
— в 1936 году — 5884 человека;
— в 1937 году — 8123 человека;
— в 1938 году — 36 039 человек.

«СВЕДЕНИЯ о составе заключенных содержащихся в лагерях Н.К.В.Д. на 1 января 1939 г.» отпечатаны под грифом «Сов. секретно» в пяти экземплярах: первый — наркому «тов. БЕРИЯ», второй — его первому заму и начальнику ГУГБ «тов. МЕРКУЛОВУ», третий — заместителю наркома «тов. ЧЕРНЫШОВУ», четвертый — «тов. ЕГОРОВУ» (С. Е. Егоров, 5 марта переведенный из аппарата ЦК ВКП(б) на должность зам. начальника ГУЛАГа), пятый — «в дело 2 Отдела ГУЛАГ'а НКВД». Документ, подписанный начальником 2 (учетно-распределительного) отдела ГУЛАГа лейтенантом ГБ Г. М. Грановским, содержит такие сведения:

Списочное число заключенных в лагерях НКВД на 1 января 1939 года . . . . 1 289 491
1. Мужчин 1 180 701
2. Женщин 107 319
3. Без указаний 1471

Распределение по возрасту
1. «Недостигшие 16 лет» 769 6. От 31 до 40 лет 368 056
2. «Недостигшие 18 лет» 14 251 7. От 41 до 50 лет 203 738
3. От 18 до 21 года 125 385 8. От 51 до 60 лет 80 784
4. От 22 до 25 лет 214 995 9. Старше 60 лет 17 204
5. От 26 до 30 лет 260 558 10. Без указаний 3761

Распределение по образованию
1. Высшее 21 482 4. Малограмотные 391 987
2. Среднее 117 073 5. Неграмотные 109 879
3. Низшее 645 339 6. Без указаний 3731

По национальности
Абхазцы 524 Караимы 61
Аджарцы 738 Карачаевцы 488
Англичане 28 Карелы 2053
Армяне 10 845 Киргизы 2489
Афганцы 327 Китайцы 3179
Башкиры 4743 Корейцы 2368
Белорусы 43 726 Кумыки 512
Болгары 796 Курды 277
Буряты 1528 Латыши 4645
«Венгры» 297 Лезгины 1217
Вотяки-удмурты 1667 Литовцы 1005
Греки 2030 «Мадьяры» 347
Грузины 11 390 Марийцы 2370
Датчане 327 Мингрелы 38
Евреи 19 262 Молдаване 2682
Зыряне 1948 Монголы 35
Ингермандландцы 7 Мордва 6685
Индусы 58 Немцы 18 079
Иранцы 1500 Ногайцы 125
Итальянцы 58 Норвежцы 41
Кабардинцы 1333 Осетины 1956
Казахи 17 333 Поляки 16 505
Калмыки 1069 Румыны 374
Русские 810 647 Цыгане 4308
Сербы 134 Черкесы 740
Таджики 4266 Чехи 442
Татары 24 301 Чеченцы 4344
Турки 704 Чуваши 5532
Туркмены 9126 Шведы 61
«Тюрки» (азербайджанцы) 13 754 Эстонцы 2360
Узбеки 23 855 Якуты 119
Украинцы 182 536 Японцы 55
Финны 2281 Прочие национальности 7082
Французы 31 Без указаний 3750

По подданству
Граждане СССР 1 283 593
Граждане других стран
(иноподданные) 4475
В том числе:
Афганистана 140 Румынии 149
Австрии 32 США 3
Бельгии 2 Финляндии 141
Венгрии 10 Франции 4
Германии 91 Чехословакии 21
Греции 451 Швейцарии 1
Ирана 711 Эстонии 44
Италии 15 Югославии 8
Китая 1794 Японии 55
Латвии 66 Турции 35
Литвы 20 Прочие 131
Польши 551 Без указаний 1423

По характеру преступления
Контр-революционные преступления 443 262
В том числе:
Шпионаж 15 649
Террор 11 309
Диверсия 6489
Измена родине 1326
Троцкисты, зиновьевцы 25 563
Члены семей изменников родины 13 192

Против порядка управления 190 583
В том числе:
Статья 84 УК (нелегальный переход границы) 2158
Перебежчики 4595
Бандитизм 18 601
Квалиф. контрабанда 1524
Должностные преступления 78 428
Против личности 61 551
Имущественные преступления 155 385
По закону от 7/8-32 г. 27 313
Воинские преступления 5521
СВЭ и СОЭ (социально-вредные, то есть
уголовники, и социально-опасные, то есть
«контрреволюционеры», элементы) 279 526
НЭП (наказанные за экономические преступления) 20 976
Прочие преступления 22 526
Без указаний 4394

По срокам заключения
До 6 месяцев (включительно) 236 До 8 лет 120 062
До 1 года 2959 До 9 лет 4303
До 2 лет 107 404 До 10 лет 383 664
До 3 лет 242 108 От 11 до 15 лет 2045
До 4 лет 64 754 От 16 до 20 лет 1040
До 5 лет 287 590 От 21 до 25 лет 578
До 6 лет 38 626 Без указаний 3641
До 7 лет 30 481
В том числе:
ВМН с заменой л/свободы 3350

По органам осуждения
НКВД (ОГПУ) 764 552

В том числе:
а) Особым Совещанием НКВД 106 977
б) Спецтройками НКВД 300 505

НКЮ 522 815
Без указаний 2124

В тюрьмах же НКВД СССР на 1 января 1939 года содержалось 352 507 заключенных (к 1 апреля их число снизилось до 281 891, к 1 июля — до 196 854, к 1 октября — до 178 258). Так реализовывалась «новая линия» Берии по разгрузке тюрем от работоспособных заключенных.
28 января 1939 года приказом № 0098 был объявлен список тюрем ГУГБ, подчиненных непосредственно Главному тюремному управлению НКВД: Бутырская, Лефортовская, Внутренняя, Спецтюрьма («шарашка» 4 спецотдела), Соловецкая, Владимирская, Вологодская, Златоустовская, Новочеркасская, Орловская, Елецкая, Мариинская, Соль-Илецкая, Тобольская, Ярославская, Суздальская, Дмитровская, Казанская, Верхнеуральская, Сухановская.
29 января приказом № 184 майор ГБ Я. Д. Рапопорт был освобожден от должности заместителя начальника ГУЛАГа с оставлением в должностях начальника Волгостроя и Волголага НКВД.
В тот же день приказом № 185 помощником начальника ГУЛАГа был назначен капитан ГБ Балябин Михаил Дмитриевич, до того помощник начальника политотдела Главного управления пожарной охраны НКВД.
13 февраля 1939 приказом № 00137 объявлялся «табель вооружения личного состава ВОХР ИТЛ НКВД»: револьверы «наган», пистолеты «ТТ», 7,62 мм винтовки, пулеметы ручные «ДП» и станковые «Максим».
К 15 февраля численность заключенных ИТЛ несколько увеличилась (но, как видно из цифр, все равно не покрывала потребности большинства предприятий и строек НКВД в рабсиле) и составила 1 321 906 человек, распределенных следующим образом:

— Железнодорожное строительное управление ГУЛАГа (ЖДСУ) на Дальнем Востоке (Амурский, Западный, Южный (строительство № 202), Буреинский, Восточный, Юго-Восточный, Приморский лагеря)) — 277 015 заключенных при потребности в 305 000 человек;
— Дальлаг (строительство № 201, лесозаготовки) — 63 614 при потребности 68 000;
— Ушосдорлаг (строительство дорог в Приморском и Хабаровском краях) — 35 425 при потребности 46 000;
— Райчихлаг (добыча угля в Хабаровском крае) — 8713 при потребности 10 000;
— Букачачлаг (добыча угля в Читинской области) — 5798 при потребности 7000;
— Новотамбовлаг (лесозаготовки в Хабаровском крае) — 11 926 при потребности 16 000;
— Севвостлаг (золотодобыча и другие работы на Колыме) — 113 847 при потребности 168 000;
— Самарлаг (строительство Куйбышевского гидроузла) — 31 826 при потребности 34 000;
— Волголаг (строительство Рыбинского и Угличского гидроузлов и лесозаготовки) — 70 556 при потребности 66 000;
— Белбалтлаг (эксплуатация Беломорканала, строительство Сорокского порта и Сегежского бумкомбината, судостроение, сооружение лесовозных веток, лесозаготовки) — 89 558 при потребности 94 500;
— Ухтижемлаг (разведка и добыча нефти, газа, асфальтитов, строительство гелиевого завода, тракта Чибью — Крутая, лесозаготовки) — 26 174 при потребности 25 000;
— Воркутпечлаг (шахтное строительство, добыча угля, баржестроение на реке Печоре, лесозаготовки) — 17 177 при потребности 18 000;
— Севжелдорлаг (строительство железной дороги Воркута — Котлас, лесозаготовки) — 28 829 при потребности 32 000;
— Сороклаг (прокладка вторых путей на линии Сорока — Мурманск и строительство железной дороги Сорока — Обозерская) — 15 555 при потребности 10 000;
— Горшорлаг (строительство железной дороги Учулей — Таштагол) — 11 637 при потребности 11 000;
— Сиблаг (лесозаготовки, сельское хозяйство, швейная фабрика, предоставление рабсилы хозорганам) — 46 377 при потребности 49 500;
— Сазлаг (хлопковые совхозы, предоставление рабсилы хозорганам) — 34 604 при потребности 34 000;
— Карлаг (сельское хозяйство, предоставление рабсилы Балхашстрою) — 29 730 при потребности 32 000;
— Прорвлаг (рыбные промыслы) — 4659 при потребности 5000;
— Норильлаг (строительство никелевого комбината, добыча угля) — 11 135 при потребности 12 500;
— Вяземлаг (строительство автомагистрали Москва—Минск, лесозаготовки) — 19 794 при потребности 22 000;
— Лужлаг (строительство № 200, гидротехнические сооружения порта в Лужской губе) — 5708 при потребности 7500;
— Ягринлаг (строительство № 203, судостроительный завод в нынешнем Северодвинске) — 26 777 при потребности 32 000;
— Сталинская насосная станция (окончание строительства водопроводной станции и Всесоюзной сельхозвыставки в Москве) — 4151 при потребности 1500;
— Южная гавань (строительство Южного порта в Москве, гидротехнические работы, расчистка рек «Люблинка» (видимо, Нищенка) и «Перерва» (видимо, Чурилиха), Лихоборский водоразбор) — 3560 при потребности 5500;
— Ликовлаг (строительство № 204, Центральный аэропорт Гражданского воздушного флота во Внукове) — 3987 при потребности 6000;
— Темлаг (лесозаготовки, мебельное производство) — 22 460 при потребности 15 500;
— Кулойлаг (лесозаготовки) — 10 524 при потребности 12 000;
— Каргопольлаг (лесозаготовки, строительство целлюлозно-бумажного комбината) — 33 839 при потребности 33 000;
— Устьвымлаг (лесозаготовки) — 11 800 при потребности 15 000;
— Локчимлаг (лесозаготовки) — 25 834 при потребности 29 000;
— Ивдельлаг (лесозаготовки) — 22 164 при потребности 21 000;
— Томасинлаг (лесозаготовки) — 12 814 при потребности 13 000;
— Тайшетлаг (лесозаготовки, Гутаро-Тагульская слюдяная экспедиция) — 14 084 при потребности 13 000;
— Унжлаг (лесозаготовки) — 18 941 при потребности 20 000;
— Вятлаг (лесозаготовки, строительство целлюлозно-бумажного завода) — 20 443 при потребности 22 000;
— Онеголаг (лесозаготовки, строительство целлюлозно-бумажного завода близ станции Плесецкая) — 19 058 при потребности 22 000;
— Севураллаг (лесозаготовки, строительство целлюлозно-бумажного завода близ города Туринск) — 32 723 при потребности 31 000;
— Усольлаг (лесозаготовки, строительство целлюлозно-бумажного завода и Камского гидроузла) — 34 868 при потребности 35 000;
— Краслаг (лесозаготовки) — 15 393 при потребности 15 000;
— Архбумлаг (строительство Архангельского сульфит-целлюлозного бумкомбината) — 7584 при потребности 9000;
— Дмитровский мехзавод ГУЛАГа (производство газогенераторных машин и мебели) 2066 при потребности 2500;
— Строительство № 211 (автомагистраль Емильчино—Могилев-Подольский на западной границе) — 2263 при потребности 4000;
— Владивостокский пересыльный пункт Севвостлага (переотправка заключенных и грузов из Владивостока в бухту Нагаева) — 17 526 заключенных.

16 февраля приказом № 00142 «в связи с окончанием работ по строительству 1-й очереди объекта № 110 Главного тюремного управления» для приема данного объекта в эксплуатацию была создана комиссия из представителей Главного тюремного управления НКВД (ГТУ), Сектора капитальных работ НКВД и 1 Госстройтреста НКВД. В комиссию входил и младший лейтенант ГБ Г. Е. Ионов — начальник объекта № 110, более известного как Сухановская тюрьма, устроенная в подмосковном монастыре Екатерининская пустынь (где с конца 1931-го содержались малолетние преступники).
18 февраля приказом № 298 Г. В. Филаретов был освобожден от обязанностей заместителя наркома и начальника ГУЛАГа и откомандирован в распоряжение ЦК ВКП(б). Этим же приказом ГУЛАГ возглавил другой заместитель наркома, комдив Василий Васильевич Чернышов, до того начальник Главного управления рабоче-крестьянской милиции НКВД.
22 февраля циркуляром ГУЛАГа № 22 объявлялись сроки хранения личных дел бывших з/к, освобожденных из мест заключения. Постоянному хранению подлежали дела следующих категорий освобожденных или умерших в заключении:

— осужденные за государственные преступления;
— осужденные за хищение общественной (социалистической) собственности;
— осужденные Верховным Судом СССР или Верховными Судами союзных и автономных республик;
— осужденные на срок свыше 10 лет;
— вторично осужденные за преступления, совершенные за время пребывания в ИТЛ или ИТК;
— приговоренные к ВМН с заменой лишением свободы;
— иноподданные;
— перебежчики и осужденные за переход границы;
— осужденные ОСО НКВД СССР после 1 января 1939 года.
Постоянному хранению подлежали также дела бежавших и неразысканных заключенных, а также все картотеки на заключенных. Все прочие личные дела освобожденных подлежали хранению в архивах ИТК и ИТЛ в течение 10 лет со дня освобождения, после чего подлежали уничтожению путем сожжения (позднее этот перечень пересматривался и к 1980-м сузился до дел осужденных к ВМН, умерших в местах заключения, получивших там инвалидность, а также иностранцев).

22 февраля был осужден и расстрелян бывший начальник ГУЛАГа И. И. Плинер.
23 февраля приказом № 036 запрещалось увольнять «из строительных и производственных аппаратов ГУЛАГа НКВД (в Центре и на местах) на основе различных компрометирующих материалов, якобы, в целях профилактики, хороших, зарекомендовавших себя на производстве специалистов, инженеров и организаторов производства из состава лагерных работников»; теперь для такого увольнения требовалось разрешение наркома или его заместителей, а Отделу кадров ГУЛАГа поручалось установить персональный учет всех ИТР. Характерно, что приказ подписал лично Берия, тогда как большинство приказов, касавшихся ИТЛ и ИТК, в то время подписывал начальник ГУЛАГа и зам. наркома Чернышов.
В тот же день приказом ГТУ № 0013 были объявлены штаты Сухановской тюрьмы ГУГБ: руководство (начальник тюрьмы, зам. начальника по оперработе, 4 ДПНТ, оперуполномоченный) — 7 человек; политчасть — 5; охрана (старшие по корпусу, старшие надзиратели, надзиратели) — 87; пожарная охрана — 7; канцелярия — 6; финчасть — 2; хозчасть — 38, санчасть — 9 человек. При общем штате 161 человек «лимит» (число заключенных) Сухановской тюрьмы составлял 225 мест. Для других тюрем на этот период такое соотношение составляло: Бутырская тюрьма ГУГБ — 1184 сотрудника, 3500 мест; Внутренняя тюрьма ГУГБ — 308 сотрудников, 570 мест; Лефортовская тюрьма ГУГБ — 315 сотрудников, 625 мест; Таганская тюрьма УНКВД Московской области — 774 сотрудника, 1936 мест.
1 марта начальник УРО ГУЛАГа Г. М. Грановский доложил начальнику главка Чернышову об острой нехватке рабочей силы: общая потребность в заключенных оценивалась в 1 322 000 человек на I квартал, 1 474 000 — на II квартал, 1 571 500 — на III квартал и 1 480 000 человек — на IV квартал 1939 года. В качестве выхода из такого положения предлагалось: не увеличивать план капитальных работ на текущий год; прекратить прием «всяких подрядных работ по лимитам других Наркоматов»; вывести из колоний в лагеря 75 000 способных к физическому труду заключенных; перейти к максимальной механизации работ; повысить процент «работающих вообще и на основных работах, в частности».
2 марта был осужден и расстрелян бывший начальник ГУЛАГа Л. И. Коган, 7 марта — бывший начальник ГУЛАГа М. Д. Берман.
9 марта приказом № 00205 Лесной отдел ГУЛАГа реорганизовывался в Лесное управление ГУЛАГа, начальником которого был назначен И. Т. Сергеев, ранее зам. наркома лесной промышленности РСФСР.
19 марта в приказе № 0111 «Об итогах строительства по Главному тюремному управлению НКВД СССР за 1939 год» отмечалось, что «коллектив строителей 110 стройучастка 1 Госстройтреста НКВД во главе с начальником работ инженером Васильевым в два с половиной месяца закончили план строительных работ 1-й очереди спецобъекта ГТУ НКВД СССР стоимостью около 3 млн. рублей»; этим же приказом Васильеву и начальнику Сухановской тюрьмы лейтенанту ГБ Ионову была объявлена благодарность и выданы денежные премии.
21 марта приказом № 00268 «с целью укрепления охраны лагерей и колоний ГУЛАГа» стрелки и «самоохранники» из числа заключенных заменялись на вольнонаемных, а привлекать заключенных для «усиления охраны» теперь разрешалось только без оружия. Однако такое положение сохранилось лишь до сентября.
28 марта заместителем начальника 3 отдела ГУЛАГа был назначен капитан ГБ Трофимов Борис Петрович, ранее руководивший отделением в Главном транспортном управлении НКВД.
29 марта приказом № 645 М. Д. Балябин был освобожден от обязанностей помощника начальника ГУЛАГа (он был последним, кто занимал эту упраздненную по новым штатам должность) и назначен старшим уполномоченным контрольно-инспекторской части при заместителе наркома внутренних дел СССР.
9 апреля была осуждена к ВМН группа бывших сотрудников главка: Ю. П. Брилль, И. Г. Гинзбург, А. П. Ермаков, А. Л. Сулин-Этин, Л. М. Абрамсон, М. Ф. Госкин, А. Н. Израилев; тогда же к 15 годам ИТЛ был приговорен В. З. Матвеев.
23 апреля приказом № 209 Харьковская школа ГУЛАГа ликвидировалась «из-за отсутствия помещения».
26 апреля приказом № 00431 объявлялись штаты (90 человек) и структура 3 отдела ГУЛАГа:

— руководство — начальник отдела, заместитель начальника отдела, помощник начальника отдела;
— секретариат — 17 человек;
— следственное отделение — 7 человек;
— 1 отделение (по работе центрального аппарата ГУЛАГа) — 12 человек;
— 2 отделение (по работе лесных лагерей) — 8 человек;
— 3 отделение (по работе спецстроительств, железнодорожных и шоссейно-дорожных лагерей) — 10 человек;
— 4 отделение (по работе горных и гидротехнических лагерей) — 13 человек;
— 5 отделение (по работе сельскохозяйственных и рыбных лагерей) — 7 человек;
— 6 отделение (по работе ВОХР) — 13 человек.

В тот же день приказом № 0101 старший майор ГБ Ф. А. Леонюк был освобожден от должности заместителя начальника ГУЛАГа и назначен начальником автомобильной дороги Винницкой области на Украине.
3 мая циркуляром Отдела кадров НКВД № 59 объявлялась номенклатура должностей, назначение на которые производилось с утверждения наркома внутренних дел СССР. По центральному аппарату ГУЛАГа это были должности: начальника главка и его заместителей; начальника политотдела главка, его заместителей и помощника по комсомолу; начальников отделов и отделений ГУЛАГа. В ИТЛ и ИТК приказами наркома назначались или освобождались: начальники УИТЛ, их заместители и помощники; начальники Строительств, их заместители и главные инженеры; начальники 3 отделов, их заместители и помощники; начальники отделений, входящих в состав 3 отделов; начальники ОИТК (отделов исправительно-трудовых колоний) НКВД/УНКВД, их заместители и помощники; начальники политотделов Строительств и их заместители; начальники ВОХР ИТЛ, начальники штабов ВОХР; военкомы охраны лагерей; начальники, их заместители и помощники трех отделов УИТЛ — политического, УРО и кадров.

От Офф-Топик
К Офф-Топик (02.02.2002 04:10:19)
Дата 02.02.2002 04:13:04

Н.Петров История ГУЛАГА-3

11 мая приказом № 00518 «О недочетах в несении службы военизированной охраной ГУЛАГа» отмечалось, что 16 апреля командир 2 взвода ВОХР Вяземлага Артамонов, «желая проверить бдительность выделенного им наряда, переодел в лагерное обмундирование стрелка охраны Трухачева и поручил последнему инсценировать побег заключенного. В результате этой инсценировки несколько стрелков, находящихся на постах, открыли по «беглецу» стрельбу, и только по счастливой случайности Трухачев не был убит»; этим же приказом начальнику ВОХР Вяземлага Матасову было поставлено на вид с предупреждением, что в случае повторения подобных экспериментов он будет предан суду.
31 мая появился приказ № 00619, подписанный заместителем наркома и начальником ГУЛАГа Чернышовым:

«7 мая 1939 года за № 20451 зам. нач. 3 отдела при лагере строительства № 211 НКВД (строительство автомобильной дороги в Киевском военном округе) лейтенант ГБ Писклин представил мне спецсообщение о заведении агентурного дела «Беглецы». При ознакомлении с этим спецсообщением 3 отдела ГУЛАГа оказалось, что агентурное дело «Беглецы» является не вновь заведенным Писклиным, а это дело ранее разрабатывалось 3-м отделом строительства № 210 под кличкой «Дельцы». Тов. Писклин почти дословно переписал спецсообщение 3 отдела строительства № 210 от 25 декабря 1938 года № 31, присвоив этому делу новую кличку, выдав его за вновь заведенное дело. Очковтирательство Писклина усугубляется еще и тем, что 27 апреля 1939 года 3 отдел ГУЛАГа НКВД обратил его внимание на это дело, но он вместо выполнения распоряжения 3 отдела ГУЛАГа направил мне указанное выше спецсообщение. Ввиду того, что очковтирательство и фальсификация оперативных материалов допускаются со стороны Писклина не впервые, приказываю зам. нач. 3 отдела строительства № 211 лейтенанта ГБ Писклина от должности отстранить, оставив его в распоряжении 3 отдела лагеря для использования в качестве оперуполномоченного. Всем начальникам 3-х отделов лагерей проработать настоящий приказ на оперативных совещаниях».

2 июня приказанием по ГУЛАГу № 186 во всех управлениях и отделах главка создавались «разборочные комиссии» для обработки около 40 000 скопившихся в архиве ГУЛАГа дел.
13 июня приказом № 00676 объявлялись новое название главка — «Главное управление ИТЛ и колоний НКВД СССР», его структура и расстановка начальствующего состава:

Начальник главка — комдив В. В. Чернышов.
Заместитель начальника главка — старший майор ГБ С. Е. Егоров.
Заместитель начальника главка — бригадный комиссар И. В. Васильев (он же начальник политотдела).
Заместитель начальника главка — капитан ГБ С. С. Кузнецов (он же начальник отдела кадров).
Заместитель начальника главка — майор ГБ Г. П. Добрынин (он же начальник управления ВОХР).
Заместитель начальника главка (он же начальник 1 отдела желдорстроительства) — вакансия.
Заместитель начальника главка — майор ГБ И. Т. Сергеев (он же начальник управления лесной промышленности).
Заместитель начальника главка — майор ГБ (с 22 апреля 1940-го) М. Н. Попов (он же начальник гидротехнического отдела).
Заместитель начальника главка — майор ГБ В. А. Поддубко (он же начальник отдела морского строительства).
Заместитель начальника главка — майор ГБ (с 22 апреля 1940-го) Г. М. Орлов (он же начальник отдела целлюлозно-бумажной промышленности).
Заместитель начальника главка — капитан ГБ (с 22 апреля 1940-го) М. С. Шелков (он же начальник отдела топливной промышленности).

Управления и производственные отделы:
Управление охраны: начальник — Г. П. Добрынин, штат — 103 человека.
Управление лесной промышленности: И. Т. Сергеев, 129 человек.
Управление ИТЛ и сельхозлагерей: Б. С. Куршин, 166 человек.
1 отдел железнодорожного строительства (Дальний Восток): вакансия, 54 человека.
2 отдел железнодорожного строительства: В. В. Хромов, 54 человека.
Отдел гидротехнического строительства: М. Н. Попов, 58 человек.
Отдел морского строительства: В. А. Поддубко, 25 человек.
Отдел топливной промышленности: М. С. Шелков, 44 человека.
Отдел цветной металлургии: Б. А. Горный, 8 человек.
Отдел целлюлозно-бумажной промышленности: Г. М. Орлов, 43 человека.

Отделы:
Отдел кадров: С. С. Кузнецов, 71 человек.
Политотдел: И. В. Васильев, 35 человек.
Плановый отдел: М. К. Ломакин, 39 человек.
Учетно-распределительный отдел: Г. М. Грановский, 66 человек.
Инспекция контроля и исполнения при начальнике главка: Н. И. Поздняков, 9 человек.
Отдел технического снабжения: В. А. Уваров, 104 человека.
Отдел общего снабжения: В. В. Силин, 72 человека.
Культурно-воспитательный отдел: А. В. Сердюков, 21 человек.
Финансовый отдел: А. Д. Ермаков, 40 человек.
Центральная бухгалтерия: А. Д. Ермаков, 40 человек.
Санитарный отдел: А. А. Чалов, 44 человека.
Ветеринарный отдел: В. Г. Роговский, 25 человек.
Административно-хозяйственный отдел: 25 человек.
Отдел мобресурсов: Н. Ф. Салтыков, 24 человека.
Отдел механизации и автотранспорта: О. П. Шмырев, 25 человек.
Отдел перевозок: Р. А. Вайсберг, 10 человек.
Секретариат: В. П. Горшков, 36 человек.
Приемная и бюро жалоб: П. П. Назаров, 12 человек.
Мобинспекция: И. И. Хохлов, 8 человек.
Отдел трудовых поселений: М. В. Конрадов, 9 человек.
Юридическое отделение: Н. Н. Азаренков, 6 человек.
Архив: Н. П. Левин, 18 человек.
Итого: 1562 человека (не считая 3 отдела и гаража).

15 июня появился секретный указ Президиума Верховного Совета СССР № Вс-30/с «О лагерях НКВД СССР»:

«1. Отказаться от системы условно-досрочного освобождения лагерных контингентов.
Осужденный, отбывающий наказание в лагерях НКВД СССР, должен отбыть установленный судом срок наказания полностью.
Поручить органам суда и Прокуратуры прекратить рассмотрение дел по условно-досрочному освобождению из лагерей, а Наркомвнуделу прекратить практику зачетов одного рабочего дня за два дня срока отбытия наказания.
2. Основным стимулом для повышения производительности труда в лагерях установить: улучшенное снабжение и питание хороших производственников, дающих высокие показатели производительности труда, денежное премирование этой категории заключенных и облегченный лагерный режим с общим улучшением их бытового положения.
По отношению к отдельным заключенным, отличникам производства, дающим за длительное время пребывания в лагерях высокие показатели труда, допускать их условно-досрочное освобождение решением Коллегии НКВД СССР или ОСОБОГО СОВЕЩАНИЯ НКВД СССР по особому ходатайству начальника лагеря и начальника Политотдела лагеря.
3. По отношению к прогульщикам, отказчикам от работы и дезорганизаторам производства применять суровые меры принуждения: усиленный лагерный режим, карцер, худшие материально-бытовые условия и другие меры дисциплинарного воздействия.
К наиболее злостным дезорганизаторам лагерной жизни и производства применять более суровые, судебные меры наказания, в отдельных случаях, до высшей меры наказания включительно.
О всех случаях применения этих мер воздействия широко оповещать лагерников.
4. Лагерную рабочую силу снабжать продовольствием и производственной одеждой с таким расчетом, чтобы физические возможности лагерной рабочей силы можно было использовать максимально на любом производстве.
Совнаркому Союза ССР пересмотреть и утвердить нормы снабжения продовольствием и одеждой лагерной рабочей силы НКВД СССР.
5. Предложить Президиумам Верховных Советов Союзных республик привести республиканское законодательство в соответствие с настоящим указом. —

Председатель Президиума
Верховного Совета СССР — М. КАЛИНИН
Секретарь Президиума Верховного
Совета СССР — А. ГОРКИН
Председатель СНК Союза ССР — В. МОЛОТОВ
Управляющий Делами СНК
Союза ССР — М. ХЛОМОВ».

19 июня 3 отдел ГУЛАГа своим циркуляром № 102 предупредил начальников 3 отделов ИТЛ о том, что отмена условно-досрочного освобождения может привести к учащению побегов заключенных-долгосрочников.
20 июня секретным указом Президиума Верховного Совета СССР «Об отмене условно-досрочного освобождения» отменялось, в дополнение к указу «О лагерях НКВД СССР», «условно-досрочное освобождение также и для осужденных, отбывающих наказание в исправительно-трудовых колониях и тюрьмах».

25 июня циркуляр ГУЛАГа № 107 сообщал о создании согласно приказу НКВД от 13 июня № 00676 отдела режима в составе управления охраны ГУЛАГа; в УИТЛ организовывались отделы, а в ИТЛ с числом заключенных до 15 000 человек — отделения режима с подчинением зам. начальника лагеря по ВОХР, при отсутствии же такой штатной единицы — лично начальнику УИТЛ. Этим же циркуляром объявлялось «Временное положение об Отделе режима в УИТЛ» с разъяснением его функций: обеспечение изоляции врагов народа и других преступников, осужденных к лишению свободы в ИТЛ и ИТК, установление режима содержания заключенных, устраняющего возможность их побегов и связи с населением, наблюдение за проведением в жизнь приказов НКВД о порядке содержания и изоляции заключенных. Отделы режима отвечали за размещение заключенных в лагерях и колониях; порядок расконвоирования, выдачи и хранения пропусков на бесконвойное передвижение; порядок предоставления свиданий, вручение передач, посылок и писем; порядок использования заключенных на административно-хозяйственных должностях; штрафной режим; соблюдение правил внутреннего распорядка (развод, поверка и т. п.); устройство и состояние зон; организацию обысков с целью выявления и изъятия запрещенных предметов; порядок выдачи премиальных вознаграждений и других видов поощрения заключенных.

1 июля приказанием по ГУЛАГу № 230 объявлялось распределение обязанностей руководителей главка: непосредственно Чернышову подчинялись плановый отдел, финотдел, центральная бухгалтерия, отдел техснабжения, инспекция контроля исполнения, отдел мобилизации ресурсов, отделы желдорстроительства (временно, до назначения зам. начальника ГУЛАГа по желдорстроительству); первому заму Егорову — УИТК, отдел общего снабжения, отдел механизации и автотранспорта, отдел перевозок, САНО, ветинспекция, АХО, секретариат, юридическое отделение, архив; Васильеву — политотдел и КВО; Кузнецову — отдел кадров, приемная и бюро жалоб; Добрынину — управление охраны, мобинспекция и отдел трудпоселений; Сергееву — управление лесной промышленности; Попову — отдел гидротехнического строительства; Шелкову — горный отдел и отдел цветной металлургии; Поддубко — отдел морского строительства, а также руководство строительством административного здания главка; Орлову — отдел целлюлозно-бумажной промышленности.
2 июля приказанием по главку № 229 строительство административного здания для ГУЛАГа на площади Маяковского (позднее в нем разместятся Моспроект и Министерство оборонной промышленности) возлагалось на Химкинский район ГУЛАГа, начальник которого Маневич Лев Григорьевич по совместительству возглавил и эту стройку. К 1 августа ему предписывалось представить «схему устройства лагеря на площадке строительства дома», решить вопросы со сносом стоявших на этом месте домов и выселением их жильцов, очисткой площадки, возведением временных построек и рытьем котлована.
14 июля приказанием по ГУЛАГу № 255 ИТЛ, обслуживавшему строительство Химкинского района, присваивалось наименование «Химкинский лагерь» с отнесением его к ИТЛ третьей категории.
31 июля циркуляр 3 отдела ГУЛАГа констатировал, что отмена практики зачетов рабочих дней и условно-досрочного освобождения встретила резкое сопротивление со стороны «наиболее злобнонастроенных» заключенных, выразившееся в учащении побегов, в проявлениях сознательного саботажа на производстве с целью срыва выполнения норм выработки, в организации эксцессов и неподчинения распоряжениям администрации; з/к, осужденные за антисоветские преступления, ведут агитацию среди лагерников, склоняя их к групповым отказам от работы и невыполнению норм, ссылаясь на исчезновение перспектив досрочного освобождения. Для пресечения этих тенденций начальникам всех 3 отделов ИТЛ предлагалось арестовывать и предавать суду «наиболее злостных дезорганизаторов производства и лагерной жизни».

2 августа приказом № 00889 утверждалась «Временная инструкция о режиме содержания заключенных в исправительно-трудовых лагерях НКВД СССР», включавшая следующие разделы: общие положения, подъем, вывод на работу, уборка помещений, раздача пищи, вечерняя поверка и отбой, обязанности и права заключенных, порядок передвижения заключенных (конвойного и бесконвойного), свидания, передачи (посылки), переписка, порядок допуска заключенных на административно-технические должности, меры взыскания и поощрения, права лагерной администрации по отношению к заключенным, штрафной режим, порядок содержания подследственных заключенных, порядок передачи жалоб и заявлений заключенных, порядок извещения о смерти заключенных и выдаче вещей умерших родственников, перечень предметов, запрещенных к передаче заключенным. Инструкция была согласована с Прокурором СССР М. И. Панкратьевым.

7 августа приказанием по главку № 290 объявлялось «Положение о Центральном архиве ГУЛАГа НКВД СССР», подписанное зам. начальника ГУЛАГа по кадрам Кузнецовым и начальником архивного отделения ГУЛАГа Токмаковым:

«Для организации и руководства архивной работой в системе ГУЛАГа НКВД СССР образуется Центральный архив, действующий на правах Отдела ГУЛАГа НКВД СССР. Во главе Центрального архива стоит начальник с непосредственным подчинением зам. начальника ГУЛАГа НКВД СССР. Основными задачами Центрального архива ГУЛАГа НКВД СССР являются:
— Руководство и контроль за состоянием архивного дела в лагерях, ОТИК, колониях и БИРах [Бюро исправительных работ] и обследование работы архивов;
— Разработка директив и инструкций о постановке архивной работы в системе ГУЛАГа НКВД СССР;
— Организация и ведение архива ГУЛАГа НКВД СССР:
а) прием и проверка сдаваемых в архив материалов в соответствии с установленными правилами;
б) хранение, обработка и учет архивных материалов;
в) выдача справок по материалам, находящимся в архиве;
г) выдача архивных материалов управлениям-отделам ГУЛАГа НКВД СССР на временное пользование и наблюдение за своевременным возвращением их в архив;
д) выделение материалов, не подлежащих хранению, и сдача их в утилизацию или на уничтожение;
— Организация использования архивных материалов в оперативно-научных целях;
— Организация хранения архивных материалов ликвидированных лагерей НКВД;
— Контроль за соблюдением архивных правил в текущем делопроизводстве управлений и отделов ГУЛАГа НКВД СССР».

9 августа приказанием по ГУЛАГу № 293 констатировалось «безобразное состояние» архива бывших Москваволгостроя и Дмитлага (свыше полумиллиона дел), сваленных в грязных подвалах и полуразрушенных бараках в ящиках, кулях и связках «в совершенно неразобранном, хаотическом состоянии». Помимо «Дмитровского архива», большие массивы материалов были брошены без охраны в бараках на станции «Большая Волга» и в Химкинском районе. Для разборки этих фондов создавалась бригада из 20 сотрудников, а для размещения материалов Центрального архива ГУЛАГа, Дмитлага и создания «резервной емкости для приема и хранения» архивов ликвидируемых лагерей было приказано начать строительство специального здания кубатурой в 10 000 квадратных метров (после войны это здание займет Особый архив — нынешний ЦХИДК).
13 августа приказанием по главку № 298 было объявлено о распределении лагерей (и ОИТК) между подразделениями ГУЛАГа:

Отдел гидротехнического строительства курировал следующие объекты — Волгострой, Куйбышевстрой, строительство Южной гавани Лихоборского канала и завода № 82 в Москве, Соликамского гидроузла, Канонерский завод, строительство № 201, Сорокский порт и Химкинский лагерь.
Отдел морского строительства — строительства №№ 200 и 203, строительство завода в Советской Гавани.
1 отдел желдорстроительства на Дальнем Востоке — БАМ, строительства №№ 202, 206, 208, «Вторые пути», «Линию № 2», линию Волочаевка — Комсомольск, Хабаровский лагерь.
2 отдел желдорстроительства — Севжелдорлаг, Сороклаг, «Гоную Шорию», строительства №№ 204 и 211, шоссейную дорогу Москва — Минск.
Отдел целлюлозно-бумажной промышленности — Архангельский, Соликамский и Сегежский комбинаты, пять целлюлозных заводов.
Отдел цветной металлургии — Норильскстрой.
Отдел топливной промышленности — Ухтижемлаг, Воркутлаг, Райчихлаг, Букачачлаг, цементные заводы.
Управление лесной промышленности — ББК, Кулойлаг, Каргопольлаг, Томскасинлаг, Тайшетлаг, Локчимлаг, Ивдельлаг, Устьвымлаг, Унжлаг, Севураллаг, Вятлаг, Краслаг, Онеглаг, Усольлаг, Новотамбовлаг, Бирлаг, Темлаг, Ленинградское проектное бюро.
Управление ИТК и сельхозлагерей — 63 отдела ИТК на местах, Сиблаг, Сазлаг, Карлаг, Среднебельлаг, Владлаг, Прорвалаг, Дмитровский мехзавод, Акмолинское спецотделение, Шосдорлаг.

27 августа приказанием по ГУЛАГу № 309 предписывалось до 1 сентября сдать в отдел кадров главка все подписанные «врагами народа» грамоты с целью их замены.
На 1 сентября центральный аппарат ГУЛАГа размещался в домах по улицам Кирова 3, Дзержинского 12 и Матросская Тишина 18; главк располагал гаражом в Химках, детсадом в Томилино и пионерлагерем в Икше.
10 сентября приказом № 001088 были утверждены типовые штаты исправительно-трудовых колоний УИТК/ОИТК НКВД/УНКВД:

— ИТК 1 категории — от 3500 до 2000 заключенных, 42 сотрудника администрации;
— ИТК 2 категории — от 2000 до 1500 заключенных, 37 сотрудников;
— ИТК 3 категории — от 1500 до 1000 заключенных, 33 сотрудника;
— ИТК 4 категории — от 1000 до 700 заключенных, 30 сотрудников;
— ИТК 5 категории — от 700 до 500 заключенных, 26 сотрудников;
— ИТК 6 категории — от 500 до 300 заключенных, 20 сотрудников;
— ИТК 7 категории — от 300 до 150 заключенных, 17 сотрудников;
— ИТК 8 категории — до 150 заключенных, 13 сотрудников.

10 сентября приказом № 609 Отдел трудовых колоний несовершеннолетних НКВД был включен в состав ГУЛАГа.
11 сентября 3 отдел ГУЛАГа направил в адрес 3 отделов ИТЛ и ИТК циркуляр № 190:

«…В ближайшее время управлением охраны ГУЛАГа будет послана директива о подготовке команд из заключенных на случай замены стрелков ВОХР, призываемых в армию. По получении этой директивы необходимо проследить, чтобы в состав команд не попали лица, антисоветски настроенные и склонные к побегам. Как правило, комплектование команд должно идти за счет осужденных на небольшой срок за бытовые преступления. Под Вашу личную ответственность выделенные команды обеспечьте достаточным количеством осведомления и в случае выявления лиц, высказывающих антисоветские взгляды намерение к побегу, или плохонесущих службу, немедленно заменять их».

В тот же день приказом НКВД № 1724 по личному составу капитан ГБ Б. П. Трофимов назначался с должности заместителя на должность начальника 3 отдела ГУЛАГа (с 5 сентября).
22 сентября приказом № 1782 первым зам. начальника ГУЛАГа назначался А. П. Лепилов (ранее зам. наркома промышленности строительных материалов РСФСР).
23 сентября приказом № 001141 Отдел исправительно-трудовых колоний (ОИТК) УНКВД Московской области был реорганизован в Управление исправительно-трудовых лагерей и колоний (УИТЛК) УНКВД Московской области, тогда размещавшееся в Москве на ул. Чернышевского, дом 26 (церковь Введения в Барашах; с 1960-х здесь находилось пенсионное отделение ГУВД).
2 октября приказом № 001187 взамен Харьковской школы создавались Центральные курсы ГУЛАГа для подготовки и переподготовки руководящих кадров лагерей и строек НКВД с дислокацией на участке «Печатники» Строительства Южной гавани (ныне в черте Москвы).
11 октября приказом НКВД по личному составу № 1899 старший майор ГБ С. Е. Егоров был освобожден от должности первого зам. начальника ГУЛАГа и назначен первым зам. начальника Дальстроя; этим же приказом вместо К. А. Павлова Дальстрой возглавил комиссар ГБ 3 ранга И. Ф. Никишов (ранее — начальник УНКВД Хабаровского края).
2 ноября приказом № 001335 Соловецкая тюрьма ГУГБ была закрыта, а ее заключенные переведены во Владимирскую и Орловскую тюрьмы ГУГБ. 16-летний гулаговский период истории Соловков закончился — острова перешли во владение Учебного отряда Северного флота.
14 ноября приказанием по ГУЛАГу № 411 награждались «за изобретательность и инициативу» сотрудники Ягринского ИТЛ, под чьим руководством из пустых консервных банок было изготовлено 15 000 котелков, 2000 ведер, 350 умывальников, 250 бидонов, 200 тазов, 1000 плевательниц, 200 урн, 1500 леек и 10 000 кружек, а из разбитой тары — 1000 табуреток, 500 посылочных ящиков и 100 ящиков для писем.
4 декабря приказом № 2172 начальником управления ИТК и сельхозлагерей ГУЛАГа был назначен Митюшин Михаил Михайлович, ранее начальник Сектора ширпотреба НКВД СССР. Прежний начальник УИТК и с/х лагерей Куршин Борис Лазаревич этим же приказом назначался заместителем начальника и главным инженером этого управления.
30 декабря приказом № 0440 были объявлены «Положение о политотделе главного управления (отдела) НКВД СССР» (15 сентября утвержденное Оргбюро ЦК ВКП(б)) и «Инструкция о работе политотдела ГУЛАГа НКВД СССР», который «руководит всей политико-воспитательной работой среди личного состава лагерей, строительств, работой библиотек, клубов, ленинских комнат, общеобразовательной подготовкой, всеми видами самодеятельности, работой среди членов семей сотрудников, добровольных обществ и заботится об улучшении культурно-бытового обслуживания вольнонаемного состава»; политотдел ГУЛАГа включал отделения: организационно-инструкторское; партийной пропаганды и агитации; кадров политсостава; по комсомольской работе; по культурно-просветительной работе. Начальник политотдела назначался ЦК ВКП(б) по представлению НКВД СССР.


ГЛАВА ВОСЬМАЯ
ПОСТЕПЕННОЕ РАЗУКРУПНЕНИЕ ГУЛАГа началось в 1940 году: в январе из него выделилось в самостоятельный главк ГУЖДС, а в сентябре — Главгидрострой НКВД. Это были два первых шага на пути к коренной реорганизации аппарата ГУЛАГа в феврале 1941 года, когда на базе его отраслевых отделов и управлений возникнет целый ряд самостоятельных главков и управлений НКВД СССР: Главпромстрой, ГУЛГМП, УЛЛП и другие. Реорганизации были следствием очевидных трудностей в управлении таким многопрофильным отраслевым главком, как ГУЛАГ образца 1939—1940 годов, когда здесь работало 1500—1600 человек (пик штатной численности главка за всю его историю с 1930-го по 1956 год). Чем дальше, тем больше влияла на реорганизацию ГУЛАГа и вспыхнувшая еще осенью 1939-го Вторая мировая война; страна начинала готовиться к ней.
4 января 1940 года приказом НКВД (далее это уточнение опускается) № 0014 на базе Управления железнодорожного строительства ГУЛАГа на Дальнем Востоке и Отдела железнодорожного строительства ГУЛАГа было организовано Главное управление железнодорожного строительства НКВД СССР (ГУЖДС). Первоначально в названии нового главка не было слова «лагерей», аббревиатура ГУЛЖДС появится только в феврале 1941-го в ходе общей реорганизации наркомата и сохранится вплоть до марта 1953-го, когда Главное управление лагерей железнодорожного строительства из состава МВД СССР передадут Министерству путей сообщения.
Этим же приказом ГУЖДС возглавил корпусной инженер Н. А. Френкель, ранее начальник Управления железнодорожного строительства ГУЛАГа на Дальнем Востоке. В 1940 году ГУЖДС было предоставлено помещение в Москве по адресу: Мещанская улица, 15.
14 января приказом № 019 на базе горного отдела ГУЛАГа было организовано Управление горно-металлургической промышленности ГУЛАГа (УГМП), которое возглавил бывший начальник Главного управления медной промышленности Наркомата цветной металлургии СССР Захаров Петр Андреевич.
20 января приказом № 89 П. А. Захаров был назначен еще и заместителем начальника ГУЛАГа (а приказом начальника ГУЛАГа № 82 от 21 февраля ему был установлен оклад в 3000 рублей в месяц).
27 января приказом № 129 бригадный комиссар И. В. Васильев освобождался от должности начальника Политотдела ГУЛАГа как «несправившийся с работой» (11 февраля его назначат начальником Елено-Каракубского лагеря НКВД для военнопленных в Сталинской (ныне Донецкой) области на Украине, а 6 сентября — заместителем начальника управления ИТЛ и строительства Химкинского района ГУЛАГа в Москве). Новым начальником Политотдела ГУЛАГа этим же приказом был назначен выпускник Высшей школы НКВД СССР Горбачев Максим Ефимович (в 1938—1939 годах — заведующий военным отделом Калмыцкого обкома ВКП(б), город Элиста).
3 февраля приказом № 63 объявлялось «Положение о многотиражных газетах политотделов лагерей и строительств ГУЛАГа НКВД СССР», согласно которому «многотиражные газеты издаются политическими отделами лагерей и строительств НКВД. Главная задача многотиражной газеты — повседневно бороться за большевистское воспитание вольнонаемного состава лагерей и строительств НКВД, за сплочение рабочих, интеллигенции и личного состава военизированной охраны вокруг ВКП(б) и вождя народов товарища Сталина, за воспитание их в духе беззаветной преданности социалистической родине, ненависти и непримиримости к врагам народа». В «Положении…» отмечалось, что Политотдел ГУЛАГа разрешает выпуск многотиражных газет только после соответствующего решения ЦК ВКП(б). Категорически запрещалось помещать в лагерных многотиражках секретные материалы и допускать к работе «над изготовлением газеты» заключенных и «политически сомнительных» людей (что некогда было важной составной частью процесса «перековки»).
7 февраля Берия подписал приказ НКВД № 00149 «Об агентурно-оперативном обслуживании исправительно-трудовых лагерей-колоний НКВД СССР», которым ликвидировался 3 отдел ГУЛАГа, а оперативно-чекистское обслуживание ГУЛАГа и руководство агентурно-оперативной работой в ИТЛ и ИТК возлагалось на Главное экономическое управление (ГЭУ) НКВД (начальник ГЭУ — Б. З. Кобулов).
Уже 19 сентября приказом № 001178 в составе 1 отдела ГЭУ будет организовано 9 отделение, на которое возложат агентурно-оперативное обслуживание ГУЛАГа и его местных органов (ИТЛ и ИТК), этим же приказом 9 отделение возглавит старший лейтенант ГБ Е. Г. Бендерский (ранее старший следователь Следчасти ГЭУ).
Бывший начальник 3 отдела ГУЛАГа капитан ГБ Б. П. Трофимов в марте 1940 года возглавит Кексгольмскую опергруппу НКВД — на территории Финляндии, отошедшей к СССР после советско-финляндской войны.
Оперативно-чекистское обслуживание ГУЖДС и подчиненных ему лагерей и колоний возлагалось теперь на Главное транспортное управление (ГТУ) НКВД (начальник ГТУ — С. Р. Мильштейн). На местах руководство оперативно-чекистской работой лагерей и колоний, обслуживающих транспортное строительство, переходило к дорожно-транспортным отделам (ДТО) НКВД «по территориальности».
3 отделы ИТЛ и ИТК реорганизовывались в оперативно-чекистские отделы (ОЧО). Начальники ОЧО теперь подчинялись не 3 отделу ГУЛАГа, как раньше, а начальнику того ИТЛ или ИТК, которые обслуживал соответствующий отдел. Задачи оперативно-чекистских отделов ИТЛ и ИТК НКВД заключались в следующем:

— создание агентурно-осведомительной сети для разработки заключенных с целью освещения их политического настроения и своевременного пресечения вражеской деятельности;
— борьба с саботажем, дезорганизацией производства, хищением лагерного имущества, бандитизмом и хулиганством среди заключенных;
— выявление и предупреждение срывов в производственной деятельности лагеря и дефектов в выполняемых работах;
— борьба с побегами заключенных и организация розыска и ареста беглецов;
— оперативно-чекистское обслуживание вольнонаемных сотрудников лагерей и колоний, подозреваемых во вражеской работе;
— выполнение заданий органов НКВД СССР по агентурно-осведомительному наблюдению за осужденными преступниками;
— вербовка агентуры и осведомления среди заключенных преступников с расчетом на их дальнейшее использование после отбытия срока наказания;
— своевременная информация органов НКВД об освобождающихся и выбывающих на их территорию лицах, отбывших наказание за антигосударственную работу.

Следствие по делам об антигосударственных преступлениях, как правило, должно было вестись в следственных частях НКВД/УНКВД «по территориальности». Существовавшие до этого приказа отделы режима в ИТЛ и ИТК были упразднены, а их функции по обеспечению внутрилагерного режима были возложены на оперативно-чекистские отделы ИТЛ и ИТК. Наконец, тем же приказом № 00149 от 7 февраля для обеспечения систематической проверки работы лагерей и колоний была организована Контрольно-инспекторская группа при начальнике ГУЛАГа в составе 15 человек. Другим приказом Берия поручал «Зам. Народного комиссара внутренних дел по кадрам комиссару государственной безопасности 3-го ранга тов. Круглову — лично просмотреть и представить мне на утверждение начальников оперативно-чекистских отделов (отделений) исправительно-трудовых лагерей и колоний».
23 февраля приказом № 00228 объявлялись новые штаты ГУЛАГа:

— Управление лесной промышленности — 112 человек;
— Управление горно-металлургической промышленности — 85 человек;
— Управление исправительно-трудовых колоний — 118 человек;
— Отдел гидротехнического строительства — 44 человека;
— Отдел топливной промышленности — 36 человек;
— Отдел морского строительства — 16 человек;
— Целлюлозно-бумажный отдел — 21 человек;
— Отдел трудовых колоний — 67 человек;
— Сельскохозяйственный отдел — 53 человека;
— Горнотехническая инспекция — 6 человек;
— Автотракторная инспекция — 6 человек;
— Бюро рационализации и изобретательства (БРИЗ) — 3 человека;
— Отдел железнодорожных и водных перевозок — 12 человек;
— Моботдел — 14 человек;
— Секретариат — 28 человек;
— Архивное отделение — 13 человек;
— Административно-хозяйственный отдел (АХО) — 273 человека;
— Отдел технического снабжения — 87 человек;
— Политотдел — 46 человек;
— Управление ВОХР — 80 человек;
— Отделение по культурно-воспитательной работе — 10 человек;
— Отдел снабжения военизированных контингентов — 15 человек;
— Санитарный отдел — 40 человек;
— Отдел общего снабжения — 65 человек;
— Отдел трудовых поселений — 15 человек;
— Учетно-распределительный отдел — 75 человек;
— Отдел кадров — 70 человек;
— Плановый отдел — 36 человек;
— Финотдел и арбитраж 33 человека;
— Центральная бухгалтерия — 16 человек;
— Отдел организации труда и зарплаты — 21 человек;
— Контрольно-инспекторская группа — 15 человек.
Всего по ГУЛАГу — 1492 человека.

Для сравнения приведем и структуру Главного тюремного управления НКВД по состоянию на 1 марта 1940-го (всего 179 человек по штату):

— руководство — начальник ГТУ и два заместителя;
— секретариат — 19 человек;
— политотдел — 33 человека: 1 отделение (оргинструкторское), 2 отделение (агитации и пропаганды), 3 отделение (по комсомольской работе), 4 отделение (культурно-массовая работа), 5 отделение (учетно-информационное);
— Общая инспекция (4 человека);
— Мобинспекция (5 человек); 1 отдел (оперативный) — 49 человек: 1 отделение (режим, охрана и боевая подготовка), 2 отделение (особистское), 3 отделение (агентурное обслуживание заключенных), 4 отделение (учет и этапирование заключенных);
— Отделение кадров (на правах отдела) — 11 человек;
— 3 отдел (эксплуатационно-строительный) — 21 человек: 1 отделение (строительное), 2 отделение (эксплуатация зданий), 3 отделение (материально-техническое);
— 4 отдел (снабжения) — 22 человека: 1 отделение (учетно-плановое), 2 отделение (обозно-вещевое и продфуражное), 3 отделение (артиллеристско-техническое имущество);
— Санинспекция — 12 человек.
На 1 апреля 1940 года в ИТЛ НКВД содержалось 1 269 785 заключенных, из них мужчин — 1 162 690, женщин — 107 030. Распределялся лагерный контингент так:

по возрасту
до 16 лет — 109 человек;
от 16 до 18 лет — 3850 человек;
от 18 до 21 года — 109 843 человека;
от 22 до 30 лет — 432 359 человек;
от 31 до 40 лет — 383 119 человек;
от 41 до 50 лет — 215 306 человек;
от 51 до 60 лет — 94 127 человек;
старше 60 лет — 19 616 человек.

по образованию
высшее — 23 238 человек;
среднее — 125 967 человек;
низшее — 632 010 человек;
малограмотные — 371 211 человек;
неграмотные — 105 356 человек.

по подданству
граждане СССР — 1 261 029 человек;
граждане других стран (иноподданные) — 4136 человек.

по характеру преступлений
контрреволюционные преступления — 417 381 человек, из них:
троцкисты, зиновьевцы, правые — 17 621 человек;
измена родине — 1473 человека;
террор — 12 710 человек;
диверсия — 5737 человек;
шпионаж — 16 440 человек;
вредительство — 25 941 человек;
руководители к/р организаций — 4493 человека;
антисоветская агитация — 178 979 человек;
члены семей изменников родины — 13 241 человек.
особоопасные преступления против управления — 46 374 человека, из них:
бандитизм и разбой — 29 514 человек;
перебежчики — 13 924 человека.
преступления против порядка управления:
хулиганство — 90 291 человек;
спекуляция — 31 652 человека;
нарушение закона о паспортизации — 19 747 человек.
расхищение социалистической собственности (закон от 7 августа 1932-го) — 23 549 человек.
должностные и хозяйственные преступления — 96 193 человека.
преступления против личности — 66 708 человек.
имущественные преступления — 152 096 человек.
СВЭ и СОЭ — 220 835 человек.
воинские преступления (статья 193) — 11 067 человек.
бывших кулаков — 80 868 человек;
служителей культа — 5007 человек.

по срокам заключения
ниже 1 года — 2902 человека;
от 1 года и ниже 3 лет — 231 477 человек;
от 3 до 5 лет — 465 557 человек;
от 5 до 10 лет — 550 062 человека;
от 11 до 15 лет — 5363 человека;
от 16 до 20 лет — 2133 человека;
от 21 до 25 лет — 836 человек, в том числе приговоренных к ВМН с заменой на лишение свободы — 3224 человека.

по органам осуждения
НКВД — 620 001 человек, в том числе:
ОСО НКВД — 105 009 человек;
спецтройками — 270 000 человек.
Наркомюст — 638 394 человека.
За этот же отчетный квартал (январь — март 1940 года) из ИТЛ было освобождено 53 7778 человек, из них:
досрочно — 3 человека (по болезни);
досрочно по отбытии половины срока — 737 человек;
досрочно в порядке общей амнистии — 4 человека;
досрочно в порядке частной амнистии — 607 человек;
за прекращением дела — 9856 человек;
по пересмотру дела — 6592 человека;
по дополнительным зачетам — 58 человек;
за окончанием срока — 35 782 человека;
под подписку — 139 человек.

В ИТК НКВД на 1 апреля содержалось 297 477 заключенных. Однако уже к 1 декабря контингент ИТК возрастет до 425 583 человек (с учетом начавших поступать «указников» — осужденных за опоздания на работу и т. д.).
В тюрьмах НКВД по состоянию на 1 января 1940 года числилось 186 278 человек, на 1 апреля — 195 582, на 1 июля — 205 987, на 1 октября — 413 126 человек.

17 АПРЕЛЯ ПРИКАЗОМ № 266 во всех ИТЛ и ИТК вводилось обязательное «массово-техническое обучение» заключенных в целях «быстрейшего освоения» ими производственно-трудовых навыков, подготовки из их числа квалифицированных кадров и увеличения эффективности использования их труда. Согласно «Положению о массово-техническом обучении заключенных в ИТЛК НКВД СССР» «задачей ИТЛ и ИТК НКВД СССР наряду с изоляцией преступников является также и наиболее эффективное и рациональное использование труда заключенных». Сеть массово-технического обучения заключенных включала: краткосрочные курсы подготовки квалифицированной рабочей силы (срок обучения от 1 до 4 месяцев), курсы технического минимума (от 2 до 6 месяцев), курсы повышения квалификации и переподготовки (от 1 до 4 месяцев), школы передачи и изучения стахановских методов труда, школы мастеров (десятников) (срок обучения от 4 до 6 месяцев).
20 апреля приказом № 0161 объявлялись «Положение об Отделении культурно-воспитательной работы ГУЛАГа НКВД СССР» и «Положение о культурно-воспитательной работе в ИТЛ и ИТК НКВД». Как следовало из них, Отделение культурно-воспитательной работы (КВО) является самостоятельным отделением, подчиненным руководству ГУЛАГа и имеет своей целью: «перевоспитание заключенных, осужденных за бытовые и должностные преступления, на основе высокопроизводительного общественно-полезного труда» и «содействие наиболее эффективному и рациональному использованию труда всех заключенных на производстве для выполнения и перевыполнения производственных планов». Основными видами культурно-воспитательной работы в лагерях и колониях НКВД объявлялись: политмассовая работа, производственно-массовая работа, работа с отказчиками, стенная печать, школьная работа, клубно-массовая работа, библиотечная работа.
22 апреля приказом № 522 руководителям ГУЛАГа были присвоены спецзвания: старшего майора ГБ — А. П. Лепилову; майора ГБ — Г. М. Орлову и М. Н. Попову; капитана ГБ — М. Е. Горбачеву, М. В. Конрадову и М. С. Шелкову.
25 апреля исполнилось 10 лет со дня создания УЛАГа, с 1 октября 1930-го реорганизованного в ГУЛАГ. За эти годы его штаты выросли в 20 раз (от 80 до 1600 сотрудников). Разумеется, аппарат рос не сам по себе, а вместе с расширением системы исправительно-трудовых учреждений. Если на 1 июня 1930-го УЛАГ ведал семью ИТЛ с общим контингентом в 168 163 заключенных, то спустя десять лет в подчинении ГУЛАГа находилось 65 лагерей и строек НКВД (не считая ИТК и детских колоний) с общим контингентом в 1 269 785 заключенных (на 1 апреля 1940 года). Мы уже видели, как усложнялась все эти годы структура ГУЛАГа.
Советско-финляндская война закончилась 13 марта, а 26 апреля М. И. Калинин подписал Указ Президиума Верховного Совета СССР (ПВС) о награждении работников НКВД орденами и медалями «за успешное выполнение заданий правительства по охране государственной безопасности». Среди получивших орден Ленина был начальник Дальстроя НКВД комиссар ГБ 3 ранга И. Ф. Никишов, орден Красного Знамени — начальник Беломоро-Балтийского комбината НКВД майор ГБ М. М. Тимофеев, орден Красной Звезды — начальник ГУЛАГа комдив В. В. Чернышов, орденом «Знак Почета» — заместитель начальника Дальстроя старший майор ГБ С. Е. Егоров и заместитель начальника ГУЛАГа майор ГБ И. Т. Сергеев, медалью «За отвагу» — заместитель начальника ГУЛАГа майор ГБ Г. П. Добрынин, медалью «За трудовую доблесть» — главный инженер Куйбышевгидростроя НКВД дивизионный инженер С. Я. Жук, заместители начальника ГУЛАГа майоры ГБ В. А. Поддубко и М. Н. Попов и начальник Отдела детских трудовых колоний ГУЛАГа старший лейтенант ГБ Л. М. Яцкевич. Всего по этому указу было награждено 757 сотрудников НКВД СССР, из них орденом Ленина — 15 человек, орденом Красного Знамени — 36, орденом Красной Звезды — 127, орденом «Знак Почета» — 204, медалью «За отвагу» — 321, медалью «За трудовую доблесть» — 54 человека.
На основании постановления СНК СССР № 647 от 4 мая и приказа НКВД № 378 от 23 мая в целях стимулирования производительности труда «на основе широкого развертывания социалистического соревнования и стахановского движения на работах, производимых Дальстроем НКВД», был учрежден наградной значок «Отличник Дальстроевец». Право получения этого значка (выдававшегося на основании приказов НКВД) имел весь административно-технический персонал, рабочие и служащие предприятий и учреждений Дальстроя.
4 мая приказом № 321 от 1940 года «для стимулирования труда на стройках и в лагерях НКВД» устанавливалась и такая награда, как шесть переходящих Красных знамен ГУЛАГа с премиями: Красное знамя с премией в сумме 200 000 рублей для лучшей стройки ГУЛАГа; Красное знамя с премией 200 000 рублей — лучшему лесному лагерю; Красное знамя с премией 150 000 рублей — лучшему лагерю топливной и горно-металлургической промышленности; Красное знамя с премией 100 000 рублей — лучшему отделу ИТК; Красное знамя с премией 50 000 рублей — лучшему сельскохозяйственному лагерю. Вручать эти Красные знамена предполагалось дважды в год по результатам выполнения плана первого полугодия и годового плана.

5 МАЯ В КРЕМЛЕ на приеме у Сталина побывали начальник ГУЖДС и заместитель начальника ГУЛАГа Н. А. Френкель, начальник БАМпроекта и заместитель начальника ГУЖДС НКВД Ф. А. Гвоздевский, начальник ГУЛАГа и заместитель наркома внутренних дел В. В. Чернышов, нарком Берия (а 20 июля указом ПВС Френкель и Гвоздевский за строительство железных дорог на Дальнем Востоке были награждены орденами Ленина и Трудового Красного Знамени соответственно; среди других награжденных орден Трудового Красного Знамени получил тогда бывший начальник КВО Дмитлага М. В. Филимонов, снятый в 1935 году с этой должности «за пьяные похождения» и отправленный на строительство БАМа — в 1940-м Филимонов работал там помощником начальника Амурлага ГУЖДС).
21 мая приказом № 666 начальник Дальстроя комиссар ГБ 2 ранга К. А. Павлов был назначен заместителем начальника управления горно-металлургической промышленности ГУЛАГа.
4 июля приказом № 878 «за халатное отношение к служебным обязанностям» был уволен начальник САНО ГУЛАГа А. А. Чалов, 19 августа приказом № 001019 его сменит в этой должности Д. М. Лойдин, ранее начальник САНО УЖДС ГУЛАГа на Дальнем Востоке.
26 июня М. И. Калинин подписал указ ПВС «О переходе на восьмичасовой рабочий день, на семидневную рабочую неделю и о запрещении самовольного ухода рабочих и служащих с предприятий и учреждений», на основании которого самовольный уход с предприятий и учреждений карался по приговору суда тюремным заключением от 2 до 4 месяцев, а прогул без уважительных причин — исправительно-трудовыми работами (по месту работы) сроком до 6 месяцев с удержанием из зарплаты до 25 процентов.
10 июля появился и указ ПВС «Об ответственности за выпуск недоброкачественной или некомплектной продукции и за несоблюдение обязательных стандартов промышленными предприятиями», приравнивавший это к вредительству и грозивший директорам, главным инженерам и начальникам ОТК предприятий тюремным заключением от 5 до 8 лет. 10 августа председатель ПВС подписал указ «Об уголовной ответственности за мелкие кражи на производстве и за хулиганство» (до года тюрьмы) и еще один указ, которым предусматривалось единоличное, без участия заседателей, рассмотрение судьями дел о прогулах по неуважительным причинам и о самовольном уходе с предприятий и учреждений. В результате контингент заключенных и начал пополняться так называемыми «указниками».
Еще 31 июля Пленум ЦК ВКП(б) принял постановление «О контроле над проведением в жизнь Указа ПВС СССР от 26 июня 1940 года…», где отмечалось, что «прокуратура, на которую Указ возложил прямые обязанности карать летунов и прогульщиков, работает недопустимо плохо. Органы прокуратуры во многих случаях преступно бездействуют и не осуществляют возложенных на них функций контроля за выполнением Указа. Работники органов прокуратуры неделями задерживают передачу в суд поступивших к ним дел о прогульщиках. Органы прокуратуры не привлекают к ответственности директоров предприятий и начальников учреждений, уклоняющихся от предания суду летунов и прогульщиков». Пленум постановил «снять прокурора СССР т. Панкратьева с занимаемого поста, как не справляющегося со своими обязанностями и не обеспечивающего контроля над выполнением Указа… от 26 июня 1940 года».
7 августа Верховный Совет СССР постановил освободить Панкратьева от должности и назначить Прокурором СССР генерал-майора (с 28 июля) В. М. Бочкова. 23 августа приказом НКВД № 1146 Бочков был освобожден от обязанностей начальника Особого отдела ГУГБ НКВД СССР «в связи с переходом на другую работу» (новым начальником ОО (Особый отдел, он же 4 отдел ГУГБ) стал майор ГБ А. Н. Михеев).
Скажем здесь несколько слов о карьере Бочкова. После окончания Военной академии им. М. В. Фрунзе он приказом НКВД № 2433 от 23 ноября 1938-го был назначен начальником только что организованного тогда Главного тюремного управления НКВД, но проработал там недолго и приказом № 2565 от 29 декабря занял вакантную после ареста комбрига Н. Н. Федорова должность начальника ОО ГУГБ. 28 января 1939-го приказом № 180 Бочкову было присвоено спецзвание старшего майора ГБ, а приказом № 346 от 14 марта 1940-го — комиссара ГБ 3 ранга. 25 июля Бочков вместе с наркомом Берией был на приеме в Кремле у Сталина, где, похоже, и было предрешено назначение Бочкова Прокурором СССР. 28 июля постановлением СНК СССР № 1373 Бочкову было присвоено воинское звание «генерал-майор» (генеральские звания были введены 7 мая 1940-го). После назначения Прокурором СССР Бочкова освободили от руководства ОО ГУГБ, однако с началом Великой Отечественной войны приказом НКВД № 1024 от 19 июля 1941-го Прокурор СССР Бочков назначался начальником ОО Северо-Западного фронта, причем в этом приказе вновь фигурирует его не генеральское, а чекистское спецзвание (комиссар ГБ 3 ранга). Приказом НКВД № 17 от 4 января 1942-го комиссар ГБ 3 ранга Бочков был освобожден от должности начальника ОО НКВД СЗФ «в связи с переходом к исполнению своих прямых обязанностей Прокурора СССР», а приказом № 29 от 2 февраля 1942-го Прокурор СССР В. М. Бочков «за успешное выполнение заданий НКВД СССР» награждался знаком «Заслуженный работник НКВД». Характерно, что и на посту Прокурора СССР Бочков занимал дачу НКВД СССР в подмосковном Томилино.
Указом ПВС от 13 ноября 1943-го года Бочкова освободили от обязанностей Прокурора СССР «согласно личной просьбе», а приказом НКВД № 5 от 3 января 1944-го «генерал-майор» Бочков сменил перешедшего на работу в погранвойска НКВД генерал-майора М. С. Кривенко на посту начальника Управления конвойных войск НКВД. Постановлением СНК СССР № 1598 от 17 ноября 1944-го Бочкову было присвоено воинское звание «генерал-лейтенант». Под конец своей карьеры В. М. Бочков вернулся в ту же сферу, в которой начинал: с 8 июня 1951-го по 18 мая 1959-го он занимал должность заместителя начальника ГУЛАГа/ГУИТК/ГУМЗ МВД, затем Минюста СССР.
24 июля приказом № 591 Культурно-воспитательное отделение ГУЛАГа было подчинено Политотделу ГУЛАГа на правах его отделения (в лагерях и колониях также произошла соответствующая реорганизация), а приказанием НКВД № 48 от 28 сентября вводилась и должность заместителя начальника Политотдела по культурно-воспитательной работе (который являлся и начальником Отделения культурно-воспитательной работы).
19 августа нарком Берия подписал приказ № 001019 «О переустройстве ГУЛАГа НКВД СССР», по которому аппарат главка сокращался до девяти управлений и восьми отделов, а также производились назначения 11 заместителей начальника ГУЛАГа:

— первый заместитель начальника ГУЛАГа — Г. М. Орлов;
— начальник ЦПФО НКВД и заместитель начальника ГУЛАГа (по совместительству) — Л. И. Берензон;
— начальник ГУЖДС НКВД и заместитель начальника ГУЛАГа (по совместительству) — Н. А. Френкель;
— Управление по строительству заводов и горнорудных предприятий черной металлургии (начальник, он же заместитель начальника ГУЛАГа — комиссар ГБ 2 ранга К. А. Павлов);
— Управление исправительно-трудовых колоний и трудовых поселений (начальник, он же заместитель начальника ГУЛАГа — капитан ГБ Г. С. Завгородний, ранее руководивший 7 отделением 3 отдела ГЭУ НКВД СССР);
— Управление снабжения лагерей и строек НКВД СССР (начальник В. А. Уваров);
— Управление охраны и режима (начальник, он же заместитель начальника ГУЛАГа — майор ГБ Г. П. Добрынин);
— Управление горно-металлургической промышленности (начальник, он же заместитель начальника ГУЛАГа — П. А. Захаров);
— Управление лесной промышленности (начальник, он же заместитель начальника ГУЛАГа — майор ГБ И. Т. Сергеев);
— Управление промышленного и специального (капитального) строительства (начальник, он же заместитель начальника ГУЛАГа — майор ГБ М. Н. Попов);
— Управление строительства авиационных заводов (начальник, он же заместитель начальника ГУЛАГа — А. П. Лепилов);
— Управление топливной промышленности;
— Политотдел (начальник — капитан ГБ М. Е. Горбачев);
— отдел кадров (начальник, он же заместитель начальника ГУЛАГа — капитан ГБ С. С. Кузнецов);
— отдел учета и распределения заключенных (начальник — лейтенант ГБ Г. М. Грановский);
— санитарный отдел (начальник — Д. М. Лойдин);
— мобилизационный отдел (начальник — младший лейтенант ГБ П. К. Остапов);
— ветеринарный отдел;
— отдел общего снабжения (начальник — интендант 1 ранга В. В. Силин);
— административно-хозяйственный отдел (начальник — Н. А. Маслихов);
— Контрольно-инспекторская группа при начальнике ГУЛАГа (начальник — старший лейтенант ГБ А. Н. Карамышев, ранее помощник начальника Следчасти ГЭУ);
— горно-техническая инспекция;
— бюро рационализации и изобретательства (начальник — Б. Д. Стратьев);
— секретариат;
— архив.

Отделы ГУЛАГа — плановый, финансовый, труда и зарплаты, главная бухгалтерия — упразднялись с возложением их функций на ЦПФО НКВД СССР, начальник ЦПФО (на тот момент Л. И. Берензон) теперь одновременно был заместителем начальника ГУЛАГа по вопросам организации труда и зарплаты, планирования, финансирования и бухгалтерской отчетности лагерей, колоний и производств ГУЛАГа.
Функции упраздняемых отделов ГУЛАГа передавались: отдела железнодорожных и водных перевозок — Отделу железнодорожных и водных перевозок НКВД; отдела технического снабжения — Управлению снабжения лагерей и строек НКВД СССР. Отдел трудовых колоний несовершеннолетних преступников, отдел трудовых и спецпоселков, отдел сельхозлагерей вливались в состав Управления ИТК и трудпоселков; автотракторная инспекция ГУЛАГа — в Управление снабжения; отдел культурно-воспитательной работы — в состав Политотдела ГУЛАГа.
В сентябре на базе Гидротехнического отдела ГУЛАГа будет организовано Главное управление гидротехнического строительства НКВД (Главгидрострой), а его начальник также станет (по совместительству) заместителем начальника ГУЛАГа — двенадцатым по счету.
Это была последняя реорганизация главка перед его кардинальным разукрупнением (весной 1941-го, при разделении НКВД на два наркомата), когда аппарат ГУЛАГа разделят на самостоятельные отраслевые главки и управления, а сам ГУЛАГ превратится в мобильный аппарат с функциями управления рядом отдельных ИТЛ, всеми ИТК, детскими колониями и спецпереселенцами, а также лагерными секторами тех ИТЛ, которые подчинялись производственным главкам.

28 АВГУСТА ПРИКАЗОМ НКВД № 001060 (на основании постановлений Комитета Обороны при СНК СССР №№ 343сс и 344сс от 6 августа) для руководства строительством авиационных заводов было организовано Управление особого строительства НКВД СССР «с размещением управления в районе Безымянки Куйбышевской области». Начальником УОС был назначен зам. начальника ГУЛАГа старший майор ГБ А. П. Лепилов (по совместительству), первым заместителем начальника УОС — начальник Самарского ИТЛ и строительства Куйбышевского гидроузла майор ГБ П. В. Чистов (так же по совместительству); 25 сентября приказом № 001203 для обслуживания Особстроя будет организован Безымянский лагерь НКВД, а 11 октября приказом № 0441 расформированы управление строительства Куйбышевского гидроузла и Самарский лагерь.
5 сентября циркуляром ГУЛАГа № 214сс «О порядке приема, назначения, перемещения и увольнения работников системы ГУЛАГа НКВД» объявлялись должности, назначения на которые подлежали утверждению наркома внутренних дел: начальник главка и его заместители; начальник Политотдела ГУЛАГа, его заместители и помощники по комсомолу; начальники отделов и отделений ГУЛАГа. Все прочие должности в центральном аппарате главка были номенклатурой начальника ГУЛАГа, его первого заместителя и заместителя начальника ГУЛАГа по кадрам.
7 сентября 1940 года на приеме у Сталина в Кремле были начальник Волгостроя—Волголага Я. Д. Рапопорт, бывший начальник Гидротехнического отдела ГУЛАГа М. Н. Попов, начальник строительства № 200 и Лужского лагеря НКВД Г. Д. Афанасьев, главный инженер Куйбышевгидростроя НКВД С. Я. Жук и главный инженер Волгостроя НКВД В. Д. Журин. Вместе с ними у Сталина были нарком внутренних дел Л. П. Берия и нарком ВМФ Н. Г. Кузнецов.
13 сентября приказом № 001159 на базе гидротехнического отдела ГУЛАГа было организовано самостоятельное Главное управление гидротехнического строительства НКВД (Главгидрострой), на который возлагалось руководство: Волгостроем (строительство Угличского и Рыбинского гидроузлов), строительством Волго-Балтийского (Вытегорский и Шекснинский ИТЛ) и Северо-Двинского (Знаменитлаг и Опокский ИТЛ) водного путей, сооружением гидростанций на реках Клязьме (Верхне-Клязминская ГЭС под Владимиром), Которосли, Костроме и Мсте (Боровичевская ГЭС), строительствами №№ 200 (Лужская губа), 201 (Николаевск-на-Амуре) и 213 (порт Находка), достройкой Беломорского порта, а также временной консервацией Куйбышевского и Соликамского гидроузлов (последний, судя по всему, оставался на стадии проекта).
Начальником Главгидростроя НКВД (и по совместительству заместителем начальника ГУЛАГа) был назначен бывший старший майор ГБ Я. Д. Рапопорт, до этого начальник Волгостроя—Волголага. Главным инженером и первым заместителем начальника Главгидростроя стал старший майор ГБ С. Я. Жук, ранее главный инженер и заместитель начальника строительства Куйбышевского гидроузла. Этим же приказом Волгострой— Волголаг НКВД возглавил по совместительству главный инженер этого строительства майор ГБ В. Д. Журин.
19 сентября приказом № 1313 капитан ГБ П. В. Сафонов (до этого руководивший 4 отделением 2 отдела ГЭУ НКВД) был назначен заместителем начальника ГУЛАГа с возложением на него обязанностей по руководству следующими подразделениями: моботдел, ОУРЗ, отдел общего снабжения, САНО, ветеринарный отдел, горно-техническая инспекция и БРИЗ (12 ноября приказом по ГУЛАГу № 686 Сафонову устанавливался «оклад содержания» в 2600 рублей).
4 октября приказом № 001268 было объявлено «Положение о Мобилизационном отделе ГУЛАГа НКВД СССР». Моботдел ведал мобилизационной подготовкой не только ГУЛАГа и его местных структур, но и вопросами организации в военное время «учреждений военнопленных» (с 9 сентября 1939-го в составе НКВД существовало Управление по делам военнопленных и интернированных, начальник УПВИ — П. К. Сопруненко).
8 октября приказом № 1425 начальником управления топливной промышленности был назначен старший майор ГБ Бурдаков Семен Николаевич, ранее нарком внутренних дел Казахстана.
17 октября приказом № 001318 объявлялась дислокация действовавших в тот момент ИТЛ и строительств НКВД общей численностью «65 единиц»:

— Амурлаг (город Свободный Хабаровского края);
— Архбумстрой (местечко Мечка-Полой Архангельской области);
— Астраханлаг (Астрахань);
— Беломорско-Балтийский комбинат (Медвежьегорск Карело-Финской ССР);
— Бирдаг (станция Бира Дальневосточной ж. д.);
— Бурдаг (станция Известковая Дальневосточной ж. д.);
— Букачачлаг (поселок Букачача Читинской области);
— Владлаг (Владивосток);
— Воркутпечлаг (поселок Воркута Архангельской области);
— Волголаг (поселок Переборы Рыбинского района Ярославской области);
— Вяземлаг (город Вязьма Смоленской области);
— Вятлаг (рабочий поселок Рудничный Кировской области);
— Горшорлаг (станция Ахпун Томской ж. д.);
— Гдовлаг (станция Сланцы Ленинградской ж. д.);
— Джезказганлаг (поселок Новый Джезказган Карагандинской области Казахской ССР);
— Заимандролаг (станция Оленья Кировской ж. д. — строительство железного рудника на Кольском полуострове);
— Ивдельлаг (село Ивдель Свердловской области);
— Карлаг (Караганда);
— Каргопольлаг (город Каргополь Архангельской области);
— Краслаг (город Канск Красноярского края);
— Кулойлаг (Архангельск);
— Кольдаг (Мурманск);
— Лужлаг (Ленинград);
— Ликовлаг (деревня Ликово Кунцевского района Московской области — строительство Внуковского аэродрома);
— Нижамурлаг (Комсомольск-на-Амуре Хабаровского края);
— Мончегорлаг (Мончегорск Мурманской области — строительство комбината «Североникель»);
— Норильдаг (Норильск Красноярского края);
— Новотамбовжаг (Комсомольск-на-Амуре Хабаровского края);
— Онеглаг (станция Плесецкая Северной ж. д.);
— Пудожстрой (Медвежьегорск Карело-Финской ССР — строительство феррованадиевого комбината);
— Севпечлаг (село Абезь Коми АССР);
— Райчихдаг (седо Райчиха Амурской области Хабаровского края);
— Средбельлаг (станция Средне-Белая Амурской ж. д.);
— Самарлаг (Куйбышев);
— Севуралаг (Ирбит Свердловской области);
— Сорокдаг (Беломорск Карело-Финской ССР);
— Севжелдорлаг (поселок Железнодорожный Коми АССР);
— Сегежлаг (станция Сегежа Кировской ж. д.);
— Севвостлаг (Магадан Хабаровского края);
— Соликамбумстрой (рабочий поселок Боровск Соликамского района Молотовской области);
— Управление Соликамского гидроузла (Ленинград);
— Темлаг (поселок Явас Зубово-Полянского района Мордовской АССР);
— Томасинлаг (село Асино Новосибирской области);
— Унжлаг (станция Сухобезводная Горьковской ж. д.);
— Усольлаг (Соликамск Молотовской области);
— Усть-Вымлаг (поселок Вожаель Усть-Вымского района Коми АССР);
— Ухтоижемлаг (рабочий поселок Ухта Коми АССР);
— Хабарлаг (Хабаровск);
— Химлаг (село Никольское, Ленинградское шоссе, Москва);
— Череповецлаг (Череповец Вологодской области — строительство металлургического комбината);
— Южлаг (станция Заудинская Восточно-Сибирской ж. д.);
— Ягринлаг (город Молотовск Архангельской области);
— УИТЛК УНКВД Ленинградской области (Ленинград);
— УИТЛК УНКВД Московской области (Москва);
— УИТЛК УНКВД Новосибирской области (Новосибирск);
— УИТЛК УНКВД Иркутской области (Иркутск);
— УИТЛК НКВД Узбекской ССР (Ташкент);
— Актюбинлаг (Актюбинск Казахской ССР — строительство металлургического комбината, добыча полезных ископаемых);
— Кандалакшлаг (город Кандалакша Мурманской области — строительство алюминиевого завода);
— строительство № 201 (Николаевск-на-Амуре Хабаровского края);
— строительство № 211 (поселок Стрижевка Винницкой области);
— строительство № 213 (бухта Находка Приморского края);
— строительство № 263 (Совгавань Приморского края);
— Кексгольмлаг (Кексгольм Карело-Финской ССР — строительство целлюлозно-бумажных предприятий на бывшей финской территории);
— Безымянлаг (станция Безымянка Куйбышевской ж. д.).

26 октября нарком Берия подписал приказ № 001365 о награждении денежными премиями 125 сотрудников Центрального аппарата НКВД и УНКВД Калининской, Смоленской и Харьковской областей «за успешное выполнение специальных заданий», а именно — за расстрел поляков. 44 сотрудникам выдали премию в размере месячного оклада, 81 сотруднику — по 800 рублей. Среди получивших премии были: начальник Комендантского отдела АХУ НКВД майор ГБ В. М. Блохин; сотрудники для особых поручений Комендантского отдела АХУ капитан ГБ В. И. Шигалев, старший лейтенант ГБ И. И. Шигалев (он же — начальник АХО УНКВД Московской области), старший лейтенант ГБ Д. Э. Семенихин и лейтенант ГБ А. М. Емельянов; начальник Следчасти и заместитель начальника Главного транспортного управления НКВД старший майор ГБ Н. И. Синегубов; заместитель начальника Главного тюремного управления НКВД майор ГБ К. С. Зильберман; начальник штаба Конвойных войск НКВД комбриг М. С. Кривенко; начальник Оперативного отдела Главного управления конвойных и внутренних войск НКВД полковник А. А. Рыбаков; помощник начальника 1 спецотдела НКВД капитан ГБ А. М. Калинин; зав. машбюро секретариата 1 спецотдела сержант ГБ Р. С. Гецелевич. Но ни одного сотрудника ГУЛАГа в этом списке нет.
11 ноября циркуляром НКВД № 270 для несовершеннолетних заключенных колоний НКВД устанавливались: для заключенных в возрасте от 12 до 16 лет — 4-часовой рабочий день на производстве (в ученических мастерских) и 4 часа занятий в школе; от 16 до 18 лет — 8-часовой рабочий день на производстве (в ученических мастерских) и 2 часа занятий.
23 декабря приказ № 001601 «Об изменении системы регистрации и оперативного учета преступников» констатировал:

«…Единого центра, руководящего этой работой, в системе НКВД не имеется. Вопросами регистрации и оперативного учета преступников ведают 5 отделов: 1 спецотдел, Главное тюремное управление, спецотдел ГУРКМ [Главное управление Рабоче-крестьянской милиции], 2 отдел ГУЛАГа и Отдел трудовых поселений ГУЛАГа. Отсутствие единой системы учета преступников приводит к параллелизму в работе указанных отделов, к обезличке в учете и к необходимости в нужных случаях прибегать к проверке по всем этим учетам для того, чтобы получить сведения о том или ином лице…
Приказываю централизовать учет преступников в 1 спецотделе НКВД СССР, возложив на него руководство постановкой регистрации и оперативного учета преступников во всех аппаратах НКВД (в 1-х спецотделах НКВД—УНКВД, в ДТО и Особых отделах, в органах УРКМ, тюрьмах, исправительно-трудовых лагерях, колониях, спец. и труд. поселках). Обязать все органы НКВД, ведающие регистрацией и учетом преступников, сообщать о каждом вновь зарегистрированном преступнике в 1-й Спецотдел НКВД СССР не позже 48-ми часов с момента регистрации».

Сразу же после организации в мае 1940-го Печорского желдорлагеря смертность среди его заключенных стала заметно превышать средние показатели. Если по всем ИТЛ она составляла: в августе 1940-го — 0,22 процента от общей численности заключенных, в сентябре — 0,3, в октябре — 0,29, в ноябре — 0,3, в декабре — 0,31 процента, то в Печорском желдорлаге соответственно: 1,92 процента (умерло 209 человек), 2,6 (563 человека), 3,22 (909 человек), 3,44 (1076 человек), 2,78 процента (925 человек). Всего за 1940 год умерло 3680 заключенных Печлага, 14 процентов от его общей численности.
25 декабря 1940-го Берия подписал приказ № 001606 «О проверке состояния Печорского железнодорожного лагеря НКВД», где отмечалось, что «в результате преступного отношения к бытовому устройству и трудовому использованию заключенных со стороны руководства Печорского железнодорожного лагеря среди заключенных лагеря имеет место значительная заболеваемость и смертность. Начальник лагеря Большаков и начальник оперативно-чекистского отдела лагеря Югов своевременно не информировали НКВД СССР о тяжелом состоянии лагеря и не приняли необходимых мер к ликвидации создавшегося положения»; этим же приказом Г. П. Большаков был отстранен от должности, а врио начальника Печорлага стал зам. начальника ГУЖДС майор ГБ С. А. Чесноков, которому предписывалось немедленно завезти автотранспортом продовольствие, вещдовольствие, белье и медикаменты на участки Кожва-Синья и Абезь, ввести для всех ослабленных заключенных усиленные нормы питания, развернуть жилищно-бытовое и лечебно-санитарное строительство, в кратчайший срок обеспечив лагерникам минимальные санитарно-бытовые условия. Заместителю начальника ГУЛАГа П. В. Сафонову и зам. начальника ГУЖДС П. В. Худякову было приказано обеспечить немедленную отправку в Печорлаг 150 тонн свежего мяса, 15 тонн сливочного масла, 15 вагонов квашеной капусты, 30 тонн дрожжей и достаточного количества овощей для больных заключенных. Бригаде сотрудников НКВД во главе с начальником Политотдела ГУЛАГа капитаном ГБ М. Е. Горбачевым поручалось в двухмесячный срок выявить причины заболеваемости и большой смертности заключенных для привлечения виновных к уголовной ответственности. Наконец, этим же приказом начальник ГУЖДС Н. А. Френкель был отозван со стройки № 107 (Прикаспийский ИТЛ, строивший железнодорожную линию в Азербайджане) и командирован в Печорлаг для обеспечения своевременного строительства Северо-Печорской магистрали.
Уже в следующем году по результатам обследования Печорского железнодорожного лагеря был издан приказ № 0220 от 30 апреля 1941 года (этим же приказом новым начальником Печорлага назначался Н. Ф. Потемкин):

«Посланная приказом НКВД от 25 декабря 1940 года за № 001606 комиссия для проверки состояния Печорлага на месте установила ряд преступных действий со стороны бывшего начальника Печорлага Большакова, его заместителя Гольдмана, начальника Контрольно-планового отдела Кайревича, начальника Санотдела Новосадовой, приведших в конце 1940 года лагерь к тяжелому состоянию и к срыву выполнения программы 4 квартала 1940 года и 1 квартала 1941 года.
Указанные лица арестованы, преданы суду и понесут суровое наказание. Отмечаю, что в результате мероприятий, проведенных НКВД в течение первого квартала 1941 года и работы комиссии — состояние Печорского лагеря значительно улучшилось и лагерь подготовлен к выполнению большой и ответственной работы 1941 года по строительству железнодорожной линии от Печоры до Воркуты».

Однако и 23 мая 1941-го начальник ГУЛАГа В. Г. Наседкин докладывал наркому внутренних дел:

«По сообщению Оперативного отдела Северопечорского лагеря ГУЛЖДС НКВД, руководство Печорского лагеря, несмотря на уроки прошлого года, не принимает необходимых мер к созданию нормальных бытовых условий заключенным. Заключенные выводятся на работу в валеной обуви и старых брезентовых ботинках и в условиях весенней распутицы целыми днями простаивают в холодной воде и грязи, что вызывает большое количество простудных заболеваний.
На 10 мая только по Южному участку Печорлага НКВД коечно-больных было 1. 361 человек. Количество заболеваний ежедневно увеличивается.
Угрожающе возросло количество цинготных заболеваний. На 10 мая на Южном участке Печорлага зарегистрировано 8. 389 человек больных цингой, их них 3. 398 человек второй и третьей степени заболеваемости и 4. 991 человек — первой степени. Количество цинготных заболеваний возрастает.
Сушилками, банями, дезокамерами колонны обеспечены на 5—10 %. Из-за отсутствия кипятильников люди вынуждены пить сырую воду, кухонной посудой колонны обеспечены на 40 %.
Бараки и палатки содержатся в антисанитарном состоянии, постельных принадлежностей и нательного белья крайне мало, вшивость среди заключенных достигает 70 %. По распоряжению руководства Печорлага полагающийся вновь прибывающим этапам 21-суточный карантин не соблюдается.
Прибывающие на Канин Нос этапы отправляются пешком к месту назначения за 150 км в валеной обуви по грязи и воде».

Всего за три года работы Печорлага (с 1940 по 1942 годы) сменилось пятеро его начальников: с 14 мая 1940-го — Г. П. Большаков; с 25 декабря 1940-го — С. А. Чесноков; с 30 апреля 1941-го — Н. Ф. Потемкин; с 25 января 1942-го — Д. В. Успенский; с 25 сентября 1942-го (и до 26 декабря 1946-го) — В. А. Барабанов. Из них за строительство Печорской железной дороги были награждены лишь Потемкин (15 сентября 1943-го, орденом Красной Звезды) и знакомый нам еще по Дмитлагу Барабанов (27 ноября 1950-го, орденом Ленина).
28 декабря 1940 года вышел указ ПВС «Об ответственности учащихся ремесленных, железнодорожных училищ и школ ФЗО за нарушения дисциплины и за самовольный уход из училища (школы)», наказывавшиеся заключением в трудовые колонии сроком до одного года. Уже в следующем году приказами № 27 от 11 января и № 0117 для содержания осужденных несовершеннолетних будет организовано 25 специализированных трудовых колоний на 5000 человек.

В ТЕЧЕНИЕ 1941 года в ИТЛ прибыло 1 343 663 заключенных, освобождено было — 624 276, умерло — 100 997, бежало — 10 592 человека. На 1 января 1941 года в ИТЛ содержалось 1 500 524 заключенных, мужчины составляли 92,4 процента всего лагерного контингента (1 352 542 человека), женщины — 7,6 процента (110 835 человек).
Отбывали наказание за контрреволюционные преступления 420 293 человека (28,7 процента всех заключенных). 566 309 человек (38,7 процента) были осуждены органами НКВД, из них ОСО НКВД — 120 148 человек (8,2 процента), а спецтройками УНКВД — 252 678 (17,2 процента). 858 448 человек (58,6 процента) были осуждены судами и трибуналами.
Если на 1 января 1940-го в ИТЛ содержалось 1 344 408 заключенных, а среднегодовая численность их контингента составила 1,4 миллиона человек, то к 1 января 1941 года в ИТЛ НКВД содержалось 1 500 524 заключенных при среднегодовой численности 1,56 миллиона (впрочем, к 1 января 1942-го контингент ИТЛ снизился до 1 415 596 человек).
Численность контингента ИТК в течение 1941 года колебалась так:

— на 1 января — 429 205 человек;
— на 1 апреля — 475 978 человек;
— на 1 июля — 559 419 человек;
— на 1 октября — 498 769 человек;
— на 1 декабря — 416 485 человек.

Численность заключенных тюрем НКВД в 1941 году составляла:

— на 1 января — 470 693 человека;
— на 1 апреля — 440 061 человек;
— на 1 июля — 206 430 человек (не считая Литвы, Латвии, Эстонии, Молдавии, Украины, Белоруссии, Смоленской области);
— на 1 октября — 249 349 человек (не считая Литвы, Латвии, Эстонии, Молдавии, Белоруссии).

16 января приказом № 43 за подписью зам. наркома В. В. Чернышова сообщалось, что «за систематическое перевыполнение производственных заданий в лагере, хорошее качество работ, примерное поведение в быту и дисциплинированность, по представлению начальников лагерей и отделов исправительно-трудовых колоний постановлением Особого Совещания НКВД СССР от 9 января 1941 года получили условно-досрочное освобождение и снижение сроков наказания» 206 заключенных: этот приказ был объявлен во всех ИТЛ и ИТК.
3 февраля 1941 года НКВД был разделен на два наркомата: НКВД и НКГБ. Наркомом внутренних дел СССР был назначен Л. П. Берия (30 января получивший спецзвание «генеральный комиссар государственной безопасности»), наркомом государственной безопасности СССР — бывший первый зам. наркома внутренних дел и начальник ГУГБ В. Н. Меркулов. В тот же день Берия был назначен по совместительству заместителем председателя СНК СССР, курировавшим работу НКВД, НКГБ, наркоматов лесной промышленности, цветной металлургии, нефтяной промышленности и речного флота.
26 февраля 1941 приказом № 00212 объявлялись новая структура и расстановка руководящего состава НКВД, в составе которого образовывались следующие лагерные подразделения:

— Главное управление исправительно-трудовых лагерей и колоний (ГУЛАГ), начальник — старший майор ГБ В. Г. Наседкин (ранее заместитель начальника Главного экономического управления НКВД);
— Главное управление лагерей железнодорожного строительства (ГУЛЖДС) — корпусный инженер Н. А. Френкель;
— Главное управление лагерей гидротехнического строительства (Главгидрострой) — старший майор ГБ Я. Д. Рапопорт;
— Главное управление лагерей горно-металлургических предприятий (ГУЛГМП) — П. А. Захаров;
— Главное управление лагерей промышленного строительства (Главпромстрой) — майор ГБ Г. М. Орлов;
— Управление лагерей топливной промышленности (УЛТП) — старший майор ГБ С. Н. Бурдаков;
— Управление лагерей лесной промышленности (УЛЛП) — старший майор ГБ М. М. Тимофеев;
— Управление лагерей по строительству Куйбышевских заводов (Особстрой) — старший майор ГБ А. П. Лепилов;
— Дальстрой — комиссар ГБ 3 ранга И. Ф. Никишов;
— ГУШОСДОР — военный инженер 1 ранга В. Т. Федоров.

На 1 марта руководство НКВД обслуживали автомобили: наркома Берию — два «кадиллака» и «бьюик»; первого зам. наркома С. Н. Круглова — «паккард» и «гудзон»; зам. наркома В. С. Абакумова — «линкольн» и «плимут»; зам. наркома В. В. Чернышова — два «паккарда»; зам. наркома по войскам И. И. Масленникова — «линкольн» и «паккард»; зам. наркома по кадрам Б. П. Обручникова — «крейслер». Начальников Тюремного управления М. И. Никольского, Особого техбюро В. А. Кравченко, Главгидростроя Я. Д. Рапопорта, УПВИ П. К. Сопруненко, ГУЛАГа В. Г. Наседкина и ГУЛЖДС Н. А. Френкеля обслуживали автомобили «Зис-101».
7 марта приказом № 00256 объявлялась новая структура и расстановка руководящих кадров ГУЛАГа:

— Управление охраны и режима: начальник, он же зам. начальника ГУЛАГа — майор ГБ Г. П. Добрынин;
— Управление исправительно-трудовых колоний (УИТК): начальник, он же зам. начальника ГУЛАГа — капитан ГБ Г. С. Завгородний;
— Оперативный отдел: начальник, он же зам. начальника ГУЛАГа — капитан ГБ Я. А. Иорш;
— Политический отдел: начальник — капитан ГБ М. Е. Горбачев;
— Отдел кадров: зам. начальника ГУЛАГа по кадрам — капитан ГБ С. С. Кузнецов;
— Отдел учета и распределения заключенных (ОУРЗ): начальник — лейтенант ГБ Г. М. Грановский;
— Отдел трудовых и специальных поселений: начальник — капитан ГБ М. В. Конрадов;
— Моботдел: начальник — лейтенант ГБ П. К. Остапов;
— Отдел общего снабжения: начальник — интендант 1 ранга В. В. Силин;
— Санитарный отдел: начальник — Д. М. Лойдин;
— Контрольно-инспекторская группа при начальнике ГУЛАГа: начальник — ст. лейтенант ГБ А. Н. Карамышев;
— Секретариат: начальник — ст. лейтенант ГБ П. А. Луферов;
— Бюро изобретательства (БРИЗ): начальник — Б. Д. Стратьев;
— Ветеринарный отдел: начальник — В. Г. Роговский;
— Архивное отделение: начальник — Н. П. Левин.

7 марта приказом НКВД № 300 по личному составу были объявлены штаты и расстановка личного состава «Оперативного отдела при ГУЛАГе НКВД», вводимые с 1 марта. Всего по Оперативному отделу ГУЛАГа числился 71 человек: руководство (начальник отдела — капитан ГБ Я. А. Иорш, зам. и пом. начальника) — 3 человека; секретариат — 4 человека; учетная группа — 3; канцелярия — 4; машбюро — 6; 1 отделение (ГУЛДЖС и желдорлагеря) — 12; 2 отделение (ГУЛГМП, Дальстрой, УЛТП, Главпромстрой и их лагеря) — 11; 3 отделение (Главгидрострой и его лагеря) — 8; 4 отделение (УЛЛП, лесные и сельскохозяйственные лагеря, УИТК) — 12; 5 отделение (следственная группа, активный розыск особо опасных преступников, бежавших из лагерей) — 8 человек.
На основании постановления СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 24 марта и приказа НКВД № 00328 от 27 марта о строительстве аэродромов для ВВС Красной Армии в составе НКВД было организовано Главное управление аэродромного строительства (ГУАС), начальником которого был назначен бывший начальник ГУШОСДОР НКВД военный инженер 1 ранга В. Т. Федоров. По штату ГУАС первоначально числилось 278 человек, но с началом войны его ужали (к 29 декабря) до 120 человек. 22 марта постановлением СНК № 648 новым заместителем наркома внутренних дел СССР был назначен Л. Б. Сафразьян, ранее начальник Главвоенстроя при СНК СССР. Теперь на него возлагалось наблюдение за работой ГУАС, который разместился по адресу: ул. Куйбышева, дом 8. Отметим также, что приказом № 00343 от 3 апреля строительство аэродромов для ВВС поручалось также ГУЛЖДС НКВД.
27 марта прокурор Волголага НКВД А. М. Склакин направил в адрес начальника Отдела по надзору за местами заключения Прокуратуры СССР В. П. Дьяконова письмо, где просил разъяснить, как реагировать на просьбу Московского треста медицинских пособий Наркомздрава СССР о выдаче ему трупов умерших заключенных для использования кафедрами мединститутов в учебных целях. Дьяконов ответил, что «разрешать отправку трупов умерших заключенных в медицинские институты для учебных целей нецелесообразно, поэтому возбужденное перед Вами ходатайство до этому вопросу следует отклонить».
28 марта постановлением СНК № 718 А. П. Завенягин был назначен заместителем наркома внутренних дел, а во главе строительства Норильского комбината НКВД его сменил А. А. Панюков, ранее заместитель начальника Норильскстроя.
По состоянию на 31 марта кадры сотрудников ИТЛ и ИТК готовили следующие учебные заведения: Центральные курсы ГУЛАГа в Печатниках (Люблино Московской области), Киевские курсы ГУЛАГа (Святошино Киевской области), Вяземские курсы ГУЛАГа (город Вязьма), Куйбышевские курсы ГУЛАГа (город Куйбышев), Хабаровская школа ВОХР, Бугровская школа ВОХР (местечко Бугры Ленинградской области), Школа служебного собаководства (село Переборы Ярославской области — «столица» Волголага); Тайшетские курсы ВОХР и КВО (город Тайшет Иркутской области), Новосибирская школа ВОХР. Кадры для Тюремного управления готовили Владимирские курсы начсостава тюрем (Владимир).
На 5 апреля структура и штаты (всего — 123 человека) Тюремного управления НКВД (с разделением на два наркомата потерявшего статус главка) имели следующий вид:

— начальник Тюремного управления — М. И. Никольский;
— зам. начальника Тюремного управления — К. С. Зильберман;
— Секретариат (15 человек), начальник — М. В. Рубанов;
— Политотдел (21 человек); начальник — вакансия: 1 отделение (оргинструкторское), 2 отделение (агитации и пропаганды), 3 отделение (по комсомольской работе);
— 1 отдел (охрана, режим, тюремный учет) (29 человек), начальник — К. С. Зильберман (по совместительству): 1 отделение (охрана, режим); 2 отделение (тюремный учет и этапирование);
— 2 отдел (хозяйственное и санитарное обслуживание тюрем) (29 человек), начальник — Ф. И. Судзиловский: 1 отделение (хозобслуживание), 2 отделение (санитарное), 3 отделение (инженерно-техническое);
— Оперативная часть (агентурно-следственная) (17 человек), начальник — И. Я. Ильин;
— Отделение по кадрам (9 человек), начальник — А. Ф. Егоров.

18 апреля приказом № 00482 отдел кадров ГУЛАГа был расформирован с передачей его функций в Отдел кадров НКВД. 21 мая приказом № 717 бывший заместитель начальника ГУЛАГа по кадрам капитан ГБ С. С. Кузнецов был назначен заместителем начальника Главгидростроя НКВД по кадрам.
14 мая приказом № 00576 на базе Отдела черной металлургии Главпромстроя НКВД было организовано Управление лагерей по строительству предприятий черной металлургии НКВД. Начальником нового управления был назначен бывший начальник управления по строительству заводов и горнорудных предприятий черной металлургии и заместитель начальника ГУЛАГа комиссар ГБ 2 ранга К. А. Павлов (с началом войны приказом № 00855 от 2 июля Управление лагерей по строительству предприятий черной металлургии было включено в состав Главного управления лагерей горно-металлургических предприятий НКВД, просуществовав — в основном на бумаге — немногим более месяца).
30 мая приказом НКВД № 00689 была объявлена штатная численность ГУЛАГа: начальник главка — 1 человек, зам. начальника главка — 1 человек, секретариат — 28, административно-хозяйственный отдел — 8, отделение кадров — 9, управление охраны и режима — 53, УИТК — 185, ОУРЗ — 40, отдел трудовых и спецпоселений — 18, моботдел — 15, культурно-воспитательный отдел — 15, отдел общего снабжения — 65, санитарный отдел — 45, архивное отделение — 18, ветеринарный отдел — 21, БРИЗ — 4 человека.
Всего штаты ГУЛАГа (без оперативного и политического отделов) составляли 526 человек.
Во исполнение постановления СНК СССР и ЦК ВКП(б) № 1511-622сс от 6 июня приказами НКВД №№ 00750 (12 июня), 00766, 00767, 00768 и 00769 (14 июня) всем предприятиям ГУЛАГа, ГУЛГМП, Главпромстроя, УЛЛП и ГУШОСДОР предписывалось готовиться к возможному переходу с 1 июля на работу по выполнению мобилизационного плана по производству элементов боеприпасов и спецукупорки, а также переходу на двухсменную работу по 11 часов каждая смена.
14 июня приказом № 00774 все начальники лагерных управлений НКВД, все начальники ИТЛ, ИТК и предприятий НКВД, а также наркомы внутренних дел республик и начальники УНКВД краев и областей предупреждались об уголовной ответственности за срыв подготовки и выполнения мобплана по боеприпасам.

НАРЯДУ С УСИЛЕНИЕМ мобилизационной готовности предприятий ГУЛАГа к концу июня намечалось ввести в строй сеть полевых аэродромов в приграничных западных областях.
В мае и начале июня наблюдалась крайне интенсивная деятельность в этом направлении. 18 июня нарком внутренних дел СССР шифровкой сообщил второму секретарю ЦК КП(б) Украины М. А. Бурмистенко о том, что 24 июня состоится совещание с наркомами внутренних дел союзных республик по вопросам строительства аэродромов, куда следует прислать представителя ЦК КП(б)У, чье участие уже согласовано в ЦК ВКП(б).
По тому же поводу шифровками от 19 июня вызывались в Москву представители партийных органов и руководители НКВД прибалтийских республик (на 30 июня), Закавказья и областей Севера (на 4 июля).
24 июня нарком Берия сообщит в Киев и Минск о том, что совещание в Москве по аэродромному строительству «отложено».

17 ИЮНЯ 1941 ГОДА приказом № 136 объявлялось последнее предвоенное распределение обязанностей между наркомом и его заместителями по наблюдению за работой лагерных и тюремных подразделений НКВД:
— нарком Берия — ГУЛЖДС, Управление лагерей лесной промышленности, Особое техническое бюро;
— первый зам. наркома Круглов — ГУЛАГ, ГУШОСДОР, Тюремное управление, Управление по делам военнопленных и интернированных;
— Чернышов — Управление техснабжения строек и лагерей, Главгидрострой, Главпромстрой, Особстрой;
— Завенягин — ГУЛГМП, Дальстрой, Управление лагерей топливной промышленности, Управление лагерей по строительству предприятий черной металлургии;
— Сафразьян — ГУАС.


ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
ГУЛАГ ВСТРЕТИЛ ВОЙНУ совместной директивой наркома Берии и Прокурора СССР В. М. Бочкова № 221 от 22 июня 1941 года:

«Приказываем:
1. Прекратить освобождение из лагерей, тюрем и колоний контрреволюционеров, бандитов, рецидивистов и других опасных преступников.
2. Указанных заключенных, а также польские контингенты, немцев и иноподданных сосредоточить в усиленно охраняемые зоны, прекратив безконвойное использование на работах. Содержащихся в лагере заключенных максимально законвоировать.
3. Арестовать заключенных, на которых имеются материалы в антисоветской деятельности.
4. Охрану лагерей, тюрем и колоний перевести на военное положение.
5. Прекратить отпуска всем работникам лагерей, тюрем и колоний и работникам прокуратуры ИТЛ, находящихся в отпусках немедленно вызвать.
6. Прекратить всякую переписку заключенных, а также содержащихся в спецпоселках, с волей.
7. Исполнение донести в 24 часа».

23 июня приказом НКВД № 00803 во исполнение постановления СНК СССР и ЦК ВКП(б) от того же числа вводился в действие мобилизационный план предприятий НКВД по боеприпасам и спецукупорке.

23 июня 1941 года была организована Ставка Верховного Главного Командования Вооруженными Силами СССР, постоянным советником которой был назначен Л. П. Берия. 24 июня был создан Совет по эвакуации при СНК СССР во главе с Л. М. Кагановичем, одним из членов которого стал зам. наркома внутренних дел С. Н. Круглов; 29 июня постановлением Совета по эвакуации его уполномоченным по НКВД был утвержден зам. наркома внутренних дел В. В. Чернышов (16 июля председателем Совета по эвакуации станет Н. М. Шверник, а одним из членов — зам. наркома внутренних дел В. С. Абакумов). 30 июня был создан Государственный Комитет Обороны (ГКО), куда вошел и Берия.

Уже 22 июня Президиум Верховного Совета СССР (ПВС) объявил о введении военного положения в Архангельской области, Белорусской ССР, Вологодской, Воронежской, Ивановской областях, Карело-Финской ССР, Калининской области, Краснодарском крае, Крымской АССР, Курской области, Латвийской и Литовской ССР, Ленинграде и Ленинградской области, Молдавской ССР, Мурманской области, Москве и Московской области, Орловской, Ростовской, Рязанской, Смоленской, Тульской областях, Украинской и Эстонской ССР и Ярославской области. 23 июня заместитель наркома внутренних дел Чернышов передал по «ВЧ» в перечисленные республики и области приказ НКВД об эвакуации тюрем прифронтовой полосы.
27 июня наркомы внутренних дел Берия и госбезопасности Меркулов просили у Сталина санкции на расстрел заключенных в тюрьмах, сообщив, что среди арестованных органами НКГБ в Москве имеется 775 «государственных преступников», заслуживающих расстрела, а во Владимирской и Орловской тюрьмах — 527 ранее осужденных «особо опасных государственных преступников, которых также в связи с обстоятельствами военного времени следует расстрелять».
1 июля Берия и Меркулов в соответствии с полученными указаниями сообщили Сталину, что в периферийных органах НКГБ (Украины, Белоруссии, Молдавии, Эстонии, Латвии, Ленинграда и Мурманска) среди арестованных «заслуживают применения высшей меры наказания — расстрела» 1282 человека.
Во исполнение постановления СНК СССР от 27 июня приказом № 0311 от 28 июня в связи с началом войны прекращались работы на следующих строительствах НКВД, с 1 июля законсервированных:

Кандалакшский алюминиевый завод, Тихвинский алюминиевый завод, Кольский глиноземный завод, Маткоженский алюминиевый завод, Аллуайвский феррониобиевый комбинат, Череповецкий металлургический завод, Пудожгорский металлургический комбинат, Ейские железные рудники, Заимандровские железные рудники; Волго-Балтийский и Северо-Двинский водные пути; гидростанции Боровичская, Чернецкая, Ивановская, Маткожненская, Ондская, Владимирская (Верхне-Клязьминская ГЭС), Ковровская (Нижне-Клязьминская ГЭС), Костромская, Буйская, Калужская (Верхне-Окский гидроузел); Беломорский порт; Самгорское орошение; Сегежский целлюлозно-бумажный комбинат; «Восстановление Карело-Финских предприятий»; Кексгольмский сульфитно-спиртовый завод, Иоханнесский сульфитно-спиртовый завод, Сульфитно-спиртовый завод в Энсо, Сорокский гидролизный завод; Теплоозерский, Сучанский и Нерчинский цементные заводы; Гдовский сланцеперегонный завод; Южная гавань (Москва), Сходненская ГЭС (Москва); строительства № 33 и № 106 (железнодорожная ветка Пин-Озеро—Енское месторождение), железная дорога Коноша — Ковжа, железнодорожная ветка Лоухи—Хизаварская; строительство жилого дома ГУЛЖДС; Североникель (Мончегорск).
Были также приостановлены работы на строительстве шоссе Москва—Минск, Львов—Перемышль, Минск—Барановичи, Орша—Лепель, Ленинград—Киев, Псков—Косколово, дорог в прибалтийских республиках и на других объектах ГУШОСДОРа.

2 июля приказом № 00855 в связи с сокращением объемов строительства на базе прежних Главного управления лагерей горно-металлургической промышленности, Управления топливной промышленности, Управления черной металлургии, Группы НКВД СССР по Дальстрою, Горно-технической инспекции и Инспекции по котлонадзору было создано Главное управление лагерей горно-металлургических предприятий (ГУЛГМП) во главе с П. А. Захаровым (штат — 100 человек).

4 июля зам. наркома Чернышов и начальник Тюремного управления НКВД М. И. Никольский представили наркому Берии свои предложения по эвакуации тюрем, согласно которым вывозу в тыл подлежали только подследственные заключенные; женщины с детьми, беременные, несовершеннолетние заключенные (за исключением диверсантов, шпионов, бандитов и т. п. опасных преступников) подлежали освобождению; освобождались и осужденные по указам от 26 июня, 10 августа, 28 декабря 1940-го и от 9 апреля 1941-го, а также те осужденные за маловажные, бытовые и служебные преступления, кто не считался социально-опасным, с использованием их на работах оборонного характера по указанию военного командования с досрочным освобождением в момент эвакуации охраны тюрьмы. Ко всем остальным заключенным (в том числе дезертирам) предлагалось применить ВМН (в ходе эвакуации к январю 1942-го было расстреляно 9817 заключенных, из них в Белоруссии — 530 человек, на Украине — 8789, в Эстонии — 205, в Орловской области — 291 человек. Только из тюрем Львовской области «убыло по 1-й категории» 2464 человека, из тюрем Дрогобычской области — 1101, Станиславской области — 1000 человек; из тюрьмы города Ошмяны в Белоруссии «убыло по 1-й категории» 30 заключенных, из тюрьмы города Глубокое — около 600 человек).
7 июля Чернышев и Наседкин письмом на имя наркома сообщили: «в связи с эвакуацией заключенных из лагерей, колоний и спецточек ГУАСа прифронтовой полосы и невозможностью в ряде пунктов получения вагонов для перевозок, создались серьезные затруднения с передвижением заключенных. Так, на Украине двигаются пешком заключенные в числе 40.000 человек, из Западной Белоруссии одиночным и организованным порядком также двигаются пешком до 20.000 человек. Заключенные заполняют шоссейные дороги, затрудняя передвижение воинских частей и эвакуируемых жителей», и повторили свои предложения «по необходимости освобождать от дальнейшего отбытия наказания» тех, кто не относился к «контрреволюционерам, бандитам, рецидивистам и другим особоопасным преступникам», — всего около 100 тысяч человек. Всех освобождаемых из-под стражи заключенных при этом предлагалось «обязать явкой в соответствующие военкоматы для призыва в армию». Почти все эти предложения были оформлены указом ПВС от 12 июля «Об освобождении от наказания осужденных по некоторым категориям преступлений» (дополненным впоследствии одноименным указом от 24 ноября). 13 июля Чернышев написал на письме от 7 июля: «Ознакомить тов. Наседкина. Нарком согласился поставить вопрос перед СНК»; Наседкин же направил его начальнику УРО ГУЛАГа Г. М. Грановскому «для исполнения».

Вот что позднее докладывал зам. начальника ОУРЗ Сорокского ИТЛ Г. П. Покровский начальнику ГУЛАГа о выполнении указа ПВС от 12 июля:

«…Только за один месяц было освобождено и передано в РККА около 18.000 человек. Фронт от лагеря находился недалеко.
Отдельные точки лагеря вплотную подходили к Финляндской границе и, естественно, что в первые дни войны заключенные и аппарат лагеря явились не только свидетелями фронта, но и его участниками. Мне пришлось быть участником одного эпизода.
Одно из подразделений лагеря, находящееся на спецточке вблизи г. Выборга, при наступлении немцев стало эвакуироваться, отходить к Лодейному Полю. При марше по болотистой местности по лежневой дороге был замечен прорыв танковой колонны немцев… Положение становилось критическим. Тогда один из заключенных выскочил на лежневку, подскочил к стоящей грузовой машине, сел за руль и, развернувшись, с полного хода двинулся в сторону идущему головному танку. Налетев на танк, заключенный геройски погиб вместе с машиной, но танк тоже стал и загорелся. Дорога была загорожена, остальные танки ушли обратно. Это спасло положение и дало возможность эвакуироваться колонне дальше.
Фамилию этого заключенного установить нам не удалось, несмотря на все принятые со стороны лагеря и органов НКВД Карело-Финской ССР усилия.
Часть заключенных, в прошлом служивших в РККА, после их освобождения буквально немедленно отправлялись на фронт. Представители командования, специально приезжавшие за подобными партиями с фронта, исключительно хорошо отзывались о боеспособности этого контингента.
На Ухтинском направлении в районе Кеми одно из подразделений, сформированное в большинстве из заключенных Сорокского лагеря, находилось в обороне… При атаке немцев на это подразделение силами, вдвое превышающими, один из бойцов, не вытерпев нахождение в обороне, выскочил из прикрытия и с криком и руганью нецензурными словами по адресу немцев, бросился вперед. Его примеру последовали все бойцы. Это было настолько неожиданным и стремительным, что немцы не выдержали и отступили, понеся большие потери…
Не без интереса отметить, как проходило освобождение поляков.
Мне лично приходилось участвовать и оформлять освобождение более 1.500 человек поляков, содержавшихся в Сорокском лагере… Как только эта категория узнала об их освобождении, сразу изменились отношения между отдельными группами этих заключенных. Бывшие офицеры, чиновники, торговцы и прочая категория бывших польских верхушек отделилась от крестьян, рабочих и мелких служащих, первые начали повелевать последними, задавая тон. Буквально на следующий день у отдельных заключенных бывших офицеров польской армии появились денщики, которые чистили, чинили их одежду и обувь, ходили на кухню за обедом и т. п.
Первым занятием освобождаемых началось обшивание, восстановление своих знаков, эмблем и т. п. Были вытащены старые конфедератки, пришивались к ним и завалявшиеся обломанные «петухи» и т. п.
Вопрос о войне… мало кого интересовал. Больше всего были вопросы, куда лучше поехать, где лучше жить…
Содержавшиеся в этих колоннах вместе с поляками перебежчики из Чехословакии (по документам значившиеся венгерско-подданными) исключительно недоброжелательно отзывались о поляках и прямо заявляли: «гражданин начальник, с них вояки не будут, лучше пошлите нас». Просьбы чехословаков об отправке на фронт доходили до слез и, надо сказать, по моему мнению эти просьбы были искренними…»

Результаты эвакуации заключенных из тюрем НКВД (по состоянию на 22 января 1942-го) выглядели так:

Всего эвакуировано — 141 527 человек,
из них:
— из тюрем Украины — 45 569 человек;
— Белоруссии — 9573;
— Карело-Финской ССР — 3025;
— Латвийской ССР — 3722;
— Литовской ССР — 1363;
— Молдавской ССР — 4846;
— Эстонской ССР — 4047;
— Крымской АССР — 2035;
— Ленинградской области — 18 906;
— Калининской области — 2679;
— Мурманской области — 987;
— Смоленской области — 3510;
— Орловской области — 3710;
— Тульской области — 2152;
— Курской области — 5033;
— Ростовской области — 1723;
— Рязанской области — 1823;
— Воронежской области — 2746;
— Краснодарского края — 2000;
— из Владимирской и Орловской тюрем НКВД — 2210;
— Москвы — 19 868 человек.

«Остались в тюрьмах не вывезенными» на занятой противником территории — 21 504 человека, освобождено при эвакуации — 7444, бежало в пути при бомбежках — 819, бежало от конвоя — 264 человека. Убито в пути при бомбежках — 23 заключенных, убито в пути при попытке побега — 59, «освобождено налетом банд» — 346, расстреляно в тюрьмах — 9817, расстреляно конвоем в пути при подавлении бунта и сопротивления — 674, «незаконно расстреляно конвоем в пути» — 769, умерло в пути — 1057 заключенных.
Всего по учетным данным в ходе эвакуации выбыло по разным причинам 42 776 заключенных.

С 22 июня по 31 декабря 1941 года было осуждено 277 работников НКВД, из них 184 оперативных работника госбезопасности, а остальные 93 — технические работники, вахтеры, надзорсостав тюрем, лагерей и колоний. Больше всего среди них было осужденных за нарушение «социалистической законности» и злоупотребление служебным положением еще в 1937—1939 годах — 70 человек, немало — и за «преступно халатное отношение к службе» — 55 человек, за расхищение социалистической собственности, кражи и хулиганство — 30 человек. По статьям, напрямую связанным с начавшейся войной, осуждено: измена Родине — 2 человека; антисоветская агитация — 15 человек; добровольная сдача в плен — 16 человек; дезертирство с поля боя — 9 человек; невыполнение приказа из-за трусости — 25 человек; разглашение государственной тайны — 2 человека; самочинные расстрелы и убийства — 19 человек.
Так, зам. начальника тюрьмы А. Х. Табер и помощник оперуполномоченного В. А. Мохов были 13 сентября приговорены военным трибуналом к ВМН «за участие в самочинном расстреле 714 заключенных, эвакуированных из тюрьмы № 28 белорусского города Глубокое». Проходившие по этому же делу И. Я. Баталов, В. Н. Малинин и П. И. Скребневский получили по 10 лет.
1 ноября военный трибунал приговорил участвовавших в избиениях заключенных дежурного помощника начальника тюрьмы М. Ф. Копенкина и старшего надзирателя М. В. Агутина к 5 годам заключения «с направлением в действующую армию». В целом же провинившихся сотрудников НКВД теперь карали, вопреки обыкновению, не слишком сурово. Из упомянутых 277 работников лишь 22 человека были приговорены к расстрелу, 76 человек — к срокам от 6 до 10 лет, 88 — к срокам до 5 лет включительно, 80 — осуждено к заключению с заменой наказания направлением на фронт, остальные 11 человек — осуждены условно и к принудительным работам.

7 ИЮЛЯ ЦИРКУЛЯРОМ НКВД № 158 разъяснялось: «Пользование газетами заключенными ИТЛ и ИТК разрешается; имеющиеся в лагерях и колониях радиоузлы и радиоточки должны работать обычным порядком».
9 июля приказом № 995 заместителям наркома были присвоены очередные спецзвания: Чернышову и Абакумову — комиссаров ГБ 3 ранга; Завенгину, Обручникову и Сафразьяну — старших майоров ГБ. Примечательно, что после введения в мае 1940-го общевойсковых генеральских званий начальник ГУЛАГа комдив В. В. Чернышов генералом не стал, и до лета 1941 года упоминался в документах вообще без всякого звания.

11 июля приказом № 00911 (изданным на основании постановления СНК СССР № 1718-786сс от 30 июня) объявлялся список ударных сверхлимитных строек НКВД на III квартал 1941 года (без спецобъектов ГУАС): строительства №№ 10, 11, 107, 200, 201, 203, 206, 208, 213 и 300 (порт в поселке Хабарово Ненецкого национального округа); Актюбинский комбинат; Норильскстрой; Джезказганский медеплавильный комбинат; Богословский алюминиевый завод; Тырны-Аузский и Джидинский молибденово-вольфрамовые комбинаты; Умальтинский молибденовый рудник; УИТК (объекты, вырабатывающие оборонную продукцию); Воркутстрой; Ухтижемлаг, Букачачлаг и Райчихдаг; Архангельский и Соликамский целлюлозно-бумажные комбинаты; Красноярские гидролизный и аффинажный заводы; Канский, Онежский, Усть-Абаканский, Тавдинский и Лобвинский гидролизные заводы; Тавдинский фанерный комбинат; лесные ИТЛ; строительство авиационных заводов в Куйбышевской области; Волгострой; БАМ; железные дороги Воркута — Хабарово, Коноша — Котлас, Северо-Печорская, Онежская ветка; нефтепровод Оха — Циммермановка; Дальстрой; шоссейная дорога Москва — Киев на участке Москва — Малоярославец; Военно-Грузинская дорога на участке Анаури — Пассанаури; шоссейная дорога Улан-Батор — Кяхта и ряд других шоссе. Сюда перебрасывались материалы, оборудование и рабочая сила с законсервированных строек НКВД.

На основании приказа НКВД/НКГБ № 00931/00272 от 16 июля 1941 года «Об обеспечении бесперебойной работы в условиях военного времени органов НКВД и НКГБ СССР» из Москвы были эвакуированы: ГУЛАГ, Главгидрострой, Тюремное управление и УПВИ — в Чкалов (ныне Оренбург); Главпромстрой, ГУЛГМП и УМТС — в Уфу; ГУЛЖДС и УЛЛП — в Киров; ГУШОСДОР — в Ульяновск; ГУАС — в Тамбов (в октябре главк переехал оттуда в город Энгельс).
Вместе с сотрудниками в эвакуацию вывозились их семьи. Всего по решению ГКО и Совета по эвакуации из Москвы намечалось эвакуировать 7000 сотрудников НКВД и 7500 сотрудников НКГБ (при штатах НКВД и НКГБ соответственно 10 000 и 11 000 человек), а вместе с членами семей — около 33 000 человек.

В Москве от каждого из эвакуированных управлений оставались оперативные группы в составе: зам. начальника ГУЛАГа Г. П. Добрынина и 25 сотрудников; начальника ГУАС В. Т. Федорова и 10 сотрудников; начальника Главпромстроя Г. М. Орлова и 10 сотрудников; зам. начальника ГУЛЖДС П. В. Худякова и 12 сотрудников; начальника Главгидростроя Я. Д. Рапопорта и 184 сотрудников; зам. начальника ГУЛГМП С. П. Александрова и 9 сотрудников; зам. начальника ГУШОСДОР И. А. Засова и 30 сотрудников; начальника УЛЛП М. М. Тимофеева и 10 сотрудников; начальника УМТС В. А. Поддубко и 25 сотрудников; начальника УПВИ П. К. Сопруненко и 10 сотрудников; начальника Тюремного управления М. И. Никольского и 10 сотрудников (в марте 1942-го в связи с изменением обстановки на фронте почти весь аппарат НКВД вернулся в Москву).

20 июля НКВД и НКГБ СССР были вновь слиты в один наркомат внутренних дел во главе с Берией, а бывший нарком госбезопасности В. Н. Меркулов стал первым замом наркома внутренних дел.
25 июля циркуляром НКВД № 174 действие директивы № 221 от 22 июня было распространено на заключенных в лагерях «членов семей изменников родины», а 31 июля циркуляром № 177 директива № 221 была несколько смягчена: поступающая на имя заключенных корреспонденция «положительного характера» после строгой цензуры теперь могла им вручаться; в случаях «оперативной целесообразности» отдельным заключенным разрешалась переписка с волей; всю конфискованную корреспонденцию надлежало хранить вплоть до особого распоряжения.
30 июля постановлением СНК СССР № 1910 заместителями наркома внутренних дел назначались В. С. Абакумов, А. П. Завенягин, Б. З. Кобулов, С. Н. Круглов, И. И. Масленников, Б. П. Обручников, Л. Б. Сафразьян, И. А. Серов и В. В. Чернышов.
31 июля приказами НКВД № 00983 и 00984 были объявлены новая структура и расстановка руководящего состава наркомата, в том числе лагерных управлений:

— Главное управление исправительно-трудовых лагерей и колоний (ГУЛАГ): начальник — старший майор ГБ В. Г. Наседкин, 490 человек по штату;
— Главное управление аэродромного строительства (ГУАС): начальник — старший майор ГБ Л. Б. Сафразьян, 120 человек по штату;
— Главное управление лагерей железнодорожного строительства (ГУЛЖДС): начальник — коринженер Н. А. Френкель, 227 человек по штату;
— Главное управление лагерей гидротехнического строительства (Главгидрострой): начальник — старший майор ГБ Я. Д. Рапопорт, 200 человек по штату;
—Главное управление лагерей промышленного строительства (Главпромстрой): начальник — майор ГБ Г. М. Орлов, 117 человек по штату;
— Главное управление лагерей горно-металлургической и топливной промышленности (ГУЛГМТП): начальник — П. А. Захаров, 100 человек по штату;
— Управление лагерей лесной промышленности (УЛЛП): начальник — старший майор ГБ М. М. Тимофеев, 100 человек по штату;
— Управление лагерей по строительству Куйбышевских заводов (Особстрой): начальник — старший майор ГБ А. П. Лепилов, штаты не указаны;
— ГУШОСДОР: начальник — военный инженер 1 ранга В. Т. Федоров, 291 человек по штату;
— Дальстрой: начальник — комиссар ГБ 3 ранга И. Ф. Никишов, штаты не указаны;
— Управление материально-технического снабжения (УМТС): начальник — майор ГБ В. А. Поддубко, 147 человек по штату.

31 июля циркуляром НКВД № 179 устанавливалось новое распределение обязанностей наркома и его заместителей по наблюдению за работой лагерных и тюремных подразделений: Берия — 4 спецотдел; И. А. Серов — УПВИ и Тюремное управление; В. В. Чернышов — ГУЛАГ, ГУЛЖДС, УЛЛП, УМТС; Л. Б. Сафразьян — ГУАС, ГУШОСДОР, Главгидрострой; А. П. Завенягин — ГУЛГМП, Главпромстрой, Особстрой, Дальстрой.
18 августа приказом № 001100 на станции Щербинка Курской железной дороги был организован Приемный пункт особого назначения ГУЛАГа НКВД емкостью в 400 человек. Строительному отделу АХУ НКВД поручалось в двухдневный срок передать Приемному пункту «пять жилых, недостроенных домов.., сделав их пригодными для размещения 400 человек». Начальником пункта был назначен сперва бывший зам. начальника пересыльной тюрьмы УИТЛК УНКВД Московской области Н. З. Зосимов, а приказом НКВД № 1371 от 30 августа — бывший начальник оперативно-чекистского отдела Амурлага капитан ГБ Н. В. Лютый-Шестаковский. Здесь из числа заключенных готовились кадры для работы в тылу противника. 3 сентября приказанием НКВД № 59сс существовавший на Котельнической набережной в Москве лагерный пункт УИТЛК УНКВД Московской области был переоборудован в Приемный пункт особого назначения на 120 человек заключенных.

Еще 16 июня Сталин санкционировал создание в НКВД особой группы, чьей задачей было физическое устранение «враждебных СССР лиц». С началом же войны во исполнение директивы СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 29 июня «О мобилизации всех сил и средств на разгром фашистских захватчиков» и постановления ЦК ВКП(б) от 18 июля «Об организации борьбы в тылу германских войск» при наркоме внутренних дел 5 июля была создана Особая группа во главе с П. А. Судоплатовым (3 октября на ее базе был организован 2 отдел НКВД, 18 января 1942-го реорганизованный в 4 («закордонное» или «зафронтовое») управление НКВД, в задачу которого входили организация и руководство разведкой и диверсионно-террористическими актами в тылу противника.
Типична судьба одного из бойцов таких отрядов НКВД Л. Т. Якушева-Бабкина. 18 декабря 1938-го он был арестован на посту наркома внутренних дел Крымской АССР. 20 июня 1939-го осужден Военной коллегией Верховного Суда СССР на 20 лет лагерей «за нарушения социалистической законности», срок отбывал на Колыме в УСВИТЛ. Постановлением ПВС от 9 октября 1941 года он был досрочно освобожден из ИТЛ со снятием судимости и направлен в распоряжение 2 отдела НКВД, воевал в составе отряда специального назначения в тылу противника на территории Смоленской, Калининской областей и в Белоруссии. После войны работал в НКГБ Украины, затем — в ХОЗУ Наркомата обороны СССР, где дослужился до звания полковника.
Всего по указам ПВС от 12 июня и 24 ноября 1941 года «Об освобождении от наказания осужденных по некоторым категориям преступлений» из ИТЛ и ИТК в 1941—1944 годах было досрочно освобождено и передано через военкоматы в Красную Армию около 950 000 заключенных, многие из которых за проявленную на фронте отвагу были награждены орденами и медалями, а некоторые стали Героями Советского Союза.
Постановлением ПВС от 10 июля 1941 года был освобожден досрочно со снятием судимости А. Л. Минц (10 мая 1940-го осужденный Военной коллегией Верховного суда на 10 лет ИТЛ). Он стал главным инженером возложенного на Особстрой НКВД Строительства № 15 (сооружение сверхмощной коротковолновой радиостанции в городе Куйбышеве), а с 17 августа 1943-го возглавил Лабораторию спецтехники (8 отделение) 4 спецотдела НКВД. С 17 октября 1944-го А. Л. Минц — инженер-полковник, позднее директор Радиотехнического института АН СССР, академик, Герой Соцтруда.
Постановлением ПВС от 9 августа 1941 года был освобожден из-под стражи со снятием судимости Я. И. Серебрянский, бывший сотрудник ИНО ОГПУ/ГУГБ, совсем недавно (7 июля) приговоренный Военной коллегией к ВМН с конфискацией имущества. Теперь он приступил к работе во 2 отделе (затем 4 управлении) НКВД/НКГБ.

На основании постановления от 22 августа и приказа НКВД № 001127 от 23 августа в составе наркомата было организовано Главное управление оборонительных работ (ГУОБР), которое возглавил комиссар ГБ 2 ранга К. А. Павлов — бывший начальник Дальстроя и зам. начальника ГУЛАГа. Первым заместителем начальника ГУОБР был назначен начальник Главгидростроя НКВД (с оставлением и в этой должности) Я. Д. Рапопорт, заместителем начальника и главным инженером ГУОБР — С. Я. Жук (с сохранением аналогичных должностей в Главгидрострое), заместителями — В. И. Папировский, Б. С. Вайнштейн и А. И. Хархардин. Тогда же, 23 августа, приказами №№ 001125, 001128, 001129, 001130 и 001131 были организованы Южное, Северное, Юго-Западное, Северо-Западное и Западное управления строительства оборонительных сооружений НКВД (УОБР) во главе соответственно с А. Н. Комаровским, М. М. Царевским, П. В. Чистовым, Н. М. Лагуновым и Г. Д. Афанасьевым. Изначально в распоряжение начальников этих строительств было направлено около 300 000 человек мобилизованных непризывных возрастов, а всего в создании оборонительных сооружений участвовало около миллиона человек гражданского населения и заключенных.

Отдельного упоминания заслуживает судьба начальника Юго-Западного УОБР майора ГБ П. В. Чистова. С 29 июля 1937-го он был начальником УНКВД Челябинской области, с 26 февраля 1938-го — УНКВД Донецкой области, с 8 марта 1939-го — заместителем начальника, а с 17 июня 1939-го — начальником Куйбышевгидростроя НКВД. С 28 августа 1940-го Чистов стал первым замом начальника Особстроя НКВД, с 11 октября 1940-го — начальником Вытегорского ИТЛ. С 23 августа 1941 года он возглавлял Юго-Западное УОБР на участке «Брянск — Чернигов» в полосе Юго-Западного фронта, в сентябре попал в плен, содержался в концлагере Маутхаузен до 11 мая 1945-го, после освобождения откуда оказался в Подольском проверочно-фильтрационном лагере НКВД. 27 марта 1947-го ОСО МВД осудило Чистова на 15 лет лагерей «за измену Родине», причем ему припомнили и «перегибы», допущенные им в 1937—1938 годах. Наказание отбывал в УСВИТЛ на Колыме, откуда был досрочно освобожден 5 ноября 1955-го, вернулся в Москву, однако реабилитирован не был.

25 августа приказом № 001140 были объявлены очередные штаты центрального аппарата ГУЛАГа:

— Начальник ГУЛАГа: В. Г. Наседкин;
— Зам. начальника ГУЛАГа: вакансия;
— Контрольно-инспекторская группа: 3 человека;
— Секретариат: начальник — П. А. Луферов, штат — 27 человек;
— АХО: начальник — Н. А. Орлов, штат — 40 человек;
— Отделение кадров: начальник — В. М. Самосюк, штат — 9 человек;
— Управление охраны и режима: начальник (он же зам. начальника ГУЛАГа) — Г. П. Добрынин, штат — 52 человека;
— УИТК: начальник — Г. С. Завгородний, штат — 130 человек;
— Отдел учета и распределения з/к: начальник — Г. М. Грановский, штат — 33 человека;
— Отдел трудовых и спецпоселений: начальник — М. В. Конрадов, штат — 14 человек;
— Моботдел: начальник — П. К. Остапов, штат — 12 человек;
— Культурно-воспитательный отдел: начальник — Г. С. Кузьмин, штат — 12 человек;
— Отдел общего снабжения: начальник — В. В. Силин, штат — 53 человека;
— Санитарный отдел: начальник — Д. М. Лойдин, штат — 35 человек;
— Архивное отделение: начальник — Н. П. Левин, штат — 8 человек;
— Ветеринарный отдел: начальник — В. Г. Роговский, штат — 16 человек;
— БРИЗ: начальник — Б. Д. Стратьев, штат — 2 человека.
Всего по ГУЛАГу (кроме политотдела и оперативного отдела) — 416 человек.

Штаты оперативного отдела ГУЛАГа были объявлены еще 19 августа приказом НКВД № 1206 по личному составу (начальник отдела — капитан ГБ Я. А. Иорш, всего по штату — 53 человека).

Еще 3 августа командование Южного фронта шифртелеграммой известило Ставку Верховного Главнокомандования о том, что на территории фронта имеется масса населенных пунктов с немецким населением и что на Днестре немецкое население стреляло из окон и огородов по отступающим войскам, а вступающие немецкие части встречались хлебом-солью. Командование фронта просило дать указание о немедленном выселении неблагонадежных элементов из числа немецкого населения. 25 августа Сталин наложил на эту телеграмму резолюцию: «Тов. Берия. Надо выселить с треском», а 26 августа было принято постановление Политбюро о выселении немцев (общей численностью 479 841 человек) из Республики Немцев Поволжья, Саратовской и Сталинградской областей в «восточные районы СССР»: в Красноярский край — 75 тысяч человек, в Алтайский край — 95 тысяч, в Омскую область — 85 тысяч, в Новосибирскую область — 100 тысяч, в Казахскую ССР — 125 тысяч.
27 августа Берия подписал приказ № 001158 «О переселении немцев из Республики Немцев Поволжья, Саратовской и Сталинградской областей», которым туда командировалась оперативная группа НКВД во главе с зам. наркома Серовым. В опергруппу вошел и начальник ГУЛАГа старший майор ГБ В. Г. Наседкин, отвечавший за подготовку и проведение операции в Республике Немцев Поволжья. На операцию отводился срок с 3 по 20 сентября.
Только на следующий день, 28 августа, председатель ПВС М. И. Калинин подписал указ «О переселении немцев, проживающих в районах Поволжья»:
«По достоверным данным, полученным военными властями, среди немецкого населения, проживающего в районах Поволжья, имеются тысячи и десятки тысяч диверсантов и шпионов, которые по сигналу, данному из Германии, должны произвести взрывы в районах, населенных немцами Поволжья.
О наличии такого большого количества диверсантов и шпионов среди немцев Поволжья никто из немцев, проживающих в районах Поволжья, советским властям не сообщал, следовательно немецкое население районов Поволжья скрывает в своей среде врагов Советского народа и советской власти.
В случае, если произойдут диверсионные акты, затеянные по указке из Германии немецкими диверсантами и шпионами в республике немцев Поволжья или в прилегающих районах и случится кровопролитие, Советское Правительство по законам военного времени будет вынуждено принять карательные меры против всего немецкого населения Поволжья.
Во избежание таких нежелательных явлений и для предупреждения серьезных кровопролитий Президиум Верховного Совета СССР признал необходимым переселить все немецкое население, проживающее в районах Поволжья, в другие районы с тем, чтобы переселяемые были наделены землей и чтобы им была оказана государственная помощь по устройству в новых районах.
Для расселения выделены изобилующие пахотной землей районы Новосибирской и Омской областей, Алтайского края, Казахстана и другие соседние местности.
В связи с этим Государственному Комитету Обороны предписано срочно произвести переселение всех немцев Поволжья и наделить переселяемых немцев Поволжья землей и угодьями в новых районах».

3 сентября постановлением СНК СССР № 2030-922с было предписано переселить на территорию бывшей Республики Немцев Поволжья 65 000 человек из колхозов прифронтовой полосы Украины, Орловской и Курской областей.
7 сентября указом ПВС Республика Немцев Поволжья была ликвидирована, а ее территория поделена между Саратовской и Сталинградской областями.
Аналогичным образом в сентябре — октябре 1941 года в восточные районы СССР были выселены немцы из Московской, Ленинградской, Ростовской, Тульской, Воронежской, Запорожской, Ворошиловградской, Сталинской областей, Краснодарского и Орджоникидзевского краев, Азербайджанской, Армянской и Грузинской ССР, из Северо-Осетинской, Кабардино-Балкарской, Дагестанской и Чечено-Ингушской АССР. Всего на 1 января 1942-го было переселено около 856 тысяч человек.
Именно для работы по трудовому и бытовому устройству немцев приказом № 001160 от 28 августа в составе НКВД организуется самостоятельный Отдел спецпереселений (ОСП), который возглавил майор ГБ И. В. Иванов, ранее начальник УНКГБ Свердловской области. Но как самостоятельное подразделение ОСП просуществовал только до 14 ноября 1942-го, когда был упразднен с передачей его функций в Отдел трудовых и специальных поселений ГУЛАГа.
22 сентября приказом № 001353 начальнику ГУЛАГа В. Г. Наседкину «за хорошую работу по переселению немцев из бывшей Республики Немцев Поволжья, Саратовской и Сталинградской областей» была объявлена благодарность.
26 сентября приказом № 001388 (изданным во исполнение постановления ГКО № 660сс от 11 сентября) строительные батальоны системы НКВД снимались с интендантского снабжения, их личный состав переводился на положение строительных рабочих, а стройбаты переименовывались в «строительные колонны». В основном это касалось объектов ГУАС, причем, докладывая в Наркомат обороны о порядке формирования строительных колонн, зам. наркома внутренних дел Чернышев сообщал, что они комплектуются политически неблагонадежными элементами «из числа граждан национальностей воющих с СССР стран», бывших заключенных за политические преступления, родственников репрессированных, из проживавших на территории враждебных стран и т. п.
6 октября циркуляром НКВД № 268 «в целях правильного трудового использования в условиях военного времени заключенных, бывших военнослужащих, бывших работников органов НКВД, милиции и военизированной охраны, осужденных за маловажные преступления, совершенные до 22 июня 1941 года», предлагалось «максимально использовать их» на работе по специальности (танкистов — трактористами, шоферами, экскаваторщиками; военврачей — врачами; саперов — подрывниками; авиатехников — на обслуживании самолетов), на административно-хозяйственной работе (в качестве прорабов, десятников, комендантов лагпунтов и т. п.), в военизированной стрелковой охране (в качестве рядового состава и не более 25 процентов от общей численности охраны), в военизированной пожарной охране (рядовой и младший начсостав), в УРО (в качестве инспекторского состава и «только бывших чекистов»). При этом разрешалось расконвоировать их «с выдачей пропусков на бесконвойное хождение без ограничения маршрутов движения», допускать проживание «вне зоны охраны», создать лучшие бытовые условия, не ограничивать переписку и получение посылок. Допуск на работу по специальности, на административно-хозяйственных должностях и в охране давался начальником лагпунта (колонии, участка) «только по согласованию с оперуполномоченным оперативного отдела».
7 октября циркуляром НКВД № 270 разъяснялось, «что 12-ти часовой рабочий день в лагерях и колониях сохраняется на осенне-зимний период в местах работ, где имеется освещение. По тем видам работ, где применить освещение невозможно, сократите рабочий день до 10 часов, либо установите продолжительность рабочего дня равную световому дню. В тех случаях, когда рабочий день в этих условиях будет составлять 8—9 часов — выходные дни отменяются».
15 октября на основании постановления ГКО приказом № 001504 ГУОБР передавался из НКВД в ведение Наркомата обороны, где на его базе было организовано Главное управление оборонительного строительства (ГУОС) НКО. Сотрудники бывшего ГУОБРа либо временно откомандировывались из НКВД в НКО, либо получили новые назначения в системе НКВД.
24 октября приказом № 0450 расформировывался (с 1 ноября) Главгидрострой НКВД, руководство Волгостроем и строительством № 201 на Амуре возлагалось теперь на Главпромстрой, в составе которого образовывался отдел гидротехнических работ (35 человек по штату). Отдел возглавил бывший зам. начальника и главный инженер Главгидростроя старший майор ГБ С. Я. Жук, а бывший начальник Главгидростроя старший майор ГБ Я. Д. Рапопорт стал заместителем начальника Главпромстроя НКВД.
12 ноября циркуляром НКВД № 288 за подписью зам. наркома Чернышова разрешался «прием добровольных взносов и отчислений заключенными личных средств, облигаций госзаймов и других материальных ценностей в фонд обороны страны. Не допускать никакой массовой кампанейской работы вокруг этого мероприятия, сохраняя принцип полной добровольности и личной инициативы самих заключенных».
21 ноября приказом № 001613 объявлялось, что постановлением ГКО № 903сс от 17 ноября Особое Совещание (ОСО) НКВД наделено правом выносить меры наказания вплоть до расстрела.
27 ноября начальник внутренней тюрьмы УНКВД Куйбышевской области старший лейтенант ГБ Р. Е. Сардаев доложил начальнику Тюремного управления НКВД майору ГБ М. И. Никольскому о том, что еще 17 октября из Внутренней тюрьмы НКВД в Москве в Куйбышев прибыло 20 эвакуированных из Москвы заключенных, числящихся за Следчастью НКВД по особоважным делам (среди них — А. Д. Локтионов, И. И. Проскуров, П. В. Рычагов, Я. В. Смушкевич, Г. М. Штерн, Д. А. Булатов, Ф. И. Голощекин). Уже на следующий день, 28 октября, все они «выбыли из УНКВД Куйбышевской области» (были расстреляны).
6 декабря приказом № 001996 были в очередной раз изменены штаты и расстановка личного состава центрального аппарата ГУЛАГа:

— Начальник ГУЛАГа: В. Г. Наседкин;
— Зам. начальника ГУЛАГа: вакансия;
— Секретариат: начальник — П. А. Луферов, штат —24 человека;
— Отдел кадров: начальник — В. М. Самосюк, штат — 15 человек;
— Мобинспекция: начальник — П. К. Остапов, штат — 4 человека;
— Управление охраны и режима: начальник (он же зам. начальника ГУЛАГа) — Г. П. Добрынин, штат — 34 человека;
— Отдел учета и распределения з/к: начальник — Г. М. Грановский, штат — 25 человек;
— Культурно-воспитательный отдел: начальник — Г. С. Кузьмин, штат — 8 человек;
— Отдел общего снабжения: начальник — В. В. Силин, штат — 31 человек;
— Санитарный отдел: начальник — Д. М. Лойдин, штат — 22 человека;
— Ветеринарный отдел: начальник — В. Г. Роговский, штат — 12 человек;
— Отдел трудовых и спецпоселений: начальник — К. И. Жилов, штат — 5 человек;
— Архивное отделение: начальник — Н. П. Левин, штат — 2 человека;
— БРИЗ: начальник — Б. Д. Стратьев, штат — 2 человека;
— УИТК: начальник (он же зам. начальника Гулага) — Г. С. Завгородний, штат — 84 человека.
— Оперативный отдел: начальник — Я. А. Иорш, штат — 40 человек;
— Политотдел: начальник — П. С. Буланов, штат — 21 человек.

Как в армии (в особых отделах), так и в периферийных органах НКВД ощущалась нехватка руководящих чекистских кадров. Берия нашел нетрадиционный источник их пополнения. 25 декабря он обратился с письмом к Сталину, где сообщал, что в местах заключения находятся 1610 бывших работников НКВД, в основном осужденных по статье 193-17«а» (служебные преступления), и просил распространить на них указы ПВС от 12 июля и 29 ноября (об освобождении некоторых категорий заключенных).
На основании постановления ГКО № 1069сс от 27 декабря и приказа НКВД № 001735 от 28 декабря началась организация спецлагерей НКВД для проверки и фильтрации бывших военнослужащих Красной Армии, находившихся в плену и в окружении противника. До 19 июля 1944-го спецлагеря находились в ведении УПВИ НКВД, затем были переданы в подчинение ГУЛАГа, а 28 августа 1944-го был организован самостоятельный Отдел спецлагерей НКВД во главе с полковником ГБ Н. И. Шитиковым (20 февраля 1945-го Отдел спецлагерей переименуют в Отдел проверочно-фильтрационных лагерей (ОПФЛ) НКВД).
Поквартальная численность заключенных ИТК в 1941 году составляла: на 1 января — 429 205 человек, на 1 апреля — 475 978, на 1 июля — 559 419, на 1 октября — 498 769 человек; заключенных тюрем: на 1 января — 470 693 человека, на 1 апреля — 440 061, на 1 июля — 206 430 (без тюрем Литвы, Латвии, Эстонии, Молдавии, Украины, Белоруссии и Смоленской области), на 1 октября — 249 349 человек (без тюрем Литвы, Латвии, Эстонии, Молдавии, Белоруссии).

ТРУДОСПОСОБНОСТЬ заключенных ИТЛ на 1 января 1942 года характеризовалась так:

— годных к тяжелому физическому труду — 327 730 человек (28,2 процента от общего списочного состава заключенных ИТЛ);
— годных к среднему физическому труду — 325 921 (28 процентов);
— годных к легкому физическому труду — 289 512 (24,9 процента);
— актированных инвалидов работающих — 61 078 (5,2 процента);
— актированных инвалидов неработающих — 71 005 (6,6 процента);
— не прошедших комиссования — 43 567 (3,7 процента).

Еще в декабре 1941-го на строительстве № 1001 (сооружение «ямных емкостей для хранения нефтепродуктов» в Сызрани) умер каждый десятый заключенный. 26 января 1942 года нарком подписал приказ № 00184, которым «за развал лагеря на строительстве НКВД № 1001 и доведение лагерного контингента до полной неработоспособности, за допущение массовой смертности среди заключенных и срыв строительства нефтяных емкостей в сроки, установленные правительством», отстранялся от должности с привлечением к уголовной ответственности начальник этого строительства капитан ГБ А. Д. Баламутов.

В 1931—1934 годах Баламутов учился в Московском электромашиностроительном институте, с марта 1934-го возглавлял политотдел колхоза в Киевской области. С января 1937-го он — стажер в 3 отделе (контрразведка) ГУГБ НКВД СССР, с апреля — зам. начальника 1 отделения 3 отдела ГУГБ. Затем Баламутова избирают секретарем парткома ГУГБ, а в июле 1938-го назначают начальником 3 спецотдела (шифровального), в сентябре переименованного в 7 отдел ГУГБ. 8 апреля 1939-го Баламутов становится начальником Ухто-Ижемского ИТЛ, однако 8 мая 1941-го был освобожден от этой должности как не справившийся с работой, а 26 августа приказом № 1306 и возглавил строительство № 1001. 13 февраля 1942 года его арестовали, а 15 августа ОСО НКВД «за вредительскую деятельность на строительстве № 1001» осудило Баламутова на 8 лет ИТЛ; наказание он отбывал в УИТЛК УНКВД Свердловской области, где возглавлял участок № 1 промышленной колонии; после освобождения работал на руководящих инженерных должностях в Москве, где и умер в 1979 году.

24 августа 1942 года заместитель наркома А. П. Завенягин подписал приказ № 0342, объявлявший благодарность с выдачей денежной премии коллективу строительства № 1001 за досрочное окончание сооружения нефтеемкостей в Сызрани; этим приказом награждался и новый начальник строительства капитан ГБ И. Д. Лебедев.
8 февраля 1942 года приказом № 498 по личному составу Политотдел ГУЛАГа возглавил капитан ГБ Буланов Петр Степанович, ранее зам. начальника этого отдела.
13 февраля приказом № 00225 Отдел общего снабжения ГУЛАГа реорганизовывался в Управление снабжения (70 человек по штату), которое возглавил бывший зам. начальника Особстроя НКВД, а с октября 1941-го по январь — зам. начальника 4 управления оборонительных работ ГУОС НКО и заместитель командующего 4 саперной армией капитан ГБ А. А. Усиевич, знакомый нам еще по Дмитлагу.
Прежний начальник Отдела общего снабжения интендант 1 ранга В. В. Силин был назначен заместителем начальника Управления снабжения ГУЛАГа, на которое возлагались теперь обеспечение продовольствием и промтоварами ИТЛ, ИТК, тюрем и лагерей военнопленных НКВД, обеспечение военизированной охраны ГУЛАГа вещевым довольствием и вооружением, медицинское снабжение ИТЛ и ИТК, контроль за «правильным и экономным расходованием продовольственных и промышленных товаров в лагерях и колониях»; в производственных главках и управлениях НКВД создавались собственные отделы общего снабжения лагерей.
17 февраля Берия подписал приказ № 00330, которым «в целях обеспечения единого производственно-технического руководства предприятиями НКВД СССР, вырабатывающими боеприпасы, вооружение и предметы снаряжения для Красной Армии, а также для дальнейшего развертывания этих производств» в составе УИТК ГУЛАГа образовывался «на правах самостоятельного отдела Главного управления» Отдел производства военной продукции во главе со старшим лейтенантом ГБ М. И. Волковысским. На отдел возлагались планирование, учет и оперативное техническое руководство всеми предприятиями НКВД, выпускающими военную продукцию. Этим же приказом «в целях расширения производственной базы ГУЛАГа… по изготовлению боеприпасов» в ведение УИТК ГУЛАГа передавались Рыбинский механический завод Волгостроя НКВД, механические мастерские строительства № 203 и Биробиджанские механические мастерские ГУШОСДОРа с организацией на их базе исправительно-трудовых колоний; ГУЛАГу поручалось восстановить к 10 марта выпуск боеприпасов в системе УИТЛК—ОИТК УНКВД Московской, Тульской и Воронежской областей «за счет использования производственных помещений эвакуированных колоний, сохранившегося оборудования и мобилизации внутренних ресурсов».
2 марта приказом № 067 в ИТЛ и ИТК создавались «оздоровительно-профилактические пункты (ОПП)», имевшие «задачей восстановление физического состояния здоровья и сохранение работоспособности заключенных, ослабевших на производстве, в пути следования и после перенесенных заболеваний» (в том числе истощение «в результате неполноценного питания» и цинга); находящихся в ОПП (в течение 2—6 недель) запрещалось привлекать к каким-либо работам. Характерно, что направлению в ОПП вовсе не подлежали инвалиды и злостные отказчики от работ.
10 марта зам. наркома Круглов подписал директиву НКВД № 105:

«Несмотря на приказ НКВД СССР № 792/к от 8 декабря 1941 года и неоднократные указания ГУЛАГа НКВД СССР о том, что продолжительность сна заключенных не должна быть менее 8 часов, в ряде лагерей и колоний это правило грубо нарушается. Заключенные фактически имеют время для сна 4—5 часов. Происходят эти безобразные явления вследствие несоблюдения начальниками лагерных подразделений внутреннего распорядка дня и отсутствия должного контроля со стороны руководства лагерей. В результате отсутствия нормального отдыха заключенные теряют работоспособность и переходят в категорию слабосильных, инвалидов и т. д.
Категорически приказываю:
1. Установить внутренний распорядок дня во всех лагерных подразделениях и колоннах с таким расчетом, чтобы заключенные имели время для сна не менее 8 часов.
2. Привлекать к строгой ответственности начальников лагерных подразделений за нарушение этого правила. Запретить кому бы то ни было в лагере-колонии производить подъем заключенных или отбой на сон не в установленное время (в исключительных случаях, вызываемых действительной необходимостью, это может быть произведено только личным распоряжением начальника лагеря-колонии).
3. Начальникам оперативных отделов (отделений) лагерей и колоний строго проследить за выполнением настоящей директивы и всех нарушителей привлекать к ответственности через начальников лагерей-колоний, одновременно сообщая в Оперативный отдел ГУЛАГа НКВД СССР.
4. В 3-х дневный срок по получении донести мне о введении в действие настоящей директивы».

24 марта приказом № 00607 объявлялась дислокация 58 управлений ИТЛ и строительств НКВД центрального подчинения, 19 управлений ИТЛ и колоний (УИТЛК) и 36 отделов исправительно-трудовых колоний (ОИТК) местных НКВД/УНКВД:

Управления ИТЛ и строительств центрального подчинения:
— Актюбинлаг (Актюбинск Казахской ССР);
— Астраханлаг (Гурьев Казахской ССР);
— Березняклаг (поселок Березняки Архангельской области);
— Безымянлаг (ст. Безымянка Куйбышевской ж. д.);
— Богословлаг (поселок Туринские рудники Серовского района Свердловской области);
— Букачачлаг (поселок Букачача Чернышевского района Читинской области);
— Бурлаг (ст. Известковая Дальневосточной ж. д.);
— Бакалстрой (Челябинск, строительство металлургического и коксохимического заводов);
— Воркутпечлаг (поселок Воркута Архангельской области);
— Волгострой (поселок Переборы Рыбинского района Ярославской области);
— Волголаг (Волжский железнодорожный ИТЛ) (Казань, строительство линии Свияжск — Ульяновск);
— Вятлаг (рабочий поселок Рудничный Кайского района Кировской области);
— Вяземлаг (село Николаевка Пензенской области);
— Верхнеижемлаг (поселок Ухта Коми АССР);
— Гусиноозерлаг (Селенгинский район Бурят-Монгольской АССР, разработка угольного месторождения);
— Джезказганлаг (поселок Новый Джезказган Карагандинской области Казахской ССР);
— Джидинлаг (поселок Городок Джидастрой Закайминского района Бурят-Монгольской АССР, работы на молибдено-вольфрамовом комбинате);
— Интинлаг (поселок Воркута Архангельской области);
— Ивдельлаг (село Ивдель Свердловской области);
— Каргопольлаг (Каргополь Архангельской области);
— Краслаг (Канск Красноярского края);
— Карлаг (село Долинское Карагандинской области Казахской ССР);
— Каменлаг (село Гримм Каменского района Саратовской области);
— Норильлаг (Норильск Красноярского края);
— Нижне-Амурлаг (Комсомольск-на-Амуре Хабаровского края);
— Онеглаг (ст. Плесецкая Северной ж. д.);
— Омлаг (Омск);
— Отдельный лагерный район при строительстве № 203 НКВД (Архангельск);
— Райчихалаг (ст. Райчиха Буреинского района Амурской области);
— Рудбакалстрой (ст. Бакал Южно-Уральской ж. д.);
— Рыбинлаг (Рыбинск Ярославской области);
— Севдвинлаг (Вельск Архангельской области, строительство железных дорог Коноша — Котлас и Коноша — Кожва);
— Сороклаг (село Кодино Архангельской области);
— Севжелдорлаг (поселок Железнодорожный Коми АССР);
— Севпечлаг (село Абезь Коми АССР);
— Соликамбумстрой (рабочий поселок Боровск Соликамского района Молотовской области);
— Сиблаг (Мариинск Новосибирской области);
— Севураллаг (поселок Сосьва Свердловской области);
— Соедбельлаг (ст. Средне-Белая Амурской ж. д.);
— Сталинградлаг (Сталинград, строительство железной дороги Сталинград — Камышин);
— Саратовлаг (Саратов, строительство железной дороги Саратов — Камышин);
— Свободлаг (поселок Свободный Хабаровского края);
— Севвостлаг (Магадан Хабаровского края);
— Тырныаузстрой (Нижний Баксан Эльбрусского района Кабардино-Балкарской АССР, сооружение вольфрамо-молибденового комбината);
— Тавдинлаг (Тавда Свердловской области);
— Тагилстрой (Нижний Тагил Свердловской области);
— Темлаг (поселок Явас Зубово-Полянского района Мордовской АССР);
— Унжлаг (ст. Сухобезводная Горьковской ж. д.);
— Ухтоижемлаг (рабочий поселок Ухта Коми АССР);
— Устьвымлаг (поселок Вожаель Усть-Вымского района Коми АССР);
— Усольлаг (Соликамск Молотовской области);
— Умальтстрой (поселок Умальта Буреинского района Амурской области, сооружение молибденового комбината);
— Югорлаг (поселок Хабарово Архангельской области, сооружение порта и судостроительного завода);
— Южлаг (Тайшет Иркутской области);
— УИТЛ и строительство № 201 (Николаевск-на-Амуре Хабаровского края);
— УИТЛ и строительство № 263 (Совгавань Приморского края, сооружение порта и судостроительного завода);
— УИТЛ и строительство № 1001 (Сызрань Куйбышевской области).

УИТЛК: НКВД Грузинской ССР (Тбилиси), НКВД Казахской ССР (Алма-Ата), НКВД Узбекской ССР (Ташкент), НКВД Татарской АССР (Казань), НКВД Красноярского края, УНКВД Приморского края (Владивосток), УНКВД Хабаровского края, УНКВД Архангельской области, УНКВД Вологодской области, УНКВД Горьковской области, УНКВД Иркутской области, УНКВД Куйбышевской области, УНКВД Ленинградской области, УНКВД Московской области, УНКВД Молотовской области, УНКВД Новосибирской области, УНКВД Омской области, УНКВД Свердловской области, УНКВД Челябинской области.

ОИТК: НКВД Азербайджанской ССР, НКВД Армянской ССР, НКВД Киргизской ССР, НКВД Таджикской ССР, НКВД Туркменской ССР, НКВД Башкирской АССР, НКВД Бурят-Монгольской АССР, НКВД Дагестанской АССР, НКВД Кабардино-Балкарской АССР, НКВД Калмыцкой АССР, НКВД Коми АССР, НКВД Марийской АССР, НКВД Мордовской АССР, НКВД Северо-Осетинской АССР, НКВД Удмуртской АССР, НКВД Чечено-Ингушской АССР, НКВД Чувашской АССР, НКВД Якутской АССР, УНКВД Алтайского края, УНКВД Красноярского края, УНКВД Орджоникидзевского края (Ворошиловск, ныне Ставрополь), УНКВД Воронежской области, УНКВД Ивановской области, УНКВД Калининской области, УНКВД Кировской области, УНКВД Мурманской области, УНКВД Пензенской области, УНКВД Рязанской области, УНКВД Ростовской области, УНКВД Саратовской области, УНКВД Сталинградской области, УНКВД Тамбовской области, УНКВД Тульской области, УНКВД Читинской области, УНКВД Чкаловской области, УНКВД Ярославской области.

3 апреля приказом № 1105 старшего майора ГБ С. Я. Жука сменил во главе гидротехнического отдела Главпромстроя НКВД майор ГБ М. Н. Попов (ранее зам. начальника Главпромстроя).
5 апреля приказом № 1122 по личному составу замом начальника ГУЛАГа по кадрам был назначен старший лейтенант ГБ Новиков Александр Нефедович, ранее возглавлявший 5 отделение Отдела кадров НКВД.
19 апреля приказом № 194 в составе Главпромстроя создавалось Проектно-изыскательское управление гидротехнических работ (Гидропроект, 74 человека по штату), начальником и главным инженером которого стал С. Я. Жук. Этим же приказом утверждалось положение о Гидропроекте ГУЛПС НКВД, куда передавались имущество и документация Московского и Ленинградского проектных управлений бывшего Главгидростроя НКВД.
28 апреля нарком подписал приказ № 0149 «Об итогах работы военизированной охраны ИТЛ и ИТК за первый квартал 1942 года», где названы наименее благополучные по количеству побегов и слабой работе по задержанию беглецов лагеря: Воркутинский (имело место бандитское выступление группы заключенных), Печорский (бежало 60 заключенных, их них поймано только 30), Безымянский (бежало — 89, не пойман —61), УИТЛ УНКВД Горьковской области (бежало — 129, не поймано — 70), УИТЛ УНКВД Челябинской области (бежало — 147, не поймано — 80), УИТЛ НКВД Грузии (бежало — 129, не поймано — 45). Этим же приказом предписывалось «при невыполнении хозяйственными органами на контрагентских объектах работ режимных требований и условий для охраны заключенных, рабочую силу из заключенных с этих объектов снимать».
29 апреля нарком Берия и Прокурор СССР Бочков подписали совместную директиву № 185, изменявшую директиву № 221 от 22 июня 1941-го: заключенные, уже отбывшие свои сроки и «задержанные» в лагерях и колониях (на 1 января 1942 года — 50 296 человек), теперь из-под стражи освобождались (кроме осужденных за «изменну Родине, террор, шпионаж, диверсии, троцкистов, правых и бандитов», которым объявлялось, «что они оставлены под стражей до окончания войны»); однако и все освобожденные оставлялись в лагерях на положении вольнонаемных без права выезда из районов работ «до окончания войны»; начальники ИТЛ могли «освобождать вовсе на общих основаниях» лишь «полных инвалидов», нетрудоспособных, стариков и женщин с детьми — «в случае полной невозможности использования в лагерях».
14 мая приказом № 1599 бригинженер В. И. Федоров был освобожден от должности начальника ГУШОСДОР НКВД и откомандирован в распоряжение Наркомата обороны (где возглавил Дорожное управление Главного управления автотранспорта и дорожной службы Красной Армии).
23 мая приказом № 001037 новым начальником ГУШОСДОР был назначен комиссар ГБ 2 ранга К. А. Павлов (ранее начальник ГУОБР НКВД).
5 июля зам. наркома Круглов подписал приказ № 0243:

«16 января 1942 года из мест заключения УНКВД Вологодской области в Тавдинлаг НКВД на строительство оборонного завода № 8 было отправлено 843 осужденных.
Согласно распоряжению ГУЛАГа отправке подлежали только здоровые, пригодные к физическому труду заключенные.
В результате безответственного отношения работников Вологодского ОИТК (так в тексте) к отбору заключенных и ряда грубых нарушений приказов НКВД и указаний ГУЛАГа, допущенных при формировании, снабжении и организации отправки эшелона, а также преступного отношения конвоя к своим обязанностям в пути следования, эшелон в лагерь прибыл со значительными потерями в людях, резким истощением заключенных, наличием больных и обмороженных.
За преступное отношение к своим обязанностям в пути следования начальник эшелона Проскурин Ф. Я. (работник УИТЛК) и оперативный работник Холмов Н. Ф. осуждены военным Трибуналом войск НКВД Уральского округа по ст. 193-17 к 10 годам лишения свободы каждый.
Учитывая, что и другими работниками УИТЛК УНКВД Вологодской области были допущены грубые нарушения приказов НКВД и безответственное отношение к выполнению указаний ГУЛАГа при отборе и организации отправки заключенных, приказываю:
1. Начальника пересыльного пункта УИТЛК УНКВД Вологодской области Смирнова Николая Николаевича арестовать на 20 суток без исполнения служебных обязанностей и по отбытии ареста из органов НКВД уволить.
2. Начальника Санчасти Вологодской ИТК Павлову Татьяну Васильевну арестовать на 10 суток с исполнением служебных обязанностей.
3. Начальнику УИТЛК Смирнову Сергею Васильевичу объявить строгий выговор.
4. Производившим отбор заключенных:
а) фельдшеру Вологодской ИТК Козловской Антонине Николаевне;
б) зубному врачу пересыльного пункта Лазаревой Кире Михайловне;
в) фельдшеру пересыльного пункта Черняевой Екатерине Александровне —
объявить строгий выговор с предупреждением.
В связи с тем, что начальник 2 отделения УИТЛК Миронов, начальник Санчасти УИТЛК Хлебова и начальник Вологодской ИТК Слепухин в настоящее время находятся в действующей Красной Армии, материал о их действиях при отправке заключенных в Тавдинлаг производством прекратить.
С настоящим приказом ознакомить всех работников УИТЛК-ОИТК и лагерей НКВД, связанных с работой по этапированию заключенных».

31 июля появилась очередная (их было несколько) директива НКВД и Прокуратуры СССР за № 308 о передаче заключенных в Красную Армию. Начальникам лагерей предписывалось совместно с прокурором пересмотреть личные дела «заключенных мужчин в возрасте до 40 лет из лиц, осужденных за бытовые и имущественные преступления», и «по Вашему усмотрению независимо от срока наказания годных к строевой службе передать военкоматам», выдав справки о досрочном освобождении. Всего в августе — сентябре по этой директиве в армию было передано 30 тысяч заключенных.
31 июля приказом № 001566 упразднялся (на основании решения Секретариата ЦК ВКП(б) от 15 июля) Политотдел ГУЛЖДС с передачей его функций в Политотдел ГУЛАГа. 12 августа приказом № 2574 бывший начальник Политотдела ГУЛЖДС капитан ГБ А. А. Щекин назначался заместителем начальника Политотдела ГУЛАГа.
С 15 сентября зам. начальника ГУЛАГа майор ГБ Г. П. Добрынин находился в действующей Красной Армии на обороне перевалов Главного Кавказского хребта.
24 сентября приказом № 002084 «в связи с возросшим объемом работ по выделению наркоматам рабочей силы из заключенных на контрагентских началах, а также в целях улучшения работы этой отрасли» в составе отдела учета и распределения заключенных (ОУРЗ) ГУЛАГа и УИТК ГУЛАГа создавались «специальные аппараты по руководству и контролю за трудовым использованием заключенных и исправтрудработников на контрагентских работах»; этим же приказом заместителем начальника ОУРЗ по контрагентским работам назначался старший лейтенант ГБ Брагилевский Григорий Аронович.
14 ноября на основании приказа № 002519 «Об установлении штатной численности управлений и отделов НКВД СССР» упразднялся Отдел спецпереселений НКВД (начальник — майор ГБ И. В. Иванов) с передачей его функций в отдел трудовых и специальных поселений ГУЛАГа (начальник — старший лейтенант ГБ К. И. Жилов).
19 декабря приказом № 835 начальник ГУЛАГа старший майор ГБ В. Г. Наседкин «за успешную работу по выполнению заданий НКВД СССР» награждался знаком «Заслуженный работник НКВД».
В среднем за 1942 год контингент ИТЛ составил 1 096 876 человек при численности в 1 415 596 заключенных на 1 января 1942 года и 983 974 заключенных — на 1 января 1943 года.
Поквартальная численность заключенных ИТК в 1942 году составляла: на 1 января — 361 447 человек, на 1 апреля — 350 492, на 1 июля — 409 006, на 1 октября — 442 237 человек; заключенных тюрем: на 1 января — 268 532 человека, на 1 апреля — 309 684, на 1 июля — 256 410, на 1 октября — 201 101 человек.


ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
ПО ПРОЦЕНТУ СМЕРТНОСТИ самыми тяжелыми для ГУЛАГа оказались 1942—1943 годы: если в 1941-м смертность в ИТЛ и ИТК составляла 6 процентов от общего числа заключенных, то в 1942-м этот показатель достиг 24,9, в 1943-м — 22,4 процента (уже в 1944 году смертность снизится до 9,2 процента).
В 1943 году в СССР вводится каторга, которой в стране не было с царских времен: соответственно, в ряде лагерей организуются отделения каторжных работ. В этом же году в системе НКВД создается самостоятельный Отдел по борьбе с детской беспризорностью и безнадзорностью, главной задачей которого стало обустройство массы детей, выброшенных войной на улицу; в 1943-м впервые появятся Герои Советского Союза среди бывших заключенных (самый известный — А. Матросов) и Герои Социалистического Труда — среди сотрудников НКВД (сам Л. П. Берия).
20 января 1943 года заместитель наркома С. Н. Круглов подписал приказ НКВД (далее это уточнение опускается) № 57 «О введении в действие Устава службы военизированной охраны ИТЛ и ИТК НКВД СССР (УСВО-43)». Основные разделы этого документа были следующими: назначение и задачи военизированной охраны; политическое обеспечение службы; караульная служба (организация караульной службы, охрана лагерных и производственных зон, охрана готовых сооружений и особо важных складов, права и обязанности личного состава караулов, проверка караульной службы); конвойная служба (организация конвойной службы, служба производственного конвоя, служба внутреннего конвоя, служба эшелонного конвоя); оперативно-розыскная служба (общие положения, первичный розыск, ближний розыск, дальний розыск, устройство оперативных заслонов, «секрет» (то есть устройство засад), оформление задержанного); служба собак (общие положения, содержание собак, применение собак); действия в особых условиях (обеспечение боевой готовности частей ВОХР, план охраны и обороны объекта, действия при побеге заключенных, действия при нападении на караул или конвой, действия при групповом неповиновении заключенных, действия при стихийном бедствии (наводнении, землетрясении, пожаре, взрыве, аварии и т. п.), действия при воздушном нападении); порядок применения оружия; устройство и оборудование лагерных и производственных зон; этапирование заключенных пешим порядком.
21 января приказом № 023 за подписью Круглова вводились в действие новые «дифференцированные нормы и порядок питания заключенных», — теперь начальникам лагерей, УИТЛК и ОИТК УНКВД и республиканских НКВД разрешалось «улучшить питание сверх установленных норм для заключенных и бригад, работающих стахановскими методами труда и дающих особовысокие показатели в работе, а также на восстановление ослабленных контингентов», за счет «особого фонда продовольствия», выделяемого ГУЛАГом, а также децентрализованных заготовок. Заключенным, перевыполняющим производственные нормы, теперь полагалось дополнительное «премблюдо», им разрешалось покупать махорку и табак.

Для заключенных, вырабатывающих до 80 процентов производственных норм на основных тяжелых работах, для вырабатывающих до 99 процентов норм на всех остальных работах, для лагобслуги и санобслуги, для находящихся под следствием, для инвалидов не работающих и работающих, но не выполняющих установленных для них производственных норм, вводилась норма № 1 (на человека в день): мука подболточная — 5 грамм, крупа-макароны — 50, мясо-мясопродукты — 8, рыба-рыбопродукты — 45, жиры — 6, картофель-овощи — 320, сахар — 5, чай суррогатный — 2, томат-пюре — 10, перец стручковый — 0,1, лавровый лист — 0,1, соль — 8 грамм.
Для вырабатывающих свыше 80 процентов производственных норм на основных тяжелых работах, для вырабатывающих выше 99 процентов на остальных работах, для инженерно-технических работников, врачей, агрономов, культвоспитработников, административного и счетно-бухгалтерского персонала, санитаров заразных палат, кладовщиков, для курсантов «с отрывом от производства на время нахождения на курсах», для заключенных, исполняющих обязанности стрелковой и пожарной охраны, для бригадиров и десятников, для беременных женщин и кормящих грудью матерей, для ассенизаторов и дезинфекторов вводилась норма № 2: мука подболточная — 10 грамм, крупа-макароны — 77, мясо-мясопродукты — 19, рыба-рыбопродукты — 62, жиры — 12, картофель-овощи — 400, сахар — 10, чай суррогатный — 2, томат-пюре — 10, перец стручковый — 0,1, лавровый лист — 0,1, соль — 10 грамм.
Дополнительные премиальные блюда, выдававшиеся занятым на основных работах заключенным, перевыполняющим нормы выработки (на тяжелых работах — на 100 и более процентов, на остальных работах — на 150 и более), включали: муку подболточную — 20 грамм, крупа-макароны — 20, мясо-мясопродукты — 8, рыбу-рыбопродукты — 5, жиры — 5, картофель-овощи — 80, сахар — 1, томат-пюре — 5, соль — 4 грамма.
Хлеб подлежал выдаче по следующим нормам: вырабатывающим на основных тяжелых работах до 50 процентов — 400 грамм, от 50 до 80 процентов — 500, от 80 до 100 процентов — 600, от 100 до 125 процентов — 700, от 125 процентов и выше — 800 грамм.
Нормы штрафного пайка для отказчиков, симулянтов, для находящихся в штрафных изоляторах без вывода на работу была следующей: хлеб ржаной — 300 грамм, мука подболточная — 5, крупа-макароны — 20, рыба-рыбопродукты — 25, жиры — 3, картофель-овощи — 250, соль — 7. Содержавшимся в карцерах полагалось 300 грамм хлеба и кипяток каждый день и раз в три дня — жидкая горячая пища по норме для отказчиков.
Норма пайка, выдаваемого «на путь следования освобожденным из лагерей и колоний», была следующей: хлеб ржаной — 450 грамм, сельдь — 100 грамм, сахар — 15, чай суррогатный — 3.
Для сравнения приведем нормы питания для красноармейцев и начсостава боевых частей Действующей армии, утвержденные приказом Наркомата обороны № 312 от 22 сентября 1941-го: хлеб из ржаной и обойной муки — 900 грамм для зимнего времени, 800 грамм для летнего времени;, мука пшеничная второго сорта — 20, крупа разная — 140, макароны-вермишель — 30, мясо — 150, рыба — 100, соевая дезодорированная мука — 15, комбижир и сало — 30, масло растительное — 20, сахар — 35, чай — 1, соль — 30, картофель — 500, капуста свежая или квашеная — 170, морковь — 45, свекла — 40, лук репчатый — 30, коренья, зелень, огурцы — 35, томат-паста — 6, лавровый лист — 0,2, перец — 0,3, уксус — 2, горчичный порошок — 0,3, махорка — 20, спички — 3 коробка в месяц, курительная бумага — 7 книжек в месяц, мыло «для туалетных надобностей — 200 грамм.

4 февраля 1943 года заместитель наркома по кадрам старший майор ГБ Б. П. Обручников подписал приказы № 00225 — об открытии с 1 апреля школы подготовки командного состава военизированной охраны ГУЛАГа при Нижне-Тагильском ИТЛ (на 100 человек) и о возобновлении работы Хабаровской школы подготовки командного состава военизированной охраны (на 100 человек); и № 00226 — об открытии с 15 апреля школ подготовки специалистов служебного собаководства военизированной охраны ГУЛАГа: при Темниковском ИТЛ (поселок Явас Мордовской АССР) — школы подготовки инструкторов служебного собаководства (на 50 человек), при Северо-железнодорожном (Коми АССР) и Нижне-Амурском ИТЛ (Комсомольск-на-Амуре) — школ по подготовке проводников служебно-розыскных собак на 50 человек каждая.
Постановлением СНК СССР № 127 от 4 февраля занимавшимся делами лагерей заместителям наркома С. Н. Круглову и В. В. Чернышову были присвоены спецзвания комиссаров ГБ 2 ранга. Уже 9 февраля указами Президиума Верховного Совета (ПВС) СССР для органов и войск НКВД вводились новые знаки различия — погоны и видоизменялась система спецзваний: исчезли «старшие майоры ГБ» (аналог армейского генерал-майора) и прежние «майоры ГБ» (с одним ромбом в петлицах), появились полковники ГБ и подполковники ГБ (ранее такие строевые звания были только в войсках НКВД, но не у сотрудников органов НКВД) и новое спецзвание «комиссар ГБ» (спецзвания от полковника и ниже теперь стали идентичны общевойсковым, отличаясь от них лишь приставкой «государственной безопасности»).
14 февраля комиссарами ГБ 3 ранга стали заместители наркома А. П. Завенягин и Л. Б. Сафразьян (из старших майоров ГБ), а просто «комиссарами ГБ» — начальник Ухто-Ижемского ИТЛ С. Н. Бурдаков, зам. начальника Дальстроя С. Е. Егоров, начальник УЛЛП НКВД М. М. Тимофеев (из старших майоров ГБ), зам. начальника ГУЛАГа Г. П. Добрынин, начальник 4 спецотдела («шарашки») НКВД В. А. Кравченко, начальник ГУЛАГа В. Г. Наседкин, начальник Тюремного управления НКВД М. И. Никольский (ранее также старшие майоры ГБ).
Бывшие майоры ГБ Л. С. Буянов (зам. начальника ГУЛЖДС НКВД), Г. С. Завгородний (зам. начальника ГУЛАГа), К. С. Зильберман (зам. начальника Тюремного управления НКВД), А. Л. Пустынский (начальник Бутырской тюрьмы), И. И. Смирнов (зам. начальника управления охраны и режима ГУЛАГа), П. К. Сопруненко (зам. начальника УПВИ НКВД), С. А. Тарасюк (начальник Устьвымлага) и многие другие стали теперь полковниками ГБ.
Любопытно, что 13 февраля приказом № 00295 за подписью наркома начальник Бутырки майор ГБ Пустынский арестовывался на трое суток «с исполнением служебных обязанностей (за антигосударственную практику дачи двойных заявок и получение излишних продуктов)», а на следующий день, 14 февраля, Берия подписал приказ № 391, которым Пустынскому присваивалось спецзвание «полковник госбезопасности».
Однако спецзвания получали не все.
22 февраля постановлением СНК СССР № 199 ряду руководителей лагерной системы (в основном бывшим старшим майорам и майорам ГБ) были присвоены воинские звания генерал-майоров инженерно-технической службы: П. А. Захарову (начальнику ГУЛГМП), С. Я. Жуку (начальнику Гидропроекта Главпромстроя НКВД), В. Д. Журину (главному инженеру Управления ИТЛ и строительства Широковской и Вилухинской ГЭС НКВД — город Кизел, ныне Пермской области), А. П. Лепилову (начальнику Особстроя), Г. М. Орлову (начальнику Главпромстроя), А. Н. Комаровскому (начальнику Челябметаллургстроя), Я. Д. Рапопорту (заместителю начальника Главпромстроя), Н. А. Френкелю (начальнику ГУЛЖДС; уже 29 сентября постановлением СНК № 1191 он станет генерал-лейтенантом инженерно-технической службы), М. М. Царевскому (начальнику Актюбинского ИТЛ).
24 февраля приказом № 00367 «Об улучшении руководства лагерями НКВД для военнопленных» майор ГБ Г. А. Брагилевский был освобожден от должности зам. начальника ОУРЗ ГУЛАГа по контрагентским работам заключенных и исправтрудработников и назначен заместителем начальника УПВИ НКВД по трудовому использованию военнопленных.
18 марта Сталин направил приветственную телеграмму трудившимся в составе рабочих колонн Базстроя НКВД (строительство Богословского алюминиевого завода в Свердловской области, где работали «трудармейцы») советским немцам, выселенным в начале войны с территории европейской части СССР: «Начальнику строительства тов. Кронову, начальнику политотдела тов. Горбачеву, секретарям парторганизаций товарищам Шмидт, Штоль, тысячникам товарищам Брейтигам, Обгольц, Эрлих, Пфундт, стахановцу товарищу Эпп. Прошу передать рабочим, инженерно-техническим работникам и служащим немецкой национальности, работающим на Базстрое, собравшим 353. 735 рублей на строительство танков и 1 миллион 820 тысяч рублей на строительство эскадрильи самолетов, — мой братский привет и благодарность Красной Армии. И. Сталин». Вечером того же дня в местном клубе был созван митинг, где начальник политотдела Базстроя НКВД подполковник ГБ М. Е. Горбачев сказал: «Телеграмма товарища Сталина трудармейцам немецкой национальности — это большой политический документ исторического значения, подтверждающий, что в священной войне против злейшего врага человечества — германского фашизма принимают участие все народы многонационального Советского Союза».
23 марта приказом № 696 были присвоены воинские звания: инженер-полковника — начальнику Воркутинского ИТЛ М. М. Мальцеву, полковника административной службы — начальнику Норильского ИТЛ А. А. Панюкову.
На 1 апреля доля работающих на производстве (группа «А») ИТЛ и ИТК составляла 53,1 процента от общей численности заключенных, группы «Б» (обслуживающий персонал) — 7,6, группы «В» (больные) — 33,7, группы «Г» (неработающие по «зависимым причинам», то есть из-за внутрилагерных перебросок, этапов и т. п.) — 5,6 процента. Численность ВОХР в ИТЛ и ИТК на этот день составляла 92 304 человека (6,9 процента от списочного состава заключенных и мобилизованных немцев-«трудармейцев» (данные без Дальстроя)).
9 апреля приказом № 805 спецзвания полковников ГБ получили: начальник Политодела ГУЛАГа П. С. Буланов, зам. начальника Управления охраны и режима ГУЛАГа П. В. Сафонов, начальник ОУРЗ ГУЛАГа Г. М. Грановский; воинское звание полковника медицинское службы получил начальник САНО ГУЛАГа Д. М. Лойдин.
14 апреля НКВД СССР был в очередной раз разделен на два наркомата: НКВД и НКГБ. Наркомом внутренних дел СССР был вновь назначен Берия, наркомом госбезопасности СССР — В. Н. Меркулов. В НКГБ перешли оперативно-чекистские управления и отделы прежнего НКВД; все лагерные управления и главки остались в НКВД. 26 апреля С. Н. Круглов был вновь назначен первым заместителем наркома внутренних дел.
29 апреля «за строительство заводов черной металлургии и авиационных заводов» удостоились орденов: ордена Ленина — А. Н. Комаровский (начальник Челябметаллургстроя) и Г. М. Орлов (начальник Главпромстроя); Трудового Красного Знамени — П. К. Георгиевский (зам. главного инженера Челябметаллургстроя), Б. С. Кульницкий (главный инженер Главпромстроя), А. Л. Минц (главный инженер строительства радиостанции и недавний зэк), Б. П. Обручников (зам. наркома по кадрам), Я. Д. Рапопорт (начальник Тагилстроя), М. М. Царевский (начальник строительства Актюбинского комбината НКВД); Красной Звезды — П. С. Буланов (начальник Политотдела ГУЛАГа), Н. А. Добровольский (зам. начальника Политотдела ГУЛАГа), В. Д. Журин (главный инженер Тагилстроя), В. А. Поддубко (начальник Управления маттехснабжения НКВД), Ш. Л. Теплицкий (зам. начальника Главпромстроя).

ПОЯВИВШИЙСЯ ЕЩЕ 19 АПРЕЛЯ указ ПВС «О мерах наказания для немецко-фашистских злодеев, виновных в убийствах и истязаниях советского гражданского населения и пленных красноармейцев, для шпионов, изменников родины из числа советских граждан и для их пособников» имел гриф «Не для печати» и гласил:
«В освобожденных Красной Армией от немецко-фашистских захватчиков городах и селах обнаружено множество фактов неслыханных зверств и чудовищных насилий, учиненных немецкими, итальянскими, румынскими, венгерскими, финскими фашистскими извергами, гитлеровскими агентами, а также шпионами и изменниками родины из числа советских граждан, над мирным советским населением и пленными красноармейцами. Многие десятки тысяч ни в чем не повинных женщин, детей и стариков, а также пленных красноармейцев зверски замучены, повешены, расстреляны, заживо сожжены по приказам командиров воинских частей и частей жандармского корпуса гитлеровской армии, начальников гестапо, бургомистров и военных комендантов городов и сел, начальников лагерей для военнопленных и других представителей фашистских властей.
Между тем, ко всем этим преступникам, виновным в совершении кровавых расправ над мирным советским населением и пленными красноармейцами и к их пособникам из местного населения, применяется в настоящее время мера возмездия, явно не соответствующая содеянным ими злодеяниям.
Имея в виду, что расправы и насилия над беззащитными советскими гражданами и пленными красноармейцами и измена родине являются самыми позорными и тяжкими преступлениями, самыми гнусными злодеяниями, Президиум Верховного Совета СССР постановляет:
1. Установить, что немецкие, итальянские, румынские, венгерские, финские фашистские злодеи, уличенные в совершении убийств и истязаний гражданского населения и пленных красноармейцев, а также шпионы и изменники родины из числа советских граждан, караются смертной казнью через повешение.
2. Пособники из местного населения, уличенные в оказании содействия злодеям в совершении расправ и насилий над гражданским населением и пленными красноармейцами, караются ссылкой в каторжные работы на срок от 15 до 20 лет.
3. Рассмотрение дел о фашистских злодеях, виновных в расправах и насилиях над мирным советским населением и пленными красноармейцами, а также о шпионах, изменниках родины из числа советских граждан и о их пособниках из местного населения возложить на военно-полевые суды, образуемые при дивизиях Действующей армии в составе: председателя военного трибунала дивизии (председатель суда), начальника особого отдела дивизии и заместителя командира дивизии по политической части (члены суда), с участием прокурора дивизии.
4. Приговоры военно-полевых судов при дивизиях утверждать командиру дивизии и приводить в исполнение немедленно.
5. Приведение в исполнение приговоров военно-полевых судов при дивизиях — повешение осужденных к смертной казни — производить публично, при народе, а тела повешенных оставлять на виселице в течение нескольких дней, чтобы все знали, как карается и какое возмездие постигнет всякого, кто совершает насилие и расправу над гражданским населением и кто предает свою родину».

11 июля нарком Берия подписал совершенно секретный приказ № 00968 «Об организации отделений каторжных работ при ИТЛ НКВД» «в соответствии» с этим указом ПВС:

«1. Организовать отделения каторжных работ при следующих лагерях:
— Воркутинский лагерь — на 10.000 человек для использования на работах по строительству новых угольных шахт и на подземных работах в действующих шахтах;
— Норильский лагерь — на 10.000 человек для работы на рудниках, шахтах, карьерах и кирпичных заводах;
— Севвостлаг (Дальстрой) — на 10.000 человек на добыче золота и олова.
2. Создать в составе Карлага НКВД каторжное отделение для нетрудоспособных и больных, осужденных на каторжные работы.
3. Начальнику ГУЛАГа т. Наседкину, начальнику Тюремного управления т. Никольскому и начальнику 1 спецотдела всех осужденных к каторжным работам (исключая больных в нетрудоспособных) направлять вагонзаками немедленно после осуждения, в первую очередь до конца навигации в Норильлаг.
Всех больных и нетрудоспособных направлять в каторжное отделение Карлага.
4. Начальнику Конвойных войск генерал-майору т. Кривенко обеспечить отправку осужденных на каторжные работы вагонзаками и соответственной охраной, установив при сопровождении в пути особострогий режим.
5. Начальнику ГУЛАГа т. Наседкину и начальникам лагерей: Воркутлага т. Мальцеву, Норильлага т. Панюкову, Дальстроя т. Никишову и Карлага т. Журавлеву сформировать в составе указанных лагерей каторжные лагерные отделения, выделив их от остальных лагерных отделений.
Обеспечить охрану, внутренний порядок и организацию работ в соответствии с прилагаемой инструкцией».

«Инструкция о порядке содержания осужденных к каторжным работам в лагерях НКВД» гласила:

«1. Осужденные к каторжным работам подлежат размещению отдельно от остальных лагерников в особых бараках с решетками на окнах.
Бараки заключенных находятся на запоре и охраняются стрелками. Бараки каторжников отделяются от остальной лагерной зоны высоким забором.
2. Установить для осужденных к каторжным работам одежду специального образца и цвета с нашивкой на верхнем платье личного номера заключенного.
3. Осужденные к каторжным работам в течение первого года заключения лишаются переписки и получения премиальных денег. В последующие годы разрешение на переписку и выдача премиальных денег производятся с разрешения начальника лагеря в зависимости от поведения в лагере и отношения в труду на производстве.
4. Питание и снабжение вещевым довольствием осужденных производится на общих основаниях по существующим лагерным нормам.
5. Для осужденных к каторжным работам устанавливается следующий порядок использования на работе:
— продолжительность рабочего дня устанавливается на 1 час выше общелагерной нормы;
— осужденные выводятся на работу всегда под усиленным конвоем;
— осужденные в течение первых двух лет используются только в качестве чернорабочей силы на непосредственной работе. Старшие, бригадиры и мастера назначаются или из вольнонаемных, или из заключенных других категорий;
— осужденные к каторжным работам привлекаются в первую очередь на все особотяжелые работы.
6. За отказ от работы, за невыполнение нормы выработки, за нарушение режима и неисполнение распоряжений администрации устанавливаются следующие виды наказания:
— удлинение рабочего дня до 2-х дополнительных часов и перевод на более тяжелую работу;
— перевод на содержание в одиночном карцере на срок до 20 суток;
— арест и привлечение к уголовной ответственности с рассмотрением дел на Особом совещании НКВД СССР.
7. После отбытия годичного испытательного срока наказания разрешается для всех хорошо работающих и примерно ведущих себя в быту и по лагерному режиму распоряжением начальника лагеря устанавливать выдачу денежного премирования, переписку с родственниками, получение посылок, чтение книг и газет».

Наконец, 17 июля приказом № 001241 была утверждена «Инструкция по учету и этапированию заключенных, осужденных к каторжным работам», согласно которой:

«Личным делам каторжников присваиваются номера по книге регистрации осужденных к каторжным работам, ведущейся отдельно от общей книги регистрации заключенных. Номера личных дел исчисляются сериями с № 1 по № 999 включительно. Каждой серии, в свою очередь, присваивается буква алфавита, проставляемая перед номером дела. Нумерация начинается с № 1 и первой буквы алфавита. По использованию 999 номеров, начинается снова с № 1 и второй буквы алфавита (А, Б, В, Г и т. д.). После номера проставляются буквы «КТР», например: № А-978/КТР, Б-11/КТР и т. д. Указанный номер переносится на все учетные документы, заведенные на каторжника. Номер личного дела (без добавления «КТР») нашивается на одежду каторжников…
Отправка каторжников из тюрем в Норильлаг и Севвостлаг должна производиться с расчетом поступления этапов до закрытия навигации: в Норильлаг прибытие вагонзаков на ст. Красноярск до 1 сентября, в Севвостлаг прибытие вагонзаков на ст. Находка Приморской ж. д. до 15 ноября. Направление каторжников для отбытия наказания в Воркутлаг и Карлаг производится круглый год».

29 апреля начальник Особстроя НКВД А. П. Лепилов был награжден орденом Ленина за завершение строительства авиационных заводов в Куйбышевской области; Особстрой и обслуживавший его Безымянлаг переключили теперь на строительство нефтеперерабатывающею завода там же в Куйбышевской области, в районе станции Кряж. Именно на куйбышевских заводах были построены все штурмовики «ИЛ-2» времен Великой Отечественной войны.
6 мая заместитель наркома комиссар ГБ 2 ранга В. В. Чернышов подписал приказ № 0176:
«Директивой ГУЛАГа НКВД СССР № 42/370756 от 26 декабря 1942 года Востокураллагу НКВД было дано указание об изоляции на отдельном лагерном пункте под усиленной охраной и в строго режимных условиях особоопасных заключенных, прибывших из Безымянлага НКВД. Вопреки этому, начальник Управления Востокураллага НКВД подполковник гб т. Решетников распорядился о переводе 28 заключенных из этого контингента на лагерный пункт с обычным режимом содержания, где последние учинили бандитские действия, совершив нападение на остальных заключенных. В результате нападения пострадало и направлено в тяжелом состоянии в лазарет 18 заключенных.
Приказываю: за невыполнение директивы ГУЛАГа НКВД СССР № 42/370756 от 26 декабря 1942 года начальнику Управления Востокураллага НКВД подполковнику гб т. Решетникову объявить выговор.
Предупреждаю всех начальников лагерей, УИТЛК—ОИТК НКВД—УНКВД, что за невыполнение указаний ГУЛАГа НКВД СССР о режиме содержания особоопасных преступников НКВД СССР будет применять более строгие взыскания. Приказ объявить всему руководящему составу ИТЛ, УИТЛК—ОИТК НКВД—УНКВД».

13 мая появился аналогичный по смыслу приказ № 0184:

«В ИТК № 5 УИТЛК НКВД Татарской АССР практиковалась охрана заключенных, выводимых на работы, одним стрелком. В ночь с 13 на 14 апреля с. г. выведенный на работу по обжигу угля заключенный, осужденный за особоопасное преступление, убил конвоира, сжег его труп на костре и, захватив винтовку, скрылся. Вооруженный побег явился следствием невыполнения УИТЛК НКВД Татарской АССР директивы ГУЛАГа НКВД СССР, категорически запрещающей окарауливание и конвоирование заключенных одним стрелком, небдительности самого стрелка и неправильного подбора заключенных на подобные работы. Вместо использования на таких работах расконвоированных заключенных, осужденных за маловажные преступления или женщин, был выведен опасный преступник.
Отмечая невыполнение директив НКВД по изоляции и охране заключенных преступников и беспечное отношение к вопросу государственной безопасности, приказываю:
Начальника охраны УИТЛК НКВД Татарской АССР ст. лейтенанта гб т. Дубровина арестовать на 10 суток с исполнением служебных обязанностей и удержанием 50 % из заработной платы за каждый день ареста.
Начальника УИТЛК НКВД Татарской АССР майора гб т. Киселева, учитывая непродолжительность его работы в УИТЛК — предупредить.
Народному комиссару внутренних дел Татарской АССР полковнику госбезопасности т. Горбулину по данному происшествию провести строжайшее расследование, лиц, виновных в плохой организации изоляции и охраны преступников в колонии, предать суду. Работу военизированной охраны УИТЛК взять под личный и повседневный контроль впредь до полного выправления положения. Приказ объявить руководящему составу лагерей и колоний НКВД и командно-политическому составу военизированной охраны».

15 мая приказом НКВД № 1147 по личному составу комиссар ГБ Добрынин Георгий Прокопьевич был освобожден от должности начальника управления охраны и режима ГУЛАГа и назначен первым заместителем начальника ГУЛАГа. Этим же приказом начальником Управления охраны и режима ГУЛАГа был назначен бывший заместитель начальника этого управления полковник ГБ Смирнов Иван Иванович.
26 мая приказом № 00894 (изданным на основании постановления ГКО № 3407сс от 21 мая) для строительства железнодорожной линии «Комсомольск — Советская Гавань» было организовано Управление строительства и лагерей железнодорожной линии «Комсомольск — Совгавань» с дислокацией в городе Комсомольск и условным наименованием «Управление строительства № 500 НКВД СССР». Его возглавил зам. начальника ГУЛЖДС и начальник Желдорпроекта инженер-полковник Ф. А. Гвоздевский. Заместителем Гвоздевского по лагерю был назначен майор ГБ Н. Ф. Потемкин (ранее зам. начальника Печорстроя), заместителем по изысканиям и проектированию — П. К. Татаринцев, главным инженером — капитан ГБ В. И. Рождественский.
Для сооружения железной дороги от Совгавани до перевала Сихотэ-Алинь, а также причалов и портовых сооружений в бухтах Ванина и Константиновская был организован Восточный ИТЛ (не путать с довоенным Восточным железнодорожным ИТЛ), который возглавил М. В. Филимонов (ранее — зам. начальника Приволжского ИТЛ).
Строительство железной дороги от Комсомольска до перевала Сихотэ-Алинь, а также паромной переправы на Амуре было возложено на Нижнеамурлаг НКВД (начальник — комиссар ГБ И. Г. Петренко).
Забегая вперед, скажем, что уже 27 июля 1945 года Берия доложил Сталину, что задание ГКО выполнено, «15 июля 1945 года уложен последний километр пути, а 20 июля первый рабочий поезд прошел от левого берега реки Амур у г. Комсомольска до бухты Ванина в Татарском проливе». К тому времени в бухте Ванина были построены два причала, позволявшие одновременно принимать три большегрузных парохода водоизмещением по 10 тысяч тонн каждый. И если раньше вагонзаки с отправляемыми в Севвостлаг заключенными шли до станции Находка Приморской железной дороги, то теперь появился более короткий путь на Колыму через порт Ванина. Появление известной лагерной песни:

Я помню тот Ванинский порт
И вид парохода угрюмый,
Как шли мы по трапу на борт
В холодные мрачные трюмы… и т. д.

обычно относят к концу 1930-х, временам особенно массовых этапов на Колыму. Между тем она не могла появиться раньше 1945-го, когда был построен сам Ванинский порт.
4 июня 1943 года приказ № 0212 в очередной раз констатировал:

«В Буреполомском ОЛП УИТЛК УНКВД Горьковской области постоянный контроль за порядком формирования бригад заключенных, выводимых на различные работы, руководством лагеря и командованием подразделения военизированной охраны не осуществлялся. Конвоирование заключенных на работу, несмотря на категорическое запрещение, допускалось одним стрелком. Погребение трупов заключенных проводилось без участия представителя от администрации лагеря.
Указанные грубые нарушения режима содержания заключенных привели к тому, что 5 мая с. г. в бригаду заключенных, направленную на работу по рытью могил, проникли 4 особоопасных преступника. На месте работ преступники, воспользовавшись небдительностью конвоира, зверски убили его и, зарыв труп в могилу, скрылись, вооружившись винтовкой убитого.
Вооруженный побег и убийство стрелка при отсутствии систематического контроля службы стрелков командно-политическим составом военизированной охраны было обнаружено только к исходу дня. Организованным розыском и преследованием при помощи служебно-розыскных собак бандиты были на следующий день настигнуты в 60 километрах от лагеря. Вооруженная группа беглецов в завязавшейся перестрелке была уничтожена. Оперрозыскная группа военизированной охраны потерь не имела. В операции по ликвидации вооруженного побега отличились: командир взвода т. Смирнов А. Я., проводник служебно-розыскной собаки т. Вечерков А. Н. и оперстрелок т. Кривоус А. И.
Приказываю: заместителя начальника Буреполомского ОЛП по лагерю т. Крылова Д. А. и командира дивизиона военизированной охраны т. Могулева Н. П. за необеспечение надлежащей организации вывода заключенных на работу за зону, допущение нарушений правил формирования бригад, вывода и охраны заключенных арестовать на 15 суток каждого с исполнением служебных обязанностей и удержанием 50 % из зарплаты за каждый день ареста.
Коменданта ОЛП Балыбердина В. О. и командира 2 взвода Буслаева В. И. за невыполнение правил вывода заключенных за зону, непроведение проверки заключенных на местах работ и несения службы конвоирами — с работы снять к привлечь к уголовной ответственности.
Заместителю начальника УИТЛК УНКВД во охране и режиму майору гб т. Некрасову П. А. за неосуществление должного руководства и контроля по режиму содержания и охране заключенных по Буреполомскому ОЛП поставить на вид.
Командиру взвода т. Смирнову А. Я., проводнику СРС т. Вечеркову А. Н. и оперстрелку т. Кривоус А. И. за отличное выполнение служебного долга и проявленную решительность в деле ликвидации вооруженной группы бежавших заключенных объявить благодарность и наградить месячным окладом содержания каждого. Приказ объявить всему руководящему составу ИТЛ и ИТК НКВД и командно-политическому составу военизированной охраны».

15 июня Сталин подписал постановление СНК СССР № 659 «Об усилении мер борьбы с детской беспризорностью, безнадзорностью и хулиганством», которым НКВД предписывалось «в дополнение к трудовым колониям, существующим для содержания детей и подростков, осужденных судами, организовать в 1943 году трудовые воспитательные колонии для содержания в них беспризорных и безнадзорных детей, а также детей и подростков, неоднократно замеченных в мелком хулиганстве и других незначительных преступлениях, доведя в 1943 году общее число мест во всех колониях НКВД СССР для несовершеннолетних до 50.000». Направлению в детские трудовые воспитательные колонии НКВД СССР подлежали следующие категории подростков в возрасте от 11 до 16 лет: а) беспризорные дети, вовсе не имеющие родителей или длительное время живущие без родителей и не имеющие определенного местожительства; б) задержанные за хулиганство, мелкие кражи и другие незначительные преступления в случаях, если возбуждение уголовного дела признавалось «нецелесообразным»; в) воспитанники детских домов, систематически нарушающие внутренний распорядок и дезорганизующие «нормальную постановку учебы и воспитания в детском доме».
21 июня Берия подписал приказ № 0246 «Об организации отделов (отделений) по борьбе с детской беспризорностью и безнадзорностью и о создании трудовых воспитательных колоний НКВД», на основании которого на базе отдела колоний для несовершеннолетних УИТК ГУЛАГа был организован самостоятельный Отдел НКВД СССР по борьбе с детской беспризорностью и безнадзорностью (ОБДББ), начальником которого был назначен Ф. А. Леонюк (в 1938—1939 годах помощник, затем — зам. начальника ГУЛАГа, позднее — начальник ряда строек НКВД, в том числе объектов ГУОБР).
Этим же приказом были утверждены штаты ОБДББ в количестве 70 человек, положение об ОБДББ, включавшего отделения: организационное, учебно-воспитательное, производственное, снабжения, планово-финансовое, учетное, санитарное и секретариат, а также утверждена дислокация трудовых воспитательных колоний (общей емкостью 30 000 человек) и трудовых колоний для несовершеннолетних преступников (общей емкостью 20 000 человек). Емкость каждой колонии колебалась в пределах от 150 до 1500 человек.
2 июля приказом № 1408 Леонюку было присвоено спецзвание комиссара ГБ.
Детскими колониями, находящимися в ведении НКВД с 1935-го и подчинявшимися сперва АХУ НКВД, а с 1939-го — УИТК ГУЛАГа, теперь стал руководить самостоятельный отдел НКВД, работу которого курировал один из заместителей наркома.
19 июня указом ПВС звание Героя Советского Союза было посмертно присвоено воспитаннику Уфимской трудовой колонии А. М. Матросову, освобожденному оттуда в сентябре 1942-го и призванному в РККА. 23 февраля 1943 года в бою в районе деревни Чернушки Локнянского района Псковской области девятнадцатилетний Матросов, израсходовав все боеприпасы, закрыл амбразуру вражеского дзота своим телом. Имя Матросова было присвоено 254-му гвардейскому стрелковому полку, ему были установлены памятники в Уфе, Великих Луках, Ульяновске и других местах (Героями Советского Союза в 1943 году станут также бывший заключенный Рыбинского ИТЛ А. И. Отставнов — за форсирование Днепра, 26 октября; бывший заключенный Карлага В. Е. Бреусов — за штурм высоты под Харьковом, 1 ноября; бывший заключенный Краслага Л. Н. Ефимов — за форсирование Днепра, 17 ноября). 18 октября Берия подписал приказ № 633 «О реорганизации Уфимской трудовой колонии несовершеннолетних заключенных в Уфимскую трудовую воспитательную колонию имени Александра Матросова», гласивший:
«Особым приказом Народного комиссара обороны товарища Сталина отмечен бессмертный подвиг Александра Матросова, который в решающую минуту боя с немецко-фашистскими захватчиками, прорвавшись к вражескому ДЗОТу, закрыл своим телом амбразуру, пожертвовал собой и тем обеспечил успех наступающего подразделения.
В ознаменование героического подвига героя Отечественной войны Александра Матросова, бывшего воспитанника Уфимской трудовой колонии, приказываю:
1. Реорганизовать Уфимскую трудовую колонию в Уфимскую трудовую воспитательную колонию.
2. Присвоить Уфимской трудовой воспитательной колонии имя Героя Советского Союза Александра Матросова.
Народному комиссару внутренних дел Башкирской АССР полковнику государственной безопасности т. Бабенко обеспечить приведение колонии в образцовый порядок».

21 июня приказом № 001021 в составе отдела учета и распределения заключенных ГУЛАГа (ОУРЗ) было организовано отделение по обслуживанию спецконтингентов, на которое были возложен контроль за режимом содержания, трудовым использованием и учетом граждан СССР немецкой национальности, мобилизованных в рабочие колонны для работы на стройках НКВД и на контрагентских основах — на объектах других наркоматов.
Характерны названия некоторых из многотиражных газет лагерей и строек НКВД по состоянию на 3 июля: Устьвымлаг — «Лес стройкам», строительство Понышской ГЭС — «Гидроэнергию Уралу», Нижнеамурское строительство — «Сталинская новостройка», Ухтижемлаг — «За Ухтинскую нефть», УИТЛК УНКВД Хабаровского края — «Вперед», Севжелдорстрой — «За Северо-Печорскую магистраль», Унжлаг — «За стахановский труд», Востураллаг — «Большевик леса», Челябметаллургстрой — «За сталинский металл», Вятлаг — «Лес стране», Сиблаг — «За социалистическое животноводство», Воркутстрой — «Заполярная кочегарка», Севураллаг — «За большевистские темпы», Приволжлаг — «Сталинская магистраль», Норильлаг — «За металл», Севпечорлаг — «За полярную магистраль», Каргопольлаг и Джидинлаг — «Красное знамя» (две разные газеты), Усольлаг — «Борьба за лес» (см. подробнее: А. Ю. Горчева. Пресса Гулага (1918—1955). М., 1996).
10 августа приказом № 1677 начальник оперативно-чекистского отдела и заместитель начальника ГУЛАГа полковник ГБ Я. А. Иорш был освобожден от этих должностей, на которых его сменил полковник ГБ П. В. Сафонов, ранее — зам. начальника управления охраны и режима ГУЛАГа (24 августа приказом НКВД СССР № 0340 Иорш будет назначен «уполномоченным НКВД СССР по Ростовской области по организации специальных детских домов на освобожденной от немецко-фашистской армии территории», приказом № 746 от 22 мая 1944-го — заместителем начальника УНКВД Воронежской области, с 12 мая 1949-го — начальником отдела спецпоселений и заместителем начальника УМВД Иркутской области; с 31 октября 1950-го по 11 сентября 1958-го он работал заместителем начальника по общим вопросам 16 стройуправления МВД — с 1955-го переданного в систему Минсредмаша — в городе Ангарске Иркутской области).
18 августа заместитель наркома Чернышов подписал приказ № 0333:

«Произведенным обследованием состояния Талдомской колонии УИТЛК УНКВД Московской области установлено неудовлетворительное состояние содержания заключенных. Порядок трудового использования нарушается. На некоторых лагерных участках продолжительность рабочего дня иногда составляла 20—23 часа в сутки.
Нормальных жилищно-бытовых и санитарных условий не создано. Заключенные размещены в худых палатках, которые протекают, а некоторые из них подвержены затоплению подпочвенными водами.
Многие заключенные постельных принадлежностей не имеют и вынуждены отдыхать на голых нарах, настланных из кругляка. Помещения содержатся в антисанитарном состоянии, сушилок нет, среди заключенных поголовная вшивость.
Питание плохое, пища однообразная. Кипяченой водой заключенные не обеспечены.
Условия по технике безопасности не созданы, в результате многие заключенные на производстве получают травматические повреждения.
Все это привело к ослаблению физического состояния контингента, к увеличению случаев заболеваний и даже смертности.
Состояние изоляции и охраны заключенных неудовлетворительное. Из колонии допущено большое количество побегов преступников.
Приказываю:
1. За нарушения в содержании, трудоиспользовании и изоляции заключенных начальника Талдомской колонии Матвеева арестовать на 10 суток с исполнением служебных обязанностей и удержанием 50 % зарплаты за каждый день ареста.
2. Начальнику УИТЛК УНКВД Московской области подполковнику гб тов. Кроткову в течение 15 суток устранить отмеченные недочеты и навести в указанной колонии надлежащий порядок».

28 августа приказом ГУЛАГа № 197с в составе производственно-технического отдела УИТК ГУЛАГа было организовано Проектно-техническое бюро, которое возглавил (по совместительству) старший инженер производственно-технического отдела УИТК ГУЛАГа Новиков Виктор Александрович. Бюро работало «на базе трудового использования высококвалифицированных работников из состава заключенных», из 25 человек по штату лишь трое — начальник бюро, завхоз и секретарь — были вольнонаемными работниками ГУЛАГа. На Проектно-техническое бюро возлагались: разработка технических проектов по промышленному производству и капитальному строительству УИТК ГУЛАГа; обмен опытом производственной работы колоний и лагерей, входящих в систему УИТК ГУЛАГа, и работа по усовершенствованию методов производства и капитального строительства; экспериментальная работа по использованию приспособлений, заменителей дефицитных материалов и экономии топлива, материалов и инструмента; обработка рационализаторских предложений и изобретений; распространение среди предприятий и строек УИТК ГУЛАГа рациональных методов производственной работы и строительства.
Проектно-техническое бюро УИТК ГУЛАГа работало на базе находившегося на Шаболовке ИТК № 1 УИТЛК УНКВД Московской области.
10 сентября у заместителя наркома С. Н. Круглова состоялось совещание по вопросам улучшения работы ИТЛ и ИТК, на котором присутствовали заместители наркома В. В. Чернышов и Л. Б. Сафразьян, начальник ГУЛАГа В. Г. Наседкин, начальник Центрального финотдела НКВД Л. И. Берензон, начальник УЛЛП НКВД М. М. Тимофеев, заместитель начальника ГУЛЖДС П. В. Худяков, начальник Планового отдела НКВД Б. С. Вайнштейн, зам. начальника ГУЛАГа Г. П. Добрынин, начальник Тюремного управления НКВД М. И. Никольский и начальник Московской конторы снабжения ГУЛЖДС М. Я. Бергер.
Приведем несколько характерных выдержек из стенограммы этого совещания:

«В. Г. Наседкин: Основное предложение, которое мы выносим на решение сегодняшнего совещания, это предложение освободиться от всей ненужной части заключенных, содержащихся в лагерях. Я имею в виду инвалидов, больных, ослабленных, т. е. таких, которые пользы никакой не приносят. Я считаю, что мы должны освободить примерно 200.000 — 250.000 человек. Таким образом, в лагерях тогда останется трудоспособная часть. Изменить несколько режим существования лагерей. Сейчас все заключенные у нас находятся под конвоем и, в основном, отбывают срок наказания. Мне кажется, надо поставить дело таким образом, чтобы заключенные переводились на положение вольнонаемных до конца отбытия срока наказания, т. е. составить из них вроде трудовых батальонов, чтобы они вторую половину наказания отбывали на положении вольнонаемных людей, т. е. предоставить неограниченную переписку, свидания о родными, получение посылок и т. п. …
Следующее предложение, которое, я считаю, следует обсудить на данном совещании, — это вопрос о пополнении, которое мы получаем из тюрем. Пополнение из тюрем поступает очень плохое и составляет 30 % смертности, которая падает на людей, пришедших к нам из тюрем, и пребывание этих людей в лагере не превышает трех месяцев. Тюремные отделы ни в какой мере не заботятся о заключенных. И основная задача у них заключается в том, чтобы скорее человека осудили и направили в колонию. Я думаю, что было бы целесообразнее теперь, когда Наркомат разделен на НКГБ и НКВД, тюрьмы и тюремные управления передать в ведение ГУЛАГа. Мне кажется, что тогда больше будет проявляться заботы о физическом состоянии заключенных за период их нахождения в тюрьмах. На каждый лагерь надо установить твердый лимит емкости и объявить приказом по Управлению лагерей, исходя из расчета установленной нормы 2 кв. метра [на одного заключенного].
Вопрос питания нужно поставить перед правительством с тем, чтобы нормы питания были в лагерях увеличены, потому что какой бы мы порядок ни установили, мы не избавимся от той смертности, которую мы имеем, ввиду того, что питание является недостаточным. Мы пришли к выводу, что питание заключенных должно составлять не менее 2.600 калорий. Для больных надо, чтобы норма была утверждена отдельно. При одной норме у нас получается, что большинство продуктов идет на поддержание контингента [инвалидов, больных и ослабленных], вследствие чего страдает рабочая часть заключенных.
С. Н. Круглов: Я считаю, что известный недостаток в режиме содержания заключенных сводится к тому, что у нас эта задача все еще находится в противоречии с производственными задачами лагеря и мы, сколько ни говорим, но в единстве решать вопросы не научились. Производственные главки не хотят и не желают считаться с теми задачами, над которыми работает ГУЛАГ. Они живут, часто, только сегодняшним днем. Мне кажется, что надо поставить вопрос этот так, чтобы производственные задачи не находились в расхождении с лагерными вопросами. Надо на производственные главки возложить ответственность за состояние лагеря. До сих пор у нас нет положения о лагерях. Мне кажется, что надо подработать положение об ИТЛ НКВД, в котором поставить точно вопросы, чтобы это был документ для работника, который работает в системе лагерей.
Л. И. Берензон: Основным вопросом является продовольствие. Если взять калорийность, которая имеется у нас в лагерях, то она, конечно, не на должной высоте. Страна сейчас продовольствия больше дать нам не может. Основным мероприятием для поднятия производительности труда и питания заключенных — это зачет рабочих дней. У заключенного появляется совершенно иной интерес к работе.
М. М. Тимофеев: Лесные лагеря имеют 20—25% трудоспособных, а остальные совершенно не нужны лагерю потому, что они не могут работать в условиях леса. Я думаю, что совершенно будет правильным освободиться от этого контингента в лагерях, так как совершенно нецелесообразно загружать лагеря таким составом и заботиться о них совершенно без нужды. На сегодняшний день у нас в лагере есть такие люди, которые, выйдя на свободу, могут работать и быть полезными. Я считаю необходимым обязательный ввод зачетов. Главный вопрос заключается в досрочном освобождении.
В лагерях имеется слишком много заместителей, от которых нет никакого толка. Я считаю, что надо оставить двух заместителей: одного по лагерю, другого по производству.
В. В. Чернышов: Наш паек, конечно, несоизмеримо меньше, чем был раньше. Поэтому, естественно, самым тяжелым вопросом является питание. Тов. Берензон прав, что нам надеяться на получение какого-то лимита от государства нельзя, нам ничего не дадут. В этом деле серьезную роль должно играть освобождение от инвалидов, больных и ослабленных, потому что они поедают лучшую часть продуктов, так как один из них ест больше двух здоровых. Но в этом есть опасность в том, что освобождение инвалидов приведет к тому, что люди пойдут на то, чтобы перейти в инвалидность. Должен сказать, что зачеты в условиях сегодняшнего дня — наиболее важный стимул для повышения производительности труда. В свое время это было исключительно высоким стимулом для повышения производительности труда. Мы имели выработку на 300—400%. Люди были в прекрасном состоянии, они лучше и работали. Другого стимула у нас пока нет. Деньги не играют никакой роли, продуктов мы дать не можем, белье дать не можем. Следовательно, это отпадает. Одним из серьезных моментов получения инвалидности являются перевозки, так как отношение к заключенным в пути бездушное, конвоиры, зачастую, поедают у заключенных все продукты. Это — большое зло. Надо сделать так, чтобы начальники эшелонов отвечали за заключенных и доставление их на место».

Что именно из обсуждавшегося на совещании воплотилось в жизнь и как, мы еще увидим в дальнейшем. Здесь же заметим только, что отмененные по предложению Сталина в 1939-м зачеты рабочих дней вновь были постепенно введены — сперва в 1946-м на особоважных стройках Главпромстроя НКВД/МВД, а в 1954-м — по всем лагерям МВД. Но и раньше Особое совещание НКВД СССР имело право досрочного освобождения заключенных и в 1943 году вынесло постановления о досрочном освобождении 5824 человек и о снижении сроков заключения у 7650 человек.
15 сентября указом ПВС «О награждении строителей железных дорог на Волге» удостоились орденов «за успешное строительство в период Отечественной войны 1942—1943 годов новых железных дорог в районе правобережной Волги «Сталинград—Вольск, Ульяновск—Свияжск»» следующие сотрудники различных строительств НКВД (знакомые нам еще по Москва—Волгострою и другим объектам): ордена Ленина — Г. Д. Афанасьев, Ф. А. Гвоздевский, М. В. Филимонов; Трудового Красного Знамени — заместитель начальника ГУЛЖДС П. В. Худяков и главный инженер Желдорпроекта ГУЛЖДС В. А. Червяков; Красной Звезды — начальник строительства В. А. Барабанов, главный инженер строительства В. И. Рождественский и главный инженер экспедиции П. К. Татаринцев. Железные дороги вдоль Волги строили Волжский ИТЛ (начальник — Г. Д. Афанасьев), Приволжский ИТЛ (начальник — Ф. А. Гвоздевский), Саратовский ИТЛ (начальник — В. А. Барабанов) и Нижне-Волжский ИТЛ (начальник — М. В. Филимонов).
20 сентября «за образцовое выполнение заданий правительства в период Отечественной войны» был награжден ряд руководителей НКВД: орденом Ленина — заместитель наркома С. Н. Круглов, орденом Красного Знамени — начальник 4 спецотдела В. А. Кравченко, начальник ГУЛАГа В. Г. Наседкин, начальник Тюремного управления М. И. Никольский, начальник Бутырской тюрьмы А. Л. Пустынский; Трудового Красного Знамени — начальник ГУШОСДОР НКВД К. А. Павлов и заместитель наркома В. В. Чернышов.
30 сентября за особые заслуги в области усиления производства вооружения и боеприпасов в трудных условиях военного времени звание Героя Социалистического Труда было присвоено наркому внутренних дел и члену ГКО Берии (на которого постановлением ГКО № 1271с от 12 февраля 1942-го был возложен контроль за выполнением решений ГКО по производству вооружения и боеприпасов).
30 октября Берия подписал приказ № 001681:

«8 января 1943 года с Краснопресненского пересыльного пункта УИТЛК УНКВД Московской области был направлен этап заключенных в количестве 500 человек в Вятский ИТЛ НКВД.
Ответственные за доставление этапа к месту назначения: начальник эшелона, командир роты 243 полка 36 дивизии войск НКВД лейтенант Кравчук Н. М. и медицинская сестра УИТЛК УНКВД Московской области Панина Л. Н. преступно отнеслись к порученным им обязанностям, не обеспечили заключенных во время следования в пути горячей пищей, необходимым количеством топлива и медицинской помощью. Ряд заключенных, в целях временного обогревания, жгли свою обувь и следовали в неотапливаемых вагонах босые.
По этим причинам за период 14-ти суток следования этапа к месту назначения из 500 заключенных 9 умерло, а 23 человека получили тяжелые обморожения ног.
Приказываю: за преступное отношение к этапированию заключенных, в результате чего последовали смерть и тяжелые заболевания 32 человек, начальника эшелона Кравчук Н. М. и медсестру Панину Л. Н. арестовать и придать суду Военного Трибунала».

11 ноября приказом № 001729 за подписью наркома в Свердловске организовывалась оперативно-чекистская школа НКВД на 200 человек для подготовки и переподготовки сотрудников оперативно-чекистских отделов ИТЛ и ИТК. Все ИТЛ и ИТК должны были к 25 декабря направить в Свердловск по 2—3 кандидата, которым по прибытии в школу предстояло пройти врачебную комиссию и экзамены по русскому языку и истории ВКП(б). Кандидаты должны были отбираться из числа сотрудников ИТЛ и ИТК, членов и кандидатов в члены ВКП(б), с образованием не ниже 7 классов средней школы, не старше 35 лет, имеющих положительные служебные и партийные характеристики, по состоянию здоровья пригодные к оперативной работе и без «компроматериалов по спецпроверке».
10 декабря нарком подписал приказ № 726 «О присвоении званий начальствующего состава государственной безопасности, воинских званий и званий спецслужбы НКВД работникам ИТЛ и ИТК НКВД»:

«В целях укрепления аппаратов лагерного сектора ГУЛАГа НКВД СССР и ИТЛ и ИТК НКВД соответствующими кадрами и повышения роли и ответственности лагерных работников, приказываю:
1. Присвоить соответствующие звания государственной безопасности:
а) работникам центрального аппарата ГУЛАГа НКВД СССР, занимающим должности от инспектора и выше по Управлению охраны и режима и отделам: трудовых и специальных поселений, политическому, кадров, учета и распределения заключенных, контрольно-инспекторскому и культурно-воспитательному;
б) работникам ИТЛ и ИТК НКВД, занимающим должности в управлениях и отделах, перечисленных в пункте «а», за исключением военизированной пожарной охраны, от заместителя начальника отделения и выше;
в) работникам лагерных подразделений, занимающим должности от заместителя начальника лагпункта — колонии (части), им равных и выше.
2. Присвоить соответствующие звания — воинские, интендантской, административной, инженерно-технической, медицинской и ветеринарной службы:
а) работникам центрального аппарата ГУЛАГа НКВД СССР, занимающим должности от инспектора и выше, и инженерно-техническому составу по Управлению ИТК, Управлению общего снабжения, Санитарному и Ветеринарному отделам и Секретариату;
б) работникам военизированной и пожарной охраны ИТЛ и ИТК НКВД среднего и старшего состава от командира взвода (команды) и выше;
в) работникам ИТЛ и ИТК НКВД аппаратов общего снабжения, административно-хозяйственного, финансового и коммунально-бытового отделов, санитарным и ветеринарным работникам от заместителя начальника отделения (части), им равных и выше и специалистам с законченным высшим в средним специальным образованием.
3. Присвоить соответствующие звания, установленные для младшего состава спецслужбы НКВД, работникам ИТЛ и НТК НКВД: младшему начсоставу военизированной и пожарной охраны, инспекторскому составу лагерного сектора и работникам инспекций исправительно-трудовых работ».

14 декабря приказом № 2273 начальнику ГУЛАГа В. Г. Наседкину было присвоено спецзвание комиссара ГБ 3 ранга, а его заместителю Г. С. Завгороднему — комиссара ГБ.
28 декабря приказом № 0458 «Об организации внутренней надзирательской службы в ИТЛ и ИТК НКВД», которая организовывалась за счет численности военизированной охраны и комендантского состава ИТЛ и ИТК с целью «усиления изоляции заключенных», установления постоянного надзора за соблюдением правил режима и внутреннего распорядка, укрепления трудовой дисциплины и контроля за обеспечением бытовых условий. Утвержденное этим же приказом «Положение» о внутренней надзирательской службе определяло ее функции так:

«…Надзиратель безотлучно находится с заключенными как в бараке, так и на производстве.
Заступив на дежурство надзиратель обязан:
— проверить наличие заключенных в прикрепленных к нему бараках;
— произвести обход бараков на предмет выявления подкопов;
— произвести осмотр бараков и изъять запрещенные предметы;
— проверить чистоту и порядок в бараке, знание обязанностей дневальными и состояние кладовок для хранения личных вещей заключенных.
Выявленные во время обхода недостатки надзиратель устраняет на месте и о приеме дежурства докладывает старшему дежурному надзирателю. После сигнала «подъем», заправки заключенными коек и принятия ими туалета надзиратель выстраивает заключенных около барака и организованно ведет в столовую для принятия пищи.
После принятия пищи выстраивает заключенных на поверку, проверяет наличие освобожденных от работы, обеспеченность выходящих на работу вещдовольствием по сезону и приводит их побригадно к вахте для развода на работу. О невышедших на работу заключенных без уважительных причин докладывает старшему надзирателю и принимает меры по его указанию.
По окончании развода надзиратель производит повторный обход бараков и территории, принимая меры к обеспечению в бараках и на территории должного санитарного состояния, снабжению бараков кипяченой водой, топливом и своевременной доставки заключенным пищи на производство.
После развода заключенных на работы, повторного обхода бараков и территории надзиратель следует на производство, где своим неотлучным присутствием обеспечивает:
— дисциплину и порядок среди работающих заключенных;
— выполнение заключенными производственных норм;
— выявление лодырей и отказчиков и принятие к ним соответствующих мер;
— соблюдение изоляции заключенных от посторонних лиц;
— особое наблюдение за заключенными, склонными к побегу;
— недопущение со стороны заключенных промота лагерного имущества;
— наличие на производстве кипяченой воды;
— своевременную и организованную выдачу заключенным пищи;
— своевременное оказание заключенным медицинской помощи при травмах и внезапных заболеваниях;
— точное соблюдение установленного времени перерывов для курения и обогрева;
— окончание работы заключенных в установленное время.
За час до окончания заключенными работы надзиратель возвращается с производства в лагерную зону и подготавливает условия к приему заключенных. По возвращении заключенных в зону лагподразделения-колонии надзиратель обеспечивает организованный прием заключенными пищи.
За 30 минут до отбоя ко сну производит вечернюю проверку и о результатах проверки докладывает старшему дежурному надзирателю.
После сигнала отхода ко сну надзиратель следит, чтобы все заключенные, за исключением работающих в ночной смене, находились в своих бараках, ложились спать, прекратили шум, разговоры и всякое передвижение по лагподразделению-колонии.
Во время нахождения заключенных в бараках надзиратель следит за поведением заключенных, не допускает воровства, картежных и других азартных игр, хулиганства и прочих нарушений. При обнаружении нарушений установленного порядка немедленно принимает меры к их устранению и докладывает старшему надзирателю.
Надзиратель принимает от заключенных как письменные, так и устные заявления и, если заключенному необходимо сделать срочное заявление начальнику лагподразделения-колонии, ставит об этом в известность старшего надзирателя, который докладывает начальнику лагподраздедения-колонии.
Надзиратель обязан всеми мерами пресекать нелегальную переписку заключенных.
Надзиратель присутствует при свиданиях заключенных с родственниками и следит за тем, чтобы во время свидания заключенному не были переданы какие-либо запрещенные предметы или письма. В случае нарушения порядка свидания заключенными или посетителем, надзиратель немедленно прекращает свидание и о случившемся докладывает старшему надзирателю.
При приеме передачи надзиратель следит, чтобы в передаче заключенным не были переданы запрещенные предметы, записки и т. п. Все принятые в передаче предметы и продукты надзиратель обязан тщательно осмотреть.
Находясь на дежурстве, надзиратель обеспечивает вывод заключенных для прохождения санитарной обработки по утвержденному начальником лагподразделения-колонии графику.
Надзиратель приводит в исполнение приказы и постановления руководства лагподразделения-колонии и водворяет заключенных в штрафизолятор или карцер».

К 1 января 1944 года в ИТЛ содержалось 663 594 заключенных.
Поквартальная численность заключенных ИТК в 1943 году составляла: на 1 января — 500 208 человек, на 1 апреля — 537 284, на 1 июля — 534 845, на 1 октября — 550 379 человек; поквартальная численность заключенных тюрем: на 1 января — 237 534 человека, на 1 апреля — 244 409, на 1 июля — 212 928, на 1 октября — 163 246 человек.

НИКИТА ПЕТРОВ
ИСТОРИЯ ИМПЕРИИ "ГУЛАГ"
СТАТЬЯ 11
В ТЕЧЕНИЕ 1944 ГОДА поток осужденных рос: в первом полугодии в лагеря и колонии ГУЛАГа поступило 468 693 человека, во втором — 691 738. Смертность в ИТЛ и ИТК удалось сбить с 22,4 процента (1943) до 9,2 процента (правда, изменилась методика подсчета, на чем мы специально остановимся ниже).
По состоянию на 1 января 1944 года лагерная система имела следующий вид:

1. Актюбинский ИТЛ — 11 831 заключенный, умерло в течение 1944 года — 361 человек;
2. Алтайский ИТЛ (станция Кулунда Омской железной дороги, строительство ветки Кулунда — Михайловское) — 6473, умерло — 271;
3. Архбумлаг (местечко Мечка-Полой, строительство Архангельского целлюлозно-бумажного комбината) — 1649, умерло — 71;
4. Астраханский ИТЛ (Астрахань, рыбная ловля) — 4695, умерло — 1044;
5. Безымянский ИТЛ (станция Кряж Куйбышевской железной дороги, строительство нефтекомбината) — 5990, умерло — 116;
6. Богословский ИТЛ (станция Туринские рудники Свердловской железной дороги) — 12 891, умерло — 1500;
7. Воркуто-Печорский ИТЛ — 25 827, умерло — 3144;
8. Восточный ИТЛ (строительство № 500 — железная дорога Комсомольск — Советская Гавань) — 13 100, умерло — 578;
9. Восточно-Уральский ИТЛ (город Тавда, лесозаготовки) — 9036, умерло — 1060;
10. Вятский ИТЛ (Волосница Кайского района Кировской области, лесозаготовки) — 11 979, умерло — 1549;

От Офф-Топик
К Офф-Топик (02.02.2002 04:13:04)
Дата 02.02.2002 04:18:28

Н.Петров История ГУЛАГА-4

11. Джидинский ИТЛ (поселок Джидастрой Закаменского района Бурят-Монгольской АССР, добыча молибдена и вольфрама) — 8196, умерло — 617;
12. Ивдельский ИТЛ (Свердловская область, лесозаготовки) — 14 166, умерло — 2268;
13. Интинский ИТЛ (Коми АССР, добыча угля) — 7536, умерло — 911;
14. Каменский ИТЛ (село Гримм Красноармейского района Саратовской области, сельхозработы) — 6840, умерло — 477;
15. Карагандинский ИТЛ (сельхозработы) — 50 425, умерло — 5520;
16. Каргопольский ИТЛ (лесозаготовки) — 15 758, умерло — 1243;
17. Красноярский ИТЛ (город Канск, лесозаготовки) — 14 190, умерло — 1099;
18. Котласский ИТЛ (сельхозработы) — 8629, умерло — 1624;
19. Нижне-Амурский ИТЛ (железнодорожное строительство) — 33 746, умерло — 830;
20. Норильский ИТЛ — 34 572, умерло — 1535;
21. Приволжский ИТЛ (Саратов, строительство железной дороги Свияжск — Ульяновск) — 8783, умерло — 492;
22. Волжский ИТЛ (достройка Угличского и Рыбинского гидроузлов) — 519, умерло — 1;
23. Свободненский ИТЛ (город Свободный Амурской области, лесозаготовки) — 9875, умерло — 580;
24. Сибирский ИТЛ (город Мариинск, сельхозработы, лесозаготовки) — 29 627, умерло — 2907;
25. Северо-Двинский ИТЛ (город Вельск, железнодорожное строительство) — 9549, умерло — 712;
26. Северный железнодорожный ИТЛ (поселок Княж-Погост Коми АССР) — 14 757, умерло — 1294;
27. Северо-Печорский ИТЛ — 23 019, умерло — 821;
28. Северо-Уральский ИТЛ (Ирбит, лесозаготовки) — 6133, умерло — 455;
29. Соликамский ИТЛ (село Усть-Боровое, строительство целлюлозно-бумажного комбината) — 2343, умерло — 111;
30. Средне-Бельский ИТЛ (станция Средне-Белая Хабаровской железной дороги, сельхозработы) — 4283, умерло — 255;
31. Северо-Восточный ИТЛ (Дальстрой) — 81 491, умерло — 7322;
32. Тавдинский ИТЛ (Свердловская область) — 2349, умерло — 336;
33. Тагилстрой (Нижний Тагил, строительство металлургического завода) — 25 712, умерло — 869;
34. Темниковский ИТЛ (поселок Явас Мордовской АССР, лесозаготовки) — 11 688, умерло — 1675;
35. Тырны-Аузский ИТЛ (Кабардино-Балкария, производство вольфрамового концентрата) — 1582, умерло — 455;
36. Унженский ИТЛ (Сухобезводное Горьковской области, лесозаготовки) — 17 488, умерло — 2855;
37. Усольский ИТЛ (Соликамск, лесозаготовки) — 20 601, умерло — 4017;
38. Усть-Вымский ИТЛ (поселок Вожаель Коми АССР, лесозаготовки) — 13 615, умерло — 1343;
39. Ухто-Ижемский ИТЛ (Ухта Коми АССР, добыча нефти) — 15 304, умерло — 743;
40. Челябметаллургстрой (строительство металлургического завода) — 11 482, умерло — 488;
41. Ягринский ИТЛ (Молотовск (ныне Северодвинск), строительство № 203 — город и верфи) — 4844, умерло — 668;
42. ИТЛ и строительство Красноярского аффинажного завода — 1349, умерло — 53;
43. Лобвинский ИТЛ (Свердловская область, строительство гидролизного завода) — 1735, умерло — 66;
44. Опокский ИТЛ (деревня Пороги Вологодской области, строительство гидроузла на Сухоне) — 831, умерло — 534;
45. Понышский ИТЛ (город Чусовой, строительство ГЭС) — 3866, умер — 91;
46. Знаменитстрой (деревня Шера Вологодской области, реконструкция шлюза № 7 Северодвинской системы) — 423, умерло — 3;
47. Широковский ИТЛ (город Кизел, строительство ГЭС на реках Косьва и Усьва) — 2241, умерло — 233;
48. Строительство № 1 ГУШОСДОР (Беднодемьяновск Пензенской области, шоссе Рязань—Шацк и Нижний Ломов—Пенза) — 6738, умерло — 585;
49. Строительство № 2 ГУШОСДОР (Голицыно Московской области, восстановление шоссе Москва—Минск) — 4225, умерло — 355;
50. Строительство № 3 ГУШОСДОР (Орел, шоссе Щекино—Орел) — 2769 (на 1 апреля), умерло — 385;
51. Каспийский ИТЛ (Баку, строительство нефтепроводов) — 3818, умерло — 274;
52. Строительство № 4 ГУШОСДОР (Чебоксары, шоссе Горький—Казань) — 2887, умер — 131;
53. Химкинский лагерный участок (Москва, село Никольское) — 1176, умерло — 136.
Всего в ИТЛ содержалось 663 594 заключенных, в течение года из них умерло 60 948 человек.

На 1 января насчитывался 981 каторжанин, из них в Воркутинском ИТЛ — 494, в Карлаге — 345. В течение года в лагеря поступило 13 869 каторжан, убыло — 2431 (освобожден 21 человек, умерло — 2136, бежало — 25). Смертность среди каторжан в силу особо жесткого режима заметно превышала общую смертность в ИТЛ (к 1 января 1945-го в пяти ИТЛ будет содержаться 12 254 каторжанина).
На Колыме (Дальстрой) на 1 января 1944 года числился 81 491 заключенный, прибыло за год — 56 160, убыло — 46 435 (освобождено — 12 947, умерло — 7322, бежало — 470), к началу 1945-го в лагерях Дальстроя числилось 91 216 заключенных.
7 января 1944 года нарком Берия подписал приказ № 0013 «Об организации специального Черногорского лагеря в Красноярском крае», гласивший:

«Органами НКВД СССР на Украине выявлено значительное количество предателей и пособников немецко-фашистских оккупантов из числа лиц, именующихся «фольксдейче», которые находились под особым покровительством немецкого командования и были наиболее тесно связаны с оккупантами. Наркомвнуделом дано указание всех «фольксдейче» арестовывать и судить Особым Совещанием НКВД СССР. Осужденных направлять в специальный лагерь. В целях обеспечения особого режима охраны и содержания осужденных предателей и пособников немецко-фашистских оккупантов «фольксдейче», приказываю:
— организовать специальный лагерь на базе Черногорской колонии УНКВД Красноярского края по добыче угля. Лагерь именовать: Черногорский специальный исправительно-трудовой лагерь НКВД. Начальником лагеря назначить капитана госбезопасности Зубова Н. И. Черногорский спецлагерь подчинить УИТЛК Красноярского края;
— установить в Черногорском спецлагере НКВД особострогий режим для заключенных из состава «фольксдейче», обеспечивающий надлежащую охрану заключенных и наиболее полное использование заключенных на работе по добыче угля и другим работам в лагере. Ныне работавших в колонии заключенных заменять постепенно по мере прибытия новых заключенных по настоящему приказу;
— Наркому внутренних дел УССР комиссару гб 3 ранга Рясному и начальнику 1 с/о НКВД СССР полковнику гб Кузнецову всех осужденных ОСО для заключения в лагере немецких пособников «фольксдейче» немедленно направлять в Черногорский лагерь НКВД (станция Черногорск Красноярской ж. д.);
— начальнику Управления конвойных войск НКВД СССР генерал-майору Бочкову обеспечить перевозку «фольксдейче» вагонзаками в Черногорский спецлагерь».

7 января циркуляром НКВД № 6 разрешалось «всем заключенным переводить своим родственникам не свыше 50% денежной суммы, находящейся на их лицевых счетах, с таким расчетом, чтобы у каждого заключенного к моменту его освобождения из исправительно-трудового лагеря — колонии оставалась сумма, достаточная на первое время после освобождения из заключения».
20 января среди сотрудников НКВД СССР появились сразу два новых Героя Социалистического Труда. Еще 9 января нарком Берия подписал письмо на имя председателя ГКО Сталина:

«НКВД СССР докладывает, что Дальстрой НКВД 29 декабря 1943 года закончил выполнение установленного Правительством плана золотодобычи 1943 года. Добыто 70 тонн химически чистого золота. Олова добыто 3.000 тонн (в пересчете на чистый металл). Благодаря энергичной и настойчивой работе начальника Дальстроя т. Никишова И. Ф., начиная с 1940 года, Дальстрой резко увеличил добычу золота и олова. За семь первых лет существования Дальстроя по 1939 год Дальстрой добыл 228,6 тонн золота. За последние четыре года: 1940—1943 гг. добыто золота — 305 тонн. За 1936—1939 гг. добыто олова в концентратах — 762 тонны. За последние четыре года: 1940—1943 гг. добыто олова в концентратах — 12.627 тонн.
Работа Дальстроя особенно в годы войны протекала в крайне трудных условиях при серьезном уменьшении завоза материалов, оборудования и рабочей силы. Дальстрой обеспечил в условиях военного времени выполнение плана по золото- и оловодобыче в значительной степени путем мобилизации внутренних ресурсов. Особенно широко использовал Дальстрой свои ремонтно-механические и машиностроительные заводы для производства нового оборудования, ремонта механизмов, производства запасных частей и перевода значительной части автотранспорта с бензина на твердое топливо. Большие успехи имеет также Дальстрой в области увеличения собственных продовольственных ресурсов (рыба, овощи, мясо, молоко) и производства одежды и обуви за счет местного сырья и отходов для своих нужд. НКВД СССР просит, за особые заслуги в деле промышленного освоения Дальнего Севера и обеспечение в трудных условиях военного времени успешного выполнения плана добычи золота и олова, присвоить звание Героя Социалистического Труда начальнику Дальстроя т. Никишову И. Ф. и начальнику Геологического управления Дальстроя т. Цареградскому В. А. Т. Никишов, работая начальником Дальстроя с 1939 года, показал высокие организаторские способности, энергию и проявил себя, как крупный организатор, успешно оправившийся в трудных условиях военного времени с задачей руководства сложным хозяйством Дальстроя. Т. Цареградский за 15 лет своей работы в Дальстрое лично участвовал в открытии многочисленных месторождений золота, олова, каменного угля и других полезных ископаемых и, в целом, провел большую работу по изучению и освоению Колымы. Т. Цареградский является крупным геологом, имеет ряд серьезных трудов, обобщающих геологические данные колымских месторождений.
Представляя проект Указа Президиума Верховного Совета СССР, прошу Вашего решения».

12 января приказом № 0049 «в целях усиления оперативного обслуживания спецпереселенцев-калмыков, прибывших в Казахскую и Киргизскую ССР, в Алтайский и Красноярский края, Омскую и Новосибирскую области», отдел трудовых и спецпоселений ГУЛАГа был реорганизован в Отдел спецпоселений ГУЛАГа, начальником которого был назначен полковник ГБ П. И. Мальцев (ранее руководивший контрольно-инспекторским отделом ГУЛАГа), а 3 февраля приказом № 183 Мальцев будет (по совместительству) назначен также заместителем начальника ГУЛАГа.
Тем же приказом № 0049 от 1944 года было утверждено «Положение об Отделе специальных поселений ГУЛАГа НКВД СССР», которым на отдел возлагались: руководство агентурной и следственной работой по спецпереселенцам; руководство административными и организационными мероприятиями в местах расселения спецпереселенцев; организация персонального и количественного учета спецпереселенцев. Была утверждена и структура отдела спецпоселений:
— 1 (оперативное) отделение — агентурно-оперативное обслуживание спецпереселенцев с Северного Кавказа и калмыков;
— 2 (оперативное) отделение — агентурно-оперативное обслуживание немцев и ссыльно-поселенцев из прибалтийских республик и Молдавской ССР;
— 3 (оперативное) отделение — агентурно-оперативное обслуживание бывших кулаков);
— 4 (административно-организационное) отделение — вопросы административного управления спецпереселенцев (составление положений, инструкций, приказов и других руководящих документов по обслуживанию спецпереселенцев; разработка и осуществление «мероприятий по вопросам режима в спецпоселках» и оформление дел по освобождению спецпереселенцев);
— 5 (учетное) отделение — организация и руководство персональным и количественным учетом спецпереселенцев, периодическое составление отчетов об их движении.
29 января приказом № 0090 объявлялось:

«Оперативно-чекистским отделом Ухтоижемского ИТЛ НКВД вскрыта и ликвидирована бандитская группа, совершившая в лагере ряд крупных ограблений и готовившая ограбление базы Леспродторга Коми АССР. В результате умелого сочетания агентурных и следственных мероприятий все участники банды выявлены и арестованы, часть похищенного имущества обнаружена.
Приказываю: начальнику отделения БХСС оперативно-чекистского отдела Ухтоижемского ИТЛ НКВД капитану гб Пригор Михаилу Павловичу и оперуполномоченному оперчекотдела мл. лейтенанту гб Климову Михаилу Ивановичу объявить благодарность и выдать вознаграждение в размере месячного оклада каждому».

10 февраля наркомам внутренних дел союзных и автономных республик и начальникам УНКВД краев и областей был направлен циркуляр НКВД № 48: «Осужденных к каторжным работам женщин, годных к физическому труду, впредь направляйте в Севвостлаг на станцию Находка Приморской ж. д. плановыми маршрутами вагонзаков».
22 февраля всем начальникам ИТЛ и УИТЛК—ОИТК НКВД/УНКВД был разослан циркуляр НКВД № 66:

«НКВД СССР за последнее время в лагерях вскрыты ряд фактов обвешивания и недодачи хлеба заключенным с целью хищений путем подпиливания и уменьшения этим веса металлических гирь. В соответствии с этим приказываю: начальникам лагерей, УИТЛК—ОИТК НКВД/УНКВД под личную ответственность с получением сего произвести выверку гирь и весов во всех без исключения хлеборезках, каптерках, кухнях-столовых, буфетах, ларьках, киосках, магазинах, продбазах, складах, кладовых всех лагерных подразделений и колоний. При обнаружении фактов злоупотреблений виновных привлечь к ответственности. Неисправные гири и весы из употребления изъять, произвести их ремонт и клеймение. О результатах проверки донести мне к 20 апреля. Заместитель Народного комиссара внутренних дел СССР комиссар госбезопасности 2 ранга Чернышов».

26 февраля приказом № 85 на базе Управления строительства гидротехнических узлов на реке Волге (Волгострой) НКВД и Рыбинского ИТЛ воссоздавался Волжский ИТЛ (Волголаг), начальником которого был назначен — с должности главного инженера Широкстроя НКВД — генерал-майор инженерно-технической службы В. Д. Журин (в 1937-м он уже был главным инженером Волгостроя НКВД, а в 1940—1942 годах — начальником Волгостроя—Волголага).
Главным инженером Широкстроя тогда же стал инженер-майор С. И. Погарский (в 1935—1937 годах работавший на строительстве канала Москва — Волга, за что 14 июля 1937-го был награжден орденом Ленина, а с 10 июня 1942-го — начальник и главный инженер Волгостроя НКВД).
Бывший начальник Рыблага подполковник ГБ И. Ф. Заикин стал теперь заместителем начальника Волгостроя по лагерю. Руководство Волгостроем было возложено на Главпромстрой НКВД. На 1 января 1944 года в Рыблаге числилось 22 584 заключенных; в течение этого года в Волжский ИТЛ прибыло 11 681 заключенный, убыло — 12 775 человек, из них освобождено — 6839, умерло — 4843, бежало — 135; к 1 января 1945-го в Волголаге насчитывалось 21 490 заключенных.
10 марта заместитель наркома Чернышов подписал приказание НКВД № 17:

«В типографии Рыблага НКВД вскрыта и ликвидирована хищническая группа, занимавшаяся изготовлением в типографии фиктивных продкарточек и отовариванием их в магазинах лагеря. Участники группы: зав. типографией Варгунина, технорук Павлов и другие, пользуясь отсутствием учета в типографии и контроля за их деятельностью, ежемесячно имели по 10—15 похищенных продкарточек и одновременно расхищали бумагу и другие технические материалы, обменивая их на продовольствие или продавая за деньги. В целях предупреждения от повторения злоупотреблений в других лагерях НКВД, приказываю:
— немедленно проверить в каждом лагере хранение, учет и выдачу бланков продовольственных заборных документов, как в местах изготовления их (в собственных типографиях), так и в подразделениях, где выдаются продкарточки и заборные книжки рабочим и служащим;
— в дальнейшем ежемесячно производить ревизии учета, хранения и выдачи продкарточек и заборных документов;
— при обнаружении злоупотреблений немедленно привлекать виновных к ответственности и сообщать в ГУЛАГ НКВД;
— выявленные ненормальности в учете и в хранении бланков, нарушение инструкций по учету и хранению — немедленно устранять на месте».

11 марта приказом № 346 начальнику управления снабжения и заместителю начальника ГУЛАГа подполковнику ГБ А. А. Усиевичу было присвоено очередное спецзвание — «полковник госбезопасности».

17 марта приказом № 00286 в связи с массовыми переселениями в Казахстан и Киргизию чеченцев, ингушей, карачаевцев и балкарцев Отдел спецпоселений был выделен из ГУЛАГа в самостоятельный отдел НКВД, начальником которого был назначен бывший офицер для особых поручений при наркоме внутренних дел полковник ГБ М. В. Кузнецов, а прежний начальник отдела П. И. Мальцев стал его заместителем. Всего за 1941—1944 годы было переселено более 1,5 миллиона немцев, карачаевцев, чеченцев, ингушей, балкарцев, калмыков, крымских татар, греков, болгар, армян, а также турок, курдов и хемшилов.
На 1 сентября 1944 года на учете Отдела спецпоселений (ОСП) НКВД значилось: бывших кулаков — 666 000 человек, немцев — 589 000, чеченцев и ингушей — 496 000, карачаевцев — 68 000, балкарцев — 38 000, «переселенных из Крыма» — 225 000, калмыков — 93 000, ссыльнопоселенцев из Прибалтики и Молдавии — 45 000 человек. Кроме этого, в сентябре—ноябре из пограничных районов Грузии было выселено 91 095 турок, курдов и хемшилов.
Наибольшее количество спецпереселенцев находилось в Казахстане — 930 000 человек, Новосибирской области — 167 800, Узбекистане — 160 000, Красноярском крае — 135 300, Киргизии — 131 000, Омской области — 130 500 человек. В сельском хозяйстве (в колхозах и совхозах) было занято 1 150 000 человек, в промышленности и на стройках — 1 075 000 человек. В Красную Армию было мобилизовано 60 000 бывших кулаков.
8 марта 1944 года за войсковые операции по выселению калмыков, карачаевцев, чеченцев и ингушей орденами и медалями было награждено 714 сотрудников НКВД, НКГБ и ГУКР (Главного управления контрразведки) «Смерш» Наркомата обороны. Ордена Суворова I степени получили Л. П. Берия, Б. З. Кобулов, С. Н. Круглов, И. А. Серов; Кутузова I степени — А. Н. Аполлонов, В. Н. Меркулов и И. И. Пияшев (командир 1-й мотострелковой дивизии НКВД, как тогда называлась ОМСДОН им. Дзержинского); Суворова II степени — В. С. Абакумов; Кутузова II степени — С. А. Гоглидзе, М. С. Кривенко, С. И. Огольцов; Красной Звезды — В. М. Бочков.
7 июля за выселение из Крыма татар, болгар, греков и армян был награжден 371 чекист. Ордена Красного Знамени получили Б. З. Кобулов, И. А. Серов, В. Т. Сергиенко (нарком внутренних дел Крымской АССР) и П. М. Фокин (нарком госбезопасности Крымской АССР); Отечественной войны I степени — В. М. Бочков, Б. П. Обручников, И. И. Пияшев, М. Г. Свинелупов, И. С. Шередега.
3 декабря за выселение из пограничных районов Грузии турок, курдов и хемшилов было награждено 413 чекистов, ордена Отечественной войны I степени тогда получили Б. З. Кобулов и И. И. Пияшев.
Из руководителей ГУЛАГа во всех этих операциях участвовал лишь Г. П. Добрынин, получивший орден Суворова II степени (за выселение чеченцев и ингушей) и два ордена Отечественной войны I степени (за выселение крымских татар и за выселение из Грузии). Помимо этого, 3 августа приказом НКВД № 355 Добрынин был награжден медалью «За оборону Кавказа», а 3 ноября указом ПВС — орденом Красной Звезды за выслугу лет в НКВД, получив, таким образом, только за один 1944 год сразу 4 ордена и одну медаль.

20 апреля приказом № 185 возобновлялось строительство здания в Москве для архива ГУЛАГа (нынешней дом 3 на Выборгской улице). Производство работ было возложено на Химкинский лагерный участок Главпромстроя НКВД; передачу здания архива в эксплуатацию предписывалось произвести уже в 1944 году, после чего ГУЛАГу надлежало немедленно приступить к концентрации здесь материалов ликвидированных лагерей, УИТЛК и ОИТК НКВД/УНКВД.
24 мая Г. М. Орлов был назначен наркомом целлюлозной и бумажной промышленности СССР, а 25 мая приказом № 776 освобожден от должности начальника Главпромстроя НКВД «в связи о переходом на другую работу»; этим же приказом новым начальником ГУЛПС НКВД был назначен генерал-майор инженерно-технической службы А. Н. Комаровский, ранее начальник Челябметаллургстроя НКВД. 2 июня нарком Берия направил в адрес ЦК ВКП(б) на имя Г. М. Маленкова письмо с просьбой освободить Орлова от должности начальника ГУЛПС в связи с переходом на другую работу и утвердить в этой должности Комаровского.
В мае «столицу» Дальстроя — Магадан посетил вице-президент США Генри Уоллес. О подробностях этого визита начальник Дальстроя И. Ф. Никишов докладывал Берии следующее:

«С 24 по 26 мая с. г. включительно вице-президент США Уоллес с тремя сотрудниками и четырьмя офицерами посетил город Магадан. В городе осмотрел порт, авторемонтный завод, школу-десятилетку, столовую, магазин, склад пушнины, свиносовхоз в 23 километрах от гор. Магадана, дом культуры. 25 мая с. г. вечером в Магадане слушал концерт. На Нижнем Сеймчане осмотрел поселок Южного горнопромышленного управления, также осмотрел школу, столовую, детский интернат, парткабинет и в клубе смотрел кинокартину «Два бойца». В Западном горнопромышленном управлении осмотрел Сусуманский совхоз, один участок прииска им. Фрунзе и был на одном приборе на прииске «Комсомолец». На обоих этих приисках работает вольнонаемный состав. На прииске имени Фрунзе Уоллес беседовал с рабочими. 29 мая 1944 года. Дальстрой НКВД, Никишов».

Однако в Москве, видимо, не были удовлетворены этой информацией, и 6 июня Никишов направил туда еще одну телеграмму:

«Из Магадана Наркому внутренних дел СССР товарищу Берия. В дополнение моей телеграммы о пребывании Уоллеса в городе Магадан и на предприятиях Дальстроя, докладываю: на протяжении всех трех суток пребывания Уоллес, в основном, интересовался следующими вопросами:
1. При первой встрече со мной задал вопрос, как я считаю, целесообразно ли на территории Чукотки и Колымы иметь железную дорогу или же использовать авиацию. На что я ответил: при большом количестве перевозок грузов и движения людей одной авиацией обойтись нельзя, основную роль все же будет играть либо железнодорожный транспорт, либо автотранспорт, а на больших расстояниях, когда не везде является необходимость строить дорогу, целесообразно использовать авиацию.
2. Несколько раз задавался вопрос, какое количество людей работает в Дальстрое.
3. Считаю ли я необходимой добычу золота во время войны и нужно ли будет золото после войны. На это я ответил, что если этот вопрос относится к добыче золота в Дальстрое, то в работе Дальстроя золото является не основным. Основная деятельность Дальстроя — строительство аэродромов, дорог, геолого-поисковые работы, рыбная ловля, эксплуатация Колымского речного транспорта, эксплуатация Нагаевского торгового порта. Указания по добыче золота Дальстрой получает от правительства и, если правительство дает указание по добыче золота, то, стало быть, золото нужно. Что касается, нужно ли будет золото после войны, полагаю, что золото своего значения и своей роли не изживет еще долго, и оно нужно как во время войны, нужно будет и после войны не только СССР, но и всем странам.
4. Упорно на протяжении двух суток во всевозможных вариантах задавались вопросы мне: сколько добывается золота Дальстроем. Первый вопрос был задан после пребывания на Колыме на прииске Фрунзе после того, как посмотрели съемку золота на промприборе. Сколько Дальстрой в сутки добывает золота? На это я ответил: вот с этого промприбора 3—4 килограмма. После поездки на Чай-Урьинскую долину был задан вопрос, а сколько промприборов в Дальстрое. Я ответил: на этой долине 50—60 промприборов. Затем был задан вопрос, а сколько было добыто золота Дальстроем в 1943 году, на что я ответил: так как химическая обработка золота в Дальстрое не производится, а производится на аффинажном заводе в Москве, поэтому я этих данных не имею, тогда задается вопрос, а все же, примерно сколько? На что я ответил: процентов на 7—8 больше, чем в 1942 году. Больше вопросов не задавалось. И, наконец, в гостинице аэропорта в Сеймчане при разговоре со мной и с тов. Гоглидзе в присутствии его спутников и наших товарищей выразился так: «О Дальстрое мы слышали в Америке и знали, что это большой трест. Здесь, побывав на территории треста Дальстроя, мы убедились в этом и должны заявить, что в Америке таких мощных трестов, охватывающих столь много работ и разностороннего характера, нет и, я думаю, что Дальстрой будет давать государству большую часть золота, чем остальные предприятия вашей страны». На это ни тов. Гоглидзе, ни я ничего не ответили.
Следующий вопрос, по моему мнению, который интересовал Уоллеса и спутников, это увидеть лагерь заключенных, но так как они нигде не видели не только лагерь, но даже и отдельных заключенных, то в этом вопросе они были разочарованы. Перед отлетом в Якутск утром 27 мая с. г. на аэродроме в Нижнем Сеймчане перед посадкой в самолет Уоллес на прощанье, пожимая мне руку, благодарил меня за то, что я ему показал в Дальстрое все, что он видел, ему понравилось, а также благодарил за теплый прием его и его спутников и снова заявил многократно, что мы в Америке знаем Дальстрой, много о нем слышали, но то, что я увидел лично сам, это превзошло все наши представления о Дальстрое. На это я ему ответил, что в Советском Союзе такая мощная и крупная хозяйственная организация, как Дальстрой, не единична. На это Уоллес сказал следующее: «Я надеюсь, что после войны Дальстрой будет еще больше развиваться, а это еще больше укрепит дружбу США и Советского Союза». 25 июня вечером в городе Магадане Уоллес со своими сотрудниками и 4 офицерами в присутствии тов. Гоглидзе, представителя НКВД, начальника особой воздушной трассы генерала Семенова, полковника Мазурука осмотрели Магаданский дом культуры, осмотрели выставку изобразительного искусства и изобретательства. В книге посетителей сделал следующую надпись: «Выдающееся художественное выражение сильного народа, который первый начал освоение этого края. Генри Уоллес».
После осмотра дома культуры присутствовали все на концерте. Концертом Уоллес остался доволен. Особенно большое впечатление концерт произвел на спутников Уоллеса и офицеров, сопровождавших его. При осмотре художественной выставки Уоллесу понравились две картины, он изъявил желание их купить. Посоветовавшись с тов. Гоглидзе, мы решили ему их подарить. Картины Уоллес принял с большой благодарностью. Больше каких-либо особых моментов за время пребывания Уоллеса в Магадане и на предприятиях Дальстроя не было».

Обе эти телеграммы Никишова были доложены Сталину и Молотову.
3 июня приказом № 0660 с 25 июня при Волголаге вновь открывалась «постояннодействующая межлагерная школа ГУЛАГа НКВД СССР по подготовке проводников служебного собаководства на 50 человек курсантов», ее организация возлагалась на начальника Волгостроя генерал-майора инженерно-технической службы Журина.
26 июня Берия направил Сталину следующее письмо:

«В соответствии о постановлением ГКО № 5637с от 16 апреля 1944 года НКВД СССР возобновил работы по Волгострою, законсервированные осенью 1941 года.
За время строительства объем выполненных работ составил 1.500 млн. рублей при общей стоимости строительства 1.813 млн. рублей. Введены в эксплуатацию:
— Угличская гидростанция с двумя агрегатами по 55 тысяч киловатт каждый и Угличский шлюз;
— Рыбинская гидростанция с двумя первоочередными агрегатами из запроектированных шести по 55 тысяч киловатт каждый и один из двух Рыбинских судоходных шлюзов;
— Угличское и Рыбинское водохранилища с судовыми ходами по ним;
— около 200 км железнодорожных обходных путей и свыше 120 км автогужевых дорог со всеми мостами и искусственными сооружениями.
В результате ввода сооружений во временную эксплуатацию с Угличской и Рыбинской гидростанций за время их работы по 1 мая 1944 года подано в Московскую энергосистему 2.327 млн. квт/часов электроэнергии. Создано 732 км новых магистральных глубоководных путей и увеличена транзитная глубина по реке Волге ниже Рыбинска с 1,6 метра до 2,6 метра. При строительстве гидротехнических сооружений Волгостроя применен ряд крупных технических усовершенствований:
— самые большие в мире турбины типа Каплана с диаметром рабочего колеса 9 метров;
— внедрена впервые в СССР система бокового наполнения и опорожнения судоходных шлюзов, что позволило вдвое увеличить их пропускную способность;
— на строительстве применялись плотный и экономный трехкомпонентный цемент, железобетонные оболочки и сварные арматурные фермы.
НКВД СССР ходатайствует о награждении орденами и медалями СССР наиболее отличившихся инженерно-технических, административно-хозяйственных работников, рабочих Волгостроя и заводов, изготовлявших оборудование. Прилагая проект Указа Президиума Верховного Совета Союза ССР, прошу Вашего решения».

14 июля появился и указ ПВС «О награждении орденами и медалями инженерно-технического, административно-хозяйственного состава и рабочих Волгостроя НКВД», которым «за выдающиеся успехи и технические достижения по строительству гидроузлов на реке Волге» был награжден 161 человек, из них орденом Трудового Красного Знамени — 33 человека, орденом «Знак Почета» — 70, медалью «За трудовую доблесть» — 36, медалью «За трудовое отличие» — 22 человека. Ордена Трудового Красного Знамени получили полковник ГБ Быховский Владимир Петрович (заместитель начальника Волгостроя), подполковник ГБ Добровольский Николай Александрович (бывший заместитель начальника Волгостроя), генерал-майор инженерно-технической службы Жук Сергей Яковлевич (бывший заместитель начальника и главный инженер Главгидростроя НКВД), генерал-майор инженерно-технической службы Журин Владимир Дмитриевич (начальник и главный инженер Волгостроя), инженер-полковник Мальцев Михаил Митрофанович (бывший помощник главного инженера и главный механик Волгостроя), инженер-майор Погарский Сергей Иванович (бывший начальник и главный инженер Волгостроя), генерал-майор инженерно-технической службы Рапопорт Яков Давидович (бывший начальник Волгостроя). Таким же орденом был награжден Ю. В. Андропов, до 1940-го — секретарь Ярославского обкома ВЛКСМ.
27 июня Берия подписал приказ НКВД № 289 «Об организации трудовой колонии НКВД для несовершеннолетних», которым «для подготовки кадров строительным объектам Главпромстроя НКВД СССР» предписывалось:

«1. Организовать к 15 июля 1944 года трудовую колонию при Волгострое НКВД СССР на 600 несовершеннолетних заключенных мальчиков.
2. Комплектование трудовой колонии производить воспитанниками в возрасте от 14 лет.
3. Работу и производственное обучение воспитанников колонии организовать в мастерских и других участках строительства.
4. Начальнику Волгостроя генерал-майору инженерно-технической службы Журину выделить для колонии помещения под общежития воспитанников, школу, столовую, санчасть и другие культурно-бытовые службы колонии. К 15 августа 1944 года произвести необходимый ремонт и переоборудование помещений и обеспечить колонию жестким инвентарем, транспортом, топливом.
5. Начальнику УНКВД Ярославской области комиссару гб Губину подобрать и представить на утверждение в Отдел кадров НКВД СССР начальника трудовой колонии».

19 июля приказом № 0149 в ведение ГУЛАГа передавались спецлагеря, ранее подчиненные УПВИ; этим же приказом вводилась должность заместителя начальника ГУЛАГа по спецлагерям НКВД, а штаты ГУЛАГа увеличивались на 14 единиц. Заместителем начальника ГУЛАГа по спецлагерям НКВД был назначен полковник ГБ Г. М. Грановский (ранее начальник отдела учета и распределения заключенных ГУЛАГа; новым начальником ОУРЗ приказом № 1469 от 5 октября станет З. И. Алешинский, до того заместитель начальника этого отдела).

Однако в ведении ГУЛАГа спецлагеря долго не задержались, и уже 28 августа приказом № 001063 на базе отдела спецлагерей ГУЛАГа будет создан самостоятельный Отдел спецлагерей НКВД СССР, который возглавит полковник ГБ Н. И. Шитиков, ранее заместитель начальника УНКВД Московской области.
10 октября приказом № 001245 будет сокращена и должность заместителя начальника ГУЛАГа по спецлагерям — с одновременным введением должности еще одного заместителя начальника ГУЛАГа, на которой остался Г. М. Грановский.
Отдел спецлагерей НКВД СССР в январе 1945 года будет переименован в Отдел проверочно-фильтрационных лагерей (ОПФЛ) НКВД СССР, начальником которого останется Н. И. Шитиков.
Со дня организации спецлагерей НКВД в декабре 1941-го и до июля 1944 года через них прошло 375 368 человек «спецконтингента», в том числе в 1942-м — 172 081 человек, в 1943-м — 127 628, в 1944-м — 75 659 человек. Из них бывших военнослужащих Красной Армии, находившихся в плену или в окружении противника, было 328 365 человек; полицейских, старост и других пособников оккупационных властей — 25 571 человек; гражданских лиц призывного возраста, находившихся на территории, занятой противником, — 21 432 человека. За тот же период из спецлагерей убыло 283 789 человек спецконтингента, из них: проверено и передано райвоенкоматам — 233 887 человек, направлено на формирование пятнадцати штурмовых батальонов по распоряжению Генштаба Красной Армии — 12 808, передано в постоянные кадры оборонной промышленности по решениям ГКО — 20 284, арестовано и осуждено — 11 658 человек. Бывшие военнослужащие в соответствии с решениями ГКО использовались в основном на предприятиях оборонной промышленности: 56 процентов спецконтингента — в угольной отрасли, более 30 процентов — на работах по восстановлению разрушенных и строительству новых предприятий.

17 августа 1944 года начальник ГУЛАГа комиссар ГБ 3 ранга В. Г. Наседкин представил на имя наркома доклад «О работе Главного управления исправительно-трудовых лагерей и колоний НКВД СССР за годы Отечественной войны 1941—1944 гг.»:

«ГУЛАГ НКВД осуществляет руководство ИТЛ, подчиненными непосредственно Центру, республиканскими и областными управлениями и отделами ИТЛ, входящими в состав НКВД—УНКВД по территориальности. По состоянию на 1 июля 1944 года имеется:
— исправительно-трудовых лагерей — 56;
— УИТЛК—ОИТК НКВД/УНКВД — 69.
В состав ИТЛ, УИТЛК—ОИТК НКВД/УНКВД входит отдельных лагерных подразделений — 910, ИТК — 424, городских и районных инспекций исправительно-трудовых работ — 1.549. Штатная численность указанных подразделений — 85.000 человек (без ВОХР).
За время войны вновь организовано 40 ИТЛ, 11 — УИТЛК и 15 — ОИТК НКВД/УНКВД.
За тот же период расформировано ИТЛ — 69, УИТЛК — 1, ОИТК — 12.
Центральный аппарат ГУЛАГа НКВД СССР в своем составе имеет 3 управления и 13 самостоятельных отделов со штатной положенностью 525 единиц.
В 1941—1944 гг. было мобилизовано и передано в Красную Армию 117.000 человек основных кадров ИТЛК, в том числе — 93.500 человек из ВОХР. В связи с этим работа отделов кадров в военное время как Центрального аппарата, так и периферии была направлена на изыскание источников комплектования. В основном, эти источники были изысканы за счет привлечения к работе в ИТЛК инвалидов Отечественной войны и женщин. В настоящее время число женщин, работающих в ИТЛК на административных и хозяйственных должностях, составляет 31% от общего количества сотрудников.
На 22 июня 1941 года число заключенных, содержащихся в ИТЛК, составляло — 2.300.000 человек. На 1 июля 1944 года — 1.200.000 человек. Снижение числа заключенных объясняется применением досрочного освобождения в соответствии с Указами Президиума Верховного Совета СССР, постановлениями ГКО и пленума Верховного Суда СССР.
За три года войны из лагерей и колоний убыло — 2.900.000 человек, вновь поступило осужденных — 1.800.000 человек.
В 1941 году осужденные за контрреволюционные и другие особоопасные преступления составляли — 27% от общего числа заключенных, содержащихся в лагерях и колониях, в 1944 году число осужденных этой категории возросло до 43%.
В ИТЛ содержится 5.200 заключенных, осужденных к каторжным работам.
В 1941 году заключенных мужчин содержалось — 93%. В 1944 году мужчин — 74%, женщин — 26%.
Эвакуации подверглись 27 ИТЛ и 210 ИТК с общим числом заключенных — 750.000 человек.
По представлению НКВД СССР Президиумом Верховного Совета СССР 12 июля и 24 ноября 1941 года были изданы Указы о досрочном освобождении некоторых категорий заключенных, осужденных за прогулы, бытовые и незначительные должностные и хозяйственные преступления с передачей лиц призывных возрастов в Красную Армию. Во исполнение Указов Президиума Верховного Совета СССР ГУЛАГом было освобождено — 420.000 человек
По решению ГКО в течение 1942—1943 гг. было досрочно освобождено и передано в Красную Армию — 157.000 человек из числа осужденных за незначительные преступления.
Всего за три года Отечественной войны было передано в Красную Армию — 975.000 человек.
За годы войны на строительства НКВД было направлено свыше 2.000.000 человек, в том числе:
— строительство железных дорог — 448.000 человек;
— промышленное строительство — 310.000 человек;
— лагерям лесной промышленности — 320.000 человек;
— горно-металлургическое строительство — 171.000 человек;
— аэродромное и шоссейное строительство — 268.000 человек;
— строительство оборонительных рубежей — 200.000 человек.
Лагерная рабочая сила из числа заключенных выделялась 640 предприятиям и строительствам других наркоматов (до войны заключенные выделялись только 350 предприятиям). Всего выделялось — 225.000 заключенных, которые содержались в специальных ИТК. По видам работ заключенные специальных колоний использовались:
— строительные работы — 34%
— на производстве (в цехах) — 25%
— горнорудные работы — 11%
— лесозаготовки, погрузочно-разгрузочные работы — 30%.
Выходы заключенных на основные работы составляют 83,5% против 78% до войны.
Удельный вес трудовых групп в общем составе заключенных по категориям труда составлял (в процентах на 1942 год):
— годных к тяжелому труду — 19,2%
— годных к среднему труду — 17%
— годных к легкому труду — 38,3%
— инвалиды и ослабленные — 25,5%.
В соответствии с постановлениями ГКО о привлечении для работы в промышленности граждан СССР национальностей воюющих с СССР стран (немцы, финны, румыны и др.) ГУЛАГом в 1942—1944 гг. проведено несколько мобилизаций этих контингентов и направление их на стройки НКВД и предприятия других наркоматов. Всего мобилизовано за этот период 400.000 человек, из которых — 220.000 направлено для трудового использования в системе НКВД и 180.000 — на объекты других наркоматов.
Одним из участков работы ГУЛАГа является обеспечение исполнения судебных приговоров на осужденных к исправительно-трудовым работам без лишения свободы и удержаний из их зарплаты отчислений в доход государства. На 22 июня 1941 года численность этого контингента составляла 1.264.000 человек, в настоящее время — 700.000 человек, осужденных, в основном, за прогулы.
Численность ВОХР на 1941 год — 135.000 человек, на 1944 год — 110.000 человек, из них: рядовой состав — 98.000 человек, сержантов — 10.000 человек, офицеров — 2.000 человек».

В справке НКВД, озаглавленной «Оборонно-хозяйственная деятельность НКВД СССР за 1941—1944 гг.», сообщается:

«Народно-хозяйственный план 1941 года предусматривал осуществление капитального строительства организациями НКВД на сумму 6,8 миллиарда рублей и выпуск промышленной продукции на сумму 1,8 миллиарда рублей. Для выполнения этих задач НКВД СССР использовал труд 1.976.000 заключенных и 288.000 вольнонаемных работников, в том числе более 25.000 специалистов — инженеров и техников.
В 1940 году НКВД было выполнено около 13% всего объема капитальных работ по народному хозяйству страны. За 1941—1944 гг. строительными организациями НКВД выполнено капитальных работ на 14,2 миллиарда рублей, что составляет 14,9% всех выполненных строительных работ по народному хозяйству СССР в целом.
За 1941—1944 гг. НКВД СССР построил и сдал в эксплуатацию:
— 612 оперативных аэродромов и 230 аэродромов с взлетно-посадочными полосами;
— группу авиационных заводов в районе г. Куйбышева;
— 3 доменные печи общей мощностью 980 тысяч тонн чугуна в год;
— 16 мартеновских и электроплавильных печей производительностью 445 тысяч тонн стали;
— прокатные станы общей производительностью 542 тысячи тонн проката;
— 4 коксовые батареи производительностью 1.740 тысяч тонн кокса;
— угольные шахты и разрезы общей производительностью 6.790 тысяч тонн угля;
— 46 электрических турбин общей мощностью 596 тысяч киловатт;
— 3.573 километра новых железных дорог;
— 4.700 километров шоссейных дорог;
— 1.058 километров нефтепроводов;
— 6 гидролизных и сульфитно-спиртовых заводов общей производительностью 3 миллиона декалитров спирта;
— 10 компрессорных станций для нефтяной промышленности;
— 2 химических завода по производству соды и брома;
— завод нитроглицериновых порохов;
— мощную радиовещательную станцию.
За 1941—1944 годы промышленными предприятиями НКВД СССР выдано:
— золота ( в переводе на химически чистое) — 315 тонн;
— олова (в концентратах) — 14.398 тонн;
— вольфрамового концентрата — 6.795 тонн;
— молибденового концентрата — 1.561 тонн;
— никеля электролитного — 6.511 тонн;
— меди черновой — 6.081 тонн;
— хромитовой руды — 968.000 тонн;
— угля — 8.924.000 тонн;
— сажи газовой — 10.150 тонн;
— нефти — 407.000 тонн;
— мин (82 и 120 мм) — 30.200.000 штук;
— леса и дров — 90.000.000 куб. метров.
Удельный вес продукции предприятий НКВД в общем производстве по народному хозяйству СССР:
— по золоту — 64%
— по платине и палладию — 65%
— по оловянным концентратам — 82%
— по электролитному никелю — 71%
— по молибденовым концентратам — 27%
— по вольфрамовым концентратам — 34%
— по минам — 17%.
В 1944 году и на 1945 год НКВД получил ряд новых заданий ГКО по капитальному строительству и расширению производственной деятельности, в том числе:
— восстановление и строительство военно-морских баз в Таллине, Риге и Поркала-Удд;
— строительство газопровода «Саратов—Москва»;
— восстановление Беломорско-Балтийского канала;
— строительство Закавказского металлургического комбината и железной дороги «Кировабад — Дашкесан»;
— строительство Ивдельского и Бирюсинского гидролизных заводов мощностью 500 тысяч декалитров спирта каждый;
— развитие нового месторождения коксующихся углей Халмер-Ю, включая строительство железной дороги «Воркута—Халмер-Ю»;
— строительство Ангренского и Волчанского угольных разрезов;
— расширение куйбышевского, краснодарского и дагестанского нефтепромыслов;
— строительство урановых рудников и заводов;
— строительство второй очереди Тырны-Аузского вольфрамового комбината».
Добавим, что в 1944 году предприятия НКВД вышли на второе место в СССР по производству мин «М-82» и «М-120», а также спецукупорки для боеприпасов.

На 1 сентября в системе лагерей и колоний ГУЛАГа числилось 8173 номенклатурных работника, из них номенклатуры ЦК ВКП(б) — 90 человек, номенклатуры наркома внутренних дел СССР — 789, номенклатуры начальника ГУЛАГа — 1636, работников лагерного сектора насчитывалось 3788 человек, ВОХР — 1870. Кроме того в системе ГУЛАГа работало 400 462 вольнонаемных работника административно-хозяйственного и инженерно-технического состава и военизированной охраны. Специалистов с высшим образованием работало: по системе ГУЛАГа — 737 человек, ГУЛЖДС (Главного управления лагерей желдорстроительства) — 1652, ГУЛГМП (Главного управления лагерей горно-металлургической промышленности) — 1617, Главпромстроя — 2142, УЛЛП (Управления лагерей лесной промышленности) — 743, Главного управления аэродромного строительства — 773, управлений ИТЛ и колоний на местах — 1860, отделов исправительно-трудовых колоний на местах — 446 человек.
19 сентября начальник Конвойных войск генерал-майор В. М. Бочков подал на имя Берии доклад «О деятельности Конвойных войск НКВД СССР за период с января 1941 года по сентябрь 1944 года», где сообщалось:

«Правительственная численность войск на 22 июня 1941 года — 52.702 человека, наличная численность — 37.907 человек. На 1 января 1942 года — 52.702 человек (правительственная численность), — 42.170 (наличная); на 1 января 1943 года — 52.702 (правительственная численность), — 39.397 (наличная); на 1 января 1944 года — 52.702 (правительственная численность), — 44.463 (наличная); на 1 сентября 1944 года — 75.840 человек (правительственная численность), — 75.524 (наличная).
В 1941 году (до начала Отечественной войны) на Конвойные войска возлагались задачи: конвоирование лиц, содержащихся под стражей, охрана тюрем НКВД, охрана складов НКВД, охрана польских и финских военнопленных в лагерях и на работах. В этот период войска обслуживали конвоями 176 маршрутов и городскими конвоями 156 судебных учреждений. Войска охраняли: тюрем — 108, складов НКВД — 22, лагерей военнопленных — 5.
В 1942 году войска обслуживали 96 плановых маршрутов и 81 судебное учреждение. Войска охраняли: тюрем — 51, спецобъектов НКВД — 13, складов НКВД — 12 , лагерей и госпиталей военнопленных — 26, лагерей спецконтингентов — 6.
В 1943 году войска обслуживали 125 плановых маршрутов и 155 судебных учреждений. Войска охраняли: тюрем — 64, складов НКВД — 17, спецобъектов НКВД — 10, лагерей военнопленных — 49, госпиталей военнопленных — 32, лагерей спецконтингента — 13.
В 1944 году войска обслуживали 143 плановых маршрута и 160 судебных учреждений. Войска охраняли: тюрем — 131, складов НКВД — 8, спецобъектов НКВД — 6, лагерей военнопленных — 94, госпиталей военнопленных — 41, лагерей спецконтингента — 8.
С 22 июня 1941 года по 1 сентября 1944 года войсками отконвоировано различных контингентов: заключенных — 8.921.282 человек, военнопленных — 967.179, спецконтингента — 220.119, спецпереселенцев — 1.824.001 человек. Всего — 11.932.581 человек.
За этот же период личным составом войск убито конвоируемых и охраняемых контингентов при бегстве их из-под охраны и конвоя — 527 человек, ранено — 114 человек.
За время Отечественной войны конвойные войска потеряли (безвозвратные потери) — 4.756 рядовых, сержантов и офицеров.
В конвойных войсках: генералов — 3, полковников — 30, подполковников — 63, майоров — 176, капитанов — 388, старших лейтенантов — 578, лейтенантов — 1240, младших лейтенантов — 972, инженер-майоров — 2, инженер-капитанов — 5, старших техников-лейтенантов — 12, младших техников-лейтенантов — 6, техников-лейтенантов — 22. Всего — 3.497 офицеров и генералов».

24 сентября недавний заключенный Воркутлага, бывший главный режиссер Государственного академического Большого театра СССР, профессор Московской консерватории и заслуженный артист республики Борис Аркадьевич Мордвинов направил на имя Сталина письмо:

«Двадцать лет бессменно я работал в стенах Худ. Театра СССР, будучи актером и ассистентом В. И. Немировича-Данченко и К. С. Станиславского, осуществлял с ними ряд постановок и также выполнял самостоятельно режиссерскую работу.
В Музыкальном театре им. народного арт. В. И. Немировича-Данченко я был заместителем художественного руководителя.
В 1936 году я был приглашен режиссером для постановки советской оперы «Поднятая целина» в Большом Театре СССР. Осуществив постановку, я был назначен главным режиссером Большого Театра.
Помимо режиссерской работы я вел большую педагогическую работу в Московской консерватории, где Высшим учебным советом я удостоен звания профессора.
Целый ряд моих учеников актеров, режиссеров удостоены сейчас почетного звания Сталинских лауреатов, награждены орденами и званиями.
15 мая 1940 года моя жизнь оборвалась. В результате курортного знакомства в июле 1939 года с семьей и в частности с женой одного крупного военного начальника и в связи с неизвестной мне до сих пор причиной, 15 мая 1940 года я был арестован и по решению ОСО НКВД был отправлен в Воркутский ИТЛ сроком на 3 года без лишения прав, без конфискации имущества, с правом переписки.
Совершенно подавленный этим фактом я был некоторое время в состоянии невменяемости. Через 2 месяца началась Отечественная война. Величайшие трудности и заботы, вставшие перед руководителями Партии и Правительства, а в особенности перед Вами, Великим Вождем и полководцем, не позволяли мне обратиться по поводу своей судьбы.
Я понял, что где бы я ни был, я должен всеми своими силами и способностями помогать в эти тяжелые дни моей родине и со всем энтузиазмом в далеком заполярном угольном бассейне стал создавать очаг искусства, несущий зарядку бодрости и отдыха горнякам-шахтерам Заполярья. Я получил ряд благодарностей в приказах, а после моего освобождения 15 мая 1943 года за мою работу в качестве вольнонаемного — почетную грамоту отличника трудового фронта.
В настоящее время под моим руководством в далекой Воркуте работает созданный мною Музыкальный Драматический театр, справляющий 1 октября годовщину своего существования. За этот год в театре Воркут-Комбинат-Угля мною осуществлен ряд постановок русской и западной классической драматургии, а также 4 опереточных постановки. Театр принимает самостоятельное участие в помощи выполнения государственного плана угледобычи, за что был неоднократно отмечен в приказах по управлению Воркуткомбинатаугля НКВД СССР и премирован.
В настоящее время, отбыв полностью 3-хлетнее заключение и будучи уже больше года вольнонаемным, оторванный более 4-х лет от Большой земли Советского искусства, во мне рождаются самые серьезные опасения, что я, как мастер, совершенно дисквалифицируюсь, что равносильно моей творческой смерти. Отсутствие возможности быть использованным здесь в Воркуте, как мастер крупных оперных форм и как педагог-специалист, а также уверенность в большой творческой и педагогической пользе, которую я могу принести в других условиях, заставляют меня обратиться в Вам, к самому Великому и чуткому ВОЖДЮ и человеку, помочь мне вернуться к подлинной творческой жизни и в ряду мастеров советского искусства отдать все силы на благо нашего победоносного Союза Советских Народов. Адрес: Воркута, Коми АССР, почтамт, до востребования. Мордвинову Борису Аркадьевичу».

14 ноября это письмо Мордвинова было направлено из секретариата Сталина в НКВД на имя Берии, а 19 декабря начальник 1 спецотдела НКВД СССР полковник ГБ А. С. Кузнецов подписал «Справку на Мордвинова-Шефтель Бориса Аркадьевича, 1899 года рождения, уроженца города Москвы, еврея, гражданина СССР, беспартийного», где сообщалось:

«Мордвинов-Шефтель Б. А., работая главным режиссером Государственного академического Большого театра СССР, был арестован 15 мая 1940 года следчастью ГЭУ НКВД СССР.
Обвинялся в том, что будучи знаком с женой начальника Главного Артиллерийского Управления Красной Армии Кулик Г. И. — Кулик Кирой Ивановной, в продолжении нескольких месяцев до ее побега из СССР имел с ней подозрительные по шпионажу конспиративные встречи.
Будучи допрошенным по существу предъявленного обвинения, Мордвинов-Шефтель в наличии преступного характера встреч с Кулик К. И. виновным себя не признал, но не отрицал самого факта этих встреч и их конспиративный характер.
Осужден Особым Совещанием при НКВД СССР 12 апреля 1941 года за шпионские связи к заключению в исправительно-трудовой лагерь сроком на 3 года.
Наказание Мордвинов-Шефтель отбывал в Воркутском исправтрудлагере НКВД, освобожден из-под стражи в 1943 году и работает в лагере по вольному найму в качестве Главного режиссера театра Воркутуголь.
По сообщению оперативного отдела лагеря показаниями заключенного Войтова изобличается в причастности к повстанческой организации. Кроме того, занимается в лагере самоснабжением, используя для этой цели заключенных».

21 декабря Берия наложил на письме резолюцию: «Заставить работать. Л. Б.»
3 октября приказом № 456 за подписью заместителя наркома Б. П. Обручникова «за незаконное разрешение без санкции НКВД СССР командировки в Москву врачу Севдвинлага НКВД Озерову (бывшему осужденному)» заместителю начальника Управления Севдвинлага А. А. Мосевичу объявлялся строгий выговор с предупреждением, а «расходы по командировке Озерова в Москву» предписывалось «отнести за счет Мосевича».
17 октября Берия подписал приказ № 473 «Об открытии Норильского горно-металлургического техникума НКВД СССР» при Норильском комбинате НКВД СССР с контингентом учащихся в 400 человек и следующими отделениями и специальностями: горное отделение (разработка рудных месторождений, разработка угольных месторождений, обогащение руд цветных металлов, обогащение каменного угля); металлургическое отделение (металлургия тяжелых цветных металлов, металлургия редких металлов, технология пирогенных процессов); электромеханическое отделение (электрооборудование промпредприятий).
17 ноября постановлением СНК СССР № 1598 заместителю начальника ГУЛЖДС НКВД и начальнику строительства № 500 (железная дорога «Комсомольск—Совгавань») инженер-полковнику Ф. А. Гвоздевскому было присвоено воинское звание генерал-майора инженерно-технической службы.
В тот же день заместитель наркома Чернышов подписал приказ № 001399, которым объявлялась «Инструкция о порядке содержания в тюрьмах НКВД осужденных к высшей мере наказания», включавшая такие разделы: оборудование камер, правила содержания, тюремный надзор, порядок вывода из камеры, вывод в уборную, санитарная обработка, передача для исполнения приговора.

Камеры для содержания осужденных к ВМН должны были оборудоваться преимущественно в отдельных обособленных корпусах, крыльях или в конце общего коридора, не слишком далеко от выхода из корпуса, и отвечать следующим требованиям: прочная оконная решетка между рамами окна, с наружной стороны окна изолирующий щит, обитая железом дверь камеры должна открываться в сторону коридора вправо и помимо «глазка» иметь форточку для передачи пищи, электропроводка скрытая, лампочка с предохранительной сеткой, пол асфальтированный или цементный, в виде исключения — деревянный особой прочности; при печном отоплении печь должна быть круглой или со срезанными углами и заключена в железный кожух, вентиляция через оконную форточку.
Дверь камеры оборудуется двумя надежными замками, один из них должен иметь однотипный с замками других камер данного коридора ключ, второй замок — такой, чтобы его нельзя было открыть ключом первого типа.
Из внутреннего оборудования камеры полагались только деревянные нары, стол деревянный «типа глухого со всех сторон ящика», такие же табуреты, металлическая параша. Матрацы, подушки и одеяла — тюремного образца. Личные матрацы, подушки и ватные одеяла заключенных не допускались. В камеры выдается только следующая посуда по числу заключенных: ложки деревянные, миски деревянные, кружки глиняные, чайник или бачок для воды. При невозможности обеспечить камеры деревянными мисками, допускались глиняные.
Осужденные к ВМН после вынесения и объявления им приговора должны были содержаться «как правило» не более, чем по четыре человека в камере, содержание в одной камере более десяти осужденных к ВМН запрещалось. Осужденные «террористы, диверсанты, руководители к. р. организаций при всех условиях размещаются не более, чем по 4 человека в камере», причем осужденные за «преступления контрреволюционного характера» размещаются в камерах отдельно от осужденных к ВМН за иные преступления. Запрещалось помещать в одной камере осужденных к ВМН совместно с осужденными к другим видам наказания. Запрещались прогулки и свидания с родственниками; осужденным к ВМН женщинам прогулка разрешалась один раз в два дня по 20 минут только в светлое время суток.
Осужденные к ВМН могли «в общеустановленном порядке» пользоваться книгами из тюремной библиотеки, шахматами, шашками и домино, а также получать продуктовые и вещевые передачи. Продуктовые передачи подвергались особо тщательной проверке под личным наблюдением дежурного помощника начальника тюрьмы. Вещевые передачи вручаются только в случае замены приговора другой мерой наказания также после тщательной проверки. Для свидания с адвокатом для написания кассационной жадобы или ходатайства о помиловании осужденный выводился в «ближайшую незанятую камеру на данном коридоре» или комнату старшего по корпусу. Вместе с адвокатом в камеру заходит и в течение всего времени свидания находится там дежурный помощник начальника тюрьмы или старший по корпусу. На это время у незапертой двери камеры выставлялся дополнительный надзирательский пост.
Для охраны камер осужденных выставлялся специальный пост из расчета не более 6 смежных камер на одного надзирателя, несение службы на этих постах предполагало хорошее владение самбо.
Общий для камер данного коридора ключ находился у постового надзирателя, второй (специальный) ключ — у дежурного помощника начальника тюрьмы. Постовому надзирателю иметь второй (специальный) ключ запрещалось.
Двери камер осужденных к ВМН открывались только в случаях прямой необходимости, передача пищи, книг, покупок из ларька, прием заявлений и т. п. производились через дверную форточку. При всяком открытии камеры для осмотра, пофамильной проверки и т. п. должен был присутствовать как минимум дежурный помощник начальника тюрьмы (если не начальник тюрьмы, его заместитель или помощник) и специальный наряд в составе не менее 2—3 надзирателей, не считая постового надзирателя.
Открытие камеры и вход в нее при посещении камеры тюремным надзором производился с соблюдением особых мер предосторожности: перед открытием камеры старший из присутствующих должен обязательно заглянуть в «глазок»; когда дверь открыта, входящие должны предварительно осмотреть камеру, не переступая порога, и предложить заключенным встать и вынуть руки из карманов; в камеру одновременно входят не менее двух лиц начальствующего или надзирательского состава; у двери выставляется надзиратель из состава специального наряда, присутствующего при открытии камеры; постовой надзиратель, не отвлекаясь, продолжает наблюдение за остальными находящимися у него под охраной камерами.
В случае заболевания осужденные к ВМН в тюремную больницу не переводились, а необходимая медицинская помощь оказывалась на месте, причем, если заключенный болен заразной или тяжелой болезнью, его помещали в одиночную камеру. Перевод осужденных из одной камеры в другую мог производиться только по письменному распоряжению начальника тюрьмы или его заместителя в суточном плане охраны. Осужденные к ВМН и камеры, в которых они содержатся, находились на особом учете в оперативной части тюрьмы. Вызывать осужденных для допроса вне ограды тюрьмы запрещалось.
Передача осужденных для исполнения приговора производилась под личным руководством начальника тюрьмы, обязанного обеспечить конвоирование заключенного и «должную конспирацию проведения всей операции». В личных делах осужденных к ВМН после их передачи для приведения приговора в исполнение отмечались основание и дата передачи. Личное дело сдавалось в архив тюрьмы, в учетной карточке делалась отметка: «выбыл по приговору» и ставилась дата выбытия.

12 декабря Берия обратился с письмом на имя Сталина:

«В текущем году исполнилось 15 лет работы Ухтинского комбината НКВД. В трудных условиях севера выполнены в большом объеме разведочные, строительные и горные работы, в результате чего создан Нефтепромышленный комбинат в составе:
— нефтяного промысла с 344 скважинами, нефтешахта № 1 мощностью 125 тыс. тонн нефти в год, нефтеперегонный завод производительностью 150 тыс. тонн в год по сырой нефти;
— газового промысла с 32 скважинами производительностью 1,1 млн. кбм газа в сутки;
— 5 сажевых заводов мощностью 5 тыс. тонн газовой сажи в год;
— радиевого завода и ряда других предприятий и подсобных цехов комбината.
В 1944 году Ухтинский комбинат выполнил годовой план по добыче нефти — 100 тыс. тонн, выполнен на 117,1%, по производству сажи — 4.000 тонн на 102,1%, по производству лакобитума — 1.500 тонн на 167%, по добыче асфальтита — 160 тонн на 116,8%, по производству радия — 16 грамм на 100%, по капитальному строительству — 40 млн. рублей на 113,7%.
В текущем году комбинат даст дополнительно сверх плана 28 тыс. тонн нефти, 500 тонн сажи, 1.080 тонн лакобитума, 40 тонн асфальтита, 1 грамм радия и произведет работ по капитальному строительству на 10 млн. рублей.
Считая необходимым отметить лучших работников Ухтинского комбината, представляю проект Указа Президиума Верховного Совета Союза ССР о награждении работников комбината. Прошу Вашего решения».

Подписанным 13 декабря указом «за успешное выполнение заданий Правительства по освоению Ухтинского района и добыче нефти, газовой сажи и специальной продукции» награждались: орденом Ленина — комиссар ГБ С. Н. Бурдаков (начальник Ухтинского комбината); орденом Трудового Красного Знамени — полковник ГБ П. С. Буланов (начальник политотдела ГУЛАГа), подполковник ГБ И. А. Карасев (начальник политотдела Ухто-Ижемского ИТЛ), подполковник ГБ М. С. Шелков (заместитель начальника ГУЛГМП НКВД); орденом Красной Звезды — генерал-майор инженерно-технической службы П. А. Захаров (начальник ГУЛГМП). Всего награждено 210 работников Ухтинского комбината НКВД.
13 декабря заместитель наркома Чернышов подписал распоряжение НКВД № 67, гласившее:

«За последнее время НКВД СССР установлен ряд фактов нарушений приказа НКВД СССР № 0203-1940 года об отборе заключенных, направляемых в лагеря НКВД. Так, из отправленных ОИТК УНКВД по Смоленской области в ноябре 1944 года 100 заключенных на строительство НКВД № 500 в пути следования до Москвы умерло 2 человека. При медосмотре в Москве из 98 человек выявлено годных к отправке только 7 человек, все остальные 3 и 4 категорий трудоспособности, причем 19 человек из них нуждались в немедленной госпитализации.
Из прибывших 13 ноября 1944 года в Вятлаг НКВД 350 заключенных, отправленных ОИТК УНКВД по Калужской области по наряду № 609, оказалось 2 категории труда 61 человек, остальные 3 и 4 категории. Из общего числа прибывших помещено в больницу 69 человек и в оздоровительную команду — 26 человек.
Из направленных ОИТК УНКВД по Кировской области в сентябре 1944 года по наряду № 608 в Вятлаг НКВД 589 заключенных оказалось только 77 человек 1 и 2 категорий труда. Из числа принятых помещен в больницу 51 человек.
Предлагаю:
— начальникам УНКВД Смоленской, Калужской и Кировской областей тщательно расследовать указанные выше факты нарушений и виновных привлечь к ответственности. Материал расследования с заключением выслать в ГУЛАГ НКВД СССР;
— народным комиссарам внутренних дел союзных и автономных республик и начальникам УНКВД краев и областей настоящее распоряжение объявить всем руководящим работникам УИТЛК—ОИТК и сотрудникам, непосредственно производящим отбор и отправку заключенных».

На основании постановления ГКО № 7070сс от 3 декабря и приказа НКВД № 001496 от 14 декабря для восстановления и строительства военно-морских баз и береговой обороны Таллинского и Рижского морских оборонительных районов Балтийского флота в составе Главпромстроя НКВД было организовано «Управление строительства военно-морских баз Таллинского и Рижского морских оборонительных районов «Балтвоенморстрой» НКВД СССР» с дислокацией в Таллине. В состав Балтвоенморстроя НКВД входили:
— Управление строительства военно-морской базы в Таллине (начальник — И. В. Комзин, по совместительству; в 1940—1941 годах он уже руководил сооружением Балтийской военно-морской базы в качестве заместителя наркома тяжелого машиностроения СССР по строительству, которым оставался до 1944 года);
— Управление строительства военно-морской базы в Риге (начальник — полковник ГБ Г. Д. Афанасьев);
— Управление строительства военно-морской базы в Порккала-Удд (начальник — полковник административной службы Л. А. Тарханов).
Начальником Балтвоенморстроя и заместителем начальника Главпромстроя НКВД СССР был назначен И. В. Комзин, заместителем начальника Балтвоенморстроя — генерал-майор А. П. Курлыкин (ранее начальник погранвойск НКВД Молдавского округа).
20 декабря Берия сообщил в письме на имя Сталина, что «за период Отечественной войны военизированная охрана исправительно-трудовых лагерей и колоний НКВД успешно справилась с задачей изоляции и охраны заключенных, содержащихся в лагерях и колониях НКВД. Личный состав военизированной охраны обеспечил укрепление режима и трудовой дисциплины среди заключенных» и ходатайствовал «о награждении орденами и медалями СССР работников военизированной охраны ГУЛАГа», приложив проект указа ПВС о награждении.
29 декабря указ был подписан, «за успешное выполнение заданий Правительства» ордена Красного Знамени получили комиссар ГБ 3 ранга В. Г. Наседкин (начальник ГУЛАГа) и полковник ГБ И. И. Смирнов (начальник управления охраны и режима ГУЛАГа); ордена Отечественной войны I степени — подполковник ГБ Л. Н. Вохмянин (заместитель начальника управления охраны и режима) и полковник ГБ П. В. Сафонов (начальник оперативного отдела и заместитель начальника ГУЛАГа); Отечественной войны II степени — подполковник ГБ А. Н. Карамышев (заместитель начальника оперативного отдела ГУЛАГа), полковник медицинской службы Д. М. Лойдин (начальник САНО ГУЛАГа), подполковник ГБ М. М. Митюшин (заместитель начальника УИТК ГУЛАГа), полковник ГБ Н. Ф. Титов (заместитель начальника УСВИТЛ) и полковник ГБ А. А. Усиевич (начальник Управления снабжения и заместитель начальника ГУЛАГа); орден Красной Звезды — полковник ГБ А. Н. Новиков (заместитель начальника ГУЛАГа по кадрам). Всего орденами и медалями было награждено 395 человек.
30 декабря с письмом к Сталину обратился В. М. Молотов:

«НКВД СССР (т. Берия), Наркомюст СССР (т. Рычков) и Прокурор СССР т. Горшенин представили предложение об организации специальных лагерных судов для рассмотрения дел о преступлениях, совершенных в лагерях и исправительно-трудовых колониях НКВД, и о создании в составе Верховного Суда СССР Судебной Коллегии по этим делам. Создание специальных лагерных судов вызывается следующими соображениями:
а) существующая при исправительно-трудовых лагерях и колониях НКВД судебная система является сложной и несовершенной. Дела, возникающие в лагерях и колониях, рассматривают судебные коллегии краевых, областных и Верховных Судов автономных республик, а также народные суды и военные трибуналы войск НКВД;
б) кассационные жалобы на приговоры перечисленных судов рассматривают различные инстанции;
в) отсутствие единого руководства кассационной и надзорной практики по этим делам отрицательно сказывается на борьбе с преступностью.
Бюро Совнаркома СССР, рассмотрев предложение тт. Берия, Рычкова и Горшенина, считает необходимым его принять.
Прошу Вас утвердить прилагаемый проект Указа Президиума Верховного Совета СССР «Об организации специальных лагерных судов». В. Молотов». В тот же день появились резолюция «За. И. Сталин» и указ ПВС, гласивший:
«1. На основании статьи 102 Конституции СССР создать специальные лагерные суды для рассмотрения дел о преступлениях, совершенных в исправительно-трудовых лагерях и колониях НКВД.
2. К подсудности специальных лагерных судов отнести все дела о преступлениях, совершенных в исправительно-трудовых лагерях и колониях НКВД, за исключением дел о преступлениях сотрудников НКВД, имеющих военные звания и специальные звания государственной безопасности, дела о преступлениях которых рассматриваются Военными Трибуналами.
3. Создать в составе Верховного Суда СССР Судебную коллегию по делам лагерных судов для рассмотрения дел по кассационным жалобам и в порядке надзора».
Эти специальные лагерные суды просуществовали почти десять лет и были упразднены указом ПВС от 29 апреля 1954 года.

В докладной записке начальника Санотдела ГУЛАГа Д. М. Лойдина сообщалось:

«На 1 января 1944 года коечная сеть состояла из 1071 больницы с числом коек 111912. На 1 декабря 1944 года мы имеем 1079 больниц с числом коек 111446.
Улучшение санитарно-бытовых условий и снижение заболеваемости привели к уменьшению трудопотерь (группа «В»)…
Смертность по лагерям: в среднем за 1944 год — 0,65%, по колониям — 0,8%, в среднем по ГУЛАГу — 0,72%. Более высокий показатель смертности в УИТЛК—ОИТК объясняется поступлением в колонии непосредственно из тюрем неполноценного контингента, оседающего в колониях».

Цифры уровня смертности рассчитаны в этом отчете по новой методике, введенной САНО в 1943 году. В 1931—1942 годах уровень смертности рассчитывался путем деления числа умерших за год на среднегодовую численность заключенных. Так, если число умерших в 1944 году з/к — 114 481 человек — разделить на среднегодовую численность з/к — 1 244 332 — и умножить на 100, получится уровень смертности в 9,2 процента.
Начиная с 1943 года число умерших за год представлялось как сумма умерших за каждый месяц, которая делилась теперь на сумму среднемесячной численности заключенных. Например, в январе 1944 года умерло 11 203 з/к, в феврале — 10 451 и так далее, так что сумма умерших за год составила 114 481 человек. Среднемесячная численность заключенных в январе составляла 1 196 756 человек, в феврале — 1 178 037, в марте — 1 203 048 и т. д.; сумма этих среднемесячных численностей в 1944 году равнялась 14 931 984 з/к. При делении числа умерших за год на эту цифру (и умножении на 100) получился уровень смертности в 0,77 процента — примерно в 12 раз меньше, чем при прежней методике подсчета.
К изменению методики побудило, вероятнее всего, стремление показывать в отчетах менее бросающиеся в глаза цифры, тем более что начиная с этого времени статистика смертности приводилась, как правило, не в абсолютных цифрах, а в процентах.
Показатели среднегодовой смертности по главкам выглядели так: УЛЛП — 0,92 процента, сельхозлагеря — 0,89, Главпромстрой — 0,8, УИТЛК—ОИТК — 0,8, ГУШОСДОР — 0,71, ГУЛГМП — 0,58, ГУЛЖДС — 0,45 процента.
Сыпным тифом болело: в 1943 году — 2923 заключенных, в 1944 году — 865; брюшным тифом — соответственно 388 и 369; дизентерией — 3034 и 1170; паратифом — 74 и 53.
На 1 января 1944 года медицинские кадры лагерной системы включали 3684 врача, из них вольнонаемных — 2100, заключенных — 1584; зубных врачей — 492 (вольнонаемных — 325, заключенных — 167); фельдшеров — 4242 (2140 и 2102); медсестер — 4559 (2278, 2281); фармацевтов — 792 (559 и 233). На 1 декабря 1944 года — 3765 врачей (1965 и 1800), зубных врачей — 451 (284 и 167), фельдшеров — 4541 (2310 и 2231), медсестер — 5157 (2558 и 2599), фармацевтов — 826 (558 и 268).
К 1 января 1945 года в ИТЛ содержалось 715 506 заключенных.
Поквартальная численность заключенных ИТК (вместе с лаготделениями УИТЛК) в 1944 году составляла: на 1 января — 505 996 человек, на 1 апреля — 518 761, на 1 июля — 576 335, на 1 октября — 670 023 человека. Поквартальная численность заключенных тюрем: на 1 января — 151 296 человек, на 1 апреля — 179 802, на 1 июля — 204 290, на 1 октября — 270 743 человека.


СТАТЬЯ ДВЕНАДЦАТАЯ
В 1945 году судебными органами и специальными судами (военными трибуналами, транспортными и лагерными судами) было приговорено к лишению свободы 899 613 человек; еще 297 человек было осуждено Военной коллегией Верховного суда СССР и 26 381 — Особым совещанием при НКВД СССР. В целом это на 259 228 человек меньше, чем в 1944-м, и если на 1 января 1945 года в ИТЛ и ИТК находилось 1 460 677 заключенных, то на 1 января 1946-го — 1 110 593 человека.
В течение 1945 года в ИТЛ и ИТК ГУЛАГа поступило около 850 тысяч вновь осужденных, а освобождено было 1 062 411 человек (в том числе по амнистии в связи с победой над гитлеровской Германией); бежало 5905 человек, умерло — 81 917, уровень смертности составил 5,96 процента от среднегодовой численности заключенных.

На 1 января 1945 года списочное число (включая числившихся на этот момент в пересылках почти 18 тысяч человек) заключенных ИТЛ и ИТК составляло 1 478 622 человека, из них 937 846 мужчин (69,3 процента) и 415 630 женщин (30,7 процента). По возрастному составу они распределялись так: до 17 лет — 40 530 человек (3 процента), от 17 до 30 лет — 658 066 (48,6), от 31 до 50 лет — 542 172 (40,1), от 51 до 60 лет — 96 329 (7,1), старше 60 лет — 16 950 человек (1,2 процента).
За «контрреволюционные преступления» было осуждено 392 621 человек (29 процентов), в том числе:
— измена родине — 77 067 человек (5,6 процента);
— шпионаж — 16 014 (1,2);
— террор и «тернамерения» — 10 245 (0,8);
— диверсии — 3206 (0,2);
— вредительство — 8175 (0,6);
— к/р (контрреволюционный) саботаж — 24 567 (1,8);
— участие в антисоветских заговорах — 31 298 (2,3);
— антисоветская агитация — 130 969 (9,7);
— политбандитизм и повстанчество — 7563 (0,5);
— нелегальный переход границы — 5585 (0,4);
— контрабанда — 1266 (0,1);
— ЧСИР (члены семей изменников родины) — 6449 (0,5);
— СОЭ (социально-опасные элементы) — 13 112 (0,9);
— прочие к/р преступления — 57 093 (4,4).

За уголовные преступления было осуждено 960 687 человек (71 процент), в том числе:
— по закону от 7 августа 1932-го (расхищение соцсобственности, в обиходе — «семь восьмых» или «закон о колосках») — 45 717 человек (3,4 процента);
— спекуляция — 29 943 (2,2);
— бандитизм, вооруженное ограбление — 53 289 (3,9);
— «скотокрадство» — 22 715 (1,7);
— воры-рецидивисты — 61 388 (4,5);
— имущественные преступления — 212 595 (15,7);
— хулиганство — 25 656 (1,9);
— нарушение закона о паспортизации — 11 945 (0,9);
— СВЭ (социально-вредные элементы) — 11 627 (0,9);
— дезертирство — 49 771 (3,7);
— членовредительство — 5010 (0,4);
— мародерство — 1743 (0,1);
— остальные воинские преступления — 33 330 (2,4);
— незаконное хранение оружия — 4258 (0,3);
— должностные и хозяйственные преступления — 99 695 (7,4);
— по указу от 26 декабря 1941-го («самовольный уход» с предприятий военной промышленности и приравненных к ним) — 183 321 (13,5);
— по другим указам Президиума Верховного Совета СССР (ПВС) — 25 069 (1,8);
— прочие уголовные преступления — 83 799 (6,3).

«По окраскам» общая масса заключенных распределялась так:
— бывшие помещики, фабриканты, торговцы — 34 359 человек (2,5 процента);
— предатели и пособники фашистов — 39 500 (2,9);
— троцкистско-бухаринская агентура — 5623 (0,4);
— бывшие члены а/с (антисоветских) партий — 2765 (0,2);
— бывшие участники буржуазно-националистических партий — 3491 (0,3);
— бывшие участники антисоветских фашистских формирований — 715 человек;
— бывшие участники антисоветских буржуазно-демократических формирований — 380 человек;
— церковники и сектанты — 2371 человек (0,2 процента).

По национальному составу среди заключенных было:
— русских — 871 497 человек (64,4 процента);
— украинцев — 149 478 (11);
— белорусов — 27 250 (2);
— грузин — 12 581 (0,9);
— армян — 15 005 (1,2);
— «тюрок» (азербайджанцев) — 12 954 (1);
— казахов — 22 404 (1,7);
— туркмен — 7956 (0,6);
— узбеков — 24 105 (1,8);
— таджиков — 4702 (0,4);
— киргизов — 5244 (0,4);
— татар — 38 366 (2,8);
— башкир — 5678 (0,4);
— молдаван — 3652 (0,3);
— финнов и карел — 3020 (0,2);
— латышей — 4474 (0,3);
— литовцев — 2224 (0,2);
— эстонцев — 4017 (0,3);
— евреев — 24 463 (1,8);
— «прочих» (из народов СССР) — 54 235 (4,1);
— немцев — 32 954 (2,4);
— поляков — 11 917 (0,9);
— румын — 987 человек;
— «иранцев» — 1042 человек (0,1 процента);
— афганцев — 95 человек;
— монголов — 64 человека;
— китайцев — 3212 человека (0,2 процента);
— японцев — 28 человек;
— «иноподданных» (прочих) — 5151 человек (0,4 процента).

Сроки до 6 месяцев имели 25 474 заключенных (1,9 процента), от 6 месяцев до 1 года — 72 605 (5,6), от 1 года до 3 лет — 224 343 (17,2), от 3 до 5 лет — 307 138 (23,5), от 5 до 10 лет — 663 641 (50,8), свыше 10 лет — 9943 (0,8); «задержано освобождением по директиве № 185» (от 29 апреля 1942-го) — 21 371 человек (1,6 процента).

6 января 1945 года нарком Берия подписал приказ НКВД № 007 «О мероприятиях по обеспечению развития, добычи и переработки урановых руд», которым «во исполнение постановления Государственного Комитета Обороны № 7102сс/ов от 8 декабря 1944 года» на Главное управление лагерей горно-металлургических предприятий НКВД (ГУЛГМП) возлагались: разведка урановых месторождений Табошар, Уйгур-Сай, Майли-Су, Тая-Муюн и Адрасман, а также «доразведка» других урановых месторождений, передаваемых НКВД для эксплуатации в дальнейшем; добыча и переработка урановых руд из этих месторождений; строительство и эксплуатация рудников и обогатительных фабрик на существующих и вновь открываемых урановых месторождениях; строительство и эксплуатация заводов по переработке урановых руд и концентратов; разработка «технологии наиболее рационального передела урановых руд на химические соединения» и технологии получения из них металлического урана.
Для руководства «разведками, добычами и переработкой урановых руд» этим приказом в составе ГУЛГМП организовывалось Управление по урану — «Спецметуправление НКВД СССР» со штатом в 40 человек. Заместителем начальника и главным инженером Спецметуправления назначался инженер-полковник С. П. Александров (до этого — зам. начальника ГУЛГМП). В системе Спецметуправления организовывался Научно-исследовательский институт по урану, которому присваивалось условное наименование «Институт специальных металлов НКВД СССР (Инспецмет)». Заместителю наркома внутренних дел В. В. Чернышову и начальнику ГУЛАГа В. Г. Наседкину приказывалось в первоочередном порядке обеспечить рабочей силой предприятия Спецметуправления «в полном соответствии с заявками, направляя контингент исключительно годный к тяжелому физическому труду».
Уже 12 марта приказом № 202 от 1945 года начальником Спецметуправления и заместителем начальника ГУЛГМП будет назначен комиссар ГБ С. В. Егоров, ранее заместитель начальника Дальстроя НКВД СССР, а 14 апреля приказом № 324 директором Инспецмет станет инженер-полковник В. Б. Шевченко, до этого — начальник Управления Красноярского аффинажного завода и ИТЛ НКВД. Наконец, на основании постановления ГКО № 8582сс/ов от 15 мая и приказа НКВД № 00754 от 28 июня Спецметуправлению будет присвоено условное наименование «9 управления НКВД СССР», Инспецмету — НИИ-9 НКВД, а добывавшему уран Ферганскому горно-химическому комбинату № 6 НКВД — Комбината № 6 (позднее — «Юго-восточная техническая контора», Ленинабад).

8 января 1945 зампред СНК СССР В. М. Молотов подписал постановление СНК № 35 «О правовом положении спецпереселенцев», гласившее:

«СНК СССР постановляет:
1. Спецпереселенцы пользуются всеми правами граждан СССР, за исключением ограничений, предусмотренных настоящим постановлением.
2. Все трудоспособные спецпереселенцы обязаны заниматься общественно-полезным трудом. В этих целях местные Советы депутатов трудящихся по согласованию с органами НКВД организуют трудовое устройство спецпереселенцев в сельском хозяйстве, на промышленных предприятиях, на стройках, хозяйственно-кооперативных организациях и учреждениях. За нарушение трудовой дисциплины спецпереселенцы привлекаются к ответственности в соответствии с существующими законами.
3. Спецпереселенцы не имеют права без разрешения коменданта спецкомендатуры НКВД отлучаться за пределы района расселения, обслуживаемого данной спецкомендатурой. Самовольная отлучка за пределы района расселения, обслуживаемого спецкомендатурой, рассматривается как побег и влечет за собой ответственность в уголовном порядке.
4. Спецпереселенцы — главы семей или лица, их заменяющие, обязаны в 3-дневный срок сообщать в спецкомендатуры НКВД о всех изменениях, происшедших в составе семьи (рождение ребенка, смерть члена семьи, побег и т. п.).
5. Спецпереселенцы обязаны строго соблюдать установленный для них режим и общественный порядок в местах поселений и подчиняться всем распоряжениям спецкомендатур НКВД. За нарушение режима и общественного порядка в местах поселения спецпереселенцы подвергаются административному взысканию в виде штрафа до 100 рублей или ареста до 5 суток».

9 января приказом № 02 объявлялось, что на основании постановления ЦК ВКП(б) № 192 от 30 декабря 1944-го начальник Политотдела ГУЛАГа является теперь и заместителем начальника ГУЛАГа по политической работе; так полковник ГБ П. С. Буланов стал еще одним заместителем начальника главка.

18 января М. И. Калинин подписал секретный указ ПВС «Об освобождении от наказания осужденных беременных женщин и женщин, имеющих детей дошкольного возраста». Указ распространялся на всех беременных и имевших «при себе детей дошкольного возраста в местах заключения» и на всех «осужденных женщин, у которых в семье имеются дети дошкольного возраста», при условии отбытия ими к моменту издания указа половины срока. Все это не касалось осужденных за контрреволюционные преступления, бандитизм, убийства, по закону от 7 августа 1932-го и рецидивисток. В случае совершения новых преступлений все освобожденные по этому указу подлежали «наиболее суровой мере наказания, предусмотренной законом». 21 января на места была разослана секретная директива НКВД и Прокуратуры СССР № 8/23с, разъяснявшая порядок выполнения этого указа ПВС: в частности не подлежали освобождению «иноподданные Германии, Финляндии, Румынии, Венгрии и Италии»; указ предписывалось выполнить в двухмесячный срок.

10 февраля заместитель наркома Чернышов подписал циркуляр НКВД № 17:
«26 декабря 1944 года в Ковровской исправительно-трудовой колонии ОИТК УНКВД Владимирской области заключенным бандитом Кокуриным было совершено убийство заключенного Ленькова. Зная о намерении заключенного Кокурина, командир дивизиона военизированной охраны Петрушкин и начальник надзирательской службы Нехаев не только не приняли мер к изоляции бандита, а даже не доложили о готовящемся убийстве вышестоящим начальникам.
16 декабря 1944 года в зоне Прикульского отдельного лагерного пункта ОИТК УНКВД Томской области в результате плохого контроля за заключенными со стороны надзорсостава и невыполнения начальником лагерного пункта Усенко элементарных правил режима содержания заключенных, был зарублен топором заключенный Гордиенко. Убийство совершено заключенным бандитом Тюфяковым по сговору с заключенным Ворониным.
Предлагаю:
1. Над заключенными бандитами Кокуриным, Тюфяковым и Ворониным в зоне колоний провести показательный судебный процесс. Приговор суда объявить во всех колониях ОИТК.
2. Командира дивизиона военизированной охраны Ковровской исправительно-трудовой колонии ОИТК УНКВД по Владимирской области лейтенанта Петрушкина, начальника надзирательской службы той же колонии старшину спецслужбы Нехаева и начальника Прикульского отдельного лагерного пункта ОИТК УНКВД по Томской области лейтенанта госбезопасности Усенко за халатное отношение к служебным обязанностям и невыполнение приказов НКВД СССР, вследствие чего были допущены бандитские проявления, арестовать на 20 суток каждого с удержанием 50% из зарплаты за каждые сутки ареста.
3. Начальникам ОИТК УНКВД по Владимирской области капитану госбезопасности Кузнецову и Томской области лейтенанту госбезопасности Дидоренко за ослабление режима содержания заключенных и непринятие мер к изоляции уголовно-бандитствующего элемента объявить выговор.
4. Вопросы изоляции и режима содержания заключенных в исправительно-трудовых колониях взять под личный контроль и в месячный срок навести порядок, соответствующий требованиям НКВД СССР».

23 февраля 1945 года нарком Берия подписал приказ № 00103 «Об организации комбината № 6 НКВД СССР», которым «в связи с приемом от Наркомцветмета урановых предприятий» в системе Спецметуправления ГУЛГМП организовывался (на базе завода «В» в городе Ленинабаде Таджикской ССР) Ферганский горно-химический комбинат НКВД с присвоением ему условного наименования «Комбинат № 6 НКВД СССР».

Начальником Комбината № 6 был назначен подполковник ГБ Б. Н. Чирков. В органах ОГПУ—НКВД он работал с 1922-го, был на руководящих должностях в ГПУ/УНКВД Якутской АССР, возглавлял Владимирский горотдел УНКВД Ивановской области, УНКВД Восточно-Казахстанской области, побывал заместителем наркома внутренних дел Казахской ССР, начальником Джезказганского и Тырныаузского комбинатов и ИТЛ НКВД, в 1943—1945 годах находился в Действующей армии (на должностях от комбата до заместителя командира дивизии ВДВ). За участие в работе по созданию атомной бомбы Чирков 29 октября 1949-го будет удостоен звания Героя Социалистического Труда, однако указом ПВС от 16 января 1959-го лишится его «за нарушения в прошлом социалистической законности».

23 февраля приказом № 00103 начальнику ГУЛАГа Наседкину и начальнику Отдела спецпоселений НКВД М. В. Кузнецову предписывалось направить в первом квартале 1945 года на предприятия Комбината № 6 900 «мобилизованных спецпереселенцев крымских татар» с Волгостроя и 300 «квалифицированных рабочих» (150 строителей, 30 горняков, 40 электриков, 30 монтажников и 50 шоферов) с других строек и лагерей НКВД; им же вместе с начальником ГУЛГМП П. А. Захаровым предстояло отобрать специалистов горняков, геологов, химиков, механиков, энергетиков, находящихся в лагерях и используемых не по специальности. Начальнику Управления снабжения ГУЛАГа А. А. Усиевичу приказывалось обеспечить Комбинат № 6 продовольствием и вещевым довольствием за счет других лагерей и строек НКВД.
Дальстрой НКВД выполнил свой план на прошедший1944 год: по добыче золота — на 101 процент, олова — на 124, угля — на 148, рыбы — на 131, по заготовке пушнины — на 103, по капитальному строительству — на 125 процентов. 23 февраля Берия в письме на имя Сталина («в соответствии с Вашим указанием о награждении работников Дальстроя за успешное выполнение планов добычи золота и олова») представил проекты указов ПВС. 24 февраля М. И. Калинин подписал три указа: о награждении Дальстроя орденом Трудового Красного Знамени, о награждении орденом Кутузова I степени начальника Дальстроя И. Ф. Никишова и о награждении орденами и медалями ряда работников Дальстроя.

Орден Ленина тогда получили (среди 15 награжденных): подполковник ГБ М. А. Гагкаев (начальник Северного горнопромышленного управления Дальстроя), подполковник ГБ Е. И. Драбкин (начальник УСВИТЛ — обслуживавшего Дальстрой Управления Северовосточных лагерей НКВД), комиссар ГБ 3 ранга А. П. Завенягин (заместитель наркома внутренних дел, курировавший Дальстрой), комиссар ГБ П. И. Окунев (начальник УНКВД Дальстроя).
Орденом Трудового Красного Знамени было награждено 118 человек, в том числе: инженер-полковник С. П. Александров (заместитель начальника и главный инженер ГУЛГМП), генерал-майор интендантской службы Л. И. Берензон (начальник Центрального финансового отдела НКВД), младший лейтенант ГБ А. Р. Гридасова (начальник женского лаготделения в Магадане и колымская жена И. Ф. Никишова, у которого имелась и московская супруга Ю. И. Никишова), комиссар ГБ С. Е. Егоров (заместитель начальника Дальстроя).
Орден Красной Звезды получили (всего 101 награжденный): комиссар ГБ В. Н. Владимиров (начальник 3 спецотдела (Гохран) НКВД), комиссар ГБ И. И. Долгих (начальник УНКВД Хабаровского края), комиссар ГБ А. А. Закусило (начальник УНКВД Приморского края), инженер-полковник В. А. Цареградский (начальник Геолого-Разведочного управления Дальстроя).
Орденом «Знак Почета» было награждено 178 человек, медалью «За трудовую доблесть» — 300, медалью «За трудовое отличие» — 312 человек. Всего наград по этому указу удостоилось 1025 человек.
Постановлениями ГКО №№ 7643сс и 7644с от 3 марта и приказом НКВД № 00176 от 7 марта для Дальстроя был установлен план на текущий год в следующих параметрах: добыча химически чистого золота — 70 тонн, олова (в 40-процентных концентратах) — 4 тысячи тонн, угля — 550 тысяч тонн, улов рыбы — 190 тысяч центнеров, заготовка пушнины — на 850 тысяч рублей, капитальных работ — на 375 миллионов рублей (из них 130 миллионов — геологоразведка).

26 февраля Берия направил на имя Сталина справку на осужденную Военной коллегией Верховного суда СССР Е. И. Калинину (жену председателя ПВС), где сообщалось:

«Калинина Екатерина Ивановна, 1882 года рождения, уроженка города Вейсенштейна Эстонской ССР, эстонка, гражданка СССР, бывший член ВКП(б), по состоянию на 24 февраля 1945 года содержалась в Устьвымлаге НКВД.
Калинина Е. И. была арестована 25 октября 1938 года 2 отделом ГУГБ НКВД СССР по обвинению в антисоветской деятельности и связях с троцкистами и правыми.
Следствием установлено, что Калинина с 1929 года была организационно связана с участниками антисоветской вредительской и террористической организации правых и содействовала им в их антисоветской деятельности.
Сблизившись с рядом враждебных ВКП(б) лиц: бывшим директором института советского права Мишель А. О., бывшим зам. директора Зернотреста Герчиковым М. Г., бывшим работником ГУГФ [Главное управление гражданского воздушного флота] Остроумовой В. П., бывшим работником ЦК ВКП(б) Островской Н. Ф. и другими участниками этой организации, осужденными впоследствии за правотроцкистскую деятельность, Калинина предоставляла им свою квартиру для контрреволюционных сборищ, на которых обсуждались вопросы антисоветской деятельности организации, направленные против политики и руководства ВКП(б) и Советского правительства. Имея тесное общение с Остроумовой В. П., информировала последнюю по вопросам секретного характера, что Остроумовой было использовано в шпионских целях. Работая с 1936 года членом Верховного Суда РСФСР, Калинина поддерживала связи с правыми; бывшими работниками Верхсуда Берман и бывшим работником института советского права Пашуканис (осуждены).
Кроме того, следствием установлено, что Калинина до 1924 года скрывала о том, что ее брат Лорберг Владимир (осужден) являлся агентом царской охранки.
В предъявленных обвинениях Калинина Е. И. виновной себя признала.
Осуждена Военной Коллегией Верховного Суда СССР 22 апреля 1939 года по статьям 17-58-6, 17-58-8 и 58-11 УК РСФСР к заключению в исправительно-трудовом лагере сроком на 15 лет с поражением в правах на 5 лет.
Справка составлена по архивно-следственному делу».
В сопроводительном письме Берия также указывал, что «от Калининой Е. И. в НКВД СССР заявления о пересмотре дела не поступало». Но уже 9 мая последовало ее обращение на имя Сталина:
«Я, Калинина Екатерина Ивановна, была арестована и осуждена по ст. 58 к заключению в ИТЛ в 1938 году сроком на 15 лет. Я совершила тяжелую ошибку, усугубленную тем, что Вы своевременно мне на нее указывали, а я эти указания не учла. Такое несознательное отношение к своему положению и к окружающим людям повлекло за собой тяжкие проступки, за которые я несу суровое наказание. Я полностью сознаю свою вину и глубоко раскаиваюсь. Эти проступки совершены мной не из сознательной враждебности, а из-за непонимания обстановки и некритического отношения к окружавшим меня людям. Уже несколько лет я нахожусь на полной инвалидности. Моя единственная надежда на Ваше великодушие: что Вы простите мне мои ошибки и проступки и дадите возможность провести остаток жизни у своих детей».
12 мая датировано еще одно письмо, теперь в адрес первого заместителя председателя ПВС Н. М. Шверника:
«Я, Калинина Екатерина Ивановна, рождения 1882 года, была арестована 25 октября 1938 года и осуждена по ст. 58 на 15 лет ИТЛ. Я совершила тяжкие проступки, за которые понесла суровое наказание. Я сознаю свою вину и глубоко раскаиваюсь. Но я никогда не была враждебна коммунистической партии и советской власти и эти проступки совершены мной несознательно. Сейчас мне 63 года. Уже несколько лет медицинской комиссией я переведена на полную инвалидность. Прошу Вас о снисхождении к моему искреннему раскаянию и тяжелому положению и о помиловании меня».

24 мая нарком госбезопасности СССР В. Н. Меркулов направил это прошение Швернику. Письмо же от 9 мая поступило от Меркулова в ЦК ВКП(б), на имя А. Н. Поскребышева, лишь 5 июня. На нем появилась резолюция: «Т. Горкину. Нужно помиловать и немедля освободить, обеспечив помилованной проезд в Москву. И. Сталин». Наконец, 11 июня ПВС слушал «ходатайство о помиловании Калининой Екатерины Ивановны, рождения 1882 года, приговоренной 22 апреля 1939 года Военной Коллегией Верховного Суда СССР по ст. ст. 17-58-6, 17-58-8 и 58-11 УК РСФСР к 15 годам исправительно-трудовых лагерей с поражением в избирательных правах на 5 лет», и постановил «Калинину Екатерину Ивановну помиловать, досрочно освободить от отбывания наказания и снять поражение в правах и судимость». Выписки из этого постановления были посланы наркому госбезопасности Меркулову и председателю Военной коллегии Верховного суда СССР В. В. Ульриху.
28 февраля совместным приказом заместителя наркома внутренних дел А. П. Завенягина и наркома цветной металлургии СССР П. Ф. Ломако № 00153/44сс был утвержден акт приема-сдачи урановых месторождений от НКЦМ к НКВД (сам этот акт еще 19 января подписали: от НКВД — начальник ГУЛГМП П. А. Захаров, от НКЦМ — заместитель начальника Главного управления промышленности новых и редких металлов А. В. Никитин и заместитель начальника Главного управления вольфрамо-молибденовой промышленности И. К. Егоров).
2 марта постановлением СНК СССР № 391 от 1945 года воинские звания генерал-майоров были присвоены полковнику В. Ф. Титову (заместителю начальнику УСВИТЛ) и инженер-полковнику В. А. Цареградскому (начальнику Геологоразведочного управления Дальстроя). А 13 марта приказом НКВД № 204 от 1945 года генерал-майор Н. Ф. Титов был назначен заместителем начальника Дальстроя по лагерю и начальником УСВИТЛ, сменив в этой должности подполковника ГБ Е. И. Драбкина.
8 марта приказом № 197 впервые с конца 1941-го были объявлены структура и штатная расстановка личного состава ГУЛАГа (по состоянию на 15 февраля):

— начальник главка — комиссар ГБ 3 ранга В. Г. Наседкин;
— первый заместитель начальника главка — комиссар ГБ Г. П. Добрынин;
— заместитель начальника главка — полковник ГБ Г. М. Грановский;
— Контрольно-инспекторский отдел (начальник — майор ГБ Р. И. Силантьев, 12 человек по штату);
— Секретариат ГУЛАГа (подполковник ГБ П. А. Луфёров, 27 человек);
— Финансово-расчетный отдел (капитан интендантской службы М. Н. Маркелов, 6 человек);
— Отдел кадров (полковник ГБ А. Н. Новиков, он же — зам. начальника главка, 25 человек);
— Политотдел (полковник ГБ П. С. Буланов, он же — зам. начальника главка, 32 человека);
— Управление охраны и режима (полковник ГБ И. И. Смирнов, 63 человека);
— Управление исправительно-трудовых колоний (комиссар ГБ Г. С. Завгородний, он же — зам. начальника главка, 152 человека);
— Управление снабжения (полковник ГБ А. А. Усиевич, он же — зам. начальника главка, 84 человека);
— Отдел учета и распределения заключенных (подполковник ГБ З. И. Алёшинский, 7 человек);
— Оперативный отдел (полковник ГБ П. В. Сафонов, он же — зам. начальника главка, 50 человек);
— Культурно-воспитательный отдел (майор ГБ В. В. Закурдаев, 8 человек);
— Санитарный отдел (полковник медицинской службы Д. М. Лойдин, 29 человек);
— Ветеринарный отдел (подполковник ветеринарной службы А. В. Лазаревич, 12 человек);
— Архивное отделение (старший лейтенант интендантской службы Н. П. Левин, 5 человек);
— Отделение перевозок (подполковник ГБ С. И. Зикеев, 3 человека).
Всего по ГУЛАГу — 548 человек.
Если в конце 1941-го начальник ГУЛАГа имел четырех замов (считая первого), то теперь — семерых. Главк включал 3 управления, 9 отделов, 2 отделения и секретариат.

13 марта заместитель наркома Чернышов подписал приказ № 047 «О строительстве в 1945 году образцовых исправительно-трудовых лагерей и колоний НКВД», которым к 1 ноября предписывалось ввести в эксплуатацию следующие «образцовые лагеря и колонии»:
— по ГУЛЖДС — Свияжский отдельный лагерный пункт при Ремзаводе № 1 ГУЛЖДС (поселок Нижние Вязовые);
— по Главпромстрою — ИТЛ при Закавказметаллургстрое НКВД (Тбилиси);
— по ГУЛГМП — ИТЛ в западном районе Воркутлага;
— по Управлению лагерей лесной промышленности — лагерный пункт в Унженском ИТЛ;
— по Управлению исправительно-трудовых колоний ГУЛАГа — Крюковскую ИТК УИТЛК УНКВД по Московской области.
Уже в хрущевские времена именно в образцово-показательную Крюковскую ИТК под Москвой станут возить все делегации иностранцев, интересовавшихся пенитенциарной политикой в СССР.
15 марта заместитель наркома внутренних дел С. Н. Круглов и заместитель наркома госбезопасности Б. З. Кобулов подписали совместную директиву НКВД/НКГБ № 40/42сс:

«В целях разгрузки тюрем УССР, БССР часть следственных арестованных органами НКВД/НКГБ указанных республик из числа бывших немецких ставленников, полицейских, помещиков, участников националистических организаций, лиц, уклоняющихся от службы в Красной Армии и других антисоветских элементов, направляется в лагеря НКВД, расположенные на территории Коми АССР, Архангельской, Свердловской, Кировской и Куйбышевской областей.
Окончание следствия по делам этих арестованных возлагается на НКВД/НКГБ, УНКВД/УНКГБ по месту расположения лагерей.
В связи с этим предлагается:
— наркомам внутренних дел и государственной безопасности Коми АССР, начальникам УНКВД/УНКГБ Архангельской, Свердловской, Кировской и Куйбышевской областей совместным приказом образовать следственные группы и направить их в соответствующие лагеря для ведения следствия по делам направленных туда арестованных. Руководство следственными группами в лагерях возложить на заместителей Наркомов внутренних дел — государственной безопасности, заместителей начальников УНКВД/УНКГБ;
— отделам кадров НКВД/НКГБ СССР выделить в помощь для проведения следствия за счет других областей необходимое количество оперативных работников, знающих следственную работу, машинисток и учетных работников;
— начальникам лагерей НКВД содержать следственных арестованных отдельно от остальных заключенных и обеспечить в соответствии с требованиями руководителей следственных групп должную изоляцию однодельцев и особоопасных преступников; использование этих контингентов на работе в лагерях производить только по согласованию со следственными аппаратами;
— запретить переброски арестованных, находящихся под следствием, из одного подразделения или лагеря в другой до рассмотрения следственных дел в Особом совещании при НКВД СССР и получения из 1 с/о НКВД СССР выписки из решения Особого совещания;
— следствие по делам арестованных, вывезенных в лагеря, закончить в 2-месячный срок с момента прибытия их в лагерь; законченные дела направлять через прокурора в Особое совещание НКВД СССР; утверждение обвинительных заключений возложить на начальников следственных групп;
— по получении выписок из постановлений Особого совещания НКВД СССР об осуждении заключенных, они могут переводиться в другие лагерные подразделения и их учет, трудовое использование и содержание осуществлять на общих основаниях».

22 марта заместитель наркома А. П. Завенягин подписал приказ № 0223 «О строительстве Инспецмета НКВД и завода № 5 НКВД» (изданный на основании постановления ГКО № 7102сс/ов от 8 декабря 1944 года «О мероприятиях по обеспечению развития добычи и переработки урановых руд»):

«Приказываю:
— начальнику Главпромстроя НКВД СССР генерал-майору инженерно-технической службы тов. Комаровскому приступить к строительству в Москве Института специальных металлов НКВД и завода № 5 НКВД;
— организовать в Москве в системе Главпромстроя НКВД СССР на базе Управления Химкинского строительства Управление специального строительства «Спецстрой» НКВД СССР; возложить на Спецстрой НКВД все строительные работы по бывшему Управлению Химкинского строительства и завода, руководство механическим заводом в Москве и стекольным заводом «Красное Эхо», а также строительство двух жилых домов: для Норильского и Воркутинского комбинатов НКВД;
— Спецметуправлению НКВД СССР заключить подрядный договор со Спецстроем НКВД на производство строительно-монтажных работ по строительству Инспецмета НКВД и завода № 5 НКВД с жилым фондом;
— Начальнику Гидропроекта Главпромстроя НКВД СССР генерал-майору инженерно-технической службы С. Я. Жуку немедленно приступить к составлению проекта и рабочих чертежей строительства Инспецмета НКВД и завода № 5 НКВД; заключить со Спецстроем НКВД подрядный договор на проведение проектных работ; организовать на площадке строительства Особое проектно-конструкторское бюро (ОКТБ) из числа спецконтингента для проектирования указанных объектов».

Инспецмет (ныне НИИ неорганических материалов имени А. Бочвара) и завод № 5 должны были разместиться в комплексе зданий Всесоюзного института экспериментальной медицины, строительство которого началось еще в 1930-х по проекту Н. Е. Лансере — с 1931-го заключенного архитектурной «шарашки», участвовавшего также в проектировании «Большого дома» на Литейном в Ленинграде, сталинской дачи на Валдае и т. п.
Спецстрой НКВД возглавил бывший начальник Управления Химкинского строительства Главпромстроя НКВД А. В. Венгеровский (в 1935—1937 годах сотрудник автотракторного отдела Москваволгостроя, а с сентября 1944-го — начальник последнего из ответвлений огромного некогда Дмитлага — Химлага или Химкинского лагерного участка, обслуживавшего мелкие объекты Главпромстроя и в декабре того же года переданного было в ведение УИТЛК УНКВД по Московской области). Уже 4 апреля 1946-го приказом МВД СССР № 442 Венгеровского сменит в этой должности полковник А. И. Хархардин, ранее начальник Ягринлага и строительства № 203.
26 марта приказом № 00236 в составе 1 (учетно-архивного) спецотдела НКВД было организовано 13 отделение (штат 12 человек), на которое возлагались: учет, обработка и направление на рассмотрение поступающих в НКВД заявлений и жалоб заключенных, ссыльных и их родственников; контроль за рассмотрением заявлений в органах НКВД; выдача справок об осужденных «гражданам, обращающимся в НКВД СССР»; «составление справок и заключений по заявлениям осужденных, поступающим из Президиума Верховного Совета СССР и других правительственных органов».
На 1 апреля по штатам ГУЛАГа значилось 545 человек, реально было «в наличии» — 502. По другим лагерным и тюремным подразделениям НКВД эти показатели составляли: УЛЛП — 95 (85), ГУАС (Главное управление аэродромного строительства) — 175 (166), ГУЛГМП — 163 (122), Главпромстрой — 139 (116), ГУЛЖДС — 233 (220), УМТС (Управление материально-технического снабжения) — 111 (106), ГУШОСДОР — 200 (168), Тюремное управление — 85 (77) , Отдел спецпоселений — 43 (41), ОБДББ (Отдел по борьбе с детской беспризорностью и безнадзорностью) — 105 (98), ОПФЛ (Отдел проверочно-фильтрационных лагерей) — 63 (43), 4 спецотдел (Особые технические бюро — «шарашки») — 397 (343).
В лагерях НКВД на этот же день числилось 15 586 каторжан — 14 313 мужчин и 1113 женщин (разница в 160 человек возникла из-за того, что не все ИТЛ сообщили сведения о половом составе контингента). Возраст пятерых каторжан был менее 17 лет, от 17 до 30 лет — 7336 каторжан, от 31 до 50 лет — 6566, от 51 до 60 лет — 1286, старше 60 лет — 393 каторжанина.
5 апреля Берия своим письмом известил Сталина о том, что «лагеря лесной промышленности НКВД за годы Отечественной войны выполнили государственные планы лесозаготовок и обеспечили выполнение заданий правительства по важнейшей оборонной продукции. Осенне-зимний план 1943—1944 гг. по заготовке и вывозке авиационной сосны выполнен на 102,5% и по авиационной фанерной березе на 102%. Годовой план по производству спецукупорки выполнен на 119,4%, пиломатериалам для ее изготовления на 135,7%, крепежному лесу на 112,3%, балансам для бумажной промышленности на 133,6% и лесопилению на 110%»; к письму прилагался проект указа ПВС о награждении орденами и медалями наиболее отличившихся работников лесных лагерей, который был подписан на следующий день. Всего было награждено 149 человек, из них орденами Трудового Красного Знамени — 5, Красной Звезды — 7, «Знак Почета» — 59, медалями «За трудовую доблесть» — 46, «За трудовое отличие» — 32 человека. Орден Трудового Красного Знамени получили начальник Вятского ИТЛ полковник А. Д. Кухтиков, заместитель начальника УЛЛП подполковник ГБ В. П. Сорокин, начальник УЛЛП комиссар ГБ М. И. Тимофеев.
14 апреля приказом № 328 были присвоены спецзвания: комиссара ГБ 3 ранга — начальнику Ухтоижемского комбината НКВД С. Н. Бурдакову, комиссаров ГБ — начальнику строительства Богословского алюминиевого завода и ИТЛ (Базстрой) И. П. Бойкову, начальнику Воркутинского комбината М. М. Мальцеву, начальнику Норильского комбината А. А. Панюкову.
Первое послевоенное (на 11 мая) распределение заключенных (всего — 1 262 583 человека) по стройкам и предприятиям было следующим: УИТЛК ГУЛАГа — 587 119 человек, УЛЛП — 154 397, ГУЛГМП — 120 999, Главпромстрой — 93 007, ГУЛЖДС — 149 146, Дальстрой — 97 260, Особстрой (Безымянлаг) — 11 525, ГУШОСДОР — 19 615, ГУАС — 9082, «на работах НКВД/НКГБ» — 20 433 человека. Между производственными управлениями и главками НКВД лагеря распределялись так:

— УИТК ГУЛАГа: Астраханский, Карагандинский, Среднебельский, Сибирский, Темниковский и Московский лесозаготовительный ИТЛ (последний был создан в декабре 1944-го на базе Ухринского лесозаготовительного района Волгостроя с дислокацией управления в Рыбинске);
— УЛЛП: Устьвымский, Каргопольский, Унженский, Вятский, Усольский, Ныробский, Ивдельский, Североуральский, Восточноуральский, Красноярский ИТЛ;
— ГУЛГМП: Норильский, Джидинский лагеря, Красноярский аффинажный завод, Воркутинский, Интинский, Ухтоижемский, Тырныаузский ИТЛ;
— Главпромстрой: Соликамский, Ягринский, Тавдинский, Богословский лагеря, Челябметаллургстрой, Тагильский, Актюбинский, Понышский, Лобвинский, Широковский, Опокский ИТЛ, Волгострой, Закавказметаллургстрой;
— ГУЛЖДС: Нижнеамурский, Восточный, Перевальный, Северодвинский, Северный железнодорожный, Печорский, Котласский лагеря;
— Дальстрой: Северо-восточные лагеря;
— Особстрой: Безымянский лагерь;
— ГУШОСДОР: ИТЛ и строительства №№ 2 и 3 (соответственно шоссе «Москва—Минск» и «Москва—Харьков»);
— ГУАС: Каспийский лагерь (Баку).

16 мая Берия направил на имя Сталина сразу два ходатайства:

«На НКВД СССР Правительством возложено строительство и эксплуатация ряда горных и металлургических предприятий: Норильского комбината, добывающего никель, медь, платину, уголь; Печорского угольного бассейна, Тырны-Аузского и Джидинского вольфрамо-молибденовых комбинатов, Донских хромовых рудников в Актюбинской области, Волчанских угольных разрезов на Северном Урале. За период 1943—1944 гг. перечисленные предприятия значительно увеличили выпуск продукции и ввели крупные дополнительные мощности:
— Норильский комбинат увеличил выпуск никеля с 500 тонн в 1942 году до 3.850 тонн в 1944 году, выплавку меди с 450 тонн до 3.610 тонн, добычу угля с 475 тысяч тонн до 690 тысяч тонн;
— Печорский угольный бассейн увеличил добычу угля с 757 тысяч тонн в 1942 году до 2.554 тысяч тонн в 1944 году;
— добыча хромовой руды на Донских рудниках возросла с 220 тысяч тонн до 300 тысяч тонн;
— в декабре 1944 года закончен строительством и сдан в эксплуатацию Волчанский угольный разрез на Северном Урале мощностью 2 млн. тонн угля в год;
— в январе 1945 года вступил в эксплуатацию восстановленный Тырны-Аузский вольфрамово-молибденовый комбинат мощностью 1.000 тонн концентратов в год, взорванный и полностью разрушенный при немецкой оккупации.
План 1944 года выполнен:
— Норильским комбинатом НКВД по добыче никеля на 110%, по добыче меди на 103%, по добыче платины на 105%;
— Печорским угольным бассейном по добыче угля на 103%.
НКВД СССР ходатайствует о награждении лучших работников горных и металлургических предприятий НКВД СССР орденами и медалями СССР».

«ГКО возложил на НКВД СССР строительство крупнейших заводов черной и цветной металлургии: Тагильского металлургического завода с Высокогорским и Горноблагодатским рудниками, Челябинского металлургического завода с Бакальскими рудниками, Актюбинского ферросплавного завода с Донскими хромовыми рудниками, Закавказского металлургического завода с Дашкесанскими рудниками, Богословского алюминиевого и глиноземного заводов с собственной мощной электростанцией.
За 1943 — 1944 гг. на упомянутых стройках выполнен объем работ на 960 млн. рублей, сделано земляных работ — 6900 тыс. кбм, бетонных и железобетонных — 400 тыс. кбм., кирпичной и блочной кладки — 225 тыс. кбм., выстроено ж. д. путей — 250 километров, смонтировано металлоконструкций — 65 тыс. тонн.
За тот же срок введены в действие в Тагиле, Челябинске, Актюбинске и Богослове следующие новые мощности: по агломерации железных руд — 1.700 тыс. тонн (4 аглоленты), выжигу кокса — 1.740 тыс. тонн (4 коксовых батареи), выплавке чугуна — 1.080 тыс. тонн (3 доменных печи), выплавке стали — 300 тыс. тонн (2 мартеновских и 5 электропечей), прокат — 272 тыс. тонн (2 сортовых и 1 бандажный стан), феррохрому — 50 тыс. тонн (7 электропечей), глинозему — 50 тыс. тонн, электроэнергии — 152 тыс. квт (6 турбогенераторов).
В первом полугодии 1945 года полностью заканчивается строительство Актюбинского ферросплавного комбината. В апреле 1945 года Богословский алюминиевый завод выпустит металлический алюминий.
НКВД СССР ходатайствует о награждении орденами и медалями СССР лучших работников перечисленных строек черной и цветной металлургии НКВД СССР».

В тот же день последовали два указа ПВС. Одним было награждено 963 работника горно-металлургических предприятий НКВД, из них орденами Ленина — 10 человек, Трудового Красного Знамени — 60, Красной Звезды — 117, «Знак Почета» — 217, медалью «За трудовую доблесть» — 247, «За трудовое отличие» — 312 человек. Среди награжденных орденом Ленина был начальник Воркутинского комбината комиссар ГБ М. М. Мальцев, орденом «Трудового Красного Знамени» — начальник Норильского комбината комиссар ГБ А. А. Панюков.
По другому указу награды получил 671 работник строек черной и цветной металлургии НКВД, из них ордена Ленина — 9 человек, Трудового Красного Знамени — 60, Красной Звезды — 87, «Знак Почета» — 169, медали «За трудовую доблесть» — 148, «За трудовое отличие» — 198 человек. Среди награжденных орденом Ленина были начальник Базстроя комиссар ГБ И. П. Бойков, и генерал-майоры инженерно-технической службы: начальник Главпромстроя А. Н. Комаровский, прежний начальник Главпромстроя Г. М. Орлов, бывший начальник Тагилстроя и начальник Челябметаллургстроя Я. Д. Рапопорт, бывший начальник строительства Актюбинского комбината и начальник Тагилстроя М. М. Царевский.
20 мая заместитель наркома Чернышов направил на имя Берии следующую докладную записку:

«НКВД СССР получено на заключение письмо секретаря ЦК КП(б)У тов. Хрущева и проект Указа Президиума Верховного Совета СССР «О применении каторжных работ в качестве меры наказания». Тов. Хрущев в своем письме пишет, что есть такие случаи в судебной практике, когда лишение свободы на 10 лет является слишком мягким наказанием и суды в этих случаях вынуждены применять расстрел, не имея в своем распоряжении иного более сурового наказания, чем 10 лет лишения свободы. В связи с этим тов. Хрущев предлагает почти по всем статьям Уголовного Кодекса, предусматривающим в виде предельной санкции высшую меру наказания, дополнительно ввести осуждение к каторжным работам на срок от 15 до 20 лет.
Эта мера наказания тов. Хрущевым мотивируется также желанием сохранить физически здоровых людей для использования на работах в отдаленных и особотяжелых местностях Советского Союза.
Докладываю наши соображения:
1. Каторжные работы, как специальная мера наказания, введена Указом Президиума Верховного Совета СССР от 19 апреля 1943 года за преступления, совершенные в военное время, применяются к лицам, — пособникам врагу в расправах и насилиях над гражданским населением и пленными красноармейцами.
За все время применения данного Указа осуждено к каторжным работам немного более 29.000 человек.
Широкое распространение новой тяжелой санкции наказания в виде каторжных работ к концу победоносной войны вряд ли явится целесообразным. Тем более, что фактическое применение высшей меры наказания за последние годы было очень незначительным и в случаях действительно крайней нужды.
2. Опыт присуждения к каторжным работам, проводившийся до настоящего времени, показывает, что большое количество осужденных каторжников являются нетрудоспособными (из 29.000 человек почти 10.000 нетрудоспособных) и не могут быть привлечены ни к каким работам, а тем более к каторжным. В целях реальности наказания пришлось бы в законе «О введении каторжных работ» делать оговорку о применении этой санкции только к физически здоровым людям, что осложнило бы на практике работу судов, а закон сделало бы менее устойчивым.
3. Применение труда каторжников в условиях лагерей НКВД СССР является сложным, так как из одних каторжников, как правило, укомплектовать производственный лагерь невозможно и приходится добавлять специалистов из вольнонаемных или осужденных к другим мерам наказания.
Опыт работы с каторжниками в Воркутинском угольном лагере показывает, что осужденные к каторжным работам на 15—20 лет в условиях специального режима для каторжников теряют перспективу выдержать до конца срока, 15—20 лет, режим и условия каторжных работ. Отсюда моральная подавленность и полное отсутствие стимула для труда, а в результате труд каторжников значительно менее эффективен, чем труд обычных лагерников, при этом, потеря трудоспособности через 5—6 лет почти обязательна.
Исходя из вышеизложенного, считал бы целесообразным предложение тов. Хрущева не принимать».

На 1 июня в ИТЛ и ИТК содержалось 1 501 305 заключенных, из них работало 1 222 113 человек, в том числе: в промышленном строительстве — 109 832, на строительстве железных дорог — 141 666, в Дальстрое, Норильлаге, Воркутлаге и на других горно-металлургических предприятиях — 192 435, в лесных лагерях — 156 617, на стройках ГУШОСДОР — 17 691, на стройках ГУАС — 4522, в промышленных колониях и совхозах — 599 350, на контрагентских работах в других наркоматах — 279 092 человека.
Не работало 216 955 заключенных, в том числе находилось в пересыльных пунктах и в этапах 70 983 человека, неработающих инвалидов — 145 972 человека.
Каторжан — 36 572 человека, из них в Воркутлаге — 12 878 человек, Тайшетлаге — 7774, Севвостлаге — 3787, Норильлаге — 1902, Котласлаге — 194, Карлаге — 180, в тюрьмах — 7481, на пересыльных пунктах — 2376 каторжан.
12 июня заместитель главноначальствующего Советской Военной Администрации в Германии (СВАГ) И. А. Серов направил на имя Берии телефонограмму с просьбой назначить начальником Отдела внутренних дел СВАГ заместителя начальника ГУЛАГа комиссара ГБ Г. П. Добрынина. Но это ходатайство Серова не было удовлетворено, и УВД СВАГ возглавил генерал-майор П. И. Мальков, ранее начальник УНКВД Ивановской области, а до того — офицер по особым поручениям при наркоме внутренних дел. Возможно, решающим стало то обстоятельство, что начальник ГУЛАГа В. Г. Наседкин в это время начал часто отсутствовать на службе по причине болезни и именно Добрынин в качестве его первого зама руководил работой ГУЛАГа (в 1947-м Добрынин будет назначен начальником ГУЛАГа, а уволенный «в запас» Наседкин умрет в 1950-м в возрасте 45 лет).

За просьбой Серова стояло его давнее знакомство с Добрыниным: они вместе учились в Военной академии имени Фрунзе, после ее окончания в 1939-м оба пришли на работу в опустошенный ежовскими чистками Центральный аппарат НКВД, где Серов первоначально стал заместителем начальника ГУРКМ (Главное управление Рабоче-крестьянской милиции), а Добрынин — заместителем начальника ГУЛАГа. Правда, к 1945 году Серов вырос до заместителя наркома и комиссара ГБ 2 ранга, а Добрынин так и оставался в ГУЛАГе, но не случайно именно он по линии ГУЛАГа участвовал вместе о Серовым в выселении чеченцев и ингушей с Северного Кавказа, «антисоветского элемента» из Крыма, в мае 1945 года направлялся в командировку в Германию в распоряжение Серова, а в 1952-м откомандировывался в распоряжение Серова на период ввода в эксплуатацию Волго-Донского канала. С образованием КГБ при СМ СССР Серов стал его председателем, а Добрынин — начальником 7 (оперативного) управления КГБ и оставался на этой должности вплоть до перевода Серова в 1958-м в начальники военной разведки (ГРУ ГШ МО СССР), когда и Добрынин был направлен советником КГБ в Монголию.

25 июня приказом № 00737 Тайшетский ИТЛ УИТЛК УНКВД Иркутской области был реорганизован в Тайшетский лагерь НКВД для содержания осужденных к каторжным работам «3 и 4 категории трудоспособности» с непосредственным подчинением ГУЛАГу. Однако уже 8 сентября приказом № 0231 в связи с возобновлением строительства БАМа и необходимостью «приема и размещения полноценной рабочей силы, прибывающей на строительство железной дороги «Тайшет—Братск»», Тайшетский лагерь НКВД для содержания каторжников с ограниченной годностью к труду был ликвидирован, а содержавшиеся там 13 000 каторжников и заключенных направлены в Сиблаг и Карлаг; 4623 нетранспортабельных коечных больных — каторжников и заключенных — оставили в ведении УИТЛК УНКВД Иркутской области с организацией для них трех лаготделений.
4 июля Чернышов подписал директиву НКВД № 110сс «О приеме, размещении, охране и использовании на работах корпуса «власовцев»»:

«Для обеспечения приема, размещения, охраны и использования на работах корпуса «власовцев» в количестве 46.000 человек, принятых от союзников, сосредоточить в нижеследующих лагерях НКВД:
— в ПФЛ НКВД № 0302 (Кизел) — 14.000 человек;
— в ПФЛ НКВД 0314 (Кемерово) — 9.500 человек;
— в ПФЛ НКВД № 0315 (Прокопьевск) — 17.000 человек.
Весь остальной, в том числе офицерский, состав корпуса «власовцев», их семьи и инструкторский состав из числа немцев сосредоточить в лагере для военнопленных № 525 (Прокопьевск) ГУПВИ НКВД СССР.
Оперативная проверка всех «власовцев» возложена на органы контрразведки НКО «Смерш».
Трудовое использование «власовцев» организовать только на предприятиях Наркомугля компактными группами, преимущественно, на хорошо охраняемых объектах работ.
«Власовцев» размещать и использовать на работах изолированно от других контингентов.
Для «власовцев» установить особо строгий режим содержания, исключающий возможность побегов, связи с внешним миром, в связи с чем тщательно разработать план охраны жилой зоны лагеря и объектов работ. Вывод на работы производить под усиленным конвоем.
Начальнику Управления конвойных войск НКВД СССР генерал-лейтенанту тов. Бочкову взять лагеря НКВД №№ 0302, 0314, 0315 и 525 под усиленную охрану как по периметру, так и на объектах работ.
Всех нарушителей установленного внутрилагерного распорядка и уклоняющихся от работ наказывать и организовывать для них особо режимные бригады, а злостных немедленно предавать суду Военного трибунала.
В целях профилактики производить периодические обыски «власовцев» и не допускать хранения запрещенных предметов.
Укомплектовать вышеуказанные лагеря наиболее дисциплинированными и знающими службу офицерским и вахтерским составом.
Обеспечение питанием, вещевым довольствием, постельными принадлежностями, медицинским и санитарным обслуживанием производить по нормам, существующим для спецконтингента.
Расконвоирование «власовцев» воспрещается.
Начальникам УНКВД все мероприятия по приему, размещению, охране и использованию на работах «власовцев» разработать совместно с начальниками лагерей, представителями Управления конвойных войск НКВД и отделов контрразведки НКО «Смерш». Начальнику Отдела проверочно-фильтрационных лагерей НКВД СССР комиссару госбезопасности тов. Шитикову, начальникам УНКВД по Молотовской и Кемеровской областям работу указанных лагерей взять под особый контроль и оказывать им практическую помощь для проведения вышеуказанных мероприятий. Начальникам вышеуказанных лагерей обеспечить строгий персональный и статистический учет «власовцев».
О выполнении настоящей директивы докладывать ежемесячно отдельной докладной запиской и о мероприятиях по подготовке к приему доложить немедленно».

6 июля указом ПВС «О званиях, форме одежды и знаках различия начальствующего состава НКВД и НКГБ СССР» отменялась система специальных званий начальствующего состава НКВД и НКГБ с заменой на общевойсковые. Наркомам внутренних дел и государственной безопасности предлагалось «произвести переаттестацию высшего начальствующего состава органов НКВД—НКГБ, руководствуясь при этом тем, что лицам, имеющим специальные звания комиссаров государственной безопасности, присваиваются соответствующие генеральские звания», и представить соответствующий проект постановления на утверждение СНК СССР.

9 июля наркому внутренних дел Берии было присвоено воинское звание «Маршал Советского Союза», наркому государственной безопасности СССР В. Н. Меркулову — «генерал армии». В тот же день Сталин подписал постановление СНК № 1663 о присвоении генеральских званий начальствующему составу органов НКВД и НКГБ. Генерал-полковниками стали: начальник ГУКР НКО «Смерш» В. С. Абакумов, заместители наркома внутренних дел СССР С. Н. Круглов, И. А. Серов и В. В. Чернышов, заместитель наркома госбезопасности СССР Б. З. Кобулов, начальник УНКВД по Хабаровскому краю С. А. Гоглидзе, начальник ГУШОСДОР К. А. Павлов.
Звание генерал-лейтенанта было присвоено 51 чекисту, в том числе начальнику Ухтоижемского комбината НКВД С. В. Бурдакову, заместителям наркома А. П. Завенягину, Б. П. Обручникову и Л. Б. Сафразьяну, начальнику ГУЛАГа В. Г. Наседкину, начальнику Дальстроя И. Ф. Никишову.
Генерал-майорами стали 143 человека, в том числе заместитель начальника ГУЛАГа Г. П. Добрынин, начальник 9 управления (так с 28 июня из соображений конспирации стало именоваться Спецметуправление) и заместитель начальника ГУЛГМП С. Е. Егоров, заместитель начальника ГУЛАГа Г. С. Завгородний, начальник 4 спецотдела НКВД В. А. Кравченко, начальник ОБДББ НКВД Ф. А. Леонюк, начальник Воркутинского комбината М. М. Мальцев, начальник Тюремного управления НКВД М. И. Никольский, начальник Воркутинского комбината А. А. Панюков, начальник Нижнеамурского ИТЛ И. Г. Петренко, начальник УЛЛП М. И. Тимофеев, начальник ОПФЛ Н. И. Шитиков.
Всего спецзвания комиссаров ГБ разных рангов на генеральские поменяли 203 чекиста. После этой переаттестации у всех офицерских званий сотрудников НКВД и НКГБ исчезла приставка «государственной безопасности», и «полковники государственной безопасности» стали просто «полковниками» и т. п. Однако присвоение генеральских званий в системе НКВД обошло высших сотрудников милиции, у которых еще очень долго (до 23 октября 1973-го, когда были введены звания генерал-майоров и генерал-лейтенантов милиции) сохранялись прежние спецзвания «комиссаров милиции» разных рангов. Это служило причиной обид, в том числе самого начальника ГУМ НКВД комиссара милиции 1 ранга А. Г. Галкина, чье спецзвание соответствовало воинскому званию «генерал-полковник», — которым Галкин так и не станет.

7 июля указом ПВС «Об амнистии в связи с победой над гитлеровской Германией» освобождались от наказания осужденные: к лишению свободы на срок не свыше трех лет и «к более мягким мерам наказания»; за самовольный уход с предприятий военной промышленности и других предприятий, на которые распространялся указ от 26 декабря 1941-го; за незначительные воинские преступления. Осужденным на срок свыше трех лет (кроме осужденных за контрреволюционные преступления, хищения социалистической собственности (по закону от 7 августа 1938-го), бандитизм, фальшивомонетничество, умышленное убийство и разбой) остающийся срок наказания сокращался наполовину. Амнистия не применялась к неоднократно совершившим растраты, кражи, грабежи и хулиганство.
31 июля приказом № 00913 объявлялось «Положение о Казанской тюремной психиатрической больнице НКВД СССР», подведомственной Тюремному управлению НКВД СССР и НКВД Татарской АССР. Тюремное управление осуществляло общее руководство санитарно-лечебной работой, психиатрической экспертизой и оформлением приема и убытия душевнобольных заключенных в больницу и из больницы; во всех остальных отношениях больница подчинялась НКВД Татарской АССР.

В тюремной психиатрической больнице содержались: душевнобольные заключенные, совершившие государственные преступления, содержавшиеся под стражей и направленные на принудительное лечение в соединении с изоляцией по определению суда или по постановлению ОСО НКВД; осужденные за государственные преступления, чья психическая болезнь началась в период отбытия срока наказания. Предполагались «квалифицированное лечение душевнобольных заключенных всеми доступными средствами современной медицины», организация в помещениях тюремной больницы несложных и неопасных производств для «трудового лечения спокойных душевнобольных заключенных» и их привлечение в тех же целях к хозяйственным работам, а также проведение «способствующих лечебному процессу культурных мероприятий».
Основанием для помещения в тюремную больницу служили копия определения суда (либо выписка из протокола ОСО) с приложением заверенной копии акта психиатрической экспертизы. Душевнобольные заключенные должны были каждые шесть месяцев подвергаться переосвидетельствованию Центральной врачебно-экспертной комиссией Тюремного управления НКВД для определения «возможности прекращения принудительного лечения в соединении с изоляцией, вследствие выздоровления или неизлечимости заболевания». Тела умерших в тюремной больнице родственникам не выдавались, а извещение о смерти душевнобольного немедленно высылалось Тюремному управлению и отделу актов гражданского состояния по месту жительства умершего до ареста.
Душевнобольные заключенные содержались в палатах в условиях, исключающих возможность безнадзорного выхода в коридоры и другие палаты и помещения тюремной больницы, общение заключенных разных палат между собою допускалось врачебным персоналом тюремной больницы по утвержденному начальником больницы и ее главным врачом (одновременно являвшимся заместителем начальника больницы) плану в определенные дни и часы. Продолжительность прогулок определялась лечащими врачами. Не допускалось хранение в палатах предметов, которые могли быть использованы как орудие нападения или самоубийства. Находящимся в ясном сознании дважды в месяц разрешалась переписка с родственниками, а свидания — с разрешения в каждом отдельном случае Тюремным управлением.
Подавать заявления и жалобы в высшие советские и партийные органы и должностным лицам могли только заключенные, признанные выздоровевшими еще до своего выбытия из больницы.

8 августа приказом № 0207 Центральная школа ГУЛАГа перебазировалась из поселка Красная Глинка Куйбышевской области (ныне в черте Самары; до войны именно здесь начиналось строительство Куйбышевского гидроузла, позднее перенесенное на 50 километров выше по течению Волги) на станцию Щербинка Московско-Курской железной дороги в помещения ИТК № 5 УИТЛК УНКВД Московской области. При Центральной школе ГУЛАГа на новом месте ее дислокации в качестве подсобного сельского хозяйства и для обеспечения ремонта, нового строительства и хозяйственного обслуживания школы организовывалась ИТК с контингентом в 200 человек.
9 августа Берия подписал приказ № 0210 «Об образовании комиссии для пересмотра структуры и штата органов НКВД», которым «в связи с изменением обстановки и условий работы некоторых оперативных и войсковых управлений и отделов и предполагаемым сокращением объема работы строительно-лагерных управлений НКВД СССР, а также учитывая необходимость улучшения руководства и контроля со стороны аппарата НКВД СССР за работой местных органов, предприятий и строек», предлагалось в месячный срок подготовить предложения о сокращении штата Центрального аппарата и местных органов НКВД, устранении параллелизма в работе смежных отделов и управлений и т. п.

По линии строительно-лагерных и тюремных управлений и отделов эти предложения свелись к следующему:
— организовать на базе Главного управления борьбы с бандитизмом НКВД Секретно-оперативное управление (СОУ; такая структура некогда существовала в ОГПУ), помимо борьбы с бандитизмом возложив на него агентурно-оперативное обслуживание заключенных ИТЛ и ИТК и спецпереселенцев;
— ликвидировать 4 спецотдел (ОТБ), создав в ГУЛАГе отделение по использованию заключенных специалистов;
— упразднить Тюремное управление, передав его функции в ГУЛАГ;
— упразднить Отдел спецпоселений НКВД, передав оперативное обслуживание спецпоселенцев в СОУ, а их административно-хозяйственное обеспечение возложить на ГУЛАГ;
— организовать в ГУЛАГе Тюремный отдел, Отдел лесной промышленности (на базе УЛЛП) и Отдел спецпоселений;
— организовать на базе ГУЛГМП, прежнего Главпромстроя и ГУАС Главное управление промышленного строительства (Главпромстрой НКВД);
— ликвидировать Отдел проверочно-фильтрационных лагерей (ОПФЛ);
— ликвидировать Оперативно-чекистский отдел ГУЛАГа, передав его функции в СОУ НКВД.
Из этих предложений были реализованы (уже в 1946-м) лишь передача ГУАС в Наркомат по строительству топливных предприятий СССР и расформирование ОПФЛ с передачей его функций в ГУЛАГ.

16 июля США успешно провели испытание первой в мире атомной бомбы, а 6 и 9 августа опробовали ее на японских городах Хиросима и Нагасаки. 20 августа Сталин подписал постановление ГКО № 9887сс/оп «О Специальном комитете при ГКО», в состав которого вошли: Л. П. Берия (председатель), Г. М. Маленков, Н. А. Вознесенский, Б. Л. Ванников, А. П. Завенягин, И. В. Курчатов, П. Л. Капица, В. А. Махнев и М. Г. Первухин. На Спецкомитет было возложено руководство «всеми работами по использованию внутриатомной энергии урана», и прежде всего разработкой и созданием советской атомной бомбы.
Для непосредственного руководства всеми работами было организовано 1 Главное управление с прямым подчинением Спецкомитету при ГКО (после ликвидации ГКО в сентябре Спецкомитет перешел в ведение СНК/Совмина СССР). 1 Главное управление при СНК СССР возглавил Б. Л. Ванников, ранее нарком боеприпасов СССР, а его первым заместителем стал заместитель наркома внутренних дел А. П. Завенягин (по совместительству).
Вскоре после организации Спецкомитета и 1 Главного управления головной организацией по строительству объектов 1 Главного управления станет освобожденный от всех других работ Главпромстрой НКВД (во главе с А. Н. Комаровским).
30 августа 1945 года начальник ГУЛАГа В. Г. Наседкин направил Берии следующее спецсообщение:

«По телеграфному сообщению заместителя начальника Норильского ИТЛ НКВД майора тов. Копылова, 18 августа с. г. из лагерного пункта «Каеркан» был совершен групповой побег 31 каторжника.
Высланные для преследования оперативные группы военизированной охраны Норильлага в составе 160 человек 26 августа обнаружили всех беглецов в районе реки Дудинка. При задержании преступники пытались бежать. В результате применения оружия 29 каторжников убито, а остальные двое задержаны.
Мною дано телеграфное распоряжение находящемуся в Норильлаге начальнику Управления охраны и режима ГУЛАГа НКВД СССР полковнику тов. Смирнову произвести тщательное расследование для привлечения виновных в допуске побега к строгой ответственности, а также принять на месте необходимые меры к усилению охраны каторжников».

10 октября Берия подпишет приказ № 001186 «О групповом побеге каторжников из Норильского ИТЛ НКВД», в котором информация заместителя начальника Норильлага по охране и режиму Ф. И. Копылова о задержании двоих и гибели остальных 29 каторжников примет несколько иной вид («все бежавшие… задержаны»). Начальник ОИТК УНКВД по Вологодской области упоминается в этом приказе потому, что после ликвидации (приказом № 0175 от 29 июня) Котласского ИТЛ одно из лагподразделений котласского пересыльного пункта, где содержались больные каторжане (подлежавшие направлению в Воркуту), было передано в ведение вологодского ОИТК:

«19 августа 1945 года в Норильлаге НКВД из зоны лагерного пункта «Каеркан» совершили групповой побег 31 каторжник. Принятыми мерами все бежавшие каторжники задержаны. Расследованием установлено, что групповой побег каторжников произошел в результате преступно-халатного отношения оперативно-служебного наряда военизированной охраны к своим обязанностям, отсутствия должного оперативно-чекистского обслуживания каторжников и несоздания надлежащих режимных условий для их содержания.
Приказываю:
1. Непосредственных виновников, допустивших побег, начальника лагерного пункта Компанейцева, командира отделения военизированной охраны Спирина, надзирателя Белоусова и стрелка Белякова арестовать и предать суду.
2. Начальника военизированной охраны Норильского лагеря майора Копылова за необеспечение надлежащей охраны каторжников арестовать на 15 суток, командира дивизиона лейтенанта Марушкина и командира взвода старшину Бутяева арестовать на 20 суток каждого и понизить в должности.
3. Начальника оперативно-чекистского отдела майора Островского за необеспечение надлежащего оперативно-чекистского обслуживания каторжников арестовать на 10 суток.
4. Начальника Норильлага НКВД генерал-майора Панюкова за несоздание надлежащих режимных условий содержания каторжников предупредить.
5. Начальникам Норильлага тов. Панюкову, Севвостлага тов. Титову, Воркутлага тов. Мальцеву, Карлага тов. Соколову, Сиблага тов. Прокопьеву, УИТЛК УНКВД по Иркутской области тов. Черемисину и ОИТК УНКВД по Вологодской области тов. Косачеву немедленно принять меры к укреплению режима содержания и усилению изоляции каторжников в полном соответствии с инструкцией, объявленной приказом НКВД СССР № 00966-1943 года и дополнительными указаниями НКВД СССР.
Каторжников, склонных к побегам, бандитствующий элемент и других злостных нарушителей режима сосредоточить в отдельных лагерных подразделениях и установить за ними строгий надзор. Во всех случаях конвоирование этих каторжников производить под усиленной охраной с обязательным применением наручников.
6. Начальникам оперативно-чекистских отделов вышеуказанных ИТЛ НКВД усилить агентурно-оперативную работу среди каторжников, выделив для их обслуживания наиболее квалифицированных работников.
7. В 2-недельный срок привести в надлежащее состояние зоны, оборудовав их необходимым ограждением, достаточным освещением, средствами связи и сигнализации.
8. Начальнику ГУЛАГа НКВД СССР генерал-лейтенанту тов. Наседкину произвести в 4 квартале 1945 года проверку состояния режима содержания и изоляции во всех каторжных лагерных подразделениях и о результатах доложить».

18 сентября 1945 года начальник 1 спецотдела НКВД СССР полковник А. С. Кузнецов направил на имя Берии докладную записку:

«Согласно существующему порядку, при выдаче справок о лицах, осужденных к высшей мере наказания бывшими тройками НКВД—УНКВД, Военной Коллегией Верховного суда СССР с применением закона от 1 декабря 1934 года и в особом порядке, указывается, что эти лица осуждены к лишению свободы на 10 лет с конфискацией имущества и для отбытия наказания отправлены в лагеря с особым режимом с лишением права переписки и передач.
В связи с истечением десятилетнего срока в приемные НКВД—УНКВД поступают многочисленные заявления граждан о выдаче справок о местонахождении их близких родственников, осужденных названным выше порядком.
Наряду с этим граждане ходатайствуют о выдаче им письменных справок об осуждении своих родственников, мотивируя необходимостью представления соответствующих свидетельств в суды в связи с рассмотрением гражданских дел (развод, оформление наследства и т. д. ).
Докладывая об изложенном, полагал бы необходимым установить следующий порядок выдачи справок о лицах, осужденных к высшей мере наказания:
1. Впредь на запросы граждан о местонахождении их близких родственников, осужденных к ВМН в 1934—1938 годах бывшими тройками НКВД—УНКВД, Военной Коллегией Верховного суда СССР с применением закона от 1 декабря 1934 года и в особом порядке, сообщать им устно, что их родственники, отбывая наказание, умерли в местах заключения НКВД СССР. 1 спецотделам выдачу подобных справок производить только после получения на это санкции соответственно Народного комиссара внутренних дел союзной (автономной) республики, начальника УНКВД края (области). В отнесении осужденных Особым Совещанием при НКВД СССР к высшей мере наказания в период Отечественной войны 1941—1945 годов давать устные ответы через 1 спецотделы НКВД—УНКВД в прежнем порядке.
2. О выдаче сведений о смерти лиц, осужденных к ВМН, производить отметку в учетах НКВД—УНКВД и высылать соответствующие извещения в 1 спецотдел НКВД СССР для отражения в оперативно-справочной картотеке.
3. 1 спецотделам НКВД—УНКВД сообщать о выдаче указанных выше справок в ОАГС, а последним, в случае обращения к ним родственников осужденных, выдавать соответствующие свидетельства о смерти, согласно установленному порядку.
Прошу Ваших решений».

22 сентября Берия написал на этой докладной записке резолюцию: «Тов. Меркулову В. Н., тов. Чернышову В. В., тов. Кобулову Б. З. Прошу Вас совместно рассмотреть эти предложения и дать свое заключение»; заключение появилось 28 сентября:

«По существу предложения начальника 1 спецотдела НКВД СССР полковника тов. Кузнецова о порядке выдачи справок членам семей лиц, осужденных к высшей мере наказания бывшими тройками НКВД, Военной Коллегией Верховного Суда СССР и в особом порядке, считаем целесообразным:
1. Впредь на запросы граждан о местонахождении их родственников, осужденных к ВМН в 1934—1938 годах бывшими тройками НКВД, Военной Коллегией Верховного суда СССР и в особом порядке, сообщать им устно, что осужденные умерли в местах заключения.
2. Выдачу подобных справок производить 1 спецотделам только с санкции в каждом отдельном случае Народного комиссара внутренних дел союзной (автономной) республики, начальника УНКВД края (области) соответственно.
3. В отношении осужденных Особым Совещанием при НКВД СССР к высшей мере наказания в период Отечественной воины 1941—1945 годов давать устные справки через 1 спецотделы НКВД—УНКВД в прежнем порядке (осуждены к лишению свободы на 10 лет с лишением права переписки и передач).
4. О выдаче сведений о смерти лиц, осужденных к ВМН, производить отметку в учетах НКВД—УНКВД и высылать соответствующее извещение в 1 спецотдел НКВД СССР для отражения в оперативно-справочной картотеке.
5. Одновременно с выдачей справок о смерти заключенных, указанных в п. 1, объявлять их родственникам, что соответствующие свидетельства они могут получить в ОАГСе. 1 спецотделам НКВД—УНКВД сообщать о выдаче указанных выше справок в ОАГС, а последним, в случае обращения к ним родственников осужденных, выдавать свидетельства о смерти, согласно установленному порядку».

29 сентября нарком наложил резолюцию: «Согласен. Л. Берия». Практика массовых искажений в датах и обстоятельствах смерти жертв «большого террора» началась именно тогда, а не во времена хрущевских реабилитаций, как часто думают.
1 октября на основании постановления ГКО и приказа НКВД № 001115 из НКВД в 1 Главное управление при СНК СССР передавались 9 управление вместе с подведомственными ему комбинатом № 6 и НИИ-9 (Инспецмет) с заводом № 5 и их личный состав; начальник 9 управления генерал-майор С. Е. Егоров теперь возглавил 1 управление 1 Главного управления при СНК СССР.
4 октября Берия подписал приказ НКВД № 001133 «О строительстве Байкало-Амурской железнодорожной магистрали»:

«Во исполнение постановлений Государственного Комитета Обороны № 9936с от 30 августа 1945 года и Совета Народных Комиссаров СССР № 2419-644сс от 21 сентября 1945 года приказываю:
— возложить изыскания, проектирование и строительство Байкало-Амурской железнодорожной магистрали (БАМ) на Главное управление лагерей железнодорожного строительства НКВД СССР; строительство осуществить в две очереди; к первой очереди отнести строительство следующих железнодорожных линий, общим протяжением 1995 километров:
— Тайшет—Братск—Усть-Кут, протяжением 700 км;
— Комсомольск—Ургал, протяжением 507 км;
— Известковая—Ургал, протяжением 334 км;
— строительство первой очереди закончить за 4 года (1946—1949 гг.) и сдать НКПС в постоянную эксплуатацию в 1949 году; к подготовительным работам приступить в 4 квартале 1945 года;
— начальнику ГУЛЖДС НКВД СССР генерал-лейтенанту инженерно-технической службы Френкель организовать:
— Амурское управление ГУЛЖДС НКВД СССР в составе двух строительств: Амгуньского на участке «Комсомольск—Тоннель» и Ургальского на участке «Известковая—Ургал—Тоннель»;
— Тайшетское строительство на участке «Тайшет—Братск»;
— Ленское строительство на участке «Братск—Усть-Кут»».

Начальником Амурского управления был назначен генерал-майор И. Г. Петренко, Амгуньского строительства — подполковник Н. Ф. Потемкин, Ургальского строительства — майор И. Л. Ефимов, Тайшетского строительства — майор И. И. Орловский, Нижнеамурского лагеря строительства НКВД № 500 — подполковник Д. В. Успенский. Начальнику управления строительства НКВД № 500 генерал-майору инженерно-технической службы Ф. А. Гвоздевскому было поручено обеспечить в 1946 году окончание строительства и сдачу в постоянную эксплуатацию НКПС линии «Комсомольск — Совгавань» (бухта Ванина) на шесть пар поездов и перебросить на БАМ часть оборудования и автотранспорта со строительства № 500, а часть его заключенных направить на Амгуньское и Ургальское строительства ГУЛЖДС для первоочередных работ по подготовке помещений к приему военнопленных японцев (около 200 тысяч которых было отправлено на строительство БАМа согласно постановлению ГКО № 9898сс от 23 августа и приказа НКВД № 001026 от 8 сентября).
5 октября заместитель наркома Чернышов и заместитель начальника ГУЛАГа Добрынин доложили Берии, что исполнение указа от 7 июля об амнистии в связи с победой над гитлеровской Германией по всем ИТЛ и ИТК в основном закончено к установленному сроку — 1 октября. Согласно телеграфным донесениям наркомов внутренних дел республик, начальников УНКВД и начальников ИТЛ фактически освобождено 611 804 человека, а на строительстве № 500 незначительное число (488 подпадавших под амнистию) задержалось на несколько дней в командировках в составе паровозных бригад и в отдаленных лагерных подразделениях; не были получены и данные от шести лагподразделений УИТЛК НКВД Казахской ССР, связь с которыми была затруднена по причине отдаленности от республиканского центра.
20 октября приказом № 001244 были объявлены новые штаты ГУЛАГа (а 19 декабря приказам № 1469 — расстановка личного состава по этим штатам):

— начальник главка — генерал-лейтенант В. Г. Наседкин;
— первый заместитель начальника главка — генерал-майор Г. П. Добрынин;
— заместитель начальника главка — полковник Г. М. Грановский;
— Секретариат ГУЛАГа (начальник — подполковник И. А. Луфёров, штат — 22 человека);
— Архивное отделение (старший лейтенант интендантской службы Н. П. Левин, 4 человека);
— Финансово-расчетное отделение (капитан интендантской службы М. Н. Маркелов, 5 человек);
— уполномоченный при начальнике ГУЛАГа по мобилизационной работе — капитан А. С. Ветров;
— Контрольно-инспекторский отдел (майор Р. И. Силантьев, 10 человек);
— Политотдел (полковник П. С. Буланов, он же — заместитель начальника главка, 29 человек);
— Оперативный отдел (полковник П. В. Сафонов, он же — заместитель начальника главка, 41 человек);
— Отдел кадров (полковник А. Н. Новиков, он же — заместитель начальника главка, 24 человека);
— ОУРЗ (подполковник З. И. Алёшинский, 30 человек);
— КВО (майор Н. В. Закурдаев, 8 человек);
— САНО (полковник медицинской службы Д. М. Лойдин, 23 человека);
— Ветеринарный отдел (подполковник ветеринарной службы А. В. Лазаревич, 9 человек);
— Управление снабжения (полковник А. А. Усиевич, он же — заместитель начальника главка, 70 человек);
— УИТК (генерал-майор инженерно-технической службы А. П. Лепилов, он же — заместитель начальника главка, 124 человека);
— Управление охраны и режима (полковник И. И. Смирнов, 51 человек);
— Отделение перевозок (подполковник С. И. Зикеев, 3 человека).

Всего по ГУЛАГу — 457 человек, по сравнению с началом года штат сократился на 18 процентов. При этом Управление охраны и режима руководило не только военизированной стрелковой охраной, но пожарной охраной ИТЛ и ИТК (общая численность которой превышала 100 000 человек бойцов и офицеров). Управление снабжения обеспечивало всеми видами продовольственного и вещевого довольствия не только заключенных ИТЛ и ИТК, но и тюрем, детских колоний и КПЗ, а также ВОХР и вольнонаемный состав лагерей, строек и колоний. Управление исправительно-трудовых колоний руководило производственно-хозяйственной и финансовой деятельностью всех промышленных и сельскохозяйственных ИТЛ и ИТК, подведомственных ГУЛАГу. Отдел кадров помимо подбора, расстановки, перемещения, выдвижения, увольнения личного состава центрального аппарата главка и руководящих кадров УИТЛ, УИТЛК, ОИТК на местах (номенклатура НКВД СССР и начальника ГУЛАГа составляла более 6000 должностей) отвечал за подготовку, переподготовку и усовершенствование руководящих кадров ИТЛ и ИТК, а также за подготовку «кадров массовых профессий». Политотдел ГУЛАГа руководил сетью политотделов в ИТЛ, ИТК, УИТЛ, УИТЛК и ОИТК, где насчитывалось более 31 000 членов партии и 29 000 комсомольцев.
Еще 30 августа постановлением ГКО № 9946сс/оп 1 Главному управлению при СНК СССР был передан завод № 12 Наркомата боеприпасов СССР (Электросталь Московской области) для организации на его базе производства металлического урана; 13 октября Сталин подписал постановление СНК № 2629-714сс о переоборудовании завода № 12 для выпуска на нем «продукта А-9» (металлического урана для наработки плутония). 26 октября приказом № 001279 «О переоборудовании завода № 12 Первого главного управления при СНК СССР» строительно-монтажные работы по переоборудованию были возложены на Волгострой НКВД во главе с генерал-майором инженерно-технической службы В. Д. Журиным.
В составе Волгостроя было организовано стройуправление в Электростали при заводе № 12, которому было присвоено условное наименование «Ногинское управление Волгостроя НКВД». Журину приказывалось немедленно приступить к строительству заводского поселка, согласовав его планировку и типы зданий с дирекцией завода (уже в феврале 1946-го директором завода № 12 по предложению Б. Л. Ванникова был утвержден А. Н. Каллистов, главным инженером — Ф. М. Бреховских, главным металлургом — Ю. Н. Голованов).
На основании постановления СНК СССР № 2628-713сс от 13 октября и приказа НКВД № 001297 от 29 октября «Об организации геологоразведочных и геологопоисковых работ на А-9 и Б-9 в районах деятельности предприятий НКВД СССР» на начальников Дальстроя (И. Ф. Никишов), Ухтинского комбината НКВД (С. Н. Бурдаков), Норильского комбината (А. А. Панюков), ГУЛГМП (П. А. Захаров) и Главпромстроя (А. Н. Комаровский) возлагалось производство геологоразведочных работ на «А-9» (уран) и «Б-9» (торий), причем А. Н. Комаровский обеспечивал эти работы в Эстонской ССР и Ленинградской области силами Балтвоенморстроя НКВД (в результате в Нарве появится Комбинат № 7 (Прибалтийский горно-химический комбинат), он же «Северо-западная база технического снабжения», вырабатывавший из местных сланцев уран и сопутствующие металлы).
На 1 октября в подчинении Главпромстроя НКВД находились следующие лагеря: Актюбинский (4808 заключенных), Богословский (6104), Волголаг (12 480), Закавказметаллургстрой (4249), Опокский (1906), Соликамский (1773), Тагильский (14 178), Челябинский (6086), Широковский (4140), Ягринский (3881).
ГУЛГМП в это же время ведало лагерями Воркутинским (45 160), Джидинским (4453), Интинским (9961), Норильским (28 742), Ухтинским (12 758), Красноярским аффинажным заводом (705) и Комбинатом № 6 (988 заключенных).
При этом заключенные на многих строительствах и предприятиях НКВД не составляли единственной рабочей силы (так, на 1 апреля на Челябметаллургстрое числилось 34 300 человек, из них 4300 заключенных, 4800 вольнонаемных, 4100 военнопленных, 800 спецпереселенцев, 20 300 мобилизованных немцев (трудармейцев)).
9 ноября приказом № 1255 генерал-майор Г. С. Завгородний был назначен первым заместителем наркома внутренних дел Узбекской ССР, а в должности начальника УИТК и заместителя начальника ГУЛАГа его сменил (приказом № 1483 от 20 декабря) генерал-майор инженерно-технической службы А. П. Лепилов (ранее начальник Особстроя НКВД).
Сам Особстрой приказом № 001479 от 8 декабря был передан в состав ГУАС НКВД, а начальнику ГУАС и заместителю наркома Л. Б. Сафразьяну предписывалось реорганизовать бывший Особстрой в строительное управление ГУАС.
12 декабря приказом № 482 была организована типография ГУЛАГа, в оперативном отношении подчиненная УИТЛК УНКВД Московской области.
25 декабря появился приказ № 001542:

«Существующая в ИТЛ и ИТК НКВД практика выдачи на руки освобождаемым заключенным справок, имеющих штампы и гербовые печати, содержащие полное наименование подразделений и место их нахождения, расшифровывают дислокацию исправительно-трудовых учреждений НКВД.
В целях пресечения в дальнейшем возможности такой расшифровки, приказываю:
1. Имеющиеся в данное время в ИТЛ и ИТК НКВД бланки, штампы и печати использовать только при служебной переписке с государственными учреждениями и предприятиями.
2. Для справок, выдаваемых на руки заключенным об освобождении из ИТЛ и ИТК НКВД, а также в переписке с частными лицами впредь использовать штампы и печати, в которых наименование ИТЛ и ИТК и место их нахождения зашифровывать литерным обозначением по указанным ниже образцам.
3. Присвоить ИТЛ НКВД литерные обозначения, согласно прилагаемому перечню:

Актюбинлаг — «А»
Ангренлаг — «Б»
Астраханлаг — «В»
Безымянлаг — «Г»
Богословлаг — «Д»
Волголаг — «Е»
Воркутлаг — «Ж»
Востлаг — «З»
Востураллаг — «И»
Вятлаг — «К»
Джидинлаг — «Л»
Закавказметаллургстрой — «М»
Ивдельлаг — «Н»
Интинлаг — «О»
Каргопольлаг — «П»
Карлаг — «Р»
Каспийлаг — «С»
Комбинат № 6 — «Т»
Краслаг — «У»
Красноярский аффинажный завод — «Ф»
Мослеслаг — «X»
Нижамурлаг — «Ц»
Норильлаг — «Ч»

В соответствии с этим приказом лагеря в зашифрованном виде стали именоваться, например, так: ИТЛ «В», ИТЛ «АД» и т. д.; в дальнейшем перечень литерныхобозначений заметно вырос, дойдя до литера «ЯЧ» (ОИТК Удмуртской АССР).
29 декабря Берия был освобожден от обязанностей наркома внутренних дел СССР; с 20 августа он был председателем Спецкомитета при ГКО/СНК и еще с февраля 1941-го (по совместительству) — заместителем председателя СНК СССР и кандидатом в члены Политбюро и теперь сосредоточился на этой работе. В тот же день новым наркомом был утвержден 38-летний генерал-полковник С. Н. Круглов, ранее первый заместитель наркома внутренних дел.
На основании постановления СНК СССР № 3150-952сс от 21 декабря и приказа НКВД № 001550 от 30 декабря начальнику Челябметаллургстроя генерал-майору инженерно-технической службы Я. Д. Рапопорту предписывалось немедленно приступить к строительству завода № 817, для чего организовывалось Стройуправление № 859 НКВД. Начальником Стройуправления № 859 был назначен Д. К. Семичастный. Завод № 817 (впоследствии — комбинат № 817, он же «Государственный химический завод им. Менделеева», сейчас — комбинат «Маяк») производил оружейный плутоний на промышленном уран-графитовом реакторе. Вокруг комбината, в 16 километрах к востоку от города Кыштым, на берегу озера Кызыл-Таш вырос закрытый город Челябинск-40, ныне Озерск.
Начальнику Тагилстроя генерал-майору инженерно-технической службы М. М. Царевскому тогда же было поручено приступить к строительству (на базе законсервированной стройплощадки завода № 261 Наркомавиапрома, в 80 километрах от Свердловска, у рабочего поселка Верхне-Нейвинск) завода № 813, для чего создавалось Стройуправление № 865 НКВД. Начальником Стройуправления № 865 стал И. К. Бирюков. Завод № 813 (позднее — комбинат № 813 или «Государственный машиностроительный завод») в закрытом городе Свердловск-44 (ныне Новоуральск) вырабатывал газодиффузным методом уран-235.

В течение 1945 года Санитарным отделом ГУЛАГа было зафиксировано 7 420 189 первичных обращений в медицинские учреждения ИТЛ и ИТК по поводу заболеваний, госпитализировано было 1 030 167 больных. Наиболее распространенными среди заключенных были болезни кожи (18,8 процента от общего числа заболеваний), грипп (8,2 процента), дистрофия и пеллагра (6,25 процента, или 463 762 человека). Однако такое положение было характерно не только для лагерей и колоний. Так, 1 марта начальник УНКВД Читинской области И. И. Портнов докладывал, что «к началу 1945 года в районах Читинской области создалось катастрофическое положение с продовольственным обеспечением сельского населения… в колхозах… хлеба не имеется совершенно, колхозники питаются разными отходами, оставшимися от очистки хлеба, по существу травой… райотделением УНКВД отмечены случаи употребления в пищу павших животных и кошек; тяжелое положение с продовольственными ресурсами в колхозах, систематические перебои со снабжением хлебом населения городов и районных центров приводят население к истощению и заболеванию алиментарной дистрофией, отмечены также отдельные случаи опухания и смерть от истощения»; нарком внутренних дел Татарской АССР П. Н. Горбулин сообщал, что «по состоянию на 5 апреля 1945 года в 26 районах республики Татарии заболевание дистрофией, а также резкое истощение на почве недоедания принимает широкие размеры; заболевших дистрофией и нуждающихся в оказании срочной помощи выявлено 46.000 человек»; нарком внутренних дел Таджикской ССР А. В. Харченко 21 мая докладывал, что «низкий урожай 1944 года не обеспечил оплату натурой трудодней колхозников; нами выявлено 20 человек, умерших от истощения, и 500 человек опухших от недоедания». Берия направлял подобные сообщения «для сведения» Сталину, Молотову, Маленкову.

К 1 января 1946 года в ИТЛ содержалось 600 897 заключенных. Поквартальная численность заключенных ИТК (вместе с лаготделениями УИТЛК) в 1945 году составляла: на 1 января — 740 763 человека, на 1 апреля — 750 249, на 1 июля — 917 719, на 1 октября — 536 314 человек; поквартальная численность заключенных тюрем: на 1 января — 275 510 человек, на 1 апреля — 271 838, на 1 июля — 260 149, на 1 октября — 197 066 человек.


СТАТЬЯ ТРИНАДЦАТАЯ
ПО ДАННЫМ на 1 января 1946 года, состав рабочей силы в различных лагерях и строительствах НКВД был следующим:

Дальстрой (УСВИТЛ). Всего — 167 686 человек, из них: вольнонаемные рабочие, ИТР и служащие — 11 201; военизированная пожарная охрана (вольнонаемная) — 9775; трудмобилизованные немцы, финны, румыны, венгры, итальянцы — 645; спецпереселенцы — 28 526; бывшие заключенные, оставленные на работе по вольному найму, — 44 260; заключенные (включая каторжан) — 69 289; военнопленные — 3990;
Карлаг. Всего — 67 288, из них: вольнонаемные — 2218; военизированная пожарная охрана (ВПО) — 3897; спецпереселенцы — 60; бывшие заключенные — 4311; заключенные — 56 802;
Темлаг. Всего — 18 002, из них: вольнонаемные — 957; ВПО — 970; бывшие заключенные — 809; заключенные — 15 266;
Унжлаг. Всего — 28 512, из них: вольнонаемные — 1799; ВПО — 1652; трудмобилизованные немцы — 3469; трудмобилизованные корейцы, греки, китайцы — 881; спецпереселенцы — 83; бывшие заключенные — 592; заключенные — 17 648; военнопленные — 2389;
Вятлаг. Всего — 22 679, из них: вольнонаемные — 1145; ВПО — 1140; трудмобилизованные — 2912; спецпереселенцы — 412; бывшие заключенные — 883; заключенные — 11 209; военнопленные — 4014; интернированные — 64;
Норильлаг. Всего — 76 636, из них: вольнонаемные — 7086; ВПО — 3803; трудмобилизованные — 364; спецпереселенцы — 11 611; бывшие заключенные — 2679; бывшие заключенные, закрепленные за строительством постановлениями ГКО, — 11 617; заключенные — 39 476;
Воркутлаг. Всего — 81 850, из них: вольнонаемные — 7674; ВПО — 2950; трудмобилизованные — 6345; спецпереселенцы — 9075; бывшие заключенные — 2871; заключенные — 50 748; военнопленные — 2186;
Челябметаллургстрой. Всего — 45 733, из них: вольнонаемные — 4177; ВПО — 1414; трудмобилизованные немцы — 9357; трудмобилизованные корейцы и другие — 11 644; бывшие заключенные — 82; бывшие заключенные, закрепленные за строительством постановлениями ГКО, — 465; заключенные — 5516; военнопленные — 11 732;
Тагилстрой. Всего — 44 048, из них: вольнонаемные — 7581; ВПО — 2424; трудмобилизованные — 4688; спецпереселенцы — 2706; бывшие заключенные — 124; заключенные — 13 610; военнопленные — 12 500; интернированные — 415;
Нижнеамурское строительство № 500. Всего — 47 186, из них: вольнонаемные — 1655; ВПО — 1538; трудмобилизованные — 740; спецпереселенцы — 2810; бывшие заключенные — 1334; бывшие заключенные, закрепленные за строительством постановлениями ГКО, — 314; заключенные — 12 409; военнопленные — 26 395;
Восточный ИТЛ ГУЛЖДС. Всего — 435 956, из них: вольнонаемные — 1505; ВПО — 1653; спецпереселенцы — 9289; бывшие заключенные — 255; бывшие заключенные, закрепленные за строительством постановлениями ГКО, — 924; заключенные — 10 310; военнопленные — 19 659.

9 января одним из пунктов приказа № 0021 «О мероприятиях по улучшению работы 1 спецотдела НКВД СССР» (учетно-архивного) предписывалось закончить в течение 1946 года работу по созданию «единого персонального учета преступников, путем объединения оперативно-справочной картотеки 1 спецотдела с картотеками, принятыми в 1941 году от Главного управления милиции и ГУЛАГа НКВД СССР».
22 января нарком С. Н. Круглов подписал приказ № 0075 «О передаче ПФЛ ГУЛАГу и расформировании ОПФЛ НКВД СССР», по которому «в соответствии с постановлением ГКО № 9871с-18.08.45 о направлении спецконтингентов («власовцев», лиц, служивших в немецкой армии, строевых формированиях, легионеров и полицейских) на расселение в северные районы страны на положении спецпереселенцев с закреплением в местах расселения на 6 лет» проверочно-фильтрационные лагеря «со всеми наличными кадрами работников лагерей, охраны, хозяйством, помещениями, транспортом и имуществом» передавались «в состав лагерей ГУЛАГа». Отдел ПФЛ НКВД подлежал расформированию к 1 февраля. На основании этого приказа в ведение ГУЛАГа перешли следующие лагеря и лаготделения:

— ПФЛ № 140 (Калинин), 1801 человек спецконтингента по состоянию на 1 января;
— ПФЛ № 258 (Харьков), 1996 человек;
— ПФЛ № 0310 (Ворошиловоград), 1447 человек;
— Сталинградское лаготделение, 298 человек;
— ПФЛ № 240 (Сталино, нынешний Донецк), 9466 человек;
— ПФЛ № 0302 (Кизел, Молотовской области), 16 968 человек;
— ПФЛ № 0314 (Кемеровская область), 4090 человек;
— ПФЛ № 0315 (Кемеровская область), 16 658 человек;
— ПФЛ № 0305 (Североуральский), 1565 человек;
— ПФЛ № 048 (город Шахты, Ростовской области), 863 человека;
— ПФЛ № 0318 (Горьковская область), 1556 человек;
— ПФЛ № 0327 (Киев), 1730 человек;
— Грозненский ПФЛ, 900 человек;
— Омутнинское лаготделение (Кировская область), 510 человек;
— ПФЛ № 0328 (Таруса, Калужской области), 366 человек;
— ПФЛ № 283 (Сталиногорск, Московской области), 8316 человек;
— ПФЛ № 0308 (Тульская область), 5234 человека;
— ПФЛ № 0319 (Москва, Серебряный Бор), 3055 человек;
— ПФЛ № 0329 (Москва, Перово Поле), 2593 человека;
— ПФЛ № 0334 (Москва, Серебряный Бор), 2560 человек;
— ПФЛ № 0331 (Кутаиси), 7553 человека;
— ПФЛ № 0322 (Коломна, Московской области), 7102 человека;
— ПФЛ № 0332 (Ливадия, Крым), 543 человека;
— ПФЛ № 0333 (Ленинабад, Таджикистан), 7200 человек;
— ПФЛ № 174 (Подольск, Московской области), 7943 человека;
— ПФЛ № 0313 (Медвежьегорск, Карелия), 9195 человек;
— ПФЛ № 0317 (Ленинградская область), 1820 человек;
— ПФЛ № 0325 (Орехово-Зуево, Московской области), 1999 человек;
— ПФЛ № 0316 (Таллин), 2411 человек.

22 января приказом № 0076 в городе Чусовой «для содержания осужденных к каторжным работам и обеспечения надлежащего режима и изоляции» создавался Понышский ИТЛ в составе УИТЛК УНКВД Молотовской области для каторжан «3 и 4 категорий трудоспособности с лимитом в 4000 человек», чье «трудовое использование» предписывалось «организовать на базе местных сырьевых ресурсов» (возобновление строительства Понышской ГЭС и другие работы).
25 февраля приказом № 00155 «для содержания осужденных к каторжным работам» организовывался Томский ИТЛ с лимитом в 6000 человек 3 и 4 категорий трудоспособности; «завозимый контингент» подлежал использованию «на деревообработке за счет… давальческого сырья и местных ресурсов».
3 марта приказом № 00180 на базе управления Строительства № 500 и Амурского управления ГУЛЖДС создавалось Управление Амурского строительства БАМа и Строительства № 500 ГУЛЖДС, начальником которого назначался генерал-майор И. Г. Петренко, а его первым заместителем — подполковник Д. В. Успенский. Управлению поручались окончание строительства железнодорожной линии «Комсомольск—Советская Гавань» и строительство линий «Комсомольск—Ургал» и «Известковая—Ургал».
9 марта приказом № 00192 на ГУЛАГ было возложено снабжение продовольствием и вещевым довольствием «контингентов» следующих строительств: № 791 в Сухуми, сооружавшего объекты «А» («шарашка» для немцев-ядерщиков в сухумском санатории «Синоп») и «Г» (аналогичная «шарашка» в санатории «Агудзеры»), а также госдачи на озере Рица; № 859 (будущий Челябинск-40); № 865 (будущий Свердловск-44), завода № 12 (Электросталь), Спецстроя и других объектов Главпромстроя НКВД. На Санитарный отдел ГУЛАГа этим же приказом возлагалось медицинское обслуживание перечисленных строительств.
15 марта был принят закон о преобразовании СНК в Совет Министров СССР, а наркоматов — в министерства. Аббревиатура «НКВД» теперь навсегда ушла в историю. 19 марта С. Н. Круглов был утвержден министром внутренних дел СССР. К ГУЛАГу МВД мы вернемся в следующий раз, а сейчас остановимся на нескольких сквозных для истории этого главка сюжетах.

СРОКИ ПРЕБЫВАНИЯ в местах лишения свободы у членов семей изменников родины (ЧСИР), осужденных в 1938-м Особым совещанием НКВД (ОСО) на 8 лет ИТЛ, истекали в 1946 году. Поэтому в январе 1946 года по личному указанию начальника ГУЛАГа В. Г. Наседкина начальник Темлага полковник Г. Я. Цывьян прислал ему докладную записку о «движении» ЧСИР. После получения этой докладной, 4 февраля, указание № 9\55583 о предоставлении аналогичных данных было направлено и в другие лагеря. Характерны докладные записки из Темниковского и Карагандинского лагерей, где содержалось почти две трети всех ЧСИР.

Темлаг в 1937—1938 годах принял 5329 осужденных ОСО «членов семей изменников Родины», за период с 1937-го по 30 ноября 1945 года из них было освобождено из-под стражи 2700 человек, этапировано в другие лагеря — 1939, умерло — 147 человек. На 30 ноября 1945-го в Темлаге содержалось под стражей 543 человека, еще 498 оставленных в лагере «в порядке п. 2 директивы НКВД и прокурора СССР № 185 от 29 апреля 1942 года» работали по вольному найму.
Из общего числа освобожденных из-под стражи на свободу из Темлага вышли: на общих основаниях «в порядке п. 4 директивы № 185» — 1207 человек, «в порядке п. 2 директивы № 185 с оставлением в лагере по вольному найму» — 977, освобождено досрочно по инвалидности в порядке постановления Пленума Верховного суда СССР от 1 августа 1942 года — 252, по решениям ОСО досрочно и «отдельные лица за высокие производственные показатели» — 135, за прекращением дел Особым совещанием — 129 человек.
Из 1207 освобожденных на общих основаниях вышли из лагеря еще до войны: 29 человек — в 1940-м, 112 — в первой половине 1941-го, когда ограничений в отношении освобождения «спецконтингента» еще не было. Таким образом, фактически за 1942—1945 годы из Темлага на общих основаниях в порядке п. 4 директивы № 185 было освобождено 1066 человек. Большинство этих людей ко времени окончания срока заключения были признаны негодными к работе медицинскими комиссиями лагеря и для работы в Темлаге по вольному найму не годились «вследствие невозможности ими ввиду их слабого физического состояния своим трудом обеспечить себе прожиточный минимум, средств же на их содержание лагерь не имеет». В записке подчеркивалось, что «эти же лица до освобождения их из-под стражи, находясь в зоне лагеря, независимо от их физического состояния, получали гарантированное питание за счет лагеря. Оказавшись по освобождении из лагеря материально не обеспеченными, отдельные лица начали заниматься нищенством и мелкими кражами».
Кроме того, в порядке п. 4 директивы № 185 были освобождены на общих основаниях заключенные, имевшие несовершеннолетних детей. В личные дела каждого освобожденного включались акты медицинских комиссий о непригодности к работе и документы, подтверждающие наличие детей в детских учреждениях или у опекунов и родственников. В каждом отдельном случае освобождение производилось по постановлению управления Темлага, санкционированного прокурором.
В целом, как пояснялось в записке, «выезд из лагеря освобожденных из-под стражи членов семей изменников Родины допускался исключительно в случаях непригодности их для работы и невозможности вследствие этого использовать на производстве лагеря, хотя отдельных лиц вне зависимости от заключений медицинских комиссий, — мы все же задерживаем в порядке п. 2 № 185 (специалисты, жены руководящего право-троцкистского подполья), а также имеющих детей дошкольного возраста. Всего в 1943 и 1944 годах было освобождено 252 человека заболевших тяжелым неизлечимым недугом. 135 досрочно освобожденных членов семей изменников родины по решениям особого совещания до фактически отбытого срока и за высокие производственные показатели, в соответствии с п. 6 директивы НКВД и прокурора СССР № 388/11985с от 2 августа 1943 года, не могли быть задержаны в лагере по вольному найму и поэтому были освобождены на общих основаниях с правом выезда из лагеря. Тем более не могли быть задержаны для работы по вольному найму освобожденные из-под стражи 129 чел. за прекращением дел особым совещанием».
Из освобожденных из-под стражи и переданных отделу кадров управления лагеря для использования на работах по вольному найму 977 человек в Темлаге к 30 ноября 1945 года оставалось 498 человек. Убыло по различного рода причинам 479 человек, из них:
«а) освобождено от работы по инвалидности и разрешен выезд из лагеря в порядке п. 3 директивы № 388/11985с от 2/УШ-1943 г. — 227 чел.
б) освобождено от работы и разрешен выезд из лагеря при документальном подтверждении о наличии детей (п. 4 дир. № 185) — 218 чел.
в) откомандировано в другие места заключения для работы по специальности в соответствии с распоряжениями ОК [Отдела кадров] ГУЛАГа — 16 чел.
г) освобождено от работы и разрешен выезд из лагеря за высокие производственные показатели (п. 4 дир. № 388/11985с от 2/УШ-1943 г. ) — 18 чел.
Кроме того, 8 чел. осуждено и взято под стражу за различного рода преступления».

6 марта 1946 года свою докладную о «движении» осужденных ЧСИР прислал и начальник Карлага подполковник В. П. Соколов. Для них еще в сентябре 1937 года в степи с «неосвоенным объектом работы», в 45 километрах от станции Акмолинск, было организовано Акмолинское спецотделение Карлага с «растениеводческим уклоном», где тогда же было развернуто капитальное строительство жилых бараков, лечебно-санитарных учреждений и коммунально-бытовых объектов:

«По состоянию на 1-е января 1938 года было выстроено:
а) жилых бараков для размещения заключенных (вместимость в каждом бараке — 300 чел. ) — 16.
б) пищеблок на 5000 чел.
в) баня с пропускной способностью — 25 чел. в час
г) больница на 50 коек
д) детские ясли на 30—40 детей
е) административные учреждения
ж) дома для размещения административно-технического персонала из числа вольно-наемных».
Контингент ЧСИР начал поступать в Карлаг с декабря 1937-го отдельными группами от 50 до 300 человек. С этого времени и в течение всего 1938 года из следующих мест заключения сюда прибыло:

Сроки до трех лет среди этих ЧСИР имели 204 человека, до пяти лет — 2562, до восьми лет — 5142 человека.
«Переброска поступившего контингента заключенных ЧСИР от станции Акмолинск до спецотделения в зимнее время была организована в специально оборудованных утепленных будках, с отоплением тракторами. За каждый рейс перебрасывалось по 72 человека. Случаев обморожения в момент переброски не было.
Жилой фонд и объекты работы в Акмолинском спецотделении в основном был рассчитан на 5.000 человек заключенных, а поступило их значительно больше, в виду этого явилась необходимость расширения жилого фонда, а вместе с этим предоставления заключенным ЧСИР необходимой работы.
С этой целью Карлагом НКВД было организовано Спасское отделение, где также размещались заключенные, осужденные как ЧСИР.
Таким образом до второй половины 1940 года заключенные ЧСИР в Карлаге НКВД размещались: в Акмолинском спецотделении — со сроком осуждения от 5 до 8 лет, а осужденные на срок 3 года и часть со сроком до 5 лет были из Акмолинского отделения переведены в Спасское отделение.
Заключенные ЧСИР от общего контингента заключенных содержащихся в Карлаге НКВД были совершенно изолированы и на работах использовались отдельно.
Во второй половине 1940 г. на основании указаний центра значительная часть заключенных ЧСИР, в частности специалисты, из Акмолинского спецотделения были вывезены в лагерь и содержались они на общих основаниях, а в Акмолинском отделении было оставлено то количество заключенных ЧСИР, которое необходимо было отделению для работ.
Из Спасского отделения заключенные ЧСИР, тоже самое, были вывезены в лагерь с содержанием на общих основаниях».
За отчетный период, продолжал начальник Карлага, оттуда выбыло 6784 из числа осужденных ЧСИР, из них: освобождено из лагеря — 4825 человек, умерло — 311, этапировано — 1648 человек.
Все освобождаемые «за отбытием срока наказания с применением к ним п. 2 директивы № 185 от 29/1У-1942 года» также получали документы об освобождении с указанием «оставить на работах в лагере на положении вольно-наемного» без права выезда и немедленно передавались в распоряжение отдела кадров Карлага «для устройства их на работе и соответствующего учета».
На 1 марта 1946 года из числа этих освобожденных на работах в хозяйстве Карлага было занято 2243 человека, из них использовались: медработниками — 189 человек, счетно-финансовыми работниками — 124, планово-экономическими работниками — 43, ветработниками — 38, инспекторским составом — 38, зоотехническими работниками — 6, агротехническими работниками — 29, младшим обслуживающим персоналом — 215, служащими — 176, «на разных с/х работах рабочими» — 1385 человек.
Выбыло из Карлага из числа оставленных на работах по вольному найму 971 человек, из них: по инвалидности как не пригодные для работы — 608 человек, откомандировано по распоряжению Отдела кадров ГУЛАГа — 28, «уволено по директиве № 117» — 24, «уволено в связи с выездом» — 311 человек.
Освобождение ЧСИР из лагеря по разделам «За прекращением дела», «Ограничиться отбытым сроком наказания», «Условно-досрочно» и «По сокращению срока наказания с применением п. 2 директивы № 185» производилось по решениям Особого совещания при НКВД СССР.
Освобожденные ЧСИР выезжали «к избранным ими местам жительства, за исключением режимных местностей, а освобождающиеся по инвалидности направлялись к месту жительства их родственников».
На 1 марта 1946 года в Карлаге содержалось 1124 ЧСИР, из них: 121 — задержанных «с освобождением из лагеря по п. 1 директивы № 185 от 29/1У-42 г. », 1 — водворенный «обратно в лагерь… за нарушение лагерного режима и трудовой дисциплины», остальные 1002 человека содержались «на общих основаниях, как неотбывшие срока наказания, из них значительная часть будет освобождена в ближайшие три-четыре месяца 1946 года».
Оставшийся в Карлаге контингент заключенных ЧСИР в количестве 1124 человек использовался: специалисты и квалифицированная рабочая сила — на работах «в хозяйстве лагеря по специальности или по приближенным специальностям», не имеющие специальности — «на общих работах в животноводстве и в полеводстве».
«В соответствии с директивным указанием ГУЛАГа НКВД СССР:
Освобожденные из лагеря ЧСИР по п. 2 директивы № 185, размещаются непосредственно в лагподразделениях Карлага, т. е. по месту их непосредственной работы, по принципу:
Лица работающие на общих работах сконцентрированы на отдельных участках побригадно в 40—50 человек и размещаются они в отдельно отведенных для них бараках, как вольнонаемные, специалисты расквартированы по индивидуальным квартирам.
Питание производится в столовых для вольнонаемного состава, продовольствием обеспечиваются за счет лагерного фонда через торговую сеть по талонам установленного для них образца.
Вещевым довольствием они снабжаются также за счет лагерного фонда с взиманием с них амортизационного отчисления.
Культурное обслуживание их производится за счет развития художественной самодеятельности всего вольнонаемного состава при клубах по месту их работы, выезжают на производственные участки культбригады и кинопередвижки».

В июне 1946 года появился совместный приказ МВД СССР, МГБ СССР и Генерального прокурора СССР «Об отмене директив НКВД СССР и Прокурора СССР № 221 от 22 июня 1941 года и № 185 от 29 апреля 1942 года и всех последующих к ним дополнений». Как мы видели, этими документами задерживалось до конца войны освобождение ряда категорий осужденных, а освобожденные закреплялись за лагерями на положении вольнонаемных. Еще 29 мая 1945 года в НКВД подготовили проект письма заместителя наркома Чернышова и начальника ГУЛАГа Наседкина на имя Берии, в котором говорилось:

«В связи с окончанием военных действий, возникла необходимость в пересмотре директив НКВД и Прокурора СССР № 221 от 22 июня 1941 года и № 185 от 29 апреля 1942 года.
По этим директивам до конца войны было прекращено освобождение из мест заключения отбывших сроки наказания осужденных за контрреволюционные и другие особо-опасные преступления.
За годы войны задержано и содержится в исправительно-трудовых лагерях отбывших сроки наказания:
1. На положении заключенных:
а) граждан СССР, осужденных за измену Родине, террор, шпионаж, диверсию, троцкистов, правых и бандитов — 20.634 чел.
б) подданных, воевавших с СССР государств: Германии, Румынии, Италии, Финляндии, Венгрии, независимо от состава преступления, а также подданных союзных и нейтральных государств, осужденных за особоопасные к/р преступления — 1.850 чел.
в) внеподданных [лиц без гражданства], независимо от статей осуждения — 1.213 чел.
2. На положении вольнонаемных, с закреплением до конца войны за лагерями НКВД, без права выезда за пределы районов работ лагерей, осужденных за другие контрреволюционные и особоопасные преступления (кроме перечисленных в п. 1) и уголовников-рецидивистов — 72.600 чел. (в том числе на Дальстрое — 44.200 чел).
Полагали бы целесообразным отбывших сроки наказания:
А. Осужденных за измену Родине, террор, шпионаж, диверсию, троцкистов, правых, бандитов, а также всех внеподданных из мест заключения освободить, определив им проживание в отдельных районах Советского Союза, применительно к предусмотренным в списке № 3 приказа НКВД СССР от 1 июня 1939 года № 0143 (с правом приезда к ним на жительство членов семей).
Установить, что в дальнейшем эти категории осужденных по отбытии сроков наказания — могут проживать только в отдаленных районах.
Б. Подданных воевавших с СССР государств из мест заключения освободить и передать для дальнейшего содержания в лагеря для интернированных.
В. Подданных союзных и нейтральных государств из мест заключения освободить и выдворить за пределы Советского Союза.
Г. Бывшим заключенным, закрепленным за лагерями на правах вольнонаемных до конца войны в порядке п. 2 директивы № 185, разрешить отъезд и проживание по месту избранного жительства, с соблюдением установленных режимных ограничений.
Директивы НКВД и Прокурора СССР №№ 221 и 185 считать утратившими силу.
По строительству Дальнего Севера сохранить существовавшее до войны положение, предоставляющее право начальнику Дальстроя оставлять на Колыме, в порядке вольного найма, лиц, отбывших сроки наказания, необходимых Дальстрою.
Для рассмотрения этих предложений просим назначить комиссию НКВД—НКГБ в составе по вашему усмотрению».

Однако все упиралось в экономическую целесообразность: без этих 94 тысяч человек работа целого ряда лагерей становилась проблематичной. Характерно поступившее уже 9 июня 1945 года к наркому Берии письмо начальника Ухтинского комбината НКВД комиссара ГБ 3 ранга С. Н. Бурдакова:

«Особыми указаниями НКВД СССР и Прокурора Союза на время войны был введен ряд чрезвычайных положений по лагерям:
1. Лица, осужденные за особо опасные преступления против государства, хотя и окончившие сроки наказания, были оставлены на положении заключенных до конца военных действий. Таких заключенных у нас имеется 1905 человек.
2. Лица, осужденные за контрреволюционные преступления, по отбытии срока наказания были освобождены из лагеря, но прикреплены к производству до конца военных действий. Таких лиц имеется 1654 человека.
3. Лица, освобожденные из лагеря, осужденные в прошлом за маловажные преступления и имеющие право свободного выезда за пределы лагеря, оставлялись нами на работе в лагере, иногда и против их желания. В интересах производства, как владеющие определенными специальностями или получившие таковые за время пребывания в лагере.
За время войны были мобилизованы и направлены на работу в Ухтинский комбинат НКВД 3538 человек немок и 1500 человек корейцев и болгар.
В связи с победоносным завершением войны с фашистской Германией, среди заключенных, окончивших сроки, прикрепленных к производству и мобилизованных, наблюдаются массовые настроения выезда из лагеря, и сейчас создалось такое положение, что многие из них начинают плохо работать, ожидая специального Правительственного указа, позволяющего им выехать из лагеря в места прежнего жительства. По этому поводу в лагере идут всевозможные толки.
Всех контингентов, имеющих право выезда из лагеря, насчитывается 8597 человек, или почти 50% всего рабочего состава.
Совершенно ясно, что мы не можем одновременно отпустить такое огромное количество людей. Так как это нарушит нормальную работу производства и может привести к весьма тяжелому положению.
Исходя из интересов выполнения государственных планов, установленных для Комбината, имея в виду невозможность освободить одновременно такое огромное количество людей и принимая во внимание, что большинство из них привыкло к природным условиям Севера и приобрело определенные специальности, — считаю возможным внести на Ваше решение следующие предложения:
1. В отношении задержанных в лагере до конца военных действий:
Всех лиц, окончивших сроки наказания, но задержанных в лагере до конца военных действий, оставить на постоянное жительство на территории Ухтинского комбината с использованием их по специальности. Разрешить им привезти в Ухту семьи и обзавестись хозяйством. Разрешить выехать из лагеря только тем, которые не нужны для производства, инвалидам и больным.
2. В отношении прикрепленных к производству:
Лиц, окончивших сроки наказания, освобожденных из лагеря, но прикрепленных к производству до конца военных действий, оставить на постоянное жительство в лагере, разрешив им привезти семьи и обзавестись хозяйством. Выезд разрешить только больным, инвалидам и не представляющим никакой ценности для лагеря.
В обоих случаях считал бы необходимым сделать специальные оговорки в паспортах этих лиц, ограничивающие свободу их передвижения.
3. В отношении трудмобилизованных немок, корейцев и болгар:
Всех, без исключения, немок оставить на постоянное жительство на территории лагеря, с использованием их на производстве.
Всех корейцев и болгар, получивших определенные специальности и привыкнувших к климатическим условиям Севера, оставить на жительство в лагере, предоставив возможность выехать из лагеря только тем, кто не имеет никакой специальности, или кому состояние здоровья не позволяет находиться на Севере. Разрешить немкам официально выходить замуж, привозить свои семьи и обзаводиться хозяйством.
Проблема освоения Севера в первую очередь зависит от народонаселения, которого здесь очень мало. Оставление сравнительно большого количества людей указанных категорий на Севере даст возможность быстро его заселить и обеспечить рабочей силой растущую промышленность.
Совершенно очевидно, что освоение такого большого количества людей и перевод их на положение вольнонаемного состава будет проходить с большими трудностями: в первую очередь потребуется большое жилстроительство: необходимо будет дать этим хозяйствам скот, птицу и т. д. Но во всяком случае это мероприятие будет оправдано.
При условии оставления этих категорий на постоянное место жительство в Ухтинском комбинате, ряд наших подразделений мы полностью можем перевести на вольнонаемный состав: Водный промысел, Асфальтитовый рудник, сажевые заводы, Нефтеперегонный завод, Ремонтно-Механический завод, систему энергохозяйства и другие.
Докладываю Вам, что настроения о выезде из Ухты сейчас наблюдаются не только среди указанных выше категорий, но и среди вольнонаемного состава, которые считают, что они уже достаточно поработали на Севере и имеют право выехать в более благоприятные по климатическим условиям места.
Мне кажется совершенно необходимым восстановить все льготы, существовавшие до войны для работников Севера, и распространить их также на контингенты, о которых указано выше.
Прошу Ваших указаний».

На письме имеется резолюция Берии: «Тов. Чернышов! Переговорите со мной».
В июле 1945 года находившемуся в Потсдаме Берии было направлено письмо за подписями В. Н. Меркулова, Б. З. Кобулова и В. В. Чернышова:

«Представляем на Ваше рассмотрение проект приказа НКВД, НКГБ, НКЮ и Прокурора СССР «Об отмене специальных мероприятий НКВД, НКГБ и Прокуратуры СССР на период войны и о порядке применения амнистии к некоторым категориям преступников».
Приказом намечаются к проведению следующие мероприятия:
1. Освободить из тюрем, исправительно-трудовых лагерей и колоний НКВД заключенных, отбывших сроки наказания, но задержанных в местах заключения до конца войны.
Всего подлежит освобождению заключенных этой категории 21.156 человек, в том числе:
Осужденных за участие в правотроцкистских, меньшевистских, эсеровских и других антисоветских организациях — 9014 чел.
За бандитизм, разбой и умышленные убийства — 4199 чел.
За шпионаж — 2372 чел.
За террор — 1707 чел.
За диверсии — 334 чел.
За измену Родине — 126 чел.
Освобождение заключенных, в отношении которых имеются материалы об их антисоветской работе за время нахождения в заключении, будет задержано.
Для рассмотрения материалов и решения вопросов об их аресте и новом привлечении к уголовной ответственности или освобождении (за отсутствием достаточных оснований к аресту) создаются специальные комиссии НКВД, НКГБ и Прокуратуры.
Освобождаемым разрешается проживание на территории СССР, кроме режимных местностей.
2. Освободить из исправительно-трудовых лагерей НКВД заключенных, осужденных на срок до окончания войны.
Заключенных этой категории в лагерях содержится 816 человек, все они осуждены за сдачу в плен войскам Финляндии в советско-финскую войну 1939—1940 годов.
3. Разрешить выезд из лагерей и колоний НКВД к местам жительства, с соблюдением режимных ограничений, бывшим заключенным, отбывшим сроки наказания и оставленным до окончания войны в лагерях и колониях НКВД на положении вольнонаемных.
Всего таких лиц в лагерях и колониях НКВД работает 71.511 человек.
4. Освобождаемые заключенные:
а) подданные и граждане Германии, Италии, Финляндии, Румынии и Венгрии (всего 798 человек) — переводятся в лагери НКВД для интернированных;
б) подданные и граждане союзных и нейтральных государств (всего 1052 человека) — высылаются из пределов СССР в установленном порядке;
в) не имеющие гражданства (3813 человек) — расселяются в отдаленных местностях СССР под надзор органов НКВД—НКГБ;
г) немцы, итальянцы, финны, румыны и венгры, состоящие в советском гражданстве (1500 человек) — передаются в рабочие колонны;
д) калмыки, карачаевцы, чеченцы, ингуши, балкарцы, крымские татары, турки, курды и другие спецпереселенцы — по освобождении направляются на жительство в места расселения их семей.
5. Кроме того, в приказе разъясняется порядок применения амнистии к ссыльным, высланным и к лицам, арестованным, как социально-опасный элемент:
а) К ссыльным и высланным по решению судебных органов и Особого Совещания при НКВД СССР на срок до трех лет, предлагается применить статью 1-ю Указа «Об амнистии» и освободить их.
К ссыльным и высланным на срок свыше 3-х лет предлагается применить статью 2-ю того же Указа о сокращении неотбытого срока наказания наполовину.
Всего в ссылке и высылке по решениям судов и Особого Совещания числится 17.287 человек.
б) Высланных на основании Указа Президиума Верховного Совета Союза ССР от 22 июня 1941 года «О военном положении», а также высланных органами НКВД, НКГБ в административном порядке до и в период войны, за исключением лиц, высланных из Прибалтики, Западных областей Украины и Белоруссии, Молдавской ССР и Дальнего Востока, — от высылки освободить и разрешить им свободное проживание по территории СССР, кроме режимных областей.
Всего по этому пункту: подлежит освобождению от высылки 9.118 человек, остаются на положении административно высланных — 18.433 человека.
6. Приказом предлагается не применять амнистию к арестованным по статье 7/35 УК РСФСР (как социально-опасный элемент), если они подпадают под это определение по признаку своей антисоветской деятельности; к арестованным социально-опасным элементам по признакам уголовно-бытового порядка амнистия будет применяться на общих основаниях.
Просим Вашего решения».
На письме имеется резолюция Берии: «Решить в Москве»; решение, однако, затянулось, и приказ МВД, МГБ и Генерального прокурора вышел лишь 24 июня 1946 года:

«Отменить директивы НКВД и Прокурора СССР № 221 от 22 июня 1941 года и № 185 от 29 апреля 1942 года и все последующие к ним дополнения о задержке освобождения из мест заключения некоторых категорий осужденных.
1. Для рассмотрения материалов на заключенных, задержанных освобождением, образовать комиссии:
а) в отношении заключенных, содержащихся в исправительно-трудовых лагерях МВД, — в составе начальника лагеря, начальника оперативно-чекистского отдела лагеря, прокурора лагеря и представителя Управления Министерства государственной безопасности — по территориальности.
б) в отношении заключенных, содержащихся в исправительно-трудовых колониях и тюрьмах МВД, — в составе заместителя министра внутренних дел автономной республики (зам. начальника УМВД), представителя от УМГБ и Прокуратуры республики, края, области…
3. Комиссиям в месячный срок рассмотреть имеющиеся материалы на заключенных, задержанных освобождением, руководствуясь при этом следующим:
а) лиц, в отношении которых имеются данные об их практической антисоветской или иной преступной деятельности за время нахождения в заключении, — арестовать, оформив арест в установленном законом порядке. Дела по окончании следствия направить на рассмотрение в лагерные суды и Особое совещание при МВД СССР.
б) на заключенных, в отношении которых не имеется данных о проведении ими антисоветской работы в период нахождения в заключении, но являющихся социально-опасными по своей прошлой антисоветской деятельности и по тяжести совершенных ими преступлений (руководители шпионских резидентур и установленные агенты иностранных разведок, руководители антисоветских организаций, террористы, диверсанты, осужденные в совершении террористических и диверсионных актов, кадровые троцкисты, меньшевики, эсеры, а также бандиты), — завести учетные дела и с заключением комиссии представить их на рассмотрение Особого совещания при МВД СССР для направления таких осужденных в ссылку; до получения решения Особого совещания этих заключенных содержать в лагерях;
в) остальных заключенных по решениям комиссии освободить из заключения с применением к ним существующих режимных ограничений, согласно положению о паспортах.
4. Лиц, отбывших сроки наказания и прикрепленных для работы к лагерю (колонии) на положении вольнонаемных в порядке пункта 2 директивы НКВД и прокурора СССР № 185 1942 года, освободить от работы, применив к ним ограничения согласно положения о паспортах.
Объявить этим лицам под расписку в личном деле, что им разрешено проживать в любом районе СССР, кроме режимных местностей; при выезде выдать соответствующие документы, проездные билеты.
5. Освобождение заключенных, отбывших срок наказания, задержанных в исправительно-трудовых лагерях, колониях и тюрьмах до окончания войны на положении заключенных и вольнонаемных, — производить постепенно и закончить к 1 октября 1946 года».

ПИК СМЕРТНОСТИ в ГУЛАГе пришелся на годы Великой Отечественной войны. Попробуем проанализировать динамику и особенности смертности осужденных в подведомственных главку местах лишения свободы за все время существования «классического» ГУЛАГа — с 1930 по 1956 годы.

Мы еще увидим, как в октябре 1956-го постановлением Совмина СССР и ЦК КПСС № 1443-719с «О мерах по улучшению работы МВД СССР» ГУЛАГ будет преобразован в Главное управление исправительно-трудовых колоний (ГУИТК); после этого места лишения свободы начнут трансформироваться по пути ликвидации лагерей и преобразования их в колонии, управление ими децентрализуется, что среди прочего привело к ухудшению отчетности и затруднило сбор и анализ позднейших данных.

На протяжении истории ГУЛАГа состав подведомственных ему учреждений существенно менялся дважды: в 1930—1934 годах в его состав входили только исправительно-трудовые лагеря (ИТЛ), с 1935 по 1938 годы — все места заключения, включая тюрьмы (за исключением внутренних и особых), а с 1939 года — лагеря и колонии, в которых содержались осужденные. Наш анализ касается только осужденных (какими бы органами они ни были осуждены), не затрагивая спецпоселенцев и контингента проверочно-фильтрационных лагерей, в разное время также подведомственных ГУЛАГу.
Сбором данных о смертности в местах лишения свободы в главке занимались две независимые друг от друга структуры: санитарный отдел (САНО) и отдел учета и распределения заключенных (УРО), в 1947 году переименованный в спецотдел 2 управления ГУЛАГа.

В САНО от санитарных органов ИТЛ и управлений исправительно-трудовых лагерей и колоний (УИТЛК) или отделов исправительно-трудовых колоний (ОИТК) в регионах поступала ежемесячная отчетность о количестве заболевших и умерших, числе потерянных рабочих человеко-дней, наличии эпидемических заболеваний, а так же об основных причинах смертности. Отвечая за санитарное состояние мест заключения и уровень смертности заключенных, САНО был заинтересован как в фактическом снижении смертности, так и в том, чтобы не включать в отчетность случаи смертей, не зависящих от уровня санитарии. Поэтому убитые в результате «бандитских проявлений», при попытке к бегству и т. п. статистикой САНО не учитывались.
Отделы учета и распределения заключенных в центре и на периферии в своей статистике, поступающей от частей учета и распределения заключенных (УРЧ) лагерей и колоний, отражали все случаи снятия с учета в связи со смертью, независимо от ее причин, в том числе и убитых.
Поэтому данные этих отчетностей за некоторые годы расходятся на тысячи человек. Не считая умерших в Северо-Восточных лагерях Дальстроя, такая разница составила: в 1939 году — 3898 человек, в 1940-м — 2809, в 1941-м — 9470, в 1942-м — 6614, в 1943-м — 5462, в 1944-м — 5696 человек.
При этом официальной статистикой смертности считались именно сведения санитарного отдела, именно они приводились в докладных записках и сообщениях руководству как НКВД—МВД, так и страны. По документам не видно, чтобы данные УРО прямо использовались руководством ГУЛАГа и наркомата. Тем не менее в некоторые годы УРО составлял достаточно подробные справки и о смертности.

Сопоставляя данные УРО (сохранились в Государственном архиве Российской Федерации за период 1934—1954 годов) и отчеты САНО (сохранились за 1931—1960 годы), можно со значительной степенью определенности выявить динамику смертности в ИТЛ и ИТК, что и сделано в нижеследующей таблице.
Однако нужно сделать еще несколько предварительных замечаний.

До 1944 года САНО не учитывал смертность в колымских северо-восточных лагерях, тогда как в сводках УРО соответствующие данные приводились, поэтому разница между двумя видами отчетности за соответствующий период включает смертность на Колыме.
В 1953 году после перевода ГУЛАГа в Министерство юстиции особые лагеря были переданы в Тюремное управление МВД, но так как они и до этого, и в последующем входили в ГУЛАГ, то данные о смертности в особлагах за 1953 год учтены в таблице.
Смертность в исправительно-трудовых колониях (в отличие от ИТЛ) учитывалась УРО только с 1943 года (данные за предшествующее время сохранились только на 1939 год). Поскольку сведения УРО по колониям отрывочны и незначительно отличаются от данных санитарного отдела, они в таблице не приведены.
Уровень смертности в местах лишения свободы рассчитывался по различным методикам. Как мы помним (см. «Свободная мысль-XXI», 2000, № 8, стр. 127), до 1943 года число умерших за год соотносилось со среднесписочным составом заключенных за год (например, в 1934 году в лагерях умерло 25 187 человек, среднесписочный состав составлял 586 477 человек, и деление первой цифры на вторую с умножением на 100 давало уровень смертности в 4,28 (так в документах)). С 1943 по 1952 годы уровень смертности исчислялся как отношение суммы умерших за каждый месяц к сумме среднемесячных численностей (для примера возьмем тот же 1934 год: в январе умерло 2218 заключенных при среднемесячной численности 450 174 человека, в феврале умерло 1890 человек при среднемесячной численности 450 000 человек и так далее по декабрь включительно). Сложение числа умерших дает за год ту же цифру в 25 187 человек. Однако сумма среднемесячных численностей за 1934 год составляет 7 304 301 человек; деление первой цифры на вторую с умножением на 100 дало бы теперь уровень смертности в 0,34 процента, примерно в 12 раз ниже по сравнению с предшествовавшей методикой. Для сравнимости данных все они пересчитаны по первоначальной методике.
Таблица составлена на основе документов САНО и УРО ГУЛАГа за соответствующие годы, в основном хранящихся в фонде 9414 (ГУЛАГ) ГАРФ; часть материалов извлечена и из других фондов, причем необходимо отметить большой объем параллельных и пересекающихся данных, что увеличивает их достаточно высокую достоверность с точки зрения математической статистики. Расхождения (не более чем на 1,5—2 процента) укладываются в рамки статистических погрешностей. Столь представительный массив источников дает основания считать, что привлечение каких-либо новых документов в будущем радикально не изменит общей картины смертности в ГУЛАГе.

В таблице сведены в хронологическом порядке данные о смертности в ИТЛ и ИТК в абсолютных величинах, общее число умерших в ГУЛАГе и процент (уровень) смертности по данным САНО. В числителе даются данные САНО, в знаменателе — данные УРО.




* Включая подведомственные ГУЛАГу тюрьмы.

В 1930—1934 годах, когда в составе ГУЛАГа находились только исправительно-трудовые лагеря, смертность в них держалась на уровне 4—4,5 процента от среднегодовой численности.
Исключение составил голодный 1933 год, когда поступление ослабленного контингента и уменьшение продовольственного пайка вызвало резкий всплеск смертности. В этом году в лагерях умерло 67 297 человек (15,3 процента от среднегодовой численности, втрое с лишним выше по сравнению с предыдущим годом). При этом уровень смертности колебался от 10,56 процента в Белбалтлаге до 34,4 процента в Вишерском ИТЛ. Это вызвало серьезное беспокойство у руководства ОГПУ: 31 декабря 1933 года зампред ОГПУ Ягода обратился с письмом на имя Сталина и Молотова с просьбой о повышении норм продовольственного пайка для заключенных. Одновременно принимаются меры по развитию подсобных хозяйств при лагерях, что уже к 1934 году позволило полностью обеспечить потребности контингента в рыбе и примерно 70 процентов потребностей в картофеле и овощах. В итоге смертность в 1934 году снизилась до уровня 1932 года.

В конце 1934 года в состав ГУЛАГа из ведения наркоматов юстиции союзных республик были переданы исправительно-трудовые колонии и тюрьмы (в совокупности именовавшиеся «местами заключения»). С 1935 года смертность в этих учреждениях учитывается статистикой САНО и в 1935—1937 годах не превышала 1,5 процента. Так, в 1935 году там умерло 4321 человек (1,14 процента), причем разброс показателей был весьма значительным: если в местах заключения Горьковского и Северного краев уровень смертности составлял соответственно 4,47 и 3,95 процента, то в Западной области — 0,42, в Воронежской — 0,53, в Белоруссии — 0,51, на Украине — 0,68 процента. По сравнению с 1934 годом общий уровень смертности в РСФСР снизился почти вдвое. Уровень смертности в ИТЛ в те же годы колебался у отметки 3 процента.
Сопоставление данных САНО и УРО о смертности в ИТЛ начиная с 1934 года позволяет вычленить из общего числа умерших погибших не от болезней. В данных УРО учтена и смертность в Севвостлаге, которая в материалах САНО отсутствует. Поэтому сопоставление этих цифр дает возможность за 1934—1938 годы установить верхний предел смертности на Колыме, а также число погибших в лагерях. Для 1934—1936 годов разница между данными САНО и УРО не превышает полутора тысяч человек в год, что свидетельствует о невысокой смертности на Колыме и небольшом числе убитых в лагерях при различных обстоятельствах.

В 1937 году уровень смертности в лагерях не претерпел существенных изменений и не превысил 3 процентов от среднегодовой численности, составив, по данным САНО и УРО, соответственно 22 933 и 25 376 заключенных. Разница в 2443 человек дает число умерших на Колыме и погибших в лагерях. Однако заключенные, осужденные в 1937—1938 годах к ВМН спецтройками НКВД, сюда не входят: они направлялись в распоряжение местных УНКВД, а сами расстрелянные считались выбывшими в другие места заключения.
Заметно возросло (до 8123 человек) абсолютное число умерших в местах заключения, но процентный уровень их смертности практически не изменился. Число заключенных в тюрьмах и колониях на 1 января 1938 года достигло 886 193 человек по сравнению с 375 376 на 1 января 1937 года, из них в тюрьмах находилось 548 417 заключенных. Всего за 1937 год было осуждено к лишению свободы около 850 тысяч человек; столь резкий рост численности осужденных и их массовые переброски в лагеря приводят к значительному росту смертности в 1938 году как в ИТЛ, так и в местах заключения. Смертность в лагерях выросла в абсолютных цифрах более чем втрое и составила 72 015 человек, по данным САНО, и 90 546 — по данным УРО. Разница между двумя видами отчетности составила 18 531 человек: в это число вошли умершие на Колыме и убитые при попытке к бегству или жертвы лагерного бандитизма во всех ИТЛ. Уровень смертности в ИТЛ составил почти 7 процентов, вдвое с лишним по сравнению с предыдущим годом. Еще сильнее, в 4 с лишним раза, возросла смертность в местах заключения: с 8123 до 36 039 человек (4,19 процента).
По данным САНО, почти половина всех смертей в лагерях в 1938 году стала следствием следующих заболеваний: острые желудочно-кишечные заболевания — 20,3 процента, туберкулез — 12,8, пеллагра (авитаминоз) — 9,2, истощение — 5,1 процента; доля смертей от производственного травматизма не превышала 1 процента.
Наивысший уровень смертности наблюдался в организованных в 1937—1938 годах лесных лагерях: так, в Каргопольлаге она составила 18,53 процента, в Тайшетлаге — 21,05, а в Кулойлаге — 24,29 процента (здесь за год умер почти каждый четвертый заключенный, это абсолютный «рекорд» ГУЛАГа в 1938 году). Для сравнения приведем уровень смертности в Беломоро-Балтийском лагере (4,84 процента), Карлаге (3,72), Воркутлаге (1,33) и Норильском лагере (0,86 процента).

В 1939—1940 годах при продолжающемся росте численности осужденных смертность в ИТЛ сокращается почти вдвое, и ее уровень приближается к уровню 1936—1937 годов.
С 1 января 1939 года тюрьмы передаются из ГУЛАГа в новосозданное Главное тюремное управление НКВД, и смертность в них теперь не учитывается гулаговской статистикой. Поэтому сокращение смертности в бывших местах заключения сразу в 4,5 раза не отражает реального положения дел. С этого времени в составе ГУЛАГа остаются только лагеря и колонии.
Всего за предвоенное десятилетие, с 1930-го по 1940 год включительно, в ИТЛ умерло 334 515 человек, по данным САНО, и 384 134 — по данным УРО. В местах заключения умер за 1935—1940 годы 68 861 заключенный. Таким образом, всего в ГУЛАГе за предвоенные годы умерло 452 995 человек (если брать по лагерям данные УРО), или в среднем за год 4,54 процента гулаговского контингента.
Однако по отдельным лагерям этот показатель значительно колебался. Для примера возьмем лагеря, существовавшие все предвоенное десятилетие: в Белбалтлаге умерло (за 1931—1940 годы) 27 931 человек, в Сиблаге — 24 341, в Среднеазиатском лагере — 24 801, в Карлаге — 10 493, в Темниковском лагере — 15 450 человек.

Наиболее тяжелым периодом для контингента мест лишения свободы (как, впрочем, и для всего населения страны) стали годы Великой Отечественной войны. Резко увеличившиеся трудовые нагрузки, сокращение централизованного снабжения и как следствие — уменьшение продовольственного пайка, массовые переброски заключенных приводят к гигантскому росту смертности. Если в первом полугодии 1941 года в ИТЛ ежемесячно умирало 2,5—3 тысячи человек, а в ИТК — 700—800 человек, то во втором полугодии число умерших нарастало лавинообразно: в лагерях оно увеличилось с 3333 человек в августе до 19 589 — в декабре, в колониях — с 932 в июле до 12 541 в декабре 1941 года. Объясняя причины столь резкого увеличения смертности, и. о. начальника САНО ГУЛАГа И. К. Зицерман отмечал:

«В основном смертность начала резко увеличиваться с сентября 1941 года главным образом за счет этапирования з/к из подразделений, расположенных в прифронтовых районах: из ББК и Вытегорлага в Вологодскую и Омскую области, из Молдавской ССР, Украинской ССР и Ленинградской обл. в Кировскую, Молотовскую и Свердловскую области. Как правило, этапы значительную часть пути по несколько сот километров до погрузки в вагоны проходили пешим порядком. В пути следования совершенно не обеспечивались минимально необходимыми продуктами питания, получали не полностью хлеб и даже воду; в результате такого этапирования з/к давали резкое истощение, весьма большой % авитаминозных заболеваний, в частности пеллагра, давших значительную смертность в пути следования и по прибытии в соответствующие ОИТК, которые не были подготовлены к приему значительного количества пополнений. Одновременно введение сниженных на 25—30% норм довольствия, при увеличении рабочего дня до 12 часов, зачастую при отсутствии основных продуктов питания даже по сниженным нормам, не могли не сказаться на увеличении заболеваемости и смертности».

От Офф-Топик
К Офф-Топик (02.02.2002 04:18:28)
Дата 02.02.2002 04:22:08

Н.Петров История ГУЛАГА-5


Действительно, в декабре 1941 года наибольшая смертность наблюдалась в ИТК областей Ленинградской (1517 человек), Новосибирской (1477), Свердловской (934), Вологодской (861) и Молотовской (759). Для сравнения укажем, что в колониях Хабаровского края умерло в декабре 92 человека — при вдвое большей, чем в Вологодской области, численности заключенных.

В ИТЛ наибольшая смертность наблюдалась в декабре 1941 года в лесных лагерях. Так, в Ивдельлаге умерло 1213 заключенных, Кулойлаге — 1041, Усольлаге — 1105. Много заключенных умерло и в лагерях железнодорожного строительства — Северодвинском и Северо-Печорском (соответственно 1205 и 1158 человек) и в ИТЛ по строительству Куйбышевских авиазаводов (Безымянлаге), где умерло 1867 человек. Смертность в этих лагерях начала расти еще с сентября. Так, согласно спецсообщению оперативного отдела ГУЛАГа от 16 октября, «в Унженском лагере НКВД за последнее время увеличилась смертность среди заключенных. С 1 по 25 сентября умерло 130 заключенных, причем 24 и 25 сентября умерло по 20 человек в день…». В спецсообщении от 1 ноября отмечалось, что «заболеваемость и смертность среди заключенных Северо-Печорского лагеря принимает угрожающие размеры. В августе умерло 322 заключенных, в сентябре, по неполным данным — 692 заключенных, за 9 дней октября — 210 заключенных. Наибольшее количество смертных случаев имеет место в результате заболеваний пеллагрой и гемоколитом при полном истощении».
Абсолютным «лидером» по уровню смертности стал Сызранский ИТЛ строительства № 1001, где в декабре умер каждый десятый заключенный (9,51 процента), что парализовало работу лагеря и привело под суд его начальника А. Д. Баламутова (см. «Свободная мысль-XXI», 2000, № 6, стр. 119). Следующий за ним по этому показателю Ивдельский лагерь дал уровень смертности в 4,2 процента.
В колымском Севвостлаге в 1940 году умерло 9274 человека, а в 1941 году — 15 676. Разница между данными САНО и УРО составила в 1941 году 25 146 человек; исключив из этой цифры смертность в Севвостлаге, не учитываемую САНО, получим цифру в 9470 заключенных, погибших в лагерях или на этапах от причин, не связанных с заболеваниями и производственным травматизмом.
В указании зам. начальника ГУЛАГа Г. С. Завгороднего от 26 ноября 1941 года всем начальникам лагерей предлагалось «за счет экономии по статье питание заключенных, образовавшейся в текущем году, за период до введения новых сокращенных норм питания, производить усиленное питание слабосильных заключенных на протяжении 1—1,5 месяца… ГУЛАГ НКВД предлагает указанное мероприятие произвести без задержки, за счет изыскания на месте дополнительных продовольственных ресурсов».

Самым трагичным в истории ГУЛАГа стал 1942 год, когда в лагерях и колониях умерло почти 376 тысяч человек (при среднегодовой численности заключенных в 1 472 393 человека, из них в ИТЛ — 248 877, в ИТК — 126 733) — абсолютный максимум за всю историю мест лишения свободы. Уровень смертности в лагерях вырос с 6,47 процента в 1941 году до 22,69 процента (в 3,5 раза), а в колониях — с 7,06 до 33,75 процента (в 4,5 раза). В ИТЛ умер почти каждый четвертый, а в ИТК — каждый третий заключенный. Наивысшая в 1942 году смертность в ИТЛ наблюдалась в мае, когда умерло 28 642 лагерника; затем смертность пошла на убыль и в октябре сократилась до 13 193 человек. Напротив, в ИТК смертность в течение года росла, достигнув максимума в летние месяцы, что связано в первую очередь с массовой эвакуацией летом 1942-го заключенных с юга России и Северного Кавказа.
Печальное первенство среди лагерей принадлежит Рыбинскому ИТЛ, созданному на базе Волголага в феврале 1942-го для «лагерных контингентов пониженной трудоспособности» — инвалидов и ослабленных заключенных. В течение года здесь умерло 16 704 человека, больше, чем на всей Колыме (16 276 человек); смертность в Рыбинском лагере (просуществовавшем ровно два года и в феврале 1944-го влитом в возобновленный Волгострой) составила 41,69 процента от среднегодовой численности заключенных. Высокой была смертность и в лесных лагерях: в Онежском лагере за 6 месяцев 1942-го умерло 8717 заключенных, в Унжлаге за весь этот год — 11 447.
Самая низкая смертность в 1942 году наблюдалась в лагерях горно-металлургической промышленности — так, в Норильском ИТЛ за 1942 год умерло 1727 человек, 4,22 процента от среднегодовой численности.
Наибольшая смертность в колониях отмечалась в тех регионах, куда поступали эвакуированные из прифронтовой полосы осужденные. Это прежде всего Узбекистан, Казахстан и Азербайджан. В этих республиках в некоторые месяцы умирало до 4 процентов заключенных.
В следующем, 1943 году в лагерях и колониях умерло 285 тысяч человек, и хотя смертность уменьшилась (в ИТЛ — на 76 тысяч, а в ИТК — на 8 тысяч человек), это был очень высокий уровень, в целом составивший по местам лишения свободы 22,4 процента.
Перелом в уровне смертности произошел лишь в 1944 году, когда она снизилась в лагерях и колониях до 9 процентов, а в 1945-м — до 5 процентов от среднегодовой численности заключенных.
Всего в 1941—1945 годах, по данным УРО, в лагерях умерло 621 667 человек, в колониях — 383 181. Общая цифра умерших за годы войны составила 1 миллион 5 тысяч заключенных, или 58 процентов от числа умерших за все время существования ГУЛАГа.

По данным САНО, основными причинами смертности в годы войны были пеллагра (авитаминоз) и дистрофия. Пеллагра в 1942—1943 годах стала причиной более половины всех смертей и даже в 1945-м давала 8,5 процента смертности. Причем в 1942—1943 годах по отдельным лагерям смертность от пеллагры достигала 90 процентов. Примерно пятая часть всех умерших скончалась от дистрофии. От туберкулеза, воспаления легких и острых желудочно-кишечных заболеваний умирало примерно по 8 процентов.

В послевоенный период смертность в ГУЛАГе заметно снижается, уменьшившись в 1946 году в 2,5 раза по сравнению с 1945-м. Даже увеличение смертности в 1947—1948 годах, в основном за счет лагерей Дальстроя, где в 1947 году умерло 10 тысяч человек, существенно не повысило общий ее уровень, который в 1947-м составил 3,5 процента, в 1948-м — 2,28. Всего за 11 послевоенных лет в ИТЛ умерло 160 тысяч заключенных, а в ИТК — 118,5 тысячи.

Особого внимания заслуживает смертность в особых лагерях, которые начали создаваться с 1948 года для содержания «особо важных государственных преступников» (см. «Свободная мысль», 1997, № 12, стр. 110—111). В 1948 году в первых шести особлагах умерло 356 человек, затем смертность в них составляла: в 1949-м — 2333 человека, в 1950-м — 3156, в 1951-м — 3321, в 1952-м — 3213, в 1953-м — 2419, в 1954-м — 1663 человека. Данные по конкретным лагерям за все время их существования в этом качестве таковы:

— Минеральный (особлаг № 1, Инта Коми АССР) — умерло 1939 человек;
— Горный (особлаг № 2, Норильск) — 1140 человек;
— Дубравный (особлаг № 3, поселок Явас Мордовской АССР) — 2276 человек;
— Степной (особлаг № 4, под Карагандой) — 1964 человека;
— Береговой (особлаг № 5, Магадан) — 1848 человек;
— Речной (особлаг № 6, Воркута) — 1223 человека (нет данных за 5 месяцев 1954 года);
— Озерный (особлаг № 7, Тайшет Иркутской области) — 4221 человек;
— Песчаный (особлаг № 8, Караганда) — 1560 человек;
— Луговой (особлаг № 9, село Долинское Карагандинской области) — 265 человек;
— Камышовый (особлаг № 10, поселок Ольжерас Кемеровской области) — 128 человек;
— Дальний (особлаг № 11, поселок Экибастуз Павлодарской области Казахстана) — умерло 53 человека.
В 1954 году особые лагеря были преобразованы в ИТЛ, режим и контингент которых не отличался от остальных мест лишения свободы.

Начиная с 1949 года коэффициент смертности (число умерших на тысячу человек) в ГУЛАГе оказывался даже ниже аналогичного показателя по стране в целом. Вопреки расхожему представлению, доля умерших в местах лишения свободы редко превышала 2—3 процента от общей смертности в стране и существенного влияния на демографическую картину в целом не оказывала. Это видно из следующей таблицы:


Всего за 27 лет существования ГУЛАГа в лагерях умерло 1 миллион 34 тысячи человек (по данным САНО) — 1 миллион 167 тысяч (по данным УРО), в колониях — 570 тысяч человек. Жизни почти 60 процентов от общего числа умерших и погибших в ГУЛАГе за эту четверть с лишним века (приблизительно 1,738 миллиона осужденных) окончились в годы войны. С учетом военных лет средний уровень смертности в ГУЛАГе за 1930—1956 годы составил 4,91 процента от среднегодовой численности заключенных.


СТАТЬЯ ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ
В ПЕРВЫЙ ПОСЛЕВОЕННЫЙ ГОД вновь начал расти контингент заключенных. На 1 апреля 1946 года в ГУЛАГе МВД СССР содержался один миллион 585 тысяч осужденных, почти на 300 тысяч больше, чем на 1 октября 1945-го. Такое резкое увеличение даже озадачило министра внутренних дел С. Н. Круглова, который дал своему заместителю В. В. Чернышову поручение разобраться. 27 мая Чернышов доложил следующее:

«По данным 1-го спецотдела, ГУЛАГа и Тюремного управления общие цифры количества заключенных следующие:
1) До амнистии на 1 июля 1945 года во всех местах заключения МВД СССР содержалось следственных и осужденных — 1.853 тыс. человек.
В результате амнистии из мест заключения было освобождено 650 тыс. чел. и по состоянию на 1-е октября осталось заключенных 1.291 тыс., или на 84 тысячи больше, чем должно было бы остаться, если бы за время с 1-го июля по 1-е октября заключенные вновь не поступали бы.
На 1-е апреля 1946 г. во всех местах заключения содержится заключенных 1.585 тыс. чел., или на 294 тыс. чел. больше, чем было на 1-е октября 1945 года.
Увеличение количества содержащихся заключенных в местах заключения МВД СССР произошло в 4-м квартале 1945 года на 106500 человек и в первом квартале 1946 года на 187800 человек.
2) По нарастающим итогам общее увеличение количества заключенных происходило в следующем порядке:
За октябрь месяц увеличилось на — 8000 человек
За ноябрь на — 59000 человек
За декабрь на — 39000 человек
За январь на — 75000 человек
За февраль на — 50000 человек
За март на — 57000 человек
3) Всего арестованных за 6 месяцев (4-й квартал 1945 г. и 1-й квартал 1946 г.) поступило во все места заключения МВД СССР — 526 тыс. человек.
Увеличение же всего на 294 тыс. чел. произошло в связи с тем, что остальное количество против 526 тыс. чел. за это время было освобождено из мест заключения из числа ранее содержавшихся осужденных или следственных.
4) Из общего числа арестованных за 6 месяцев — 526 тыс., органами МВД СССР арестовано 341 тыс. чел., или 64% всего количества арестованных.
Остальное количество арестованных — 184641 чел. распределяются по другим органам в следующем порядке:
Органами МГБ—УМГБ — 50866 чел.
Органами ОКР Смерш МВС — 14270 чел.
Органами прокуратуры — 67703 чел.
Взято на суде после осуждения (могут быть отнесены в своем большинстве к органам МВД) — 51902 чел.
Как видно из вышеуказанных пунктов, из общего количества арестованных — 526 тыс. чел., органами МГБ и Смерш арестовано всего 65 тыс. чел., или 12% всего числа арестованных за 6 месяцев.
Остальное количество арестованных падает на органы МВД, частично прокуратуру и арестованных судами, в том числе и по делам милиции МВД СССР.
5) Арестованные органами МВД распределяются по кварталам и месяцам в следующем порядке:
4-й квартал 1945 г. арестовано — 165654 чел.
1-й квартал 1946 г. арестовано — 176243 чел. или на 10589 чел. больше 4-го квартала.
Цифры ареста органами МВД по месяцам за 4-й квартал 1945 года и 1-й квартал 1946 г. свидетельствуют о некотором росте количества арестованных из месяца в месяц, в том числе:
Октябрь — 55826 чел.
Ноябрь — 51258 чел.
Декабрь — 58570 чел
Январь — 59183 чел.
Февраль — 57550 чел.
Март — 59510 чел.
Из этого числа органами МВД—УМВД, а также органами Смерш МВД всего арестовано 36 тысяч человек. Остальные 89% арестованы органами милиции — территориальными и транспортными.
6) Значительное количество арестованных органами милиции свидетельствует о возросшей активности в работе органов территориальной и транспортной милиции по борьбе с хулиганством, спекуляцией, скотокрадством, паспортным режимом [так в документе] и другими уголовными преступлениями, причем по территориальности общий рост арестованных по милиции с незначительными вариациями почти равномерно распределяется по всей территории страны.
Также незначительно выделяются и отдельные причины арестов по характеру совершенного преступления.
Отмечается несомненный рост арестов за хулиганство:
4-й квартал 1945 года — 10321
1-й квартал 1946 года — 14773
Спекуляция:
4-й квартал 1945 — 3214
1-й квартал 1946 — 4940
Скотокрадство:
4-й квартал 1945 — 3607
1-й квартал 1946 — 5076
Нарушение паспортного режима
4-й квартал 1945 — 7526
1-й квартал 1946 — 8866
По общему сопоставлению всех указанных выше цифр необходимо обратить внимание на большое количество арестованных органами милиции, что свидетельствует не только об улучшении работы милиции, но и о несомненном росте уголовной преступности после окончания войны.
Целесообразно, чтоб ГУМ МВД СССР подвергнул анализу цифры привлекаемых и арестовываемых, как по характеру преступлений, так и по личностям преступников.
Докладываю на Ваше решение».

Увеличение контингента ИТЛ и ИТК позволяло резко сократить численность их вольнонаемного персонала. Приказ от 11 июля констатировал, что «в исправительно-трудовых лагерях и колониях в силу обстоятельств военного периода накопилось значительное количество вольнонаемных рабочих, которых в настоящее время целесообразно передать для использования в промышленность народного хозяйства. Выполнение производственных и строительных задач в ИТЛ и ИТК впредь должно осуществляться только путем использования труда заключенных»; далее предлагалось увольнять всех вольнонаемных рабочих из лагерей и колоний «равными партиями по месяцам», при этом 50 процентов рабочих — до 1 января, а остальных — к 1 апреля 1947-го.

Увольняемые спецпереселенцы-немцы в основном подлежали отправке «к месту расселения их семей» и лишь некоторые из них — «в промышленность и на стройки… по указанию ГУЛАГа»; вольнонаемные из числа «репатриированных, переведенных на спецпоселение» («власовцы, полицейские и других пособники») — «организованно по указанию ГУЛАГа» на спецпоселение на Колыму (впредь «передаваемые на спецпоселение репатрианты» на работу в ИТЛ не зачислялись, а направлялись на поселение «в район Колымы»); все прочие вольнонаемные рабочие, в том числе бывшие заключенные — увольнению и отправке к «месту жительства с соблюдением режимных ограничений».
На работах в лагерях и колониях «как исключение» могли быть оставлены только вольнонаемные шоферы, железнодорожные машинисты и их помощники, плавсостав и «квалифицированные мастера, необходимые для обучения и руководства заключенными».
Приказ вовсе не распространялся на Северовосточный, Норильский, Ухтинский, Интинский, Северопечерский, Воркутинский и Щугорский (шахты ЕджидКырта в Коми АССР) лагеря в силу их отдаленности и специфики производства.

Однако эти планы противоречили хозяйственным интересам региональных властей. Характерно письмо, которое 20 августа направил на имя Берии секретарь Свердловского обкома ВКП(б) Недосекин:

«По приказу Министерства внутренних дел Союза ССР «Об увольнении из ИТЛ и колоний вольнонаемного состава» по Свердловской области, до 1 апреля 1947 года должно быть уволено и направлено к месту расселения семей 14.300 человек рабочих, преимущественно немцев, граждан Союза ССР, в том числе: из Тагиллага — 1400, Востураллага — 7000, Ивдельлага — 5000, Богословлага — 600, Севураллага — 200 и колоний УИТЛК — 100 человек.
Кроме того, ГУЛАГом МВД увеличиваются наряды на вывоз заключенных за пределы области, на стройки и производства МВД. В связи с этим, Свердловское УИТЛК, несмотря на невыполненные наряды для промышленности и строек области в количестве 12 тысяч человек, теперь не только не открывает новых колоний, но и вынуждено снимать контингент с существующих.
Учитывая особенность работы на предприятиях Свердловской области, просим Вас, Лаврентий Павлович, рассмотреть этот вопрос и дать указание Министру внутренних дел Союза ССР не вывозить увольняемый контингент, закрепить их на постоянное жительство в Свердловской области и разрешить переезд членов их семей к месту работы этих рабочих. Жилищные условия будут обеспечены.
Также предложить МВД Союза ССР до выполнения нарядов для промышленности и строек Свердловской области не вывозить заключенных за ее пределы».

Ответ Круглова, направленный в Совет Министров, гласил:

«По письму секретаря Свердловского обкома ВКП(б) тов. Недосекина в адрес тов. Берия (№ Совета Министров СССР С-7757 от 28.VШ-с.г.) по вопросу о закреплении на постоянное жительство в Свердловской области вольнонаемного состава, уволенного из исправительно-трудовых лагерей и колоний МВД СССР — сообщаю, что различные спецконтингенты, ныне работающие в лесных лагерях и на стройках МВД Свердловской области, предполагается нами направить на работу по строительству, возложенных на МВД СССР 5000 жилых домов и в золотую промышленность.
Передать другим ведомствам эти спецконтингенты не представляется возможным, т. к. наши собственные потребности в этой рабочей силе, в связи с новыми обязательствами, резко возросли».

6 сентября аппарат Совмина СССР подготовил такую справку:

«Секретарь Свердловского обкома ВКП(б) т. Недосекин сообщает, что по приказу Министерства внутренних дел СССР до 1 апреля 1947 г. должно быть уволено и направлено к месту расселения семей 14300 человек из исправительно-трудовых лагерей и колоний Министерства внутренних дел СССР по Свердловской области преимущественно немцев. Кроме того Министерство внутренних дел СССР увеличило наряды на вывоз заключенных за пределы области.
Учитывая особенности предприятий Свердловской области, т. Недосекин просит дать указание Министерству внутренних дел СССР не вывозить из области увольняемый контингент, закрепив его на постоянное жительство в Свердловской области, разрешив переезд членов их семей к месту работы этих рабочих. Жилищами они будут обеспечены, а также не вывозить из области заключенных.
Тов. Круглов сообщает, что работающие в лесных лагерях и на стройках Министерства внутренних дел СССР по Свердловской области спецконтингенты предполагается направить на строительство 5 тыс. жилых домов, возложенное на Министерство внутренних дел СССР Постановлением Совета Министров СССР от 25 августа 1946 г. № 1898, и в золотую промышленность.
Передать другим ведомствам эти спецконтингенты не представляется возможным, т. к. собственные потребности в рабочей силе Министерства внутренних дел СССР возросли в связи с новыми обязательствами.
Полагаю необходимым согласиться с тов. Кругловым».

13 сентября Берия по телефону отказал Недосекину в удовлетворении просьбы Свердловского обкома.

РОСТ ЧИСЛЕННОСТИ заключенных и ухудшение физического состояния вновь поступающего контингента требовали и значительного увеличения снабжения ИТЛ и ИТК продуктами и вещевым довольствием. При ограниченности государственных ресурсов сделать это было возможно лишь за счет родственников и знакомых осужденных. По ходатайству МВД Совмин принял распоряжение о беспрепятственном приеме вещевых и продовольственных посылок и передач в адрес заключенных, и 11 июля на места была направлена соответствующая директива МВД: «Придавая большое значение увеличению дополнительных источников обеспечения заключенных питанием и одеждой, по ходатайству МВД СМ своим распоряжением разрешил министерству связи беспрепятственно принимать продуктовые и вещевые посылки из всех пунктов Советского Союза в адрес заключенных содержащихся в ИТЛ и ИТК»; в целях максимального «увеличения поступления… продуктовых и вещевых передач» предлагалось «широко оповестить на разводах и поверках всех заключенных о возможности получения ими без всяких ограничений посылок и передач от родственников и близких, порекомендовав известить тех в личных письмах», одновременно уведомить об этом родственников путем рассылки им специальных извещений от имени администрации, установить часы ежедневного приема передач «в каждой колонии, лагерном отделении… с учетом необходимости полного обслуживания посетителей». Во избежание злоупотреблений при приеме составлялась опись передаваемых предметов, на которой заключенный расписывался при получении передачи, и затем эта опись с распиской возвращалась лицу, принесшему передачу. Принятые передачи предписывалось вручать адресату немедленно по его возвращении с работы. В помещениях, где принимались передачи, заводились книги жалоб и заявлений. Каждая жалоба и заявление подлежали рассмотрению в двухдневный срок лично начальником с письменным ответом по существу. Принимались и другие меры к исключению возможностей хищения и порчи продуктов, увеличивалась емкость камер хранения.
О количестве посылок и передач ИТЛ и ИТК должны были ежемесячно докладывать в ГУЛАГ. Однако эти меры лишь снизили остроту проблемы снабжения заключенных, но решить ее полностью не смогло. Соответствующий раздел докладной записки о работе ГУЛАГа гласил:

«В августе реализация продовольственных внерыночных фондов, предназначенных для снабжения заключенных, проходила удовлетворительно, за исключением растительных жиров и сахара (жиры растительные реализованы только на 36,4%, сахар на 71,1%), недостаточная реализация фондов на жиры объясняется отсутствием их у поставщиков.
Главное управление сахарной промышленности, совместно с Министерством путей сообщения, дало указание директорам сахарных заводов и начальникам дорог об обеспечении отгрузки сахара по августовским и сентябрьским нарядам, что дает основания рассчитывать на полную реализацию нарядов на сахар.
Реализация фондов III-го квартала с. г. на вещевое довольствие для заключенных по состоянию на 1. IХ составила: ткани х/бумажные 51%, ткани брезентовые 62%, обувь кожаная 57%.
Положение с обеспечением заключенных вещевым довольствием, особенно в части зимней одежды и постельных принадлежностей, продолжает оставаться напряженным, так как выделяемые ГУЛАГу фонды составляют не более 30—35% фактической потребности.
В ИТЛ, УИТЛК, ОИТК в августе месяце отгружено 93 вагона выбракованного воинского вещимущества.
За август месяц сего года получено 346823 посылок и передач, в которых содержалось: продуктов питания 1661749 кг., одежды и белья 50447 штук и обуви 9494 пары. Отмечается некоторый рост посылок и передач (в августе 1945 года посылок и передач было получено 230718 шт.)».
На полях возле последнего абзаца Круглов написал: «Мало, очень мало».
В сентябре министр Круглов был вынужден дважды обращаться к Берии по поводу вещевого снабжения заключенных. В письме от 5 сентября сообщалось:
«Положение в лагерях и на стройках МВД с обеспечением вещевым довольствием и обувью становится исключительно тяжелым.
Для минимального обеспечения заключенных, находящихся в лагерях и колониях МВД, вещдовольствием и постельными принадлежностями на 1946 год требовалось: хлопчатобумажных тканей 89 млн. метров и 1900 тысяч пар обуви.
За три квартала с. г. ГУЛАГу МВД было выделено всего хлопчатобумажных тканей 19 млн. метров и 405 тыс. пар обуви или 29% к потребности.
Прошедшая зима 1945/46 г.г. была прожита исключительно за счет получаемого со складов Министерства Вооруженных Сил Союза ССР утильного обмундирования. В данный момент на складах Министерства Вооруженных Сил осталось такое незначительное количество утильного обмундирования, которое никак не может удовлетворить нужд МВД.
При рассмотрении фондов III квартала Госпланом Союза ССР было обещано значительно увеличить фонды в IV квартале. Вопреки этому обещанию, фонды IV квартала оставляются на уровне предыдущих кварталов, т. е. тканей выделяется те же 6700 тыс. метров и обуви 135 тыс. пар.
Доводы МВД СССР, основанные на потребности, связанной с резким увеличением контингентов и необходимости увеличения фондов на ткань и обувь, во внимание не приняты.
Готовясь к зиме, лагери и стройки предъявляют серьезные и справедливые требования о выделении потребного вещ. довольствия, удовлетворить которые МВД СССР не в состоянии.
Становится совершенно очевидным, что если не будут увеличены наметки Госплана СССР по IV кварталу, — лагери и стройки окажутся перед фактом массового невывода людей на работы по разутости и раздетости.
Министерство Внутренних Дел СССР просит учесть исключительно тяжелое положение в лагерях с обмундированием и выделить в IV квартале не менее 12 млн. метров ткани против намеченных Госпланом СССР 6700 тыс. метров и 250000 пар обуви вместо 135000 пар».

12 сентября датировано второе из этих писем:

«МВД СССР письмом № 4151/к от 5/IХ-46 г. докладывало Вам о создавшемся тяжелом положении в лагерях и на стройках МВД из-за недостатка вещ. довольствия.
В данный момент положение усугубляется тем, что Министерство Текстильной Промышленности крайне неудовлетворительно отгружает ГУЛАГу МВД хлопчатобумажные ткани по фондам III квартала.
Постановлением Совета Министров Союза ССР № 1481 — 653/6с от 16/VIII-с.г. ГУЛАГу МВД СССР по фондам III-го квартала выделено 6700 тыс. метров хлопчатобумажных тканей.
По состоянию на 1-ое сентября отгружено всего лишь 3261 тыс. метров или 49% к квартальному фонду.
В целях своевременного завоза тканей на Крайний Север (Норильск) и во избежание срыва пошива вещдовольствия для контингентов к зиме, настоятельно прошу Вашего указания Министру Текстильной Промышленности товарищу Седину И. К. об отгрузке хлопчатобумажных тканей по фондам ГУЛАГа полностью в течение сентября месяца».

Совмин СССР в своей справке, поданной на имя Берии, согласился с доводами МВД:

«Министр внутренних дел СССР т. Круглов сообщает о тяжелом положении, создавшемся в лагерях и на стройках Министерства внутренних дел из-за недостатка вещевого довольствия.
По состоянию на 1 сентября 1946 г. отгружено всего 3261 тыс. метров хлопчатобумажных тканей или 49% к квартальному фонду.
В целях своевременного завоза тканей в Норильск и во избежание срыва плана пошивки вещевого довольствия для контингентов к зиме, Круглов просит обязать Министерство Текстильной промышленности отгрузить в сентябре с. г. полностью хлопчатобумажные ткани, выделенные на III квартал 1946 г. Полагаем необходимым письмо т. Круглова направить т. Седину для принятия мер».

В своем ответном письме в Совет министров И. К. Седин сообщал в Совмин о данном им указании закончить поставку хлопчатобумажных тканей МВД «по фонду 3-го квартала на пошив вещ. довольствия для спец. контингентов до 10 октября с. г. полностью», а также об «усилении отгрузки хлопчатобумажных тканей по другим назначениям фонда Министерства Внутренних дел СССР». Однако вещевое довольствие заключенных еще не один год будет оставаться серьезной проблемой.

НА 1 ИЮЛЯ 1946 года в 57 исправительно-трудовых лагерях, колониях и лагерных подразделениях УИТЛК (ОИИК) находилось 1 462 965 заключенных, из них 516 592 (35,3 процента) были осуждены за контрреволюционные преступления, 73 433 (5 процентов) — за бандитизм. По характеру преступлений осужденные за контрреволюционные преступления распределялись следующим образом:

измена родине — 208 607 человек (14,3 процента);
шпионаж — 16 499 (1,1 процента);
террор и «тер. намерения» — 9429 (0,7 процента);
диверсии — 3119 (0,2 процента);
вредительство — 4551 (0,3 процента);
«контр. саботаж» — 30 944 (2,1 процента);
«участие в антисовет. заговор.» — 36 932 (2,6 процента);
антисоветская агитация — 142 048 (10,2 процента);
«повстанчество и политбанд.» — 8772 (0,6 процента);
«нелегальный пер. границы» — 3735 (0,2 процента);
контрабанда — 4031 (0,3 процента);
ЧСИР — 1469 (0,1 процента);
СОЭ — 7705 (0,5 процента);
«прочие кр. преступления» — 44 751 (5,1 процента).

20 июля министр Круглов доложил Сталину об итогах работы предприятий и строек МВД по выполнению плана выпуска промышленной продукции и капитальному строительству за II квартал и первое полугодие 1946 года: олово — 1916 тонн (115,4 процента к плану), никель — 3352 тонны (100 процентов), медь — 3016 тонн (128 процентов), кобальт — 15,6 тонны (111,4 процента), платина — 1273 килограмма (115,7 процента), уголь — 2581,9 тысячи тонн (111 процентов), нефть — 97,6 тысячи тонн (104,1 процента), сажа — 3098,8 тонны (103,3 процента), вывозка древесины — 5102 тысячи кубометров.
План добычи золота по Дальстрою не был выполнен, на Колыме добыли лишь 23,48 тонны (74,4 процента) к плану. Причину этого руководство МВД видело в срыве поставок бульдозеров (в 1946 году из 170 необходимых машин Дальстрою было поставлено лишь 29). Сообщалось и о принятых МВД мерах «по перераспределению рабочей силы на месте и дополнительному завозу людей» для того, чтобы перекрыть недовыполнение плана добычи золота.
Во II квартале 1946 года строительными организациями МВД было выполнено капитальных работ на сумму 876 миллионов рублей, в том числе: подготовлен к вводу в действие Беломорско-Балтийский канал; на строительстве Широковской ГЭС проведены работы, «позволяющие начать монтаж первой турбины»; «развернуты работы по строительству БАМ» (их темпы сдерживались только недостатком рельсов); строилось 1516 километров асфальтовых дорог союзного значения.
26 июля Круглов доложил Сталину об окончании в установленный срок порученных МВД восстановительных работ на Беломорканале:

«Все выполненные работы приняты технической инспекцией с участием представителя Министерства речного флота с оценкой отлично и хорошо.
25 июля 1946 года проведено первое шлюзование на протяжении всего восстановленного участка канала, а 28 июля открывается регулярное сквозное судоходство.
Представляю при этом рапорт строителей на Ваше имя.

Рабочие, инженеры, техники и служащие Беломорстроя Министерства внутренних дел СССР с огромной радостью рапортуют Вам о том, что Ваше задание о восстановлении Беломорско-Балтийского канала имени Сталина и открытии навигации в июле 1946 года выполнено.
Канал, варварски разрушенный немецко-финскими захватчиками, восстановлен. Усилиями советских строителей Родине возвращена крупнейшая водная магистраль севера, связывающая Белое море с Балтикой. 25 июля из Онежского озера по Повенчанской лестнице прошли первые суда. Восстановленные сооружения южного склона в составе 8 шлюзов, 19 плотин и дамб, 10 участков канала, 5 водоспусков прошли все испытания. 28 июля в день Военно-Морского флота канал открывается для нормальной эксплуатации.
Коллектив строителей в короткий срок выполнил большие объемы строительных и монтажных работ. Произведено выемок и насыпей грунта 1250 тысяч кубометров, уложено 11 тысяч кубометров железобетона, срублено ряжевых конструкций 113 тысяч кубометров. В дамбы уложено 60 тысяч кубометров камня и щебня, построено 25 тысяч квадратных метров жилых и культурно-бытовых зданий. Отдельные сооружения канала в ходе восстановления значительно реконструированы. Канал становится лучше и красивее, чем был прежде, до войны.
Строители работали с большим подъемом и воодушевлением. Вступив во Всесоюзное социалистическое соревнование, коллектив Беломорстроя систематически перевыполнял производственные планы. Ведущую роль в соревновании занимали коммунисты и комсомольцы.
Коллектив строителей Беломорстроя Министерства внутренних дел СССР заверяет Вас, дорогой товарищ Сталин, что мы будем с еще большим воодушевлением работать по осуществлению великих работ 4-й Сталинской пятилетки — пятилетки дальнейшего укрепления могущества нашей любимой Родины».

Сталин в ответной телеграмме поздравил коллектив Беломорстроя МВД.
23—24 июля на портовых складах Дальстроя в Находке бушевал пожар, а 24 июля в 13 часов 30 минут взорвался стоящий под погрузкой пароход «Дальстрой». Круглов докладывал Сталину:

«По данным начальника УМВД Приморского края сегодня произошел пожар и взрыв на пароходе «Дальстрой», груженый аммонитом и продовольствием. Взрыв произошел в 13-30, от взрыва пароход разорвало на части. На пароходе находилось 3000 тонн груза, из них 750 т. аммонита, 800 тонн пшеницы и другие товары.
По неполным данным, в результате взрыва получили ранения разной степени до 400 человек, обнаружено убитыми 60 человек, в том числе капитан парохода Башкович.
Жилой поселок бухты Находка, основные портовые сооружения и суда находящиеся в порту не пострадали. В барачном жилом поселке базы Дальстроя имеются разрушения».

4 августа пожар и взрыв на складе взрывчатых веществ в восьми километрах от Находки уничтожили свыше 6 тысяч тонн взрывчатки, людей удалось вывезти. Причиной взрывов, согласно расследованию, стали халатность руководства базы Дальстроя и неподготовленность портовых сооружений к перевалке такого количества грузов (в предыдущие годы снабжение Дальстроя шло за счет импорта напрямую из США в Магадан). Всего в результате взрывов погибло и умерло от ран 105 человек, в том числе 22 военнослужащих, 34 гражданских лица, 49 заключенных; вместе с пароходом ущерб составил 49 миллионов рублей.

ОСЕНЬЮ МВД получает новое задание: на него возлагалось руководство всей золотодобывающей промышленностью СССР (ранее МВД занималось только добычей золота на Колыме и платины в Норильске).
6 сентября издается приказ № 00811 «Об увеличении добычи золота и о передаче Министерству внутренних дел Главзолота Минцветмета», где сообщалось, что «в целях увеличения добычи золота в 1946—50 годах и сосредоточения руководства золотоплатиновой промышленностью в одном министерстве Совет Министров возложил на МВД всю добычу рассыпного и рудного золота, а так же платины», в связи с чем из Министерства цветной металлургии в МВД передавалось Главное управление золотоплатиновой промышленности (Главзолото). Прием Главзолота предписывалось закончить к 1 октября 1946 года. В составе МВД организовывалось Специальное главное управление (Главспеццветмет или СГУ), на которое возлагалось руководство всеми организациями Главзолота. Для обеспечения золотопромышленности рабочей силой в течение 1946—1947 годов была создана сеть лагерей (по одному для каждого золотодобывающего треста). Первым из них стал Кусьинский ИТЛ, организованный 14 ноября 1946 года в поселке Кусье-Александровское и обслуживавший трест «Уралалмаз».
10 сентября Круглов подписал приказ № 00815 «Об использовании спецконтингентов в 4 спецотделе МВД СССР», которым в Москве на Владыкинском шоссе (ныне ул. академика Комарова, дом 2) создавалась знаменитая благодаря роману Солженицына «В круге первом» «марфинская шарашка» (к началу 1990-х из нее выросло НПО «Автоматика» Министерства промышленности средств связи); любопытно, что и до Марфинской детской колонии это здание занимал детский приют «Утоли моя печали» (так озаглавлены и мемуары другого марфинского узника, Л. Копелева):

«В целях эффективного использования в 4 спецотделе МВД СССР высококвалифицированных специалистов из числа спецконтингентов для выполнения научно-исследовательских работ в важнейших отраслях современной техники, приказываю:
— начальнику 4 спецотдела МВД СССР генерал-майору тов. Кравченко создать в 4 спецотделе лабораторию специальной техники для разработки аппаратуры и приборов для нужд МВД СССР, укомплектовав ее спецконтингентом;
— начальнику УМВД по Московской области генерал-лейтенанту тов. Журавлеву:
— передать для вновь организуемой лаборатории специальной техники 4 спецотдела МВД СССР все здания и территорию, занимаемые Марфинской детской колонией в Ростокинском районе г. Москвы;
— разместить воспитанников Марфинской детской колонии в других колониях, передав 50 наиболее способных в распоряжение 4 спецотдела МВД СССР для обучения;
— начальнику ГУПВИ МВД СССР генерал-лейтенанту тов. Кривенко совместно с начальником 4 спецотдела МВД СССР генерал-майором тов. Кравченко отобрать 150 человек из числа военнопленных и интернированных немецких специалистов и направить их в 4 спецотдел для использования по специальности».

ВАЖНЕЙШЕЙ ЗАДАЧЕЙ ГУЛАГа в течение 1946 года стало обеспечение рабочей силой строек атомной промышленности. 1 апреля приказом № 00261 «вследствие значительного увеличения объема работ по реконструкции завода № 12 и необходимости форсирования выполнения годового плана Волгостроя НКВД» Ногинское управление Волгостроя преобразовывалось в Строительное управление № 713 МВД с непосредственным подчинением Главпромстрою МВД; начальником СУ № 713 был назначен подполковник Н. Н. Волгин. К концу года в составе Главпромстроя было уже 11 специальных строительств ядерных объектов. Объем работ был так велик, что Главпромстрой освободили от других задач, о чем сообщалось в приказе № 00932 от 19 октября за подписью Круглова:

«В соответствии с постановлением Совета Министров СССР № 2266-942сс от 8 октября 1946 года приказываю:
— установить, что Главпромстрой МВД является специализированной организацией для строительства предприятий и учреждений по линии Первого Главного Управления при Совете Министров СССР и непосредственно связанных с ним объектов других ведомств;
— начальнику Главпромстроя МВД генерал-майору инженерно-технической службы Комаровскому в 10-дневный срок оформить передачу другим министерствам и ведомствам стройки и хозяйства по балансу согласно следующему перечню:
— Министерству речного флота — незаконченные работы и материально-имущественные ценности строительства Южной Гавани [в Москве];
— Министерству электростанций — гидротехнические сооружения Волгостроя (Угличскую и Рыбинскую ГЭС, напорные сооружения, шлюзы в Угличе и Рыбинске с подходами к ним, а также все объекты и затраты по генсмете Волгостроя, относящиеся к сооружениям гидротехнического строительства и строительству водного транспорта);
— Министерству путей сообщения — объекты ж. д. строительства Ярославской железной дороги (демонтаж моста через р. Волгу у ст. Волга, а также все объекты и затраты по генсмете Волгостроя, относящиеся к сооружениям железнодорожного строительства) (МВД СССР выделяет МПС на договорных началах 1000 человек рабочей силы из числа заключенных для производства работ на объектах МПС);
— Министерству связи — объекты связи по переносу линий связи из зон затопления, а также все объекты и затраты по генсмете Волгостроя, относящиеся к сооружениям связи;
— Министерству целлюлозно-бумажной промышленности — незаконченные работы и материально-имущественные ценности строительства целлюлозно-бумажных предприятий на Карельском перешейке;
— Министерству цветной металлургии — незаконченные работы и материально-имущественные ценности строительства Кандалакшского алюминиевого завода».

Но фактически и после этого в подчинении у Главпромстроя оставались лагеря и стройки, прямо не связанные с атомным проектом. На 1 января 1946 года в ведении этого главка находились Соликамстрой, Ягринлаг, Тавдинлаг, Богословлаг, Челябметаллургстрой, строительство Актюбинского ферросплавного комбината, Широклаг, Опокстрой, Волгострой, Завкавказметаллургстрой и Беломорстрой.
Но и на 1 декабря наряду с комбинатом № 7 (Нарва), строительством завода № 496, ИТЛ и строительствами №№ 713 (Электросталь), 833 (поселок Большая Волга — нынешняя Дубна, где сооружалась установка «М», позднее законспирированная под «Гидротехническую лабораторию АН СССР»), 859 (Челябинск-40), 880 (Саров), 865 (Свердловск-44), 881 (Березники, строительство цеха «Г» при азотно-туковом заводе), 883 (Чирчикский электромеханический комбинат в Узбекистане, цех «Г» которого производил электролитическим способом тяжелую воду), 885 (Киров, строительство завода № 752 Минхимпрома — затем завода № 544, регенировавшего металлический уран из его обедненных солей и созданного на базе прежнего пиротехнического завода в двух километрах от удмуртского города Глазов) и Спецстроя в ведении Главпромстроя МВД по-прежнему оставались также Челябметаллургстрой, гидротехнические Широклаг и Опокстрой, Саратовский ИТЛ (строивший заводы промышленности средств связи).

ХАРАКТЕРНЫ для 1946 года и попытки установить более жесткий контроль над деятельностью ГУЛАГа и его кадрами со стороны партийных органов. Целый ряд объектов ГУЛАГа подвергся проверкам ЦК ВКП(б). Показателен в этом отношении доклад «О недостатках в работе политотделов лагерей МВД СССР и партийных организаций шахт и нефтепромыслов комбинатов «Воркутуголь» и Ухтинского», поданный инспектором управления кадров ЦК ВКП(б) секретарю ЦК А. А. Кузнецову:

«В результате ознакомления в Коми АССР с работой политотделов лагерей МВД СССР и партийных организаций шахт комбината «Воркутуголь» и нефтепромыслов Ухты, считаю необходимым кратко доложить Вам о состоянии партийной работы на предприятиях Печорского угольного бассейна и о вопросах, требующих разрешения в ЦК ВКП(б).
За годы войны предприятия Печорского угольного бассейна и нефтепромыслы Ухты составили значительное подспорье в топливоснабжении промышленных центров Европейского Севера, транспорта, морского флота и города Ленинграда. В этом году Печорский угольный бассейн дает свыше 2,5 млн. тонн угля. Предприятия Ухтинского комбината за 9 месяцев 1946 года отгрузили около 8 млн. тонн нефтепродуктов (нефть, сажа, асфальтиты).
По пятилетнему плану намечается значительное расширение бассейна. За пятилетие в этом районе будут введены в действие новые шахты мощностью в 7,7 млн. тонн. Это позволит обеспечить коксующим углем новую металлургическую базу (в районе Череповца) и значительно улучшить топливоснабжение промышленности Северного Урала, транспорта и энергетики. Ведущиеся в районах Полярного Урала поисковые и разведочные работы на железо, редкие металлы и уголь, которые уже в этом году дали значительные результаты (особенно по молибденитовым месторождениям), позволят решить вопрос о дополнительной угольно-металлургической базе на Европейском Севере.
За время войны на Севере создан мощный производственный аппарат, накоплены достаточно квалифицированные кадры, растут кадры вольнонаемных рабочих и специалистов. Выросла и партийная организация. Только на предприятиях комбината «Воркутуголь» с 1940 по VIII-1946 г. парторганизация выросла более чем в 3 раза. Теперь в парторганизациях Воркуты насчитывается 752 члена и кандидата ВКП(б).
Однако, несмотря на происшедшие изменения в составе работающих и в составе партийной организации, характер работы с людьми и методы работы политотделов, осуществляющих руководство партийными организациями, остались прежними «лагерными». Партийные организации бассейна не занимают того положения на шахтах и нефтепромыслах, какое занимает любая другая парторганизация в Донбассе или промыслах Азербайджана. Роль парторганизации на Воркуте, Ухте и т. д. крайне принижена. Прежде всего, она лишена возможности осуществлять свое право контроля над деятельностью администрации предприятия. Поэтому партийные организации шахт и нефтепромыслов недостаточно влияют на дела производства. Методы руководства политотделов производственными парторганизациями не содействуют укреплению авторитета парторганизаций и повышению их роли на предприятии. Основной метод, который усвоен политотделами в руководстве парторганизациями и кадрами партруководителей — это командование. Критика недостатков хозяйственного руководства не только не развита, но и не поощряется. На созванном совещании секретарей партийных организаций шахт комбината «Воркутуголь» выступавшие товарищи заявляли, что критиковать начальство на Воркуте опасно. При этом был приведен факт, когда критика недостатков хозяйственника повлекла за собой лишение секретаря парторганизации соответствующей категории снабжения. На этом совещании нам заявили о фактах произвола начальника комбината т. Мальцева в отношении партийной организации, когда им распускались партийные собрания. Много разговоров о самодурстве т. Мальцева и культивируемых им «феодальных нравах». Коммунисты Воркуты говорят, что хозруководство комбината принимает все меры к тому, чтобы их голос не проник за Полярный круг. Существуют и другие методы воздействия на партийные кадры, чтобы держать их в зависимости — это не изжитая на предприятиях Воркуты, Инты, Ухты и т. д. система премирования. За 8 месяцев 1946 года начальник Ухтинского комбината премировал 22 партийных работника на 39 тыс. рублей. За это время начальник политотдела Ухтинского комбината т. Карасев премирован дважды. Начальник Севжелдорстроя пять раз в этом году премировал двух секретарей парторганизаций на 9.850 рублей. Начальник политотдела Устьвымлага премирован в течение года трижды. Начальник Печжелдорстроя израсходовал на премирование партработников около 90 тыс. рублей.
Основная причина подобного положения партийных предприятий МВД состоит в неправильной работе политотделов. Перестройка политорганов лагерей МВД, проведенная по армейскому образцу, не укрепила, а ослабила эти органы, поставила их в зависимое положение от хозяйственных руководителей. Политотделы работают без необходимой политической остроты. Начальник политотдела, как заместитель начальника комбината, меньше стал заниматься собственно партийной работой. В методах работы все более копируются методы хозруководителей. Можно сказать без преувеличения, что многие политотделы превратились в придатки хозяйственных органов. Политотделы, ослабив свою опору — партийную организацию, сами стали меньше влиять на дела предприятий. Вследствие оторванности от территориальных парторганов, слабой помощи в работе со стороны обкома ВКП(б) и совершенно неудовлетворительного руководства со стороны Политуправления ГУЛАГа МВД СССР ошибки в работе политорганов своевременно не исправляются. Этому мешает и то обстоятельство, что политотделы ссылаясь на свою экстерриториальность, не всегда считаются с местными парторганами. Работники политотдела Воркуты отрицательно относятся к предложению оформить городскую парторганизацию и создать в гор. Воркуте горком ВКП(б). До сих пор в этом республиканского подчинения городе, где имеется и городской Совет депутатов трудящихся и другие органы власти, нет горкома ВКП(б).
Политотделы и партийные организации не влияют на дела подбора и распределения руководящих кадров комбината. Отсутствие партийного глаза в этом деле привело к тому, что руководящие кадры управлений комбинатов, их отделов, шахт, нефте-, газопромыслов засорены людьми, которых и после отбытия ими наказания нельзя допускать на эти должности. Тов. Мальцев терпит в качестве своих ближайших помощников, отбывших наказание в лагерях политических преступников, кадровых троцкистов и «правых» вроде Турубинера, занимающего пост главного инженера комбината, Айнгорна — начальника отдела материально-технического снабжения, Фигельмана — начальника лесного отдела комбината, Громовского — начальник шахты № 10 и т.д. Такой подбор кадров проведен отнюдь не потому, что на Воркуте нет квалифицированных кадров из состава специалистов, направленных в порядке оказания помощи с Донбасса и других районов, способных вести дела комбината.
Руководство работой политотделов комбинатов бассейна со стороны Политуправления ГУЛАГа МВД СССР, как это отмечалось и работниками политотделов, и секретарями партийных организаций, находится на низком уровне. Начальники политотделов тт. Иванов, Карасев и др. заявляли, что роль Политуправления ГУЛАГа в аппарате МВД крайне принижена. С Политуправлением ГУЛАГа в МВД никто не считается. Само Политуправление себя проявляет очень слабо. Политуправление не вмешивается в дела, которые его прямо касаются. Так, штаты политотделов и партийных организаций в ГУЛАГе утверждает беспартийный начальник финотдела Беренсон.
Эти и другие факты свидетельствуют о серьезном неблагополучии в работе политорганов лагерей МВД СССР. Начальники политотделов и хозяйственные руководители пытаются объяснить недостатки в методах их работы известной «специфичностью» работы в лагерях. Дело не в специфичности работы политорганов, главная причина в укоренившихся порядках, в изжившей себя системе работы политорганов МВД СССР.
Мы считаем, что пора поставить работу политорганов и партийных организаций предприятий МВД в условия, соответствующие духу решений 18 партконференции и задачам, которые определены для них пятилетним планом.
В качестве предложений считал бы необходимым внести следующее:
1. Подчинить работу политорганов МВД и партийных организаций предприятий Печорского угольного бассейна и нефтепромыслов Ухты территориальным парторганам — райкомам и горкомам ВКП(б).
2. Ускорить создание в гор. Воркуте горкома ВКП(б).
3. Укрепить парторганизации шахт и нефтепромыслов подготовленными руководящими партийными кадрами.
4. Утвердить на крупных шахтах и промыслах парторгов ЦК ВКП(б).
5. Пересмотреть должностные номенклатуры комбинатов, шахт, нефтепромыслов и других предприятий в разрезе усиления контроля парторганов в деле подбора и распределения кадров.
6. Принять меры к очищению административного и производственного аппаратов предприятий МВД от ненужных людей.
7. Укрепить Политуправление ГУЛАГа МВД СССР квалифицированными руководящими работниками».

Руководству МВД и ГУЛАГа пришлось оправдываться. Заместитель министра В. В. Чернышов и начальник Политотдела ГУЛАГа П. С. Буланов сообщали на имя Круглова:

«В докладной записке инспектора управления кадров ЦК ВКП(б) т. Сиряпина от 21.11.46 года на имя т. Кузнецова поставлен вопрос об изменении существующей системы построения партийных органов лагерей МВД, которая по утверждению т. Сиряпина является изжившей.
Нами рассмотрена записка т. Сиряпина — считаем, что заключение неверно и основано на недостаточном ознакомлении с работой указанных лагерей.
Политотделы лагерей МВД СССР созданы в 1938 году решением ЦК ВКП(б) и работают по инструкции, утвержденной ЦК ВКП(б) в 1939 году, никаких оснований к пересмотру этой системы в настоящий момент нет.
В части политотделов наших северных лагерей, считаем необходимым изложить следующие моменты:
1. Практика работы политических отделов Ухтинского и Воркутинского исправительно-трудовых лагерей МВД СССР показала их жизненность и важнейшую роль, которую они играют в политическом обеспечении поставленных перед лагерями оперативных и хозяйственных задач.
Ухтинский и Воркутинский ИТЛ являются строго режимными лагерями, предназначенными для содержания каторжников и других особо опасных преступников.
В Воркутлаге содержится 52.000 заключенных, в том числе 23.500 каторжников и 16.000 других особо важных преступников.
В Ухтинском лагере содержится 21.000 заключенных, в основном, осужденных за контрреволюционные преступления. Вольнонаемный состав этих лагерей также не является обычным видом рабочих, а состоит преимущественно из спецконтингентов.
По Воркутинскому лагерю из 22.000 вольнонаемных числится 5.000 военизированной охраны и 8.000 различных спецпереселенцев.
По Ухтинскому лагерю из 15.000 вольнонаемных — 2.000 военизированная охрана и 8,5 тыс. различных спецпереселенцев.
Как видно по составу работающих, Воркутинские и Ухтинские предприятия представляют из себя строго режимные лагеря, где вопросы обеспечения государственной безопасности имеют первостепенное значение.
Партийно-политическая и культурно-воспитательная работа в этой обстановке, где вопросы конспирации, воинской дисциплины и особого режима играют особенно важную роль, не может строиться в общем порядке, как это предлагает т. Сиряпин.
Представление о руководстве Воркутинского и Ухтинского лагерей, как об обычном хозяйственном руководстве, аналогичном Донбассу или промыслов Азербайджана, является не верным. Начальник Воркутлага и его помощники, в первую очередь, являются чекистами — начальниками лагерного (тюремного) аппарата, основной задачей которого является охрана десятков тысяч опасных государственных преступников, обеспечение среди них режима и использование их на работах по выполнению больших народнохозяйственных задач. Для этой цели в лагере, наряду с политотделом, имеется также аппарат военизированной охраны и режима, оперативно-чекистский аппарат, прокурор и, наконец, лагерный суд.
В этих условиях роль начальника Воркутлага совсем не похожа на роль начальника обычного угольного предприятия.
Задачи политотделов также приобретают специфическое, исходящее из этих особых условий, значение.
2. Народнохозяйственные задачи лагерей, выполняемые силами заключенных, спецконтингентов с привлечением вольнонаемных в качестве специалистов и квалифицированных рабочих, исключительно большие.
Воркутинский лагерь за годы Отечественной войны добыл более 8 млн. тонн угля, а также в 1946 году 3,5 млн. тонн. За это же время освоено 530 млн. капиталовложений, построено 15 шахт мощностью 3,5 млн. тонн в год. Строится дополнительно 26 новых шахт, мощностью 5,9 млн. тонн в год. За пятилетие 1946—50 годы мощность и добыча угля действующих шахт Печорского угольного бассейна должна быть увеличена почти в три раза.
Ухтинский нефтяной лагерь за годы Отечественной войны освоил капиталовложений 300 с лишним миллионов рублей, за это же время добыча нефти увеличена в два с лишним раза, созданы новые производства газовой сажи мощностью 6.000 тонн в год и другой продукции.
Ухтинские нефтяные месторождения, благодаря проведенной работе, становятся весьма перспективными по выходам нефти, в том числе за пятилетие 1946—50 годы добыча нефти должна увеличиться в три раза, газовой сажи почти в два раза и другая продукция Ухты в 2—3 раза.
Политотделы и парторганизации Ухтинского и Воркутинского лагерей проводят большую работу по укреплению первичных партийных организаций и повышению их роли в выполнении оперативных и производственных задач.
3. Партийные организации Воркутинского лагеря насчитывают 785 членов и кандидатов партии, во всех лагерных производственных подразделениях созданы 39 крепких и боеспособных партийных организаций.
За 10 месяцев 1946 года принято в партию 113 человек рабочих, инженерно-технических работников, офицеров и служащих.
В 1946 году в 25 партийных организациях Воркутлага проведены отчетно-выборные партийные собрания, при чем только в одной партийной организации работа была признана неудовлетворительной.
Проведенная в октябре этого года партийная конференция Воркутинского комбината по вопросу выполнения решения ЦК ВКП(б) от 26 июля показала, что партийная организация Воркутлага является прочной и боеспособной, способной решать поставленные перед ней задачи.
В Воркутинском лагере создана хорошая комсомольская организация в составе 42-х первичных комсомольских организаций из 979 комсомольцев. Комсомольцы проявили инициативу в создании 74-х комсомольско-молодежных ударных бригад, в которых состоит 980 рабочих. Эти бригады являются застрельщиками социалистического соревнования на шахтах.
Политотдел Воркутлага успешно провел политическую кампанию 1946 года по выборам в Верховный Совет СССР. В выборах участвовало 99,7% избирателей, за блок коммунистов и беспартийных голосовало 98,14% избирателей. Подписка на заем составила 123% месячной зарплаты.
Политотдел и партийные организации проводят большую работу по развертыванию социалистического и трудового соревнования. Воркутлаг неоднократно выходил победителем в соревновании предприятий МВД. Широко развито трудовое соревнование среди заключенных.
Проведена большая работа по строительству города Воркуты, в частности, только за 1946 год выстроен дом партпроса, дом ребенка, дом пионеров, горный техникум, стадион «Динамо», кинотеатр, школа и другие общественные здания, а также новые жилые здания.
Воркутинский лагерь и политотдел успешно справляются с задачей изоляции заключенных и создания соответствующих условий для их содержания и трудового использования.
Примерно с такими же показателями заканчивают год и партийные организации Ухтинского комбината.
Благодаря развертыванию социалистического и трудового соревнования коллектив Ухтинского лагеря за годы войны неоднократно занимал первенство в соревновании предприятий МВД, завоевывал звание лучшего предприятия неоднократно получал знамя ГКО.
Успешное решение Воркутинским и Ухтинским лагерями политических, оперативных и производственных задач говорит о том, что Политотделы, партийные и комсомольские организации этих лагерей правильно строят свою работу, подчинив ее успешному выполнению заданий партии и правительства.
Отсюда также следует, что существующая структура партийных органов этих лагерей целиком себя оправдала и должна быть сохранена в том виде, как она существует в настоящее время.
4. Товарищ Сиряпин не имеет оснований для утверждения об оторванности политотделов лагерей от территориальных партийных органов. Политотделы поддерживают теснейший контакт с Обкомами. Это видно из следующего:
Политотделы лагерей свои докладные записки о работе, наряду с политотделами ГУЛАГа, направляют всегда в обкомы ВКП(б);
Начальники политотделов присутствуют на всех пленумах обкомов ВКП(б) и соответствующих территориальных РК ВКП(б) и, как правило, являются членами пленума и бюро райкомов ВКП(б);
Работники КОМИ обкома ВКП(б) часто бывают в политотделах лагерей, достаточно сказать, что в 1946 году в Воркутинском комбинате по различным вопросам, побывало более пяти бригад обкома ВКП(б), не считая приезда отдельных работников обкома;
Работники КОМИ обкома ВКП(б) очень часто находятся в политотделах Ухтинского комбината, Севжелдорлага, Устьвымлага и др.;
Важнейшие решения обкома, а также все решения пленумов КОМИ обкома ВКП(б), как правило, обсуждаются на собраниях партийного актива и собраниях первичных партийных организаций.
Коми обком ВКП(б) утверждает очень большой круг партийно-политических и административно-хозяйственных работников лагерей номенклатуры обкома, которые представляются начальниками лагерей и начальниками политотделов.
Подчинить политотделы территориальным РК ВКП(б) неправильно, т. к. политотделы по своему положению приравнены к райкомам и созданы в целях укрепления партийно-политического руководства работой лагерей, как специальных чекистско-хозяйственных органов МВД.
Подчинение политотделов местным райкомам усложнит централизованное политическое и чекистское руководство работой лагерей, что может ослабить свойственную ныне лагерям — служебную дисциплину.
Установившаяся практика контактирования политотделов и местных территориальных партийных органов не вызывает необходимости изменений в этом вопросе.
5. В лагерях Печорского угольного бассейна и других отдаленных северных лагерях бывшие заключенные и даже заключенные специалисты используются на хозяйственных и инженерно-технических должностях, в том числе и руководящих.
Такая практика не является новой, ЦК ВКП(б) и руководству министерства она хорошо знакома и себя оправдала.
Основной задачей лагерных аппаратов МВД СССР является максимальное использование заключенных в зависимости от их сил и способностей на хозяйственной и производственной работе лагерей. Так это делается в Воркутинском угольном лагере, Ухтинском нефтяном лагере, где работают крупные специалисты: угольщики и нефтяники (Епифанцев, Турбинер, Мошкович, Торопов, Кремс, Звягин и др.), назначенные на руководящую работу по указанию или с согласия товарища Берия.
6. Вопрос о создании Горкома на Воркуте в 1943 году был, исходя из необходимости сохранения на территории лагеря особого режима, решен ЦК ВКП(б) отрицательно. За период с 1943 года Воркутинский лагерь стал еще более режимным в связи с введением в нем каторжных отделений.
В городских организациях имеется всего три первичных партийных организации с общим количеством коммунистов 37 человек. Эти партийные организации по характеру своей работы тесно связаны с деятельностью Воркутлага, поэтому ими и далее вполне может руководить политотдел. Создание Горкома ВКП(б) для трех первичных партийных организаций является, безусловно, нецелесообразным. Выделить же из состава Воркутлага какие-либо производственные объекты в прямое подчинение горкома сейчас нельзя, поскольку на всех этих объектах работает спецконтингент лагеря.
Предложение т. Сиряпина о введении парторгов ЦК ВКП(б) на крупных шахтах Воркуты не вызывается необходимостью. На этих шахтах имеются освобожденные секретари первичных партийных организаций, которые под руководством политотделов вполне справляются с возложенными на них обязанностями.
Приведенные в письме т. Сиряпина факты премирования партийных работников в лагерях действительно имели место. После решения ЦК ВКП(б) от 18 мая с. г. премирование партийных работников не производится.
7. Предложение об укреплении партийного аппарата лагерей и политотдела ГУЛАГа квалифицированными партийными кадрами является ценным и в практической работе это предложение целесообразно реализовать.
Считаем необходимым просить ЦК ВКП(б) направить группу опытных партийных работников для использования их в системе политотделов ГУЛАГа, в т. ч. Воркутинского, Ухтинского лагерей и др.».


СТАТЬЯ ПЯТНАДЦАТАЯ
18 января 1947 года министр внутренних дел С. Н. Круглов подписал приказ МВД № 0066 «О нарушении советской законности в Качинской ИТК УИТЛК УМВД по Красноярскому краю»:

«В Качинской исправительно-трудовой колонии УИТЛК УМВД по Красноярскому краю вскрыты факты нарушения советской законности сотрудниками колонии. Начальник колонии гвардии капитан Юрьев, заместитель начальника колонии майор Бондарев, заместитель командира дивизиона ВОХР по политчасти старшина Грачев, старший опер. уполномоченный Оперчекотдела УИТЛК мл. лейтенант Бортников, начальник надзирательской службы Ростовцев систематически подвергали избиениям и издевательствам заключенных, после чего водворяли их в штрафной изолятор. В целях сокрытия следов преступной деятельности, начальник Санитарной части колонии Рубцов, по указанию Юрьева, составил фиктивные документы о, якобы, естественной смерти одного из заключенных, умершего после побоев.
Приказываю:
1. Начальника Качинской ИТК гвардии капитана Юрьева, его заместителя майора Бондарева, ст. оперуполномоченного мл. лейтенанта Бортникова, начальника санчасти Рубцова, начальника надзирательской службы Ростовцева за нарушение советской законности арестовать и предать суду Военного трибунала.
2. Начальнику УМВД по Красноярскому краю генерал-майору т. Семенову произвести по делу тщательное расследование. В месячный срок проверить состояние режима содержания заключенных во всех колониях края и принять необходимые меры по устранению выявленных недочетов. О результатах доложить МВД СССР к 1 марта 1947 года.
3. Указать начальнику УИТЛК УМВД по Красноярскому краю капитану интендантской службы Максимову на отсутствие должного контроля за состоянием режима в исправительно-трудовых колониях».

25 января Круглов подписал приказ № 0088 «Об усилении руководства авиацией главных управлений МВД СССР», которым контроль за ее деятельностью возлагался на начальника Авиационного отдела ГУПВ (Главного управления пограничных войск) МВД (подобная практика сохранится надолго, так что осенью 1991-го с выделением погранслужбы в самостоятельное ведомство прочие подразделения бывшего КГБ окажутся вовсе без авиации). В 1947 году свой авиапарк в МВД имели: ГУЛЖДС, ГУЛГМП, Дальстрой, УЛЛП, Главпромстрой и Главспеццветмет. Эти самолеты использовались только в оперативных, служебных и производственных целях по заданиям начальников управлений МВД или, по их указаниям, начальниками лагерей, строительств и объектов.
На основании постановления Совмина СССР № 228-104сс от 4 февраля совместным приказом МВД и Главного управления Северного морского пути при Совмине СССР (ГУСМП) № 00156/45сс от 17 февраля организовывалась Северная проектно-изыскательская экспедиция МВД и ГУСМП. Ее главной задачей было производство проектно-изыскательских работ по выбору территории для строительства порта, судоремонтного завода и жилого поселка в Обской губе (по западному берегу реки Оби), а также железной дороги от Воркуты до этого порта. Начальником Северной проектно-изыскательской экспедиции был утвержден П. К. Татаринцев (ранее — зам. начальника строительства № 500 МВД, сооружавшего железную дорогу Комсомольск-на-Амуре — Советская Гавань). 22 апреля будет подписано постановление Совмина № 1255-331сс «О строительстве ж. д. линии к морскому порту в Обской губе», во исполнение которого 28 апреля Круглов подписал приказ № 00457, которым для строительства линии от станции Чум Печорской железной дороги до порта в Обской губе организовывалось Северное управление желдорстроительства МВД с условным наименованием «строительство № 501». Начальником Северного управления был назначен заместитель начальника ГУЛЖДС (в 1942—1946 годах — начальник Печорстроя НКВД/МВД) полковник В. А. Барабанов. Этим же приказом в состав Северного управления желдорстроительства были включены Севжелдорстрой МВД и Печорстрой МВД. Тогда же был организован Обский ИТЛ с дислокацией управления лагеря в районе Салехарда. 27 июня Круглов докладывал Сталину и Берии:

«Министерство внутренних дел СССР настоящим докладывает о ходе выполнения постановления Совета Министров СССР от 22 апреля 1947 года «О строительстве железнодорожной линии к морскому порту в Обской губе» по состоянию на 25 июня 1947 года:
— для ускорения начала и разворота работ по строительству железной дороги от станции Чум (Новый) Печорской железной дороги через Уральский хребет к месту будущего строительства морского порта в Обской губе, МВД СССР были переброшены с других строек значительные материальные ресурсы: рельсы, шпалы, металл, лес, автомашины, строительное оборудование, тракторы, инструмент и необходимое для начала работ количество рабочей силы организованными колоннами. Это дало возможность подготовиться к приему новых партий рабочих и еще до подхода материальных ресурсов, выделенных постановлением Совета Министров СССР, развернуть необходимые строительные работы от станции Чум. Фактически строительные работы на головном участке начаты с 15 мая с. г. На 24 июня выполнено 43. 000 кбм. земляных работ и уложено 13 клм. главного пути. Ведутся работы по дальнейшей кладке шпал и рельсов с тем, чтобы в 1947 году безусловно выполнить поставленные обязательства и уложить ж. д. линию до 118 километра с переходом за Уральский хребет.
Укладка пути ведется по минимальным отметкам с последующей засыпкой поездной возкой из карьеров. Встречающиеся на пути многочисленные малые озера и болота шириной до 50 метров и глубиной до 2 метров проходятся по специально строящимся мосткам с последующей засыпкой озер и болот с рельс железнодорожной возкой. Переход рек Воркута и Уса будет осуществлен по временным деревянным мостам на обходах, причем, в этом году будет приступлено также к строительству через эти реки постоянных мостов с металлическими пролетами на бутобетонных опорах.
Параллельно ведутся работы по строительству линии постоянной связи, деревянных искусственных сооружений и строений, гражданских сооружений для непосредственных нужд строительства, на реках Уса, Воркута и Елец построены причалы и к пристаням делаются подъезды от трассы будущей железной дороги.
— весь участок ж. д. линии Чум — 118-й километр для проектирования и строительства разбит на четыре участка. На каждом участке работают специальные строительные отделения и проектно-изыскательские партии. По состоянию на 20 июня с. г. изыскательскими партиями проложено в натуре 75 клм. окончательной трассы и запроектирован временный мост на обход через реку Воркута.
Проектно-изыскательские экспедиции производят предварительные и окончательные изыскания трассы, буровое, шурфовое и геологические обследования трассы, мест переправы и мест изыскания водоснабжения.
Одновременно экспедиции составляют и немедленно передают строительству проекты и временные чертежи земляного полотна, искусственных гражданских сооружений, ж. д. станций и другого строительства. Такое комплексное соединение проектно-изыскательской работы непосредственно со строительством обеспечивает максимальное ускоренное выполнение строительных работ.
Первое время строительство ведется лобовым способом со стороны ст. Чум с подвозкой материалов мотовозами и калужанками по укладываемым впереди рельсам. С июля укладка пути будет вестись с двух концов, в том числе, со стороны участка от 43 километра навстречу первому участку.
По состоянию на 25 июня с. г. непосредственно на строительстве находится 8.000 человек. Сверх этого, на Печору прибыло 7.900 человек из числа отправленных в мае заключенных, которые после карантина комплектуются в производственные колонны и также будут направлены в первых числах июля на строительство. До 1 июля с. г. на строительство дополнительно из центральных областей отправлено 8.000 чел. заключенных и в июле будут отправлены остальные 10.000 человек.
— наряду с проведением строительных работ на головном участке трассы, со стороны примыкания к Печорской ж. д. также ведутся организационные работы по созданию Обского строительства и лагеря в районе Салехарда. В задачи этого строительства положено до весны 1948 года провести следующие работы:
— уложить 22 клм. ж. д. подъездных путей от будущего речного порта в районе Салехарда до примыкания к основной трассе железной дороги, ведущейся к морскому порту;
— подготовить помещения и базы для приема необходимого количества материальных и людских ресурсов, подлежащих завозу в навигацию 1948 года для разворота работ на участке трассы от 260 километра и дальше. Для этой цели в навигацию этого года в район Салехарда направляется строительная организация в составе 3.500 чел. рабочих-заключенных с необходимыми материальными ресурсами, оборудованием и транспортом, сплавом по реке Обь будет направлено в Салехард 25.000 кбм лесоматериалов;
— строительные работы на трассе железной дороги производятся в чрезвычайно сложных климатических условиях, затрудняющих более быстрое проведение работ. До 7 июня с. г. в районе ж. д. трассы температура была ниже нуля при пурге и буранах, затем наступило резкое потепление, 10 июня пошел лед по рекам Уса и Воркута, ледоход сопровождался резким подъемом воды, достигая в районе Абези 8,1 метра выше ординара, все подступы к трассе были затоплены. Через шесть дней вода сильно спала и уже с 22 июня пароходы из-за низкой воды не доходят до пристани Елец на 43 км трассы. После оттаивания грунта вся тундра покрылась водой и сделалась совершенно непроходимой сначала для автотранспорта (с 11 июня), а затем до настоящего времени и для всех остальных видов транспорта, включая танки и тракторы.
МВД СССР приняты необходимые меры по дальнейшему развороту работ по строительству ж. д. линии и обеспечению досрочного выполнения плана 1947 года по укладке рельсов от станции Чум до 118 километра».

1 марта приказом № 00226 были объявлены очередная структура и штаты (60 сотрудников, из них 54 офицера и 6 вольнонаемных) 9 управления МВД, возглавляемого (по совместительству) заместителем министра А. П. Завенягиным и занятого работами по «проблеме № 1» (создание атомного оружия):

— 1 (оперативный) отдел, в его составе: 1 отделение — агентурно-оперативное; 2 отделение — обслуживание специалистов;
— 2 отдел (научный), в его составе: 1 отделение — научно-техническое; 2 отделение — научно-информационное;
— 3 отдел (материально-технического обеспечения), в его составе: 1 отделение — обеспечение лабораторным оборудованием и материалами; 2 отделение — обеспечение монтировочным оборудованием и контроль за строительством;
— Отделение кадров;
— Финансовое отделение;
— Секретариат.

На основании постановления Совмина № 409 от 1 марта и приказа МВД № 00241 от 4 марта в связи с увеличением количества лесных лагерей Управление лагерей лесной промышленности МВД было реорганизовано в главк — ГУЛЛП. Начальником ГУЛЛП приказом № 709 от 28 мая был назначен прежний начальник УЛЛП генерал-майор М. М. Тимофеев — один из старейших из оставшихся в живых чекистов со стажем. «Чекстаж» Тимофеева исчислялся с 1920 года, причем почти все время он занимал руководящие посты, а именно это звено аппарата в первую очередь подвергалось репрессиям при сменах руководства органов (биографии большинства руководителей лагерных и тюремных подразделений ОГПУ—НКВД—МВД—МГБ см.: «ГУЛАГ: Главное управление лагерей, 1917— 1960» (сост. А. И. Кокурин, Н. В. Петров). М., 2000, стр. 797—858).
8 марта Круглов подписал приказ № 00266 с объявлением новой структуры и штатов (всего 512 человек) ГУЛАГа:

«В целях обеспечения надежной изоляции и охраны в исправительно-трудовых лагерях и колониях МВД, усиления борьбы с преступностью и побегами, укрепления режима содержания, а также улучшения жилищно-бытовых условий и организации труда заключенных, приказываю:
1. Утвердить структуру ГУЛАГа МВД СССР в составе следующих управлений и отделов:
а) 1 управление (по оперативной работе и охране) за счет объединения Управления охраны и Оперативного отдела ГУЛАГа (93 человека по штату) в составе следующих отделов: 1 — агентурный (20 чел.), 2 — следственный и ОБХС (13 чел.), 3 — розыскной (12 чел.), 4 — службы и подготовки (16 чел.), 5 — орг.-строевой (13 чел.), 6 — режима (11 чел.);
б) 2 управление (Специальное) в составе отделов: Оргправового (10 чел.), Специального (б. ОУРЗ) (30 чел.), Санитарного (25 чел.), Коммунально-эксплуатационного (10 чел.), Культурно-воспитательного (8 чел.), Архивного отделения (3 чел.); всего — 94 чел. ;
в) 3 Управление (Общего снабжения) (90 чел.) в составе отделов: Оргинструкторского (8 чел.), Планово-финансового (8 чел.), Продовольственного (21 чел.), Вещснабжения (21 чел.), Снабжения офицеров и вольнонаемного состава (17 чел.), Отделения обслуживания Дальстроя и Норильскстроя (5 чел.);
г) 4 Управление (Производственное — б. УИТК) (133 чел.) в составе отделов: Промышленного (27 чел.), Сельскохозяйственного (22 чел.), Планового (17 чел.), Финансового (12 чел.), Снабжения и сбыта (21 чел.), Главной бухгалтерии (18 чел.), Отделения кап. строительства (5 чел.), Инспекции ВПО [военизированная пожарная охрана] (2 чел.);
д) отделы: политический (30 чел.), кадров (30 чел.), контрольно-инспекторский (9 чел.); отделения: ж. д. и водных перевозок (5 чел.), расчетно-финансовое (5 чел.);
е) Секретариат (20 чел.).
2. Ветеринарный отдел ГУЛАГа МВД СССР расформировать. Руководство ветеринарной службой в ИТЛ возложить на соответствующие производственные главные управления и управления МВД СССР».

Тогда же началась замена руководства главка:

В объявленной приказом № 419 от 27 марта штатной расстановке личного состава ГУЛАГа должности начальника и первого заместителя начальника главка еще по-прежнему занимают В. Г. Наседкин и Г. П. Добрынин, заместителей начальника главка по политработе и по кадрам — П. С. Буланов и А. Н. Новиков; начальником 3 управления и заместителем начальника ГУЛАГа тогда был назначен генерал-майор интендантской службы И. Я. Рывкин, ранее — начальник Управления военного снабжения МВД Львовского округа, начальником 4 управления ГУЛАГа — и прежде руководивший УИТК ГУЛАГа полковник А. А. Щекин.
Должности начальников 1 и 2 управлений пока оставались вакантными. Но уже 5 июня 1 управление возглавит генерал-майор Б. П. Трофимов, до того — начальник УМВД Калининградской области, а 22 сентября 1947 года начальником 2 управления был назначен генерал-майор И. И. Матевосов, ранее — министр внутренних дел Армении. Хотя по штатам ГУЛАГа начальники его управлений одновременно являлись заместителями начальника главка, при назначении Матевосова он был назван только начальником 2 управления, без упоминания должности зам. начальника ГУЛАГа.
11 июня приказом № 800 новым заместителем начальника ГУЛАГа по кадрам стал полковник В. М. Козырев (ранее — заместитель министра внутренних дел Узбекской ССР по кадрам), а его предшественник полковник А. Н. Новиков тогда же был назначен помощником начальника Управления материально-технического снабжения (УМТС) МВД.
Наконец, 2 сентября приказом № 1208 Наседкина на посту начальника ГУЛАГа сменит Добрынин, ранее — его первый заместитель.
Тем самым в течение года руководящие кадры ГУЛАГа почти полностью обновились: был назначен новый начальник главка, а прежних его заместителей — полковников Г. М. Грановского (теперь зам. начальника 2 управления ГУЛАГа), А. Н. Новикова, А. А. Усиевича (теперь управляющий гостреста «Колымснаб» в Магадане) и П. В. Сафонова (теперь зам. начальника 1 управления ГУЛАГа) — сменили новые люди, пришедшие из других подразделений МВД. Из нового состава руководства лишь А. А. Щекин давно (с 1936-го) работал в лагерной системе, а Б. П. Трофимов в 1939—1940 годах уже руководил 3 (оперативным) отделом ГУЛАГа.
При утверждении новых штатов главка проявилась характерная тенденция. Еще 13 сентября 1946 года было принято постановление Совета Министров СССР № 2068-856с о сокращении административно-управленческого персонала не менее чем на 10 процентов от «фактического наличия» на 15 августа 1946-го. В течение 1947 года были действительно объявлены новые штаты почти всех подразделений Центрального аппарата МВД. Например, на 25 октября 1946 года в Тюремном управлении МВД числилось 86 человек, а по новым штатам, утвержденным 4 февраля 1947 года, — 71; в Отделе по борьбе с детской беспризорностью и безнадзорностью (ОБДББ МВД) на 22 марта 1946 года было 94 человека, а по новым штатам от 4 февраля 1947 года — 74; в ГУШОСДОРе на 13 сентября 1945 года работало 375 человек, а по новым штатам, утвержденным 11 июня 1947 года, — 286 человек.
Но ряд главков и управлений МВД в это же время даже увеличили свои штаты. В ГУЛАГе на 20 октября 1945 года числилось 449 человек, а по новым штатам, утвержденным 8 марта 1947 года, — уже 512. В УЛЛП на 2 ноября 1945 года числилось 89 человек, на 5 февраля 1947 года — 84, но после реорганизации УЛЛП в главк новые штаты ГУЛПП были утверждены (18 марта 1947 года) в количестве 103 человек. В УМТС на 19 апреля 1945 года числилось 111 человек, а по новым штатам от 3 апреля 1947 года — 150. В ГУЛЖДС на 27 апреля 1944 года числилось 183 человека, по новым штатам от 28 августа 1947 года — уже 221. В ГУЛГМП на 30 декабря 1945 года (уже после выделения из этого главка 9 управления) работало 100 человек, а по новым штатам от 14 июля 1947 года — 128. Наконец, Главпромстрой, на 3 мая 1945 года насчитывавший 139 человек, 16 января 1947 года получил новые штаты — уже 252 человека. К тому же в МВД появились два новых главка: Главспеццветмет, штат которого был утвержден 29 января 1947 года в количестве 177 человек, и возрожденный Главгидрострой, 11 ноября получивший штат в 174 человека.

8 марта приказом № 322 генерал-лейтенанта М. С. Кривенко в должности начальника ГУПВИ МВД сменил генерал-лейтенант Т. Ф. Филиппов, ранее — заместитель начальника Управления войск МВД по охране особо важных объектов промышленности и железных дорог. 21 апреля приказом МВД № 498 М. С. Кривенко был назначен заместителем начальника УМВД Свердловской области по административно-хозяйственной работе. Как докладывал в ЦК ВКП(б) министр внутренних дел, Кривенко лишился прежней должности в связи с наложенным на него партийным взысканием (строгий выговор) за приобретение мебели в лагерной мастерской (в 1949 году взыскание будет снято, и Кривенко возглавит УМВД по Свердловской области).
8 марта министр Круглов и его заместители И. А. Серов и В. В. Чернышов обратились к заместителю председателя Совмина СССР Берии с письменным предложением освободить Н. А. Френкеля от должности начальника ГУЛЖДС и назначить на нее начальника Восточного управления строительства и лагерей БАМ МВД генерал-майора И. Г. Петренко. 11 марта письмо с аналогичным текстом было направлено в ЦК ВКП(б), и 28 апреля приказом МВД № 525 Френкель был освобожден «по болезни», а Петренко возглавил ГУЛЖДС. 9 июня приказом МВД № 797 генераллейтенант инженерно-технической службы Френкель был уволен в отставку по состоянию здоровья. За долголетнюю и добросовестную службу в органах МВД ему была объявлена тогда благодарность с награждением именными часами и месячным окладом. Уже отправленный на пенсию, 18 мая 1948 года Френкель вместе с другими сотрудниками ГУЛЖДС был награжден орденом Трудового Красного Знамени за строительство новых железных дорог.
Однако еще 16 ноября 1946 года секретарю ЦК ВКП(б) А. А. Кузнецову была подана докладная записка «О результатах проверки работы отдела кадров МВД СССР», в которой готовившие ее работники аппарата ЦК сообщали:

«В работе отдела кадров МВД СССР по изучению, подбору и расстановке руководящих кадров имеются серьезные недостатки и крупные ошибки. Отдел кадров и его начальник — зам. Министра т. Обручников Б. П. не занимается по-настоящему изучением, подбором оперативных, военных и хозяйственных кадров, неудовлетворительно руководит работой отделов кадров управлений МВД СССР.
Отдел кадров не противодействует неправильной практике, имеющей место в некоторых Главных управлениях Министерства, когда работники подбираются не по деловым и политическим качествам, а по признаку семейственности и не выправляет своевременно в этом деле недостатки.
В Главном управлении лагерей железнодорожного строительства, начальником которого работает с 1940 года т. Френкель Н. А., беспартийный, с незаконченным средним образованием, в прошлом осужденный на 10 лет за растрату и отбывавший наказание в лагерях, сменилось 7 его заместителей — коммунистов. В то же время т. Френкель привлек на работу в ГУЛЖДС около 30 человек, имевших судимость за различные преступления, в том числе, контрреволюционные. Некоторые вместе с ним отбывали наказание или работали в прошлом в лагерях.
Начальником отдела материально-технического снабжения ГУЛЖДС до последнего времени работал Гутман Г. Л., судимый за мошенничество, который вместе с т. Френкелем служил беспрерывно с 1931 года. Находясь в ГУЛЖДС, Гутман безнаказанно занимался крупными злоупотреблениями и был арестован только в сентябре с. г. В том же отделе до последнего времени работали или остаются на ответственных должностях Ботунов А. М., судимый в 1931 году за контрреволюционную деятельность, в 1937 году — за должностное преступление; Либин Ю. Л., судимый в 1924 году на 10 лет, Дорфман А. Г., виновный в значительных недостачах материальных ценностей по Московской базе ГУЛЖДС. Указанные лица работали вместе с Гутманом от 7 до 10 лет, а Ботунов отбывал вместе с ними в лагере.
В других отделах ГУЛЖДС работают: Богданов С. И., Жигалов А. Т., Канавец С. И., Куперман Я. М., Лихтер А. И., Пекарский Ф. А., Раковщик А. Т., Архангельский Я. Г., Лидер И. О., Страупман И. Д., Фиргер И. О., судившиеся в прошлом за контрреволюционные и другие преступления.
В Желдорпроекте ГУЛЖДС (нач. т. Гвоздевский) подбираются работники также по семейному признаку. В начале 1946 года т. Гвоздевский отозвал с Дальнего Востока 7 человек (Каган, Ходас и др.), работавших с ним в прошлом в течение ряда лет, и назначил их к себе в аппарат. Еще более неблагополучно обстоит дело с подбором кадров в периферийных организациях ГУЛЖДС. Так, например, в снабженческих и торговых аппаратах Севпечорлага работает 73% судимых, Севжелдорлага — 68%. Эта засоренность кадров политически сомнительными и случайными людьми способствовала большим растратам и хищениям в системе ГУЛЖДС. Отдел кадров оказался безучастным в деле подбора кадров ГУЛЖДС и его периферийных организаций, полностью передоверил эту работу т. Френкель, проглядел грубейшие извращения, допущенные последним при подборе работников и лишь после вмешательства ЦК ВКП(б) занялся проверкой личного состава ГУЛЖДС».
В этой же докладной записке про одного из руководителей ГУЛАГа сообщалось: «На должность заместителя начальника ГУЛАГа МВД СССР был недавно выдвинут и находится в настоящее время на этой работе Грановский Г. М., который происходит из семьи торговца, в 1921 году во время чистки партии исключался из ВКП(б), вновь вступил в партию в 1938 году, характеризуется морально неустойчивым, невыдержанным в быту и высокомерным работником. На утверждение в занимаемой должности он в ЦК ВКП(б) не представлялся».

8 апреля приказом № 462 генерал-майора В. А. Кравченко в должности начальника 4 спецотдела МВД сменил его прежний заместитель полковник Г. Я. Кутепов (до начала 1948-го Кравченко будет находиться в распоряжении министра внутренних дел, а приказом № 54 от 16 января 1948 года возглавит Группу контроля и особых поручений при министре внутренних дел, однако проработает в этой должности чуть больше года и 3 марта 1949-го приказом № 544 вновь будет назначен начальником 4 с/о МВД).
11 апреля на заседании Специального комитета при Совмине СССР было решено организовать на базе санатория «Сунгуль» под городом Касли не институт (как предполагалось ранее, в мае 1946-го), а лишь «Лабораторию «Б»» 9 управления МВД «с объемом капитальных затрат на ее организацию не более 10 млн. руб.» для разработки проблем защиты от радиации. Сюда (и в «Лабораторию «В»» в Обнинске) из Германии вывозилось оборудование, «а также научные работники» ряда немецких фирм и исследовательских центров.

Летом 1947 года объект «Б» уже действовал, его первым директором стал полковник А. К. Уралец-Кетов, руководителем химического отдела — профессор С. А. Вознесенский, радиобиологического — Н. В. Тимофеев-Ресовский (арестованный в 1945-м в Германии, осужденный и поначалу отправленный на общие работы в Карлаг). Биофизический отдел состоял из пяти лабораторий: № 1 (биофизическая), начальник — Н. В. Тимофеев-Ресовский (он же начальник отдела); № 2 (радиопатологическая), начальник — А. З. Кач («трофейный» немецкий специалист); № 3 (профиль не указан), начальник — Г. И. Борн (немецкий специалист); № 4 (физико-дозиметрическая), начальник — К. А. Циммер (немецкий специалист), № 5 (профиль не указан), начальник — В. В. Менке (немецкий специалист).

26 мая председатель Президиума Верховного Совета СССР (ПВС) Н. М. Шверник и секретарь ПВС А. Ф. Горкин подписали указ «Об отмене смертной казни»:

«Историческая победа советского народа над врагом показала не только возросшую мощь Советского государства, но и прежде всего исключительную преданность Советской родине и Советскому Правительству всего населения Советского Союза.
Вместе с тем международная обстановка за истекший период после капитуляции Германии и Японии показывает, что дело мира можно считать обеспеченным на длительное время, несмотря на попытки агрессивных элементов спровоцировать войну.
Учитывая эти обстоятельства и идя навстречу пожеланиям профессиональных союзов рабочих и служащих и других авторитетных организаций, выражающих мнение широких общественных кругов, Президиум Верховного Совета СССР считает, что применение смертной казни больше не вызывается необходимостью в условиях мирного времени.
Президиум Верховного Совета СССР постановляет:
1. Отменить в мирное время смертную казнь, установленную за преступления действующими в СССР законами.
2. За преступления, наказуемые по действующим законам смертной казнью, применять в мирное время заключение в исправительно-трудовые лагеря сроком на 25 лет.
3. По приговорам к смертной казни, не приведенным в исполнение до издания настоящего Указа, заменить смертную казнь, по определению вышестоящего суда, наказанием, предусмотренным в статье 2-й настоящего Указа».

10 июня Круглов подписал приказ № 00616 «Об отмене приказов и директив НКВД—МВД СССР, связанных с применением высшей меры наказания».

В 1940-м к высшей мере наказания было осуждено 3666 человек, из них 1549 человек — за контрреволюционные преступления; в 1941-м — 60 921 человек, из них за «к/р преступления» — 8001 человек; в 1942-м — 107 542 (в том числе за «к/р преступления» — 23 278 человек); в 1943-м — 27 644 («к/р преступления» — 3579 человек); в 1944-м — 20 868 («к/р преступления» — 3029 человек), в 1945-м — 15 375 («к/р преступления» — 4252 человека); в 1946-м — 9021 («к/р преступления» — 2896 человек); в 1947 году — 3243 человека («к/р преступления» — 1105 человек).

На динамику численности заключенных непосредственно повлияли еще два указа ПВС, принятые 4 июня 1947 года: «Об усилении охраны личной собственности граждан» и «Об уголовной ответственности за хищение государственного и общественного имущества». К марту 1953-го число заключенных, осужденных по этим указам, достигло 1 241 919 человек (при общем контингенте ИТЛ, ИТК и тюрем в 2 526 402 человека) — без малого каждый второй.

Кража, то есть «тайное или открытое похищение личного имущества граждан», каралась теперь заключением в ИТЛ на срок от 5 до 6 лет; кража, совершенная шайкой или повторно, — от 6 до 10 лет; разбой, то есть «нападение с целью завладения чужим имуществом, соединенное с насилием или с угрозой применения насилия», — от 15 до 20 лет с конфискацией имущества; недонесение о готовящемся или совершенном разбое — лишением свободы на срок от 4 до 5 лет. Кража, присвоение, растрата или иное хищение государственного имущества каралось заключением в ИТЛ на срок от 7 до 10 лет с конфискацией имущества или без нее; хищение государственного имущества, совершаемое повторно или организованной группой, или в крупных размерах, — от 10 до 25 лет с конфискацией. Кража или иное хищение колхозного, кооперативного или иного общественного имущества карались несколько мягче, заключением в ИТЛ на срок от 5 до 8 лет с конфискацией имущества или без нее; совершенные повторно, организованной группой или в крупных размерах, — на срок от 8 до 20 лет с конфискацией имущества. Недонесение о готовящемся или совершенном хищении государственного или общественного имущества каралось лишением свободы на срок от 5 до 7 лет.

14 июня первый заместитель министра внутренних дел Серов направил на имя Сталина, Молотова, Жданова и Берии следующую докладную записку:

«Московской милицией арестован в здании Министерства тяжелого машиностроения при попытке получить денежное пособие вор-аферист Вайсман Вениамин Борухович, он же — Трахтенберг, он же — Рабинович, он же — Ослон, он же — Зильберштейн, по национальности еврей, 33 лет, уроженец г. Житомира, проживал в Орехово-Зуево. У Вайсмана ампутированы обе ноги и кисть руки в связи с обморожением при побеге из северного лагеря в 1944 году. При аресте Вайсмана отобран пистолет.
Будучи допрошенным Вайсман показал, что он с 9 лет и до дня ареста занимался мелкими, а затем крупными кражами. На протяжении 24 лет, занимаясь кражами, Вайсман 9 раз водворялся в детские колонии, но оттуда убегал, 5 раз был судим на разные сроки содержания в лагерях. В 1944 году Вайсман при побеге из лагеря в Вологодской области обморозился, в результате чего обе ноги и одна рука были ампутированы. После этого Вайсман ввиду невозможности заниматься воровством перешел на путь мошенничества. В этих целях с помощью некоего Михайлова (устанавливается для ареста) сфабриковал себе за 20. 000 рублей наградную книжку дважды Героя Советского Союза, нацепил на пиджак планки с семью орденами и тремя медалями и в таком виде посещал различные Министерства СССР, где, добиваясь на прием к министрам и заместителям министров, получал от них крупные денежные пособия и промтовары.
Нами проверены показания Вайсмана в этой части и из полученных от Министерств справок о выданном пособии выяснилось, что Вайсман получил пособия и промтовары в следующих Министерствах:
— в июне 1946 года по распоряжению Министра речного флота СССР т. Шашкова и его заместителя т. Черевко Вайсман как «бывший моторист Амурского речного пароходства» получил 2.300 рублей, 2 бостоновых отреза и 7 метров сатина. В том же Министерстве в мае 1947 года он получил 2.000 рублей, мужской костюм, туфли и белье;
— в 1946 году по распоряжению бывшего Министра лесной промышленности СССР т. Салтыкова как «моторист леспромхоза» Вайсман получил 2.500 рублей, отрез бостона, два пальто под каракуль, два дамских жакета, два платья и другие промтовары;
— в 1947 году у зам. Министра лесной промышленности т. Вараксина получил 2.000 рублей, 10 метров коверкота и 29 метров сатина;
— в 1946 году по распоряжению Министра пищевой промышленности СССР т. Зотова как «зоотехник совхоза 28-я годовщина Октябрьской революции» Вайсман получил 1.500 рублей, 2 отреза шерсти и другие промтовары и, кроме того, у зам. Министра т. Быстровой — 500 рублей денег;
— в 1947 году по распоряжению Министра т. Зотова как «бывший шофер Тальновского сахарного завода» Вайсман получил 3.000 рублей и 35 метров хлопчатобумажной ткани;
— в 1946 году Министр химической промышленности СССР т. Первухин дал распоряжение зам. Министра т. Щедринскому за счет Воскресенского химкомбината выдать Вайсману кожаную куртку, 2 отреза шерсти, 4 пары валенок и 15 метров ткани;
— в 1947 году по распоряжению т. Первухина за счет уполномоченного Воскресенского химкомбината Вайсман получил отрез бостона, 4 пары калош, 15 метров ткани и 1 пару мужских полуботинок;
— в 1946 году у Министра мясной и молочной промышленности СССР т. Кузьминых Вайсман как «бывший рабочий Дарницкого мясокомбината» получил 1.500 рублей, а в 1946 году по распоряжению зам. Министра т. Герасимова было выдано 12 метров шерсти и другие промтовары;
— в 1946 году у Министра угольной промышленности Западных районов СССР т. Оника как «крепильщик шахты» Вайсман получил 2.000 рублей, 2 отреза бостона, 2 отреза драпа и 3 пары детских ботинок;
— в 1947 году Вайсман у зам. Министра угольной промышленности СССР т. Валентинова получил 3.500 рублей и 20 ордеров на промтовары;
— в апреле месяце с. г. Вайсман был принят Министром финансов СССР т. Зверевым, который дал распоряжение своему заместителю Посконову, как «бывшему шоферу Киевской городской конторы Госбанка» выдать из Управления Госбанка СССР за счет Министерства 3 отреза бостона, 6 шелковых рубашек, 20 метров японши, 2 отреза крепдешина, 4 пары мужской обуви и другие промтовары на общую сумму свыше 20.000 рублей;
— в 1947 году Вайсман после личного приема у Министра сельхозмашиностроения т. Горемыкина получил 1.000 рублей; от Министра нефтяной промышленности южных и западных районов т. Байбакова Вайсман получил 1.000 рублей;
— в 1947 году зам. Министра промышленности строительных материалов т. Гвоздырев как «бывшему мотористу одесского кирпичного завода» выдал Вайсману 2.000 рублей;
— в начале 1946 года по распоряжению зам. Министра угольной промышленности Восточных районов СССР т. Горлова как «бывшему крепильщику шахты Кировуголь» за счет Черемховского угольного бассейна Вайсману выдано 1.000 рублей, а в декабре месяце 1946 года зам. Министра т. Абакумовым выдано 2.000 рублей и много промтоваров;
— в 1947 году в том же Министерстве по распоряжению зам. Министра т. Гольберг Вайсман получил большую партию промтоваров;
— у зам. Министра сельского хозяйства СССР т. Лобанова Вайсман в 1946 году получил 800 рублей и 22 метра мануфактуры;
— в начале 1947 года Вайсман был принят секретарем МК ВКП(б) т. Поповым, который после приема дал указание т. Парфенову о выдаче Вайсману промтоваров; в результате Вайсман получил 2 отреза бостона, один синий американский костюм, 3 пары обуви, 20 метров ткани и 300 рублей денег;
— в марте месяце Вайсман был на приеме в ЦК ВКП(б) у т. Патоличева, который дал указание начальнику отдела руководящих кадров т. Иванову оказать содействие Вайсману. Иванов созвонился с секретарем Киевского обкома партии т. Сердюком и просил его предоставить квартиру и обеспечить регулярным лечением «героя Отечественной войны» Вайсмана; работник Управделами ЦК ВКП(б) Степанов обеспечил Вайсмана билетом на самолет в город Киев;
— в апреле 1947 года Вайсман, будучи на приеме у Министра лесной промышленности т. Орлова, получил от т. Орлова записку на имя Министра лесной промышленности УССР т. Самуйленко о том, что «гвардии капитан танковых войск» Вайсман выезжает на постоянное жительство в г. Киев, в связи с чем необходимо ему выдать бесплатно мебель для квартиры за счет Министерства, оказать единовременную помощь в размере 2.500 рублей и выдать из числа американских подарков 28 комплектов; по этой записке Вайсман получил все то, что было указано;
— при посещении Министра торговли СССР т. Любимова последний дал распоряжение начальнику Главунивермага т. Галкину о немедленном отпуске промтоваров на сумму 4.000 рублей; прибыв в магазин, Вайсман набрал там на 7.000 рублей.
Кроме перечисленного Вайсман с конца 1946 года до момента ареста был на приемах у Министров: в Министерстве черной металлургии СССР у т. Тевосяна, который выдал ему 3.000 рублей, у Министра транспортного машиностроения т. Малышева, который выдал ему 2.000 рублей и промтовары, в Министерстве автомобильной промышленности у зам. Министра т. Кучумова, который выдал ему 1.000 рублей и промтовары, у Министра электростанций СССР т. Жимерина Вайсман получил 2.000 рублей, у Министра геологии СССР т. Малышева Вайсман получил 1.000 рублей денег, 4 дамских осенних пальто, котиковое манто и другие промтовары; через несколько месяцев в том же Министерстве по распоряжению зам. Министра т. Горюнова Вайсман получил большую партию промтоваров; в 1946 году у Министра тяжелого машиностроения Казакова Вайсман как «бывший электросварщик Уралмаша» получил 1.200 рублей; 30 мая с. г. Вайсман пришел вновь к т. Казакову и получил разрешение на выдачу 2.000 рублей денег и разных промтоваров, где он был арестован.
Таким образом, аферист Вайсман, пользуясь излишней доверчивостью руководящих работников, сумел проникнуть в 19 Министерств и получить деньги и промтовары. В настоящее время ведется следствие и организованы оперативные мероприятия по аресту сообщников Вайсмана».
21 июня Серов вновь информировал руководство страны:
«В дополнение к сообщению МВД СССР об аферисте Вайсмане докладываю, что в результате дальнейшего допроса установлено, что аферист Вайсман получил также денежные пособия и промтовары в следующих Министерствах:
— в 1946 году Вайсман был на приеме у Министра морского флота т. Ширшова и по его распоряжению получил 1.000 рублей;
— в 1946 году Вайсман был в Министерстве резиновой промышленности СССР и по распоряжению зам. Министра Торчелина получил 1.580 рублей денег за счет Ярославского шинного завода;
— в 1946 году Вайсман был на приеме у Министра кинематографии т. Большакова и по его распоряжению получил 500 рублей деньгами;
— в феврале месяце с. г. Вайсман был в Министерстве авиационной промышленности и из фонда министра получил 1.000 рублей денег;
— в марте месяце с. г. Вайсман был у зам. Министра высшего образования СССР т. Самарина, где по его распоряжению получил 1.500 рублей деньгами;
— в марте с. г. Вайсман был на приеме у Министра текстильной промышленности СССР т. Седина и по его распоряжению получил 1.000 рублей деньгами;
— 22 мая с. г. Вайсман был в Министерстве строительного и дорожного машиностроения СССР, где по распоряжению зам. Министра т. Федорова получил 1.000 рублей денег и на 1.724 рубля промтоваров;
— 28 мая с. г. Вайсман был у Министра здравоохранения т. Смирнова и получил по его распоряжению 1.500 рублей деньгами.
Выдача пособий Вайсману перечисленными министерствами подтверждена документально.
Как показал Вайсман, он для того, чтобы проникнуть в Министерства, предварительно изучал на месте периферийные предприятия Министерства, узнавал фамилии директоров заводов и комбинатов, собирал от них справки и документы «о своих боевых заслугах», зачастую, при этом, справки писались под диктовку самого Вайсмана и после этого он возвращался в Москву. В Министерствах, предъявляя эти документы и упоминая фамилии директоров периферийных предприятий, создавал видимость, что являлся до войны работником системы Министерства. Наиболее характерным в этом отношении является рекомендательное письмо, выданное Вайсману президентом Академии Наук СССР академиком Вавиловым и академиком Бардиным. В письме, адресованном директору протезного института профессору Чаклину, написано: «Гвардии капитан танкового корпуса генерал-полковника Катукова Вайсман В. Б., 1913 г. р., в мае месяце прошлого года при взятии Берлина потерял обе ноги. В. Б. Вайсман больше года пролежал в госпиталях, в основном, в госпитале Центральной группы межсоюзных оккупационных войск в Берлине. В настоящее время В. Б. Вайсман находится в Москве (гостиница «Москва», № 43). Убедительно просим Вас принять В. Б. Вайсмана для личной консультации, положить его в протезный институт и обеспечить его высококачественными протезами по моделям Ефремова. Депутат Верховного Совета СССР академик С. И. Вавилов, депутат Верховного Совета СССР академик Бардин». В ходе следствия Вайсман показал, что уголовные преступники в случаях надобности имеют возможность купить медали и ордена СССР за определенно установленные цены. При этом он привел пример, что был очевидцем, когда один уголовник купил у майора Советской Армии, возвращавшегося из отпуска, за 800 рублей орден Ленина, но без орденской книжки. Показания в этой части нами проверяются».
16 июня 1947 заместитель министра Чернышов подписал приказ № 00634 с объявлением «Инструкции о работе цензуры в ИТЛ и ИТК МВД СССР»:

«В целях предупреждения бесконтрольной связи заключенных, отбывающих наказание в ИТЛ и ИТК МВД, и проникновения в ИТЛ и ИТК сведений, не подлежащих оглашению, устанавливается просмотр (цензура) всей корреспонденции заключенных.
Цензура осуществляется почтово-посылочными отделениями и группами управлений ИТЛ, УИТЛК—ОИТК МВД—УМВД и цензорами в лагерных подразделениях и ИТК, согласно существующих штатов.
Почтово-посылочные отделения (группы) и цензоры во всей своей работе непосредственно подчиняются начальникам отделов (отделений) по оперативной работе и охране ИТЛ, УИТЛК—ОИТК.
Личный состав почтово-посылочных отделений (групп) и цензоров комплектуется исключительно из числа вольнонаемных сотрудников, прошедших спецпроверку, преимущественно, членов и кандидатов ВКП(б) и членов ВЛКСМ.
Прием на работу, увольнение и перемещение сотрудников почтово-посылочных отделений (групп) и цензоров производится отделами кадров ИТЛ, УИТЛК—ОИТК с обязательным согласованием с начальниками отделов (отделений) по оперативной работе и охране.
Для работы цензоров администрацией лагподразделений и колоний предоставляются изолированные от других помещения в охраняемом здании. Эти помещения в нерабочее время опечатываются. Печать хранится у цензора. Допуск в помещение цензуры лиц, не имеющих к ней служебного отношения, воспрещается. Все цензоры обеспечиваются лупами и необходимыми для работы приспособлениями».

14 июля Круглов подписал приказ № 00738 «Об организации Управления МВД СССР № 8», положивший начало специальным органам МВД, обслуживающим ядерные объекты и поселения при них:

«В целях объединения органов МВД, выполняющих работу на строительстве объекта № 859, и их организационного укрепления, приказываю:
1. Организовать Управление МВД СССР № 8 с непосредственным подчинением МВД СССР.
2. Назначить начальником Управления МВД СССР № 8 подполковника Буторова с оставлением его в должности зам. начальника УМВД по Челябинской области.
3. Управлению МВД СССР № 8 оперативно подчинить: весь оперативно-чекистский аппарат (контрразведывательные органы, обслуживающие войска, органы милиции, ЗАГСа, пожарной охраны и другие) и полк войск МВД по охране промышленных предприятий.
4. Возложить следующие задачи на Управление МВД СССР № 8:
а) руководство агентурно-оперативной работой органов МВД;
б) организацию проверки и выдачи пропусков всему составу, имеющему отношение к работе;
в) организацию общественного порядка и поддержание его на должной высоте.
5. Впредь установить, что на территории управления объекта № 859 всеми вопросами работы органов МВД, а также поддержанием общественного порядка занимается только Управление МВД СССР № 8.
6. Начальнику Управления МВД СССР № 8 подполковнику Буторову обратить особое внимание на вопросы организации и поддержание режима на территории Управления, исключающие проникновение туда лиц и служащих каких бы то ни было учреждений и органов, не имеющих прямого отношения к работе».

В тот же день приказом № 00740 для обработки и оперативного использования поступающих с номерных строительств Главпромстроя МВД материалов в составе 1 управления ГУЛАГа был организован 7 отдел (9 человек по штату; 25 сентября приказом № 1290 7 отдел возглавил подполковник А. Н. Карамышев, ранее — начальник 1 отдела 1 управления ГУЛАГа). Тем же приказом № 00740 министрам внутренних дел республик и начальникам УМВД, на территории которых находились номерные строительства Главпромстроя, было запрещено командировать туда своих работников и требовать представления каких бы то ни было материалов. Посещение этих строительств «по вопросам оказания помощи и в случаях особых происшествий для принятия мер» разрешалось только лично министрам внутренних дел и начальникам УМВД.
Как мы помним, 18 января 1945-го был подписан указ «Об освобождении от наказания осужденных беременных женщин и женщин, имеющих детей дошкольного возраста»; а 14 июля 1947 года Круглов вернулся к этой проблеме в письме на имя Сталина и Молотова:

«В исправительно-трудовых лагерях, колониях и тюрьмах МВД на 1 июля с. г. вместе с заключенными матерями находятся 18.790 детей в возрасте до 4 лет, а также 6.820 беременных женщин.
Имеющееся количество детей более чем в три раза превышает лимиты существующих в лагерях и колониях «домов младенца». В связи с этим значительная часть детей содержится в мало пригодных помещениях и даже в общих бараках вместе с заключенными матерями.
Поступление в места заключения осужденных матерей с детьми стало увеличиваться с общим ростом количества осужденных женщин с 1946 года и продолжает расти до настоящего времени.
Значительная часть поступающих, а также рождающихся в тюрьмах, лагерях и колониях детей является физически слабыми, нуждается в особом уходе и соответствующих гигиенических условиях, которые создать в тюрьмах, колониях и лагерях очень трудно.
В связи с изложенным МВД СССР считает целесообразным освободить от дальнейшего отбытия наказания находящихся в заключении осужденных беременных женщин и женщин, имеющих при себе в местах заключения детей в возрасте до 4 лет, кроме женщин, осужденных за измену Родине, шпионаж, террор, диверсии, бандитизм, убийства и расхищение социалистической собственности.
При положительном решении вопроса количество освобожденных женщин беременных и с детьми ориентировочно составит 15 тысяч человек. Проект Указа Президиума Верховного Совета Союза ССР прилагается».
16 августа под грифом «Без публикации» появился соответствующего содержания указ ПВС «Об освобождении от наказания осужденных беременных женщин и женщин, имеющих при себе в местах заключения детей».

23 июля появился приказ № 0430 «О ликвидации Опокского ИТЛ МВД» в связи с «временной консервацией работ по Опокстрою»: и. о. начальника Опоклага «тов. Кочегарову» предписывалось передать «работников лагерного сектора… для дальнейшего прохождения службы» в ИТЛ при строительстве № 859 (будущий Челябинск-40) и этапировать туда же 700 заключенных (за исключением осужденных по «политической» «ст. 58 п. 6 и 8 УК РСФСР»); 150 заключенных («независимо от характера совершенного преступления, главным образом, специалистов и квалифицированных рабочих») — этапировать в Саратовлаг (строивший, напомним, заводы по производству средств связи, чьи «изделия» предназначались тогда прежде всего к использованию на ядерных объектах); остальных «до 300 человек заключенных организованно передать в состав ОИТК УМВД по Вологодской области.., обеспечив кадрами и военизированной охраной».

Начальнику вологодского ОИТК полковнику Боровкову этим же приказом предписывалось: «Принять жилые и коммунально-бытовые помещения, инвентарь, транспортные средства, медицинское оборудование, медикаменты, продовольствие, вещдовольствие, все учетные документы заключенных, архивные материалы и делопроизводство» Опоклага; «лагимущество, за исключением продовольствия, разделить пропорционально этапируемому и остающемуся количеству контингента»; «обеспечить выделение Опокстрою на контрагентских началах 50 заключенных для проведения работ по подготовке строительства к консервации». Так закончилась история Опоклага, созданного еще осенью 1940-го, свернутого с началом войны и вновь организованного в июле 1943-го. В Опоках, одном из самых живописных и труднодоступных участков реки Сухона (в 70 километрах вверх по течению от Великого Устюга), до сих пор сохранились остатки разрушенной плотины и бетонных шлюзов, увидеть которые с воды можно лишь в те три-четыре весенние недели, когда река в этом месте проходима для больших судов. Строительство гидроузла изначально и было предпринято для того, чтобы поднять уровень воды на опокских порогах и обеспечить бесперебойное сообщение между Белым морем (через Двину, Сухону и Северодвинский канал) и Мариинской системой (будущим Волгобалтом). Примечательно, что затем, при освобождении в 1946-м Главпромстроя от не связанных с атомным проектом работ, гидротехнические Широклаг и Опоклаг были оставлены в его подчинении: как мы увидим, электроэнергия Широковской ГЭС будет использоваться на строившемся неподалеку от нее ядерном объекте; возможно, подобные же планы тогда связывались и с Опоками. Но Опоки оказались, видимо, единственным (из реально начатых) гидротехническим строительством, справиться с которым ГУЛАГ так и не сумел: плотину и шлюз сносило весенними паводками. Ликвидация Опоклага, впрочем, пока не означала полного отказа от сооружения самого гидроузла: в ноябре Опокстрой еще передадут от Главпромстроя в воссозданный Главгидрострой.

28 июля первый заместитель министра Серов подписал приказ № 00801 «Об оказании помощи Дальстрою по выполнению плана 1947 года»:

«Совет Министров, рассмотрев вопрос о ходе выполнения плана первого полугодия 1947 года по Дальстрою, отметил невыполнение плана добычи золота и обязал МВД СССР принять все необходимые меры к обеспечению выполнения годового плана добычи золота и олова по Дальстрою.
В целях оказания руководству Дальстроя необходимой помощи в деле организации правильного использования механизмов, рабочей силы и обеспечения безусловного выполнения плана добычи золота и олова в 1947 году и успешной подготовки к 1948 году, приказываю:
— командировать в Дальстрой: заместителя Министра внутренних дел СССР генерал-полковника Аполлонова А. Н. (руководитель), начальника ГУЛГМП генерал-майора инженерно-технической службы Захарова П. А., заместителя начальника УВОПЖД [Управление войск МВД по охране особо важных объектов промышленности и железных дорог] генерал-лейтенанта Марченкова М. П., заместителя начальника ГУМПВО [Главное управление местной противовоздушной обороны МВД] генерал-майора инженерно-технической службы Мирошникова И. П., заместителя начальника ГУПВИ генерал-лейтенанта Петрова И. А., начальника отдела ГУЛГМП инженер-подполковника Фейтельсона В. С.»
О своем возвращении из командировки в Дальстрой Аполлонов доложил министру только 13 октября.

2 сентября Круглов подписал приказ об освобождении В. Г. Наседкина от должности начальника ГУЛАГа и назначении на эту должность Г. П. Добрынина, ранее — его первого заместителя (предварительно это назначение было согласовано с ЦК ВКП(б), куда еще 31 июля было направлено соответствующее письмо МВД). Забегая вперед, скажем, что на освободившуюся должность первого зама начальника ГУЛАГа 14 мая 1948-го будет назначен полковник П. С. Буланов, до этого не один год руководивший политотделом главка.
Мы уже видели, что новому начальнику покровительствовал первый заместитель министра Серов, вместе с которым Добрынин учился в Академии им. Фрунзе и одновременно пришел на работу в НКВД. В свое время, в сентябре 1944-го, на имя курировавшего ГУЛАГ заместителя наркома Чернышева был подан рапорт о хамском отношении Добрынина к начальнику мастерской УИТЛК УНКВД Московской области; Чернышев написал на рапорте резолюцию на имя тогдашнего начальника ГУЛАГа Наседкина: «Разберитесь и доложите. Так вести себя не подобает. 9 сентября 1944 года». Еще одна деталь: с 1942-го в УИТК ГУЛАГа в должности старшего инженера работал брат Добрынина — А. П. Добрынин, 1893 года рождения, уроженец Саратова, беспартийный, образование — неполное среднее.
26 сентября «начальник ГУЛАГа МВД СССР генерал-лейтенант Наседкин В. Г. и вновь назначенный приказом МВД СССР № 1208 от 2. IX-1947 года на эту должность генерал-майор Добрынин Г. П. » подписали акт приема-сдачи дел ГУЛАГа (полный текст см. : «ГУЛАГ: Главное управление лагерей, 1917—1960» (сост. А. И. Кокурин, Н. В. Петров), стр. 317—323). Здесь, в частности, сообщались такие данные:

«Штатная положенность центрального аппарата ГУЛАГа составляет 522 единицы, на 15. IX штат укомплектован в размере 507 человек, некомплект составляет 15 единиц.
Работники центрального аппарата характеризуются следующими данными: по полу: мужчин 318, женщин 189, по партийности: членов и кандидатов ВКП(б) 375, членов ВЛКСМ 13, беспартийных 119, офицеров 390, сержантско-старшинского состава 23, неаттестованных 94.
На всех работников центрального аппарата полностью закончена спецпроверка, личные дела отработаны в соответствии с инструкцией приказа № 082-40 года.
Состав работников периферийных органов по состоянию на 1.I-47 года насчитывает 292.919 человек.
По состоянию на 1. IX-47 г. количество аттестованного соства: генералов 11, офицеров 23.674…
По состоянию на 1-е сентября контингент заключенных размещен в 54 ИТЛ и подразделениях 79 УИТЛК (ОИТК МВД) УМВД и 57 пересыльных тюрьмах. Кроме того в данное время в стадии организации находится 13 ИТЛ и 2 УИТЛК—ОИТК.
В указанных лагерных подразделениях содержится 1.967.085 заключенных, 60.021 каторжан, а также 4.727 репатриантов, проходящих государственную проверку.
Кроме того в лагерях и на стройках МВД имеется 77.046 спецпереселенцев из числа немцев, власовцев и т. п.
Среди заключенных, содержащихся в ИТЛ и колониях, имеется мужчин — 79,9% и женщин — 20,1%.
По составу преступления контингент заключенных распределяется: осужденных за к. р. преступления — 31,7% и за уголовные преступления — 68,3%.
Контингенты размещены: в лагерях ГУЛАГа 183.500 человек, в колониях 984.979 человек, в том числе: на контрагентских работах 477.338 человек; в лагерях ГУЛЛП — 244.466, в лагерях ГУЛГМП — 173.103, в лагерях ГУЛПС [Главпромстрой] 124.249, в лагерях ГУЛЖДС 192.750, в лагерях Главспецмета 21.349, в лагерях Дальстроя 102.710.
Кроме того, имеется 634.739 человек осужденных к исправительно-трудовым работам без лишения свободы…
Физический профиль контингентов, содержащихся в исправительно-трудовых лагерях и колониях, составляет: 1-й категории годных к тяжелому труду — 8,48%, 2-й категории годных к среднему физическому труду — 30,93%, 3-й категории годных к легкому труду — 37,96%, 3-й категории индивидуального труда — 10,8%, 4-й категории (инвалиды) — 9,41%…
Жилищно-бытовые условия содержания заключенных, несмотря на значительное увеличение численности контингента, в подавляющем большинстве лагерных подразделений и колоний находятся в удовлетворительном состоянии. Однако в размещении заключенных имеет место некоторая скученность, обеспеченность заключенных жилой площадью в среднем по лагерям и колониям составляет 1,7 кв. метра. Особо скученно размещен контингент в подразделениях: ИТЛ при строительстве № 881 [Березники], ОИТК УМВД Великолукской, Воронежской областей, ОИТК УМВД Краснодарского края, ОИТК МВД Молдавской ССР и Мордовской АССР
Подавляющее большинство заключенных (90%) обеспечены индивидуальными спальными местами на нарах вагонного типа…
По состоянию на 1-е августа — штатная положенность военизированной охраны 174.288 человек, в исправительно-трудовых лагерях и колониях имеется в наличии 171.180 человек, в том числе офицеров 6.800 человек, сержантов — 22.000.
В числе личного состава охраны имеется самоохрана из заключенных 17.675 [человек].
Численный и качественный некомплект военизированной охраны, с учетом подлежащих увольнению по возрасту, состоянию здоровья, окончанию срока службы в ВОХРе, составляет 62.760 человек…
Политико-моральное состояние личного состава охраны удовлетворительное, однако воинская дисциплина не во всех подразделениях находится на должном уровне. В первом полугодии 1947 года ежемесячно число нарушений составляет около 3,5% к списочному составу охраны. Преобладающими проступками и аморальными проявлениями среди личного состава являются нарушения конвойно-караульной службы (47% от общего числа нарушений), самовольные отлучки — 9,9%, пьянство — 7,4%, халатное отношение к оружию — 5,8% и т. д.
За 1-е полугодие 1947 года привлечено к судебной ответственности за различные преступления 602 человека, арестовано в дисциплинарном порядке 14.616 человек и наложено прочих взысканий на 9.578.
Личный состав надзирательской службы состоит из 17.008 человек, в том числе членов и кандидатов ВКП(б) и членов ВЛКСМ 35,1%, некомплект — 1.471.
Состояние режима и лагерной дисциплины в лагерях и колониях МВД за 1-е полугодие 1947 года характеризуется следующими данными: в среднем в месяц имело место 52. 600 нарушений лагерного режима заключенными (3,25% к контингенту), в числе которых основное место занимают отказы от работы и промоты имущества.
За нарушение лагерного режима в 1-м полугодии 1947 года предано суду 3.973 человека и наказано в административном порядке — 311.716.
По состоянию на 1-е августа в лагерях и колониях МВД имелось расконвоированных заключенных 191.016 человек, что составляет 10,8% к лагерному контингенту.
Из общего количества лагерных зон 3.497 отвечают требованиям УСВО-43 г. [Устав службы военизированной охраны, введенный в 1943-м] — 2.810 зон или 80,3% и 687 зон не отвечают указанным выше требованиям и нуждаются в дооборудовании и ремонте.
За 8 месяцев 1947 года из исправительно-трудовых лагерей и колоний МВД бежало 7.133 осужденных, из которых не задержано 2.325 человек, в том числе, за 1-е полугодие 1.402 человека…
По состоянию на 1-е июля 1947 года в лагерях и колониях взято на оперативный учет 23.459 человек, из которых по 284 агентурным делам разрабатывается 1.122 человека, по делам-формулярам 10.546 человек и остальные 11.791 состоят на оперативном учете.
Агентурно-осведомительная сеть в исправительно-трудовых лагерях и колониях состоит из 9.958 резидентов, 3.904 агентов и 64.905 осведомителей. Кроме того, в лагерях и колониях имеется противопобеговая агентурно-осведомительная сеть в количестве 60.225 человек.
По состоянию на 1-е июля в следственном производстве оперативных отделов лагерей и колоний имеется дел на 2.857 человек, из числа привлеченных по следственным делам арестовано 1.995 человек, в том числе 1.343 заключенных…
Документы прошедшей деятельности ГУЛАГа (до 1945 года включительно) в количестве 48.946 дел хранятся в архиве ГУЛАГа. Дела оформлены в соответствии с действующими правилами, часть дел (до 3.000) требует дополнительной обработки…
При плане первого полугодия 1947 года в 8.445.000 рублей, фактический расход на содержание центрального аппарата составил 7.786.000 рублей.
Все статьи расходов (кроме «почтово-телеграфн. расх.») имеют экономию».

10 сентября Круглов подписал приказ № 00955 «О строительстве железнодорожной линии Наушки—Улан-Батор»; сфера деятельности ГУЛАГа впервые вышла за пределы территории СССР:

«Совет Министров СССР своим постановлением от 4 сентября 1947 года № 3134-1024сс возложил на МВД строительство железнодорожной линии от станции Наушки Восточно-Сибирской железной дороги (пограничный пункт Советского Союза) до столицы Монгольской Народной Республики — города Улан-Батор, протяжением 399 км главного пути.
Во исполнение указанного постановления Совета Министров СССР, приказываю:
— строительство ж. д. линии Наушки—Улан-Батор возложить на ГУЛЖДС МВД СССР. Присвоить этому строительству наименование: «Строительство № 505 МВД СССР»;
— для осуществления строительства № 505 создать Строительное управление в составе двух лагерей и дислоцировать его в районе Сухе-Батор на территории МНР (8 километров к югу от Советско-Монгольской границы);
— к изысканиям и проектированию строительства указанной ж. д. линии приступить в сентябре 1947 года;
— строительство дороги начать в 4 квартале 1947 года; закончить укладку пути и открыть движение поездов по всей линии в 4 квартале 1949 года с пропускной способностью 12 пар поездов в сутки;
— назначить начальником Управления строительства № 505 МВД СССР генерал-майора инженерно-технической службы т. Гвоздевского, освободив его от должности начальника Западного управления БАМ;
— заместителем начальника — подполковника т. Успенского Д. В., освободив его от должности зам. начальника Восточного управления БАМ;
— возложить на Управление строительства № 505 МВД СССР непосредственное руководство строительством на участке от Наушки до 250 километра;
— для осуществления строительства на участке от 250 километра до Улан-Батора организовать лагерь, дислоцируя его в районе города Улан-Батор, присвоив ему наименование: «Южный лагерь МВД СССР»;
— назначить заместителя начальника Управления строительства № 505 МВД СССР подполковника т. Успенского Д. В. начальником Южного лагеря МВД СССР;
— Управление строительства № 505 МВД СССР организовать на базе Западного управления БАМ, а Управление Южного ИТЛ строительства № 505 МВД СССР на базе Нижне-Амурского ИТЛ;
— перебросить за счет строительных организаций с участков БАМ: Известковая—Ургал, Комсомольск—Советская гавань, Тайшет—Братск организованные подразделения рабочей силы и строительные организации в количестве 40.000 человек, в том числе — 20.000 военнопленных японцев; отправку рабочей силы произвести организованными колоннами со штабами колонн, хозобиходом, зимним вещдовольствием и месячным запасом продовольствия;
— контроль за выполнением настоящего приказа и оказание повседневной личной помощи Управлению строительства № 505 МВД СССР возлагаю на моего заместителя генерал-лейтенанта т. Рясного, которому ежедекадно докладывать мне о выполнении настоящего приказа и ходе строительства».

О том, что московские тюрьмы служили не только для содержания заключенных, но и для проживания не имевших жилплощади надзирателей, свидетельствует приказ № 0628 от 13 октября:

«В целях ликвидации общежитий надзирательского состава в тюремных корпусах Таганской и Сокольнической тюрем, недопустимых по условиям тюремного режима, и расширения в связи с этим камерной площади этих тюрем, приказываю:
— Новинскую женскую тюрьму УМВД по Московской области временно закрыть, переведя содержащихся в ней заключенных в Таганскую и Сретенскую тюрьмы, а женщин, имеющих при себе грудных детей, в Бутырскую тюрьму МВД СССР;
— в освободившиеся помещения Новинской тюрьмы, впредь до постройки общежитий, переселить надзирательский состав, проживающий на камерной площади в тюремных корпусах Таганской и Сокольнической тюрем;
— существующий штат Новинской тюрьмы сохранить, а личный состав временно передать для работы в Таганскую и Сокольническую тюрьмы;
— личный состав, обслуживающий детские ясли, передать для работ в Бутырскую тюрьму МВД СССР;
— какое-либо капитальное переустройство помещений Новинской тюрьмы запретить; все тюремное оборудование и инвентарь сохранить».
Добавим, что Новинская женская тюрьма была открыта в декабре 1907 года, а ее здание простояло до конца 1950-х; на этом месте позднее был построен конференц-зал комплекса бывшего СЭВ.
Сретенская тюрьма к моменту передачи «освободившихся помещений быв. тюрьмы № 2 УМВД Московской области (Сретенской)… Главному управлению геодезии и картографии МВД СССР… под учебные занятия Московского топографического техникума и аэрофотосъемочного училища» (приказом МВД № 453 от 30 мая 1955-го) значилась по адресу «3-й Колобовский пер., дом № 16»; на 1930 год в домовладении 8 по этому переулку соседствовали «Пересыльный домзак» в ведении Главного управления местами заключения (ГУМЗ) НКВД РСФСР и «Сретенский арестный дом» Административного отдела Мосгорисполкома (дома 8 и 16 имеют по несколько корпусов каждый, располагаясь на одном участке), а с образованием в 1934-м НКВД СССР «Сретенский изолятор» окажется в подчинении АХУ НКВД (вместе с изоляторами Бутырским и Особого назначения — последний, видимо, тождествен Лефортовскому изолятору специального назначения, как в 1930-м именовалась Лефортовская тюрьма, тогда подведомственная ГУМЗ).
Сокольническая тюрьма более известна под именем «Матросская Тишина».

17 октября приказом № 001083 «по постановлениям Правительства» на работу в промышленность (на строительные объекты различных министерств и ведомств) направлялось 110 тысяч заключенных; впредь предписывалось использовать такой контингент преимущественно в районах «Севера и Востока, где получение и использование других категорий рабочей силы является затруднительным».
Еще 12 июля министр внутренних дел С. Н. Круглов и председатель Мосгорисполкома Г. М. Попов подписали и направили на имя Сталина и Берии следующее письмо:

«Пятилетним планом восстановления и развития народного хозяйства СССР на 1946—1950 гг. предусмотрено строительство Московской Северной водопроводной станции мощностью на 48 млн. ведер воды в сутки с забором вода из Учинского водохранилища канала Москва—Волга и строительство Курьяновской станции биологической очистки сточных вод (аэрации) на левом берегу Москва-реки ниже Перервинской плотины мощностью на 40 млн. ведер сточных вод в сутки. В соответствии с поручением Совета Министров СССР, МВД СССР и Мосгорисполком представляют на утверждение Совета Министров СССР проект постановления о строительстве указанных выше сооружений. Проектом постановления предусматривается ввод первой очереди Северной водопроводной станции мощностью на 24 млн. ведер в сутки в 1952 году и ввод Курьяновской станции аэрации на полную мощность в 1951 году. Общая стоимость обоих сооружений определяется ориентировочно в 800—900 млн. рублей. Для осуществления строительства указанных выше станций МВД СССР намечает восстановить Главное управление лагерей гидротехнического строительства, проводившее строительство гидротехнических сооружений МВД СССР до войны, деятельность которого была приостановлена в 1941 году. Министерство внутренних дел СССР и Мосгорисполком просят Вас, товарищ Сталин, утвердить представляемый проект постановления».

20 октября Сталин подписал постановление Совета Министров № 3612 «О строительстве Северной водопроводной станции и Курьяновской станции аэрации в г. Москве», во исполнение которого был издан приказ МВД № 0688 от 10 ноября «Об организации Главного управления лагерей гидротехнического строительства «Главгидрострой» МВД СССР и строительства Северной водопроводной станции и Курьяновской станции аэрации» (напомним, что вместе с каналом Москва—Волга была сдана в эксплуатацию Восточная водопроводная станция). Этим приказом в МВД воссоздавался Главгидрострой, начальником этого главка назначался некогда (в 1940—1941 годах) уже руководивший им генерал-майор инженерно-технической службы Я. Д. Рапопорт (с должности начальника строительства № 859 под Кыштымом), а главным инженером и первым заместителем начальника Главгидростроя и начальником и главным инженером Гидропроекта — генерал-майор инженерно-технической службы С. Я. Жук (и ранее руководивший Гидропроектом Главпромстроя МВД). Этим же приказом в состав Главгидростроя были включены:

— строительство Волго-Балтийского водного пути (работы по входящему в систему Волгобалта «Верхне-Шекснинскому строительству» еще в конце 1941 — начале 1942 годов вел Никольский участок Волголага НКВД, располагавшийся в селе Никольское — ныне пос. Шексна Вологодской обл.);
— строительство Москворецкой водной системы;
— строительство Широковской гидростанции (с Широковским ИТЛ, Кизел);
— строительство Опокского гидроузла;
— Гидропроект;
— управление Гидромеханизации.
Все эти подразделения передавались в воссозданный главк из состава или подчинения Главпромстроя МВД. Главной задачей Главгидростроя в то время стало строительство Северной водопроводной станции и Курьяновской станции аэрации.

3 ноября министр Круглов и Генеральный прокурор СССР К. П. Горшенин подписали совместный приказ МВД и Генеральной прокуратуры № 001133/301сс «О введении в действие инструкции о зачете рабочих дней заключенным, содержащимся в ИТЛ и ИТК МВД». На основании «постановлений Совета Министров… в целях повышения производительности труда заключенных, обеспечения выполнения производственных планов и окончания строительства в установленные Правительством сроки» вводились (фактически восстанавливались, невзирая на указы в 1939-го) зачеты рабочих дней, пока только на некоторых строительствах и объектах: Северная ж. д. линия (строительство № 501) и участок Печорской железной дороги севернее станции Кожва Печорлага; объекты нефтяной промышленности и трубопроводы; предприятия по добыче золота, платина, алмазов, олова и других редких металлов (лагеря Дальстроя и Главспеццветмета). Для этих категорий заключенных устанавливался зачет рабочих дней до трех дней за один день работы.
До двух дней за день работы устанавливался зачет для заключенных, занятых на спецобъектах Главпромстроя, на лесозаготовках и на сооружении линии Наушки—Улан-Батор (строительство № 505).
Зачеты были также введены для рабочих-заключенных Мариупольского завода Министерства судостроительной промышленности (до 2 дней за день работы) и для заключенных, строивших предприятия Министерства строительства предприятий тяжелой индустрии и Министерства черной металлургии (до трех дней за рабочий день). Докладывая об итогах работы лагерной системы в 1947 году, МВД особо подчеркнет «положительную роль» этих мер в повышении эффективности труда заключенных.
10 ноября приказом № 0687 на Спецстрой Главпромстроя МВД (начальник Спецстроя и ИТЛ при нем — полковник А. И. Хархардин) было возложено строительство зданий центральных государственных архивов по Большой Пироговской улице, дом 17, которое предписывалось завершить к 1949—1950 годам (ныне именно здесь и хранится архивный фонд ГУЛАГа).
18 ноября Круглов подписал приказ № 001184 «О замене ВОХР ГУЛАГа МВД СССР в лагерях на строительстве спецобъектов Главпромстроя МВД СССР конвойными войсками МВД»:

«В целях укрепления охраны заключенных, а также более надежного сохранения государственной тайны на строительстве специальных объектов Главпромстроя МВД СССР, приказываю:
— охрану заключенных на строительстве специальных объектов Главпромстроя МВД СССР возложить на конвойные войска МВД;
— замену военизированной охраны ГУЛАГа конвойными войсками производить по мере высвобождения конвойных войск от охраны военнопленных в связи с репатриацией их на родину в течение 1948 года».

Считавшиеся более надежными и проверенными, конвойные войска и ранее несли наружную охрану тюрем и лагерей военнопленных. Теперь передаче под их охрану подлежали лагеря при следующих спецобъектах Главпромстроя:

— № 859 (Кыштым Челябинской области, будущий Челябинск-40, или Озерск);
— № 865 (Верхне-Нейвинск Свердловской области, будущий Свердловск-44, или Новоуральск);
— № 880 (Саров Мордовской АССР, где с марта 1946-го «на базе завода № 550 Наркомсельхозмаша и прилегающей к нему территории» сооружалось КБ-11, ныне Российский федеральный ядерный центр; как мы помним, с 1931-го здесь действовал Саровский карантинный лагерь ОГПУ «для предварительной изоляции нарушителей границы», с 1934-го — Саровский лесозаготовительный ИТЛ, а с января 1936-го — трудколония для несовершеннолетних; документы о создании и обустройстве «Объекта № 550» см. в сборнике «Атомный проект СССР. Документы и материалы» (Под ред. Л. Д. Рябева). Том II. Кн. 1. М.—Саров, 1999);
— № 496 (ст. Ижоры Ленинградской области — объект «Ленмашстрой»);
— № 713 (Электросталь Московской области, завод № 12);
— Спецстрой (Москва);
— объект «В-1» (Обнинск Калужской области, где в апреле на базе 7 лаготделения ИТЛ Спецстроя (создан в апреле 1946-го на базе закрываемого ПФЛ-0334) был организован лагерь, обслуживавший строительство лаборатории «В» — ныне Физико-энергетического института);
— № 833 (Большая Волга Калининской области, ныне Дубна);
— № 881 (Березники Молотовской области, цех «Г» азотно-тукового завода, позднее «Березниковский новосодовый завод»; в цехах «Г» производилась электролитическим способом тяжелая вода);
— № 882 (Днепродзержинск, цех «Г» азотно-тукового завода, затем «завод 906» или «Завод шлаковых удобрений», работы по месторождениям Криворожского бассейна);
— № 883 (Чирчик Узбекской ССР, цех «Г» электромеханического комбината);
— № 885 (ст. Бумкомбинат Кировской области, сооружение химико-металлургического завода № 544 по регенерации урана в двух километрах от города Глазов (позднее «Чепецкий механический завод»), — в числе прочего «дублера» подмосковного завода № 12);
— № 907 (Усть-Нарва Эстонской ССР, Прибалтийский горно-химический комбинат, позднее «Сланцеперегонный завод»);
— № 1418 (Нижняя Тура Свердловской области, сооружение завода № 814 (позднее «Электрохимприбор») в Исовском районе в 190 километрах севернее Свердловска, предназначенного для выпуска урана электромагнитным способом, — ныне Сведловск-45, или Лесной; место для строительства этого энергоемкого производства «в районе Широковской гидроэлектростанции» было предложено начальником Главпромстроя генерал-майором инженерно-технической службы А. Н. Комаровским).

Сооружение Широковской ГЭС было возложено на НКВД еще постановлением ГКО № 2484с от 5 ноября 1942 года «О строительстве средних и малых гидростанций первой очереди на реках Урала». Начальниками Широкстроя были начинавшие еще в Дмитлаге полковник ГБ Г. Д. Афанасьев (в 1942—1944 годах) и инженер-подполковник С. И. Погарский (в 1944—1947 годах). 3 декабря 1947 года Круглов сообщил председателю Совета Министров СССР:

«МВД СССР докладывает Вам, товарищ Сталин, что коллектив строителей и монтажников Широковстроя МВД СССР во исполнение заданий Правительства завершил строительство Широ